Постановление от 24 марта 2021 г. по делу № А40-136101/2019

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-417/2021

Дело № А40-136101/19
г. Москва
24 марта 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 марта 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 24 марта 2021 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бальжинимаевой Ж.Ц.,

судей Головачева Ю.Л.., Вигдорчика Д.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ИП ФИО2, ИП ФИО3 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 09.12.2020г. о признании обоснованными и включении в третью очередь реестра требований кредиторов ЗАО «Прима-мех» требования ООО «Бизнес-Эффект-Проект» в размере 28.247.263,20 руб. основного долга, вынесенное судьей Игнатовой Е.С. в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Прима-мех»,

при участии в судебном заседании: согласно протоколу судебного заседания,

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.09.2019г. в отношении ЗАО «Примамех» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО4

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2020г. было признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ООО «Бизнес-Эффект-Проект» в размере 28.247.263,20 руб.

Не согласившись с принятым определением, ИП ФИО2, ИП ФИО3 подали апелляционную жалобу, в которой просят его отменить и принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе апеллянты указывают на то, что суд первой инстанции не исследовал обстоятельства фактической аффилированности и признаков корпоративных отношений в банкротном деле и не учел сложившуюся судебную практику, правовую позицию, изложенную в Определениях Верховного суда РФ от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056 (б).

Кроме того, апеллянт указывает на то, что суд первой инстанции должен был более тщательно проверить сложившиеся между сторонами правоотношения, проверить действительность правоотношений, учитывая доводы о наличии признаков мнимости сделки.

В материалы дела от ООО «Бизнес-Эффект-Проект» поступил отзыв, который приобщен протокольным определением, как поданный в соответствии с требованиями АПК РФ.

Представитель ИП Блинова Е.В. поддержал апелляционную жалобу по доводам, изложенным в ней.

Представители ООО «Бизнес-Эффект-Проект», ООО «ПМ эксплуатация» просили оставить обжалуемое определение без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для изменения оспариваемого определения суда первой инстанции как принятого с нарушением действующего законодательства Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 25.07.2018 между ЗАО «Прима-Мех» (заказчик) и ООО «Бизнес-Эффект-Проект» (подрядчик) был подписан договор подряда № 25/07-2018.

Согласно пункту 1.1. данного договора подрядчик (ООО «Бизнес-Эффект-Проект») обязуется в соответствии с условиями договора и действующим законодательством выполнить по заданию заказчика работы по модернизации противопожарного обслуживания систем по адресу: <...>, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и оплатить работу на условиях договора и приложений к нему, являющихся его неотъемлемой частью.

В соответствии с пунктом 2.1. Договора подряда № 25/07-2018 стоимость работ определяется в соответствии с локальной сметой и составляет 14.000.000,00 руб.

Сроки выполнения работ согласно пунктам 4.1. и 4.2. договора подряда № 25/07-2018 определены началом выполнения работ с 01.08.2018, срок выполнения и сдачи работ - не позднее 30.09.2018.

Согласно пункту 6.2.1. подрядчик имеет право привлекать к выполнению работ персонал в количестве необходимом для выполнения работ в соответствии с условиями договора подряда.

Так, во исполнение договора подряда № 25/07-2018, заключенного между кредитором и должником, 26.07.2018 ООО «Бизнес-Эффект-Проект» (заказчик) заключило с ООО «АФДСервис» договор подряда № 26/07/18/МПС (подрядчик).

Согласно пункту 1.1. договора подряда № 26/07/18/МПС подрядчик - ООО «АФДСервис» обязуется по заданию заказчика выполнить работы по модернизации противопожарного обслуживания систем по адресу: <...>, а заказчик обязуется принять и оплатить работу подрядчика в объему и по ценам, указанным в данном договоре и приложениях к нему, которые являются неотъемлемой частью договора.

В соответствии пунктом 2.1. договора подряда № 26/07/18/МПС цена договора составляет 12.100.444,61 руб.

26.09.2018 ООО «АФД-Сервис» надлежащим образом исполнило свои обязательства перед ООО «Бизнес-Эффект-Проект», что подтверждается справкой о стоимости выполненных работ и затрат от 26.09.2018, а также актом о приемке выполненных работ от 26.09.2018.

В свою очередь, факт наличия задолженности должника перед кредитором по договору подряда № 25/07-2018 от 25.07.2018 подтверждается представленными в материалы дела актами по формам КС-2 и КС-3 от 30.09.2018, актом сверки взаимных расчетов за период 2018 год.

30.01.2017 между ЗАО «Прима-Мех» (заказчик) и ООО «Бизнес-Эффект-Проект» (исполнитель) был подписан договор на оказание консультационных услуг № 3, по условиям которого, кредитор обязался оказывать должнику следующие консультационные услуги:

- в области права (юридическое сопровождение деятельности Общества);

- по маркетингу (формированию рыночно-ориентированных систем управления Обществом: проблемы стратегии и тактики конкурентной борьбы за рынки сбыта, маркетингового анализа бизнес планов, разработки планов маркетинга, проведения ревизии маркетинговой деятельности).

Согласно пункту 1.3. договора перечень консультационных услуг, предоставляемых исполнителем заказчику, приведен в Приложении № 1 к договору.

За период действия договора кредитором были оказаны юридические и консультационные услуги должнику, что подтверждается представленными в материалы дела отчетами и актами оказанных услуг за период с 31.03.2017 по 30.09.2018.

Задолженность за оказанные услуги составляет 9.138.579,77 руб. Размер задолженности также подтверждается актом сверки взаимных расчетов за 2018 год.

Как было указано кредитором, при заключении договора на оказание консультационных услуг № 3 от 30.01.2017 ООО «Бизнес-Эффект-Проект» рассчитывало получить прибыль от оказания услуг в соответствии с основным видом деятельности.

01.07.2018 между ЗАО «Прима-мех» (продавец) и ООО «Бизнес-Эффект-Проект» (покупатель) подписан договор купли-продажи нежилого помещения № 4, согласно условиям которого продавец обязался передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить вновь созданные продавцом нежилые помещения (машино-места) расположенные по адресу г. Москва, Измайловский проезд, д. 10, корп. 1, перечень и характеристики которых приведены в Приложении № 1 к договору.

Согласно пункту 2.1. договора купли-продажи цена договора составляет 5.323.057,88 руб.

Согласно пункту 3.1. договора купли-продажи, покупатель обязан оплатить продавцу цену договора, указанную в п. 2.1. в срок не позднее 6 (шести) месяцев с даты подписания договора.

В материалы дела представлены платежные поручения за период с июля по август 2018 года, свидетельствующие об уплате задолженности по договорам купли-продажи № 4 от 01.07.2018, в том числе по договору, который был исполнен должником, путем перечисления денежных средств работникам ООО «Бизнес-Эффект-Проект» в счет оплаты за должника заработной платы.

В дальнейшем, в связи с неисполнением должником обязанности по передаче нежилых помещений, 31.05.2019 между ЗАО «Прима-мех» и ООО «Бизнес-Эффект-Проект» подписано соглашение о расторжении договора № 4 от 01.07.2018.

Пунктом 2 соглашения установлено, что денежные средства, оплаченные кредитором в счет исполнения обязательств должника в размере 5.208.488,60 руб., подлежат возврату должником кредитору.

Данная задолженность, в том числе подтверждается копиями договора купли-продажи нежилого помещения № 4, , соглашения о расторжении договора № 4 от 01.07.2018, акта приемки-передачи нежилого помещения, актом сверки взаимных расчетов.

С учетом заявленного и принятого определением Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2020г. отказа от части требования, кредитор просил включить задолженность в размере 28 347 068,37 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Суд первой инстанции, признавая обоснованным требование кредитора, исходил из того, что кредитором в материалы представлены достаточные доказательств в подтверждение реальности взаимоотношений между кредитором и должником, и их экономической целесообразности, при этом суд отклонил доводы о наличии аффилированности между кредитором и должником и о пропуске срока исковой давности.

Суд апелляционной инстанции, изучив имеющиеся в материалах дела доказательства, а также выслушав позиции сторон, приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В подтверждение наличия задолженности ЗАО «Прима-Мех» перед ООО «Бизнес-Эффект-Проект» в размере 14 000 000 (четырнадцать миллионов) рублей по Договору подряда № 25/07-2018 в материалы дела представлены: Договор подряда № 25/07-2018 (между ЗАО «Прима-Мех» и ООО «Бизнес-Эффект-Проект), Акты по формам КС-2 и КС-3 от 30.09.2018 (к Договору подряда № 25/07-2018), Акт сверки взаимных расчетов за период 2018 год (между ООО «Бизнес-Эффект-Проект» и ЗАО «Прима-Мех»), Договора подряда № 26/07/18/МПС (между ООО «Бизнес-Эффект-Проект» и ООО «АФД-Сервис»), Справка о стоимости выполненных работ и затрат от 26.09.2018 (к Договору подряда № 26/07/18/МПС), а также Акт о приемке выполненных работ от 26.09.2018 (по Договору подряда № 26/07/18/МПС).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности ООО «АФД» является строительство жилых и нежилых зданий, также данная организация осуществляет и дополнительные виды деятельности, в частности, производство электромонтажных работ (код 43.21).

Кроме того, ООО «АФД-Сервис» имеет лицензию № 50-Б/01213 от 29.11.2016, выданную Министерством Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий на осуществление деятельности по монтажу, техническому обслуживанию и ремонту средств обеспечения пожарной безопасности зданий и сооружений. Также в материалы дела представлены дипломы и сертификаты на лицо, выполняющее электро-монтажные работы на объекте, из которых следует, что специалист обладал необходимыми для выполнения работ навыками.

Таким образом, реальность правоотношений по Договорам подряда № 25/07-2018, № 26/07/18/МПС подтверждена материалами дела.

В подтверждение наличия задолженности ЗАО «Приме-Мех» перед ООО «Бизнес-Эффект-Проект» по Договору № 3 на оказание консультационных услуг от 30.01.2017 в размере 9 138 579,77 руб. представлены следующие документы: Договор № 3 от 30.01.2017 на оказание консультационных услуг, Акт сверки взаимных расчетов за период 2018, Акты оказанных услуг, подписанные сторонами Договора оказания услуг за период с 31.03.2017 по 30.09.2018.

Реальность оказанных услуг подтверждается представленными в материалы дела отчетами, документами по государственной регистрации прав для оказания государственных услуг, документами, связанными с судебной работой, штатным расписанием; штатной расстановкой.

Факт оказания услуг должнику юристами ООО «Бизнес-Эффект-Проект» также подтверждается материалами гражданских дел по взысканию с должника неустойки в пользу участников долевого строительства, доверенностями, сведениями о застрахованных лицах, переданных в ПФ РФ.

Доказательствами наличия задолженности ЗАО «Прима-Мех» по Договорам купли-продажи в размере 5 208 488,60 руб. являются: Договор № 4 купли-продажи нежилого помещения от 01.07.2018 (Договор купли-продажи № 2), Акт сверки взаимных расчетов за период 01.01.2018-11.10.2019, Соглашение о расторжении Договора № 4 от 01.07.2018.

Таким образом, кредитором подтверждено наличие и размер задолженности должника, доказательств погашения указанной задолженности в материалы дела не представлены, в связи с чем, суд первой инстанции правомерно признал требование кредитора обоснованным.

Вместе с тем, рассмотрев доводы апелляционной жалобы о наличии аффилированности между кредитором и должником, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о банкротстве через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Как следует из материалов дела, бывшим руководителем должника являлся ФИО5

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Столица-Восток» (ОГРН <***>, общество было ликвидировано 05.03.2020г.) ФИО5 также являлся бывшим руководителем общества, а учредителем - ООО «Бизнес-Эффект-Проект», в том числе на момент заключения договоров между кредитором и должником.

Таким образом, учитывая, что на момент заключения договоров между кредитором ФИО5 являлся генеральным директором должника и ООО «Столица-Восток», где учредителем выступал кредитор, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии фактической аффилированности между кредитором и должником.

Кроме того, из представленной в материалы дела проектной декларации (т. 4 л.д. 101) следует, что Тенфилд Файнэнс (КИПР) Лимитед является участником должника в размере 99,99 % акций.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Бизнес-Эффект-Проект» единственным участником является Тенфилд Файнэнс (КИПР) Лимитед, что также свидетельствует о наличии юридической аффилированности между кредитором и должником.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2), действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что заинтересованное по отношению к должнику лицо является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Таким образом, в случае заемного финансирования необходимо исследовать правовую природу заявленного требования для определения допустимости его включения в реестр, обстоятельства выдачи денежных средств, а также степень влияния кредитора-учредителя на управление делами общества.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д. (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

Исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

При этом согласно правовой позиции, изложенной в пункте 3.3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор), разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации) и т.п.).

Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа.

При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции невостребования задолженности по договорам займа и/или их расторжения, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что задолженность по указанным договорам между кредитором и должником возникла, начиная с 2017 года, вместе тем, доказательств того, что кредитор предпринимал меры по её взысканию в материалы дела не представлено.

Каких-либо пояснений относительно не обращения за взысканием указанной задолженности, суду не представлено.

Таким образом, указанные действия кредитора расцениваются как использование преимуществ своего положения для выведения одной стороны - ЗАО «Прима-мех» - из состояния имущественного кризиса.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 3.4. Обзора неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 8 подпункта 3.1 пункта 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

С учетом указанных обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что требование ООО «Бизнес-Эффект-Проект» в размере 28 347 068,37 руб. является обоснованным, но подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты), в связи с чем, обжалуемое определение подлежит изменению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Изменить определение Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2020г. по делу № А40-136101/19.

Признать требование ООО «Бизнес-Эффект-Проект» в размере 28 347 068,37 руб. обоснованным и подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Ж.Ц. Бальжинимаева

Судьи Ю.Л. Головачева

Д.Г. Вигдорчик