Постановление от 10 февраля 2026 г. ФАС СКО (ФАС Северо-Кавказского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА


Именем Российской Федерации



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-6075/2023
г. Краснодар
11 февраля 2026 года
Резолютивная часть постановления объявлена 11 февраля 2026 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 февраля 2026 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Коржинек Е.Л., судей Садовникова А.В. и Твердого А.А., при ведении протокола судебного заседания, проводимого с использованием системы веб-конференции, помощником судьи Ступченко В.В., при участии в судебном заседании от истца – государственного бюджетного учреждения культуры Ставропольского края «Мемориальный музей-усадьба художника ФИО1» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО2 (доверенность от 05.02.2026), от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Вик проект» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО3 (доверенность от 10.03.2025), в отсутствие третьего лица – федерального автономного учреждения «Главное управление государственной экспертизы», извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Вик проект» на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 06.06.2025 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2025 по делу № А63-6075/2023, установил следующее.

ГБУК СК «Мемориальный музей-усадьба художника ФИО1» (далее – учреждение) обратилось в суд с иском к ООО «Вик проект» (далее – общество)

о взыскании 3 500 тыс. рублей неосновательного обогащения по контракту от 27.07.2020 № 43, 862 087 рублей 37 копеек убытков, причиненных в результате выполнения работ

с недостатками, 44 835 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ФАУ «Главное управление государственной экспертизы» (далее – управление).

Решением суда от 06.06.2025, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 26.09.2025, исковые требования удовлетворены в полном объеме, в удовлетворении ходатайств о назначении повторной строительно-технической экспертизы и об отводе эксперта ФИО4 отказано.

В кассационной жалобе общество просит отменить состоявшиеся по делу судебные акты, дело – направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда. По мнению заявителя, акт от 30.11.2020 № 16 подтверждает достижение результата работ, предусмотренного пунктом 1.3 контракта, а также выполнение работ полностью

и в срок. Суды уклонились от установления причин получения отрицательного заключения государственной экспертизы. В обязанности подрядчика входило сопровождение и доработка разработанной проектной документации в органах экспертизы до получения положительного заключения только в части решений

по укреплению подпорных стен в объеме, выполняемых подрядчиком в соответствии

с заданием на проектирование. Замечания получены в части решений, не относящихся

к работам подрядчика. Подрядчик неоднократно уведомлял заказчика о необходимости определить объем и сроки выполнения дополнительных работ, которые не содержатся

в задании, но необходимы для получения положительного заключения государственной экспертизы. Вывод суда о том, что подрядчик обращался к заказчику о предоставлении нужных исходных данных после получения отрицательного заключения экспертизы,

не соответствует имеющимся в деле доказательствам. У суда отсутствовали основания для взыскания стоимости оплаченных работ, так как исполнение работ стало невозможным по вине заказчика. Взыскание убытков с обществом неправомерно, поскольку учреждение не могло не осознавать, что отсутствие исходных данных, которые запрашивались обществом для устранения замечаний, приведет к получению отрицательного заключения. Экспертное заключение не соответствует требованиям статей 55, 82, 83, 86, 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), у эксперта нет соответствующей квалификации и специальных познаний в области проектирования и сохранения объектов культурного наследия, экспертом даны ответы не на все поставленные вопросы.

В отзыве на кассационную жалобу учреждение просит судебные акты оставить

без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель общества поддержал доводы жалобы, просил суд кассационной инстанции отменить судебный акт.

Представитель учреждения возражал против удовлетворения жалобы, ссылался

на соответствие сделанных судом выводов закону и имеющимся в деле доказательствам.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа приходит

к следующим выводам.

Из материалов дела видно и судами установлено, что 27.07.2020 учреждение (заказчик) и общество (подрядчик) заключили контракт № 43 на выполнение комплекса работ, а именно: разработку проектно-сметной документации по объекту культурного наследия федерального значения «Два флигеля, расположенные на территории бывшей усадьбы художника ФИО1» (Флигель № 1, литера Р), находящемуся по адресу: <...>, включая

ремонтно-реставрационные работы, укрепление подпорных стен и проведение инженерных изысканий.

Согласно пункту 1.2 контракта содержание и состав выполняемых работ определяются документацией и заданием на проектирование (приложение № 1

к контракту).

Пункт 1.3 контракта предусматривает, что работы должны быть выполнены подрядчиком в соответствии с действующими ГОСТами, СНиПами, ВСНами, ОДНами

и иными нормативными актами, а также условиями контракта.

Результатом работ должно являться изготовление проектной документации

по объекту с учетом вышеуказанных требований и получением положительного заключения государственной историко-культурной экспертизы.

Стоимость контракта определена как твердая и составляет 3 500 тыс. рублей (пункт 2.1 контракта)

Срок выполнения работ: с даты заключения контракта (27.07.2020) по 30.11.2020 (пункт 3.1 контракта).

Исходя из пункта 4.3.8 контракта, подрядчик обязан предоставить заказчику разработанную проектную документацию по объекту, соответствующую требованиям документации, заданию (приложение № 1), и получить положительное заключение государственной экспертизы проектно-сметной документации и достоверности сметной стоимости в установленные контрактом сроки.

Пункт 19 приложения № 1 к контракту устанавливает, что проектная документация должна быть подготовлена в объёме, необходимом и достаточном для согласования в контролирующих организациях и органах охраны объектов культурного наследия, а также для проведения историко-культурной и государственной экспертиз.

Пунктом 25 приложения № 1к контракту возложена обязанность на подрядчика осуществлять сопровождение и доработку представленной проектной документации в органах государственной экспертизы, в том числе при прохождении государственной экспертизы как проектно-сметной документации, так и результатов инженерных изысканий, – вплоть до получения положительного заключения государственной экспертизы и положительного заключения о достоверности определения сметной стоимости. Расходы на проведение государственной экспертизы осуществляются заказчиком.

14 декабря 2020 года заказчик принял результат выполненных работ, что подтверждается соответствующим актом приёмки, и 18.12.2020 оплатил работы

по контракту в полном объёме (платежное поручение № 504).

24 августа 2022 года учреждение и управление заключили договор

№ 3798Д-22/ГГЭ-30653/13-04/БС на проведение государственной экспертизы проектной документации и достоверности определения сметной стоимости. Стоимость услуг

по договору составила 862 087 рублей 37 копеек, оплата подтверждена платежным поручением от 26.08.2022 № 457.

7 сентября 2022 года управление направило обществу замечания по итогам рассмотрения представленной проектной документации с указанием на необходимость их устранения до 27.09.2022 (письмо № 49430-22/ГГЭ-30653/09-04).

6 октября 2022 года учреждение обратилось к управлению с просьбой

о расторжении договора на проведение государственной экспертизы.

18 октября 2022 года учреждение отозвало требование о расторжении договора

и ходатайствовало о продолжении процедуры. Учреждение просило продлить срок проведения государственной экспертизы на 20 рабочих дней.

Управление направило в адрес учреждения письмо о продлении срока проведения

экспертизы до 21.11.2022 и о предупреждении возможной подготовке отрицательного заключения в случае непредставления необходимых материалов.

21 ноября 2022 года управление выдало учреждению отрицательное заключение государственной экспертизы № 26-1-3-081351-2022, в котором отмечено, что результаты инженерных изысканий не соответствуют требованиям технических регламентов, проектная документация не соответствует результатам инженерных изысканий, заданиям и нормативным требованиям, а сметная стоимость определена недостоверно.

25 ноября 2022 года заказчик направил подрядчику претензию (письмо

№ 131/07-02) с требованием устранить выявленные недостатки в шестидесятидневный срок и за свой счёт направить откорректированную документацию на повторное прохождение государственной экспертизы. Заказчик предупредил подрядчика

о намерении обратиться в суд с требованиями о возврате оплаченных по контракту средств (3 500 тыс. рублей) и взыскании убытков за оплату экспертизы (862 087 рублей

37 копеек).

11 января 2023 года подрядчик (письмо № 05-01-23) ответил, что его обязательства по сопровождению и доработке документации до получения положительного заключения экспертизы касаются исключительно раздела по укреплению подпорных стен, в объёме выполняемых работ и в соответствии с заданием на проектирование.

13 марта 2023 года заказчик направил повторную претензию (письмо № 24/07- 02), оставленную подрядчиком без удовлетворения, что послужило основанием

для обращения заказчика в суд с иском о взыскании неосновательного обогащения

и убытков.

Разрешая спор, суды руководствовались следующим.

Спорные правоотношения по своей правовой природе регулируются нормами главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс)

и Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ).

В силу статьи 758 Гражданского кодекса по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется

по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат

Пунктом 1 статьи 763 Гражданского кодекса установлено, что подрядные строительные работы (статья 740), проектные и изыскательские работы (статья 758), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта

на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

По государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать

их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить

их или обеспечить их оплату (пункт 2 статьи 763 Гражданского кодекса).

Если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно

(пункт 1 статьи 711 Гражданского кодекса).

В силу части 3 статьи 110.2 Закона № 44-ФЗ результатом выполненной работы

по контракту, предметом которого являются подготовка проектной документации и (или) выполнение инженерных изысканий в соответствии с законодательством Российской Федерации о градостроительной деятельности, являются проектная документация и (или) документ, содержащий результаты инженерных изысканий. В случае, если в соответствии с Градостроительным кодексом Российской Федерации проведение экспертизы проектной документации и (или) результатов инженерных изысканий является обязательным, проектная документация и (или) документ, содержащий результаты инженерных изысканий, признаются результатом выполненных проектных и (или) изыскательских работ по такому контракту при наличии положительного заключения экспертизы проектной документации и (или) результатов инженерных изысканий.

Проведение государственной экспертизы проектной документации объектов капитального строительства и результатов инженерных изысканий является обязательным в силу части 1 статьи 49 Градостроительного кодекса Российской Федерации.

Договор не может считаться исполненным, если работы выполнены в части,

а результат не достигнут, поскольку сделка заключалась не по поводу собственно проектно-изыскательских работ как деятельности подрядчика, а направлена

на достижение ее результата, пригодного для использования по назначению (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.10.2016 № 305-ЭС16-12107).

Таким образом, получение положительного заключения экспертизы является необходимым элементом результата работ по спорному договору, достижение и передача которого исполнителем обусловливают возникновение права последнего на оплату работ в полном объеме.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса лицо, которое

без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 указанного Кодекса.

В предмет доказывания по иску о взыскании неосновательного обогащения входят обстоятельства приобретения или сбережения ответчиком денежных средств за счет истца, отсутствие правовых оснований такого приобретения или сбережения, период пользования имуществом, размер неосновательного обогащения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.04.2017 № 304-ЭС16-16267).

В силу статьи 393 Гражданского кодекса должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса, согласно которым лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для наступления ответственности, установленной правилами названной статьи, необходимо наличие состава (совокупности условий) правонарушения, включающего: факт нарушения другим лицом возложенных на него обязанностей (совершения незаконных действий или бездействия), наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у заявителя убытками, а также размер убытков.

Пунктом 5 статьи 720 Гражданского кодекса предусмотрено, что

при возникновении между заказчиком и подрядчиком спора по поводу недостатков выполненной работы или их причин по требованию любой из сторон должна быть назначена экспертиза. Расходы на экспертизу несет подрядчик, за исключением случаев, когда экспертизой установлено отсутствие нарушений подрядчиком договора подряда или причинной связи между действиями подрядчика и обнаруженными недостатками.

Определением суда от 18.06.2024 по ходатайству общества назначена судебная техническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО Центр строительных, землеустроительных и оценочных экспертиз «ЭкспертПро» ФИО4

Согласно заключению эксперта от 25.09.2024 № 086/2024-Э объем и качество проектной документации, разработанной обществом по контракту от 27.07.2020 № 43,

не соответствуют условиям контракта, заданию на проектирование, действующим нормам и правилам (СНиП, ГОСТ, СП, техническим регламентам). Результаты инженерных изысканий не соответствуют требованиям технических регламентов, проектная документация не соответствует результатам инженерных изысканий. Сметная стоимость определена неверно. Эксперт также указал, что подтверждением соответствия изготовленной проектно-сметной документации является положительное заключение государственной экспертизы; результат работ, выполненный обществом, не имеет потребительской ценности для заказчика по причине непригодности для использования по назначению.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Кодекса представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, в том числе контракт, доводы

и возражения сторон, учитывая конкретные обстоятельства рассматриваемого дела, суды первой и апелляционной инстанций установили, что положительное заключение государственной экспертизы проектной документации и инженерных изысканий является необходимым элементом результата работ по спорному контракту, достижение которого обусловливает возникновение права у подрядчика на оплату работ в полном объеме; поскольку положительное заключение государственной экспертизы отсутствует, у подрядчика не возникло право на получение оплаты выполненных

по контракту работ, следовательно, уплаченные подрядчику 3 500 тыс. рублей являются неосновательным обогащением, а 862 087 рублей 37 копеек, оплаченных заказчиком

за проведение государственной экспертизы, – убытками.

Акты от 30.11.2020 по результатам проведения государственной историко-культурной экспертизы, на которые ссылается заявитель, не могут подтверждать достижение результата работ, поскольку пункт 1.1 контракта закрепляет задание (приложение № 1), которое является неотъемлемой частью контракта, в пункте 19 которого определено, что проектная документация разрабатывается в объеме, необходимом и достаточном для проведения государственной экспертизы; пунктом 25 задания установлено, что подрядчик производит сопровождение и доработку разработанной проектной документации в органах экспертизы до получения положительного заключения экспертизы.

Довод заявителя о том, что в его обязанности входило сопровождение и доработка разработанной проектной документации до получения положительного заключения государственной экспертизы только в части решений по укреплению подпорных стен, опровергается условиями самого контракта.

В силу пунктов 4.3.2, 4.3.3 контракта подрядчик в случае получения

от заказчика претензии обязан за собственный счет устранить недостатки, в том числе выявленные экспертными органами.

Ссылка заявителя на письма от 18.10.2022, от 01.11.2022, в которых им запрашивались исходные данные, необходимые для исправления замечаний, отклоняется судом кассационной инстанции, поскольку они направлены заказчику после истечения срока на устранения выявленных замечаний (до 27.09.2022), установленного управлением в письме от 07.09.2022 № 49430-22/ГГЭ-30653/09-04.

Подрядчику был предоставлен срок для исправления выявленных в ходе проведения государственной экспертизы недостатков (письмо заказчика от 25.11.2022), однако общество отказалось их устранять (письмо от 11.01.2023 № 05-01-23), нарушив условия контракта (пункты 1.1, 4.3.2, 4.3.3, 4.3.5 контракта).

Согласно пункту 5.3 контракта, если в процессе создания проектно-сметной документации выяснится неизбежность получения отрицательного результата или нецелесообразность дальнейшего выполнения работ, подрядчик обязан приостановить их, немедленно поставив об этом в известность заказчика.

Подрядчик, являясь профессионалом в сфере проектных работ, работы

не приостановил, заказчика об обстоятельствах, которые приведут к непригодности результатов выполняемой работы, не предупредил, в результате чего не вправе ссылаться на указанные обстоятельства (статьи 716 и 719 Гражданского кодекса).

Из выводов экспертного заключения от 25.09.2024 следует, что выполненные обществом работы по контракту не соответствуют его условиям, заданию, действующим нормам и правилам, сметная стоимость определена неверно. Эксперт указал, что

согласно условиями контракта, разработка проектно-сметной документации

в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 16.02.2008

№ 87 «О составе разделов проектной документации и требованиях к их содержанию» требовалась по всему объекту, в том числе по флигелю №1; при этом пункт 24 задания

не содержит формулировки о том, что флигель №1 не требует проведения работ

по разработке документации на ремонтные и реставрационные работы, не затрагивающие конструктивные и другие характеристики надежности и безопасности объекта.

Поскольку положительное заключение государственной экспертизы не получено по вине подрядчика (ввиду ненадлежащего исполнения своих обязательств по контракту),

то затраты, понесенные заказчиком на ее проведение, являются убытками, подлежащими взысканию с подрядчика.

Вопреки доводу заявителя, наличие акта приемки работ, подписанного заказчиком, не лишает заказчика права представить суду возражения по объему и стоимости работ

(пункт 12 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51).

Довод заявителя о некомпетентности эксперта ФИО5 отклоняется судом кассационной инстанции ввиду следующего.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» (далее – постановление Пленума № 23) экспертиза может проводиться как в государственном судебно-экспертном учреждении, так и в негосударственной экспертной организации, либо к экспертизе могут привлекаться лица, обладающие специальными знаниями, но не являющиеся работниками экспертного учреждения (организации).

Компетентность эксперта в случае назначения экспертизы лицу, не являющемуся государственным судебным экспертом, подлежит оценке судом. При этом

нормативно-правовой регламентации требований к квалификации негосударственного эксперта, равно как и к подтверждающим квалификацию документам, законодательно

не установлено.

Положения статьи 13 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ

«О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», устанавливающие требования к компетенции экспертов государственных

судебно-экспертных учреждений, согласно статье 41 этого же закона,

на негосударственных экспертов не распространяются. Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации также не установлены ни требования к компетенции эксперта негосударственного учреждения, ни перечень необходимых подтверждающих документов.

Пунктом 2 постановления Пленума № 23 суду предписано выяснить

и указать в определении о назначении экспертизы сведения об образовании эксперта, его специальности, стаже работы, занимаемой должности.

В определении Арбитражного суда Ставропольского края от 18.06.2024

о назначении экспертизы содержатся все необходимые сведения об эксперте.

В материалах дела имеются документы, подтверждающие соответствующую квалификацию эксперта, являющейся достаточной для разрешения поставленных перед ним вопросов (т. 5, л. д. 65 – 68). ФИО5 имеет высшее техническое образование по специальности «Экспертиза и управление недвижимостью», прошел профессиональную переподготовку по программе «Судебная строительно-техническая и стоимостная экспертиза объектов недвижимости», с присвоением квалификации «строительный эксперт», повышение квалификации по программе «Обследование состояния грунтов основания здания и сооружения», повышение квалификации по программе «Организация и проведение технического надзора за строительством зданий и сооружений», включен

в Национальный реестр специалистов в области инженерных изысканий и архитектурно-строительного проектирования (запись И136976), имеет стаж работы по специальности

с 2007 года, стаж экспертной работы с 2019 года.

Более того, предметом судебной экспертизы являлись условия контракта, задания на проектирование, вместе с тем проведение историко-культурной и государственной экспертиз в данном случае не имеют взаимосвязи и относятся к разным областям исследовательской деятельности, ввиду чего довод заявителя об отсутствии специальных знаний эксперта в области проектирования и сохранения объектов культурного наследия несостоятелен.

Суды установили, что заключение эксперта является полным, не содержит неясностей и противоречий, имеет обоснованные выводы по поставленным вопросам

и соответствует требованиям статей 82, 86, 87 Кодекса, поэтому правильно посчитали заключение достоверным доказательством по делу.

Довод заявителя о том, что суду следовало назначить повторную экспертизу,

не может быть принят во внимание, поскольку повторная экспертиза назначается судом

в случае, если ранее назначенная судом экспертиза не отвечает требованиям ясности и полноты исследования, проведенного экспертом.

Судом не установлено оснований для назначения по делу повторной экспертизы. При этом назначение по делу экспертного исследования в данном случае является прерогативой суда, и одно лишь несогласие стороны с выводами эксперта не может служить основанием для назначения повторной экспертизы.

С учетом изложенного, суды правильно удовлетворили требования учреждения, отметив, что контракт на выполнение проектных и изыскательских работ

не может считаться исполненным, если работы выполнены в части и результат

не достигнут, поскольку данная сделка направлена на достижение результата, пригодного для использования по назначению, включающего наряду с проектной документацией положительное заключение государственной экспертизы.

Аналогичный правовой подход применен в постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.04.2024 по делу № А32-38251/2022, от 06.08.2024

по делу № А32-59691/2022, постановлении Арбитражного суда Уральского округа

от 09.10.2025 по делу № А47-6384/2024.

Суды полно и всесторонне исследовали и оценили представленные доказательства, установили имеющие значение для дела фактические обстоятельства, правильно применили нормы права.

Приведенные в кассационной жалобе доводы по существу повторяют доводы апелляционной жалобы, были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, указанные доводы не опровергают правильность выводов судов об удовлетворении исковых требований и направлены

на переоценку установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств

и сделанных на их основании выводов, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. Пределы полномочий суда кассационной инстанции регламентируются положениями статей 286 и 287 Кодекса, в соответствии с которыми кассационный суд

не обладает процессуальными полномочиями по оценке (переоценке) установленных

по делу обстоятельств.

Основания для отмены или изменения решения и постановления по приведенным

в кассационной жалобе доводам отсутствуют.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебного акта (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 06.06.2025 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2025 по делу № А63-6075/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Е.Л. Коржинек

Судьи А.В. Садовников

А.А. Твердой