Постановление от 4 февраля 2020 г. по делу № А40-231261/2016

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-74516/2019

Дело № А40-231261/16
г. Москва
04 февраля 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 04 февраля 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Л. Головачевой,

судей А.А.Комарова, Д.Г. Вигдорчика,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Л.И.Кикабидзе,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1, на определение Арбитражного суда г. Москвы от 01 октября 2019 года

по делу № А40-231261/16, принятое судьей Е.В. Луговик,

об удовлетворении заявления ООО «ЯМЗ» о признании договора цессии № 16 от 30.06.2014г., заключенного между ФИО1 и ООО «Восток» об уступке прав требований к ООО «Ядринский завод металлических изделий» и применении последствий недействительности указанной сделки, заявление о процессуальном правопреемстве истца

в рамках дела о банкротстве ООО «Восток» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

при участии в судебном заседании:

к/у ФИО2 – лично, паспорт, определение АСГМ от 13.05.2019,

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 31.08.2017 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Восток» (далее - Должник, общество) открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.

16.09.2017 сообщение об открытии в отношении Должника конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 172

Конкурсный управляющий ООО «ЯМЗ» обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительной сделкой договор цессии от 30.06.2014 № 16, заключенного между ФИО1 (далее – Ответчик) и ООО «Восток» об уступке прав требований к ООО «Ядринский завод металлических изделий» и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.10.2019 произведена процессуальная замена истца с ООО «ЯМЗ» на ФИО4

Суд признал недействительным договор цессии 30.06.2014 № 16, заключенный между ФИО1 и ООО «Восток» об уступке прав требований к ООО «Ядринский завод металлических изделий» как порождающее право требование к ООО «Восток» на сумму 3 621 000 рублей и признал право требование ФИО1 к ООО «Восток», на сумму 3 621 000 рублей отсутствующим.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением, ответчик обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить и вынести по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего возражал по доводам апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемое определение без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения. Представил письменные пояснения, которые приобщены к материалам дела.

Апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, исходя из норм ст. ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Руководствуясь ст.ст. 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что обжалуемое определение подлежит оставлению без изменения, в силу следующих обстоятельств

Как усматривается из материалов дела, 30.06.2014 между ФИО1 и ООО «Восток» заключен договор цессии № 16 (далее – Договор), об уступке прав требований к ООО «Ядринский завод металлических изделий» на сумму 3 621 000 руб.

Как следует из договора цессии права требования ФИО1 к ООО «Ядринский завод металлических изделий» возникли на основании договора займа между ФИО1, и ООО «Ядринский завод металлических изделий» от 23.05.2014 №

Доказательствами выдачи ФИО1 займа служат приходные кассовые ордеры 34-40 за период с 23.05.2014 по 20.06.2014 .

ФИО1, являясь конкурсным кредитором, включенным в реестр ООО «Ядринский завод металлических изделий», вносил денежные средства наличными в кассу ООО «Ядринский завод металлических изделий», по приходным кассовым ордерам, в то время как в отношении ООО «Ядринский завод металлических изделий» была введена процедура внешнего управления.

ООО «Ядринский завод металлических изделий» имеет расчетные счета в кредитных организациях, при этом денежные операции осуществлялись минуя расчетные счета ООО «Ядринский завод металлических изделий».

В материалах отсутствуют последующие доказательства внесения внешним управляющим денежных средств на соответствующие расчетные счета ООО «ЯЗМИ».

Указанное обстоятельство подтверждается протоколом собрания кредиторов ООО «ЯЗМИ» от 13.05.2014 на котором рассматривался вопрос об утверждении плана внешнего управления ООО «ЯЗМИ».

Как правильно установлено судом первой инстанции, на собрании присутствовали в качестве кредиторов ФНС России в лице МИ ФНС № 8 по ЧР с суммой голосов 9 866 910 руб. 71 коп., что составляет 16,580%, а также ООО «МИГ-Опыт», ООО «Ядринский машиностроительный завод - Энерго», ЗАО «Ядринский машиностроительный завод», ФИО1, ООО «Инвестиционная Торгово-Промышленная Компания «Новые Технологии", с совокупным объемом голосов 49 560 622 93 рубля или 83,42%.

Между Должником и ООО «ЯЗМИ» была совершена сделка, основанная на договоре цессии № 17 от 30.06.2014, согласно которому ООО "ЯЗМИ" уступило права требования в адрес ООО «Восток» к ООО «ИТПК «Новые технологии», текущее наименование ООО «Индра» (ИНН <***>).

ООО «Восток» должно было оплатить ООО «ЯЗМИ» денежные средства в размере уступленных прав, а именно в сумме 4.554.919 руб. 55 коп.

Полагая, что заключение Договора было направлено на создание искусственной задолженности Должника перед ООО «ЯМЗ» через контролирующих ООО «ЯМЗ» лиц, в том числе ФИО5 и ответчика, ООО «ЯМЗ» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением, в котором по основаниям ст. 10, 170 ГК РФ просило признать недействительной сделку – договор цессии № 16., заключенный между ФИО1 и ООО «Восток» об уступке прав требований к ООО «Ядринский завод металлических изделий» и применении последствий недействительности указанной сделки.

Пунктом 1 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III. 1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, установленным Законом о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Норма п. 1 ст. 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует с их внутренней волей.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Как было установлено судом, ФИО5 является учредителем (доля 100%) ООО «Восток», где далее генеральным директором, до 08.05.2018 является его отец – ФИО6

Генеральным директором ООО «Канаан ИА» является ФИО7 при этом ООО «Канаан ИА» располагалась по одному адресу с ООО «Восток».

ФИО7 участником ЗАО ТД «Бизнес-Инвестпром», где одновременно с ним участники являлись ФИО6, ФИО5, ФИО1

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

ФИО1 являлся кредитором ООО «ЯЗМИ», а также представлял интересы ЗАО «Ядринский машиностроительный завод», где являлся генеральным директором. Единственным контролирующим лицом ЗАО «Ядринский машиностроительный завод» являлся ФИО6. ФИО6 и ФИО1 являлись участниками ООО «Миг-опыт».

В состав учредителей ООО «Ядринский машиностроительный завод - Энерго» входили ФИО8 и ООО «Промышленные активы», где единственным участником был ФИО6. ФИО8 представлял интересы ООО «Инвестиционная Торгово-Промышленная Компания «Новые Технологии», где участником был ФИО6, что подтверждается Решением Арбитражного суда Чувашской Республики по делу № А79-9289/2014 от 05.05.2015г.

Участником ООО «ЯЗМИ» (ИНН: <***>) является ООО «Ядринпроминвест», где единственным участником является ФИО5, являющийся сыном ФИО6.

Как следует из договора цессии в основе права требования ФИО1 к ООО «Ядринский завод металлических изделий» указан договор займа между ФИО1, и ООО «Ядринский завод металлических изделий от 23.05.2014» № 13.

В то же время, в отношении ООО «ЯЗМИ» была введена процедура внешнего управления на основании определения Арбитражного суда Чувашской Республики от 24.03.2014 по делу № А79-8293/2013. Внешним управляющим Должника был утвержден ФИО9.

Определением Арбитражного суда Чувашской Республики от 11 .02.2014 по делу № А79-8293/2013, ФИО1 включен в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ЯМЗ» на сумму 6 964 883 руб. 64 коп.

Доказательствами выдачи ФИО1 займа служат приходные кассовые ордеры № 34-40 за период с 23.05.2014 по 20.06.2014.

Таким образом, ФИО1. вносил денежные средства наличными в кассу ООО «Ядринский завод металлических изделий», по соответствующим приходным кассовым ордерам.

То есть, ФИО1, вносил денежные средства наличными в кассу ООО «Ядринский завод металлических изделий», когда в отношении юридического лица была введена процедура внешнего управления».

Указанное обстоятельство подтверждается протоколом собрания кредиторов ООО «ЯЗМИ» от 13 мая 2014 года где рассматривался вопрос об утверждении плана внешнего управления ООО «ЯЗМИ».

Как верно указал суд первой инстанции, проявляя должную осмотрительность ФИО1, обязан был знать, что ООО «Ядринский завод металлических изделий» является неплатежеспособной организацией и внесение денежных средств в виде займа не может отвечать требованиям экономической целесообразности и объективной разумности, поскольку возврат займа, при таких обстоятельствах, является крайне маловероятным, с учетом того, что данное юридическое лицо имеет своевременно непогашенную задолженность перед ФИО1, на сумму 6 964 883 руб. 64 коп. ФИО1, и не предполагал возврата займа от ООО «ЯЗМИ».

При этом, уступая права требования к ООО «ЯЗМИ» в адрес ООО «Восток» (аффилированная компания к ФИО1, ООО «ЯЗМИ» и ФИО6 , ООО «Восток» в лице ФИО6), ответчик не мог не знать о том, что данная сумма займа является фактически невозвратной.

Таким образом, при отсутствии доказательств реальности исполнения основного обязательства а именно выдачи займа ООО «ЯМЗ», последующие заключение спорного Договора, в части уступки прав требований Должнику к ООО «ЯМЗ», суд первой инстанции сделал верный вывод, с учетом аффилированности ответчика, о том что заключение спорного Договора, не было направлено на создание реальных гражданско-правовых отношений, а носило своей целью увеличение кредиторской задолженности Должника для оказания возможности влияния на процедуру его банкротства.

Согласно п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что договор, на котором основаны требования кредитора, является мнимой сделкой, совершенной лишь с целью искусственного создания задолженности стороны сделки перед другой стороной.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и не усматривает оснований для их переоценки.

Согласно доводам ответчика, у ФИО4 отсутствует права об оспаривании сделки заключенной между Должником и ФИО1, так как ООО «Ядринский механический завод» являлся таким же аффилированным лицом к Должнику, как сам Растворов Н.В, и ряд других организаций, а следовательно его голоса также не должны учитываться при определении права на оспаривании сделки.

В то же время, между ООО «Ядринский механический завод» и ФИО4 заключен договор уступки прав требований № 01, согласно которому ООО «Ядринский механический завод» передало ФИО4 права требования к ООО «Восток» в размере 1 664 687 руб. 46 коп.

Заключение данного договора и передача прав требований осуществлена в результате проведенных электронных торгов конкурсным управляющим ООО «Ядринский машиностроительный завод», согласно которым победителем был признан ФИО4

Договор уступки заключен 11.09.2018 года, а право требование было передано, после его оплаты, 17.09.2018, что подтверждается соответствующим актом.

Заявление о процессуальном правопреемстве было подано и поступило в суд 18.09.2018 .

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2018 произведена замена кредитора ООО «Ядринский механический завод» на ФИО4 в части требования в размере I 664 687 руб. 46 коп.

При этом ФИО4 не является аффилированным и иным образом взаимозависимым лицом как к Должнику, так и к контролирующим лицам Должника, а также иным лицам. взаимозависимым к Должнику.

Данное обстоятельство свидетельствует о том, что ФИО4, является независимым и не аффилированным кредитором. Как следует из Определения Верховного суда РФ от 17 мая 2017 г. по делу N 308- ЭС14-7166(4) сама по себе замена в материальном правоотношении не наделила нового кредитора правом на участие в собрании и не ограничила право прежних до момента вынесения арбитражным судом судебного акта о их замене в реестре требований кредиторов должника правопреемником по ранее включенным требованиям.

Исходя из принципа добросовестности (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) до проведения процессуальной замены лицо, включенное в реестр требований кредиторов, обязано выдать приобретателю требования доверенность на голосование или голосовать на общем собрании в соответствии с указаниями приобретателя (пункт 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу статьи 48 АПК РФ при процессуальном правопреемстве новый кредитор приобретает статус конкурсного кредитора с момента вынесения арбитражным судом определения о замене первоначального кредитора на нового. В соответствии с п. 2 ст. 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Определение 10% барьера, а также рассмотрение вопроса об исключении аффилированных лиц осуществляется на дату рассмотрения поданного заявления и при этом не имеет значения-факт исторического происхождения права требования, в частности учитывая то, что ФИО4, не является аффилированным лицом, а заявление подано в его интересах, как конкурсного кредитора и интересах иных независимых конкурсных кредиторов, то соответственно суд первой инстанции обоснованно рассмотрел поданное заявление и оснований для отказа в его рассмотрении не имелось.

По существу математического расчета 10% барьера, препятствующего оспариванию сделки Должника, в части исключения лица в отношении которого сделка оспаривается и иных лиц являющихся аффилированными но отношению к Должнику у заявителя жалобы возражений не имеется.

В тех актах, на которые ссылается податель жалобы, отсутствовали документы подтверждающие доводы об аффилированности Должника иных конкурсных кредиторов и ответчика по соответствующему обособленному спору.

Однако, необходимо отметить, что в другом судебном акте - Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 08.08.2019 года по настоящему делу, указано, что: «как в заявлении в суд первой инстанции о признании сделки должника недействительной, так и в апелляционной жалобе ООО «Ядринский механический завод» указывало, что при определении 10 % барьера не должны учитываются требования кредитора, в отношений которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц. При этом общество мотивированно указывало, что совокупная сумма требований зависимых кредиторов составляет 45 680 589 руб. 66 коп. и при таких обстоятельствах требования ООО «Ядринский механический завод», включенные в реестр требований кредиторов в размере 1 664 687 руб. 46 коп., составляют более 45 % от требований лиц, не аффилированных с должником».

В рамках данного обособленного спора также были заявлены доводы об аффилированности конкурсных кредиторов к должнику и контролирующим Должника лицам и представлены необходимые доказательства. При таких обстоятельствах довод апеллянта о наличии преюдиции об отсутствии аффилироваиности является несостоятельным.

Довод заявителя жалобы о том, что Договор являлся действительной сделкой, также подлежит отклонению в силу следующих причин.

Так, в обоснование своей позиции по спору, Ответчиком были представлены:

- Копия заявления о включении требований ФИО1 в РТК ООО «Восток»

- Договор цессии № 16 от 30 июня 2014 года, заключенного между ФИО1. и ООО «Восток» об уступке прав требований к ООО «Ядринский завод металлических изделий» на сумму 3 621 000 рублей

- Акт приема-передачи документов от 30 июня 2014 года, якобы подтверждающие право требования к ООО «Ядринский завод металлических изделий» {Приложение№23);

- Копия акта сверки между ФИО1, и ООО «Восток» {Приложение№24);

В силу положений ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами и никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Оценка спорного Договора позволяет сделать вывод о том, что данные сделки носили фиктивный характер исключительно с целью создания видимости существования права требования к Должнику, по основаниям, изложенным в судебном акте.

Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, однако они не опровергают выводы суда, положенные в основу судебного акта первой инстанции, и не могут служить основанием для отмены определения суда и удовлетворения апелляционной жалобы.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые могли бы рассматриваться в качестве безусловного основания для отмены оспариваемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 01 октября 2019 года по делу № А40-231261/16 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:Ю.Л. Головачева

Судьи:А.А. Комаров

Д.Г. Вигдорчик