Постановление от 11 октября 2022 г. по делу № А56-35677/2017

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-35677/2017
11 октября 2022 года
г. Санкт-Петербург



Резолютивная часть постановления объявлена 04 октября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 11 октября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Сотова И.В.

судей Будариной Е.В., Бурденкова Д.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

при участии:

от Компании с ограниченной ответственностью «Лиджорио Лимитед»: представитель ФИО2, по доверенности от 01.09.2022;

от ООО «Стройсвязьурал 1» и ФИО3: представитель ФИО4, по доверенности от 10.12.2021;

от внешнего управляющего ЗАО «Стремберг»: представитель ФИО5, по доверенности от 15.09.2022;

от иных лиц: не явились, извещены надлежащим образом;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-28188/2022, 13АП-28298/2022) ООО «Стройсвязьурал 1» и ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.08.2022 по делу № А56-35677/2017, принятое по делу о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Стрёмберг» (ИНН <***> ОГРН <***>),

установил:

24.05.2017 ООО «Стройсвязьурал 1» (далее – заявитель, кредитор) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании ЗАО «Стрёмберг» (далее – должник, Общество) несостоятельным (банкротом), которое было принято к производству суда определением от 01.08.2017.

Определением арбитражного суда от 14.12.2017 ООО «Стройсвязьурал 1» было заменено в порядке процессуального правопреемства на ИП Рытую Е.Г., во введении процедуры наблюдения в отношении ЗАО «Стрёмберг» отказано, а заявление ИП ФИО6 оставлено без рассмотрения.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2018 по настоящему делу, вынесенным по заявлению кредитора - ООО «Стройсвязьурал 1» (правопреемник - ИП Рытая Е.Г.), в отношении ЗАО «Стрёмберг» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО7 (далее – ФИО7), член Ассоциации «Урало-Сибирское объединение арбитражных управляющих».

Определением арбитражного суда от 05.08.2022 отказано в удовлетворении ходатайств об утверждении мирового соглашения, о введении финансового оздоровления и об открытии конкурсного производства; процедура наблюдения в отношении ЗАО «Стрёмберг» прекращена и введено внешнее управление сроком на 18 месяцев - до 02.02.2024; также прекращены полномочия временного управляющего ФИО7 и генерального директора Общества ФИО2; внешним управляющим утвержден ФИО8 (далее – ФИО8), член Ассоциации арбитражных управляющих «ОРИОН», с утверждением ему ежемесячного вознаграждения в размере 45 000 рублей за счет средств должника.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Стройсвязьурал 1» подало апелляционную жалобу, в которой просит определение суда отменить в части следующих выводов суда первой инстанции:

- на стр. 48 определения: «Учитывая изложенное, суд считает, что ООО «Стройсвязьурал 1», ФИО3, ООО «МТ Техно Челябинск» и ИП Рытая Е.Г. входят в одну группу лиц с должником и являются его заинтересованными лицами (статья 19 Закона о банкротстве, статья 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» и статья 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»)»;

- на стр. 48-49 определения: «При этом решения, принятые на собрании кредиторов от 25.10.2019, нарушают права и законные интересы иных кредиторов должника (ФИО9, ФНС России в лице Межрайонной ИФНС №26 по Санкт-Петербургу, АО «Петербургская сбытовая компания», ООО «Гарант Пожарной Безопасности»), поскольку заинтересованные по отношению к должнику кредиторы принявшие решение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства, в то время, как платежеспособность должника может быть восстановлена, в том числе по причине наличия у должника имущества, необходимого для осуществления самостоятельной хозяйственной деятельности.

Суд считает, что кредиторы, принявшие участие в собрании и принявшие решения по основополагающим вопросам ведут себя недобросовестно по отношению к другим кредиторам, что свидетельствует о злоупотреблении правом (статья 10 ГК РФ), преследуя исключительно свои интересы с ведением «контролируемой» процедуры, и указывает на то, что при таком подходе смысл собрания кредиторов, состоявшегося 25.10.2019 сводится только к возможности ввести ликвидационную процедуру, а не к получению удовлетворения по заявленным требованиям кредиторов, что явно не соответствует целям законодательного регулирования.

С учетом вышеуказанных обстоятельств есть все основания полагать, что поведение мажоритарных кредиторов указывает на недобросовестное осуществление ими своих гражданских прав».

В обоснование своей апелляционной жалобы ООО «Стройсвязьурал 1» ссылается на отсутствие аффилированности ООО «Стройсвязьурал 1» по отношению к должнику и недоказанность признаков злоупотребления правом в действиях кредитора, в связи с чем полагает, что в качестве кандидатуры арбитражного управляющего должником подлежала утверждению кандидатура, избранная собранием кредиторов, состоявшемся 25.10.2019, и которое недействительным в установленном порядке не признано.

Кредитор ФИО3 (далее – ФИО3), также не согласившись с принятым судебным актом, подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда отменить в части утверждения внешним управляющим Обществом ФИО8, утвердить в этой должности ФИО7, кандидатура которого была избрана собранием кредиторов должника, полагая, что путем утверждения внешнего управляющего методом случайной выборки были нарушены права кредиторов на выбор арбитражного управляющего.

Кредитор Компания с ограниченной ответственностью «Лиджорио Лимитед» и внешний управляющий ФИО8 представили письменные отзывы на апелляционные жалобы, в которых просят определение суда в обжалуемой части оставить без изменения.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ООО «Стройсвязьурал 1» и ФИО3 доводы жалоб поддержал.

Представители Компании с ограниченной ответственностью «Лиджорио Лимитед» и внешнего управляющего ЗАО «Стремберг» возражали против удовлетворения апелляционных жалоб.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

При рассмотрении дела суд руководствуется частью 5 статьи 268 АПК РФ с учетом разъяснений, изложенных в пункте 27 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 г. № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Возражений против проверки только в обжалуемой части - утверждения кандидатуры арбитражного управляющего ФИО8 методом случайно выборки и выводов суда об аффилированности ООО «Стройсвязьурал 1», ФИО3, ООО «МТ Техно Челябинск» и ИП ФИО6 с должником к началу рассмотрения апелляционных жалоб не поступило.

С учетом изложенного законность судебного акта проверена в апелляционном порядке в обжалуемой части.

Согласно статье 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пунктов 1 и 5 статьи 96 Закона о банкротстве, одновременно с введением внешнего управления арбитражным судом утверждается внешний управляющий. Внешний управляющий утверждается в порядке, предусмотренном статьей 45 настоящего Федерального закона.

В части 2 статьи 96 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность арбитражного суда до даты утверждения внешнего управляющего возложить исполнение обязанностей и осуществление прав внешнего управляющего, установленных настоящим Федеральным законом, за исключением составления плана внешнего управления, на лицо, исполнявшее обязанности временного управляющего, административного управляющего или конкурсного управляющего должника.

В соответствии со статьей 2 и пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, временным управляющим в деле о банкротстве не может быть утверждено лицо, кандидатура которого предложена кредитором, аффилированным по отношению к должнику.

Поскольку контролирующее должника лицо и аффилированные с должником лица имеют общий с должником интерес, отличный от интереса независимых кредиторов, учет их голосов при последующем выборе кандидатуры арбитражного управляющего (саморегулируемой организации) приводит к тому, что установленный действующим правовым регулированием механизм предотвращения потенциального конфликта интересов не достигает своей цели (пункт 12 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020).

Так как Законом о банкротстве вопрос об утверждении арбитражного управляющего отнесен к компетенции суда, то суд не может быть связан при принятии соответствующего решения исключительно волей кредиторов (как при возбуждении дела, так и впоследствии).

Кроме того, федеральный законодатель, дополняя статью 37 Закона о банкротстве пунктом 5, установил, что при выборе арбитражного управляющего (саморегулируемой организации) в первой процедуре банкротства мнение должника игнорируется: арбитражный управляющий выбирается конкурсным кредитором - заявителем по делу о банкротстве, а при подаче заявления о банкротстве самим должником - случайным образом. Такое регулирование направлено на обеспечение подлинной независимости управляющего и предотвращение потенциального конфликта интересов, т.е. на устранение каких-либо сомнений по поводу того, что управляющий, предложенный должником, прежде всего будет действовать к выгоде последнего, игнорируя права гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов.

С учетом изложенного и исходя из целей осуществления процедур банкротства и общего принципа проведения процедур несостоятельности, заключающихся в предоставлении приоритетной защиты прав независимых кредиторов, Верховным Судом Российской Федерации сформулирована правовая позиция, приведенная в пункте 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016), в силу которой допускается исключение из общих правил определения кандидатуры арбитражного управляющего, установленных Законом о банкротстве, в пользу метода случайного выбора, предусмотренного пунктом 5 статьи 37 Закона о банкротстве.

Такое регулирование направлено на обеспечение подлинной независимости управляющего, предотвращение потенциального конфликта интересов, то есть, на устранение всяких сомнений по поводу того, что управляющий, предложенный одним из участников дела о банкротстве, в приоритетном порядке будет учитывать лишь интересы последнего.

Аналогичная правовая позиция отражена в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019, и следует из пункта 12 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020.

При этом, в силу различных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, арбитражный управляющий должен гарантировать баланс их прав и законных интересов. Достижению этой цели должен содействовать арбитражный управляющий, утверждаемый арбитражным судом в порядке, установленном статьей 45 Закона о банкротстве.

Таким образом, Законом о банкротстве допускается исключение из общего правила исключительной компетенции собрания кредиторов при утверждении кандидатуры арбитражного управляющего для предотвращения конфликта интересов.

В этой связи суд пришел к выводу о том, что в настоящем деле подлежит утверждению кандидатура арбитражного управляющего, являющегося членом саморегулируемой организации, определенной методом случайной выборки, независимо от того, что в данном случае вводится вторая процедура банкротства – внешнее управление.

Согласно правовой позиции, сформированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2020 № 308-ЭС-2721, стороне, возражающей против утверждения конкретной кандидатуры арбитражного управляющего (либо саморегулируемой организации), достаточно подтвердить существенные и обоснованные сомнения в независимости управляющего, иными словами, зародить у суда разумные подозрения относительно приемлемости названной кандидатуры.

В данном случае суд первой инстанции сделал вывод о том, что возложение обязанностей на временного управляющего ФИО7 невозможно в силу следующего:

В отношении арбитражного управляющего ФИО7 в рамках дел № А56-90702/2021 и № А56-55705/2019 рассмотрены два заявления Управления Росреестра по Санкт-Петербургу о привлечении его к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Так, решением арбитражного суда от 02.07.2019 по делу № А56-55705/2019, оставленным без изменений постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2019, в удовлетворении заявления о привлечении ФИО7 к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ отказано.

В рамках указанного дела судом установлено, что временным управляющим ФИО7 допущены нарушения требований статьи 67, пунктами 2 и 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве в процедуре несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Стремберг».

В этой связи суд согласился с позицией заявителя, что в действиях (бездействии) временного управляющего ЗАО «Стремберг» ФИО7 в ходе осуществления своей деятельности имеются признаки противоправности и виновности, поскольку временным управляющим ФИО7 не были приняты все зависящие от него меры по исполнению обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве).

Также решением арбитражного суда от 10.01.2022 по делу № А56-90702/2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2022, отказано в удовлетворении заявления о привлечении ФИО7 к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Однако, в рамках указанного дела, судом установлено, что временным управляющим ФИО7 были допущены нарушения требований пункта 3 статьи 14, статьи 20 Закона о банкротстве в процедуре несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Стремберг», а обстоятельства дела свидетельствуют о наличии в действиях ФИО7 события и состава вменяемого административного правонарушения, включая вину правонарушителя, поскольку управляющий ФИО7 не созвал в установленный законом срок собрание кредиторов, но при этом, суд исходил из того, что в данном случае отсутствуют какие-либо явные негативные последствия для заинтересованных лиц его действий (бездействия). Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд указал, что совершенное ФИО7 нарушение является в данном случае малозначительным, в связи с чем освободил его от административной ответственности и ограничился устным замечанием.

Вместе с тем, как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

В настоящем деле о банкротстве имеется явно выраженный корпоративный конфликт между группой кредиторов, связанных с ООО «Стройсвязьурал 1» (ФИО3, ИП Рытая Е.Г. и ООО «МТ Техно-Челябинск»), которые являются мажоритарными кредиторами, и группой участвующих в деле о банкротстве лиц, связанных с должником (ЗАО «Стрёмберг», ЧКОО «ЛИДЖОРИО ЛИМИТЕД» и ООО «Питерлэнд Аква-Спа»).

При этом, как было установлено судом, ООО «Стройсвязьурал 1» и ЗАО «Стрёмберг» являются совладельцами объекта недвижимости - Торгово-развлекательного комплекса «Питерлэнд», являющегося основным активом должника.

Кроме того, между ООО «Стройсвязьурал 1» и ЗАО «Стрёмберг» имеются многочисленные судебные споры, касающиеся определения размера долей в праве собственности на указанный объект недвижимости, а также распределения доходов от эксплуатации данного торгово-развлекательного комплекса.

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2020 № 305-ЭС19-26656, если у суда имеются разумные подозрения в независимости управляющего, то суд всегда имеет право затребовать кандидатуру другого управляющего. Поскольку законом вопрос об утверждении управляющего отнесен к компетенции суда, то суд не может быть связан при принятии соответствующего решения исключительно волей кредиторов (как при возбуждении дела, так и впоследствии).

Следовательно, положения статьи 45 Закона о банкротстве не исключают наличия у арбитражного суда дискреционных полномочий назначить арбитражного управляющего посредством случайного выбора саморегулируемой организации, что является наиболее оптимальным вариантом поиска управляющего для всех спорных ситуаций в условиях действующего правового регулирования.

В рассматриваемом случае, с учетом изложенного выше, судом было установлено, что кандидатура арбитражного управляющего ФИО7 не отвечает в полной мере указанным критериям.

Также отсутствуют условия, необходимые для проведения собрания кредиторов по выбору кандидатуры арбитражного управляющего либо саморегулируемой организации, из членов которой подлежит утверждению арбитражный управляющий, для целей назначения в настоящем деле о банкротстве в качестве внешнего управляющего.

С учетом конкретных обстоятельств настоящего дела, суд первой инстанции правомерно применил метод случайной выборки саморегулируемой организации в целях определения кандидатуры арбитражного управляющего, подлежащей утверждению судом в рамках настоящего дела.

В этой связи арбитражным судом были направлены запросы в различные саморегулируемые организации в целях получения информации о кандидатурах арбитражных управляющих для их утверждения в деле о банкротстве ЗАО «Стрёмберг».

Из саморегулируемых организаций были получены ответы на запросы суда с предложением кандидатур арбитражных управляющих, с которым (с ответами) лица, участвующие в деле, были ознакомлены, в частности - от Ассоциации арбитражных управляющих «Орион» в материалы дела представлены сведения о кандидатуре арбитражного управляющего ФИО8

Конкурсный кредитор ФИО9 полагала, что предпочтительным является назначение арбитражного управляющего из саморегулируемой организации из города Санкт-Петербурга, поскольку имущество должника находится и хозяйственная деятельность осуществляется Обществом в Санкт-Петербурге.

Данную позицию поддержали ООО «Стройсвязьурал 1» и ООО «МТ Техно Челябинск».

Представители кредиторов и должника, участвующие в судебном заседании, заявили, что не возражают против утверждения ФИО8 арбитражным управляющим ЗАО «Стрёмберг».

Оценив представленные саморегулируемой организацией сведения о кандидатуре арбитражного управляющего, суд первой инстанции, с учетом положений пункта 5 статьи 45 Закона о банкротстве, сделал вывод о соответствии кандидатуры арбитражного управляющего ФИО8 требованиям Закона о банкротстве и счел возможным утвердить его кандидатуру в соответствии с пунктом 1 статьи 96 Закона о банкротстве внешним управляющим должником с фиксированной суммой ежемесячного вознаграждения в размере 45 000 рублей за счет средств должника согласно положениям статьи 20.6 Закона о банкротстве.

Отклоняя доводы апелляционных жалоб кредиторов, суд апелляционной инстанции исходит из того, что суд пришел к правомерным и обоснованным выводам о том, что среди конкурсных кредиторов имеет место конфликт в отношении кандидатуры арбитражного управляющего, подлежащей утверждению в настоящей процедуре банкротства, и о невозможности, с учетом этого, утверждения ФИО7 внешним управляющим должником.

В этой связи суд первой инстанции перешел к определению кандидатуры внешнего управляющего посредством случайной выборки саморегулируемой организации по мотиву наличия конфликта интересов в кредиторском сообществе, создания мажоритарными кредиторами условий для ущемления имущественных прав миноритариев и лоббирования собственных интересов с использованием административного ресурса при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве посредством определения собственного порядка выполнения мероприятий в рамках внешнего управления, исключив тем самым возможность определения зависимой кандидатуры арбитражного управляющего путем проведения собрания кредиторов при наличии заинтересованности мажоритарных кредиторов.

Вопреки доводам подателей жалоб, суд, в силу вышеизложенных подходов, обладает дискреционными полномочиями по проведению случайного выбора саморегулируемой организации с целью последующего утверждения арбитражного управляющего.

При рассмотрении настоящего вопроса судом первой инстанции Ассоциация арбитражных управляющих «ОРИОН» (среди прочих) представила сведения относительно кандидатуры ФИО8 и о соответствии данной кандидатуры требованиям, предусмотренным статьями 20 и 20.2 Закона о банкротстве. При этом, ФИО8 изъявил своё согласие быть утвержденным арбитражным управляющим должником в рамках настоящего дела о банкротстве.

Таким образом, проанализировав представленные саморегулируемыми организациями кандидатуры арбитражных управляющих, приняв во внимание, в том числе, сведения из открытых источников о деятельности ФИО8, согласно которым арбитражный управляющий осуществляет профессиональную деятельность на территории Санкт-Петербурга, что является его преимуществом, а также независимость арбитражного управляющего ФИО8 от влияния кредиторов должника, его профессиональный опыт и отсутствие значительной загруженности, связанной с участием в иных делах о банкротстве, арбитражный суд первой инстанции, оценив представленные саморегулируемой организацией сведения о кандидатуре арбитражного управляющего, с учётом положений пункта 5 статьи 45 Закона о банкротстве, сделал правомерный вывод о том, что данная кандидатура является предпочтительной относительно иных, в частности - с учётом его беспристрастности в отношении отдельных кредиторов и - как следствие - о соответствии кандидатуры арбитражного управляющего ФИО8 требованиям Закона о банкротстве, в связи с чем в соответствии со статьей 96 Закона о банкротстве и с учётом разъяснений, данных в определениях Верховного суда Российской Федерации от 29.05.2020 №305-ЭС19-26656 и от 26.08.2020 №308-ЭС-2721, утвердил его внешним управляющим должником, установив при этом отсутствие предусмотренных Законом о банкротстве препятствий для его утверждения арбитражным управляющим должником (доказательств обратного не представлено), при том, что перечень оснований, по которым арбитражный управляющий не может быть утвержден арбитражным управляющим должником, определен в подпункте 2 пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве.

В этой связи, делая вывод о невозможности утверждения внешним управляющим должником кандидатуры ФИО7, суд первой инстанции правомерно исходил из наличия заинтересованности данного кандидата (с учетом также того, что факт наличия в его действиях (бездействии) в ходе осуществления им обязанностей временного управляющего должником признаков противоправности, установлен в судебном порядке, а ООО «Стройсвязьурал 1», несмотря на указанные нарушения, настаивало на утверждении кандидатуры ФИО7 внешним управляющим должником), что, по мнению суда, потенциально влечёт возникновение конфликта интересов и исключает возможность утверждения указанной кандидатуры внешнего управляющего в порядке статьи 45 Закона о банкротстве.

Применительно к этому выводу суд первой инстанции правомерно принял во внимание, что представленная кандидатура ФИО7 не является независимой по отношению к ООО «Стройсвязьурал 1», ФИО3, ООО «МТ Техно Челябинск» и ИП ФИО6, которые входят в одну группу лиц с должником и являются его заинтересованными лицами.

Доводы кредиторов о том, что утверждение временного управляющего методом случайной выборки нарушает их права и законные интересы на самостоятельное определение кандидатуры в порядке абзаца 6 пункта 2 статьи 12 и пункта 5 статьи 45 Закона о банкротстве, не приняты судом во внимание в силу того, что переход к подобной методологии выбора арбитражного управляющего вызван обстоятельствами, при которых соблюдение формальных правил может повлечь нарушение прав меньшинства кредиторов и предоставление преимуществ недобросовестным лицам, обладающим большинством голосов.

Противоречивость действий мажоритарных кредиторов и временного управляющего должником по отношению к остальному кругу кредиторов, а также к достижению целей банкротства образует правовую ситуацию, при которой суд вынужден применять экстраординарные способы защиты прав лиц, участвующих в деле о банкротстве в целом.

Влияние группы кредиторов, связанных с ООО «Стройсвязьурал 1» (ФИО3, ИП Рытая Е.Г. и ООО «МТ Техно-Челябинск»), которые являются мажоритарными кредиторами, с использованием большинства голосов в реестре, в том числе посредством оперативного контроля за деятельностью заинтересованного арбитражного управляющего через комитет кредиторов может привести к абсолютной монополии при принятии решений и дачи указаний внешнему управляющему.

Между тем, игнорирование этими кредиторами нарушений временного управляющего при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, косвенно указывает на наличие заинтересованности в сохранении некомпетентного арбитражного управляющего в своей должности для обеспечения собственных имущественных интересов.

Таким образом, в данном случае избрание арбитражного управляющего методом случайного выбора позволяет, как минимум, избежать конфликта интересов кредиторов и обеспечить их права и законные интересы в равной степени.

Что касается доводов ООО «Стройсвязьурал 1» о несогласии с выводами суда первой инстанции о вхождении ООО «Стройсвязьурал 1», ФИО3, ООО «МТ Техно Челябинск» и ИП Рытая Е.Г. в одну группу лиц с должником и их заинтересованности, суд апелляционной инстанции отмечает, что судебные акты, на которые ссылается кредитор, устанавливают лишь отсутствие у него статуса контролирующего должника лица, но не факт аффилированности (взаимосвязанности сторон, в том числе как участников ранее общего инвестиционного проекта (соглашения совместной деятельности с целью постройки и совместной эксплуатации объекта недвижимости)).

При этом, делая вывод о том, что ООО «Стройсвязьурал 1», ФИО3, ООО «МТ Техно Челябинск» и ИП Рытая Е.Г. входят в одну группу лиц с должником и являются его заинтересованными лицами, суд первой инстанции правомерно исходил из следующих обстоятельств:

При рассмотрении в рамках настоящего дела о банкротстве заявления ООО «АН-ЛОГОС» о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам по обособленному спору № А56-35677/2017/з.6 судом было установлено, что 09.08.2007 было проведено учредительное собрание участников ООО «Управляющая компания «Питерлэнд», на котором принято решение о создании указанного общества, формировании уставного капитала в размере 10 000 000 рублей за счет вкладов участников, а именно: ЗАО «Стрёмберг» в размере 1 200 000 рублей (12%), ООО «Стройсвязьурал 1» в сумме 1 200 000 рублей (12%), ФИО10 - 3 800 000 рублей (38%) и ФИО3 - 3 800 000 рублей (38%).



ООО «УК «Питерлэнд» было зарегистрировано и поставлено на учет в налоговом органе 05.02.2008 (ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 781401001); с 19.05.2008 генеральным директором ООО «УК «Питерлэнд» был избран ФИО3

01.07.2008 между ООО «Стройсвязьурал 1», ЗАО «Стрёмберг» и ООО «УК «Питерлэнд» был заключен договор поручения №105, по условиям которого доверители (ООО «Стройсвязьурал 1» и ЗАО «Стрёмберг») поручают поверенному (ООО «УК «Питерлэнд») совершить действия по поиску и подбору арендаторов в строящемся детском развлекательном центре и теннисном клубе (далее – ТРК), расположенном по адресу: Санкт-Петербург, Приморский пр., д.72. Как следует из пункта 2.1 указанного договора поручения, на ООО «УК «Питерлэнд» были возложены обязанности по документальному и техническому сопровождению взаимоотношений с арендаторами на стадиях отделки помещений и подписания договоров.

Намерение сторон создать совместное юридическое лицо для эксплуатации построенного ими ТРК было закреплено в пункте 3.6 заключенного между сторонами 06.10.2006 договора №3. Указанный договор от 06.10.2006 №3 по своей сути является договором простого товарищества, в соответствии с которым (статья 1041 ГК РФ) стороны обязуются объединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

Таким образом, ООО «Стройсвязьурал 1» и ЗАО «Стрёмберг» создали юридическое лицо для эксплуатации строящегося на тот момент Объекта, который в настоящее время достроен и представляет собой Многофункциональный торгово-развлекательный комплекс с аквапарком «Питерлэнд». При этом юридическое лицо было создано на условиях равенства, что планировалось исходя из ожидаемого сторонами равенства долей в построенном объекте, а данные действия сторон были направлены на извлечение и распределение прибыли от эксплуатации указанного объекта.

При этом, 09.08.2011 ФИО3 был уволен с должности генерального директора (протокол собрания участников от 08.08.2011).

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу, что ООО «Стройсвязьурал 1» и ФИО3 с момента создания ООО «УК «Питерлэнд» входят в одну группу лиц с должником и являются его аффилированными лицами (статья 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» и статья 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»).

Кроме того, как сослался суд, при рассмотрении арбитражными судами Уральского округа дел №А76-3800/2020 и №А76-52151/2019 было установлено наличие взаимозависимости ООО «Стройсвязьурал 1», ФИО3 и ИП ФИО6

При этом, постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2022 по делу № А56-90702/2021 установлено, что в реестр требований кредиторов ЗАО «Стрёмберг» были включены требования ООО «Стройсвязьурал 1» и ООО «МТ Техно Челябинск», при этом интересы указанных кредиторов представлял ФИО11, в том числе в судебном заседании 18.09.2018 при рассмотрении требований кредитора ООО «МТ Техно Челябинск» по доверенности от 20.05.2016, в также в судебном заседании 10.07.2018.

Также, как указывало Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу (далее – Управление), ФИО11 представлял и интересы арбитражного управляющего ФИО7 в рамках дела о банкротстве ЗАО «Стрёмберг», в том числе и в судебном заседании 25.12.2018 по рассмотрению отчета временного управляющего.

Управление также отмечало, что ООО «Стройсвязьурал 1» инициировало процедуру банкротства ЗАО «Стрёмберг» и предложило кандидатуру арбитражного управляющего ФИО7 для утверждения его временным управляющим, и при рассмотрении требований кредиторов ООО «Стройсвязьурал 1» и ООО «МТ Техно Челябинск» временный управляющий не возражал относительно включения указанных кредиторов в реестр.

Таким образом, в настоящем деле о банкротстве имеется явно выраженный корпоративный конфликт между группой кредиторов, связанных с ООО «Стройсвязьурал 1» (ФИО3, ИП Рытая Е.Г. и ООО «МТ Техно-Челябинск»), которые являются мажоритарными кредиторами, и группой участвующих в деле о банкротстве лиц, связанных с должником (ЗАО «Стрёмберг», ЧКОО «ЛИДЖОРИО ЛИМИТЕД» и ООО «Питерлэнд Аква-Спа»).

В этой связи апеллянтами не доказано нарушения фактом утверждения судом кандидатуры арбитражного управляющего, определенной путем случайной выборки, прав и законных интересов всех кредиторов, что, помимо прочего, позволяет обеспечить их равную защиту и исключить контролирующее влияние кого – либо из кредиторов на ход процедуры банкротства в отношении ЗАО «Стрёмберг».

Судом апелляционной инстанции не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права; обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме; выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционные жалобы следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.08.2022 г. по делу № А56-35677/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционные жалобы ООО «Стройсвязьурал 1» и ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


И.В. Сотов



Судьи


Е.В. Бударина


Д.В. Бурденков