Постановление от 19 февраля 2024 г. по делу № А53-37226/2022

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-37226/2022
город Ростов-на-Дону
19 февраля 2024 года
15АП-150/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 15 февраля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 февраля 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Деминой Я.А.,

судей Долговой М.Ю., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 28.06.2023,

от ФИО4: представителя ФИО3 по доверенности от 22.07.2022,

посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

от конкурсного управляющего ООО "Стройтраст": представителя ФИО5 по доверенности от 25.12.2023,

от финансового управляющего ФИО6: представителя ФИО7 по доверенности от 01.02.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Стройтраст" на определение Арбитражного суда Ростовской области от 18.12.2023 по делу № А53-37226/2022 по заявлению финансового управляющего ФИО6 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки к ФИО4 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО8 (ИНН <***>);



УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО8 (далее – должник) в Арбитражный суд Ростовской обратился финансовый управляющий ФИО6 с заявлением о признании недействительной сделки по передаче ФИО8 квартиры, площадью 67 кв.м, расположенной по адресу: г. Москва, Тропарево-Никулино, ул. Никулинская, д. 6, корп. 3, кв. 101, кадастровый номер: 77:07:0014005:3097, в пользу ФИО4 по брачному договору от 06.12.2017; применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО4 вернуть в конкурсную массу ФИО8 квартиру с кадастровым номером 77:07:0014005:3097, обшей площадью 67 кв.м, расположенную по адресу: г. Москва, Тропарево-Никулино, ул. Никулинская, д. 6, корп.3, кв. 101.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.12.2023 по делу № А53-37226/2022 в удовлетворении заявления об оспаривании сделки должника к ответчику ФИО4 финансовому управляющему отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью "Стройтраст" в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обжаловал определение от 18.12.2023, просил его отменить, принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что выводы суда первой инстанции не соответствуют обстоятельствам дела. Вывод об отсутствии доказательств заключения брачного договора во вред кредиторам основан на неправильном распределении бремени доказывания. Вопреки выводу суда первой инстанции, исполнение договора не исключает возможность признания его мнимым.

От ФИО4 посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр" поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Представитель конкурсного управляющего ООО "Стройтраст" ФИО9 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Представитель финансового управляющего ФИО6 просил определение суда отменить.

Представитель ФИО4, ФИО2 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 22.06.2023 в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Сведения о введении процедуры реализации имущества должника опубликованы в газете "Коммерсантъ" №112(7557) от 24.06.2023.

В рамках процедуры банкротства, финансовым управляющим проведен анализ сделок должника, по результатам которого установлено, что 06.12.2017 между ФИО8 и ФИО4 заключен брачный договор, по условиям которого стороны договорились изменить установленный законом режим совместной собственности на отдельные виды имущества (пункт 2.1 договора).

Согласно пунктам 3.1, 3.2, 3.3 брачного договора все имущество, нажитое супругами до заключения брака либо полученное супругами во время совместного брака по наследству, дарению либо иным безвозмездным сделкам, является личной собственностью того из супругов, на кого данное имущество оформлено, и ни при каких условиях не может быть признанным общим имуществом супругов.

Нежилое помещение, комнаты на 1-м этаже №№ 2, 3, 4, 5, 6, 7-9, 8, 11-1, 10, 12а, 13-14, 13а, общей площадью 216 кв.м., литер А1, расположенное по адресу: Ростовская область, гор. Ростов-на-Дону, Железнодорожный район, просп. Стачки, 33 (тридцать три), с кадастровым номером 61:44:0060865.738, приобретенное супругами в период брака и зарегистрированное на имя ФИО8, как в период брака, так и в случае его расторжения, является собственностью ФИО8, и ни при каких обстоятельствах не может быть признано общим имуществом супругов.

При этом согласие ФИО4 ни на отчуждение, ни на совершение любых иных сделок с указанным нежилым помещением, не требуется.

Квартира из 2 комнат, назначение: жилое, общая площадь 67 кв.м, этаж 12,находящаяся по адресу: <...> (шесть), кор. 3 (три), кв. 101 (сто один), с кадастровым номером 77:07:0014005:3097, приобретена с использованием кредитных средств банка и зарегистрирована на имя ФИО8. В связи с тем, что погашение кредита осуществлялось в период брака за счет общих средств супругов, стороны договорились считать указанную квартиру совместно нажитым имуществом, и по условиям настоящего договора указанная квартира переходит в собственность ФИО4, и как в период брака, так и в случае его расторжения, не может быть признана общим имуществом супругов.

При этом согласие ФИО8, ни на отчуждение указанной квартиры, ни на совершение любых иных сделок с указанной квартирой, не требуется.

Полагая, что на основании брачного договора от 06.12.2017 ФИО8 в собственность заинтересованного лица безвозмездно передано ликвидное недвижимое имущество с целью причинения вреда кредиторам, при совершении сделки допущено злоупотребление правом, сделка является мнимой, финансовый управляющий обратился с заявлением о признании сделки недействительной на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации,

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции отказал финансовому управляющему ФИО6 в удовлетворении заявления, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

На основании статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

На основании пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, указанного в пункте 3 той же статьи.

В конкурсную массу не включается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Согласно статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.

Статьями 40, 42 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов.

Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок (статья 44 Семейного кодекса Российской Федерации).

Статьей 61.2 Закона о банкротстве предусмотрена возможность оспаривания сделок по признакам подозрительности (при неравноценном встречном исполнении, с причинением вреда).

В подпункте 4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63) разъясняется, что брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов могут быть оспорены по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Само по себе признание сделки недействительной по мотиву злоупотребления ее сторонами (стороной) правом и как посягающей на права и охраняемые законом интересы третьих лиц не противоречит действующему законодательству и соответствует сложившейся правоприменительной практике (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и пункт 10 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

Вопрос о допустимости оспаривания подозрительных сделок должника на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886 (1), от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 N 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069 и др.).

Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 Гражданского кодекса возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса исходя из общеправового принципа "специальный закон отстраняет общий закон", определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Приведенные заявителем аргументы в обоснование недействительности сделок охватываются специальным составом недействительности сделок, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Рассматриваемые действия сторон сделки не могут быть признаны ничтожными, поскольку являются оспоримыми по специальным правилам законодательства о банкротстве.

Оспаривание сделок по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда N 305-ЭС17-4886 от 31.08.2017, необходимо указать, чем в условиях конкуренции норм о действительности сделки обстоятельства, свидетельствующие в пользу наличия признаков злоупотребления правом, выходят за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Данные в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснения о трехгодичном сроке исковой давности для оспаривания сделки имеют в виду с учетом обозначенного выше правового подхода ничтожную сделку, пороки которой выходят за пределы диспозиций специальных оснований недействительности сделок, предусмотренных Законом о банкротстве.

В силу изложенного для применения к спорной сделке срока исковой давности, указанного в пункте 1 статьи 181 ГК РФ и указанных разъяснений, заявителю надлежало доказать наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При определении соответствия условий действительности сделки требованиям закона, который действовал в момент ее совершения, арбитражный суд на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве устанавливает наличие или отсутствие соответствующих квалифицирующих признаков, предусмотренных Законом о банкротстве для признания сделки недействительной.

Согласно разъяснениям пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

Таким образом, направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (ответчик) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В то же время правовая позиция конкурсного кредитора по существу сводится к тому, что целью сделок, которую осознавали и желали достичь обе стороны, являлся вывод активов должника в ущерб кредиторам в пользу заинтересованных лиц, должник сохранил господство над спорным имуществом. Обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, конкурсным кредитором не указывались.

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции полагает, что указание конкурсным кредитором в качестве основания оспаривания сделок общих норм гражданского законодательства, без применения норм Закона о банкротстве, явно направлено на обход периода подозрительности, установленного специальной нормой для оспаривания сделок, в рамках дела о банкротстве, что противоречит действующему законодательству.

Таким образом, даже при доказанности всех признаков, на которых настаивал заявитель, у суда не было оснований для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Без установления таких обстоятельств основания для применения общих положений гражданского законодательства, а именно статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также трехгодичного срока к оспариваемой сделке не усматривается.

Судом первой инстанции установлено, что дело о банкротстве ФИО8 возбуждено 06.11.2022, под подозрение попадали сделки, совершенные не ранее 06.11.2019. Поскольку спорная сделка совершена ФИО8 06.12.2017, то есть за пределами трехлетнего периода подозрительности, у суда первой инстанции не имелось оснований для признания ее недействительной.

Для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ требовалось выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886).

Обозначенный правовой подход также согласуется с судебной практикой по данному вопросу (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 29.01.2020 N 308-ЭС19-18779 (1,2) по делу N А53-38570/2018, Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 01.09.2020 г. N Ф10-1150/16 по делу N А35-1250/2015, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061 по делу N А46-12910/2013).

В рассматриваемом случае в обоснование вывода о недействительности сделки заявитель ссылался на то, что согласно выписке из ЕГРЮЛ от 01.03.2023 с 28.12.2010 должник является участником (90%) ООО "Стройтраст" (ОГРН <***>, ИНН <***>).

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 27.01.2016 делу № А40-148841/15 с ООО "Стройтраст" в пользу ООО "Группа Компаний "Инфраструктура" взыскано 39 789 930,40 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 000,00 рублей. Решение вступило в законную силу.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 02.10.2017 по делу № А53-27585/2017 возбуждено производство по делу о банкротстве ООО "Стройтраст".

По состоянию на 2016 год задолженность ООО "Стройтраст" перед кредитором ООО "ГК "Инфраструктура" составляла 155 507 513,40 рублей, что установлено определением Арбитражного суда Ростовской области от 02.03.2022 по делу № А53-27585/2017.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 02.03.2022 по делу № А53-27585-11/17 ФИО8 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Стройтраст" в размере 126 081 879,19 рублей. С ФИО8 взысканы денежные средства в размере 126 081 879,19 рублей. Определение вступило в законную силу.

По мнению финансового управляющего должник, являясь лицом, контролирующим коммерческую организацию, должен был и мог предположить и оценить риск наступления для него неблагоприятных последствий с введением процедуры банкротства ООО "Стройтраст", в том числе риск обращения взыскания на имущество ФИО8 В связи с чем, финансовый управляющий полагает, что на момент заключения договора у должника имелись обязательства перед кредиторами в размере не менее 126 081 879,19 рублей.

Вместе с тем, отклоняя данные доводы финансового управляющего, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что на момент совершения сделки у должника не имелось неисполненных обязательств перед иными кредиторами, возможность привлечения к субсидиарной ответственности носила вероятностный характер.

В целом, как обоснованно указано судом первой инстанции, доводы финансового управляющего сводятся к указанию на совершение сделки в условиях неплатежеспособности должника в целях причинения вреда кредиторам, каких-либо иных обстоятельств, которые выходили бы за пределы дефектов подозрительных сделок, заявителем не приведено.

Вместе с тем, совершение сделки, направленной на уменьшение имущества должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. Между тем таких доказательств в дело не представлено.

Из условий договора также усматривается, что нежилое помещение, комнаты на 1-м этаже №№ 2, 3, 4, 5, 6, 7-9, 8, 11-1, 10, 12а, 13-14, 13а, общей площадью 216 кв.м, литер А1, расположенное по адресу: Ростовская область, гор. Ростов-на-Дону, Железнодорожный район, просп. Стачки, 33 (тридцать три), с кадастровым номером 61:44:0060865738, приобретенное супругами в период брака и зарегистрированное на имя ФИО8, как в период брака, так и в случае его расторжения, является собственностью ФИО8, и ни при каких обстоятельствах на может быть признано общим имуществом супругов. Таким образом, довод о том, что имущество в виде квартиры перешло в пользу ФИО4 безвозмездно также не подтверждено материалами дела.

При этом, как установлено судом апелляционной инстанции, договор заключен сторонами на обычных условиях, характерных для таких правоотношений. Он имеет целью закрепление имущественных отношений сторон на период брака и на случай его расторжения. Тот факт, что супруга должника признается заинтересованным лицом, сам по себе не порочит данную сделку, поскольку по своей природе брачный договор всегда заключается только между супругами.

Кроме того, заключение брачного договора с целью урегулировать имущественные отношения супругов и предупреждение возможных финансовых рисков обращения взыскания по личным обязательствам одного из супругов соответствует правовой природе данного вида договоров.

Финансовый управляющий также просит признать вышеуказанный договор мнимой сделкой на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной по основаниям части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В качестве доказательств, свидетельствующих о мнимости сделки, заявитель указывает на то, что брачный договор заключен супругами при наличии у общества, подконтрольного должнику, значительной кредиторской задолженности.

Вместе с тем, в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что, заключая брачный договор от 06.12.2017, стороны преследовали какие-либо иные цели, помимо тех, которые предусмотрены его условиями.

При указанных обстоятельствах, оснований для признания брачного договора мнимым суд первой инстанции правомерно не усмотрел. При этом судом учтено, что договор фактически исполнен сторонами.

В апелляционной жалобе конкурсный кредитор ссылается на положения пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которому стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Вместе с тем, данный довод подлежит отклонению, поскольку реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 N 2521/05).

Кроме того, в опровержение утверждения управляющего о том, что недвижимое имущество не выбывало из-под контроля должника, ФИО4 указано, что должник никогда не был зарегистрирован в квартире (данный факт лицами, участвующими в деле, не опровергнут). В свою очередь ФИО4 зарегистрирована в спорной квартире и проживает там с 2019 года, что подтверждается копией паспорта с отметкой о регистрации с 09.07.2019, уплачивает все коммунальные платежи, что подтверждается копиями квитанций и чеками об оплате коммунальных платежей, представленными в материалы дела.

Квартира в г. Москве приобреталась в собственность по договору купли-продажи от 11.09.2007. Средства на приобретение квартиры были получены за счет кредита, выданного ОАО "Альфа-Банк" по кредитному договору от 11.09.2007 №Z0ARN140V77DC0701003. Большая часть платежей по кредитному договору производилась за счет средств ФИО4 В силу того, что кредитный договор был заключен непосредственно перед заключением брака, подавляющее количество платежей по нему пришлось на период с 2008 по 2014 год. Несмотря на то, что обязательство юридически возникло у должника ФИО8, исполнение кредитного договора фактически легло на ответчика ФИО4

В силу положений статьи 34 Семейного кодекса РФ, поскольку платежи производились в основном за счет средств ответчика, ФИО4 уже фактически являлась собственником квартиры в большей доле, и данная квартира предназначалась для ее проживания и проживания ее сына, который не состоял и не состоит с должником в семейных отношениях.

Таким образом, подписание и исполнение брачного договора от 06.12.2017 лишь подтвердило сложившиеся правоотношения между супругами.

Денежные средства на оплату кредитного договора, заключенного для приобретения жилья (квартиры по адресу <...>) получены ответчиком от реализации собственного жилья, которое было нажито до брака с ФИО8, что подтверждается имеющими в материалах дела договором купли-продажи от 25.08.2006, договором купли-продажи ценных бумаг от 08.09.2006, бухгалтерскими справками о начислении и выплате дивидендов за период действия кредитного договора.

На основании изложенного данный довод подлежит отклонению по причине его необоснованности и недоказанности.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционных жалоб, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Судебные расходы подлежат распределению между сторонами с учетом требований статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с отнесением их на заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 18.12.2023 по делу№ А53-37226/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Я.А. Демина


Судьи М.Ю. Долгова


Г.А. Сурмалян