Постановление от 9 сентября 2024 г. по делу № А17-524/2021

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А17-524/2021
г. Киров
10 сентября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 04 сентября 2024 года.           

Полный текст постановления изготовлен 10 сентября 2024 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Дьяконовой Т.М.,

судей Кормщиковой Н.А., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Калининым А.Ю.,


при участии в судебном заседании:

по веб-связи: представителя заявителя – ФИО1, по доверенности от 05.12.2022,


рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Техноальянс»  ФИО2

на определение Арбитражного суда Ивановской области от 06.06.2024 по делу № А17-524/2021, принятое


по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Техноальянс»  ФИО2

к ФИО3, ФИО4

о привлечении к субсидиарной ответственности, 



установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Техноальянс»  (далее – должник, ООО «Техноальянс») конкурсный управляющий должником ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ивановской области с заявлением о привлечении ФИО3 (далее - ФИО3), ФИО4 (далее-ФИО4) к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Ивановской области заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично, с ФИО3. взысканы убытки в сумме 300000 руб.

Конкурсный управляющий, не согласившись с принятым определением, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, установить основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО4 по обязательствам ООО «Техноальянс» в размере реестра требований кредиторов в связи с неподачей заявления о признании должника несостоятельным в размере 4936482,11 руб. Установить основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО4 по обязательствам ООО «Техноальянс» в размере реестра требований кредиторов в связи с невозможностью полного погашения реестра требований кредиторов, приостановить рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Как указывает заявитель, убыток от деятельности ООО «Техноальянс» на конец 2018 года составил 10037000 руб. При этом отраженные в бухгалтерском балансе активы фактически ничем не подтверждались, т.к. у ООО «Техноальянс» отсутствовало какое-либо имущество, за исключением автомобиля ГАЗ 330232 2012 года выпуска стоимостью около 500 тыс. руб. Указание ФИО4 на тот факт, что убыток по итогам деятельность в 2020 года составил лишь 444000 руб. не доказывает отсутствие неплатежеспособности, а наоборот подтверждает ее. Должник был не способен с 2018 года полностью отвечать по своим обязательствам, снижение суммы убыточности деятельности должника связано, в том числе с ее прекращением. Указание суда на то, что должник продолжил исполнить обязательства в 2019 году, представляется неверными в связи с тем, что единственным контрагентом, перед которым исполнялись обязательства, является ООО «Спецстроймаш», сделка с которым оспаривалась на основании ст.61.3 Закона о банкротстве, однако суд указал, что денежные средства, поступившие в пользу ООО «Техноальянс» не могли расходоваться на какие-либо цели за исключением госзаказа. Данные обязательства исполнялись не в связи с платежеспособностью ООО «Техноальянс» в 2019 году, а в связи с поздней выплатой денежных средств заказчиком по госзаказу. ФИО4. не предпринял действий к созыву внеочередного собрания участников, таким образом, дата просрочки исполнения обязанности ФИО4 - 14.11.2018. Контролирующие должника лица не представили в адрес конкурсного управляющего журнал учета выполненных работ, общий журнал работ, акты скрытых работ, исполнительно-техническую документацию, несмотря на то, что конкурсный управляющий неоднократно данную информацию запрашивал, в связи с чем задолженность с АО «Мосгаз» не возможно было взыскать. Объективное банкротство должника возникло вследствие безосновательного прекращения исполнения данным лицом обязательств по договорам подрядов. ООО «Техноальянс» заключало сделки с повышенным риском недобросовестности контрагента. Вследствие заключения сделки с непроверенными контрагентами ООО «ТД Спорттехнология» ООО и «А-Строй» должнику были причинены убытки в размере 1360 тыс. руб. и 2700 тыс. руб. соответственно.

Ответчики явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Ивановской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, согласно выписке из ЕГЮРЛ основным видом деятельности ООО «Техноальянс» являлось строительство жилых и нежилых зданий (ОКВЭД 41.2).

ФИО3 являлся единоличным исполнительным органом (директором) ООО «Техноальянс» с 27.02.2017 и до признания должника банкротом. ФИО4 принадлежит 100 % доли уставного капитала ООО «Техноальянс» с 23.04.2012.

Решением Арбитражного суда Ивановской области от 24.11.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Посчитав, что ФИО3 и ФИО4 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Ивановкой области с соответствующим заявлением.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.  Вместе с тем суд установил наличие оснований для взыскания с ФИО3 убытков в размере 300000 руб.

Судебный акт обжалуется в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя заявителя, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

Как следует из материалов дела, конкурсным управляющим заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ФИО3 и ФИО4 по основаниям, предусмотренным статьями 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; Законом о банкротстве предусмотрены иные случаи.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В абзаце третьем пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В абзаце третьем пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством.

По правилам абзаца второго пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 данной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Таким образом, презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

В пунктах 9 и 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом и седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона.

В рассматриваемом случае, по мнению конкурсного управляющего,  обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом в арбитражный суд ФИО3 должен был исполнить не позднее 04.11.2018, ФИО4 – 14.11.2018.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий сослался на наличие у должника признаков объективного банкротства по итогам 2018 года, указал, что в бухгалтерском балансе должника за 2018 год был отражен убыток, указанные в балансе активы фактически ничем не подтверждались, ООО «Техноальянс» прекратил исполнять обязательства по заключенным ранее договорам в конце 2018 года. По состоянию на 04.10.2018 должник имел просроченные обязательства перед ООО «Ремстройподряд», требование по которым так и не были исполнены.

Действительно, решением Арбитражного суда города Москвы от 15.12.2020 по делу № А40- 176866/2020 с ООО «Техноальянс» в пользу ООО «Ремстройподряд» взыскана задолженность в размере 1881060 руб. основного долга, неустойка в размере 53874 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 36657 руб. 54 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 22848 руб.

Из судебного акта следует, что между ООО «Ремстройподряд» (генподрядчик) и ООО «Техноальянс» (подрядчик) заключен договор подряда № Д2109/18-1 от 21.09.2018 в соответствии с которым, подрядчик принял на себя обязательство выполнить работы по прокладке стального футляра d=1020 мм методом горизонтально-шнекового бурения общей длиной 546 м в соответствии с заданием Генподрядчика, на строительном объекте: «Реконструкция водовода d=900 мм для застройки территории Водного стадиона «Динамо», находящегося по адресу: г. Москва, САО, Головинский район, территория Водного стадиона «Динамо». Пунктом 4.1 договора стороны согласовали следующие сроки выполнения работ: начало выполнения работ – 21.09.2018; окончание выполнения работ – 31.03.2019. Во исполнение договора со стороны ООО «Ремстройподряд» были перечислены на расчетный счет ООО «Техноальянс» денежные средства на общую сумму 3199560 руб. В связи с допущенной просрочкой выполнения работ в рамках договора ООО «Ремстройподряд» 17.06.2020 направило уведомление об одностороннем отказе от его исполнения, которое было получено ООО «Техноальянс» 26.06.2020. С 26.06.2020 договор считается расторгнутым.

Конкурсный управляющий полагает, что вследствие неисполнения ООО «Техноальянс» обязательств перед ООО «Ремстройподряд» в течение месяца с 04.10.2018 (дата нарушения сроков сдачи первого этапа работ по договору подряда № Д2109/18-1 от 21.09.2018) у директора должника 04.11.2018 возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании ООО «Техноальянс» банкротом, которую он не исполнил. У единственного участника должника такая обязанность, по мнению конкурсного управляющего, возникла с 14.11.2018.

Между тем, по состоянию на 04.10.2018 должник не имел иных неисполненных обязательств перед кредиторами.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении № 309-ЭС17-1801 от 20.07.2017 по делу N А50-5458/15, одного лишь наличия неисполненных денежных обязательств на сумму, превышающую установленную Законом о банкротстве, и сроком более трех месяцев недостаточно для возникновения на стороне должника обязанности по подаче руководителем должника заявления о признании общества банкротом, поскольку указанные обстоятельства могут иметь лишь временный характер. Наличие такой задолженности лишь позволяет внешним кредиторам инициировать дело о банкротстве общества-должника.

Неоплата долга кредитору по конкретному договору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника, в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения его руководителя в суд с заявлением о банкротстве (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 по делу N 305-ЭС20-11412, А40-170315/2015).

Таким образом, имеющиеся обязательство перед ООО «Ремстройподряд» не влечет безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Кроме того, после нарушения сроков сдачи часть работ должником по договору подряда была выполнена. ООО «Ремстройподряд» признало выполнение работ ООО «Техноальянс» на объекте на сумму 1318500 руб., расторгнув договор только 17.06.2020.

При этом в январе 2019 года ООО «Техноальянс» направлял заказчику документацию, однако в связи с наличием неустраненных замечаний по работам она не была подписана со стороны ООО «Ремстройподряд».

Факт невозможности выполнения работ ответчиком зафиксирован актом, подписанным сторонами, только 12.02.2019.

Таким образом, оснований считать, что с 04.10.2018 у руководителя должника возникла обязанность по обращению в суд, не имеется.

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что о результатах деятельности по итогам 2018 года ответчики должны были узнать не позднее 31.03.2019 (срок сдачи бухгалтерской документации в налоговый орган).

Вместе с тем неисполненные обязательства перед кредиторами после указанной даты в реестре требований кредиторов отсутствуют.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве.

В отношении привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 названной статьи, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие, в том числе действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий указал, что в период руководства ФИО3 ООО «Техноальянс» 14.01.2019 заключило договоры подряда с ООО «А-Строй» и ООО «ТД Спорттехнология». Данные сделки являлись для должника убыточными, в результате совершения указанных сделок должник не получил встречного исполнения, чем был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Материалами дела подтверждено, что 14.01.2019 между ООО «Техноальянс» и ООО «ТД Спорттехнология» заключен договор № 003, предметом которого являлось выполнение комплекса работ по разработке грунта, обустройству котлованов и приямков, для оборудования ГШБ на объекте «Реконструкция водовода для застройки территории Водного стадиона «Динамо».

ООО «Техноальянс» перечислило ООО «ТД Спорттехнология» в качестве предварительной оплаты 1360000 руб. по платежным поручениям от 27.03.2019 № 133 на 400000 руб., от 28.03.2019 № 147 на 480000 руб., от 28.03.2019 № 163 на 480000 руб.

В связи с невыполнением ООО «ТД Спорттехнология» обязательств по договору, должник обратился в суд с заявлением о взыскании задолженности.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 06.09.2021 по делу № А40- 99687/21 с ООО «ТД Спорттехнология» в пользу ООО «Техноальянс» взыскано 1360000 руб. неосновательного обогащения.

14.01.2019 между ООО «Техноальянс» (подрядчик) и ООО «А-Строй» (субподрядчик) заключены договоры № 1 и № 2.

В соответствии договором № 1 подрядчик поручает, а субподрядчик принимает на себя обязательства выполнить комплекс работ по разработке грунта, обустройству котлована и приямков, траншей с укреплением и без, обустройству рабочей трубы, колодцев и т.д., на объекте: 1.1 «Федеральное государственное бюджетное учреждение «Центральная клиническая больница с поликлиникой» Управления делами Президента российской Федерации, ул. Маршала Тимошенко, д. 15, г. Москва. Строительство котельной, гаража, складов, с реконструкцией инженерных сетей и кислородной станции. III этап. Реконструкция инженерных сетей и кислородной станции», захватка 14 и 1, в соответствии с проектной документацией, соблюдая срок строительства объекта, и условиями договора.

 Во исполнение принятых на себя обязательств по договору, ООО «Техноальянс» перечислил ООО «А-Строй» денежные средства в размере 1955000 руб.

Согласно договору № 2 подрядчик поручает, а субподрядчик принимает на себя обязательства выполнить комплекс работ по разработке грунта, обустройству котлована и приямков, с укреплением и без, для оборудования ГНБ и ГШБ на объекте: «Вынос и восстановление газопроводов из зоны строительства многофункционального жилого комплекса по адресу: г. Москва, ЦАО, Шмитовский проезд вл. 39, - Мукомольный проезд, вл. 6, в соответствии с проектной документацией, соблюдая срок строительства объекта, и условиями договора.

ООО «Техноальянс» перечислило ООО «А-Строй» денежные средства в размере 100000 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.05.2021 по делу № А40-84802/2021 с ООО «А-Строй» в пользу ООО «Техноальянс» взыскана сумма неосновательного обогащения в размере 2055000 руб., неустойка в размере 692250 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 168127,21 руб.

Решение суда не исполнено, ООО «А-Строй» в настоящее время исключено из ЕГРЮЛ (определением Арбитражного суда г. Москвы (резолютивная часть) от 27.08.2024 с учредителя и руководителя ООО «А-Строй» ФИО5 в пользу ООО «Техноальянс»в порядке привлечения к субсидиарной ответственности взыскано 3369577 руб.).

Данные договоры подряда были заключены должником в целях исполнения своих обязательств перед заказчиками, то есть в процессе обычной хозяйственной деятельности ООО «Техноальянс».

Доказательства того, что указанные договоры заключены с аффилированными лицами с целью вывода активов должника и были заведомо убыточны для должника, в материалы дела не представлены.

Неисполнение независимыми контрагентами должника обязательств по договорам подряда относится к рискам предпринимательской деятельности.

При данных обстоятельствах оснований считать, что совершение указанных конкурсным управляющим сделок явилось причиной объективного банкротства должника, не имеется, в связи с чем основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по данному основанию отсутствуют.

Конкурсный управляющий также сослался на не передачу ФИО3 документации должника, необходимой для взыскания задолженности с АО «Мосгаз».

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в случае, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей документации, необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Однако признаки презумпции не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, которое выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

Таким образом, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий ООО «Техноальянс» обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковыми заявлениями о взыскании задолженности с АО «Мосгаз» по договорам подряда № 17МГ-ДПР-2658 и № 18МГ-ДПР-1052.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.09.2022 по делу № А40-140622/22 исковые требования ООО «Техноальянс» о взыскании с АО «Мосгаз» задолженности по договору № 17МГДПР-2658 от 29.07.2017 в размере 1897715,64 руб. и неустойки в размере 379769,06 руб. оставлены без удовлетворения. Суд указал, что все выполненные ООО «Техноальянс» работы по договору подряда были оплачены со стороны АО «Мосгаз», в том числе путем взаимозачета, доказательств (надлежащим образом оформленных документов) выполнения должником каких-либо иных работ, оставшихся неоплаченными АО «Мосгаз», в материалы дела представлено не было, в связи с чем требования ООО «Техноальянс» о взыскании задолженности с АО «Мосгаз» суд признал необоснованными.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 28.02.2023 по делу № А40-169526/22 в удовлетворении исковых требований ООО «Техноальянс» о взыскании с АО «Мосгаз» задолженности по договору № 18МГ-ДПР-1052 от 13.04.2018 в размере 1373855,43 руб. и неустойки в размере 241661,18 руб. отказано. Судом сделан вывод о том, что совокупностью представленных в материалы дела доказательств не подтверждается выполнение должником работ по договору подряда, за взысканием задолженности по оплате которых ООО «Техноальянс» обратился в суд к АО «Мосгаз».

Доказательства того, что у ФИО3 имеются в распоряжении документы, которые могли бы повлиять на результат рассмотрения выше названных споров, материалы дела не содержат.

Конкурсный управляющий не отрицает, что документация ООО «Техноальянс» (договоры и акты по форме КС) передана ему именно ФИО3, который и указал на наличие задолженности АО «Мосгаз» перед должником и на необходимость ее взыскания.

Данное обстоятельство не исключает того, что мнение ФИО3 могло быть ошибочным, не основанным на конкретных документах.

Кроме того, определением арбитражного суда от 25.07.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об обязании ФИО3 передать документацию должника  было отказано.

Судом было установлено, что ФИО3 переданы (направлены) в адрес конкурсного управляющего все имеющиеся у него документы ООО «Техноальянс», доводы конкурсного управляющего о наличии ряда истребуемых документов должника у ФИО3 не подтвердились в ходе судебного разбирательства.

Учитывая изложенное, оснований считать, что непередача ФИО3 необходимой документации явилась основанием для отказа во взыскании судом дебиторской задолженности АО «Мосгаз», и, как следствие, невозможности формирования конкурсной массы должника, не имеется.

При данных обстоятельствах вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по данному основанию является верным.

Таким образом, судебный акт в обжалуемой части принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены или изменения не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации госпошлина по апелляционной жалобе относится на заявителя жалобы.

Определением суда апелляционной инстанции от 02.07.2024 заявителю была предоставлена отсрочка по уплате госпошлины до рассмотрения апелляционной жалобы по существу, в связи с чем госпошлина подлежит взысканию с заявителя в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ивановской области от 06.06.2024 по делу № А17-524/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Техноальянс»  ФИО2  – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Техноальянс»  3000 руб. госпошлины по апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ивановской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.



Председательствующий

Т.М. Дьяконова


Судьи


Н.А. Кормщикова


Е.В. Шаклеина