Постановление от 6 марта 2023 г. по делу № А27-6826/2020

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск Дело № А27-6826/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 02 марта 2023 года. Постановление изготовлено в полном объеме 06 марта 2023 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Усаниной Н.А., судей Апциаури Л.Н.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2 с использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференции рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3 ( № 07АП-4403/2021(11)), ФИО4 ( № 07АП-4403/2021(12)) на определение от 16.12.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-6826/2020 (судья Лазарева М.В.) о несостоятельности (банкротстве) должника - общества с ограниченной ответственностью «Управление горными работами» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес юридического лица: 654005, <...>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о признании недействительной сделки, заключенной с ФИО3, с.Славино Новокузнецкого района Кемеровской области.

В судебном заседании приняли участие: В режиме веб-конференции:

от ФИО3: ФИО6 по доверенности от 04.04.2022, паспорт; от ФИО4: ФИО7 по доверенности от 30.08.2022, паспорт;

УСТАНОВИЛ:

в рамках обособленного спора в деле о банкротстве общества «Управление горными работами» (далее - общество «УГР», должник) определением Арбитражного суда Кемеровской области от 07.02.2022 заявление управляющего удовлетворено частично - признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 04.03.2019 № 1/а/03, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу общества «Управление горными работами» денежных средств в сумме 2 118 000 руб. и


восстановления задолженности должника перед предпринимателем ФИО3 по договору оказания услуг от 09.01.2018 № 9/01/18 в сумме 2 070 720 руб., по договору аренды от 25.06.2018 № 2/угр/18 в сумме 47 280 руб.; отказано в удовлетворении остальной части заявления; с предпринимателя ФИО3 в доход федерального бюджета взыскано 9 000 руб. государственной пошлины.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2022 определение арбитражного суда от 07.02.2022 отменено в части признания недействительным договора купли-продажи от 04.03.2019 № 1/а/03, в отмененной части принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления; в остальной части определение оставлено без изменения; с общества «Управление горными работами» взыскано в доход федерального бюджета 9 000 руб. государственной пошлины, в пользу предпринимателя ФИО3 3 000 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 02.08.2022 определение Арбитражного суда Кемеровской области от 07.02.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2022 по настоящему обособленному спору отменены с направлением на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

При новом рассмотрении обособленного спора конкурсный управляющий уточнил заявленные требования, просил: признать недействительными (притворным) договор оказания услуг № 9/01/18 от 09.01.2018; платежи должника в пользу индивидуального предпринимателя ФИО3 по договору оказания услуг № 9/01/18 от 09.01.2018, оформленные платежными поручениями № 249 от 08.02.2018, № 364 от 12.04.2018, № 395 от 27.04.2018, № 431 от 14.05.2018, № 462 от 29.05.2018, № 512 от 15.06.2018, № 569 от 02.08.2018, № 745 от 12.10.2018, № 249 от 29.08.2019, № 325 от 15.10.2019, № 441 от 15.11.2019, № 545 от 20.12.2019, № 101 от 18.08.2020, № 149 от 10.09.2020, № 155 от 14.09.2020, № 161 от 14.09.2020 сделкой в связи с причинением вреда кредиторам должника, а также в связи с оказанным предпочтением; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с индивидуального предпринимателя ФИО3 в конкурсную массу общества «Управление горными работами» 11 059 544,40 руб., оплаченных по договору оказания услуг № 9/01/18 от 09.01.2018; сделку купли-продажи транспортного средства VOLKSWAGEN TOUAREG 2016 года выпуска, № двигателя CRC 225972, № кузова <***>, VIN: <***>, цвет коричневый, заключенную между обществом «Управление горными работами» и индивидуальным предпринимателем ФИО3 оформленную договором купли-продажи транспортного средства № 1/а/03 от 04.03.2019, расчет (исполнение) за которую произведен путем зачета задолженности по договору оказания услуг № 9/01/18 от 09.01.2018 на сумму 2 070 720 руб. и по договору аренды недвижимости № 2/угр/2018 от 25.06.2018 на сумму 47 280 руб.; применить последствия недействительности сделки по отчуждению транспортного VOLKSWA-


GEN TOUAREG 2016 года выпуска № двигателя CRC 225972, № кузова <***>, VIN: <***> в виде взыскания с индивидуального предпринимателя ФИО3 в конкурсную массу общества «Управление горными работами» 2 118 000 руб.

Определением от 16.12.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признано недействительным исполнение обществом с ограниченной ответственностью «Управление горными работами» заключенного с индивидуальным предпринимателем ФИО3 договора оказания услуг от 09.01.2018 № 9/01/18 в период с 01.02.2019 по 14.09.2020 в сумме 4 717 424,40 руб., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с индивидуального предпринимателя ФИО3 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Управление горными работами» 4 717 424,40 руб., восстановлена задолженность общества с ограниченной ответственностью «Управление горными работами» перед индивидуальным предпринимателем ФИО3 по договору оказания услуг от 09.01.2018 № 9/01/18 в сумме 4 717 424,40 руб.; признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 04.03.2019 № 1/а/03, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Управление горными работами» и индивидуальным предпринимателем ФИО3, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с индивидуального предпринимателя ФИО3 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Управление горными работами» 2 118 000 руб., восстановлена задолженность общества с ограниченной ответственностью «Управление горными работами» перед индивидуальным предпринимателем ФИО3 по договору оказания услуг от 09.01.2018 № 9/01/18 в размере 2 070 720 руб. и по договору аренды от 25.06.2018 № 2/угр/18 в размере 47 280 руб. Взыскана с индивидуального предпринимателя ФИО3 в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 9 000 руб.

В поданной апелляционной жалобе ФИО3 просит отменить определение от 16.12.2022 полностью, отказать конкурсному управляющему в удовлетворении требований.

По мнению ФИО3, конкурсным управляющим не приведено доказательств сохранения контроля над обществом, фактическое исполнение договора оказания услуг № 9/01/18 от 09.01.2018 в соответствии с его целями подтверждено в ходе судебного разбирательства экспертным путем; указанный договор соответствовал целям разумной предпринимательской деятельности, сделка не повлекла неблагоприятные последствия для общества в виде финансовых потерь (стоимость услуг соответствовала рыночным, а и в некоторые годы была ниже, что установлено экспертным заключением) и была характерна для обычного делового оборота, должник в спорный период не обладал признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, поскольку имелось достаточно выручки для расчетов с


кредиторами; формально-юридическая аффилированность отсутствует с момента отчуждения ответчиком доли в уставном капитале должника, а заключенные между должником и ответчиком сделки аренды недвижимости до оспариваемых договоров по своим условиям не отличались от рыночных и являлись стандартными сделками; в части преимущественного удовлетворения требований спорные платежи совершены в условиях обычной хозяйственной деятельности, так в отсутствие штатных работников должник не мог функционировать без услуг, оказанных ответчиком по договору № 9/01/18 от 09.01.2018; требование о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 04.03.2019 № 1/а/03 удовлетворению также не подлежало, Актом взаимозачета № 1 от 01.04.2019 прекращены обязательства ФИО3 по договору от 09.01.2028 № 9/01/18 в размере 2 007 880 руб. и по договору аренды № 2/утр/2018 в размере 31 520 руб., а также встречные обязательства ИП ФИО3 перед должником по договору № 1/а/03 от 04.03.2019 в размере 2 039 400 руб., поскольку реальность правоотношений по оказанию должником услуг и передаче имущества в аренду, а равно стоимость полученного должником по этим договорам, материалами дела не опровергаются конкурсным управляющим следует признать, что должником в счет оплаты по договору купли-продажи получено эквивалентное встречное предоставление.

Кредитор ФИО4 в поданной апелляционной жалобе просит изменить определение суда в части и признать заключенную и исполненную платежными поручениями № 249 от 08.02.2018, № 364 от 12.04.2018, № 394 от 27.04.2018, № 431 от 14.05.2018, № 462 от 29.05.2018, № 512 от 15.06.2018, № 569 от 02.08.2018, № 745 от 12.10.2018, № 249 от 29.08.2018, № 325 от 15.10.2019, № 441 от 15.11.2019, № 545 от 2012.2019, № 101 от 18.08.2019, № 149 от 10.09.2020, № 155 от 14.09.2020, № 161 от 14.09.2020 сделку между должником и ИП ФИО3 оформленную договором оказания услуг № 9/01/18 от 09.01.2018 недействительной по основаниям ее ничтожности, вредоности и оказанного предпочтения, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника 11 059 544, 40 руб., ссылаясь на то, что после выхода ФИО3 из состава участников должника, он продолжал осуществлять контроль за деятельностью должника, при этом, оформив данное управление договором об оказании услуг; в связи с чем, исходя из разъяснений данных в пунктах 3,4,5, 16, 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» при доказанности наличия у ответчика фактической (и реализуемой им на практике) возможности давать должнику обязательные для исполнения указания и иным образом определять его действия, подлежали удовлетворению требования управляющего в указанной части.

Апелляционные жалобы, как поданные на один судебный акт, приняты к совместно-


му рассмотрению (абзац 2 пункта 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской

Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Отзывы на апелляционные жалобы к моменту их рассмотрения не поступили.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители ФИО3, ФИО4 каждый поддержали свои доводы и возражения.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, своих представителей в суд апелляционной инстанции не направили, что согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, соответствие выводов, изложенных в определении обстоятельствам дела, применение норм материального права, изучив доводы апелляционных жалоб, заслушав позиции явившихся участников обособленного спора, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает определение суда не подлежащим отмене.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3 являлся участником общества «УГР» с долей 85% уставного капитала. На основании договора купли-продажи от 03.10.2016 ФИО3 продал ФИО8 указанную долю уставного капитала должника.

В течение 2015-2019 годов ФИО3 предоставлял должнику в аренду недвижимое имущество: здание площадью 19,7 кв. м, расположенное по адресу: <...>; земельный участок площадью 20 кв. м по тому же адресу (договоры аренды от 01.12.2015, от 01.07.2016 № 1/угр/2016, от 01.07.2016 № 2/угр/2016).

Между обществом «УГР» (заказчик) и предпринимателем ФИО3 (исполнитель) заключен договор оказания услуг от 09.01.2018 № 9/01/18, по условиям которого исполнитель обязался оказать заказчику юридические, бухгалтерские, финансовые, консультационные услуги, услуги по кадровому учету (пункт 1.1 договора). Конкретные виды деятельности исполнителя указаны в пункте 2.1.5 (юридические услуги), пункте 2.1.6 (бухгалтерские, включая ведение бухучета, правильность исчисления и уплаты налогов, составление налоговой и бухгалтерской отчетности), пункте 2.1.7 (экономические услуги, включая разработку мер по повышению эффективности и рентабельности производственной деятельности), пункте 2.1.8 (услуги в коммерческой сфере, включая участие в переговорах с контрагентами), в пункте 2.1.9 (кадровый учет).

В рамках данного договора стороны обязались: исполнитель - предоставлять ежемесячные акты оказанных услуг с отчетами (пункт 4.1), а заказчик - оплачивать оказанные услуги в сумме 500 000 руб. ежемесячно.


В материалы дела предоставлены акты оказанных услуг с 31.01.2018 по 31.07.2020 и отчеты исполнителя за тот же период. Всего за 2018, 2019 годы и 7 месяцев 2020 года предоставлено актов оказанных услуг и отчетов к ним на сумму 15 500 000 руб.

По платежным поручениям должник перечислил ответчику денежные средства в сумме 11 059 544,40 руб., в том числе: 9 709 544,40 руб. по договору от 09.01.2018 № 9/01/18, 1 350 000 руб. по договору уступки от 31.01.2018 № 1 (платежное поручение от 08.02.2018 № 249).

25.06.2018 между ФИО3 (арендодатель) и обществом «УГР» (арендатор) заключен договор аренды № 2/угр/2018, по условиям которого арендодатель передал арендатору во временное пользование под офис и склад нежилое здание площадью 19,7 кв. м, расположенное по адресу: <...> - на период с 25.06.2018 по 22.06.2019 (пункт 2.1), арендатор обязался вносить арендную плату в сумме 7 880 руб. ежемесячно (пункт 5.1), в которую включаются коммунальные и эксплуатационные платежи. Арендодатель передал нежилое здание арендатору по акту приема-передачи от 25.06.2018.

По договору купли-продажи транспортного средства от 04.03.2019 № 1/а/03 общество «УГР» (продавец) произвело отчуждение в пользу ФИО3 (покупатель) легкового автомобиля VOLKSWAGEN TOUAREG, 2016 года выпуска, № двигателя CRC 225972, № кузова <***>, VIN: <***>, цвет коричневый (далее - автомобиль);) и ФИО3 (покупатель) вор купли-продажи транспортного средства от 04.03.2019 № 1/а/03, предметом которого является легковой автомобиль VOLKSWAGEN TOUAREG, 2016 года выпуска, № двигателя CRC 225972, № кузова <***>, VIN: <***>, цвет коричневый (далее - автомобиль); пунктом 3.1 договора согласована стоимость автомобиля в сумме 2 188 000 руб.

По универсальному передаточному документу от 04.03.2019 № 2 автомобиль передан ФИО3

Актами зачетов от 01.04.2019 № 1 прекращены обязательства общества «УГР» перед ФИО3 по договору оказания услуг от 09.01.2018 № 9/01/18 в сумме 2 007 880 руб. и по договору аренды от 25.06.2018 № 2/угр/2018 в сумме 31 520 руб., встречные обязательства ответчика перед должником по договору купли-продажи от 04.03.2019 № 1/а/03 в сумме 2 039 400 руб.; от 31.05.2019 № 3 по договору оказания услуг от 09.01.2018 № 9/01/18 в сумме 62 840 руб. и по договору аренды от 25.06.2018 № 2/угр/2018 в сумме 15 760 руб., а также встречные обязательства ответчика перед должником по договору купли-продажи от 04.03.2019 № 1/а/03 в сумме 78 600 руб.

Определениями арбитражного суда от 06.04.2020 возбуждено производство по делу о банкротстве общества «УГР», от 26.05.2020 в отношении должника введена процедура наблюдения.


Решением арбитражного суда от 03.12.2020 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.

Считая договоры оказания услуг от 09.01.2018 № 9/01/18 и купли-продажи транспортного средства от 04.03.2019 № 1/а/03 недействительными сделками, совершенными между неплатежеспособным должником и заинтересованным лицом ФИО3, с причинением вреда имущественным правам кредиторов, управляющий обратился в арбитражный суд с указанным заявлением по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Платежи по договору оказания услуг № 9/01/18 от 09.01.2018, в период с 29.08.2019 по 14.09.2020, по мнению, конкурсного управляющего, являются вредоносными, поскольку на момент их совершения у должника имелись неисполненные обязательства, платежи совершены в пользу заинтересованного лица; носят предпочтительный характер платежей, совершены в шестимесячный период до возбуждения дела о банкротстве.

Судом признано доказанным наличие, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве оснований для признания недействительными сделками договора купли-продажи транспортного средства от 04.03.2019 № 1/а/03 и платежей должника по договору оказания услуг от 09.01.2018 № 9/01/2018, совершенных им в пользу ответчика после февраля 2019 года, а именно, платежными поручениями № 249 от 29.08.2019 на сумму 624 654 руб., № 325 от 15.10.2019 на сумму 2 312 506 руб., № 441 от 15.11.2019 на сумму 500 000 руб., № 545 от 20.12.2019 на сумму 500 000 руб., № 101 от 18.08.2020 на сумму 238 743,40 руб., № 149 от 10.09.2020 на сумму 243 592,25 руб., № 155 от 14.09.2020 на сумму 280 264,40 руб. и № 161 от 14.09.2020 на сумму 17 664,35 руб. всего 4 717 424,40 руб.; факта причинения вреда кредиторам отчуждением ликвидного транспортного средства стоимостью 2 118 000 руб. по договору купли-продажи транспортного средства от 04.03.2019 № 1/а/03 и денежной массы в сумме 4 717 424,40 руб. по договору от 09.01.2018 № 9/01/18 с учетом подвергнутой сомнению равноценности оказанных ответчиком услуг по такому договору.

Поскольку доводы конкурсного управляющего о сохранении ответчиком корпоративного контроля над должником в ходе судебного разбирательства не подтвердились, а договор оказания услуг № 9/01/18 от 09.01.2018 исполнялся ответчиком в соответствии с его действительным смыслом и с присущими ему последствиями, в признании указанного договора притворным судом отказано.

В отношении конкурсного оспаривания сделок судебной практикой выработан подход о том, что квалификация противоправной сделки по статьям 10, 168 Гражданского кодекса РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки и, в частности, статьи 61.2 Закона о банкротстве, которой предусмотрены специальные основания для конкурсного оспаривания сделок, а также презумпции, выравниваю-


щие процессуальные возможности сторон обособленного спора,.

Для признания сделки должника недействительной по пункту 2 статьи 61.2 необходимо доказать причинение сделкой вреда кредиторам, который и был известной сторонам оспариваемой сделки целью ее совершения.

Для разрешения вопроса о наличии или отсутствия оснований признавать часть оспариваемых сделок совершенными с предпочтением (пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве) необходимо установить момент прекращения исполнения должником своих финансовых обязательств, а также наличие или отсутствие осведомленности об этом контрагента (выгодоприобретателя) по оспариваемым сделкам.

При этом, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Как правомерно указано судом первой инстанции, заявление конкурсного управляющего о ничтожности договора оказания услуг от 09.01.2018 № 9/01/18 может быть удовлетворено только в случае доказанности наличия в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, Определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306- ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

Суд первой инстанции, установив в ходе судебного разбирательства экспертным путем (заключение ООО Консалтинговый центр «С-Лига Аудит» от 27.08.2021) действительное оказание ответчиком услуг по договору № 9/01/18 от 09.01.2018, исполнение договора в соответствии с указанными в нем видами деятельности, при этом, выводы экспертов согласуются с имеющимися в материалах дела актами оказанных услуг, ежемесячными отчетами исполнителя и актом налоговой проверки от 15.07.2020 № 14, исходя из совокупности с длительным периодом времени между отчуждением ответчиком доли в обществе (03.10.2016) и заключением спорного договора (09.01.2018), что исключает признание указанного договора притворным, прикрывающим выплату дивидендов ответчику, не усмотрел оснований для признания договора оказания услуг № 9/01/18 от 09.01.2018 притворным.

В этой связи, приводимые ФИО4 доводы о подтверждении наличия у ответчика фактической (и реализуемой на практике) возможности давать должнику обязательные для исполнения указания и иным образом определять его действия, применительно к осуществлению контроля деятельности должника путем оформления данного управления договором об оказании услуг, подлежат отклонению, поскольку доводы конкурсного управляющего о сохранении ответчиком корпоративного контроля над должником в ходе


судебного разбирательства не подтвердились, а договор оказания услуг № 9/01/18 от 09.01.2018 исполнялся ответчиком в соответствии с его действительным смыслом и с присущими ему последствиями.

Доводы ФИО3 о не причинении вреда перечислением денежных средств в рамках договора оказания услуг от 09.01.2028 № 9/01/18 в период с августа по декабрь 2019 иным кредиторам, наравне с платежами в адрес ответчика осуществлялись согласно расчетного счета платежи иным контрагентам, в том числе и ИП ФИО4; не оказании предпочтительности совершением отдельных платежей между должником и ответчиком по договору оказания услуг в период с 05.10.2019 по 06.04.2020, наравне с платежами в адрес ответчика осуществлялись согласно расчету должника и иные платежи контрагентам, в том числе и ИП ФИО4, поскольку реальность правоотношений по оказанию должнику услуг и передаче имущества в аренду, а равно стоимость полученного должником по этим договорам не опровергнуты конкурсным управляющим, подлежат отклонению.

Определением арбитражного суда от 03.09.2020 в реестр требований кредиторов должника включена задолженность перед обществом «ИнвестТехСтрой» по договору субподряда от 02.04.2018 № УГР-01/2018 в сумме 6 569 289 руб. долга за выполненные работы, сданные должнику по актам выполненных работ от 29.06.2018 и 28.09.2018, срок оплаты работ (90 банковских дней со дня подписания актов) наступил 06.11.2018 и 06.02.2019, соответственно.

Определением арбитражного суда от 07.08.2020 в реестр требований кредиторов должника включено требование индивидуального предпринимателя ФИО4 по договорам аренды транспортных средств и оборудования в сумме 27 838 000 руб., в том числе по договорам: аренды оборудования от 01.10.2017, аренды транспортного средства от 01.05.2018 № 3/18А, аренды оборудования от 01.05.2018 № 2, аренды ТС от 01.06.2018 № 4/18А, аренды от 01.06.2018 № 3. Просрочка исполнения должником обязательств имеет место с ноября 2018 года, по договору аренды от 01.03.2018 № 1/18А - с декабря 2018 года. С декабря 2019 года должник перестал исполнять обязательства по указанным договорам перед указанным кредитором.

Вступившими в законную силу определениями суда от 08.06.2021 об установлении требований ФНС России и процессуальном правопреемстве в пользу ФИО4, а также от 25.05.2022 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, установлено, что в отношении должника ИФНС по Центральному району г. Новокузнецка проведена выездная налоговая проверка правильности исчисления и уплаты налогов за период с 01.01.2016 по 31.12.2018, результаты которой оформлены актом налоговой проверки № 14 от 15.07.2019.

По результатам проверки налоговым органом установлено создание должником в лице его руководителей фиктивного документооборота с ООО «Сибресурс» (ИНН <***>), ООО «Промышленные Технологии» (ИНН <***>), ООО «ПромметаллНК» (ИНН <***>


38193), ООО «Техстрой» (ИНН <***>), ООО «ПК «Содружество» (ИНН <***>) с целью получения необоснованной налоговой выгоды в виде вычетов по налогу на добавленную стоимость, завышения расходов должника за счет операций с названными лицами с целью уменьшения налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. Всего должнику доначисле- но налогов за 2017-2018 годы 4 204 112 руб. НДС и 12 949 154 руб. налога на прибыль.

В этой связи, вывод суда о том, что к февралю 2019 года у должника уже имелась задолженность по налогам и сборам за 2017- 2018 в сумме 17 153 266 руб. (4 204 112+12 949 154) впоследствии в результате внесения должником корректировок в отчетность, уменьшенная до 11 094 660, 97руб., которая так и не была оплачена должником, обязательство исполнено за должника ИП ФИО4, требования которого как нового кредитора были включены в реестр определением от 08.06.2021, с учетом того, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует учитывать, в том числе, незадекларированные обязательства должника (Определение Верховного суда Российской Федерации от 22.12.2016 № 308-ЭС16-11018), обязанность по уплате налога возникает у налогоплательщика в момент, когда сформирована налоговая база применительно к налоговому (отчетному) периоду исходя из совокупности финансово-хозяйственных операций или иных фактов, имеющих значение для налогообложения, следует признать обоснованным.

В данном случае, просрочка оплаты услуг ИП ФИО4, неисполнение обязательств перед самим ответчиком и ООО «ИнвестТехСтрой», наличие неоплаченной задолженности по налогам за 2017 -2018 свидетельствуют о наличии у должника с февраля 2019 признаков неплатежеспособности в смысле, придаваемом абзацем тридцать четвертым статьи 2 Закона о банкротстве.

Отклоняя доводы ответчика о том, что задолженность перед ФИО4 погашалась в течение 2019, а признаков неплатежеспособности у должника не имелось, суд учитывал следующие обстоятельства:

- обязательства перед ООО «ИнвестТехСтрой» по договору субподряда от 02.04.2018 № УГР-01/2018, а также перед бюджетом по налогам и сборам за 2017 - 2018 не исполнялись, и просроченная задолженность перед ИП ФИО4 в итоге так и не была погашена, составив более 27 млн. руб.;

- сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной, а цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ); исходя из буквального толкования абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве неплатежеспособность не является единственным обстоятельством такого квалифицирующего при-


знака, как цель причинения вреда; должник на момент совершения подозрительной сделки может иметь признаки недостаточности имущества.

Исследовав бухгалтерскую отчётность должника и ответы от регистрирующих органов, предоставленные конкурсным управляющим (поступили в материалы дела по системе «Мой Арбитр» 11.03.2021 в 13:11), суд установил, что за должником не зарегистрировано движимого и недвижимого имущества, за счёт которого могли быть исполнены денежные обязательства перед кредиторами (ответы от ГИМС МЧС России от 20.07.2020 № 1636-20-1.17, от ГИБДД ГУ МВД России по Кемеровской области от 17.06.2020 № 5/6266, от Управления Гостехнадзора от 15.06.2020 № 1339/20, Федерального института промышленной собственности от 19.06.2020, уведомление об отсутствии в Едином государственном реестре недвижимости запрашиваемых сведений от 15.06.2020).

В бухгалтерском балансе должника за 2019 год отражены запасы в размере 119 750 тыс. руб. и дебиторская задолженность в размере 3 043 тыс. руб.

Вместе с тем, по данным инвентаризации, опубликованным конкурсным управляющим в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве сообщением № 6256624 от 01.03.2021, у должника не имеется основных средств и запасов товарно-материальных ценностей, имеется дебиторская задолженность с не истекшими сроками исковой давности, признанная дебиторами в общей сумме 18 100 273 руб.

Кроме того, как следует из приложенного к ответу ГУ МВД России по Кемеровской области реестра регистрационных действий, должником отчуждены три единицы транспортных средств.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд констатировал, что по окончании апреля 2019 года должник стал отвечать признакам недостаточности имущества, поскольку все имевшиеся транспортные средства должником были отчуждены, а дебиторская задолженность с не истекшими сроками исковой давности, признанная дебиторами составляет в общей сумме 18 100 273 руб. при кредиторской задолженности перед «ИнвестТехСтрой», ИП ФИО4 34 407 289 руб., а с учетом задолженности по налогам 45 501 949,97 руб., то есть активы должника значительно меньше его обязательств.

Исходя из обстоятельств правоотношений с кредиторами (включая самого ответчика) и налоговым органом по расчетам с бюджетом, принимая во внимание, что само по себе заключение и исполнение в 2019 году оспариваемых договоров с ответчиком не послужило причиной объективного банкротства (вступившими в законную силу определением суда от 25.05.2022 по спору о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в качестве таковых установлено значительное (более чем в 1,5 раза) снижение выручки должника в 2019 году с одновременным наращиванием кредиторской задолженности, в результате взыскания с должника убытков в пользу ООО «Шахта «Юбилейная» решением Арбитражного суда Кемеровской области от 11.10.2019 в де-


ле № А27-10414/2019, кредиторская задолженность приобрела критическое значение, в разы превышающее активы должника, включая потенциальную выручку от деятельности в будущем 2020 году), суд пришел к правомерному к выводу о том, что должник на момент заключения спорного договора купли-продажи транспортного средства № 1/а/03 от 04.03.2019 с условием о зачете встречных обязательств и совершения спорных платежей находился в состоянии неплатежеспособности (с февраля 2019) и недостаточности имущества (с апреля 2019).

Обстоятельства, свидетельствующие о фактической аффилированности должника и ответчика, установлены судом ранее, что позволило прийти к выводу о совершении спорных сделок в условиях неплатежеспособности и недостаточности имущества в пользу заинтересованного лица, а, следовательно, о доказанности цели причинения вреда кредиторам.

При заключении договора купли-продажи транспортного средства № 1/а/03 от 04.03.2019 с условием о зачете встречных обязательств должник утратил ликвидный актив в виде транспортного средства VOLKSWAGEN TOUAREG, 2016 года выпуска, стоимость которого составила по условиям договора 2 118 000 руб., не оспаривается сторонами и подтверждена ответчиком посредством внесудебной оценки отчетом об оценке № 2104/11 от 11.05.2021, составленным ООО «Независимая Профессиональная оценка».

В результате совершения в пользу заинтересованного лица спорных платежей по договору оказания услуг № 9/01/18 от 09.01.2018 после возникновения у должника стойких признаков неплатежеспособности в феврале 2019 года должник уменьшил свою денежную массу на 4 717 424,40 руб. платежными поручениями № 249 от 29.08.2019, № 325 от 15.10.2019, № 441 от 15.11.2019, № 545 от 20.12.2019, № 101 от 18.08.2020, № 149 от 10.09.2020, № 155 от 14.09.2020 и № 161 от 14.09.2020.

В соответствии с абзацем 3 пункта 9.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее- Постановление № 63), если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за три года, но не позднее чем за шесть месяцев до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при доказанности всех предусмотренных им обстоятельств (с учетом пунктов 5 - 7 настоящего Постановления). При этом, применяя такой признак наличия цели причинить вред имущественным правам кредиторов, как безвозмездность оспариваемой сделки, необходимо учитывать, что для целей определения этого признака платеж во исполнение, как денежного обязательства, так и обязательного платежа приравнивается к возмездной сделке (кроме платежа во исполнение обещания дарения).

В связи с тем, что расчет по договору купли-продажи транспортного средства от 04.03.2019 № 1/а/03 не состоялся, т.к. обязательства ответчика прекращены зачетом, должник


не получил денежных средств от реализации имущества и не смог их направить на погашение требований кредиторов.

В рассматриваемом случае, на дату совершения спорной сделки у должника имелись кредиторы, и в силу оказываемых должнику юридических и бухгалтерских услуг по договору от 09.01.2018 № 9/01/18 ответчик не мог об этом не знать, в том числе, и об инициировании кредитором ООО «Шахта «Юбилейная» в апреле 2019 года иска о взыскании с должника убытков в размере 42 823 969,02 руб., удовлетворен решением Арбитражного суда Кемеровской области в деле № А27-10414/2019 от 11.10.2019, после которого должник продолжил перечислять ответчику спорные платежи по договору от 09.01.2018 № 9/01/18; об отчуждении должником ликвидного актива в виде транспортного средства Хендэ Генезис в марте 2018, а также о том, что после отчуждения транспортного средства VOLKSWAGEN TOUAREG, 2016 года выпуска, являющегося предметом спорной сделки, у должника останется единственный и менее ликвидный актив в виде транспортного средства УАЗ-37495-05.

Таким образом, будучи осведомленным о неплатежеспособности должника и недостаточности у него имущества, ответчик предпочел гарантированный вариант обращения в свою пользу ликвидного транспортного средства, прекратив актами взаимозачета от 01.04.2019 № 1 и от 31.05.2019 № 3 свои обязательства по оплате транспортного средства в счет прекращения обязательств должника оплатить задолженность перед ответчиком по договору оказания услуг от 09.01.2018 № 9/01/18 и по договору аренды № 2/угр/18 от 25.06.2018.

В противном случае транспортное средство составило бы конкурсную массу должника, а ответчик наряду с другими кредиторами подлежал включению в реестр требований кредиторов должника, предъявив задолженность по указанным договорам оказания услуг и аренде в соответствующей очередности.

Судом принято во внимание, что в ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства УАЗ-37495-05 от 08.04.2019, заключенного должником с ФИО8, определением от 06.09.2021, оставленным без изменения Седьмым арбитражным апелляционным, судом установлены обстоятельства финансово-хозяйственной деятельности должника в 2019 году, согласно которым у должника имелась в 2019 году выручка, за счет которой могли бы исполняться обязательства перед указанными ранее независимыми кредиторами.

Вместе с тем, расчет с названными кредиторами не произведен, их требования включены впоследствии в реестр требований кредиторов должника, а высоколиквидный актив в виде транспортного средства VOLKSWAGEN TOUAREG получен заинтересованным по отношению к должнику ответчиком.

При этом, суду не раскрыто мотивов, по которым обязательства должника перед ответчиком по договорам оказания услуг и аренды были исполнены не за счет выручки должника, а за счет передачи ликвидного актива.


Относительно равноценного предоставления со стороны ответчика по договору оказания услуг от 09.01.2018 № 9/01/18 в течение 2018 - 2019, суд, учитывая, что действительно, экспертным путем в ходе судебного разбирательства установлено соответствие цены услуг ответчика рыночной и действительного оказания услуг, между тем, в течение 2018 должником, бухгалтерские и юридические услуги которому оказывал ответчик, создан фиктивный документооборот с ООО «Промышленные технологии», ООО «Промметалл-НК», ООО «Техстрой» и ООО ПК «Содружество», что в конечном итоге повлекло увеличение кредиторской задолженности должника по налогам и сборам в сумме 11 094 660, 97 руб. (вступившие в законную силу определение от 25.05.2022 при привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц); кроме того в деле о банкротстве была признана недействительной (ничтожной) сделка должника с ООО «Торговая компания» по покупке товарно-материальных ценностей в октябре 2019 ввиду фиктивности первичных документов, оформленных должником и контрагентом, что установлено вступившим в законную силу определением суда от 09.08.2021, по фиктивным документам оплачены денежные средства, взысканные впоследствии как убытки с контролирующего должника лица определением суда от 25.05.2022, при целесообразности и соответствии рыночным условиям стоимости услуг ответчика по договору от 09.01.2018 № 9/01/18 их равноценность для должника при таких обстоятельствах поставлена под сомнение, поскольку равноценность определяется не только соответствием рынку условия о цене, но и качеством оказанных услуг.

С учетом изложенного, суд признал доказанным причинение вреда кредиторам отчуждением ликвидного транспортного средства стоимостью 2 118 000 руб. по договору купли-продажи транспортного средства от 04.03.2019 № 1/а/03 и денежной массы в сумме 4 717 424,40 руб. по договору от 09.01.2018 № 9/01/18 с учетом подвергнутой сомнению равноценности оказанных ответчиком услуг по такому договору, осведомленности ответчика о цели должника и кредиторах, интересы которых могут быть ущемлены оспариваемыми сделками (фактическая заинтересованность ответчика по отношению к должнику, специфика услуг, оказываемых ответчиком должнику по договору от 09.01.2018 № 9/01/2018).

Оценивая доводы участвующих в деле лиц о наличии в таких платежах предпочтения ответчику, суд установил, что платежи, совершенные должником в пользу ответчика по договору от 09.01.2018 № 9/01/2018, начиная с октября 2019 года попадают в период подозрительности, установленный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве и формально могут оспорены по указанному в пункте 1 названной нормы основанию.

Возражения ответчика относительно совершении таких платежей в процессе обычной хозяйственной деятельности, несостоятельны, ввиду превышения порогового значения 1% от балансовой стоимости активов должника за предшествующий совершению платежей 2018 год, так размер таких активов согласно бухгалтерскому балансу должника за 2019 год, содержащий показатели 2018 года, составил 134 384 000 руб., соответственно, 1% от указан


ной стоимости активов - 1 343 840 руб., размер платежей совершенных в шестимесячный период подозрительности составляет 4 092 770,40 руб.

В тоже время, исходя из признания таких платежей недействительной сделкой должника по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, их оценка в качестве преференциальных платежей правового значения не имеет.

Примененные судом первой инстанции последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика действительной стоимости транспортного средства, установленной оспоренным договором от 04.03.2019 № 1/а/03, в сумме 2 118 000 руб., в связи с отчуждением автомобиля ответчиком третьему лицу ФИО9 18.04.2019; 4 717 424,40 руб. платежей должника по договору от 09.01.2018 № 9/01/18 начиная с 01.02.2019, а именно, в период с августа 2019 по сентябрь 2020, с восстановлением задолженности должника перед ответчиком по договору оказания услуг от 09.01.2018 № 9/01/18 в размере 2 070 720 руб. и по договору аренды от 25.06.2018 № 2/угр/18 в размере 47 280 руб., и в размере 4 717 424, 40 руб., соответствуют положениям пункта 2 статьи 167 ГК РФ, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

При этом, восстановленное право требования может быть предъявлено ответчиком к должнику в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве с учетом разъяснений в пункте 26 Постановления Пленума № 63.

Доводы, изложенные подателями апелляционных жалоб, выражают несогласие их заявителей с оценкой установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судом норм Закона о банкротстве относительно оспаривания подозрительных сделок должника и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 16.12.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А276826/2020 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО3, ФИО4 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.


Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Председательствующий Н.А. Усанина Судьи Л.Н. Апциаури ФИО1

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство

Дата 22.01.2022 2:22:12

Кому выдана Усанина Наталья Александровна

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство

Дата 13.01.2022 5:56:03

Кому выдана ФИО1

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство

Дата 28.12.2021 0:12:27 Кому выдана Апциаури Лада Нодариевна