Постановление от 16 февраля 2025 г. по делу № А27-5116/2023

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                   Дело № А27-5116/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 03 февраля 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 17 февраля 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего 


ФИО1

судей


ФИО2


ФИО3

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Дубаковой А.А., с использования средств аудиозаписи и системы веб-конференции, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 (№07АП-9261/23(4)) на определение от 04.12.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-5116/2023 (судья Селищева В.Е.) по заявлению финансового управляющего должников-граждан ФИО5 и ФИО6, город Новокузнецк Кемеровской области – Кузбасса, - ФИО7, об оспаривании сделки должника, совершенной с ФИО4, применении последствий недействительности сделки, к участию в котором в качестве соответчика привлечена ФИО8,

В судебном заседании приняли участие:

от  ФИО4: ФИО9, доверенность от 05.02.2024;

от ФИО10: ФИО11, доверенность от 07.07.2023;

от иных лиц участвующих в деле: не явились (извещены).

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 24 января 2024 года (резолютивная часть объявлена 16 января 2024 года) гражданин-должник ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: гор. Новокузнецк Кемеровской обл., ИНН: <***>, СНИЛС: <***>, адрес регистрации: Кемеровская область-Кузбасс, <...> (далее- должник, ФИО5), признан банкротом, в отношении него введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, - реализация имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО7.

В производстве Арбитражного суда Кемеровской области находилось дело N А27-5207/2023 о банкротстве ФИО6, состоящего в браке с должником с 14.08.1998, в отношении него 26.03.2024 также введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО7

Определением от 22.01.2024 суд объединил дела о банкротстве ФИО5 и ФИО6 в одно производство, присвоив делу №А27-5116/2023, с назначением финансовым управляющим супругов - ФИО7

В Арбитражный суд Кемеровской области 18.01.2024 поступило заявление финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от 14.03.2015 земельного участка и дома, расположенных по адресу: <...>. Финансовым управляющим указано, что данная сделка была совершена должником от имени своей несовершеннолетней дочери ФИО4 в целях сокрытия имущества от кредитора должника.

Финансовый управляющий просил применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО4 передать в конкурсную массу должника:

- здание площадью 32,3 кв.м., по адресу: <...>, номер государственной регистрации: 42- 42/020-42/102/048/2015-123/2,

- земельный участок площадью: 2020 +/- 31.46 кв.м., по адресу: <...>, номер государственной регистрации: 42-42/020-42/102/048/2015-122/2.

Кроме того, ранее в Арбитражный суд Кемеровской области 14 ноября 2023 года поступило ходатайство финансового управляющего должника о включении в конкурсную массу вышеуказанного имущества. Поскольку вопрос о включении спорного имущества в конкурсную массу должника в качестве заявленного последствия недействительности сделки подлежит рассмотрению в рамках настоящего обособленного спора, суд, принимая к производству заявление об оспаривании сделки определением от 25.01.2024, указал в определении на то, что  ходатайство финансового управляющего должника о включении в конкурсную массу имущества будет рассмотрено в рамках этого же  спора.

        Определением от 04.12.2024 Арбитражный суд Кемеровской области частично удовлетворил  заявление финансового управляющего имуществом  ФИО5 и ФИО6. Признал недействительным (притворным по субъектному составу)  договор купли-продажи от 14.04.2015 земельного участка и расположенного на нем жилого дома, расположенных по адресу: <...>, подписанный между ФИО8 и ФИО4. Посчитал договор купли-продажи от 14.04.2015 земельного участка и расположенного на нем жилого дома, расположенных по адресу: <...>, заключенным между ФИО8 (продавец) и ФИО5 и ФИО6 (покупатель).

         Отказал в удовлетворении заявлений в остальной части.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Указав, что заявление управляющего об оспаривании сделки по общегражданским основаниям (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) в деле о банкротстве не подлежало судебной защите. Суд первой инстанции признал недействительной сделку, совершённую за пределами 3-х летнего срока подозрительности. В отсутствие доказательств, пришёл к выводу, что оспариваемая сделка совершена за счёт должников по делу о банкротстве.

ФИО10 в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменений, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель ФИО10 с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыв на нее, проверив в соответствии со статьёй 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения от 04.12.2024 Арбитражного суда Кемеровской области, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов должников, в настоящее время включены только требования ФИО10, основанные на вступившем в законную силу решении Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 22 января 2015 года по делу №2-173/15 о взыскании с ООО «Адель», ИНН <***> (заемщик), ФИО6 и ФИО5 (поручители) в пользу акционерного коммерческого банка "Новокузнецкий муниципальный банк" открытое акционерное общество, ИНН <***> (АКБ НМБ ОАО) задолженности по кредитному договору от 04.06.2012.

При рассмотрении дела №2-173/15 Центральный районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области установил, что 04.06.2012 между банком и ООО «Адель» был заключен кредитный договор, на основании которого обществу был выдан кредит в сумме 1500000 руб. сроком до 03.06.2014. В целях обеспечения исполнения обязательств в залог было передано косметологическое оборудование, а также заключены договоры поручительства с ФИО5 и ФИО6  Платежи общество вносило нерегулярно, последний платеж внесен в июле 2014 года, в связи с чем,  банк обратился за взысканием задолженности в судебном порядке, размер которой на 01.09.2014 составлял 1.2 млн. руб. При этом переданное в залог оборудование ООО «Адель» реализовало в пользу ООО «Ева».

08.06.2015 на основании решения суда АКБ НМБ ОАО был выдан исполнительный лист ФС №005551395, на основании которого было возбуждено исполнительное производство №17124/20/42037-ИП от 01.04.2020, оконченное 18.01.2021 в связи с невозможностью установить местонахождение должника ФИО5, его имущества. Сумма, взысканная в ходе исполнительного производства – 42708, 33 руб. Уточненные требования кредитором заявлены с учетом взысканных сумм в размере 1251761 руб. 70 коп. В отношении второго поручителя ФИО6 было возбуждено исполнительное производство №9426/17/42037-ИП от 08.06.2015, оконченное 16.05.2017 на основании подпункта 4 пункта 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ" Об исполнительном производстве".

Определением  Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 10.05.2023 по делу №2-173/15 произведена замена взыскателя с АКБ НМБ ОАО на ФИО10

В вышеуказанном определении Центрального районного суда г. Новокузнецка отражено, что исполнительное производство в отношении ООО «Адель» окончено 02.06.2020 на основании подпункта 4 пункта 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ"Об исполнительном производстве" (отсутствие имущества, на которое может быть обращено взыскание).  В ЕГРЮЛ в отношении ООО «Адель» 08.11.2021 внесена запись о принятии налоговым  органом решения о предстоящем исключении недействующего юридического лица.

Руководителем и единственным участником ООО «Адель» (ИНН <***>, является ФИО6  Как следует из представленных 23.04.2024 налоговым органом сведений, последнюю отчетность  данное общество представило за 1 квартал 2018 года. Супруги ФИО5 и ФИО6 были учредителями ООО «Ева» (ИНН <***>) зарегистрированного в 2005 году, которое было исключено из ЕГРЮЛ 10.09.2014 как недействующее юридическое лицо, после чего 11.12.2014 зарегистрировано другое ООО «Ева», ИНН  <***>, единственным участником которого уже указана  ФИО12

Таким образом, за десять лет после обращения банка за взысканием в судебном порядке вышеуказанной задолженности было погашено всего около 3% задолженности.

Это объясняется тем, что за должниками не было зарегистрировано какого-либо имущества, которое могло быть реализовано в ходе исполнительного производства.

Вместе с тем, в ходе проведения в отношении должников процедуры банкротства было выявлено, что на имя дочери должников ФИО4 по договору от 14.04.2015 у ФИО8 были приобретены здание площадью 32,3 кв.м., по адресу: <...>,  и земельный участок площадью: 2020 +/- 31.46 кв.м., по адресу: <...>, за 350000 руб.

Ссылаясь на отсутствие у несовершеннолетней  на тот период дочери  должников (15 лет) достаточного для приобретения имущества  дохода, финансовый управляющий, позиция которого была поддержана конкурсным кредитором ФИО10, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании сделки недействительной, применении последствий её  недействительности.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования частично, исходил из того, что договор купли-продажи от 14.04.2015 земельного участка и расположенного на нем жилого дома, расположенных по адресу: <...>, является притворной сделкой по субъектному составу, прикрывающей сделку купли-продажи объекта недвижимого имущества самими должниками.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьёй 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

  Оспариваемый договор купли-продажи заключен 14.03.2015, производство по делу о банкротстве должника возбуждено 05.06.2023.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, определенном Законом о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве). Сделки граждан - банкротов, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 – 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (статья 14 Федерального закона от 29 июня 2015 года № 154-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 г. N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суду необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу, либо имело место злоупотребление правом в иных формах.

На основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Пунктом 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъясняется, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Факт расхождения волеизъявления с действительной волей сторон сделки устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

В ходе рассмотрения заявления ФИО4 заявила том, что источником средств для приобретения спорных объектов были денежные средства, полученные ею от дедушки и бабушки ФИО13 и ФИО14. Целью приобретения дома было ведение огородничества и отдыха в связи с планируемым переездом дедушки и бабушки ответчика из Красноярского края в г.Новокузнецк.

По условиям оспариваемого договора,  денежные средства за имущество передаются покупателем в следующих суммах и в сроки:

- 50 тыс. руб. до подписания договора,

- 100 тыс. руб. – до 14.05.2015,

- 100 тыс. руб. – до 14.06.2015,

- 100 тыс. руб. – до 14.07.2015.

В первом отзыве (представлен в суд в электронном виде 12.02.2024) ответчик указывала, что переданные ей денежные средства были сняты ФИО13 и ФИО14 со своих счетов: 22.12.2014 в сумме 40 тыс. руб., 25.05.2015 в сумме 189 тыс. руб.

Однако, указанное снятие денежных средств со своих счетов ФИО13 и ФИО14 ни по датам, ни по суммам не соотносятся с внесёнными по оспариваемому договору платежами, в подтверждение которых ответчиком к отзыву №1 приложены расписки.

Между тем, из выписок по счетам ФИО13, приложенных ответчиком к отзыву №1 и поступивших в суд от ПАО Сбербанка 29.05.2024 следует, что сняв 25.05.2015 с одного своего счета сумму 189 тыс. руб., та же сумма в этот же день была внесена ФИО13 на другой его счет, который был закрыт 09.07.2015, соответственно она не могла быть передана 25.05.2015 ФИО4 вопреки утверждению последней.  Затем, 22.10.2015 ФИО13 был открыт новый счет, на который при открытии внесена сумма 70 тыс. руб.

Наличие у ФИО13 и ФИО14 денежных средств  для передачи ФИО4 для расчетов по оспариваемому договору в сумме 350 тыс. руб. вызывает сомнения, исходя из размера получаемого ими дохода в период 2014-2015гг., сведения о котором представлены ОСФР по Кемеровской области-Кузбассу 14.03.2024 и 04.04.2024.

Судом первой инстанции установлено, что у ФИО13 и ФИО14, в 2015 году какая-либо необходимость приобретения для себя дома в Новокузнецком районе Кемеровской области-Кузбасса отсутствовала, влекла за собой возникновение у них ряда организационных проблем, экономического смысла совершения ими спорной сделки не имеется.

Как указывает сам ответчик, в 2015 году, ее бабушка и дедушка проживали в Красноярском крае, на территории Кемеровской области-Кузбасса они были зарегистрированы только в 2018 году.

Суд первой инстанции критически оценил доводы ответчика о том, что причинами регистрации спорного имущества ни на ФИО13 и ФИО14, якобы финансировавших совершение сделки, а на их внучку ФИО4, было проживание их в другом регионе с учетом возможности выдачи ими доверенности на совершение сделки на того же ФИО6, подписавшего оспариваемый договор от имени своей несовершеннолетней дочери.

Довод подателя жалобы о том, что заявление финансового управляющего об оспаривании сделки  по общегражданским основаниям в деле о банкротстве не подлежало судебной защите, апелляционным судом отклоняются.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, либо  мнимую (статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63)).

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

По смыслу положений статьей 170 и 10 Гражданского кодекса Российской Федерации допускается признание собственника мнимым в ситуации, когда имущество для вида, например, в целях уклонения от уплаты задолженности, оформляется должником на иное лицо, с которым у должника имеются доверительные отношения.

 В такой ситуации лицо, которому формально принадлежит имущество, является его мнимым собственником (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), в то время как действительный собственник - должник - получает возможность владения, пользования и распоряжения имуществом без угрозы обращения на него взыскания по долгам со стороны кредиторов. Чем выше степень доверия между должником и третьим лицом, тем больше вероятность осуществления последним функций мнимого собственника.

Чем выше степень доверия между должником и третьим лицом, тем больше вероятность осуществления последним функций мнимого собственника. Также на выбор мнимого собственника в существенной степени влияет имущественная зависимость третьего лица от должника (аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2021 № 307-ЭС19-23103(2) по делу № А56-6326/2018).

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

При представлении доказательств аффилированности должника с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

 В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу №А12-45751/2015).

Как разъяснено в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017), если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.

С учетом суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что спорное имущество приобретено на денежные средства Должников, так как ни Ответчик, ни ее дедушка ФИО13 и бабушка ФИО14, учитывая их финансовое состояние; не имели возможности приобрести спорное имущество, а заключение договора купли-продажи от 14.04.2015 является согласованными действиями Должников и члена их семьи (дочери) по выводу имущества из конкурсной массы путем оформления объектов недвижимости на фиктивное (заинтересованное) лицо с целью избегания обращения на него взыскания и причинения вреда кредиторам.

Ссылка подателя жалобы о том, что суд первой инстанции признал недействительной сделку, совершённую за пределами трехлетнего срока подозрительности, суд апелляционной инстанции признает несостоятельной.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности установлен законом в три года и начинает течь со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (статьи 196 и 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделки, оспариваемые по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, относятся к категории оспоримых, а не ничтожных сделок (пункты 4, 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В настоящем случае сделки оспорены по основаниям статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, признаны притворными, в связи с чем, в настоящем случае подлежат применению положения пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у должника бухгалтерскую и иную документацию, а у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника, а также имевшихся счетах в кредитных организациях и операций по ним.

Процедура реализации имущества введена в отношении должника решением от 24.01.2024 (резолютивная часть объявлена 16.01.2024 ), финансовый управляющий утвержден тем же судебным актом.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в своем определении от 18.03.2021 № 304-ЭС18-4037 (9) по делу № А45-7621/2015 указала, что «по смыслу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса начало течения срока давности определяется моментом, с которого конкурсный управляющий должен был узнать о формальном характере начала исполнения мнимого договора, направленного на безосновательное получение обществом денежных средств из конкурсной массы нефтебазы».

Соответственно, срок исковой давности для финансового управляющего по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании сделок недействительными (ничтожными) подлежит исчислению не ранее 16 января 2024 года.

Таким образом, заявление об оспаривании сделок должника подано финансовым управляющим в пределах трехлетнего срока давности.

Довод  заявителя жалобы о том, что суд первой инстанции бездоказательно пришёл к выводу, что оспариваемая сделка совершена за счёт должников по делу о банкротстве, судом апелляционной инстанции отклоняется.

Судом первой инстанции установлено, что  интерес в приобретении спорного имущества был у  супругов ФИО15, однако регистрация его на свое имя влекло для них риск обращения  взыскания  на основании  решении Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 22 января 2015 года по делу №2-173/15 о взыскании задолженности по кредитному договору от 04.06.2012, от исполнения обязательств по которому  должники уклонялись, в том числе, путем манипуляций с переданным в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору оборудованием (в апелляционном определении от 07.05.2015, приложенном к заявлению о банкротстве ФИО5,  отражено, что принадлежащее ФИО6 общество – ООО «Адель» продало это оборудование ООО «Ева» по договору от 04.02.2014, то есть в существовавшее на тот момент ООО «Ева» (ИНН <***>), учредителями которого были супруги ФИО5 и ФИО6).

01.04.2024 в материалы настоящего обособленного спора на запрос Арбитражного суда поступил ответ ИФНС России по Центральному району г. Новокузнецка Кемеровской области – Кузбассу от 27.03.2024 №06-29/00832, согласно которому ФИО6 (дед) в Красноярском отделении №8646 ПАО «Сбербанк» действительно 25.05.2015 закрыл счет банковского вклада №42305.810.5.3163.9300693.

Из ответа ПАО Сбербанк от 21.05.2024 №ЗНО0344019774 в тот же день, 25.05.2015, в том же отделении ПАО «Сбербанк» ФИО13 (дед) открыл новый счет банковского вклада №42305810831000146214 на сумму 189 288,32 руб. путем безналичного зачисления денежных средств, что свидетельствует о технической банковской операции по переводу денежных средств со счета на счет, а также о том, что вышеуказанная сумма денежных средств никогда не использовалась в качестве оплаты спорного имущества.

При этом, у ФИО13 и ФИО14 наличие финансовой возможности и необходимости в приобретении  недвижимости в 2015 году на территории Кемеровской области-Кузбасса не подтверждено надлежащими и достаточными доказательствами. Тогда как у должников, занимающихся ведением бизнеса,  необходимые средства как для приобретения, так и для и последующего содержания данного имущества имелись.

При этом, финансовая возможность содержать спорное имущество у самой ФИО4 вызывает сомнения с учетом сведений о размере ее дохода в 2019-2021 гг (ответ ОСФР по Кемеровской области-Кузбассу, поступивший в суд 08.07.2024) и обучения на платной основе с 2018 года сроком на 6 лет (обучения ее  на платной основе с 2018 года сроком на 6 лет с оплатой в сумме 51-80 тыс. руб. за семестр (документы представлены в суд в электронном виде 29.07.2024).

Более того, из имеющихся в материалах дела копии оспариваемого договора следует, что при заключении оспариваемой сделки 14.04.2015 Ответчик при покупке спорного имущества, действовала под контролем и с согласия законного представителя - ее отца ФИО6, что подтверждается наличием подписи последнего в договоре.

Верховный Суд Российской Федерации в своем Определении от 23.12.2019 №305-ЭС19- 13326 по делу №А40-131425/2016 указал, что родители могут оформить переход права собственности на имущество к детям лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, совершив тем самым мнимую сделку

Вступившими в законную силу определениями суда от 23.09.2024 и от 25.09.2024 по настоящему делу уже установлено совершение должниками притворных по субъектному составу сделок на имя их родственников – ФИО14(мать должника ФИО6) и ФИО12 (мать должника ФИО5) в 2019 и 2021 гг.

Таким образом,  суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что договор купли-продажи от 14.04.2015 земельного участка и расположенного на нем жилого дома, расположенных по адресу: <...>, является притворной сделкой по субъектному составу, прикрывающей сделку купли-продажи объекта недвижимого имущества самими  должниками.

В данном случае следует оценивать  прикрываемую сделку как совершенную между ФИО8 (продавец) и ФИО5 и ФИО6 (покупатель).

Кроме того, что ни должники, ни ответчик не заявляли суду о том, что спорное имущество является для должников единственным жильем, напротив, указывая, что данный дом является дачей, не предназначенной для круглогодичного проживания.

От ГУ МВД России по Кемеровской области-Кузбассу поступил ответ об отсутствии сведений о регистрации граждан по указанному адресу.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об удовлетворении заявлении финансового управляющего имуществом ФИО5 и ФИО6 в части признания недействительным (притворным по субъектному составу) договор купли-продажи от 14.04.2015 земельного участка и расположенного на нем жилого дома, расположенных по адресу: <...>, подписанный между ФИО8 и ФИО4.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

 При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьёй 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

В соответствии с пунктом 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, расходы по уплате государственной пошлины суд относит на подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 2 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 04.12.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-5116/2023 – оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4- без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий 


ФИО1

Судьи


ФИО2


ФИО3