Решение от 2 июня 2024 г. по делу № А27-3092/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ


Дело №А27-3092/2023



Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

03 июня 2024 г.                                                                                       г. Кемерово

Резолютивная часть решения объявлена 23 мая 2024 г.

Решение в полном объеме изготовлено 03 июня 2024 г.

            Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Гисич С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ооржак А.Х.,

рассмотрев в открытом судебном заседании при участии представителей

от истца - ФИО1, представитель по доверенности от 15.02.2024,

от ответчика – ФИО2, представитель по доверенности от 13.02.2023,

дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Юлич», город Новокузнецк, Кемеровская область - Кузбасс (ОГРН <***>, ИНН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО3, город Новокузнецк, Кемеровская область - Кузбасс (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) о взыскании 1 924 402 руб. 51 коп.,

третье лицо, не  заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Новые технологии – высокое качество» (ИНН <***>, <...>)

по встречному иску индивидуального предпринимателя ФИО3, город Новокузнецк, Кемеровская область - Кузбасс (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Юлич», город Новокузнецк, Кемеровская область - Кузбасс (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 1 459 620 руб. 05 коп., 

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Юлич» (далее – ООО «Юлич») обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ИП ФИО3) о взыскании 1 924 402 руб. 51 коп. долга по договору поставки № БН от 05.07.2018.

Исковые требования мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по оплате поставленного товара.

Определением от 07.11.2023 суд привлек к участию в деле в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Новые технологии – высокое качество».

ИП ФИО3 представил отзыв, согласно которому задолженность перед Обществом частично погашена путем зачета взаимных требований (заем, поставка, услуги); остаток задолженности ответчика перед истцом составляет 266 338 руб. 60 коп.; по некоторым предъявленным товарным накладным поставка в адрес ответчика не производилась.

Возражая относительно доводов ответчика, истец указывает на то, что все заемные денежные средства ООО «Юлич» возвратило ФИО3 Договоры зачета взаимных требований являются ничтожными.

При увольнении ФИО3 с должности директора ООО «Юлич», ФИО3 не возвратил документацию обществу, в связи с чем ООО «Юлич» обратилось в суд с соответствующим иском (дело №А27-4290/2022). При рассмотрении данного спора ФИО3 был представлен отзыв, согласно которому акты взаимозачета – не составлялись; договоры займа с ФИО3 не составлялись; документ-основание для переноса задолженности ООО «Юлич» перед ООО «Новые технологии – высокое качество» на ИП ФИО3 – утрачен. Однако, в рассматриваемое дело ФИО3 представил договоры займа. Более того, из карточки по счету 67 ООО «Юлич» следует, что все перечисления по возврату займов ФИО3 проводились без начисления процентов; при этом с 13.01.2016 по 30.07.2019 ФИО3 был единственным участником ООО «Юлич». В претензии от 09.02.2022 ответчик указывал на наличие долга по договору возмездного оказания услуг, однако, согласно представленному ответчиком договору о проведении взаимозачёта от 28.12.2021 долг по договору возмездного оказания услуг якобы зачтен. Указанное, по мнению истца, свидетельствует о составлении договоров займа специально для рассмотрения настоящего спора. В связи с чем ООО «Юлич» заявило о фальсификации доказательств: договоров о проведении взаимозачёта встречных требований от 31.12.2019, 31.12.2020, 28.12.2021, на которых основаны возражения ответчика.

Договор о проведении взаимозачета требований от 07.05.2020 не может быть принят в качестве доказательства оплаты по договору поставки от 05.07.2018, т.к. обязательства по договору от 05.07.2018 в договоре взаимозачета не фигурируют.

В документах, представленных ответчиком в подтверждение факта оказания им услуг, имеются противоречия в номерах и датах (№ 092021 от 01.09.2021 и № 082021 от 09.08.2021), следовательно, задолженность истца по договору возмездного оказания услуг № 092021 от 01.09.2021 не подтверждена.

Ответчиком не представлены доказательства наличия у него денежных средств для выдачи спорных займов обществу, следовательно, договоры займа являются мнимыми. Ответчик не доказал наличие у него возможности оказать услуги, заявленные в договоре возмездного оказания услуг № 092021 от 01.09.2021. Вопреки доводам ответчика, все представленные истцом товарные накладные были подписаны ИП ФИО3 ЭЦП и отражены им в его бухгалтерской  отчетности. Договор поставки от 01.05.2019 у истца отсутствует.

ООО «Юлич» в процессе рассмотрения дела было заявлено ходатайство об истребовании сведений о подаче ФИО3 деклараций 3-НДФЛ за 2018-2021 гг. для проверки отражения спорных операций.

Предприниматель пояснил, что ФИО3 не подавал декларации 3-НДФЛ.

Поскольку самим ИП ФИО3 указано на то, что им не подавались налоговые декларации 3-НДФЛ, суд отказал обществу в удовлетворении ходатайства об истребовании этих документов в налоговом органе (статья 66 АПК РФ). 

Возражая относительно доводов истца, предприниматель указывает на то, что в рамках дела №А27-4290/2022 ФИО3 указывал на то, что именно акты взаимозачета не составлялись, но не соглашения о зачете, которые и были представлены по настоящему делу; ссылка на утрату договоров займа с ФИО3 касалась экземпляра ООО «Юлич», а не ФИО3; документ, подписанный с ООО «Новые технологии – высокое качество» был направлен ФИО3 в адрес ООО «Юлич».  

Договоры о проведении взаимозачёта встречных требований не признаны в судебном порядке недействительными; не могут быть признаны сфальсифицированными, поскольку экспертом установлено, что они были изготовлены во временной период, не превышающий 2 года от экспертного исследования, т.е. в период, когда ФИО3 еще являлся единоличным исполнительным органом ООО «Юлич» и имел право подписания документов от общества.

Ссылка в договоре о проведении взаимозачёта встречных требований от 07.05.2020 на договор № 328/05 от 14.05.2018, вместо договора б/н от 05.07.2018, является опиской; договор № 328/05 от 14.05.2018 в реальности не заключался. Аналогичная описка имеется и в акте от 30.09.2021 № 50; верным является договор № 092021 от 01.09.2021.

При заявлении истцом довода о том, что договоры взаимозачета не заключались, истец должен представить доказательства оплаты его долга перед ответчиком по договору поставки, где поставщиком являлся ИП ФИО3 Однако, такие документы не представлены.

Поскольку первая поставка была 05.07.2018, а претензия – 30.06.2022, по требованию о взыскании долга по поставкам за 2018 г. и по 30.05.2019 срок исковой давности пропущен.

У ответчика имелись в наличии денежные средства, которые он предоставил в заем ООО «Юлич» (арендные платежи, кредитные средства и личные денежные средства); а также материалы, которые он использовал для возмездного оказания услуг; в подтверждение поставки ИП ФИО3 в адрес ООО «Юлич» товара имеются первичные документы.

В материалы дела в конверте, на котором отправителем указан ФИО3, поступил отзыв от ООО «Новые технологии – высокое качество», согласно которому общество подтвердило факт опечатки в договоре о проведении взаимозачёта встречных требований от 07.05.2020: вместо «договор поставки бн от 01.05.2019» указано «договор № 328/05 от 14.05.2019».

После признания судом сфальсифицированными договоры о проведении взаимозачёта встречных требований от 31.12.2019, 31.12.2020, 28.12.2021, предприниматель обратился со встречным иском в суд.

Поскольку по встречному иску не требуется соблюдение досудебного порядка урегулирования спора, определением от 20.12.2023 судом принят встречный иск ИП ФИО3 к ООО «Юлич» о взыскании 1 459 620 руб. 05 коп. (в том числе 392 621 руб. 22 коп. долга (11 300 руб. долга и 381 321 руб. 22 коп. процентов) по договору займа от 10.01.2018, 181 399 руб. 83 коп. процентов по договору займа от 02.04.2019, 525 099 руб. долга по договору поставки от 01.05.2019, 360 500 руб. долга по договору возмездного оказания услуг № 092021 от 01.09.2021). 

ООО «Юлич», возражая относительно удовлетворения встречного иска, указало на отсутствие реальных правоотношений по договорам, заявленным во встречном иске; заявило о фальсификации договора оказания услуг № 092021 от 01.09.2021 и акта от № 50 от 30.09.2021.

В судебном заседании представитель Общества на иске настаивал, возражал относительно удовлетворения встречного иска.

Представитель предпринимателя частично возражал относительно удовлетворения иска, настаивал на встречном иске.

Третье лицо, извещенное надлежащим образом о судебном разбирательстве, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило.

Дело рассмотрено в отсутствие третьего лица в порядке, предусмотренном статьей 156 АПК РФ.

В судебном заседании установлено, что между ООО «Юлич», в лице директора ФИО3 (поставщик) и ИП ФИО3 (покупатель) заключен договор поставки от 05.07.2018, в соответствии с которым поставщик обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель принять и оплатить товар на условиях настоящего договора (пункт 1.1. договора).

Наименование, ассортимент, количество и стоимость каждой партии товара указываются в счетах, товарных накладных, актах и/или универсальных передаточных документах, выставляемых поставщиком покупателю, и являющихся неотъемлемой частью настоящего договора (пункт 1.2. договора).

В соответствии с пунктом 3.6. договора поставки от 05.07.2018 покупатель производит платежи за поставленный товар в течение 30 дней со дня получения товарной накладной, УПД, если иной срок оплаты не указан в счете или не согласован сторонами.

Истец поставил в адрес ответчика товар по товарным накладным.

Ответчик произвел частичную оплату в размере 338 676 руб. 01 коп. по платежным поручениям от 25.05.2020 № 79 на сумму 40 896 руб. 01 коп. и от 27.04.2020 № 2 на сумму 297 780 руб. (с учетом письма от 09.10.2020 № 93 об изменении назначения платежа; т.2, л.д. 141-142; т. 3, л.д.23).  

Истец направил 30.06.2022 ответчику претензию от 30.06.2022 № 144 с требованием произвести полную оплату поставленного товара.

Поскольку ИП ФИО3 в полном объеме не оплатил поставленный товар, ООО «Юлич» обратилось в суд с настоящим иском о взыскании долга.

После признания судом сфальсифицированными договоры о проведении взаимозачёта встречных требований от 31.12.2019, 31.12.2020, 28.12.2021, предприниматель обратился со встречным иском в суд.

Заслушав представителей явившихся в судебное заседание лиц, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310 ГК РФ).

В соответствии со статьями 506, 516 ГК РФ по договору поставки поставщик обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю. Покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

В соответствии со статьями 9, 65 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Суд дает оценку требованиям и возражениям сторон на основании представленных ими доказательств. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Применительно к настоящему спору бремя доказывания распределяется следующим образом: истец должен доказать факт поставки товара, ответчик вправе доказывать оплату товара.

Суд признает доказанным факт поставки ООО «Юлич» в адрес ИП ФИО3 товара по товарным накладным, подписанным сторонами ЭЦП либо рукописной подписью и с проставлением оттиска печати (товарные накладные представлены с иском, дополнениями к нему, а также по системе Мой Арбитр 14.03.2024); факт поставки подтверждается и отражением ООО «Юлич», когда директором был ФИО3, в своей налоговой и бухгалтерской отчетности (оборотно-сальдовые ведомости, книги продаж, налоговые декларации по НДС) заявленных поставок:

- в 2018 г. на сумму 485 872 руб. 54 коп.

- в 2019 г. на сумму 544 778 руб. 11 коп.

- в 2020 г. на сумму 615 344 руб. 48 коп.

- в 2021 г. на сумму 617 083 руб. 39 коп.

Итого – 2 263 078 руб. 52 коп.

Расхождения в суммах поставок за указанный период между сторонами связано с оспариванием ИП ФИО3 фактов поставок по некоторым товарным накладным.  

Между тем, ООО «Юлич» представило по системе Мой Арбитр 14.03.2024 и на бумажном носителе (т.3, л.д.111) по всем спорным поставкам (за исключением поставок от 29.10.2021 № 2069 и от 21.12.2021 № 2373) подписанные товарные накладные, в связи с чем доводы предпринимателя об отсутствии факта поставки подлежат отклонению.

Факт поставки товара по товарным накладным от 29.10.2021 № 2069 и от 21.12.2021 № 2373 подтверждается отражением ООО «Юлич», когда директором был ФИО3 (т.е. ответчик по первоначальному иску), в своей отчетности заявленных поставок (т.6 л.д.137).

Ответчик произвел частичную оплату в размере 338 676 руб. 01 коп. по платежным поручениям от 25.05.2020 № 79 на сумму 40 896 руб. 01 коп. и от 27.04.2020 № 2 на сумму 297 780 руб. (т.2, л.д. 141-142).

В данных платежных поручениях в назначении платежа был указан договор № 328/05 от 14.05.2018. Письмом от 09.10.2020 № 93 Предприниматель изменил назначение платежа на оплату по договору б/н от 05.07.2018 (т. 3, л.д.23). 

Предпринимателем в подтверждение частичного погашения долга, а в последующем – в части обоснования встречных исковых требований, представлены:

- договоры займа от 10.01.2018, от 02.04.2019, заключенные между ИП ФИО3 (займодавец) и ООО «Юлич» (заемщик).

Займодавец передает в собственность заемщика денежные средства траншами по заявкам заемщика в размере 1 600 000 руб., а заемщик обязуется возвратить сумму займа и уплатить проценты на сумму займа в сроки и в порядке, предусмотренные в договоре. За пользование суммой займа заемщик выплачивает займодавцу проценты в размере 18,9% годовых. Заемщик обязуется вернуть сумму займа и начисленные на нее проценты не позднее 31.12.2019 путем перечисления на банковский счет займодавца (договор займа от 10.01.2018).

По договору займа от 02.04.2019 предусмотрены аналогичные условия, за исключением суммы займа - 3 000 000 руб. и срока возврата – 02.04.2020.

- договор возмездного оказания услуг № 092021 от 01.09.2021, заключенный между ООО «Юлич» (заказчик) и ИП ФИО3 (исполнитель), в соответствии с которым исполнитель обязуется оказать заказчику услуги по утеплению части помещения, находящегося по адресу: <...> путем напыления ППУ на оборудовании заказчика установкой «РУПЕНА»-1, а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1.1. договора).

К указанному договору представлен акт № 50 от 30.09.2021 об оказании услуг «по утеплению (напылению) установкой «РУПЕНА»-1 для напыления ППУ толщина слоя 5 см» стоимостью 360 500 руб. (количество – 515 м2; цена 700 руб.).

- договор поставки от 01.05.2019, заключенный между ООО «Юлич» (покупатель) и ИП ФИО3 (поставщик), в соответствии с которым поставщик обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель принять и оплатить товар на условиях настоящего договора (пункт 1.1. договора).

- договоры о проведении взаимозачёта встречных требований от 31.12.2019, 31.12.2020, 28.12.2021, заключенные между ООО «Юлич» в лице директора ФИО3 (сторона 1) и ИП ФИО3 (сторона 2).

По договору о проведении взаимозачёта встречных требований от 31.12.2019 установлено, что ООО «Юлич» должно ИП ФИО3 по договору поставки б/н от 01.05.2019 – 53 653 руб., по договору займа б/н от 10.01.2018 – 392 621 руб. 22 коп.

ИП ФИО3 должен ООО «Юлич» по договору поставки от 05.07.2018 – 1 028 317 руб. 85 коп.

Стороны зачли 446 274 руб. 22 коп.

По договору о проведении взаимозачёта встречных требований от 31.12.2020 установлено, что ООО «Юлич» должно ИП ФИО3 по договору займа б/н от 02.04.2019 – 181 399 руб. 83 коп.

ИП ФИО3 должен ООО «Юлич» по договору поставки от 05.07.2018 – 159 051 руб. 69 коп.

Стороны зачли 159 051 руб. 69 коп.

По договору о проведении взаимозачёта встречных требований от 28.12.2021 установлено, что ООО «Юлич» должно ИП ФИО3 по договору поставки б/н от 01.05.2019 – 471 446 руб., по договору возмездного оказания услуг № 092021 от 01.09.2021 – 360 500 руб., по договору займа б/н от 02.04.2019 – 22 348 руб. 14 коп.

ИП ФИО3 должен ООО «Юлич» по договору поставки от 05.07.2018 – 587 955 руб. 54 коп. 

Стороны зачли 587 955 руб. 54 коп. 

- договор о проведении взаимозачёта встречных требований от 07.05.2020, заключенный между ООО «Юлич» (сторона 1), ООО «Новые технологии – высокое качество» (сторона 2) и ИП ФИО3 (сторона 3).

В договоре установлено, что ООО «Юлич» должно ООО «Новые технологии – высокое качество» по договору поставки № 19/03.19 от 19.03.2019 – 690 684 руб. 40 коп.

ООО «Новые технологии – высокое качество» должно ИП ФИО3 по договору поставки № 02/04.20 от 02.04.2019 – 690 684 руб. 40 коп.

ИП ФИО3 должен ООО «Юлич» по договору № 328/05 от 14.05.2018 – 700 000 руб.

Стороны договора пришли к соглашению зачесть 690 684 руб.

Как уже было указано выше, ООО «Юлич» заявлено о фальсификации договоров о проведении взаимозачёта встречных требований от 31.12.2019, 31.12.2020, 28.12.2021.

В соответствии с частью 1 статьи 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: 1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; 2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; 3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции" в порядке статьи 161 АПК РФ подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста).

Судом разъяснены уголовно-правовые последствия такого заявления сторонам; ответчик отказался исключать спорные договоры из числа доказательств, в связи с чем суд приступил к проверке обоснованности заявления.

Так, в рамках настоящего дела определением суда от 26.07.2023 назначена судебная техническая экспертиза по определению давности составления договоров. Проведение экспертизы поручено обществу с ограниченной ответственностью «Альянс», эксперту ФИО4. 19.09.2023 в материалы дела поступило экспертное заключение № 18-23-08-208 от 04.09.2023, в соответствии с которым:

- договоры о проведении взаимозачёта встречных требований от 31.12.2019, 31.12.2020, 28.12.2021 (подписи и оттиски печатей) выполнены в один временной период при идентичных условиях. Возраст штрихов рукописных удостоверительных реквизитов (подписей) соответствует штрихам, нанесенным во временной период, не превышающий 2 года от экспертного исследования.

 - договоры о проведении взаимозачёта встречных требований от 31.12.2019, 31.12.2020, 28.12.2021 имеют следы хранения и использования в условиях, отличающихся от средне-нормальных, что в свою очередь, относится к категории искусственного старения документов и могло привести к ускоренному старению материалов письма.

Оценив экспертное заключение, суд пришел к выводу, что оно соответствует требованиям, предъявляемым к доказательствам данного вида (статья 86 АПК РФ). Экспертное заключение является полным, мотивированным, обоснованным, содержит в себе полное описание хода проведенного исследования. Оснований не доверять выводам эксперта, обладающего специальными познаниями и давшего подписку об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда не имеется. Каких-либо неясностей в выводах эксперта судом не установлено. Выводы эксперта не находятся в противоречии с иными доказательствами по делу.

Таким образом, заключением эксперта установлено не только то, что оспариваемые договоры составлены в один временной период, не превышающий 2 года от экспертного исследования, но и то, что эти договоры хранились в условиях, отличающихся от средне-нормальных (искусственное старение).

Указанные выводы эксперта соотносятся с иными имеющимися в материалах дела доказательствами.

Так, следует указать, что ООО «Юлич» создано в 2012 г.; участники ФИО3 и ФИО5 (т.3, л.д.24). ФИО5 13.01.2016 вышел из состава участников согласно его заявлению от 13.01.2016 (т.3, л.д. 28). С 30.07.2019 в ООО «Юлич»                          3 участника: ФИО3, ФИО5, ФИО6, что подтверждается решением от 30.07.2019 (т.3, л.д.29). На протяжении всей деятельности общества (с 2012 г. до 28.12.2021) полномочия руководителя осуществлял ФИО3 На основании протокола №2 от 28.12.2021 полномочия директора ООО «Юлич» ФИО3 прекращены (т.3, л.д.26-27) и избран директором ООО «Юлич» ФИО6

Поскольку при увольнении ФИО3 с должности директора ООО «Юлич» передача документов первичной бухгалтерской отчётности проведена не была, ООО «Юлич» обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском об истребовании документов у бывшего директора. В ходе рассмотрения иска (дело №А27-4290/2022) ФИО3, как ответчиком, был предоставлен отзыв (т.5, л.д.32-33), в котором указано, что: «документы первичного бухгалтерского учета - акты взаимозачета, инвентаризационные описи - не составлялись; договоры займа с ФИО3 - не составлялись, утеряны; документ основание для переноса задолженности ООО «Юлич» перед ООО «Новые технологии - высокое качество» на ИП ФИО3 - утрачен».

Таким образом, при рассмотрении дела №А27-4290/2022 (иск подан 10.03.2022, апелляционная жалоба на решение рассмотрена 22.03.2023) ФИО3 указывал на отсутствие договоров взаимозачета и займа между ООО «Юлич» и ИП ФИО3

Однако, в период рассмотрения настоящего дела ИП ФИО3 указывает об обратном и представляет такие договоры.

Доводы ИП ФИО3 о том, что в рамках дела №А27-4290/2022 ФИО3 указывал на то, что именно акты взаимозачета не составлялись, но не соглашения о зачете; ссылка на утрату договоров займа с ФИО3 касалась экземпляра ООО «Юлич», а не ФИО3 фактически направлены на обход (преодоление) ранее представленного отзыва в деле №А27-4290/2022.

Такое поведение ИП ФИО3 суд не может признать добросовестным (статьи 1 и 10 ГК РФ); более того, оно является противоречивым и нарушает принцип «эстоппель».

Кроме того, при наличии у ФИО3 каких-либо документов, касающихся деятельности ООО «Юлич», в силу прекращения статуса генерального директора ООО «Юлич», ФИО3 в силу норм действующего законодательства должен был передать эти документы ООО «Юлич», однако, соглашения о зачете не были переданы обществу и были впервые раскрыты при рассмотрении настоящего дела о взыскании долга с предприниямателя.

Далее в материалах дела имеется претензия ИП ФИО3 от 09.02.2022 (т. 5, л.д.47), адресованная ООО «Юлич» с требованием оплатить задолженность по договору возмездного оказания услуг № 092021 от 01.09.2021 в размере 360 500 руб.

Между тем, при действительном наличии договора о проведении взаимозачёта встречных требований от 28.12.2021, которым долг ООО «Юлич» по договору   возмездного оказания услуг № 092021 от 01.09.2021 – 360 500 руб. был зачтен в счет встречных обязательств ИП ФИО3, вышеуказанная претензия не составлялась бы.

В связи с чем суд приходит к выводу о том, что в период рассмотрения дела №А27-4290/2022 либо ранее договоры о проведении взаимозачёта встречных требований от 31.12.2019, 31.12.2020, 28.12.2021 не существовали, следовательно, довод ИП ФИО3 о том, что эти договоры могли быть составлены в период его деятельности в качестве генерального директора ООО «Юлич» (предприниматель ссылается на вывод эксперта о том, что возраст штрихов рукописных удостоверительных реквизитов - подписей соответствует штрихам, нанесенным во временной период, не превышающий 2 года от экспертного исследования) опровергнут.

При таких обстоятельствах, а также учитывая выводы эксперта по проведенной экспертизе, суд приходит к выводу о фальсификации ФИО3 договоров о проведении взаимозачёта встречных требований от 31.12.2019, 31.12.2020, 28.12.2021, следовательно, заявление о фальсификации подлежит удовлетворению.

Учитывая удовлетворение заявления о фальсификации доказательств, доводы предпринимателя о погашении долга путем зачета встречных требований на основании данных договоров подлежат отклонению.

Далее Предпринимателем заявлены доводы о том, что по договору о проведении взаимозачёта встречных требований от 07.05.2020, заключенному между ООО «Юлич», ООО «Новые технологии – высокое качество» и ИП ФИО3, погашена задолженность не по договору № 328/05 от 14.05.2018, а по договору от 05.07.2018.

Обществом заявлены доводы, что в программе «1С Предприятие» общество обнаружило два договора № 328/05 от 14.05.2018: один, где поставщиком в пользу общества является предприниматель, а в другом – наоборот. Поставки по договору № 328/05 от 14.05.2018 отражены в программе «1С Предприятие», однако, в налоговой декларации за 2018 г. не отражены. По договору № 328/05 производились реальные поставки от Общества предпринимателю. Впоследствии имеющаяся задолженность по договору № 328/05 была закрыта договором о проведении взаимозачёта встречных требований от 07.05.2020. Общество указывает на то, что ФИО3 сознательно применял схему ведения бухгалтерской отчетности и оплаты через взаимозачет с целью сокрытия налогов по ИП ФИО3 (предприниматель применяет упрощенную систему налогообложения – 6% с фактически полученного дохода).

В материалы дела в конверте, на котором отправителем указан ФИО3, поступил отзыв от ООО «Новые технологии – высокое качество», согласно которому общество подтвердило факт опечатки в договоре о проведении взаимозачёта встречных требований от 07.05.2020: вместо «договор поставки бн от 01.05.2019» указано «договор № 328/05 от 14.05.2019».

Оценив указанные доводы сторон и третьего лица, суд пришел к следующим выводам.

Так, в материалах дела имеется договор о проведении взаимозачёта встречных требований от 07.05.2020, заключенный между ООО «Юлич» (сторона 1), ООО «Новые технологии – высокое качество» (сторона 2) и ИП ФИО3 (сторона 3).

В договоре установлено, что ООО «Юлич» должно ООО «Новые технологии – высокое качество» по договору поставки № 19/03.19 от 19.03.2019 – 690 684 руб. 40 коп.

ООО «Новые технологии – высокое качество» должно ИП ФИО3 по договору поставки № 02/04.20 от 02.04.2019 – 690 684 руб. 40 коп.

ИП ФИО3 должен ООО «Юлич» по договору № 328/05 от 14.05.2018 – 700 000 руб.

Стороны договора пришли к соглашению зачесть 690 684 руб.

Фактически имеет место ситуация, при которой обязательство между ИП ФИО3 и ООО «Юлич» в договоре о проведении взаимозачёта встречных требований от 07.05.2020 указано как договор № 328/05 от 14.05.2018, предприниматель в отзыве указывает на договор от 05.07.2018 (предмет первоначального иска), третье лицо – на договор от 01.05.2019 (предмет встречного иска, где, наоборот, предприниматель указывает, что Общество имеет задолженность перед ним), Общество – на договор № 328/05 от 14.05.2018.

Так, ООО «Юлич» представило в материалы дела из программы «1С Предприятие» как договор поставки № 328/05 от 14.05.2018, где покупателем является ООО «Юлич», а поставщиком - ИП ФИО3 (по системе Мой Арбитр 11.03.2024), так и договор поставки № 328/05 от 14.05.2018, где покупателем является ИП ФИО3, а поставщиком - ООО «Юлич» (по системе Мой Арбитр 14.03.2024).

Также Обществом из программы «1С Предприятие» представлены к договору поставки № 328/05 от 14.05.2018, где покупателем является ИП ФИО3, товарные накладные № 512 от 15.05.2018 на сумму 165 000 руб., № 551 от 21.05.2018 на сумму 150 000 руб., № 747 от 22.06.2018 на сумму 231 600 руб., № 747 от 25.06.2018 на сумму 153 480 руб. – на общую сумму 700 080 руб. (по системе Мой Арбитр 14.03.2024).

Предпринимателем заявлены доводы о том, что во всех товарных накладных в отметке «Документ подписан и передан через 1С-ЭДО» в строке «Идентификатор документа» проставлен один и тот же номер идентификатора; дата подписания документа – май-июнь 2018 г., а срок действия ЭЦП ФИО3 с 04.09.2018 по 04.09.2019, чего в действительности быть не может.

Оценив указанные доказательства, доводы сторон и третьего лица, суд пришел к выводу о том, что по договору о проведении взаимозачёта встречных требований от 07.05.2020, заключенному между ООО «Юлич», ООО «Новые технологии – высокое качество» и ИП ФИО3, погашена задолженность именно по договору № 328/05 от 14.05.2018, что следует из того, что как договор № 328/05 от 14.05.2018, так и товарные накладные к нему были распечатаны Обществом из программы «1С Предприятие», которую вел ФИО3; на договор № 328/05 от 14.05.2018 имеется ссылка в платежных поручениях от 25.05.2020 № 79 и от 27.04.2020 № 2 (т.2, л.д. 141-142), следовательно, указанный договор имел место быть; в договор взаимозачета от 07.05.2020 не были внесены изменения в части реквизитов договора между Обществом и Предпринимателем; третье лицо (ООО «Новые технологии – высокое качество») указав на описку, сослалось в качестве верного не на договор от 05.07.2018 (предмет первоначального иска), а на договор от 01.05.2019 (предмет встречного иска, где, наоборот, предприниматель указывает, что Общество имеет задолженность перед ним), и, более того, отзыв от третьего лица поступил в конверте, на котором отправителем определен ФИО3, что вызывает сомнения в независимости данного отзыва.

Кроме того, в трехстороннем зачете указано, что долг по договору № 328/05 от 14.05.2018 составляет 700 000 руб.

Даже если согласиться с предпринимателем, что это договор от 05.07.2018, то на 07.05.2020 долг по нему составлял 485 т.р. (2018 г.) + 544 т.р. (2019 г.) + 125 т.р. (примерно за 5 месяцев 2020 г.) = 1 180 000 т.р. (примерно).

Если учесть оплату в размере 338 676 руб. 01 коп., то долг примерно составит 841 т.р., но не 700 000 руб.

При этом сумма всех товарных накладных по договору № 328/05 от 14.05.2018 (700 080 руб.) соотносится с суммой, указанной в договоре взаимозачета от 07.05.2020.

Более того, договор о проведении взаимозачёта встречных требований от 07.05.2020, из которого возможно было установить наличие договора № 328/05 от 14.05.2018, был передан ФИО3 только на основании решения суда по делу №А27-4290/2022.

Учитывая, что ФИО3 был директором ООО «Юлич» и не передал документацию Обществу после прекращения его полномочий, суд признает, что зачетом погашался долг именно по договору № 328/05 от 14.05.2018.

Не оставляют без внимания доводы Общества и о том, что Предприниматель мог использовать свой статус в качестве директора ООО «Юлич» в целях минимизации своих налоговых обязательств, как предпринимателя, путем проведения именно зачетов, а не операций по расчетному счету, которые неизбежно повлекли бы за собой необходимость уплаты налога (упрощенная система налогообложения – 6% с дохода).

Таким образом, с учетом факта признания поставки на сумму 2 263 078 руб. 52 коп. и оплаты по платежным поручениям на сумму 338 676 руб. 01 коп. долг составляет 1 924 402 руб. 51 коп.

Рассмотрев заявление ИП ФИО3 о пропуске срока исковой давности по товарным накладным с 05.07.2018 по 30.05.2019 (период истечения срока исковой давности, о котором заявлено предпринимателем, неоднократно уточнялся судом в ходе судебного разбирательства), а также заявление ООО «Юлич» о восстановлении срока исковой давности (ФИО3 своевременно не передал документацию Обществу), суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (пункт 1 статьи 196 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (абзац 1 пункта 2 статьи 200 ГК РФ).

 По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. При этом срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства (абзац 2 пункта 2 статьи 200 ГК РФ).

Течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении). Непоступление ответа на претензию в течение 30 дней (ч. 5 ст. 4 АПК РФ) либо срока, установленного договором, приравнивается к отказу в удовлетворении претензии, поступившему на 30 день либо в последний день срока, установленного договором (пункт 35 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019; пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43).

Поскольку договором установлен срок исполнения обязательства по оплате товара, течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В соответствии с пунктом 3.6. договора поставки от 05.07.2018 покупатель производит платежи за поставленный товар в течение 30 дней со дня получения товарной накладной, УПД, если иной срок оплаты не указан в счете или не согласован сторонами.

В связи с направлением претензии течение срока исковой давности приостанавливалось (часть 5 статьи 4 АПК РФ; пункт 6.1. договора – срок рассмотрения претензии 10 дней с момента ее получения). Иными словами, к трехлетнему сроку исковой давности прибавляется срок на соблюдение претензионного порядка урегулирования спора.

Оценивая вопрос истечения срока исковой давности по самой последней оспариваемой Предпринимателем поставки (30.05.2019), суд пришел к выводу об истечении такого срока.

Так, течение срока исковой давности начинается с 02.07.2019 (01.07.2019 – последний день на оплату).

С 10 дней ответа на претензию срок исковой давности по требованию о взыскании долга истек в июле-августе 2022 года.

Исковое заявление подано 22.02.2023 (согласно календарному штемпелю на конверте), то есть с пропуском срока исковой давности.

В ходе судебного разбирательства судом не установлено, а Обществом не заявлено о прерывании течения срока исковой давности.

В связи с чем заявление предпринимателя о пропуске срока исковой давности по товарным накладным с 05.07.2018 по 30.05.2019 является обоснованным.

В пункте 8 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 2 (2022)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.10.2022) отражено, что срок исковой давности, пропущенный истцом - юридическим лицом, о применении которого заявил ответчик, не подлежит восстановлению судом независимо от причин его пропуска.

Из буквального толкования норм ГК РФ, а также из разъяснений, изложенных в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", следует, что в соответствии со ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства. По смыслу указанной нормы, а также п. 3 ст. 23 ГК РФ срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом и гражданином - индивидуальным предпринимателем, по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

Таким образом, у суда не имеется предусмотренных законом оснований для восстановления ООО «Юлич» как юридическому лицу пропущенного срока исковой давности.

Более того, с 30.07.2019 в ООО «Юлич» было 3 участника: ФИО3, ФИО5, ФИО6, следовательно, ФИО5 и ФИО6 (с 28.12.2021 – директор вместо ФИО3), которые были участниками Общества как в спорный период, так и позднее, могли контролировать деятельность Общества и знать о наличии неисполненных обязательств перед Обществом.

В связи с чем поздняя передача ФИО3 документации по деятельности ООО «Юлич» не влечет возможность восстановления срока исковой давности.

В период с 05.07.2018 по 30.05.2019 суд признал факт поставки товара на общую сумму 718 161 руб. 03 коп.

В силу положений п. 3 ст. 199, ст. 319.1 ГК РФ, разъяснений, содержащихся в пунктах 39, 40, 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", с учетом отсутствия истечения срока исковой давности по требованиям об оплате поставок 2018-2019 гг. на момент двух оплат, произведенных в 2020 г., данные оплаты засчитываются в счет более ранних поставок.

В связи с чем суд отказывает в удовлетворении первоначального иска в части 379 485 руб. 02 коп. в связи с истечением срока исковой давности (718161,03-338676,01).

Первоначальный иск подлежит частичному удовлетворению в размере 1 544 917 руб. 49 коп. долга (2263078,52-338676,01-379485,02).

Поскольку договоры взаимозачета признаны сфальсифицированными, ИП ФИО3 подан встречный иск, направленный на зачет. При этом суммы и обязательства аналогичны тем, которые были указаны в договорах взаимозачета.

ООО «Юлич» в связи с заявлением предпринимателем о зачете и подачей встречного иска заявлено о фальсификации договоров займа от 10.01.2018, от 02.04.2019, а также договора возмездного оказания услуг от 01.09.2021 и акта № 50 от 30.09.2021 (т. 6, л.д.74).

Судом разъяснены уголовно-правовые последствия такого заявления сторонам; ИП ФИО3 выразил согласие на исключение договоров займа от 10.01.2018, от 02.04.2019 из числа доказательств, в связи с чем указанные договоры исключаются судом из числа доказательств по делу. ИП ФИО3 заявил возражения относительно исключения из числа доказательств по делу договора возмездного оказания услуг от 01.09.2021 и акта № 50 от 30.09.2021.

В рамках настоящего дела определением суда от 05.03.2024 назначена судебная техническая экспертиза по определению давности составления договора и акта. Проведение экспертизы поручено обществу с ограниченной ответственностью «Альянс», эксперту ФИО4. 24.04.2024 в материалы дела поступило экспертное заключение № 18-24-03-048 от 18.04.2024, в соответствии с которым установить, соответствуют ли даты подписания договора возмездного оказания услуг от 01.09.2021 и акта № 50 от 30.09.2021 (подписи и оттиски печатей) датам, указанным в договоре акте не представилось возможным; представленные документы имеют признаки хранения и использования в условиях, отличающихся от средне-нормальных; по своему характеру установленными признаки относятся к категории искусственного старения документов.

Таким образом, заключением эксперта установлено, что договор и акт хранились в условиях, отличающихся от средне-нормальных (искусственное старение).

Оценив экспертное заключение, суд пришел к выводу, что оно соответствует требованиям, предъявляемым к доказательствам данного вида (статья 86 АПК РФ). Экспертное заключение является полным, мотивированным, обоснованным, содержит в себе полное описание хода проведенного исследования. Оснований не доверять выводам эксперта, обладающего специальными познаниями и давшего подписку об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда не имеется. Каких-либо неясностей в выводах эксперта судом не установлено. Выводы эксперта не находятся в противоречии с иными доказательствами по делу.

В судебном заседании 23.05.2024 был допрошен эксперт ФИО4, который дал пояснения о том, что эксперт не может ответить на вопрос, было ли умышленное или неумышленное искусственное старение документов, поскольку это правовой вопрос. Документы выглядят старше, чем они датированы. Какие-либо явные признаки искусственного старения (например, помещение документа в микроволновую печь) не обнаружены; искусственно состарить документы возможно таким образом, что эксперт не сможет определить эти признаки.  

Указанные выводы эксперта соотносятся с иными имеющимися в материалах дела доказательствами.

Так, следует указать, что ФИО3 ранее был директором ООО «Юлич», следовательно, мог составить документы от имени ООО «Юлич» и ИП ФИО3; часть документации в отношении ООО «Юлич» не была передана ФИО3 после прекращения его полномочий в качестве директора Общества, а часть была передана только на основании решения суда; оспариваемые договор возмездного оказания услуг от 01.09.2021 и акт № 50 от 30.09.2021 не отражены в программе «1С Предприятие», которую вел/контролировал непосредственно сам ФИО3 в период руководства им Обществом.

При таких обстоятельствах, а также учитывая выводы эксперта по проведенной экспертизе, суд приходит к выводу о фальсификации ФИО3 договора возмездного оказания услуг от 01.09.2021 и акта № 50 от 30.09.2021, следовательно, заявление о фальсификации подлежит удовлетворению.

Учитывая признание обоснованным заявления о фальсификации доказательств, встречный иск предпринимателя в части взыскания 360 500 руб. долга по договору возмездного оказания услуг № 092021 от 01.09.2021 и акту № 50 от 30.09.2021 не подлежит удовлетворению.

Более того, даже если оценивать по существу обязательства по договору возмездного оказания услуг № 092021 от 01.09.2021 и акту № 50 от 30.09.2021 (при отсутствии удовлетворенного заявления о фальсификации доказательств), суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (часть 1 статьи 781 ГК РФ).

Предпринимателем в материалы дела представлен договор возмездного оказания услуг № 092021 от 01.09.2021, заключенный между ООО «Юлич» (заказчик) и ИП ФИО3 (исполнитель), в соответствии с которым исполнитель обязуется оказать заказчику услуги по утеплению части помещения, находящегося по адресу: <...> путем напыления ППУ на оборудовании заказчика установкой «РУПЕНА»-1, а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1.1. договора). Исполнитель вправе привлекать к оказанию услуг третьих лиц без предварительного получения на то согласия заказчика (пункт 1.2 договора). Срок оказания услуг – 30 дней с момента подписания договора (пункт 1.3. договора). Общая стоимость услуг составляет 360 500 руб., без НДС, по согласованию сторон в нее входят: материалы исполнителя, а именно, полиизоцианат МДИ РМ-200 в количестве 750 кг (компонент 1) и Изопол 3255-1740 в количестве 660 кг (компонент 2) общей стоимостью 237 960 руб., а также услуга по напылению 515 м2 потолка помещения (пункт 3.1. договора). Заказчик оплачивает в течение 30 дней после подписания стонами акта оказанных услуг (пункт 3.3. договора).

К указанному договору представлен акт № 50 от 30.09.2021 об оказании услуг «по утеплению (напылению) установкой «РУПЕНА»-1 для напыления ППУ толщина слоя 5 см» стоимостью 360 500 руб. (количество – 515 м2; цена 700 руб.); в указанном акте имеется ссылка на договор оказания услуг № 082021 от 09.08.2021.

ИП ФИО3 указал на описку в акте от 30.09.2021 № 50 относительно реквизитов договора; верным является договор № 092021 от 01.09.2021. Представил по системе Мой Арбитр 11.03.2024 в доказательство приобретения им материалов (полиизоцианат МДИ РМ-200 в количестве 750 кг и полиольный компонент Изопол 3255-17/40 в количестве 660 кг) у ООО «Витахим Сибирь» для оказания услуг ООО «Юлич» универсальный передаточный документ № 783 от 08.07.2020 на сумму 237 960 руб., договор поставки от 23.06.2020 № ДП-256/06/2020 с ООО «Витахим Сибирь», платежное поручение от 26.06.2020 № 89 на сумму 257 535 руб. (с учетом УПД на сумму 19 575 руб.).

В свою очередь, ООО «Юлич» указало на противоречия в номерах и датах договора (№ 092021 от 01.09.2021 и № 082021 от 09.08.2021); недоказанность наличия у ИП ФИО3 возможности оказать заявленные услуги. ООО «Юлич» указало, что данные услуги были выполнены непосредственно самим обществом – работником и участником общества ФИО5; в подтверждение данного довода представлены универсальный передаточный документ о приобретении ООО «Юлич» у ФИО7 головного оборудования для напыления ППУ стоимостью 67 500 руб. (УПД не подписан с обеих сторон, выведен из программы «1С Предприятие», т. 6, л.д.49), платежное поручение об оплате ООО «Юлич» в адрес ФИО7 67 500 руб. (т.6, л.д.48), трудовая книжка, акт на списание материалов № 3 от 14.01.2021 для утепления потолка складского помещения по ул. Отдельная, д.6, корп. 2, пом. 1 в целях содержания арендованного имущества (офис+склад) (т.6, л.д.83-85).

ООО «Юлич» указывает, что ИП ФИО3 не мог оказывать услуги, т.к. материалы, на которые он ссылается, в 2021 году были с истекшим сроком хранения (т.6,л.д.88-92) и, более того, были проданы ИП ФИО8 по универсальному передаточному документу от 01.03.2021 № 9 и от 07.05.2021 № 19 (т.6 л.д.86-87). УПД распечатаны Обществом из программы 1С ИП ФИО3, доступ к которой остался у Общества.  

Оценив в совокупности и взаимосвязи имеющиеся в материалах дела доказательства, суд пришел к выводу об отсутствии факта оказания спорных услуг ИП ФИО3

Так, между ООО «Юлич» (арендатор) и ИП ФИО3 (арендодатель) был заключен договор аренды нежилого помещения от 01.04.2021 № 4, в соответствии с которым арендодатель передает во временное владение и пользование, а арендатор принимает в аренду часть нежилого помещения, находящегося по адресу: <...> (т. 6, л.д.115-117).

В соответствии с пунктом 3.3.1. договора аренды арендатор имеет право производить дополнительные работы по улучшению помещения, в том числе включая работы по текущему ремонту, переустройству, отделке арендуемого помещения – после предварительного письменного уведомления и согласования с арендодателем.

Таким образом, услуги по утеплению, которые были отражены в акте, должны были быть выполнены в отношении имущества, принадлежащего ИП ФИО3 на праве собственности.

Разумность и необходимость производить такие работы в отношении имущества, принадлежащего ИП ФИО3, за плату в пользу самого предпринимателя не обоснована последним.

При этом именно у ООО «Юлич» имелось головное оборудование для напыления ППУ, следовательно, имея такое оборудование, Общество могло самостоятельно выполнить спорные работы.

Более того, суд признает обоснованными доводы ООО «Юлич» о том, что эти услуги были выполнены силами самого Общества, поскольку в материалах дела имеется выведенный из программы «1С Предприятие» ООО «Юлич» акт на списание материалов № 3 от 14.01.2021 для утепления потолка складского помещения по ул. Отдельная, д.6, корп. 2, пом. 1 в целях содержания арендованного имущества (офис+склад) (т.6, л.д.85).

Указанный акт утвержден и подписан самим ФИО3 в период, когда он являлся директором ООО «Юлич»; в процессе рассмотрения дела данный акт не был оспорен предпринимателем.

Таким образом, указанный акт подтверждает самостоятельное выполнение спорных услуг ООО «Юлич» и за счет материалов, принадлежащих Обществу.

Далее, в процессе рассмотрения дела предприниматель указывал на то, что приобретенные им материалы у ООО «ВитаХимСибирь» не были реализованы в адрес ФИО8, а были использованы при выполнении спорных работ. ООО «Юлич», наоборот, указывало о продаже этих материалов в адрес ФИО8

Так, ООО «Юлич» представило письмо ИП ФИО8 (с подписью, без печати) о том, что ИП ФИО8 приобретал у ИП ФИО3 материалы 01.03.2021 (81 730 руб. полизиционат МДИ и полиопольный компонент) и 07.05.2021 (45 000 руб. полизиционат МДИ) (т.6, л.д.119).

ИП ФИО3 представил письмо ИП ФИО8 (с подписью и печатью) о том, что в адрес ИП ФИО8 за период с 2023 по 2024 гг. не поступило никаких запросов о предоставлении информации от ООО «Юлич», ответы не давал; вся документация от ИП ФИО8 заверяется печатью (т.6 л.д.147).

ИП ФИО3 представил в материалы дела акт сверки взаимных расчетов с ИП ФИО8 за март 2021 по декабрь 2023 г., из которого следует, что у ИП ФИО3 имеется задолженность перед ИП ФИО8 в размере 151 730 руб. (т. 7, л.д.33-34).

ООО «Юлич» представило по системе Мой Арбитр 08.04.2024 письмо ИП ФИО8 от 05.04.2024 (содержит подпись и оттиск печати), из которого следует, что отраженные в акте сверки оплаты в действительности имели место быть за материалы (полизиционат МДИ и полиопольный компонент), которые ИП ФИО3 передал ему весной 2021 г. Пояснения ФИО3, что поставка материалов не производилась, противоречит реальным фактам.

ИП ФИО3 20.05.2024 представило письмо ИП ФИО8 от 16.05.2024, в соответствии с которым им была проведена проверка бухгалтерских документов и установлено наличие оплат в пользу ИП ФИО3, однако, первичных документов у ФИО8 нет, на балансе материалы не числились, из чего ФИО8 приходит к выводу, что фактической поставки не было и просит вернуть денежные средства.

Таким образом, в материалах дела имеются прямо противоположные ответы ИП ФИО8 относительно наличия факта поставки в его адрес товара.

Между тем, указанные противоречия хоть и не позволили однозначно установить факт наличия/отсутствия реализации материалов в пользу ИП ФИО8, однако, совокупность иных имеющихся в материалах дела доказательств позволила суду прийти к выводу об отсутствии выполнения ИП ФИО3 спорных услуг.

Отсутствие факта выполнения спорных работ подтверждается и тем, что в отчетности ООО «Юлич» (оборотно-сальдовые ведомости), которую контролировал сам ФИО3, не отражен ИП ФИО3 как контрагент (поставщик), выполнивший спорную работу. В отчетности ООО «Юлич» фигурирует ИП ФИО3 как контрагент-поставщик только по арендным правоотношениям.

Более того, предприниматель не опроверг доводы общества о том, что на момент оказания спорных услуг (30.09.2021) у полиизоцианат МДИ РМ-200 истек срок хранения (приобретен 08.07.2020, срок хранения – 6 месяцев т.6, л.д. 88-90).

Факт наличия/отсутствия описок в номерах и датах договора (№ 092021 от 01.09.2021 и № 082021 от 09.08.2021) не имеет существенного значения при наличии подписанного акта (при отсутствии удовлетворенного заявления о фальсификации акта).

Общество не представило доказательства того, что спорная сделка в судебном порядке признана недействительной (Общество указывает на то, что договор оказания услуг не был одобрен общим собранием участников ООО «Юлич»).

Не оставляют без внимания и доводы Общества о том, что при действительном наличии долга у Общества по договору оказания услуг, ИП ФИО3 при увольнении его с должности директора мог бы произвести оплату в свою пользу с расчетного счета Общества, поскольку в последний день работы (28.12.2021) ФИО3 как раз и произвел соответствующие оплаты в свою пользу по договору аренды (платежные поручения от 28.12.2021 № 1006, № 1009 – представлены по системе Мой Арбитр 22.05.2024).  

При этом наличие между сторонами договорных арендных отношений не оспаривалось сторонами, оспаривался только вопрос о размере арендной платы с учетом наличия отличных между собой копий договоров аренды, опосредующих отношения в один и тот же период в рамках дела №А27-4642/2022. В рамках указанного дела суд пришел к выводу об увеличении предпринимателем в одностороннем порядке цены арендной платы.

При таких обстоятельствах суд отказывает предпринимателю в удовлетворении встречных требований в части взыскания с общества 360 500 руб. долга по договору возмездного оказания услуг № 092021 от 01.09.2021 и акту № 50 от 30.09.2021.

Оценивая встречные требования ИП ФИО3 о взыскании с ООО «Юлич» 392 621 руб. 22 коп. (11 300 руб. долга и 381 321 руб. 22 коп. процентов) задолженности по договору займа от 10.01.2018, 181 399 руб. 83 коп. процентов по договору займа от 02.04.2019, суд пришел к следующим выводам.

В силу положений статьи 27 АПК РФ, учитывая, что на момент подачи встречного иска в суд ФИО3 обладал статусом индивидуального предпринимателя; характер взаимоотношений сторон, который относится к экономическим спорам, суд находит необоснованными доводы Общества о том, что спор по заемным обязательствам не относится в компетенции арбитражного суда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Пунктом 1 статьи 808 ГК РФ определено, что договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

При отсутствии иного соглашения проценты за пользование займом выплачиваются ежемесячно до дня возврата займа включительно.

Статьей 810 ГК РФ определено, что заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

Если иное не предусмотрено договором займа, сумма беспроцентного займа может быть возвращена заемщиком досрочно полностью или частично.

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном пунктом 1 статьи 395 настоящего Кодекса, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 809 настоящего Кодекса (пункт 1 статьи 811 ГК РФ).

 Заемщик вправе доказывать, что предмет договора займа в действительности не поступил в его распоряжение или поступил не полностью (оспаривание займа по безденежности) (пункт 1 статьи 812 ГК РФ).

В соответствии ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждая сторона, лицо, участвующие в деле, должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

При наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что займодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта.

В соответствии с ч. 8 ст. 75 АПК РФ при непредставлении истцом письменного договора займа или его надлежащим образом заверенной копии вне зависимости от причин этого (в случаях утраты, признания судом недопустимым доказательством, исключения из числа доказательств и т.д.) истец лишается возможности ссылаться в подтверждение договора займа и его условий на свидетельские показания, однако вправе приводить письменные и другие доказательства, в частности расписку заемщика или иные документы.

К таким доказательствам может относиться, в частности, платежное поручение, подтверждающее факт передачи одной стороной определенной денежной суммы другой стороне.

Такое платежное поручение подлежит оценке арбитражным судом исходя из объяснений сторон об обстоятельствах дела, по правилам, предусмотренным ст. 71 АПК РФ, - по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, с учетом того, что никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

При этом указание в одностороннем порядке плательщиком в платежном поручении договора займа в качестве основания платежа само по себе не является безусловным и исключительным доказательством факта заключения сторонами соглашения о займе и подлежит оценке в совокупности с иными обстоятельствами дела, к которым могут быть отнесены предшествующие и последующие взаимоотношения сторон, в частности их взаимная переписка, переговоры, товарный и денежный оборот, наличие или отсутствие иных договорных либо внедоговорных обязательств, совершение ответчиком действий, подтверждающих наличие именно заемных обязательств, и т.п. (разъяснения, изложенные в ответе на вопрос 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 3 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25 ноября 2015 г.).

Поскольку ИП ФИО3 выразил согласие на исключение договоров займа от 10.01.2018, от 02.04.2019 из числа доказательств в замках заявления о фальсификации и суд исключил договоры из числа доказательств по делу, договоры займа в виде единого документа отсутствуют.

Между тем, из совокупности имеющихся в материалах дела доказательств суд приходит к выводу о наличии факта заключения сторонами соглашения о займе, учитывая наличие в материалах дела платежных поручений, расходного кассового ордера, чеков, ордеров о перечислении и возврате сумм займа, отражение в бухгалтерской отчетности ООО «Юлич» заемных обязательств (т.5, л.д. 37-44).

В подтверждение выдачи займа ИП ФИО3 предоставил банковские квитанции формы по ОКУД 0402001 с 10.01.2018 по 13.06.2018 на общую сумму 1 524 000 руб. Плательщиком указан ФИО3, получателем - ООО «Юлич», источник поступления – поступления займов и в погашение кредитов.

ИП ФИО3 указал на частичный возврат ООО «Юлич» предоставленных в заем денежных средств – 1 512 700 руб. ООО «Юлич» представлены расходный кассовый ордер от 28.09.2018 № 17 и платежные поручения с 29.12.2018 по 25.12.2019 на сумму 1 512 700 руб. (т. 5, л.д.49-60,62-88).

В подтверждение выдачи займа ИП ФИО3 предоставил банковские квитанции формы по ОКУД 0402001 с 10.01.2018 по 13.06.2018 и чеки на общую сумму 2 009 000 руб. Плательщиком указан ФИО3, получателем - ООО «Юлич», источник поступления – поступления займов и в погашение кредитов.

ИП ФИО3 также ссылается на выдачу займа 05.03.2020 на сумму 50 000 руб. с указанием на ее отражение в карточке счета 67 ООО «Юлич» из программы 1С; чек на указанную сумму у ИП ФИО3 отсутствует.

ИП ФИО3 указал на возврат ООО «Юлич» предоставленных в заем денежных средств – 2 070 075 руб. ООО «Юлич» представлены платежные поручения с 26.12.2019 по 01.06.2020 на сумму 2 070 075 руб. (т. 5, л.д.49-60,62-88, т. 7, л.д.59-63).

Возможность выдачи ИП ФИО3 займа в пользу ООО «Юлич» подтверждается представленными предпринимателями доказательствами (кредитным отчетом ФИО3, индивидуальным условием потребительского кредита, предложением о заключении кредитного договоры – представлены по системе Мой Арбитр 26.11.2023; договором аренды и т.д.).

Поскольку в материалах дела отсутствуют первичные доказательства выдачи займа на сумму 50 000 руб. 05.03.2020, суд признает доказанным факты выдачи займа на общую сумму 3 533 000 руб. и возврата на сумму 3 582 775 руб.

Наличие в материалах дела плохо читаемых чеков в подтверждение выдачи займа не свидетельствует об отсутствии выдачи займа, учитывая отражение в программе «1С Предприятие» спорных перечислений.

Таким образом, со стороны ООО «Юлич» имеется переплата на сумму 49 775 руб. и долг ООО «Юлич» перед ИП ФИО3 отсутствует, в связи с чем суд отказывает ИП ФИО3 в удовлетворении встречного иска на сумму 11 300 руб. долга.

В части требования ИП ФИО3 о взыскании процентов за пользование заемными денежными средствами с 10.01.2018 по 31.12.2019 и с 02.04.2019 по 01.06.2020, суд пришел к следующим выводам.

Поскольку ИП ФИО3 производит расчет процентов исходя из процентной ставки, указанной в исключенных из числа доказательств договорах займа, суд признает такой расчет неверным. Верным является расчет процентов по ключевой ставке Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

ООО «Юлич» по встречному требованию о взыскании долга и процентов по заемным обязательствам заявлено об истечении срока исковой давности, рассмотрев которое суд пришел к следующим выводам.

Поскольку требования о взыскании долга и процентов по заемным обязательствам ИП ФИО3 впервые заявлены во встречном иске, поданном в суд 18.12.2023, по требованию о взыскании долга (как по платежу от 26.09.2019, так и по 05.03.2020 – если даже признать доказанным факт выдачи займа в этот день) и процентов (период их начисления заканчивается 01.06.2020) срок исковой давности истек на день подачи встречного иска, в связи с чем суд в полном объеме отказывает в удовлетворении встречного иска о взыскании долга и процентов по заемным обязательствам.

ИП ФИО3 не представил доказательства признания ООО «Юлич» задолженности, а заявление ИП ФИО3 24.05.2023 в отзыве на иск о том, что задолженность ООО «Юлич» перед предпринимателем погашена путем подписания договоров взаимозачета встречных требований от 31.12.2019, 31.12.2020 не признается судом как предъявленное предпринимателем требование о взыскании задолженности по заемным обязательствам.

Более того, указанные договоры взаимозачета встречных требований от 31.12.2019, 31.12.2020 признаны судом сфальсифицированными предпринимателем, следовательно, в силу положений статьи 10 ГК РФ и части 2 статьи 9 АПК РФ суд признает выбор предпринимателем способа защиты прав путем представления сфальсифицированных доказательств вместо заявления встречного иска риском самого предпринимателя.        

При указанных обстоятельствах суд отказывает предпринимателю в удовлетворении встречного иска в части взыскания долга и процентов по заемным обязательствам.

Оценивая встречные требования ИП ФИО3 о взыскании с ООО «Юлич» 525 099 руб. долга по договору поставки от 01.05.2019, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

 Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Пунктом 1 статьи 170 ГК РФ определено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия. Заключенную сделку стороны фактически не исполняли и исполнять не намеревались; правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли.

Предпринимателем в материалы дела представлен договор поставки от 01.05.2019, заключенный между ООО «Юлич» (покупатель) и ИП ФИО3 (поставщик), в соответствии с которым поставщик обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель принять и оплатить товар на условиях настоящего договора (пункт 1.1. договора). Наименование, ассортимент, количество и стоимость каждой партии товара указываются в счетах, актах и универсальных передаточных документах, спецификациях, выставляемых поставщиком покупателю, и являющихся неотъемлемой частью настоящего договора (пункт 1.2. договора). В соответствии с пунктом 3.6. договора покупатель производит платежи за поставленный товар в течение 30 дней со дня получения УПД, если иной срок оплаты не указан в счете или не согласован сторонами дополнительно в спецификации, содержащейся в приложении № 1 к договору.

В подтверждение факта поставки ИП ФИО3 в адрес ООО «Юлич» товара предпринимателем представлены подписанные универсальные передаточные документы и товарные накладные с 07.05.2019 по 15.11.2021 на общую сумму 525 099 руб. (т.6, л.д.6-39).

ИП ФИО3 представлены первичные документы на поставку товара с третьими лицами о приобретении им товара, впоследствии реализованного в адрес ООО «Юлич».

В свою очередь, ООО «Юлич» указывает на отсутствие факта поставки в его адрес товара; отсутствие экономической целесообразности в таких поставках, учитывая наценку и то, что предприниматель находится на упрощенной системе налогообложения и Общество не имело право заявить о вычете НДС (операции без НДС) и т.д.

Оценив указанные доказательства и доводы сторон, суд пришел к выводу об отсутствии реального факта поставки товара предпринимателем в адрес общества.

Так, указанное подтверждается тем, что в отчетности ООО «Юлич», которую контролировал сам ФИО3, не отражен ИП ФИО3 как контрагент (поставщик), поставивший спорный товар (оборотно-сальдовая ведомость по счету 60). В отчетности ООО «Юлич» фигурирует ИП ФИО3 как контрагент-поставщик только по арендным правоотношениям.

Не оставляют без внимания и доводы Общества о том, что при действительном наличии долга у Общества по договору поставки, ИП ФИО3 при увольнении его с должности директора мог бы произвести оплату в свою пользу с расчетного счета Общества, поскольку в последний день работы (28.12.2021) ФИО3 как раз и произвел соответствующие оплаты в свою пользу по договору аренды (платежные поручения от 28.12.2021 № 1006, № 1009 – представлены по системе Мой Арбитр 22.05.2024). 

Правоотношения сторон строились таким образом, что ООО «Юлич» реализовывало товар оптом, в том числе и ИП ФИО3, который, в свою очередь, реализовывал приобретенный им товар в розницу в магазине «Дворик».

ИП ФИО3, являясь на момент спорных поставок директором ООО «Юлич», не смог обосновать необходимость реализации товара предпринимателем в адрес Общества, учитывая, отсутствие экономической целесообразности с налоговой точки зрений таких операций, поскольку Общество лишалось возможности заявить вычеты по НДС.

ИП ФИО3 подтвердил факт приобретения им товара у третьих лиц, указанного в первичных документах (представлены со встречным иском и с дополнениями), однако, учитывая, что предприниматель реализовывал товары в розницу,  последний не доказал, что данный товар не был реализован иным лицам.

ФИО3 не представил доказательства передачи спорных договора поставки и УПД в адрес ООО «Юлич» при прекращении его полномочий в качестве директора Общества.

Приходя к выводу об отсутствии факта поставки по договору от 01.05.2019, суд принимает во внимание правовое положение поставщика, являющегося одновременно единоличным исполнительным органом общества, что препятствует выводу о том, что имело место согласование волеизъявлений сторон договора.

По убеждению суда, подписывая  указанные документы, законный представитель Общества злоупотребил предоставленными ему правами по представлению интересов юридического лица в своих интересах, как поставщика.

Учитывая изложенное выше, суд не находит оснований для удовлетворения встречного иска в части взыскания долга по договору поставки от 01.05.2019.

Независимо от признания судом отсутствия факта поставки товара, с учетом заявления обществом об истечении срока исковой давности, срок исковой давности признается судом пропущенным по поставкам с 07.05.2019 по 15.10.2020 на общую сумму 510 818 руб., учитывая срок на оплату (30 дней), досудебный порядок урегулирования спора (10 дней) и дату подачи встречного иска (18.12.2023). В связи с чем встречный иск в указанной части в любом случае не подлежит удовлетворению.

Таким образом, суд в полном объеме отказывает в удовлетворении встречного иска.

Частично удовлетворения первоначальные исковые требования, отказывая во встречном иске и удовлетворяя заявления о фальсификации доказательств, суд руководствовался тем, что из пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В этой связи судам необходимо учесть, что в случае, когда сторона противопоставляет недобросовестность в исполнении обязательства (неправомерное поведение) неосмотрительному осуществлению прав и обязанностей со стороны контрагента, предлагая суду прийти к выводу о необходимости принятия решения в пользу недобросовестной стороны и против неосмотрительной, нужно исходить из того, что большей ценностью для гражданского оборота при подобной альтернативе обладают интересы его неосмотрительного участника в сравнении с интересами недобросовестного.

ФИО3, частично передав документацию Обществу после прекращения его полномочий в качестве директора (в том числе и по результатам рассмотрения дела №А27-4290/2022), в процессе рассмотрения настоящего дела в опровержение доводов Общества о наличии долга представлял документацию, о которой им ранее не было заявлено. Невозможность ранее передать такую документацию Обществу не обоснована ФИО3

Договоры взаимозачета встречных требований от 31.12.2019, 31.12.2020, 28.12.2021 и иные представленные предпринимателем доказательства противоречили иным имеющимся в материалах дела доказательствам, в том числе бухгалтерской и налоговой отчетности.

При этом такие противоречия предприниматель, учитывая, что он ранее являлся директором Общества, не смог с разумной степенью достоверности обосновать.

Общество, наоборот, по данным обстоятельствам давало непротиворечивые разумные объяснения, согласующиеся с материалами дела; без каких-либо затруднений раскрыло все имеющегося у него в распоряжении доказательства.

В настоящем деле поведение предпринимателя является недобросовестным, поскольку последний использовал отсутствие у Общества документации лишь для «маскирования» своего ненадлежащего хозяйственного поведения с единственной целью – уменьшить свой размер долга по договору поставки от 05.07.2018.

При таких обстоятельствах (ранее ФИО3 был директором Общества и не передал всю документацию) все сомнения в имеющихся в деле доказательствах суд толкует в пользу Общества.

С учетом установленных обстоятельств по делу и их оценке применительно к предмету спора, иные доводы сторон не имеют правового значения и не влияют на установленные обстоятельства и сделанные судом по результатам их оценки выводы.

Расходы по уплате государственной пошлины по первоначальному иску (32 244 руб.), расходы за проведение судебных экспертиз (140 000 руб.) относятся на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям в соответствии со статьей 110 АПК РФ: на предпринимателя – 138 278 руб. 12 коп, на общество – 33 965 руб. 88 коп.

Государственная пошлина по встречному иску в размере 27 596 руб. относится на предпринимателя и подлежит уплате в бюджет, поскольку в удовлетворении встречного иска было отказано, и предпринимателю была предоставлена отсрочка в ее уплате.

Руководствуясь статьями 110, 170, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

первоначальные исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3, город Новокузнецк, Кемеровская область - Кузбасс (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Юлич», город Новокузнецк, Кемеровская область - Кузбасс (ОГРН <***>, ИНН <***>) 1 544 917 руб. 49 коп. долга, 138 278 руб. 12 коп. судебных расходов.

В остальной части первоначального иска отказать.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3, город Новокузнецк, Кемеровская область - Кузбасс (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета 27 596 руб. государственной пошлины.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия. Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.



Судья                                                                                        С.В. Гисич