Постановление от 29 ноября 2019 г. по делу № А54-1966/2014

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А54-1966/2014
г. Тула
29 ноября 2019 года
20АП-5029/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 25 ноября 2019 года.

В полном объеме постановление изготовлено 29 ноября 2019 года.

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Григорьевой М.А., судей Волковой Ю.А. и Волошиной Н.А.,

при ведении протокола до и после секретарем судебного заседания ,

рассмотрев после перерыва в открытом судебном заседании апелляционную жалобу УФНС России по Рязанской области на определение Арбитражного суда Рязанской области от 21 июня 2019 года по делу № А54-1966/2014,

принятое по заявлению конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Морион» ФИО1

о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО6 Ганиновича к субсидиарной ответственности,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) открытого акционерного общества «Морион»,

при участии в судебном заседании до перерыва 18.11.2019:

УФНС России по Рязанской области – представителя ФИО4 (доверенность от 18.04.2019),

в отсутствие других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного заседания,

при участии в судебном заседании после перерыва 25.11.2019:

ФИО3 (паспорт) и его представителя ФИО5 (заявление о допуске в качестве представителя, диплом от 03.07.2008),

в отсутствие других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

07.11.2017 конкурсный управляющий ОАО «Морон» ФИО1 обратился в арбитражный суд в деле о банкротстве с заявлением о привлечении контролировавших должника лиц ФИО2, ФИО3 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании в конкурсную массу в сумме 457 524 849 руб. 76 коп.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 21 июня 2019 года (резолютивная часть объявлена 14.05.2019) суд признал доказанными основания для привлечения бывшего руководителя ОАО «Морион» ФИО6 к субсидиарной ответственности. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности С.Ф. и ФИО3 отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции в части отказа привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО3, УФНС России по Рязанской области обратилось в апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда от 21 июня 2019 года отменить в части отказа и принять по делу новый судебный акт, которым просит привлечь ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 части 2 статьи 61.11 и пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, взыскать с указанных лиц в конкурсную массу ОАО «Морион» 457 524 849,76 руб.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

Отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части.

Поскольку уполномоченный орган оспаривает определение суда области в части отказа в привлечения двух лиц к субсидиарной ответственности, а иные лица, участвующие в деле, не заявили возражений относительно его проверки в части отказа, законность и обоснованность судебного акта проверяются в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации только в обжалуемой части.

Конкурсный управляющий ФИО1 заявил о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствии.

Определением от 09 сентября 2019 года апелляционный суд отложил рассмотрение жалобы, ФИО2 и ФИО3 было предложено представить в материалы апелляционного производства документы, подтверждающие порядок и дату передачи предыдущим исполнительным органом документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации; доказательство восстановления утраченных ранее, и приведение в соответствие с требованием законодательству имевшихся документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, в период осуществления полномочий исполнительного органа ФИО2 и ФИО3 соответственно.

23.09.2019 от ФИО2 в материалы дела поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором ФИО2 возражал против доводов жалобы, просил определение оставить без изменения, жалобу без удовлетворения. Просил приобщить к материалам дела: копию паспорта, определение Арбитражного суда Рязанской области от 27 января 2015 года по делу № А54-1966/2014 об истребовании у ФИО2 документов, определение Арбитражного суда Рязанской области от 19 ноября 2014 года по делу № А54-1966/2014 о включении в реестр требований кредиторов должника требования АО «Акционерный банк «Пушкино», постановление о прекращение УД УМВД по Рязанской области от 02.07.2014. Заявил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

05.10.2019 от ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором ФИО3 возражает против доводов жалобы, просит определение оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

В судебном заседание апелляционной инстанции 18 ноября 2019 года в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) был объявлен перерыв до 25.11.2019. После окончания перерыва судебное заседание продолжено.

Другие лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, выслушав представителя УФНС России по Рязанской области до перерыва и ФИО3 после перерыва, апелляционный суд установил следующие обстоятельства, имеющие значение для дела.

УФНС России по Рязанской области обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании банкротом открытого АО «Морион» в связи с наличием непогашенной задолженности по уплате обязательных платежей на общую сумму 3 350 851 руб. 29 коп. Определением арбитражного суда от 22 апреля 2014 года заявление уполномоченного органа принято к производству, возбужденно производство по делу в отношении ОАО «Морион».

Определением от 18 июля 2014 года в отношении ОАО «Морион» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должника утверждена ФИО7.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 28 июля 2015 года ОАО «Морион» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении должника открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1.

07.11.2017 конкурсный управляющий ОАО «Морион» ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением (том 114, л.д. 18) о привлечении бывших руководителей общества-должника ФИО2, ФИО3 и ФИО6 к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 часть 2 статьи 61.11 и пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, в котором просил взыскать с указанных лиц в конкурсную массу ОАО «Морион» 457 625 174 руб. 70 коп. (с учетом уточнений: от 13.03.2018 – том 114, л.д.75; от 11.07.2018 – том 120, л.д. 56; от 28.02.2019 – том 123, л.д. 1; от 08.04.2019 – том 124, л.д 92; от 06.05.2019 – том 125, л.д. 3; от 10.05.2019 – том 125, л.д. 99).

С учетом уточнений (от 10.05.2019 – том 125, л.д 99) конкурсный управляющий определяет размер субсидиарной ответственности контролировавших должника лиц в размере 457 524 849 руб. 76 коп., из которых (реестр в томе 114, л.д. 105):

- 3 256 550 руб. 27 коп. размер требований второй очереди реестра требований кредиторов;

- 343 942 741 руб. 41 коп. размер требований третей очереди реестра требований кредиторов (основной долг);

- 100 860 168 руб. 69 коп. размер требований третей очереди реестра требований кредиторов (штрафные санкции);

- 2 812 430 руб. 01 коп. вторая очередь текущих платежей;

- 6 652 958 руб. 38 коп. четвертая и пятая очереди текущих платежей.

Основания для привлечения контролировавших должника лиц конкурсный управляющий уточнил ходатайством от 28.02.2019 – том 123, л.д. 1, из которого следует, что бывший руководитель ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в связи с не исполнением обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве), а также, поскольку полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие его действий и (или) бездействия (статья 61.11 Закона о банкротстве).

По мнению конкурсного управляющего, бывший руководитель ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие его действий и (или) бездействия (статья 61.11 Закона о банкротстве).

В отношении бывшего руководителя должника ФИО6 конкурсный управляющий заявляет о привлечении к субсидиарной ответственности в связи с не исполнением обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве), а также, поскольку полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие его действий и (или) бездействия (статья 61.11 Закона о банкротстве).

ФИО6 Ганинович являлся руководителем должника с 26.04.2013 по 26.03.2014, что подтверждается справкой ФНС, представленной в материалы дела, выпиской из ЕГРЮЛ (том 120, л.д. 66).

ФИО2 являлся руководителем должника в период с 27.03.2014 по 28.10.2014 - выписка из ЕГРЮЛ (том 120, л.д 73).

ФИО3 являлся руководителем должника в период с 28.10.2014 по 21.07.2015, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ (том 114, л.д 32).

При этом, дело о банкротстве ОАО «Морион» возбуждено определением арбитражного суда от 22 апреля 2014 года.

Определением от 18 июля 2014 года (резолютивная часть от 15.07.2014) в отношении должника введена процедура наблюдения.

Решением от 28 июля 2015 года (резолютивная часть от 21.07.2015) ОАО «Морион» признано банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство.

Таким образом, ФИО6 непосредственно перед возбуждением дела о банкротстве, и утратил полномочия руководителя за месяц до принятия заявления о признании ОАО «Морион» банкротом к производству арбитражным судом.

ФИО2 являлся руководителем должника в период возбуждения дела о банкротстве, проверке обоснованности заявления о банкротстве должника и три месяца в процедуре наблюдения должника (всего на протяжении восьми месяцев).

ФИО3 являлся руководителем должника девять месяцев в процедуре наблюдения должника непосредственно до открытия конкурсного производства.

Таким образом, исходя из периодов осуществления обязанностей руководителя должника, ФИО2 и ФИО3 не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с нарушением обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом, предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве (статья 61.12 Закона о банкротстве).

При этом, апелляционный суд соглашается с выводом суда области, о том что в настоящем случае процессуальные нормы при привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности применяются те, что действуют на дату рассмотрения заявления, а нормы материального права применяются действовавшие в период совершения оцениваемых действий.

В связи с чем, по доводу о привлечении к субсидиарной ответственности контролировавших лиц на основании невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие е действий и (или) бездействия контролировавшего лица, подлежат нормы материального права, действовавшие в период с 27.03.2014 по 28.10.2014 для ФИО2 и в период с 28.10.2014 по 21.07.2015 для ФИО3, именно, статья 10 Закона о банкротстве в ред. Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ до 29.07.2017.

Настаивая на наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылается на неисполнении ФИО2 и ФИО3 обязанности истребовать от предыдущего руководителя бухгалтерских и иных документов должника, печатей и иных материальных ценностей, необеспечение сохранности бухгалтерских документов должника, а также не передача указанных документов и ценностей арбитражному управляющему.

Возражая против указанного основания привлечения его к субсидиарной ответственности (том 123, л.д. 8), ФИО2 заявляет о том, что финансово-хозяйственные документы ОАО «Морион» ему не передавались предшественником, в связи с чем полагает, что поскольку он не мог исполнить обязанность передать своему правопреемнику документы ввиду их отсутствия, основания для его привлечения к ответственности отсутствуют.

Возражая против привлечения его к субсидиарной ответственности (том 120, л.д 89) ФИО3 указывает на то, что первичные документы бухгалтерского учета не переданы ему предыдущим руководителем должника ФИО2 Ссылается на то. что факт передачи документов должника временному управляющему отражен в определении суда от 13 июня 2018 года об отложении судебного разбирательства по делу.

ФИО3 настаивает на том, что никаких действий, которые могли бы привести к банкротству должника, он не совершал. Никаких сделок, ухудшающих финансовое положение должника, не заключал.

Направляя отзывы на заявление конкурсного управляющего о привлечении бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности (том 120, л.д 44 и л.д 92), уполномоченный орган указывает, что балансовая стоимость активов должника на последнюю отчетную дату до введения банкротства составляла 281 673 000 руб., из которых: 196 872 000 руб. запасы, 80 956 000 руб. дебиторская задолженность, 3 845 000 руб. прочие оборотные активы.

В связи с отсутствием документов бухгалтерского учета взыскать дебиторскую задолженность, отраженную в бухгалтерском отчете, возвратить финансовые вложения, а также обнаружить и материализовать материальные ценности, оказалось невозможно, в связи с чем уполномоченный орган настаивает на удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Оценив представленные доказательства, доводы лиц, участвующих в деле, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Глава III.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», регулирующая ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве, внесена в ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» Федеральным законом № 266-ФЗ от 29.07.2017 и действует с 01.09.2017.

Согласно определению Верховного Суда РФ от 06.08.2018 по делу № А22-941/2006, учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Учитывая изложенные нормы законодательства, а также время совершения привлекаемыми к субсидиарной ответственности лицами действий (бездействия), являющихся основаниями для привлечения их к ответственности, апелляционный суд по настоящему делу при определении признаков состава гражданского правонарушения применяет положения статьи 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции, действовавшей в момент совершения правонарушения.

В силу пункта 4 статьи 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона от 22.12.2014 № 432-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Норма абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве устанавливает самостоятельный юридический состав для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по долгам предприятия-банкрота, который не связан с совершением действий или дачей обязательных для должника указаний, приведших к банкротству должника.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 6, пунктом 1 статьи 7, подпунктами 1, 3, 4 статьи 29 ФЗ «О бухгалтерском учете», пунктами 3.2 статьи 64, пунктом 2 статьи 66, пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, учитывая, что на дату введения в отношении должника процедуры наблюдения и дату открытия конкурсного производства обязанности руководителя должника исполняли последовательно ФИО2 и ФИО3, апелляционный суд пришел к выводу, что обязанности по предоставлению временному управляющему копий документов хозяйственной деятельности, а конкурсному управляющему должником документации, установленная нормой статьи 126 Закона о банкротстве ФИО2 и ФИО3 надлежащим образом исполнена не была.

Данный факт установлен вступившим в законную силу определением суда от 27 января 2015 года по заявлению временного управляющего об истребовании у ФИО2 документов.

В определении суда от 27 января 2015 года отражено, что в ходе судебных разбирательств, бывший руководитель должника ФИО2 пояснял, что с марта 2014 года по август 2014 года являлся руководителем предприятия должника - ОАО «Морион». По существу спора пояснял, что на дату судебного заседания не располагает первичной документацией, бухгалтерскую отчетность не составлял, в налоговый орган сдавался бухгалтерский баланс только за 1 квартал 2014 года, инвентаризацию в отношении имущества должника не проводил и документы по инвентаризации ему - как руководителю должника не передавались.

Все документы, которыми располагал ФИО2, а именно: касса с 2010- 2013 года, кадровые папки, кадровый архив с 2001 года, договор на охранные услуги с ЧОП «Тайфун», учредительные документы, акты приема - передачи за 2013 года, три свидетельства о праве собственности по трем заводам, а также компьютерная техника в количестве трех единиц были направлены в головную организацию и переданы ФИО8. При этом пояснил, что акты приема - передачи документов не составлялись. Кроме того, как пояснил ФИО2, авансовые отчеты за 2013 год были направлены в УБЭП в рамках уголовного дела.

Суд области определением от 27 января 2015 года отказал в истребовании у ФИО2 документов должника в связи с отсутствием доказательств наличия их у бывшего руководителя.

Из пояснений ФИО2 следует, что решение о назначении (замене) генерального директора ОАО «Морион» принималось единственным акционером общества, бухгалтерские документы отсутствовали в обществе-должнике с 2013 года (том 123, л.д. 8).

Вместе с тем, апелляционный суд полагает, что при смене директоров общества ФИО2 и ФИО3 должны были своевременно принять меры по обеспечению сохранности всей первичной документации общества, в частности, принять меры по восстановлению первичной документации общества или получению ее от прежнего руководителя, принять документацию от ФИО6 при его увольнении, в т.ч., для цели передачи ее арбитражному управляющему.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса) (Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 26.01.2017 № Ф10-5777/2016 по делу № А08-2797/2014).

Принимая на себя обязательства по управлению юридическим лицом, ФИО2 должен был предвидеть правовые последствия вступления в должность директора.

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника, обязанного обеспечить их сохранность, а при утрате - принять незамедлительные меры к их восстановлению, предполагается и является обязательным, контролировавшее должника лицо должно доказывать наличие причин, объективно препятствовавших исполнению обязанности по передаче документации арбитражному управляющему, либо принятие исчерпывающих мер для восстановления документации.

Поскольку бухгалтерская документация вновь назначенным органам управления не передавалась, апелляционный суд полагает, что смена органов управления должника носила формальный характер при явном неисполнении бывшим руководителем обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации, печатей, штампов, материальных и иных ценностей, что лишило возможности конкурсного управляющего сформировать конкурсную массу должника для удовлетворения требований кредиторов.

В материалы дела не представлено доказательств того, что ФИО2 были приняты все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

К аналогичным выводам пришел апелляционный суд и по поводу наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3, который являлся руководителем должника на протяжении девяти месяцев в ходе процедуры наблюдения.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон о бухгалтерском учете) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 47 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», согласно абзацу второму пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Соглашаясь на назначение руководителем общества в период проведение в отношении ОАО «Морион» наблюдения, ФИО3 должен был предвидеть последствия такой деятельности, и обязанности, которые на него возлагаются как на руководителя должника.

В материалы дела не представлено доказательств того, что ФИО3 были приняты все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота. Отсутствуют доказательства того, что ФИО3 предпринял исчерпывающие меры для восстановления бухгалтерской документации должника.

Таким образом, материалами дела подтвержден факт неисполнения бывшими руководителями должника документов бухгалтерского учета и (или) отчетности арбитражным управляющим (ФИО2 временному управляющему, ФИО3 конкурсному управляющему), обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации. Отсутствие указанной документации в силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве создает презумпцию того, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника.

Отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности привело к невозможности взыскания дебиторской задолженности и невозможности выявления имущества должника, наличие которого отражается в бухгалтерском балансе за 2013 год.

При этом, ФИО2 и ФИО3 последовательно являясь руководителями должника в период непосредственно предшествующий возбуждению дела о банкротстве и в период проведения в отношении должника наблюдения своим недобросовестным отношением к исполнению обязанностей руководителя, в общей сложности в течение полутора лет, обусловили отсутствие возможности пополнения конкурсной массы должника, не предприняв никаких мер для сохранения (ФИО2 направил имеющиеся у него документы в «головную организацию») и восстановления финансово-хозяйственных документов должника.

В силу изложенного, апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности, в связи с чем, определение Арбитражного суда Рязанской области от 21 июня 2019 года по делу № А54-1966/2014 в обжалуемой части подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Рязанской области от 21 июня 2019 года по делу № А54-1966/2014 в обжалуемой части отменить.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения бывших руководителей открытого акционерного общества «Морион» ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

М.А. Григорьева

Ю.А. Волкова

Н.А. Волошина