Постановление от 19 февраля 2024 г. по делу № А13-11939/2021

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-11939/2021
г. Вологда
19 февраля 2024 года


Резолютивная часть постановления объявлена 14 февраля 2024 года.

В полном объёме постановление изготовлено 19 февраля 2024 года.


Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Марковой Н.Г. и Шумиловой Л.Ф., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от финансового управляющего ФИО2 представителя ФИО3 по доверенности от 22.06.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО4 и ФИО5 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 20 декабря 2023 года по делу № А13-11939/2021,



у с т а н о в и л:

акционерное общество коммерческий банк социального развития «Бумеранг» (адрес: 162602, <...>; ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось 09.09.2021 в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании несостоятельной (банкротом) ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения; адрес регистрации: 162626, <...>; ИНН <***>; далее – должник).

Определением суда от 10.09.2021 заявление принято, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности.

Определением суда от 21.12.2021 в отношении ФИО4 введена процедура банкротства – реструктуризация долгов гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО2, член ассоциация арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Центральное агентство арбитражных управляющих».

Решением суда от 30.05.2022 ФИО4 признана несостоятельной (банкротом), в отношении ее введена процедура реализации имущества гражданина на срок шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО2; сообщение об этом опубликовано в издании «Коммерсантъ» от 11.06.2022 № 103.

Финансовый управляющий обратился 14.02.2023 в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 17.07.2015 квартиры № 86, площадью 48, 9 кв. м, расположенной по адресу: <...>, с кадастровым номером 35:21:0501001:3631 (далее – спорная квартира), заключенный ФИО4 и ФИО5; применении последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника денежных средств в размере 2 300 000 руб.

Определением суда от 29.05.2023 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО6.

Определением суда от 20.12.2023 заявление удовлетворено.

ФИО4 и ФИО5 с этим определением суда не согласились, обратились в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просят его отменить.

ФИО4 в обоснование своей позиции ссылается на то, что на дату фактического совершения оспариваемой сделки отсутствовали признаки ее неплатежеспособности, в отношении должника не применена ни одна из процедур банкротства, в отношении должника не имелось сведений о наличии долгов, на сайте Федеральной службы судебных приставов не имелось сведений об исполнительных производствах. Указывает, что финансовым управляющим не представлено сведений о наличии денежных обязательств перед кредиторами, установленными судебными актами.

ФИО5 в обоснование своей позиции ссылается на то, что условия договора купли-продажи квартиры от 17.07.2015 исполнены покупателем надлежащем образом. Сумма 2 000 000 руб. оплачена в полном размере 17.07.2015. Финансовым управляющим не представлено доказательств, что действия ответчика по покупке жилого помещения совершены с намерением причинить вред кредиторам должника, в обход закона с противоправной целью.

Финансовым управляющим также не представлены в материалы дела доказательства того, что на момент заключения спорной сделки, должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Однокомнатная квартира приобреталась в целях инвестирования денежных средств в недвижимость. Впоследствии ФИО5 планировала подарить квартиру дочери. Приобретенная квартира не пригодна для сдачи в аренду, в ней требовался ремонт. В связи с решением дочери продолжить обучение и получить высшее педагогическое образование в г. Ярославле, проведение ремонта ФИО5 перенесла на более поздний срок.

ФИО4 в данном жилом помещении хранила строительные материалы, в связи с чем предложила ФИО5 осуществлять оплату коммунальных платежей в обмен на пользование помещением с целью хранения материальных ценностей. Впоследствии в связи с изменившимися обстоятельствами (тяжёлая жизненная ситуация, связанная с болезнью и смертью отца) квартира была продана в 2019 году.

Надлежащая оценка представленных доказательств при вынесении определения, судом не дана.

Суд сделал неверный вывод об отсутствии у ФИО5 финансовой возможности для приобретения квартиры.

Заявителем не доказано, в чем конкретно выразилось злоупотребление правом ФИО5 ФИО7, свидетельствующих о том, что ФИО8 знала о неплатежеспособности ФИО4 на момент совершения сделки, а также о том, что данная сделка совершается во вред интересам его кредиторов, в материалах дела не содержится.

Признание сделки недействительной в отсутствие доказанности всех перечисленных оснований противоречит нормам гражданского законодательства.

Также указывает, что спор должен быть рассмотрен по аналогии с оспариванием сделки должника с ФИО9 (определение от 11.09.2023), поскольку в делах имеются схожие обстоятельства.

Представитель финансового управляющего в судебном заседании возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Выслушав мнение явившихся сторон, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО4 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключили 17.07.2015 договор купли-продажи спорной квартиры.

Ссылаясь на мнимость (ничтожность) договора купли-продажи, так как воля участников сделки направлена на вывод имущества должника с целью недопущение обращения на его взыскание, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемая сделка обладает признаками злоупотребления правом, в связи с чем имеются основания для признания ее недействительной по основаниям статьей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными данным Законом.

В силу части 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

На основании пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции указанного Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции названного Федерального закона).

В рассматриваемом случае дело о несостоятельности (банкротстве) возбуждено 10.09.2021, оспариваемая сделка совершена 17.07.2015.

Соответственно, сделка не может быть признана недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, и как верно указано в обжалуемом судебном акте, может быть оспорена только по общегражданским основаниям.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. То есть презумпция добросовестности является опровержимой.

Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, суд апелляционной инстанции учитывает, что для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, заключая сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам. В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 ГК РФ, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 ГК РФ) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При этом, совершая мнимые (притворные) сделки их стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в деле о банкротстве возражений о мнимости (притворности) договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям закона. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

В соответствии с пунктом 86 постановления № 25 мнимая сделка не предполагает ее фактическое исполнение сторонами, не направлена на достижение правовых последствий, характерных для данного вида сделок. Даже в случаях формального исполнения мнимой сделки собственник имущества сохраняет контроль за ним.

В рассматриваемом случае, как правильно указал суд первой инстанции, в материалах дела имеются доказательства, подтверждающие совершение сделки при злоупотреблении правом, с целью вывода имущества должника и исключения обращения взыскания на него.

Судом первой инстанции учтено, что в реестр требований кредиторов должника включена задолженность в размере 1 118 154 804 руб. 25 коп. перед двумя кредиторами: АО коммерческий банк социального развития «Бумеранг» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» в размере 1 118 110 373 руб. 24 коп. и ПАО Сбербанк в размере 44 431 руб. 01 коп.

При этом, из определения Арбитражного суда Вологодской области от 12.02.2021 по делу № А13-7747/2015 следует, что убытки Банку «Бумеранг» причинены в результате одобрения должником заключения безнадежных кредитных договоров в 2014-2015 годах.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», дата причинения вреда кредитору, за который несет ответственность должник в соответствии со статьей 1064 ГК РФ, признается датой возникновения обязательства по возмещению вреда для целей квалификации его в качестве текущего платежа независимо от того, в какие сроки состоится исчисление размера вреда или вступит в законную силу судебное решение, подтверждающее факт причинения вреда и ответственность должника.

Учитывая правовой подход, изложенный в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6) задолженность ФИО4 перед Банком «Бумеранг» возникла в обозначенный период.

В соответствии с ответами регистрирующих органов должник не имеет в собственности движимого и недвижимого имущества. Все недвижимое имущество отчуждено должником в 2015 году.

Таким образом, на дату продажи спорной квартиры должник фактически не имел возможности исполнять свои обязательства.

Следовательно, на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности.

В рассматриваемом споре в предмет доказывания мнимости сделки входят обстоятельства отсутствия намерения продавца и покупателя на совершение и исполнение спорной сделки, а также тот факт, что сделка действительно не породила правовых последствий для сторон и третьих лиц.

ФИО4 и ФИО5 ссылаются на то, что расчеты по сделке произведены путем внесения последней на счет должника платежным поручением от 17.07.2015 денежных средств в размере 2 000 000 руб.

Финансовый управляющий считает, что расчетов по оспариваемой сделке между сторонами не произведено, денежные средства, внесенные на счет должника от имени ФИО5, принадлежали ФИО4, данная операция создавала видимость реальности сделки.

Согласно представленным в материалы дела сведениям по счетам ФИО4 перед совершением оспариваемой сделки она сняла со своих счетов 2 085 000 руб., в том числе: в АО «Русский стандарт 15.07.2015 – 300 008 руб. 22 коп., ПАО «СБ РФ» 13.07.2015 - 600 000 руб., Банк ВТБ (ПАО) 03.07.2015 – 185 000 руб., 13.07.2015 – 300 000 руб., 15.07.2015 – 700 000 руб. Сведений о том, куда израсходованы данные денежные средства, в материалы дела не представлено.

Вопреки доводам жалобы, ФИО5 не представила доказательств наличия у нее по состоянию на 17.07.2015 свободных наличных денежных средств для внесения их на счет ФИО4

Так, судом первой инстанции учтены следующие обстоятельства.

Сведения о доходах ответчика за 2013, 2014 годы и за 5 месяцев 2015 года не могут быть приняты во внимание в целях подтверждения финансовой возможности ФИО5 произвести оплату по договору от 17.07.2015, поскольку расчеты по договору предположительно должны были состояться 17.07.2015, а сумма доходов за указанные периоды не превышала 1 229 423 руб.

Судом также принято во внимание наличие у ФИО5 расходов для обеспечения жизнедеятельности себя и своего ребенка, в связи с чем возможность аккумулирования денежных средств в размере 2 000 000 руб. для расчетов за приобретенную квартиру вызывает обоснованные сомнения.

Доказательств снятия в сопоставимый период денежных средств наличными ФИО5 не представлено.

Сведения о наличии у ФИО5 вкладов в банках на общую сумму 570 000 руб., открытых 20.04.2015, такими доказательствами не являются, вклады произведены на 180 дней, срок их выдачи по договорам истекает 26.10.2015. Доказательств их закрытия до истечения срока в материалы дела не представлено.

Сведения о приобретении ФИО5 в декабре 2014 года валюты в сумме 1 000 евро и 3 000 евро, не являются доказательством наличия у нее денежных средств для внесения на счет должника в рублевом эквиваленте. Данная сумма является незначительной по сравнению с ценой оспариваемой сделки.

Наличие иных источников денежных средств не доказано.

Утверждение о том, что денежные средства переданы ФИО5 её отцом, документально не подтверждено.

Судом первой инстанции также учтены следующие обстоятельства, не опровергнутые апеллянтами.

Спорная квартира приобретена ФИО4 24.12.2012 за 2 478 520 руб.

Часть денежных средств для расчетов по договору купли-продажи от 24.12.2012 представлена должнику ПАО Сбербанк по кредитному договору от 24.12.2012 № 560082 на сумму 1 000 000 руб. на срок 60 месяцев (до 24.12.2017). Приобретенная квартира обременена ипотекой в пользу ПАО Сбербанк. Договор купли-продажи и ипотека зарегистрированы в установленном законом порядке.

Согласно выпискам о движении средств по счетам ФИО4, открытым в Банк ВТБ (ПАО), должником 17.07.2015 перечислены во вклады 1 200 000 руб. (счет 42303810441600000232) и 800 000 руб. (счет 42303810441600000231). Согласно выписке Банк ВТБ (ПАО) по счету 42303810441600000232 вклад закрыт 28.07.2015.

ПАО Сбербанк и Должник 03.08.2015 обратились в Управление Федерального службы государственной регистрации, кадастра картографии по Вологодской области с заявлением о снятии обременения, в пакете документов предоставленных на регистрацию, содержалось заявление ПАО Сбербанк 31.07.2015 о погашении кредита по договору от 24.12.2012 № 560082.

Кроме того, суд учел то обстоятельство, что у должника на счете, открытом в Банк ВТБ (ПАО), имелись денежные средства, поступившие от ФИО9, в размере 2 000 000 руб. с назначением платежа «перевод денежных средств по договору купли-продажи квартиры от 22.07.2015 пр. Луначарского, д. 30а, кв. 25. (обособленный спор по оспариванию сделки с ФИО9, определение от 11.09.2023).

Таким образом, у ФИО4 имелись денежные средства для досрочного погашения задолженности по кредитному договору от 24.12.2012 № 560082.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО5 не подтверждено наличие у нее реальной возможности произвести расчеты по оспариваемому договору, указав при этом, что являются заслуживающими внимания доводы финансового управляющего о том, что денежные средства для расчетов по договору от 17.07.2015 не являются деньгами ФИО5, а являются деньгами ФИО4 и сняты с её счетов в различных банках, а затем переданы ФИО5 для создания видимости расчетов.

Судом первой инстанции правомерно отклонены доводы должника и ФИО5 об отсутствии между ними заинтересованности в смысле статьи 19 Закона о банкротстве, поскольку заинтересованность может быть не только юридической, но и фактической.

Согласно сведениям трудовой книжки ФИО5 с 1993 года по июнь 2015 года ФИО5 была трудоустроена в Банке «Бумеранг», работала в должности бухгалтера, экономиста, заместителя начальника отдела. В период с мая 2013 года по апрель 2015 года ФИО4 являлась главным бухгалтером Банка и членом правления Банка.

Приказом Банка России от 20.05.2015 № ОД-1109 отозвана лицензия на осуществление банковских операций от 08.05.2015 № 1002 у кредитной организации АО «Комсоцбанк «Бумеранг». Решением от 06.07.2015 Банк признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство.

С учетом изложенного ФИО5 и ФИО4 являются фактически заинтересованными по отношению друг к другу лицами с учетом длительных отношений служебной подчиненности.

В совокупности с отсутствием доказательств расчетов по оспариваемой сделке судом первой инстанции верно учтено, что на сохранение у должника контроля за имуществом в том числе указывает то обстоятельство, что ФИО4 продолжала нести бремя содержания квартиры, поскольку оплачивала коммунальные платежи, являлась квартиросъемщиком.

Довод жалобы ФИО5 о том, что спор должен быть рассмотрен по аналогии с оспариванием сделки должника с ФИО9 (определение от 11.09.2023), поскольку в делах имеются схожие обстоятельства, отклоняется апелляционной коллегией.

Так, определением суда от 11.09.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 01.02.2024 (резолютивная часть от 31.01.2024), установлено, что ФИО4 и ФИО9 в силу статьи 19 Закона о банкротстве не являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами, доказательств обратного в материалы дела не представлено. В отношении ФИО9 заявитель не указал, в чем именно выразилось злоупотребление правом данного лица. ФИО7, свидетельствующих о том, что она знала о неплатежеспособности должника, а также о том, что данная сделка совершается во вред интересам его кредиторов, не имеется. Поскольку в нарушение статьи 65 АПК РФ заявителем не представлено доказательств злоупотребления сторонами сделки предоставленным им гражданским правом, оснований для признания договора купли-продажи недействительным по статье 10 ГК РФ не имеется. Доводов о неравноценности денежного предоставления по сделке не заявлено, доказательств, свидетельствующих о явном занижении цены сделки, в материалы дела не представлено.

На основании анализа представленных в материалы дела документов, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что расчеты по оспариваемой сделке между сторонами произведены в полном объеме.

С учетом изложенного, указанные сделки должника не могут быть рассмотрены по аналогии, поскольку имеют различные фактические обстоятельства.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемая сделка обладает признаками злоупотребления правом, является мнимой сделкой, в связи с чем имеются основания для признания ее недействительной на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Иное толкование апеллянтами положений законодательства, иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Каких-либо доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда апелляционная коллегия не усматривает.

Поскольку при обращении с апелляционной жалобой ФИО4 не уплатила государственную пошлину, то согласно статье 110 АПК РФ эта пошлина подлежит взысканию с нее в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд



п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 20 декабря 2023 года по делу № А13-11939/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО4 и ФИО5 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения; адрес регистрации: 162626, <...>; ИНН <***>) в доход федерального бюджета 3 000 руб. – государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.



Председательствующий

К.А. Кузнецов


Судьи

Н.Г. Маркова


Л.Ф. Шумилова