Постановление от 5 марта 2025 г. по делу № А65-27733/2019

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-1490/2025


06 марта 2025 года                                                                       Дело А65-27733/2019

г. Самара


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Александрова А.И., Серовой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Новиковой С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 20 февраля 2025 года в помещении суда, в зале № 2,

апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью КБЭР "Банк Казани" на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 11 декабря 2024 года, вынесенное по заявлению конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделкой договора займа № 11/02 от 11.02.2019 г. заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Хеппи Дей»,

о признании недействительной сделкой соглашение об уступке прав требования №10Ц-19 от 28.03.2019, заключенное между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Партнер», применении последствий недействительности сделок (вх.33358), по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>),

с участием:

от ООО «Хеппи Дей» - представитель ФИО1, по доверенности от 01.07.2023,

установил:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.09.2019 заявление общества с ограниченной ответственностью «Связьбурмонтаж», г.Тверь (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) (далее – должник) несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.12.2019 в отношении ООО «Нефтегазовое монтажное управление» введена процедура банкротства – наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.06.2020 общество с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Конкурсным управляющим утвержден ФИО3, ИНН <***>, почтовый адрес: 420073, г.Казань, а/я 16, член саморегулируемой организации Ассоциация «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа»» (420073, г.Казань, а/я 16).

В суд поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделкой договора займа № 11/02 от 11.02.2019, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Хеппи Дей», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>); о признании недействительной сделкой соглашения об уступке прав требования №10Ц-19 от 28.03.2019, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Партнер», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>), и применении последствий недействительности сделок (вх. 33358).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан заявление принято к производству суда, назначено судебное заседание.

До судебного заседания конкурсный управляющий представил уточнение к заявлению (т. 3), которое принято судом на основании ст. 49 АПК РФ.

В удовлетворении заявлений конкурсного управляющего о фальсификации доказательств, о назначении экспертизы отказано.

В удовлетворения заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделки отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО КБЭР "Банк Казани" обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.12.2024, в которой просит его отменить в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделкой (договора займа № 11/02 от 11.02.2019 г) к ООО «Хеппи Дей», заявления о признании недействительной сделкой соглашения об уступке прав требования №10Ц19 от 28.03.2019 к ООО «Партнер», применении последствий недействительности сделок (вх.33358), принять по делу новый судебный акт, удовлетворить заявление.

Апелляционная жалоба принята к производству, назначено судебное заседание.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ООО «Хеппи Дей» возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, просила определение суда первой инстанции в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

В силу части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку в порядке апелляционного производства, обжалуется только часть судебного акта, касающаяся отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделкой (договора займа № 11/02 от 11.02.2019 г) к ООО «Хеппи Дей», заявления о признании недействительной сделкой соглашения об уступке прав требования №10Ц19 от 28.03.2019 к ООО «Партнер», применении последствий недействительности сделок (вх.33358), суд апелляционной инстанции не вправе выйти за рамки апелляционной жалобы и проверяет законность и обоснованность судебного акта суда первой инстанции лишь в обжалуемой части.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции в обжалуемой части, исходя из следующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обращаясь с заявлением в суд первой инстанции, конкурсный управляющий должника просил о признании недействительной сделкой договора займа № 11/02 от 11.02.2019, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» и обществом с ограниченной ответственностью «Хеппи Дей», о признании недействительной сделкой соглашения об уступке прав требования №10Ц-19 от 28.03.2019, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» и обществом с ограниченной ответственностью «Партнер», и применении последствий недействительности сделок (вх. 33358).

В обоснование доводов о недействительности данных сделок и применении последствий их недействительности конкурсным управляющим приведены нормы п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований, поскольку имелось встречное исполнение по сделке, сделка не повлекла уменьшения имущества должника, в связи с чем отсутствует причиненный вред имущественным правам кредиторов. Совокупность условий, необходимых для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, отсутствуют. У оспариваемых сделок также отсутствуют пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительной сделки.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, судебная коллегия исходит из следующего.

Как указано конкурсным управляющим, данные сделки им оспариваются как цепочка сделок, направленная на вывод активов должника (денежных средств), поскольку за счет денежных средств должника фактически оплачена квартира, перешедшая в собственность К-вых, при этом передача квартиры произведена безвозмездно, должник встречного исполнения не получил. Также конкурсный управляющий ссылается на аффилированность участвующих в цепочке сделок лиц, которая, по его мнению, в т.ч. установлена в деле № А65-32679/2021 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Партнер».

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу п. 9 Постановления Пленума № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как указано в п. 5 Постановления Пленума № 63 пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Заявление о признании должника банкротом принято определением суда от 25.09.2019, оспариваемые сделки совершены 11.02.2019, 28.03.2019 и 02.04.2019, т.е. в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом, следовательно, могут быть оспорены по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу положений статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом или договором.

Статьей 807 ГК РФ предусмотрено, что по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

В силу ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

Как следует из материалов дела, между ООО «Нефтегазовое монтажное управление» (займодавец) и ООО «Хеппи Дей» (заемщик) заключен договор займа № 11/02 от 11.02.2019, в соответствии с условиями которого займодавец передает заемщику денежные средства в сумме 6 180 000 руб. на срок 12 месяцев, а заемщик обязуется возвратить заем в указанный срок и уплатить проценты на сумму займа в размере 8 % годовых.

ООО «Нефтегазовое монтажное управление» платежным поручением № 216 от 15.02.2019 перечислило сумму займа 6 180 000 руб. в адрес ООО «Хеппи Дей».

В дальнейшем между ООО «Нефтегазовое монтажное управление» (цедент) и ООО «Партнер» (цессионарий) заключено соглашение об уступке прав требования № 10Ц-19 от 28.03.2019, по условиям которого цедент уступил цессионарию право требования к ООО «Хеппи Дей» по договору займа № 11/02 от 11.02.2019 в размере задолженности на сумму 6 235 535,34 руб., состоящей из суммы долга 6 180 000 руб. и процентов 55 535,34 руб.

В качестве оплаты вышеуказанной уступки прав требования цессионарий оплачивает цеденту 6 235 535,34 руб. (п. 4 соглашения).

Между ООО «Партнер» в лице директора ФИО4 (займодавец) и ООО «Нефтегазовое монтажное управление» (заемщик) заключен договор процентного займа № 17-01 от 17.01.2017, в соответствии с условиями которого займодавец передает заемщику денежные средства в сумме 50 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить заем в срок не позднее 17.01.2019, а также уплатить проценты на сумму займа в размере 8 % годовых.

Дополнительным соглашением № 1 от 12.12.2018 к данному договору срок возврата займа установлен до 17.01.2020.

По данному договору за период с 19.01.2017 по 31.10.2019 ООО «Партнер» предоставило ООО «Нефтегазовое монтажное управление» в займ денежные средства в общей сумме 62 104 600 руб.

В соответствии со ст. 410 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Из положений ст. 410 ГК РФ следует, что для зачета по одностороннему заявлению необходимо, чтобы встречные требования являлись однородными, срок их исполнения наступил (за исключением предусмотренных законом случаев, при которых допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил).

Как следует из п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 № 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств", соблюдение критерия встречности требований для зачета согласно статье 410 ГК РФ предполагает, что кредитор по активному требованию является должником по требованию, против которого зачитывается активное требование (далее - пассивное требование). В случаях, предусмотренных законом или договором, зачетом могут быть прекращены требования, не являющиеся встречными, например, согласно положениям пункта 4 статьи 313 ГК РФ.

Подача заявления о зачете является выражением воли стороны односторонней сделки на прекращение встречных обязательств и одновременно исполнением требования закона, установленного к процедуре зачета (ст. 154, 156, 410 ГК РФ). Дата такого заявления не влияет на момент прекращения обязательства, который определяется моментом наступления срока исполнения того обязательства, срок которого наступил позднее ("Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.12.2018)).

Между ООО «Партнер» (сторона 1) и ООО «Нефтегазовое монтажное управление» (сторона 2) заключено соглашение о зачете встречных однородных требований от 29.03.2019, по условиям которого сторона 2 имеет перед стороной 1 задолженность в размере 38 974 135,36 руб. по договору процентного займа № 17-01 от 17.01.2017, в т.ч. основной долг 35 045 385,54 руб. и проценты 3 928 749,82 руб.

Сторона 1 имеет перед стороной 2 задолженность в размере 6 235 535,34 руб., возникшую из денежного обязательства по оплате п. 4 соглашение об уступке прав требования № 10Ц-19 от 28.03.2019.

В результате проведения зачета задолженность стороны 1 перед стороной 2 погашается в полном объеме. Задолженность стороны 2 перед стороной 1 по договору процентного займа № 17-01 от 17.01.2017 уменьшилась в части основного долга до 28 865 385,54 руб., в части процентов до 3 873 214,48 руб.

В дальнейшем ООО «Партнер» обратилось в суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» в размере 34 168 997,00 руб.

В свою очередь, конкурсный управляющий должника ООО «Нефтегазовое монтажное управление» обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделкой перечисление обществом с ограниченной ответственностью "Нефтегазовое монтажное управление" денежных средств в адрес общества с ограниченной ответственностью "Партнер" в сумме 8 123 926,00 рублей, и применении последствий недействительности сделки (вх. 32846).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.06.2021, оставленными без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.09.2021 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 30.12.2021, требование общества с ограниченной ответственностью «Партнер» признано обоснованным в сумме 29 988 259,54 рублей долга, 5 534 075,86 рублей процентов, и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в п.4 ст.142 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п.1 ст.148 Закона о банкротстве и п.8 ст.63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

Признаны недействительными сделки по перечислению обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» денежных средств в адрес общества с ограниченной ответственностью «Партнер» в сумме 8 123 926,00 рублей. Применены последствия недействительности сделки: общество с ограниченной ответственностью «Партнер» обязано возвратить в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» денежные средства в размере 8 123 926,00 рублей.

Восстановлено право требования общества с ограниченной ответственностью «Партнер» к обществу с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» в размере 8 123 926,00 рублей.

На основании п. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как следует из данных судебных актов, ООО «Партнер» обратилось в суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» в размере 34 168 997,00 руб., мотивировав требование наличием задолженности у ООО «НГМУ» по договору процентного займа № 17-01 от 17.01.2017, в соответствии с условиями которого займодавец передает заемщику денежные средства в сумме 50 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить заем в срок не позднее 17.01.2019, а также уплатить проценты на сумму займа в размере 8 % годовых.

За период с 19.01.2017 по 31.10.2019 ООО «Партнер» предоставило ООО «Нефтегазовое монтажное управление» в займ денежные средства в общей сумме 62 104 600 руб.

В свою очередь, в качестве возврата займа по данному договору ООО «Нефтегазовое монтажное управление» за период с 16.02.2017 по 05.11.2019 перечислило ООО «Партнер» 25 936 523,03 руб.

В ходе рассмотрения обоснованности данного требования ООО «Партнер» уточнило сумму требования, представило расчет задолженности, в котором отражено погашение 29.03.2019 суммы долга 6 180 000 руб. и процентов 55 535,34 руб., т.е. всего в размере 6 235 535,34 руб. (т. 2).

Данное уточнение произведено в связи с заключением между ООО «Партнер» (сторона 1) и ООО «Нефтегазовое монтажное управление» (сторона 2) соглашения о зачете встречных однородных требований от 29.03.2019.

Как указано выше, в результате проведения зачета задолженность стороны 2 перед стороной 1 по договору процентного займа № 17-01 от 17.01.2017 уменьшилась в части основного долга до 28 865 385,54 руб., в части процентов до 3 873 214,48 руб.

Таким образом, в счет погашения задолженности перед ООО «НГМУ» в размере 6 235 535,34 руб., возникшей из денежного обязательства по оплате п. 4 соглашение об уступке прав требования № 10Ц-19 от 28.03.2019, ООО «Партнер» фактически уменьшило сумму задолженности ООО «НГМУ» по договору процентного займа № 17-01 от 17.01.2017.

Как указано кредитором ООО «Партнер» при рассмотрении обоснованности требования, после уточнения сумма основного долга по договору займа составила 29 988 259,54 руб., сумма начисленных процентов составила 5 534 075,86 руб.

Кроме того, при рассмотрении данного требования судом установлено следующее.

Договор процентного займа № 17-01 от 17.01.2017 заключен ООО «Партнер» в лице директора ФИО4 (займодавец).

Согласно сведениям сервиса «Контр Фокус», генеральным директором и учредителем ООО «Партнер» являлся ФИО4.

ФИО4 был принят на работу в ООО «Партнер» на должность генерального директора на основании трудового договора № 1 от 04.08.2016. Полномочия генерального директора ООО «Партнер» ФИО4 прекращены решением от 20.12.2019.

Так, в период с 01.10.2016 по 20.12.2019 ФИО4 являлся генеральным директором ООО «Партнер».

В то же время, ФИО4 был принят на работу в ООО «Нефтегазовое монтажное управление» на должность начальник участка на основании трудового договора № 13/14-1 от 05.05.2014, приказа о приеме на работу.

Как указано в акте налоговой проверки № 2.16-0-16/12 от 14.08.2020, ФИО4 занимал в ООО «Нефтегазовое монтажное управление» должность главного инженера.

В ситуации одновременного трудоустройства ФИО4 в качестве главного инженера должника ООО «НГМУ» и генерального директора ООО «Партнер», суд, в силу действующего законодательства и положений ст. 19 Закона о банкротстве, счел ООО «НГМУ» и ООО «Партнер» аффилированными лицами, и как следствие – применил правовые позиции, сформированные при разрешении споров об обоснованности требований аффилированных кредиторов.

Судом требование в сумме 29 988 259,54 рублей долга и 5 534 075,86 рублей процентов признано подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Вместе с тем, приведенные конкурсным управляющим должника в рассматриваемом споре доводы об аффилированности ООО «НГМУ» и ООО «Хеппи Дей» обоснованно были отклонены судом первой инстанции, поскольку ФИО5 являлся работником ООО «НГМУ» с 02.10.2017 по 28.09.2018, в последующем с 26.11.2019 являлся руководителем ООО «Хеппи Дей». На дату заключения оспариваемого договора займа с ООО «Хеппи Дей» (11.02.2019) ФИО5 уже не являлся работником ООО «НГМУ» (уволен 28.09.2018), и еще не являлся руководителем ООО «Хеппи Дей» (директор с 26.11.2019).

Вопреки доводам конкурсного управляющего должника, судебными актами по делу № А65-32679/2021 в деле о банкротстве ООО «Партнер», в частности, в определении Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.04.2024 и постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2024, принятыми по заявлению конкурсного управляющего ООО «Партнер» об оспаривании сделок должника, какой – либо аффиллированности между ООО «НГМУ» и ООО «Хеппи Дей» не установлено.

Ссылка кредитора ООО «КБЭР Банк Казани» на аффиллированность между ООО «НГМУ» и ООО «Хеппи Дей» также обоснованно отклонена судом первой инстанции, поскольку из представленной кредитором выписки по счету ООО «Хеппи Дей» каких – либо перечислений от должника, должнику либо аффилированным с ним лицам не усматривается. Оплата за учредителя ООО «НГМУ» ФИО6 из представленных кредитором документов (выписки по счету) не усматривается. Помимо прочего, представленные документы о проживании ФИО6 в гостиницах относятся к периоду июнь-август 2021 года, в то время как оспариваемые сделки совершены в период февраль-апрель 2019 года.

Довод кредитора об одновременном трудоустройстве ФИО6 в ООО «НГМУ» и в ООО «Хеппи Дей» документально не подтвержден. Напротив, судом первой инстанции истребованы из УФНС России по Республике Татарстан сведения о руководителя и учредителях ООО «Хеппи Дей» и согласно полученному ответу ФИО6 среди таковых не значится (т. 2).

В соответствии с п. 3 ст. 61.4 Закона о банкротстве сделки должника, направленные на исполнение обязательств, по которым должник получил равноценное встречное исполнение обязательств непосредственно после заключения договора, могут быть оспорены только на основании пункта 2 статьи 61.2 настоящего Федерального закона.

Как следует из п. 15 Постановления № 63, в силу пункта 3 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки должника, направленные на исполнение обязательств, по которым должник получил равноценное встречное исполнение обязательств непосредственно после заключения договора, могут быть оспорены только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Такие сделки не могут быть признаны недействительными на основании пункта 1 статьи 61.2 или статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае равноценное встречное исполнение должнику заключается в предшествующем получении от ООО «Партнер» денежных средств в займ, и уменьшении суммы задолженности по займу перед ООО «Партнер» путем уступки в адрес ООО «Партнер» права требования к ООО «Хеппи Дей».

Сама по себе аффиллированность ООО НГМУ» и ООО «Партнер» указанных выводов суда не опровергает.

Должник, заключив оспариваемые договор займа с ООО «Хеппи Дей» и соглашение об уступке права требования с ООО «Партнер», исполнил обязанность по возврату 6 235 535,34 руб., полученных от ООО «Партнер», и не допустил возникновения права требования ООО «Партнер» к должнику на данную сумму.

Поскольку должник получил от ООО «Партнер» в займ 62 104 600 руб. и затем путем заключения оспариваемого соглашение об уступке права требования частично погасил задолженность на сумму 6 235 535,34 руб., соответственно, имелось встречное исполнение по сделке. Сделка не повлекла уменьшения имущества должника, в связи с чем суд не может прийти к выводу, что в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Сведений о том, что сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов также не представлено.

С учетом изложенного, доводы конкурсного управляющего в указанной части правомерно отклонены судом первой инстанции.

Как указано конкурсным управляющим, на даты совершения сделок у должника ООО «Нефтегазовое монтажное управление» имелись не исполненные обязательства.

При этом, в определениях о включении требований кредиторов в реестр требований должника, установлены иные обстоятельства. Так, в рассматриваемом случае договор займа № 11/02 заключен 11.02.2019, соглашение об уступке прав требования № 10Ц-19 заключено 28.03.2019, сведений о наличии у должника признаков неплатежеспособности на указанные даты не представлено, равно как и об осведомленности ответчиков об указанных обстоятельствах.

В частности, в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 04.07.2022 № Ф06-4396/2021 по данному делу № А65-27733/2019 указано, что решение Арбитражного суда Тверской области от 05.02.2019 по делу № А66-10843/2018 по иску ООО "Связьбурмонтаж" о взыскании денежных средств с должника вступило в законную силу 19.08.2019, то есть уже после совершения оспариваемой по обособленному спору сделки (01.08.2019), а требования кредиторов ООО "РариТЭК" и ООО "СМУ-4" были установлены судом только в рамках настоящего дела о банкротстве определениями от 26.02.2020 и от 24.06.2020, в связи с чем их наличие не может свидетельствовать об осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника.

С учетом изложенного, оснований для признания оспариваемых договора займа № 11/02 от 11.02.2019 с ООО «Хеппи Дей» и соглашения об уступке права требования № 10Ц-19 от 28.03.2019 с ООО «Партнер» недействительными по п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, не имеется.

Аналогичная позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 24.05.2022 по данному делу № А65-27733/2019 о банкротстве ООО «НГМУ».

Помимо прочего конкурсным управляющим указано, что сделки им оспариваются как цепочка сделок, направленная на вывод активов должника (денежных средств), поскольку за счет денежных средств должника фактически оплачена квартира, перешедшая в собственность К-вых, при этом передача квартиры произведена безвозмездно, должника встречного исполнения не получил.

По доводам конкурсного управляющего о совершении цепочки сделок с целью вывода имущества судом перовой инстанции указывается следующее.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

В первом случае, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. Однако возможна обратная ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Так, доводы конкурсного управляющего должника о совершении ответчиками цепочки сделок правомерно отклонены судом первой инстанции в силу следующего.

Как указывается ответчиком ООО «Хеппи Дей», данное общество ранее неоднократно привлекало заемные средства у ООО «НГМУ» для приобретения недвижимости с целью ее дальнейшей перепродажи по более высокой цене, в последующем денежные средства возвращались в ООО «НГМУ».

До заключения оспариваемого договора займа, письмом от 05.02.2018ООО «Хеппи Дей» просило ООО «Нефтегазовое монтажное управление» предоставить займ 1 175 000 руб. для приобретения квартиры.

Между ООО «Нефтегазовое монтажное управление» (займодавец) и ООО «Хеппи Дей» (заемщик) заключен договор займа № 09/02 от 09.02.2018, в соответствии с условиями которого займодавец передает заемщику денежные средства в сумме 1 174 000 руб. на срок 12 месяцев, а заемщик обязуется возвратить заем в указанный срок и уплатить проценты на сумму займа в размере 8 % годовых.

ООО «Нефтегазовое монтажное управление» платежным поручением № 161 от 09.02.2018 перечислило сумму займа 1 174 000 руб. в адрес ООО «Хеппи Дей».

Также в обоснование доводов об осуществлении деятельности по приобретению недвижимости ООО «Хеппи Дей» представило копию договора купли – продажи квартиры от 18.08.2017, заключенному с ООО «Вишневый пай» (продавец), согласно которому ООО «Хеппи Дей» (покупатель) приобрело квартиру с кадастровым номером 16:50:050150:5349, по адресу: <...>, стоимостью 1 169 256 руб.

После получения займа платежным поручением № 1 от 09.02.2018 ООО «Хеппи Дей» оплатило в пользу ООО «Вишневый пай» сумму 1 169 266 руб.

В последующем данная квартира с кадастровым номером 16:50:050150:5349 продана покупателю ФИО7 на основании договора купли – продажи квартиры от 20.09.2018 по цене 2 322 000 руб.

После продажи квартиры ООО «Хеппи Дей» возвратило в ООО «Нефтегазовое монтажное управление» займ в размере 1 174 000 руб. платежным поручением № 44 от 20.09.2018.

Перед заключением оспариваемого договора займа, письмом от 05.02.2018 ООО «Хеппи Дей» просило ООО «Нефтегазовое монтажное управление» предоставить займ 6 180 000 руб. для приобретения квартиры, с приложением договора участия в долевом строительстве № ART4.1-287 от 18.08.2017.

Как уже было указано выше, между ООО «Нефтегазовое монтажное управление» (займодавец) и ООО «Хеппи Дей» (заемщик) заключен договор займа № 11/02 от 11.02.2019 на сумму 6 180 000 руб. ООО «Нефтегазовое монтажное управление» платежным поручением № 216 от 15.02.2019 перечислило сумму займа 6 180 000 руб. в адрес ООО «Хеппи Дей».

Данный займ получен в целях оплаты ООО «Хеппи Дей» за приобретенную по договору участия в долевом строительстве № ART4.1-287 от 18.08.2017, заключенному с ООО «СтройУслуги» (застройщик), квартиру с кадастровым номером 16:50:050150:4738, по адресу: <...> стоимостью 6 156 340,5 руб.

После получения займа платежным поручением № 1 от 15.02.2019 ООО «Хеппи Дей» оплатило в пользу ООО «СтройУслуги» сумму 6 156 340,5 руб.

Согласно выписке из ЕГРН, право собственности ООО «Хеппи Дей» на данную квартиру зарегистрировано 26.02.2019.

Перед приобретением спорной квартиры у ООО «Хеппи Дей» по оспариваемому договору купли – продажи квартиры от 02.04.2019 ФИО8 (принципал) заключен агентский договор № 2-18 от 04.10.2018 с ООО «Хеппи Дей» (агент), по условиям которого принципал поручает, а агент принимает на себя обязательство за вознаграждение совершить от имени и за счет принципала комплекс юридических и фактических действий, направленных на поиск объектов недвижимости, который может быть приобретен принципалом.

Агентское вознаграждение составляет 200 000 руб. (п. 4.1 договора).

Согласно отчету об исполнении агентского поручения № 1 от 11.04.2019, агентом порученные функции выполнены, затраты агента составили 43 659,50 руб.

ФИО8 в адрес ООО «Хеппи Дей» оплачены денежные средства по агентскому договору № 2-18 от 04.10.2018 в размере 243 659,5 руб., что подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру от 11.04.2019.

Между ООО «Хеппи Дей» (продавец) и ФИО8 (покупатель) заключен предварительный договор купли – продажи квартиры от 25.01.2019, по условиям которого стороны обязуются в будущем заключить договор купли – продажи квартиры с кадастровым номером 16:50:050150:6124 по адресу: <...>.

Цена указанной квартиры определена сторонами в размере 8 400 000 руб. (п. 1.3.1 договора).

Покупатель вносит в кассу продавца аванс в размере 2 000 000 руб. (п. 3.1 договора).

ФИО8 в адрес ООО «Хеппи Дей» оплачены денежные средства по предварительному договору купли – продажи квартиры от 25.01.2019 в размере 2 000 000 руб., что подтверждается квитанцией к приходно кассовому ордеру № 1 от 25.01.2019.

В последующем между ООО «Хеппи Дей» (продавец) и ФИО8, действующим за себя и в качестве законного представителя ФИО9, законного представителя ФИО10 (покупатели) заключен договор купли – продажи квартиры от 02.04.2019, по условиям которого продавец продал, а покупатели приобрели в общую долевую собственность квартиру с кадастровым номером 16:50:050150:6124 по адресу: <...>, площадью 87,8 кв.м.

Цена указанной квартиры определена сторонами в размере 6 156 340,50 руб. (п. 2.1 договора). Расчет между сторонами производится в следующем порядке: 2 000 000 руб. оплачивается покупателем до подписания договора, 4 156 340,50 руб. оплачивается покупателем в течение двух дней после регистрации в Управлении Росреестра по РеспубликеТатарстан.

02.04.2019 сторонами подписан передаточный акт.

ФИО8 в адрес ООО «Хеппи Дей» оплачены денежные средства по договору купли – продажи квартиры от 02.04.2019 в размере 2 000 000 руб., что подтверждается квитанцией к приходно кассовому ордеру от 02.04.2019.

Согласно выписке из ЕГРН, право собственности К-вых на данную квартиру зарегистрировано 09.04.2019.

ФИО8 в адрес ООО «Хеппи Дей» оплачены денежные средства по договору купли – продажи квартиры от 02.04.2019 в размере 4 156 340,50 руб., что подтверждается квитанцией к приходно кассовому ордеру от 11.04.2019.

Таким образом, ФИО8 спорная квартира оплачена в размере и в сроки, предусмотренные договором купли – продажи квартиры от 02.04.2019.

Исходя из выписки из домовой книги, в спорной квартире с 09.07.2021 прописаны ФИО11, ФИО9, ФИО10

Согласно представленным ответчиком сведениям с сайта объявлений, цена продажи аналогичных квартир составляла 8 400 000 руб. - 8 480 000 руб.

Наличие денежных средств на приобретение спорной квартиры у ООО «Хеппи Дей» по оспариваемому договору купли – продажи квартиры от 02.04.2019 объяснены ответчиком получением денежных средств от продажи иной квартиры, в подтверждение чего представлен договор купли – продажи квартиры от 01.04.2019, заключенный между ФИО8, ФИО12 анной Ивановной, действующим за себя и в качестве законного представителя ФИО9, законного представителя ФИО10 (продавец), и ФИО13 (покупатель). По условиям договора продавец продал покупателю квартиру с кадастровым номером 16:50:050123:23 по адресу: <...>, за 7 500 000 руб.

Пунктом 4.1 данного договора предусмотрена оплата суммы 7 400 000 руб. посредством аккредитива, открытого в ПАО «Сбербанк России», а 100 000 руб. наличными денежными средствами.

Согласно представленным выписке по счету ФИО8 в ПАО «Сбербанк России» и платежному поручению сумма 7 400 000 руб. поступила на счет ФИО8

Кроме того, согласно сведениям УФНС России по Республике Татарстан, истребованным судом первой инстанции (т. 3), у ФИО8 имелись доходы за период 2017 – 2019 г.г.

Вопреки доводам конкурсного управляющего, ФИО8 массовым руководителем не является, что следует из сведений УФНС России по Республике Татарстан, также истребованных судом первой инстанции (т. 3).

При этом, согласно истребованных судом первой инстанции из Пенсионного Фонда РФ сведений учредитель ООО «Хеппи Дей» ФИО14 осуществляла трудовую деятельность только в данном обществе, соответственно, с иными юридическими лицами, в т.ч. где ФИО8 получен доход, не связана.

Согласно истребованных судом первой инстанции из Управления ЗАГС Кабинета Министров РТ сведений, учредитель ООО «Хеппи Дей» ФИО14, руководитель ООО «Хеппи Дей» ФИО5 и ответчики ФИО8, ФИО9, ФИО10 родственных связей между собой не имеют.

Как следует из изложенного, ФИО8 оплачено в пользу ООО «Хеппи Дей»:

- денежные средства по агентскому договору № 2-18 от 04.10.2018 в размере 243 659,5 руб., что подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру от 11.04.2019;

- денежные средства по предварительному договору купли – продажи квартиры от 25.01.2019 в размере 2 000 000 руб., что подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру № 1 от 25.01.2019.

- денежные средства по договору купли – продажи квартиры от 02.04.2019 в размере 2 000 000 руб., что подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру от 02.04.2019.

- денежные средства по договору купли – продажи квартиры от 02.04.2019 в размере 4 156 340,50 руб., что подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру от 11.04.2019.

Таким образом, судом первой инстанции правомерно установлен факт оплаты ФИО8 денежных средств в пользу ООО «Хеппи Дей» за приобретенную спорную квартиру.

В рассматриваемом случае сведений о том, что указанные лица контролируются одними и теми же конечными бенефициарами, либо одни и те же лица определяют их действия, либо иных лиц, входящих в ними в единую группу, не представлено. Данные лица не связаны трудовой либо иной деятельностью, либо фактом участия в уставных капиталах одних и тех же юридических лиц.

Судом первой инстанции верно установлена реальность займа, наличие у ООО «НГМУ» задолженности перед ООО «Партнер», реальность приобретения ООО «Хеппи Дей» и реальность последующего отчуждения данной квартиры ФИО12. Факт оплаты ФИО8 денежных средств в пользу ООО «Хеппи Дей» за приобретенную спорную квартиру, подтверждается материалами дела.

К-вы являются собственниками спорной квартиры с момента ее приобретения у ООО «Хеппи Дей» и до настоящего времени, т.е. длительное время, дальнейшего отчуждения имущества не производилось, прописаны в данной квартире, что свидетельствует об отсутствии цели по выводу активов (спорного имущества).

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявления о признании недействительными цепочки сделок.

Пунктом 4 Постановления Пленума № 63 предусмотрено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 ГК РФ, требуется, чтобы пороки выходили за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

В данном случае конкурсный управляющий должника, обращаясь в суд с настоящим заявлением, ссылался на совершение должником оспариваемой им сделки в отсутствие встречного исполнения, с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, при наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Вмененные ответчику нарушения в полной мере укладываются в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов.

Вместе с тем, оснований для признания оспариваемого договора недействительным по основаниям п. 1 и 2 ст. 61 Закона о банкротстве суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции верно пришел к выводу, что у оспариваемых сделок отсутствуют пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительной сделки, в связи с чем заявление конкурсного управляющего должника о признании спорной сделки недействительной (ничтожной) на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации не может быть удовлетворено.

Таким образом, в рамках данного обособленного спора установлено, что равноценное встречное исполнение должнику заключается в предшествующем получении от ООО «Партнер» денежных средств в займ, и уменьшении суммы задолженности по займу перед ООО «Партнер» путем уступки в адрес ООО «Партнер» права требования к ООО «Хеппи Дей».

Судом первой инстанции установлена реальность займа, наличие у ООО «НГМУ» задолженности перед ООО «Партнер», реальность приобретения ООО «Хеппи Дей» и реальность последующего отчуждения данной квартиры ФИО12. Факт оплаты ФИО8 денежных средств в пользу ООО «Хеппи Дей» за приобретенную спорную квартиру, подтверждается материалами дела.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, поскольку основания для признания указанной сделки недействительной по п. 1 и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве отсутствуют, так как отсутствует неравноценное встречное исполнение обязательств, а следовательно отсутствует критерий ущербности и критерий причинения в результате совершения сделки вреда имущественным правам кредиторов. Пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительной сделки, не установлены.

В обоснование доводов апелляционной жалобы, ООО КБЭР "Банк Казани" ссылается на то, что ООО «Хеппи Дей», ООО «Партнер» и ООО «НГМУ» являются заинтересованными лицами, контролируемыми ФИО6 Так, ФИО6 (участник должника) контролирует ООО «Хеппи Дей» на протяжении 2019-2022 года. Кроме того, по мнению заявителя жалобы, ФИО5 работал в признанных аффилированными ООО «НГМУ», ООО «Партнер», а также в ООО «Хеппи Дей». Апеллянт также отмечает, что ООО «НГМУ» находилось в состоянии имущественного кризиса при совершение сделок.

Банк в обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что суд первой инстанции не учел доказательства причинения вреда кредиторам и злоупотребления правом – уступка требования к ООО «Хеппи Дей» в пользу ООО «Партнер» и дальнейший зачет взаимной задолженности вместо реального возврата денег со стороны ООО «Хеппи Дей» не отвечал интересам ООО «НГМУ», был сделан в ситуации имущественного кризиса, с целью вывода денег должника в ущерб кредиторам.

По мнению апеллянта, предоставление займов не являлось ни основным, ни дополнительным видом деятельности должника, не производилось иным лицам, было совершено не на рыночных условиях – заем на 6 180 000 рублей выдан под 8% годовых без обеспечения.

Злоупотребление правом, цель причинения вреда заключаются в том, что в преддверии банкротства должник выдал необеспеченный заем под низкий процент для целей, не связанных с основной деятельностью ни должника, ни заемщика – ООО «Хеппи Дей» и вместо реального возврата денег произвел зачет своего долга перед ООО «Партнер». Таким образом, Банк указывает на вывод активов, произведенный должником в пользу аффилированных лиц.

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ООО КБЭР "Банк Казани" по следующим основаниям.

Ссылка кредитора ООО «КБЭР Банк Казани» на аффиллированность между ООО «НГМУ» и ООО «Хеппи Дей» отклоняется судом в виду следующего.

Как установлено судом, из представленной кредитором выписки по счету ООО «Хеппи Дей» каких – либо перечислений от должника, должнику либо аффилированным с ним лицам не усматривается. Оплата за учредителя ООО «НГМУ» ФИО6 из представленных кредитором документов (выписки по счету) не усматривается.

Помимо прочего, представленные документы о проживании ФИО6 в гостиницах относятся к периоду 2020 и 2021 года, в то время как оспариваемые сделки совершены в период февральапрель 2019 года.

Довод кредитора об одновременном трудоустройстве ФИО6 в ООО «НГМУ» и в ООО «Хеппи Дей» документально не подтвержден. Напротив, судом первой инстанции истребованы из УФНС России по Республике Татарстан сведения о руководителя и учредителях ООО «Хеппи Дей» и согласно полученному ответу ФИО6 среди таковых не значится (т. 2).

Что касается ФИО5, то он являлся работником ООО «НГМУ» с 02.10.2017 по 28.09.2018, в последующем с 26.11.2019 являлся руководителем ООО «Хеппи Дей».

При этом, на дату заключения оспариваемого договора займа с ООО «Хеппи Дей» (11.02.2019) ФИО5 уже не являлся работником ООО «НГМУ» (уволен 28.09.2018), и еще не являлся руководителем ООО «Хеппи Дей» (директор с 26.11.2019).

Оспариваемый договор от 11.02.2019 со стороны ООО «Хеппи Дей» подписан руководителем ФИО14

Арбитражным судом Поволжского округа 04.07.2022г. по делу № А65-27733/2019 были отменены судебные акты и дело направлено на новое рассмотрение. При новом рассмотрении дела, суд вынес Определение от 27.04.2023, которым установил, что ссылка на трудоустройство ФИО5 в ООО «Партнер», ООО «Хэппи Дэй» не может свидетельствовать об аффилированности по отношению к должнику.

Таким образом, на дату оспариваемой сделки - 11.02.2019 ФИО5 не был руководителем ООО «Хеппи Дей», а также не был и сотрудником ООО «Партнер».

Вопреки доводам апеллянта, судебными актами по делу № А65-32679/2021 в деле о банкротстве ООО «Партнер», в частности, в определении Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.04.2024 и постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2024, принятыми по заявлению конкурсного управляющего ООО «Партнер» об оспаривании сделок должника, какой – либо аффиллированности между ООО «НГМУ» и ООО «Хеппи Дей» не установлено.

Причем следует отметить, что аффилированность сторон не является отдельным основанием для удовлетворения заявления и признания сделок недействительными, а лишь свидетельствует о наличии повышенного стандарта доказывания.

Довод о состоянии имущественного кризиса опровергается материалами делами, поскольку в определениях о включении требований кредиторов в реестр требований должника, установлено, на период заключения договора займа № 11/02 от 11.02.2019 и соглашения об уступке прав требования № 10Ц-19 от 28.03.2019, сведения о наличии у должника признаков неплатежеспособности на указанные даты отсутствуют.

По доводу о том, что сделка по перечислению денежных средств направлена на вывод активов должника, необходимо отметить следующее.

Из материалов дела следует, что должник ООО «Нефтегазовое монтажное управление» (займодавец) и ООО «Хеппи Дей» (заемщик) заключили договор займа № 11/02 от 11.02.2019. Должник перечислил сумму займа 6 180 000 руб. в адрес ООО «Хеппи Дей».

Должник (цедент) и ООО «Партнер» (цессионарий) 28.03.2019 заключили соглашение об уступке прав требования № 10Ц-19, по условиям которого цедент уступил цессионарию право требования к ООО «Хеппи Дей» по договору займа № 11/02 от 11.02.2019 в размере задолженности на сумму 6 235 535,34 руб.

При этом, ООО «Партнер» не оплатил цеденту-должнику переданное право требования.

29.03.2019 между ООО «Партнер» (сторона 1) и ООО «Нефтегазовое монтажное управление» (сторона 2) заключено соглашение о зачете встречных однородных требований.

Указанный зачет основывался на договоре процентного займа № 17-01 от 17.01.2017, заключенного между ООО «Партнер» и ООО «Нефтегазовое монтажное управление», по которому у должника образовалась задолженность в размере 38 974 135,36 руб. перед ООО «Партнер». В тоже время, у ООО «Партнер» была задолженность перед должником на сумму 6 235 535,34 руб., возникшую из денежного обязательства по оплате п. 4 соглашение об уступке прав требования № 10Ц-19 от 28.03.2019.

Заключив соглашение о зачете встречных однородных требований, задолженность ООО «Партнер» по соглашению об уступке прав требования № 10Ц-19 от 28.03.2019 в размере 6 235 535,34 руб. была полностью погашена, а задолженность должника перед ООО «Партнер» по договору процентного займа № 17-01 от 17.01.2017 была частично погашена и уменьшилась в части основного долга до 28 865 385,54 руб., в части процентов до 3 873 214,48 руб.

На основании изложенного можно сделать вывод, что из конкурсной массы не был произведен вывод активов, а наоборот, уменьшилась задолженность перед кредитором. В данном случае равноценное встречное исполнение должнику заключается в предшествующем получении от ООО «Партнер» денежных средств в займ, и уменьшении суммы задолженности по займу перед ООО «Партнер» путем уступки в адрес ООО «Партнер» права требования к ООО «Хеппи Дей».

Следует отметить, что договор процентного займа № 17-01 от 17.01.2017, заключенный между должником и ООО «Партнер», стороны не оспаривали.

Что касается заключенного договора займа между ООО «Нефтегазовое монтажное управление» (должник) и ООО «Хеппи Дей», то как указывается ООО «Хеппи Дей», данное общество ранее неоднократно привлекало заемные средства у ООО «НГМУ» для приобретения недвижимости с целью ее дальнейшей перепродажи по более высокой цене, в последующем денежные средства возвращались в ООО «НГМУ».

Так, был заключен договор займа № 09/02 от 09.02.2018, в соответствии с условиями которого займодавец передает заемщику денежные средства в сумме 1 174 000.

В обоснование доводов об осуществлении деятельности по приобретению недвижимости ООО «Хеппи Дей» представило копию договора купли – продажи квартиры от 18.08.2017, заключенному с ООО «Вишневый пай» (продавец), согласно которому ООО «Хеппи Дей» (покупатель) приобрело квартиру с кадастровым номером 16:50:050150:5349, по адресу: <...>, стоимостью 1 169 256 руб.

После получения займа платежным поручением № 1 от 09.02.2018 ООО «Хеппи Дей» оплатило в пользу ООО «Вишневый пай» сумму 1 169 266 руб. В последующем данная квартира с кадастровым номером 16:50:050150:5349 продана покупателю ФИО7 на основании договора купли – продажи квартиры от 20.09.2018 по цене 2 322 000 руб. После продажи квартиры ООО «Хеппи Дей» возвратило в ООО «Нефтегазовое монтажное управление» займ в размере 1 174 000 руб. платежным поручением № 44 от 20.09.2018.

Что касается договора купли – продажи квартиры от 02.04.2019, заключенного между ООО «Хеппи Дей» (продавец) и ФИО8, действующим за себя и в качестве законного представителя ФИО9, законного представителя ФИО10 (покупатели), то необходимо отметить следующее.

Как следует из материалов дела, до заключения указанного договора купли – продажи квартиры от 02.04.2019, между ООО «Хеппи Дей» (агент) и ФИО8 (принципал) был заключен агентский договор № 2-18 от 04.10.2018, по условиям которого принципал поручает, а агент принимает на себя обязательство за вознаграждение совершить от имени и за счет принципала комплекс юридических и фактических действий, направленных на поиск объектов недвижимости, который может быть приобретен принципалом.

ФИО8 в адрес ООО «Хеппи Дей» оплачены денежные средства по агентскому договору № 2-18 от 04.10.2018 в размере 243 659,5 руб., что подтверждается квитанцией к приходно кассовому ордеру от 11.04.2019.

Кроме того, между ООО «Хеппи Дей» (продавец) и ФИО8 (покупатель) заключен предварительный договор купли – продажи квартиры от 25.01.2019, по условиям которого стороны обязуются в будущем заключить договор купли – продажи квартиры с кадастровым номером 16:50:050150:6124 по адресу: <...>.

ФИО8 в адрес ООО «Хеппи Дей» оплачены денежные средства по предварительному договору купли – продажи квартиры от 25.01.2019 в размере 2 000 000 руб., что подтверждается квитанцией к приходно кассовому ордеру № 1 от 25.01.2019. (п. 3.1 договора).

Как указано в договоре купли-продажи от 02.04.2019, ФИО8 в адрес ООО «Хеппи Дей» оплачены денежные средства в размере 2 000 000 руб., что подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру от 02.04.2019, впоследствии оплачены денежные средства в размере 4 156 340,50 руб., что подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру от 11.04.2019.

Финансовая возможность ФИО8 подтверждена материалами дела. Аффилированность сторон с ФИО8 не установлена.

Заявитель жалобы указывает, что должнику было не выгодно заключать договор займа с ООО «Хеппи Дей», отсутствует экономическая цель.

При этом, между указанными лицами, ранее заключался договор займа от 09.02.2018, на тех же условиях: не обеспечен залогом и под 8%годовых. В свою очередь ни конкурсный управляющий, ни конкурсный кредитор данный договор не оспорили.

Ссылка на код ОКВЭД, в котором не указана деятельность по предоставлению займа является несостоятельной, поскольку указание в ЕГРЮЛ кодов ОКВЭД не может расцениваться как ограничение права коммерческой организации (ее обособленных подразделений) заниматься иными видами деятельности. Правоотношения по предоставлению займа юридическими лицами может являться частью коммерческой деятельности предприятия.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, поскольку основания для признания указанной сделки недействительной по п. 1 и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве отсутствуют, так как отсутствует неравноценное встречное исполнение обязательств, а следовательно отсутствует критерий ущербности и критерий причинения в результате совершения сделки вреда имущественным правам кредиторов. Пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительной сделки, не установлены.

Все иные доводы, изложенные в жалобе, не влияют на правильность выводов суда и направлены, по сути, на переоценку обстоятельств дела, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушения, являющиеся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отсутствуют.

Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 11 декабря 2024 года по делу А65-27733/2019 в обжалуемой части следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 11 декабря 2024 года по делу А65-27733/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий                                                                      Н.А. Мальцев


Судьи                                                                                                    А.И. Александров

Е.А. Серова