Постановление от 22 декабря 2024 г. по делу № А03-10779/2024

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                 Дело № А03-10779/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 18 декабря 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 декабря 2024 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего 


ФИО1,

судей


ФИО2

ФИО3

при ведении протокола судебного заседания секретарем Комиссаровой К.В., рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу (№07АП-8821/2024) администрации города Новоалтайска Алтайского края на решение от 09 октября 2024 года Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-10779/2024 (судья Федоров Е.И.), по иску акционерного общества «Сетевая компания Алтайкрайэнерго» (656002, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) к администрации города Новоалтайска Алтайского края (658080, <...> ОГРН <***>, ИНН <***>) о расторжении договора об осуществлении технологического присоединения от 10.10.2012 № 3847, о взыскании 1 422,43 руб. задолженности за фактически понесенные расходы в связи с исполнением договора,


В судебном заседании приняли участие:

от истца: ФИО4, доверенность № 3 от 09.01.2024 сроком на 3 года, паспорт, диплом (онлайн-заседание),

от ответчика: без участия (извещен),

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Сетевая компания Алтайкрайэнерго» (далее – истец, компания) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края к администрации города Новоалтайска Алтайского края (далее – ответчик, администрация) с исковым заявлением о расторжении договора об осуществлении технологического присоединения от 10.10.2012 № 3847, о взыскании 1 422,43 руб. задолженности за фактически понесенные расходы в связи с исполнением договора.

Исковые требования обоснованы ссылками на статьи 309, 310, 450 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы существенным нарушением ответчиком обязательств по указанному выше договору, выразившимся в невыполнении им мероприятий по технологическому присоединению, причинение истцу убытков, связанных с неисполнением договора и несением им расходов на подготовку и выдачу технических условий.

Решением от 09 октября 2024 года Арбитражного суда Алтайского края исковые требования удовлетворены частично, договор об осуществлении технологического присоединения от 10.10.2012 № 3847, заключенный между компанией и администрацией, расторгнут. С администрации в пользу компании взыскано 550 руб. задолженности за фактически понесенные расходы в связи с исполнением договора об осуществлении технологического присоединения от 10.10.2012 № 3847, 6 773,40 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. В остальной части в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с состоявшимся судебным актом, администрация обратилась в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой указала, что спорный договор не был заключен, поскольку у ФИО5 не было полномочий на его подписание; уведомление потребителя об исполнении им технических условий, не свидетельствует о невозможности выполнения мероприятий, предусмотренными техническими условиями для сетевой организации. Податель жалобы просит решение отменить, принять по делу новое решение.

Истец в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) представил отзывы на апелляционную жалобу, указал на необоснованность доводов ответчика, просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель истца возражал относительно удовлетворения апелляционной жалобы, поддержал доводы отзыва.

Ответчик, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, в судебное заседание апелляционной инстанции явку своего представителя не обеспечил. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившегося  участника процесса.

Заслушав представителя истца, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва, проверив в порядке статьи 268 АПК РФ законность и обоснованность решения суда первой инстанции, апелляционный суд не нашел оснований для его отмены или изменения.

Из материалов дела следует, между компанией (сетевая организация) и   администрацией (заявитель) заключен договор об осуществлении технологического присоединения № 3847 от 10.10.2012, по условиям которого сетевая организация обязалась осуществить технологическое присоединение энергопринимающих устройств по адресу: Алтайский край, г. Новоалтайск, пересечение улиц Чкалова и Военстроя.

Подлежащие выполнению мероприятия, необходимые для присоединения объекта к энергоустановкам истца, определены в технических условиях, являющихся приложением № 2 к договору, срок действия которых определен в 2 года со дня заключения договора (пункт 1.4 договора, пункт 4 технических условий).

Срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня заключения договора (пункт 1.5 договора).

Установленный пунктом 3.1 договора размер платы за технологическое присоединение составляет 550 руб.

Поскольку в установленный договором срок заявитель не выполнил предписанные техническим условиями мероприятия, срок действия технических условий истек, истец направил в администрацию соглашение о расторжении договора, предусмотрев в нем обязанность по оплате расходов, связанных с подготовкой и выдачей технических условий в размере 1 422,07 руб. (сопроводительное письмо № СК/300-исх от 31.01.2024 (л.д.16, том 1).

От подписания названного соглашения ответчик уклонился, как и от возмещения предъявленных расходов, что послужило основанием для предъявления настоящего иска.

Удовлетворяя частично исковые требования, суд первой инстанции принял по существу правильное решение, при этом выводы арбитражного суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм действующего законодательства Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Гражданские права и обязанности могут возникать, в частности, из договоров и иных сделок.

Согласно статье 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

Спорные правоотношения регулируются нормами Федерального закона № 35-ФЗ от 26.03.2003 «Об электроэнергетике» (далее - Закон об электроэнергетике) и Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных Постановлением Правительства РФ № 861 от 27.12.2004 (далее - Правила № 861).

В ч. 1 ст. 26 Закона об электроэнергетике установлено, что технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам (далее также - технологическое присоединение), осуществляется в порядке, установленном Правительством РФ, и носит однократный характер.

Технологическое присоединение осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом. Указанный договор является публичным.

По договору об осуществлении технологического присоединения к электрической сети одна сторона (сетевая организация) обязуется в установленный действующими правилами порядке присоединить по заявке другой стороны (абонента) принадлежащие ему ЭПУ к электрической сети сетевой организации, а абонент обязуется оплатить мероприятия по технологическому присоединению и соблюдать его технические условия.

Исходя из п. 6 Правил № 861 технологическое присоединение осуществляется на основании договора, заключаемого между сетевой организацией и юридическим или физическим лицом, в сроки, установленные настоящими Правилами.

Пунктом 7 Правил № 861 предусмотрено, что настоящие Правила устанавливают следующую процедуру технологического присоединения:

а) подача заявки юридическим или физическим лицом (далее - заявитель), которое имеет намерение осуществить технологическое присоединение энергопринимающих устройств и увеличение объема максимальной мощности, а также изменить категорию надежности электроснабжения, точки присоединения, виды производственной деятельности, не влекущие пересмотр (увеличение) величины максимальной мощности, но изменяющие схему внешнего электроснабжения энергопринимающих устройств заявителя;

б) заключение договора;

 в) выполнение сторонами договора мероприятий, предусмотренных договором; г) получение разрешения органа федерального государственного энергетического надзора на допуск в эксплуатацию объектов заявителя.

На основании п. 16.3 Правил технологического присоединения заявитель исполняет обязательства в пределах границ участка, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства заявителя.

Выполнив свои мероприятия в соответствии с техническими условиями, заявитель должен уведомить сетевую организацию о выполнении технических условий, которая в свою очередь осуществляет проверку выполнения технических условий заявителем и в определенный срок со дня уведомления заявителем о получении разрешения уполномоченного федерального органа исполнительной власти по технологическому надзору на допуск в эксплуатацию объектов заявителя осуществить фактическое присоединение энергопринимающих устройств заявителя к электрическим сетям.

В п. 85 Правил № 861 предусмотрено, что для проведения проверки выполнения технологических условий заявитель предоставляет в сетевую организацию уведомление о выполнении технологических условий с приложением документов, обозначенных в данном пункте.

На основании п. 19 Правил № 861 стороны составляют акт об осуществлении технологического присоединения по форме, предусмотренной приложением № 1 к настоящим Правилам, не позднее 3 рабочих дней после осуществления сетевой организацией фактического присоединения объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) заявителя к электрическим сетям и фактического приема (подачи) напряжения и мощности.

Сторонами настоящего спора не оспаривается, что фактически со стороны заявителя технологические условия не выполнены.

Из характера обязательств сетевой организации и заявителя следует, что к правоотношениям по технологическому присоединению применимы как нормы главы 39 ГК РФ, так и общие положения об обязательствах и о договоре (разд. III ГК РФ) (определения Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2017 № 304-ЭС16-16246, от 25.12.2017 № 305-ЭС17-11195).

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором (пункты 1, 2 статьи 450 ГК РФ).

Из содержащегося в ГК РФ понятия существенного нарушения договора одной из сторон, существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Из пунктов 1.5, 2.4 договора следует, что срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению со стороны заявителя и сетевой организации составляет 6 месяцев со дня заключения договора. На администрацию возложена обязанность выполнить, со своей стороны, мероприятия по технологическому присоединению и уведомить об этом компанию.

Из материалов дела следует, что ответчиком обязательства по выполнению в установленный срок мероприятия по технологическому присоединению не выполнены, обратного не доказано.

В соответствии с пунктом 2 статьи 452 ГК РФ требование об изменении или расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

Изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором (пункты 1, 2 статьи 450 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что истец письмом от 31.01.2024 № СК/300-исх заявил о расторжении договора.

Сетевой организацией в соответствии с пунктами 16.5, 16.6 Правил № 861 и пунктом 1 статьи 450 ГК РФ подготовлено, подписано со своей стороны и направлено для подписания в адрес заявителя соглашение от 31.01.2024 о расторжении договора об осуществлении технологического присоединения (далее - соглашение), являющееся одновременно актом приема-передачи выполненных работ, согласно которому заявитель обязуется оплатить исполнителю расходы, связанные с подготовкой и выдачей технических условий.

Данное соглашение вступает в силу с момента его подписания сторонами (пункт 3 соглашения).

Договор технологического присоединения считается расторгнутым с момента подписания соглашения (пункт 2 соглашения).

Принимая во внимание факт того, что указанное соглашение ответчиком не подписано, обратно истцу не направлено, обязательства по выполнению в установленный срок мероприятия по технологическому присоединению администрацией не выполнено, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об удовлетворении исковых требований в части расторжения договора.

Истцом заявлены требования о взыскании фактически понесенных затрат по исполнению указанного договора в размере 1 422,43 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

С учетом положений статьи 65 АПК РФ истец для взыскания убытков в рамках обязательственных отношений обязан доказать наличие обстоятельств неправомерности действий ответчика, связанных с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, а также наличие причинно-следственной связи между поведением ответчика и возникшими у истца убытками. При недоказанности одного из обстоятельств, подлежащих доказыванию, иск о взыскании убытков не подлежит удовлетворению.

На ответчика возлагается бремя доказывания отсутствия вины в причинении убытков.

При доказанности факта причинения убытков размер возмещения должен быть установлен судом с разумной степенью достоверности (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – Постановление № 25).

Установив выполнение истцом своих обязательств по договору и несение в связи с этим затрат, апелляционный суд поддерживает выводы суда первой инстанции о наличии обязанности ответчика компенсировать истцу произведенные им расходы, связанные с проведением мероприятий по технологическому присоединению к электрическим сетям.

В соответствии с частью 4 статьи 23.1 Закона об электроэнергетике государственному регулированию подлежат плата за технологическое присоединение к единой национальной (общероссийской) электрической сети, к электрическим сетям территориальных сетевых организаций и (или) стандартизированные тарифные ставки, определяющие ее величину.

Затраты на проведение мероприятий по технологическому присоединению, в том числе расходы сетевой организации на строительство и (или) реконструкцию необходимых для технологического присоединения объектов электросетевого хозяйства, включаются в расходы сетевой организации, учитываемые при установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии и (или) платы за технологическое присоединение. При этом не допускается включение расходов сетевой организации, учтенных при установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии, в состав платы за технологическое присоединение и расходов, учтенных при установлении платы за технологическое присоединение, в состав тарифов на услуги по передаче электрической энергии.

Расходы территориальных сетевых организаций на выполнение мероприятий по технологическому присоединению в части, превышающей размер расходов на осуществление указанных мероприятий, исходя из которого рассчитаны тарифные ставки, определяющие величину платы за технологическое присоединение к электрическим сетям территориальных сетевых организаций, не подлежат учету при государственном регулировании цен (тарифов) в электроэнергетике. Состав расходов на проведение мероприятий по технологическому присоединению, включаемых в состав платы за технологическое присоединение, определяется федеральным органом исполнительной власти в области регулирования тарифов.

Исходя из указанных требований законодательства, цена (плата), уплачиваемая потребителями электрической энергии за технологическое присоединение к объектам единой национальной (общероссийской) электрической сети истца, является регулируемой (пункт 1 статьи 424 ГК РФ), при этом включает расходы территориальных сетевых организаций на выполнение мероприятий.

Фактические расходы сетевой организации не могут подменять собой регулируемую государством цену, поскольку взыскание стоимости услуг по технологическому присоединению может быть произведено только по установленному нормативным правовым актом тарифу.

На основании изложенного, исходя из того, что плата за технологическое присоединение к объектам электрической сети является регулируемой (статья 23.2 Закона об электроэнергетике, пункт 1 статьи 424 ГК РФ), расходы сетевых организаций на технологическое присоединение ограничиваются тарифным органом до экономически обоснованных величин, апелляционный суд пришел к выводу, что расходы, подлежащие возмещению истцу, не должны превышать стоимость услуг, рассчитанную с применением ставки тарифа, соответственно, размер убытков сетевой организации не может быть больше стоимости технологического присоединения, рассчитанной с применением ставки тарифа (либо его части, соответствующей определенной услуге), что верно учтено судом первой инстанции.

Указанное соответствует правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2017 № 304-ЭС16-16246, содержащем указания на то, что расходы, подлежащие возмещению сетевой компании со стороны заказчика, не должны превышать стоимость услуг, рассчитанную с применением ставки тарифа, учитывая, что ставка тарифа не может отражать в полном объёме фактические издержки сетевой компании по оказанию соответствующей услуги конкретному лицу, так как она рассчитана из плановых величин расходов на технологическое присоединение, что неравнозначно фактическим затратам.

Уполномоченный тарифный орган при установлении тарифа на соответствующий вид услуги исходит из экономически обоснованных величин, поэтому расходы, подлежащие возмещению сетевой организации, по общему правилу не должны превышать стоимость услуг, рассчитанную с применением ставки тарифа.

По общему правилу исключается как неполное возмещение понесенных убытков, так и обогащение потерпевшего за счет причинителя вреда. В частности, не могут быть  включены в состав убытков расходы, хотя и понесенные потерпевшим в результате правонарушения, но компенсируемые ему в полном объеме за счет иных источников. В противном случае создавались бы основания для неоднократного получения потерпевшим одних и тех же сумм возмещения и, соответственно, извлечения им имущественной выгоды, что противоречит целям института возмещения вреда (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2013 № 2852/13 по делу № А56-4550/2012)

Иными словами, взыскание убытков является одной из форм гражданско-правовой ответственности, она восстанавливает имущественные права потерпевшего в той мере, какая необходима исходя из принципов гражданского права, баланса прав и законных интересов субъектов гражданского правоотношения. Если такое правоотношение возникло из деликта, деликт как гражданское правонарушение не может по общему правилу служить поводом к большей (повышенной) ответственности. Такая ответственность не может игнорировать принципы юридической ответственности, к которым относится и принцип справедливости, предполагающий требование соразмерности, служить чрезмерному и неоправданному обогащению потерпевшего (за счет причинителя вреда), когда усилия потерпевшего по сути выходят за разумные рамки процесса восстановления определенного права, когда такие усилия неадекватны объему (содержанию) деликта и явно свидетельствуют о защите субъективного права посредством несоизмеримых затрат.

Наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ.

В рассматриваемом случае уменьшение имущественной сферы истца не произошло, именно поэтому спорные расходы истца в полном объеме не могут квалифицироваться в качестве убытков. Обратное бы позволило извлечь потерпевшему имущественную выгоду, что противоречит целям института возмещения вреда.

Размер расходов компании на оказание услуги (выполнение работ) по подготовке и выполнению технических условий технологического присоединения администрации правомерно определен судом с учетом законодательства в сфере энергетики (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2018 № 304-ЭС16-16246 (2)).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что с учетом установленной договором платы за технологическое присоединение в размере 550 руб., рассчитанной с применением ставки тарифа, оснований для компенсации истцу убытков, в ином размере, не имеется.

В материалах дела отсутствуют доказательства, позволяющие суду апелляционной инстанции прийти к иному выводу. Более того, истец частичный отказ в удовлетворении иска не обжаловал.

Доводы апелляционной жалобы относительно того, что спорный договор подписан неуполномоченным лицом - заместителем главы администрации ФИО6, апелляционным судом отклоняются.

Из правовой позиции, сформированной в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.07.2012 № 3170/12 и № 3172/12, следует, что при отсутствии доказательств иного наличие полномочий представителя стороны, подписавшего юридически значимый для правоотношения документ, на представление интересов этой стороны в правоотношении, предполагается.

При этом согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 182 ГК РФ полномочие на совершение действий может явствовать из обстановки, в которой действует представитель.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 5 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2000 № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации», действия работников представляемого по исполнению обязательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, могут свидетельствовать об одобрении при условии, что эти действия входили в круг их служебных (трудовых) обязанностей, или основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (в силу абзаца 2 пункта 1 статьи 182 ГК РФ).

Аналогичные разъяснения приведены в абзаце четвертом пункта 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Заместитель главы администрации, являясь работником организации, не относится к числу ее органов и по общему правилу не вправе действовать от ее имени без доверенности.

Ответчиком в материалы дела представлена доверенность от 13.11.20212 № 591-48, выданная главой администрации ФИО5 на представление администрации в компании по вопросам технологического присоединения (подписание писем на уточнение технической возможности энергоснабжения объектов, заявлений на выдачу технических условий, заявки на присоединение к электрическим сетям, получение технических условий), к которым подписание договоров технологического присоединения не отнесено.

Создавая или допуская создание обстановки, свидетельствующей о наличии полномочий у представителя действовать от имени организации, последний сознательно входит в гражданский оборот в лице такого представителя, поэтому не вправе ссылаться на отсутствие у него полномочий, так как обстановка как основание представительства не только заменяет собой письменное уполномочие (доверенность), но и возможна в отсутствие каких-либо надлежащим образом оформленных правоотношений между представителем и представляемым.

К одному из признаков подобной обстановки судебная практика относит наличие у представителя печати юридического лица, о потере которой или ее подделке этим представителем юридическое лицо в судебном процессе не заявляло (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2016 № 303-ЭС15-16683, от 24.12.2015 № 307-ЭС15-11797, от 23.07.2015 № 307-ЭС15-9787).

На представленном в материале дела договоре проставлена печать администрации, о выбытии и потере которой заявлено не было.

Кроме того, ответчик логичных пояснений относительно противоправности нахождения печати администрации у заместителя главы администрации ФИО5 не представил.

В числе прочего судом первой инстанции дана оценка тому факту, что в материалы

дела представлены договоры технологического присоединения № 221/13 от 04.02.2013, № 301/13 от 18.02.2013, № 505/13 от 13.03.2013, исполненные сторонами, которые со стороны администрации подписаны тем же лицом.

Учитывая изложенное выводы суда относительно того, что участие заместителя главы администрации в правоотношениях с истцом допускалось ответчиком и являлось обычной практикой взаимоотношений при том объеме полномочий, который названному лицу был предоставлен, являются правомерными.

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в ней отсутствуют ссылки на факты, которые не были бы предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу, в связи с чем признаются несостоятельными.

Принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено. Оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленных статьей 270 АПК РФ, а равно принятия доводов апелляционной жалобы у суда апелляционной инстанции не имеется.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 09 октября 2024 года Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-10779/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу администрации города Новоалтайска Алтайского края  -  без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий


ФИО1


Судьи


ФИО2


ФИО3