Постановление от 7 августа 2025 г. по делу № А40-149478/2021

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-29244/2025

Дело № А40-149478/21
г. Москва
08 августа 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 05 августа 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 08 августа 2025 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шведко О.И.,

судей Вигдорчика Д.Г., Лапшиной В.В.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания Колыгановой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО1

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.04.2025г. по делу № А40-149478/21 о признании недействительной сделкой – договора дарения, заключенного между супругой должника ФИО2 и дочерью ФИО3 зарегистрированный 09.06.2014 г. и применении последствий недействительности сделки;

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (ИНН <***>, СНИЛС: <***>, ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: город Москва),при участии в   судебном заседании:

согласно протоколу судебного заседания.

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда г. Москвы суда от 21.10.2021  ФИО1 (ИНН <***>, СНИЛС: <***>, ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: город Москва, адрес: 123458, <...>) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества должника. Финансовым управляющим должника утверждён арбитражный управляющий ФИО4 (ИНН -<***>, номер в реестре - 16847, почтовый адрес –141011, <...>), являющийся членом Союз арбитражных управляющих «Авангард». Сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» №199 от 30.10.2021.

Определением от 14.12.2022 г. ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего.

Определением суда от 16.05.2023 г. финансовым управляющим должника ФИО1 утвержден ФИО5 (адрес для направления корреспонденции: 199004, г. Санкт-Петербург, а/я 88), член Союза «СРО АУ СЗ».

В Арбитражный суд г. Москвы поступило заявление конкурсного кредитора ГК «АСВ» о признании недействительным договора дарения от 09.06.2014 г. и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 29.04.2025 признан недействительной сделкой договор дарения, заключенный между супругой должника,  ФИО2 и дочерью ФИО3 зарегистрированный 09.06.2014 ,  применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу ФИО1 земельный участок с кадастровым номером: 50:08:0050410:120 и здание (жилой дом) с кадастровым номером: 50:08:0050410:752 расположенные по адресу: обл. Московская, р-н Истринский, с/пос. Обушковское, д. Славково, участок 15.

ФИО1,  не согласившись с вынесенным определением, обратился с апелляционной жалобой в Девятый Арбитражный апелляционный суд, просил отменить обжалуемый судебный акт. В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на незаконность и необоснованность обжалуемого судебного акта.

В силу статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв направляется заказным письмом с уведомлением о вручении в срок, обеспечивающий возможность ознакомления с ним до начала судебного заседания, как суда, так и лиц, участвующих в деле.

Отзыв ГК АСВ, поступивший в суд 21.07.2025, подлежит возврату заявителю в отсутствие доказательств заблаговременного направления в адрес лиц, участвующих в деле.

Согласно Порядку подачи в арбитражные суды Российской Федерации документов в электронном виде, в том числе в форме электронного документа, утв. приказом Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 28.12.2016 N 252, в случае, если при обращении в арбитражный суд документы были представлены в электронном виде, они не возвращаются заявителю, в связи с чем, отзыв возвращению в бумажном виде не подлежит.

Представитель ФИО1 поддерживал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Представитель ГК АСВ возражал на доводы жалобы.

Протокольным определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.07.2025 в судебном заседании объявлен перерыв в порядке ст. 163 АПК РФ до 05.08.2025, сведения об объявлении перерыва размещены на официальном сайте в сети Интернет.

От ГК АСВ поступили письменные объяснения, которые приобщены к материалам дела в порядке ст. 81 АПК РФ.

После перерыва, представитель ФИО1 поддерживал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Представитель ГК АСВ возражал на доводы жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru , в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121 , 123 , 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в  соответствии со статьями 266 , 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 02.10.1980 между ФИО1 и ФИО6 заключен брак.

24.06.2014  ФИО2 произведено отчуждение совместно нажитого имущества в пользу дочери на основании договора дарения от 09 июня 2014 г., вследствие чего из конкурсной массы Должника выбыло ликвидное имущество:

- земельный участок, расположенный по адресу: обл. Московская, р-н Истринский, с/пос. Обушковское, д. Славково, участок 15, кадастровый номер: 50:08:0050410:120 (право собственности с 09 января 2008 г. по 24 июня 2014 г.);

-здание (жилой дом), кадастровый номер: 50:08:0050410:752 (право собственности с 29 апреля 2014 г. по 24 июня 2014 г.), по адресу: обл. Московская, р-н Истринский, с/пос. Обушковское, д. Славково, участок 15.

В обоснование заявления кредитор ГК АСВ указывал, что оспариваемый договор дарения является недействительным на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление кредитора, исходил из того, что дарения совершен в пользу заинтересованного лица, дочери, с целью отчуждения имущества для предотвращения обращения на него взыскания чем нанесен вред имущественным правам кредиторов, а, следовательно, является недействительным на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

Апелляционный суд находит выводы суда первой инстанции законными и обоснованными.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Закон о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I –III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Согласно п. 17 постановления Пленума Высшего арбитражного суда РФ от 23.12.2010 г. № 63 в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу п. 1 ст. 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (ст. 61.2 и 61.3 и иным содержащимся в этом Законе помимо главы III.1 основаниям), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

В соответствии со ст. 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

По общему правилу периоды подозрительности в деле о банкротстве должника исчисляются с даты принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве). Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 7 постановления № 35, такой датой является дата принятия судом первого заявления независимо от того, какое заявление впоследствии будет признано обоснованным.

Учитывая, что производство по делу о банкротстве возбуждено определением Арбитражного суда города Москвы от 23.07.2021, спорная сделка совершена  24.06.2014, то есть трехлетний срок подозрительности сделок ограничен 23.07.2018 г.

Оспариваемая сделка, приведшая к выбытию из состава имущества должника двух объектов недвижимости: земельного участка, с кадастровым номером: 50:08:0050410:120 здания (жилой дом) с кадастровым номером: 50:08:0050410:752 совершена 24.06.2014 г., т. е. за пределами сроков (годичного и трехгодичного) установленных ст. 61.2 Закона о банкротстве, что исключает возможность ее рассмотрения как недействительной сделки по специальным нормам, предусмотренным ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Между тем, как указано ранее, согласно ст. 61.1, 61.9 Закона о банкротстве управляющий должника и кредиторы вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником, как по общим основаниям, установленным ГК РФ, так и по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 2 п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 г. № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в деле о банкротстве граждан», финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (п. 2 ст.38 Семейного кодекса РФ по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, ст. 10, 168, 170 п. 1 ст. 174 ГК РФ).

Поскольку в рассматриваемом случае оспариваемая сделка совершена за пределами трехлетнего периода подозрительности, определяемого п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, она не может быть признана недействительной по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве, что не исключает возможность ее оспаривания по общим основаниям, предусмотренным ст. 10, 168 ГК РФ.

При этом согласно п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 г. № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» следует, что сделки граждан, заключенные до 01 октября 2015 г. с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п. 3 - 5 ст. 213.32 Закона о банкротстве.

В силу п. 3 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

Таким образом, Закон о банкротстве допускает признание на основании ст. 10 ГК РФ недействительными сделок, совершенных гражданами до 01.10.2015 г., если такие сделки были совершены с целью причинения вреда кредиторам.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

П. 1 ст. 10 ГК РФ установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

По смыслу указанных норм прав, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

При обжаловании сделок по основаниям ст. 10, 168 ГК РФ не требуется доказывания признаков банкротства.

При этом, материалами дела установлено, что оспариваемая сделка совершена спустя 7 дней после отзыва лицензии у ООО «Банк БФТ» (02.06.2014 г.), в котором должник являлся заместителем Председателя Правления. Сделка безвозмездная, в пользу заинтересованного лица (супруги).

На момент совершения сделки у должника имелись обязательства из деликта (причинение вреда банку) в силу разъяснений, изложенных  в п. 24 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2020), утв. Президиумом Верховного суда РФ 10.06.2020 г., согласно которым момент совершения лицом, контролирующим должника, правонарушения должен определяться временем совершения им деяний по доведению контролируемого лица до банкротства. Обязательство по возмещению вреда возникает с момента его причинения.

ФИО1, как контролирующее лицо ООО КБ «Банк БФТ», привлечен к субсидиарной ответственности на основании определения Арбитражного суда города Москвы от 26.07.2019  по делу № А40-88500/2014, которым установлено, что ухудшение финансового положения произошло в результате совершенных контролирующими лицами Банка в период с 04.10.2012  по 21.05.2014  действий по формированию активов Банка неликвидной (безнадежной) ссудной задолженностью, а также совершением сделок по уступке прав требования и приобретению неликвидных активов.

Следовательно, обстоятельства, повлекшие причинение значительного ущерба Банку и  обязанность по возмещению вреда возникла уже  Должника в марте 2012 г., т.к. основанием возникновения задолженности являлись виновные и сознательные действия ФИО1

Кроме того, суд первой инстанции указал, что отчужденное имущество относится к категории дорогостоящего.

Согласно представленного в материалы дела договора купли-продажи земельного участка от 11.10.1996  заключенного между ФИО2 и ФИО7 цена участка составила 18 000 000 руб. 00 коп.

Стоимость жилого дома согласно разрешению на ввод объекта в эксплуатацию от 24.02.2013 г. составлял 1 285 000 руб. 46 коп.

Таким образом, из конкурсной массы должника выбыло дорогостоящее имущество, что причинило вред кредиторам должника, в том числе ГК «АСВ» как правопреемнику банка, по обязательствам которого должник привлечен к ответственности.

Материалами дела установлено, что оспариваемый договор дарения совершен супругой должника в пользу дочери должника.

В соответствии со ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Согласно нормам Закона о банкротстве и судебной практике, лица, являющиеся заинтересованными по отношению к должнику, не могут не знать о злоупотреблении правом при заключении сделок и цели причинения вреда кредиторам. (Определение Верховного Суда РФ от 25.09.2023 г. № 306-ЭС21-3505(4,6) по делу № А65-27794/2018 и др.).

Следовательно, они не могли не знать об обстоятельствах в связи, с которыми производится отчуждение имущества, и что совершение сделки несло в себе цель отчуждения имущества для предотвращения возможного обращения на него взыскания.

В соответствии с положением ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

К договору дарения приложено согласие от 07.07.2014 г., подписанное должником на совершение дарения, в котором закреплено, что брачный договор с супругой не заключался и режим совместной собственности на имущество не изменен.

Согласно п.7 ст. 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей.

Довод ФИО1 о том, что оспариваемая сделка была совершена в рамках обычных семейных отношений, был отклонен судом первой инстанции, поскольку с точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.07.2019 № 308-ЭС19-4372 по делу № А53-15496/2017).

Помимо изложенного, суд принял во внимание, что  Должником и его супругой в пользу дочери помимо спорного дома и земельного участка были отчуждены также иные , находившиеся в совместной собственности супругов жилые помещения, а именно 2 квартиры, расположенные в муниципальном округе Строгино, площадью 96,1 кв м и 114, 6 кв м, таким образом, должник не располагает каким-либо принадлежащим ему на праве собственности имуществом, в связи с чем

Указание должника на то обстоятельство, что он не имеет жилой недвижимости и проживает совместно с супругой в оспариваемом доме, который обладает исполнительским иммунитетом как единственно принадлежащее должнику жилье,  было отклонено судом первой инстанции.

Согласно ответа на запрос суда первой инстанции от ГУ МВД России по г. Москве от 27.05.2024  по имеющимся учетам отдела адресно-справочной работы УВМ ГУ МВД России по г. Москве жена – ФИО2 зарегистрирована с 10.03.2010 г. по месту жительства по адресу: г. Москва, ул. Твардовского, д. 14, кв. 63. Дочь должника – ФИО3 также с 10.03.2010 г. зарегистрирована по этому же адресу. Таким образом, семья проживает, в благоустроенной квартире имеющей площадь 114,6 кв. м.

Изменение супругами М-выми  адреса регистрации  16.05.2025, то есть после принятия судебного акта Арбитражным судом г. Москвы по настоящему обособленному спора на дом № 15 в д. Славково Московской области свидетельствует о совершении действий, направленных  на искусственное создание условий для применения исполнительского иммунитета.

Кроме того, дарение дочери единственного жилья, для должника и его супруги, как указывает ФИО1, не отвечает признакам добросовестности.

Согласно общему подходу для констатации ничтожности сделки по ст.ст. 10, 168 ГК РФ, помимо злоупотребления правом со стороны должника, необходимо также установить факт соучастия либо осведомлённости другой стороны сделки о противоправных целях должника. При этом осведомлённость контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно (в том числе случаи, если контрагент является заинтересованным или аффилированным лицом) (Определение ВС РФ от 15.06.2016 г. № 308–ЭС16–1475 по делу № А53–885/2014, Определение СК по экономическим спорам ВС РФ от 28.12.2015 г. № 308–ЭС15–1607, Определение ВС РФ от 26.09.2019 г. № 305–ЭС–19–15819 по делу № А40–128608/2017, Постановление АС Московского округа от 24.09.2019 г. № Ф05–22205/2018 по делу № А40– 220309/2016, Определение ВС РФ от 24.01.2020 г. № 305–ЭС19–25514 по делу № А40–220309/2016).

Из материалов дела следует, что должник обладал формальной платёжеспособностью, но фактически не обладал активами, с помощью которых мог бы погасить обязательства перед ООО «Банк БФТ», в котором являлся Заместителем Председателя Правления и за совершение действий повлекших несостоятельность банка, привлечен к субсидиарной ответственности.

В связи с чем должник дал согласие на совершение оспариваемой сделки заведомо с противоправной целью вывести имущество, что является нарушением ст. 10 ГК РФ.

В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 названной статьи).

Поскольку право собственности на спорные объекты недвижимости: земельный участок, с кадастровым номером: 50:08:0050410:120 и здание (жилой дом) с кадастровым номером: 50:08:0050410:752 перешло в собственность члену семьи –дочери ФИО3, последствием недействительности является возврат имущества в конкурсную массу должника и восстановление режима совместной собственности ФИО2 и ФИО1.

При этом апелляционная коллегия отмечает, что правовая возможность возврата по недействительным сделкам имущества должника в его конкурсную массу является одним из обстоятельств, имеющих значение для правильного решения обособленного спора по оспариванию сделок должника, в подобных судебных спорах суд должен решить и вопрос о перспективе применения ограничения исполнительского иммунитета в отношении этого имущества.

Как разъяснено в пункте 16 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан (утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.25), при определении жилья, на которое распространяется исполнительский иммунитет, учитываются объекты недвижимости, принадлежащие должнику на праве собственности, однако, спорные дом и земельный участок должнику на праве собственности не принадлежат.

В пункте 17 названного Обзора также указано, что при выборе единственного жилья, подлежащего исключению из конкурсной массы, необходимо учитывать место фактического проживания должника и членов его семьи, которое в рамках настоящего обособленного спора было изменено должником и его супругой на спорный объект недвижимости после принятия обжалуемого судебного акта.

Одновременно апелляционный суд учитывает, что суд первой инстанции установил, что спорный дом и земельный участок относятся к категории дорогостоящего, а в суде апелляционной инстанции представитель ГК АСВ поддержал указанную позицию, дополнительно пояснив, что рассматривает спорный дом и земельный участок как роскошное жилье.

В пунктах 21- 22 Обзора разъяснено, что решение об отказе в применении к жилью исполнительского иммунитета может быть принято только при экономической целесообразности его реализации и при условии соблюдения баланса интересов кредиторов, должника и членов его семьи.

Для признания жилья роскошным оценке в совокупности подлежат как превышение площади объекта над нормативом предоставления, так и иные характеристики конкретного объекта: жилая площадь объекта, место расположения, конструктивные особенности, внешнее и внутреннее художественное оформление, уровень инфраструктуры в районе нахождения, техническое оснащение и другие.

Однако, указанные обстоятельства в рамках рассмотренного судом первой инстанции обособленного спора не устанавливались и не исследовались.

Более того, в  пунктах 26 - 28 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025, указано, что до реализации единственного жилья должнику должно быть предоставлено замещающее жилье, достаточное для сохранения достойного образа жизни должника и членов его семьи, расположенное в пределах того же населенного пункта, где эти лица проживают. Финансовый управляющий должен своевременно вынести на обсуждение собрания кредиторов вопросы о целесообразности реализации единственного жилья должника, а также о порядке приобретения замещающего жилья. Порядок приобретения замещающего жилья, являющийся частью положения о продаже единственного жилья, должен предусматривать конкретные критерии жилья и исходить из приобретения должником права собственности на замещающее жилье не позже момента прекращения права собственности на имеющееся жилье.

Данные обстоятельства также не исследовались судом, соответствующие доказательства в рамках обособленного спора о признании недействительной сделки супруги должника не устанавливались, в связи с чем пункт 20 Обзора судебной практики в рассматриваемом случае не применим.

После определения всего состава недвижимого имущества, принадлежащего должнику, в том числе,  по итогам рассмотрения всех обособленных споров о признании недействительными сделок по отчуждению объектов недвижимости, возврата их в конкурсную массу, должник не лишен возможности обратиться в суд с заявлением об исключении того или иного объекта недвижимости из конкурсной массы, при разрешении которого и будет установлен факт наличия или отсутствия исполнительского иммунитета у объекта недвижимости, с учетом его характеристик и поведения должника.

Таким образом, судом первой инстанции правильно применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника спорной квартиры.

Доводы апелляционной жалобы свидетельствуют о несогласии апеллянта с установленными судом обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд                   

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.04.2025г. по делу № А40-149478/21 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья:                                                       О.И. Шведко


 Судьи:                                                                                             Д.Г. Вигдорчик


                                                                                                          В.В. Лапшина