Постановление от 19 января 2026 г. 9 ААС (Девятый арбитражный апелляционный суд)

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-46080/2025

г. Москва Дело № А40-113996/2520 января 2026 г.

Девятый арбитражный апелляционный суд

в составе судьи И.В. Худобко (единолично),

рассмотрев в порядке упрощённого производства апелляционную жалобу ООО "СНАБИНТРАСТ" на решение Арбитражного суда города Москвы от 23.07.2025 по делу № А40-113996/25, рассмотренному в порядке упрощенного производства, по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СНАБИНТРАСТ" (ИНН: <***>)

к КОММЕРЧЕСКОМУ БАНКУ "ЛОКО-БАНК" (ИНН: <***>)

о взыскании

без вызова сторон,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "СНАБИНТРАСТ" обратилось в суд с иском к Коммерческому банку "Локо-Банк" (акционерное общество) о взыскании убытков в размере 852 929,80 руб.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 16.05.2025г исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства, по правилам главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

14.07.2025 Арбитражный суд г. Москвы вынес резолютивную часть решения в порядке ч. 1 ст. 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) об отказе в удовлетворении исковых требований.

Мотивированное решение по заявлению истца изготовлено 23.07.2025.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец подал апелляционную жалобу, в которой просит отменить решение Арбитражного суда г. Москвы и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Так в обоснование заявленных требований заявитель указывает, что суд неправильно разделил отношения сторон на две «независимые группы сделок» (две конверсионные операции и отдельно — платёж в турецких лирах), тогда как все операции фактически представляли собой единую услугу Банка по проведению трансграничного платежа в адрес турецкого контрагента истца. Банк знал единственную экономическую цель клиента — осуществление валютного платежа турецкому партнёру, а выбор Банка был обусловлен его рекламой и заверениями на официальном сайте о надлежащем проведении операций в турецких лирах.

Заявитель также указывает, что суд, сославшись на иностранные санкции, отнёс невозможность исполнения платежа и все связанные с этим последствия исключительно к предпринимательскому риску истца. Тогда как Банк сам является профессиональным участником рынка трансграничных валютных операций и также обязан был предвидеть санкционные риски, а потому недопустимо перекладывать санкционное давление только на клиента. Такой подход нарушает принцип справедливости и ведёт к одностороннему распределению предпринимательского риска в пользу Банка.

По мнению заявителя, Банк, действуя добросовестно должен был минимизировать убытки клиента. Вместо этого он установил при обратной конверсионной сделке несправедливый курс, существенно отличающийся от курса Банка России, и таким образом фактически заработал на коммерческом просчёте истца 852 929,80 руб., не предприняв никаких мер по снижению убытков. По мнению заявителя, это является получением необоснованной выгоды из недобросовестного поведения, тогда как суд указал на отсутствие злоупотребления правом и недобросовестности.

Заявитель полагает, что ошибочным являются и вывода суда первой инстанции в части того, что то взыскание убытков якобы приведёт к тому, что «коммерческие просчёты и неоправданные риски клиентов» будут компенсироваться за счёт банков, что нарушит баланс интересов и будет стимулировать клиентов к неоправданным решениям. Заявитель указывает, что такой подход игнорирует обязанности участников гражданского оборота действовать добросовестно и не получать преимуществ из своего недобросовестного поведения, а также игнорирует принцип справедливого распределения предпринимательского риска между Банком и клиентом.

Суд пришёл к выводу, что договор расчётно-кассового обслуживания не содержит обременительных условий, а стороны являются равноправными, поскольку условия применяются и к другим клиентам. Апеллянт возражает и данной части и указывает, что договор является договором присоединения (ст. 428 ГК РФ), а он - заведомо слабой стороной, не имеющей возможности влиять на условия. Факт применения условий к другим клиентам не исключает их обременительности. Ссылкой на Обзор практики ВС РФ № 1 (2024), п. 15, заявитель подчёркивает недопустимость явно обременительных условий в договорах присоединения и необходимость судебного контроля их разумности и справедливости.

В материалы дела от ответчика поступил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которого, он просит оставить без изменения решения суда первой инстанции, а апелляционную жалобу без удовлетворения, поскольку судом не было допущено нарушений норм процессуального и материального права.

Информация о принятии апелляционной жалобы вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте Девятого арбитражного апелляционного суда (www.9aas.arbitr.ru) и Картотеке арбитражных дел по веб-адресу: (www.//kad.arbitr.ru/) в соответствии положениями ч. 6 ст. 121 АПК РФ (дата публикации 12.09.2025).

Дело рассматривается в порядке упрощенного производства в соответствии со ст. 228 АПК РФ без вызова сторон, извещенных о рассмотрении дела надлежащим образом.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. ст. 266, 268 АПК РФ.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 06.11.2024 истец заключил договор расчетно-кассового обслуживания путем подписания заявления о присоединении к Правилам открытия и обслуживания банковского счета в КБ «ЛОКОБанк» (АО), в рамках которого открыты счета № 40702810********9002 (расчетный счет; валюта: RUB 2 ), №********9010 (текущий валютный счет; валюта: TRY), № 40702949********9020 (транзитный валютный счет; валюта: TRY).

12.11.2024 истец осуществил конверсионную сделку, в рамках которой конвертировал российскую валюту в сумме 4 348 543,75 руб. на турецкие лиры для проведения платежа из расчета 1 турецкая лира – 3,11 руб., что составляет 1 398 245, 58 турецких лиц.

Также 12.11.2024 по системе дистанционного банковского обслуживания истец направил заявление № 4 на перевод средств на сумму 1 398 245,58 турецких лир (TRY), получателю платежа: ABCD MUHENDISLIK SAN. VE TIC LTD. STI.

Судом также установлено, что 12.11.2024 банк посредством системы передачи финансовых сообщений Банка России (СПФС) передал платежное поручение банку посреднику, что подтверждается копией SWIFT сообщения от 12.11.2024 (идентификатор платежа: SET2411120000068).

Также судом установлено, что 12.11.2024 денежные средства списаны со счета истца № 40702949********9010 и с корреспондентского счета КБ «ЛОКО-Банк» перечислены на корреспондентский счет банка-корреспондента.

Совокупность названных обстоятельств по приобретению истцом турецкой лиры и осуществление последующего перевода на счет банка-корреспондента для возможности зачисления на счет контрагента истца подтверждается предоставленными в материалы дела доказательствами и не оспаривается сторонами.

Судом при рассмотрении дела также установлено, что турецкий банк-получатель отказался зачислить деньги своему клиенту – получателю платежа и вернул денежные средства спорного перевода, на кор/счет ответчика, которые в последующем зачислены на счет истца 15.11.2024, что подтверждается выпиской по счету № 40702949********9010.

При этом из предоставленных в материалы дела документов следует, что возврат денежных средств инициирован банком - получателем 14.11.2024. В SWIFT-сообщении от 15.11.2024 о возврате спорных средств (сформировано в рамках платежа с идентификатором SET2411120000068) банк-получатель указал комментарий “рискованный сектор”, что связано с его внутренней политикой управления санкционными рисками.

Также судом установлено, истец в последующем продал принадлежащие ему турецкие лиры в размере 1 398 245,38 по курсу 2,5 руб. за одну турецкую лиру, что подтверждается предоставленным в материалы дела банковским ордером №003/0022/3 от 04.02.2025.

Разница между курсом приобретения истцом турецкой лиры (1 турецкая лира – 3,11 руб.) и ценой последующей продажи данной валюты (1 турецкая лица – 2,5 руб.), по мнению истца, являются его убытком, который подлежит возмещению за счет ответчика.

Суд первой инстанции, оценив по правилам ст. 71 АПК РФ представленные по делу доказательства, руководствуясь положениям ст. ст. 2, 10, 309, 310, 317, 454, 851, 865 (далее – ГК РФ), Федеральным законом от 10.12.2023 №173-ФЗ «О валютной регулировании и валютной контроле" пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, поскольку не нашел нарушений со стороны ответчика в рамках возникших между сторонами правоотношений, которые могли бы являться необходимым и достаточным основанием для взыскания с ответчика спорных убытков.

Изучив материалы дела, повторно рассмотрев дело, с учетом положений ст. 71 АПК РФ, проверив выводы суда первой инстанции, а также доводы жалобы, апелляционный суд не усматривает правовых оснований для отмены решения суда первой инстанции, исходя при этом из следующего.

Так применительно к предмету и основаниям заявленных исковых требований, учитывая возражения ответчика, судом первой инстанции правильно определен предмет доказывания по настоящему делу с учетом норм материального права, подлежащего применению.

В частности, согласно п. 1. ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 ГК РФ (п. 2 ст. 393 ГК РФ).

В соответствии со ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Анализ названных законодательных положений позволяет сделать вывод о том, что основанием для взыскания с контрагента убытков на основании ст. 393 ГК РФ является совокупность следующих обязательных условий: установление факта ненадлежащего исполнения обязанностей по договору, наличие убытков и их размер, а также причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением обязательств по договору и понесенными убытками. Более того, поскольку иск заявлен о взыскании убытков, возникших из договорных отношений, то в рассматриваемом деле подлежат применению положения ст. 401 ГК РФ, которая предусматривает возможность устранения или ограничения ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств, если данные положения содержатся в том или ином договоре.

Таким образом, принимая во внимание названные выше законодательные положения, а также установленные при рассмотрении дела фактические обстоятельства, свидетельствующие об исполнении со стороны ответчика обязанности по перечислению денежных средств на счет иностранного контрагента истца и неполучение последним денежных средств исключительно по причине отклонения данного платежа иностранным банком, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии в действиях ответчика нарушений договорных условий, которые могли бы являться необходимым и достаточным основанием для применения к ответчику заявленной истцом меры гражданско-правовой ответственности.

Выводы суда первой инстанции в данной части соответствуют как нормативного регулированию (Указ Президента РФ от 08.08.2022 №529), так и правовому подходу, сформированному Верховным Судом РФ в Определении от 20.11.2023 № 305-ЭС23-11869.

Иную правовую оценку доводы апелляционной жалобы могли бы получить, в ситуации, если бы со стороны банка не было предпринято никаких мер по перечислению спорных денежных средств в турецких лирах в пользу иностранного контрагента и на момент возникновения между сторонами спорных правоотношений ответчик уже располагал бы информацией о невозможности исполнения соответствующего платежного поручения истца. Подобного рода обстоятельства могли бы свидетельствовать о наличии в действиях банка признаков недобросовестного или неразумного поведения.

Однако, фактические обстоятельства настоящего дела совершенно иные и поведение ответчика, вопреки доводам апелляционной жалобы, не отклонялось от модели добросовестного и разумного (п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ).

Таким образом, суд не может согласиться с доводом апелляционной жалобы, что судом первой инстанции не правильно определены фактические обстоятельства в части квалификации всех правоотношений возникших с банком как единой сделки, поскольку продажа приобретенной через ответчика валюты не обусловлена нарушением со стороны ответчика каких-либо договорных условий.

Не соглашаясь с правовой позицией заявителя, апелляционный суд также полагает необходимым указать, что при рассмотрении дела не установлено обстоятельств, свидетельствующих об использовании ответчиком какого-либо преимущества в возникших между сторонами правоотношениях, поскольку обратная продажа приобретённых у ответчика турецких лир происходила исключительно по воле самого истца, который был вправе, например, использовать данные денежные средства для оплаты в правоотношениях с иными контрагентами, а равно, дождаться более высокого курса для продажи данных валюты.

Судом апелляционной инстанции не установлено обстоятельств, свидетельствующих о нарушении положения действующего законодательств и при установлении курса турецкой лиры при покупке у истца данной валюты.

Так Положением о порядке установления (изменения) курсов иностранных валют в КБ «ЛОКОБанк» (АО) (утв. распоряжением КБ «ЛОКО-Банк» (АО) от 28.11.2018 № 137-р) предусмотрено, что ежедневно сотрудники Департамента финансовых рынков банка устанавливают курсы банка для проведения безналичных операций с иностранной валютой в офисах банка и системах дистанционного банковского обслуживания (п. 4.1.1.1.). При установке курсов банка сотрудник Департамента финансовых рынков банка определяет текущие курсы Московской Межбанковской Валютной Биржи и действующий сценарий для определения спредов (разницы между курсом покупки и курсом продажи валюты), при этом разница с биржей не должна быть менее половины минимального спреда для действующего сценария. До момента получения информации об очередном изменении курса от сотрудника Департамента финансовых рынков банка, сотрудники офисов используют в расчетах последнюю информацию о курсе, поступившую из Департамента финансовых рынков банка (п. 4.1.1.5 – 4.1.1.6.).

Пунктом 4.1.2.1. предусмотрена возможность установления льготного курса по безналичным операциям при наличии согласования должностного лица банка, которому делегировано это право Председателем Правления КБ «ЛОКО-Банк» (АО). Установление льготного курса для валютной пары RUB-TRY допускается п. 4.1.2.3. указанного положения.

Право банка самостоятельно устанавливать валютный курс, применяемый по операциям со своими клиентами, предусмотрено ч. 7 ст. 14 Федерального закона от 10 декабря 2003 г. № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле».

В соответствии с п. 2 ст. 317 ГК РФ в денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах (экю, «специальных правах заимствования» и др.). В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон.

Таким образом, положения п. 2 ст. 317 ГК РФ не устанавливают императивных условий по погашению обязательств в рублях (в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте) по официальному курсу. Данный курс подлежит применению в случае, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

Из вышеприведенных условий договора банковского счета следует, что обязанность банка проводить конверсионные операции по курсу Центрального Банка РФ или на условиях клиента в рамках данного договора отсутствует.

Доводы апелляционной жалобы в части обременительных условий возникших между сторонами правоотношений не имеет правового значения для рассмотрения настоящего дела, поскольку предметом спора является взыскание убытков, составляющей разницу между ценой приобретения валюты у ответчика и ее последующей продажи ответчику по другому курсу.

Нарушений норм материального или процессуального права при принятии обжалуемого решения арбитражным судом первой инстанции допущено не было.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со ст. 102, 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266–269, 270, 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 23.07.2025 по делу № А40-113996/25 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в Арбитражный суд Московского округа.


Судья: И.В. Худобко