Постановление от 5 октября 2025 г. по делу № А70-4261/2023

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А70-4261/2023
06 октября 2025 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 02 октября 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 октября 2025 года.


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Самович Е.А.,

судей  Брежневой О.Ю., Губиной М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  08АП-6436/2025) Государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» на определение Арбитражного суда Тюменской области от 28.07.2025 по делу №  А70-4261/2023 (судья Сажина А.В.), вынесенное по результатам рассмотрения вопроса об утверждении отчета финансового управляющего и завершении процедуры реализации имущества гражданина, выплате вознаграждения, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: Тюменская область, г. Заводоуковск, ИНН <***>, СНИЛС <***>),

в отсутствие в судебном заседании лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащих образом о времени и месте судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

03.03.2023 ФИО2 (далее – должник) обратился (нарочно) в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании банкротом и о введении в отношении него процедуры реализации имущества гражданина, утверждении финансового управляющего из числа членов Ассоциации «Сибирская гильдия антикризисных управляющих».

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 29.03.2023 заявление принято к производству, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 01.06.2023 (резолютивная часть объявлена 30.05.2023) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждён ФИО3.

Сведения о введении процедуры реализации имущества опубликованы в издании «Коммерсант» №103(7548) от 10.06.2023.

Определением Арбитражного суда Тюменской области (резолютивная часть объявлена 25.09.2024) ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 24.10.2024 финансовым управляющим должника утвержден ФИО4.

27.03.2025 от финансового управляющего поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.07.2025 процедура реализации имущества ФИО2 завершена, ФИО2 освобождён от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина; арбитражному управляющему ФИО4 перечислено вознаграждение за проведение процедуры реализации имущества должника в размере 25 000 руб. с депозитного счета Арбитражного суда Тюменской области за счет денежных средств, поступивших на основании платежного поручения № 690378 от 25.05.2023.

Несогласие с указанным определением обусловило обращение Государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» (далее – ВЭБ.РФ, кредитор) в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой её податель просил отменить определение Арбитражного суда Тюменской области от 15.07.2025 по настоящему делу о завершении процедуры реализации имущества, направить спор на рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование апелляционной жалобы её подателем указано, что принятие решения о завершении банкротства ФИО2 является преждевременным, а решение об освобождении должника от исполнения обязательств является несоответствующим закону и фактическим обстоятельствам дела

По мнению апеллянта, арбитражным управляющим не были выполнены все мероприятия, предусмотренные Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В частности, финансовым управляющим не проведен анализ переводов электронных денежных средств от граждан и юридических лиц (анализ банковских выписок о движении денежных средств) за трёхлетний период, предшествующий принятию заявления о признании должника банкротом; также им не были в полном объёме направлены запросы в регистрирующие органы для сбора информации о финансовом положении должника и выявления имущества (ФИПС, Роспатент и другие регистрирующие органы). Отсутствует информация о принятии мер, направленных на выявление и анализ информации о наличии/отсутствии возбужденных (ранее возбуждавшихся) уголовных дел в отношении должника.

Также подателем апелляционной жалобы обращено внимание на то, что согласно статье 2 Закона о банкротстве целью процедуры реализации имущества должника является соразмерное удовлетворение требований кредиторов. Данная цель в анализируемой процедуре достигнута не была.

Из судебного акта о завершении процедуры банкротства следует, что за период проведения процедуры банкротства финансовым управляющим сформирован реестр требований кредиторов должника на сумму 9 439 876 руб. 90 коп., конкурсная масса должника ФИО2 сформирована за счет выручки от продажи имущества и составила 658 498 руб. 96 коп., требования кредиторов, включенных в реестр, погашены в размере 573 050 руб. 30 коп. Однако денежных средств в счет погашения задолженности в адрес кредитора ВЭБ.РФ не поступало.

Кроме того, как отмечено апеллянтом, в нарушение положений Закона о банкротстве финансовым управляющим не направлен отчет о результатах процедуры реализации имущества гражданина в адрес ВЭБ.РФ.

Кредитор также указал, что в рассматриваемом случае налицо злоупотребление правом со стороны должника, который решил использовать правовые инструменты для того, чтобы освободить себя от обязательств, которые возникли в результате осознанных действий самого должника. Освобождение должника от исполнения обязательств в подобных условиях будет означать потворство противоправному поведению и злоупотреблению правом, а также обесценивать общие принципы гражданского права, исходящие из того, что сторона гражданских правоотношений должна нести ответственность за принятые на себя обязательства.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2025 данная апелляционная жалоба принята к производству, назначена к рассмотрению в судебном заседании суда апелляционной инстанции на 02.10.2025.

29.09.2025 финансового управляющего в материалы дела поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором испрошено определение Арбитражного суда Тюменской области от 28.07.2025 по делу № А70-4261/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ВЭБ.РФ – без удовлетворения; апелляционную жалобу рассмотреть в его отсутствие.

Лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257 – 262, 266, 270, 272 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции установил следующее.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и статьёй 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве; отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Согласно положениям пунктов 1 и 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проанализировать действия финансового управляющего по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, проверить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника.

В ходе процедуры реализации имущества ФИО2 финансовый управляющий 27.03.2025 представил в арбитражный суд, в том числе реестр требований кредиторов должника, отчет о своей деятельности и о результатах проведения реализации имущества, расходовании денежных средств, ответы регистрирующих органов, анализ финансового состояния должника, заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства; заявил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника.

Кроме этого, финансовым управляющим 28.04.2025 к приобщению были предложены дополнения по делу (к ходатайству о завершении процедуры реализации имущества гражданина), сопровождённые описью имущества должника по состоянию на 21.11.2023 и справкой Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 8 по Тюменской области от 15.06.2023 № 03-32/02639 об открытых банковских счетах ФИО2

Также финансовым управляющим 14.07.2025 в материалы дела представлены выписки по счётам, открытым в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк»), Банке ВТБ (публичное акционерное общество) (далее – Банк ВТБ (ПАО)), акционерном обществе «Альфа-Банк», а также запрос на предоставление выписок от 04.07.2025 исх. № 530, адресованный, помимо названных выше кредитных организаций, акционерному обществу «ТБанк», публичному акционерному обществу «Совкомбанк».

Из представленных документов следует, что после признания должника банкротом и введения процедуры реализации имущества, было размещено соответствующее сообщение в издании «Коммерсантъ» 10.06.2023, организован прием требований кредиторов к должнику.

Во исполнение обязанностей, предусмотренных статьей 129 Законом о банкротстве, финансовым управляющим должника были предприняты меры по выявлению (поиску) имущества должника, а именно направлены запросы в компетентные органы, в том числе осуществляющие учет транспортных средств, регистрацию прав на недвижимое имущество.

Объект недвижимости по адресу: Тюменская область, г. Заводоуковск, ул. Дзержинского д.22, кв. 3, с кадастровым номером 72:08:0107020:13, площадью 88,4 кв. м (1/4 доли в праве), является единственным жильем должника, не подлежащим включению в конкурсную массу.

С учетом принятия всех предусмотренных законодательством о банкротстве мер по выявлению, возврату и реализации имущества должника финансовым управляющим выявлено имущество, подлежащее реализации, – легковой автомобиль, марка: Mercedes-Bens GL-Klasse, модель: GL500, год изготовления: 2010, цвет: черный, VIN <***>, ПТС: 38 РА № 090029, г/н: <***>, мощность двигателя, л. с. (кВт): 388; реализован по цене 658 498 руб. 96 коп.

Возвратная тара согласно пояснениям должника от 02.07.2025 у него в натуре отсутствует.

Должник не трудоустроен, получателем пенсии и иных доходов не является, в браке не состоит (брак прекращен 26.05.2022 с ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ г.р.), на иждивении находятся двое несовершеннолетних детей.

В отношении супруги должника согласно ответам регистрирующих органов не выявлено имущество, подлежащее включению в конкурсную массу.

Конкурсная масса должника ФИО2 сформирована за счет выручки от продажи имущества и составила 658 498 руб. 96 коп.

В результате проведенного анализа финансовым управляющим не выявлено каких-либо сделок, обладающих признаками недействительности, признаков фиктивного либо преднамеренного банкротства не установлено.

На дату рассмотрения отчета финансового управляющего реестр требований кредиторов сформирован на сумму 9 439 876 руб. 90 коп., из них 1 497 833 руб. 58 коп. – требования третьей очереди, обеспеченные залогом, в том числе:

1-я очередь: отсутствует;

2-я очередь: 234 709 руб. 37 коп. (уполномоченный орган; задолженность погашена в размере 19,71%);

3-я очередь: 9 439 876 руб. 90 коп. (АО КБ «Локо Банк», Банк ВТБ (ПАО), ООО «Двенадцать», ПАО Сбербанк, ООО «Феникс», уполномоченный орган, ВЭБ.РФ, индивидуальный предприниматель ФИО6).

Требования ООО ТК «Алтай», уполномоченного органа признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника в размере 806 644 руб. 63 коп.

Поскольку достаточного для погашения требований кредиторов имущества, подлежащего реализации в процедуре банкротства у должника, не выявлено, требования кредиторов, включенных в реестр, погашены в размере 573 050 руб. 30 коп. (5,47%), включая требования залогового кредитора в сумме 526 799 руб. 20 коп. (35,17%).

Оснований для проведения иных мероприятий в рамках процедуры реализации имущества гражданина судом не установлено, в связи с чем суд первой инстанции пришёл к заключению, что оснований для ее продления не имеется.

Сумма расходов на проведение процедуры реализации имущества гражданина составила 42 779 руб. 66 коп. (расходы на публикации; почтовые расходы), процентное вознаграждение управляющего составило 46 094 руб. 93 коп. (7% от выручки).

Текущие расходы погашены.

В силу пункта 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Рассмотрев отчет финансового управляющего, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина и иные документы, учитывая, осуществление мероприятий реализации имущества гражданина управляющим, суд пришёл к выводу о необходимости завершения реализации имущества гражданина в отношении должника на основании статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Судебная коллегия полагает возможным согласиться с выводами суда первой инстанции на основании следующего.

В материалы дела финансовым управляющим представлены ответы из кредитных организаций, налогового органа, в которых сообщено об имеющихся счетах должника. Финансовым управляющим представлены документы, свидетельствующие о наличии у должника открытых счетов, управляющим направлены запросы о блокировке счетов. В связи с изложенным оснований полагать, что при подготовке финансового анализа и заключения финансовым управляющим не анализировались выписки по счетам должника, у суда не имеется, само по себе отсутствие письменного анализа переводов электронных денежных средств об ином не свидетельствует.

Краткий анализ движения денежных средств по счетам должника приведён в процессуальном документе «Заявление о приобщении документов в материалы дела», представленном в суд финансовым управляющим имуществом должника 14.07.2025.

Кредитором вместе с тем не обосновано, возможно ли обнаружение источников для формирования конкурсной массы в результате анализа банковских выписок о движении денежных средств за трехлетний период, не указано, мог ли должник, либо его супруга иметь какой-либо значительный оборот по счетам денежных средств (исходя из уровня дохода должника, его супруги и образа их жизни), имеются ли обоснованные предположения о возможности совершения должником подозрительных или предпочтительных сделок.

Ввиду изложенного довод подателя жалобы о том, что необходимые мероприятия для завершения процедуры реализации имущества должника не выполнены в полном объеме, судом апелляционной инстанции признается несостоятельным.

В материалах дела имеется опись имущества должника, запросы финансового управляющего в государственные органы в отношении должника, копии ответов на запросы финансового управляющего, финансовый анализ, заключение о признаках преднамеренного/фиктивного банкротства. Документы приобщены к материалам дела и исследованы судом первой инстанции при вынесении обжалуемого определения.

Довод апелляционной жалобы о том, что в материалах дела отсутствуют ответы из ФИПС, Роспатента и иных регистрирующих органов, подлежит отклонению, поскольку конкурсный кредитор не обосновал, каким образом отсутствие указанных сведений может повлиять (повлияло) на формирование конкурсной массы должника.

Реальная возможность пополнения конкурсной массы должника апеллянтом не подтверждена. Доказательств, с очевидностью свидетельствующих о том, что дальнейшее продление процедуры банкротства гражданина будет направлено на уменьшение его долгов и погашение задолженности перед кредиторами, в материалы дела не представлено.

Какие-либо действия (бездействие) финансового управляющего, в частности, по формированию конкурсной массы, выявлению имущества должника и оспариванию сделок должника за весь период банкротства должника незаконными не признавались.

В апелляционной жалобе кредитор, ссылаясь на преждевременное завершение процедуры реализации имущества в отношении должника, указывает, что денежные средства от реализации транспортного средства «Mercedes-Bens GL-Klasse» в его адрес не поступали.

Довод кредитора о преждевременности завершения процедуры банкротства в отношении ФИО2 по указанному основанию отклоняется судебной коллегией, поскольку не может являться основанием, препятствующим завершению процедуры реализации имущества гражданина.

Как следует из отчета финансового управляющего о своей деятельности, в реестре требований кредиторов должника имеется кредитор АО «КБ «Локо-банк», чьи требования в размере 1 497 833 руб. 58 коп. обеспечены залогом имущества должника (автомобиля Mercedes-Bens GL-Klasse).

Ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе, текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80 процентов стоимости данного имущества, если залог обеспечивает кредитные обязательства (статья 18.1, пункт 2 статьи 138 Закона о банкротстве). В первоочередном порядке за счет средств, вырученных от реализации предмета залога, подлежат погашению требования залогового кредитора в полном объеме и погашение расходов, связанных с обеспечением сохранности предмета залога и с его реализацией.

Как видно из отчета финансового управляющего, денежные средства распределены с учетом положений пункта 2 статьи 138 Закона о банкротстве: частично погашены требования залогового кредитора, уполномоченного органа, текущие расходы финансового управляющего, выплачено вознаграждение финансовому управляющему за реализацию залогового имущества.

В рассматриваемом случае, вопреки позиции подателя жалобы, неверное (по мнению апеллянта) распределение финансовым управляющим денежных средств, вырученных от реализации залогового имущества должника, не может являться основанием для продления процедуры банкротства при завершении всех мероприятий финансовым управляющим. Однако в случае несогласия с произведенным финансовым управляющим распределением денежных средств кредиторы, в частности, ВЭБ РФ, не лишены права обратиться с заявлением о взыскании с арбитражного управляющего убытков. На сегодняшний день конкурсная масса должника распределена, поэтому отмена обжалуемого судебного акта по указанному апеллянтом основанию не приведет к восстановлению прав кредитора.

На основании изложенного, руководствуясь полученными в ходе процедуры реализации сведениями относительно имущественного положения должника, не позволяющего осуществить окончательный расчет с кредиторами, суд первой инстанции посчитал возможным завершить процедуру реализации имущества в отношении ФИО2

Судебная коллегия отмечает, что процедура реализации имущества гражданина подлежит продлению в случае, если не исчерпаны все мероприятия, предусмотренные процедурой, как то пополнение конкурсной массы, а также непроведение расчетов с кредиторами. В данном же случае, завершая процедуру реализации имущества гражданина, суд первой инстанции обоснованно исходил из отсутствия иного имущества должника и невозможности дальнейшего удовлетворения требований кредиторов. Апелляционный суд полагает достаточной информацию, запрошенную финансовым управляющим в регистрирующих органах в отношении должника и его супруги для постановки вывода об отсутствии у последних каких-либо ценных активов.

Обжалуя судебный акт, кредитор документально не подтвердил наличие оснований для отмены определения о завершении процедуры реализации имущества должника. Доводы заявителя не свидетельствуют о наличии оснований для продолжения процедуры банкротства должника. Продление процедуры при установленных обстоятельствах отсутствия у должника имущества приведет к необоснованному затягиванию процедуры банкротства, существенному нарушению прав должника, который, в целях соблюдения баланса интересов кредиторов, должен претерпевать неблагоприятные для себя последствия признания банкротом, существенные ограничения в правах как личных, так и имущественных.

С учетом изложенного следует признать, что суд первой инстанции правомерно завершил процедуру реализации имущества в отношении должника.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что сведения о наличии (отсутствии) судимости или факта уголовного преследования либо о прекращении уголовного преследования в отношении должника финансовым управляющим не запрашивались, поскольку обстоятельств, не допускающих освобождение гражданина от исполнения обязательств, в период процедуры реализации имущества не наступало, а справка о наличии (отсутствии) судимости не является обязательной в рамках дела о банкротстве.

Довод о ненаправлении финансовым управляющим в адрес кредитора отчёта о результатах процедуры реализации имущества гражданина, учитывая, что процедура длилась более двух лет, креме того, требование ВЭБ.РФ включено в реестр требований кредиторов должника определением от 25.01.2024, соответственно, ВЭБ.РФ, добросовестно пользуясь своими процессуальными правами, имело возможность принять меры к ознакомлению с материалами дела, не может быть признан достаточным основанием для отмены судебного акта.

Более того, решением от 01.06.2025 (об открытии процедуры), определениями от 26.12.2024 (о назначении судебного заседания по рассмотрению отчёта финансового управляющего), от 11.02.2025 (о продлении процедуры реализации имущества гражданина), от 01.04.2025 (об отложении рассмотрения отчёта финансового управляющего), от 29.05.2025 (об отложении рассмотрения отчёта финансового управляющего) конкурсным кредиторам должника было предложено представить:

– возражения (при наличии) по полноте и своевременности мероприятий процедуры;

– мотивированные отзывы относительно возможности завершения процедуры реализации имущества гражданина и освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств.

От реализации соответствующей процессуальной возможности ВЭБ.РФ воздержалось.

Согласно статьям 9, 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Кроме того, в силу части 2 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом неблагоприятные последствия.

Кредитор проявил пассивное процессуальное поведение, не представил отзыв на ходатайство финансового управляющего, о невозможности освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами не заявлял, не ознакомился с материалами дела, хотя впоследствии (на этапе апелляционного обжалования судебного акта) усмотрел основания для представления соответствующих возражений. Подобное процессуальное поведение кредитора не может рассматриваться судом как добросовестное и, как следствие, довод о нарушении прав ВЭБ.РФ ввиду ненаправления ему отчёта подлежит отклонению.

В ходе рассмотрения вопроса о завершении процедуры реализации имущества гражданина судом не установлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии оснований для неприменения в отношении ФИО2 правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами.

По общему правилу после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Указанное позволяет гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам.

Обязательным элементом правовой конструкции освобождения должника-банкрота от исполнения обязательств, как последствия признания его несостоятельным, является добросовестность должника.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820, институт банкротства – этой крайний экстраординарный способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывающих на получение причитающегося им. Названная цель ориентирована исключительно на добросовестного гражданина, призвана к достижению компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывающему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов (пункт 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Освобождение должника от исполнения обязательств само по себе не является целью банкротства гражданина. По общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получении должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.11.2017 № 308-ЭС17-15938).

Отказ в применении к гражданину правил об освобождении от долгов является исключительной мерой, направленной либо на защиту других социально значимых ценностей (в частности, таких как право конкретного лица на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, на получение оплаты за труд, алиментов (пункт 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве)), либо на недопущение поощрения злоупотреблений (например, в виде недобросовестного поведения при возникновении, исполнении обязательств и последующем банкротстве, доведения подконтрольной организации до банкротства, причинения ей убытков, умышленного уничтожения чужого имущества (пункты 4 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.04.2023 № 305-ЭС22-25685 по делу № А40-129309/2021).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Как разъяснено в абзацах 4 – 5 пункта 1 Постановления № 25, поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

Названные в Законе о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

В частности, пунктом 4 указанной нормы предусмотрены исключения из общего правила, когда освобождение гражданина от обязательств не допускается. Перечень случаев, исключающих освобождение должника от обязательств, является исчерпывающим. Освобождение не допускается в случае, если:

– вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

– гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

– доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Согласно абзацу четвёртому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от исполнения обязательств не допускается, в частности, если он злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, что может быть установлено в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», далее – Постановление № 45).

Злостное уклонение от погашения долга выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, которое обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник: умышленно скрывает действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству; несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

При этом, по смыслу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, неудовлетворение требования кредитора, даже длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения долгов.

Принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств также не может являться основанием для не освобождения от долгов. В отличие от недобросовестности, неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429).

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзац 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию и управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника от обязательств, и, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, руководствуясь пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в Постановлении № 45, разъяснениями, содержащимися в Постановлении № 25, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности наличия обстоятельств, позволяющих признать действия должника недобросовестными.

Как установлено судом апелляционной инстанции и следует из материалов банкротного дела, ВЭБ.РФ является кредитором должника на основании определения арбитражного суда от 25.01.2024, которыми требования кредитора в сумме 2 033 628 руб. 51 коп. долга, 124 051 руб. 34 коп. штрафных санкций включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2

Из материалов дела не следует, и кредитором не представлены доказательства, подтверждающие факт того, что при подписании указанных кредитных договоров должник действовал недобросовестно, в том числе, принял на себя заведомо неисполнимые обязательства, что должником предоставлялись недостоверные сведения при оформлении кредитов с целью злоупотребления своим правом, намеренно предпринимались действия по ухудшению своего финансового состояния.

Оснований для вывода о том, что должник умышленно наращивал кредитные обязательства для последующего обращения с заявлением о признании себя банкротом, материалы дела также не содержат. При этом само по себе принятие должником на себя обязательств в значительном размере, в том числе превышающем стоимость его имущества, не исключает применение к гражданину такого последствия признания его несостоятельным, как освобождение от долгов. Принятие на себя обязательств не может быть расценено как действия, направленные на освобождение от долгов, так как такие действия влекут противоположные последствия.

Согласно представленному заключению финансового управляющего, признаки преднамеренного и фиктивного банкротства в отношении должника не выявлены. Возражений относительно проведенного финансовым управляющим анализа финансового состояния должника, как было указано ранее, не заявлялось, жалоб на ненадлежащее исполнение управляющим своих обязанностей в рамках процедуры банкротства не подавалось.

Оценивая совокупность указанных обстоятельств, апелляционный суд приходит к выводу о том, что направленность действий ФИО2 на недобросовестное получение невозможных к возврату кредитов, намерение избежать исполнения обязательств не доказана, то есть не доказаны обстоятельства, которые свидетельствуют об очевидном и явном отклонении действий должника как участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Заведомое предоставление недостоверных сведений не подтверждено. Злостное уклонение от исполнения обязательств не доказано.

Неудовлетворение требований кредиторов в добровольном порядке, даже длительное, не означает умысла должника на причинение им вреда и не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Оснований считать, что в рамках процедуры банкротства должник не раскрыл сведения о своем имущественном положении, об обязательствах и иных документах, имеющих существенное значение для проведения процедуры банкротства, суд апелляционной инстанции не усматривает. Информация, необходимая для ведения процедуры банкротства, должником предоставлялась своевременно.

Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о принятии должником мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не следует.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в данном конкретном случае недобросовестное поведение должника с учетом фактических обстоятельств спора из материалов рассматриваемого дела явно не следует и, принимая во внимание цель института потребительского банкротства, – социальную реабилитацию гражданина, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции и полагает возможным освободить должника от исполнения обязательств перед кредиторами.

Обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены верно, представленные в дело доказательства исследованы полно и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ; выводы суда основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные отношения.

При этом неотражение в судебном акте всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113).

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем, доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, судом первой инстанции не допущено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на подателя жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь статьями269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение  Арбитражного суда Тюменской области от 28.07.2025 по делу №  А70-4261/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный судЗападно-Сибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления  в полном объеме.


Председательствующий


Е.А. Самович

Судьи


О.Ю. Брежнева

М.А. Губина