Постановление от 3 июня 2024 г. по делу № А27-24124/2020

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


город Томск Дело № А27-24124/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 июня 2024 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Фаст Е.В.,

судей: Иванова О.А.,

Кудряшевой Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Мизиной Е.Б., рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№07АП-1324/23 (5)) на определение от 21.03.2024 Арбитражного суда Кемеровской области (судья Нецлова О.А.) по делу № А27-24124/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ЕК-Лоджистикс» (ИНН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего должником ФИО2 к ФИО3 (ИНН: <***>), ФИО4 (ИНН <***>), ФИО5 (ИНН: <***>), обществу с ограниченной ответственностью «ФТЛ-Групп» (ИНН <***>), ФИО1 (ИНН <***>) о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности,

В судебном заседании приняли участие: без участия, извещены,

установил:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 19.07.2021 (резолютивная часть объявлена 12.07.2021) общество с ограниченной ответственностью «ЕК-Лоджистикс» (далее – должник, ООО «ЕК-Лоджистикс») признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура банкротства - конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО2 (далее – конкурсный управляющий).

Указанные сведения размещены в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве – 25.07.2021 (сообщение № 7046532), опубликованы в газете «Коммерсантъ» - №139(7101) от 07.08.2021.

Срок конкурсного производства неоднократно продлевался судом, рассмотрение отчета конкурсного управляющего назначено в судебном заседании 10.04.2024.

Конкурсный управляющий (далее - заявитель) обратился в арбитражный суд 29.06.2023 с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ООО «ФТЛ-Групп», ФИО1 (далее – ответчики) по обязательствам ООО «ЕК-Лоджистикс» в размере 26 498 787,47 руб.

Конкурсный управляющий уточнил требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), заявил отказ от заявления в части требования о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «ФТЛ-Групп».

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 21.03.2024 принят отказ и прекращено производство по заявлению конкурсного управляющего в части требований к ООО «ФТЛ-Групп», с ФИО4 в пользу ООО «ЕК-Лоджистикс» взыскано 1 500 000 руб. убытков, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3, ФИО5, ФИО1 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЕК-Лоджистикс», приостановлено рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО5, ФИО1 до окончания расчетов с кредиторами по обязательствам ООО «ЕК-Лоджистикс».

Не согласившись с принятым судебным актом в части, ФИО1 просит определением суда от 21.03.2024 изменить частично, признать недоказанным наличие оснований для привлечения и отказать конкурсному управляющему в удовлетворении требования о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Апелляционная жалоба ФИО1 со ссылками на неправильное применение положений статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), неверную оценку доказательств в совокупности, что повлекло принятие неправильного решения в части, мотивирована тем, что документы и имущество должника ей не передавались и приняты не были, прекращение ее полномочий в качестве руководителя не позднее 06.03.2020 исключает передачу документов и имущества должника, а также исключает возникновение обязанности потребовать от предыдущего руководителя ФИО5 передачи документации, имущества ООО «ЕК-Лоджистик» или принятия мер по восстановлению документации; руководство должником не осуществляла и никаким образом не имеет отношения к деятельности должника и его банкротству.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе, публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции в соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом разъяснений, данных в пункте 27 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», проверена апелляционным судом в пределах доводов жалобы - в части привлечения ответчика ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для его отмены или изменения в обжалуемой части.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела (ответы регистрирующего органа от 09.06.2022 и от 13.09.2022, выписка ЕГРЮЛ от 11.03.2024) ФИО3 являлся руководителем должника с 12.04.2016 по 20.06.2018 и с 11.01.2019 по 22.07.2019, а также являлся учредителем должника в период с 13.04.2016 по 24.01.2019; ФИО4 являлась руководителем должника в период с 21.06.2018 по 08.07.2018; ФИО5 являлся руководителем должника с 23.07.2019 по 16.04.2020; ООО «СПК Гарантстрой» исполняло полномочия единоличного исполнительного органа должника в период с 17.04.2020 по дату признания должника банкротом, т.е. по 12.07.2021; ФИО1 с 24.10.2018 являлась руководителем ООО «СПК Гарантстрой» (управляющая компания), что подтверждается данными ЕГРЮЛ (выписка ЕГРЮЛ от 11.03.2024).

В этой связи, суд первой инстанции на основании пункта 1 и подпункта первого пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве верно признал ФИО1 в качестве контролирующего должника лица в период с 17.04.2020 по 12.07.2021, ООО «СПК Гарантстрой» не привлекалось к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в связи с исключение из ЕГРЮЛ 15.04.2022.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

То есть данная обязанность должна была быть исполнена в срок до 16.07.2021.

Конкурсный управляющий ставит в вину ФИО1 неисполнение предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанности, что является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 306-ЭС19-2986 специальное средство защиты, предусмотренное пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, может быть использовано арбитражным управляющим только в ситуации, когда бывший руководитель должника уклоняется (отказывается) от передачи документов и ценностей, владение которым должник не утратил.

Таким образом, все обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий связывает возникновение обязательств по субсидиарной ответственности у ФИО1 возникли в период с 17.04.2020 по 12.07.2021.

В этой связи, исходя из общих правил о действии закона во времени, с учетом положений пункта статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», заявление конкурсного управляющего в данной части подлежит рассмотрению с применением процессуальных и материальных норм Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В силу подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Таким образом, в указанных дефинициях закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между невозможностью полного погашения требований кредиторов в результате существенного затруднения проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, и действиями (бездействием) контролирующего должника лица, связанными с отсутствием документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, неотражением в них либо искажением предусмотренной законодательством информации.

По правилам пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 этой статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве», лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения о том, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непредставлении, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В настоящем деле документация должника, транспортное средство КАМАЗ 5490-S5, 2016 года выпуска, VIN - <***> (далее – транспортное средство КАМАЗ 5490-S5) и документы, касающиеся судьбы данного транспортного средства, конкурсному управляющему не передавались.

Как установлено судом первой инстанции, конкурсным управляющим были предприняты меры по истребованию документов у бывшего руководителя должника ФИО6

Определением суда от 04.05.2020 по делу № А27-24124/2020 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об истребовании документов и имущества у должника от ФИО1 и ФИО5 в деле о банкротстве ООО «ЕК-Лоджистик» отказано по причине невозможности исполнения обязанности по передаче имущества в натуре солидарно.

При этом, место нахождения спорного имущества (КАМАЗ 5490-S5) не установлено, бывший руководитель должника ФИО5 ссылался на отчуждение спорного имущества.

В то же время отказ в удовлетворении заявления об истребовании документов не лишает конкурсного управляющего права на предъявление к ответчикам требований о привлечении к субсидиарной ответственности (или о возмещении убытков) за отсутствие к моменту введения конкурсного производства необходимой документации.

Между тем, как следует из бухгалтерского баланса должника за 2019 год активы должника на 31.12.2019 составляли 20 371 тыс. руб., из них 3 526 тыс. руб. – материальные внеоборотные активы (включая основные средства), 3 882 тыс. руб. – запасы, 3 046 тыс. руб. – денежные средства и денежные эквиваленты; 9 917 тыс. руб. – финансовые и другие оборотные активы (включая дебиторскую задолженность).

При этом, согласно этому же балансу годом ранее - по состоянию на 31.12.2018 общая сумма активов должника составляла 117 880 тыс. руб.

За 2020 год бухгалтерский баланс должником не сдавался.

В рассмотренном случае признаки неплатежеспособности ООО «ЕК-Лоджистикс» возникли в период нахождения ФИО5 в должности руководителя должника, о чем свидетельствовало наличие неисполненных обязательств перед кредиторами, в последующем, включенных в реестр требований кредиторов ООО «ЕК-Лоджистикс» (перед ФНС России, ООО «ЕК-Групп», ПАО Банком «ВТБ»).

В марте 2020 года должник в лице руководителя ФИО5 совершает ряд сделок, в последующем, признанных судом недействительными.

17.04.2020 руководителем должника становится ООО «СПК-Гарантстрой».

После смены руководителя ООО «ЕК-Лоджистикс», нахождения должника в кризисном состоянии, в отношении ООО «СПК «Гарантстрой» в ЕГРЮЛ 21.08.2020 вносятся сведения о недостоверности сведений в отношении руководителя ФИО1

24.12.2020 принимается заявление о признании ООО «ЕК-Лоджистикс» несостоятельным (банкротом).

10.03.2021 принимается решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

15.04.2022 ООО «СПК-Гарантстрой» исключается из ЕГРЮЛ.

Таким образом, ФИО5, действуя от имени и в интересах юридического лица, имея осведомленность о наличии у ООО «ЕК-Лоджистикс» признаков несостоятельности (банкротстве), принимает решение о смене руководителя с целью уклонения от юридической ответственности, о чем не могло быть неизвестно ФИО1 (руководитель ООО «СПК Гарантстрой с 2018 года), иного разумного обоснования ответчиками не приведено и не доказано (статьи 65, 67, 68 АПК РФ).

Совокупность указанных фактов и действий свидетельствует о том, что смена руководителя юридического лица не предполагала фактическое руководство ООО «ЕК-Лоджистикс» с целью обеспечения его дальнейшего функционирования, а было направлено на выведение ООО «СПК Гарантстрой», и, как следствие ФИО1 из-под ответственности, сокрытие имущества и иных материальных ценностей у иных лиц, с целью недопущения обращения на них взыскания по обязательствам должника.

В ходе рассмотрения обособленного спора, ФИО5 заявлял доводы о передаче документации новому руководителю должника – ООО «СПК Гарантстрой» ФИО1, ФИО1 возражала против факта принятия документов и имущества от ФИО5, ссылаясь на фальсификацию акта приема-передачи от 17.04.2020.

Довод ФИО5 об отсутствии оснований для привлечения его к ответственности в связи с передачей документации должника новому руководителю – ФИО1 по акту от 17.04.2020 был предметом рассмотрения суда первой инстанции, правомерно отклонен в связи исключением с согласия ФИО5 акта от 17.04.2020 из числа доказательств по делу в связи с заявлением ФИО1 о фальсификации доказательства, иных доказательства передачи документации должника ФИО5 в адрес ФИО1 не представлено.

Доводы ФИО1 о том, что она не получала каких-либо документов от ООО «ЕК-Лоджистикс», и что к моменту возбуждения дела о банкротстве ООО «ЕК-Лоджистикс» она не являлась, ни участником, ни руководителем ООО «СПК Гарантстрой», ни фактически, ни юридически, ни номинально для третьих лиц, ввиду чего у нее не возникла обязанность представлять временному, а впоследствии передавать конкурсному управляющему какие-либо документы и/или имущество должника, обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку ООО «СПК Гарантстрой» исполняло полномочия единоличного исполнительного органа должника в период с 17.04.2020 по дату признания должника банкротом, т.е. по 12.07.2021, руководителем которого являлась ФИО1 в период с 24.10.2018, и только 21.08.2020 в ЕГРЮЛ была внесена запись о недостоверности данных сведений.

Доказательств, подтверждающих, когда именно ФИО1 была уволена с должности руководителя ООО «СПК «Гарантстрой» в материалы дела не представлено со ссылкой на то, что трудовая книжка утеряна, в деле имеются сведения о том, что по май 2020 года включительно работодателем ФИО1 являлось ООО «СПК «Гарантстрой», соответственно, ФИО1 должна была, проявив должную степень осмотрительности, обеспечить своевременное поступление актуальных сведений в регистрирующий орган, учитывая, что сама являлась руководителем юридического лица.

При этом судом первой инстанции учтены пояснения ФИО1 (том 21 л.д. 66) о подписании приказа о собственном увольнении 20.07.2020 и направление сведений в регистрирующий орган о недостоверности сведений о ней, как о руководителе (соответствующая запись была внесена в ЕГРЮЛ 21.08.2020), то есть юридически она не осуществляла руководство ООО «СПК «Гарантстрой» с 20.07.2020, а в отношении третьих лиц ее полномочия прекращены 21.08.2020.

Учитывая установленные обстоятельства и оценив представленные доказательства в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что на момент перехода полномочий единоличного исполнительного органа должника к ООО «СПК Гарантстрой» (17.04.2020) и, по крайней мере, по 20.07.2020, ФИО1 являлась руководителем ООО «СПК Гарантстрой», а значит, должна была потребовать от предыдущего руководителя ФИО5 передачи документации, имущества должника ООО «ЕК-Лоджистикс».

В данном случае, обязанность по хранению первичных учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности ООО «ЕК-Лоджистикс» была возложена на бывшего руководителя должника ООО «СПК Гарантстрой» в лице директора ФИО1, доказательств делегирования полномочий и обязанностей руководителя иному лицу не представлено.

ФИО1 не предоставлено доказательств принятия ею мер по восстановлению документации должника, получения информации от контролирующих органов, контрагентов должника.

В данном случае, вина ФИО5 проявляется в не передаче документов новому руководителю должника, а в случае, если такая передача состоялась, в отсутствии документации, подтверждающей отчуждение транспортного средства КАМАЗ 5490-S5, а также невозможности идентифицировать перечень документации, подлежащей передаче.

Вина ФИО1 проявляется в том, что, занимая должность руководителя ООО «СПК Гаранстрой», являющегося руководителем должника и лицом, имеющим права без доверенности действовать от имени и в интересах должника, не предприняла мер по истребованию документации от предыдущего руководителя, а также, в случае уклонения от передачи - восстановлению документации должника путем направления запросов в регистрирующие органы, а также контрагентам должника.

Кроме того, суд первой инстанции, установив факты неправомерного вывода действиями ФИО5 актива должника - транспортного средства (КАМАЗ 5490-S5), стоимостью 3 000 000 руб.

Действия руководителей по необеспечению сохранности документов и товарно-материальной ценности в виде транспортного средства (КАМАЗ 5490-S5) должника в период исполнения полномочий каждого руководителя не позволили установить местонахождение имущества для его дальнейшей реализации и погашения задолженности перед кредиторами, иного не доказано (статья 65 АПК РФ).

Наличие противоречий в представленных пояснениях ФИО5 и ФИО1, отсутствие документального подтверждения своих доводов и возражений, не позволило с достоверностью установить у кого из ответчиков фактически, находилась документация должника, отражающая финансово-хозяйственную деятельность, в результате чего, у конкурсного управляющего отсутствовала возможность установления момента утери документов, подтверждающих наличие дебиторской задолженности, а также выбытия активов из конкурсной массы, и как следствие влечет возможность в рассматриваемом случае привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности солидарно.

Согласно пункту 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства.

Презумпция, установленная в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, ответчиками ФИО5 и ФИО1 не опровергнута.

В этой связи, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в дело доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, установив, что согласованность действий ФИО5 и ФИО1, неисполнение ФИО1 обязанности по обеспечению сохранности документов, отражающих финансово-хозяйственную деятельность, и имущества должника, передаче конкурсному управляющему документации и имущества должника, в случае ее отсутствия - по восстановлению документации должника путем направления запросов в регистрирующие органы, а также контрагентам должника, розыску имущества должника либо истребовании сведений об имуществе должника от предыдущего руководителя, пришел к верному выводу, что отсутствие у конкурсного управляющего документов бухгалтерской и иной документации, имущества (КАМАЗ 5490-S5) должника привело к невозможности и/или затруднениям при формировании конкурсной массы и, как следствие, удовлетворения требований кредиторов, в связи с чем обоснованно привлек ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Довод жалобы о неосведомленности ФИО1 о наличии у нее обязанности по передаче документации, имущества конкурсному управляющему ввиду фактического неосуществления руководства должником основаны на неверном толковании положений Закона о банкротстве, поскольку данная обязанность руководителя должника является безусловной и должна быть исполнена в кратчайшие сроки после открытия конкурсного производства (в течение трех дней), тогда как ответчик ФИО1 не подтвердила невозможность восстановления документации должника и документально не подтвердила принятием мер по выявлению места нахождения имущества должника, тем самым уклонялась от передачи документации, имущества в процедуре конкурсного производства.

В этой связи, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности обязательствам должника на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Установив, что на момент рассмотрения настоящего обособленного спора невозможно определить размер субсидиарной ответственности, суд первой инстанции, руководствуясь пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, правомерно приостановил рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами (до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами).

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт в заявленной части, апелляционная жалоба не содержит.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции в обжалуемой части и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, частью 5 статьи 268, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

постановил:

определение от 21.03.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-24124/2020 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета 3 000 рублей государственный пошлины, излишне уплаченной по чеку ПАО Сбербанк от 29.03.2024.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий Е.В. Фаст


Судьи О.А. Иванов


Е.В. Кудряшева