Постановление от 12 июля 2024 г. по делу № А53-25780/2015

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-25780/2015
город Ростов-на-Дону
12 июля 2024 года
15АП-8506/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 02 июля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 июля 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Долговой М.Ю.,

судей Деминой Я.А., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Мезенцевой В.Д.,

при участии:

от ФИО5: представитель ФИО1 по доверенности от 10.04.2024;

от конкурсного управляющего ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 10.04.2024 (онлайн);

от общества с ограниченной ответственностью «Сигма Эксперт»: представитель ФИО4 по доверенности от 14.06.2024 (онлайн),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Ростовской области от 08.05.2024 по делу № А53-25780/2015 об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности,

ответчик: ФИО5,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества Фирма «Актис» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества Фирма «Актис» (далее – должник) конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 (далее – ответчик) по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 08.05.2024 по делу № А53-25780/2015 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции от 08.05.2024 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции не дал должной оценки доводам о том, что ответчик приобрел объекты недвижимости за счет денежных средств полученных от должника. Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

В отзыве на апелляционную жалобу ответчик просил оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В отзыве на апелляционную жалобу общество с ограниченной ответственностью «Сигма Эксперт» поддержало доводы апелляционной жалобы управляющего, просило отменить обжалуемое определение.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 09.03.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО6.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 18.10.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Сведения о введении конкурсного производства в отношении должника опубликованы в газете «КоммерсантЪ» №197 от 21.10.2017.

Акционерами должника являются: Мерабл Холдингс Лимитед - 60,86% и ФИО7 с долей 39,14%.

Определением суда от 04.04.2022 установлено наличие оснований для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Производство по заявлению в части определения размера ответственности ФИО7 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда от 31.01.2024 с ФИО7 в пользу должника взысканы денежные средства в сумме 8 097 307 912,83 руб.

29.07.2022 конкурсный управляющий ФИО2 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 в размере 5 386 025 266,57 руб. солидарно с ФИО7

В обоснование требований конкурсный управляющий указал, что ФИО5, является сыном ФИО7, и за счет денежных средств должника АО Фирма «Актис» приобрел недвижимое имущество.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона, либо арбитражный управляющий по своей инициативе от имени должника в интересах указанных лиц.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного суда Российской" Федерации от 27.04.2010 №137, при рассмотрении требований о привлечении к субсидиарной" ответственности подлежат применению нормы материального права, действовавшие на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения лица к субсидиарной" ответственности. При этом при рассмотрении требований о привлечении к субсидиарной" ответственности применяются нормы процессуального права, действующие на момент такого рассмотрения.

Поскольку действия (бездействие) ответчиков, на которые указывает конкурсный управляющий как на основание для привлечения к субсидиарной ответственности, имели место в период с 2014 года по дату возбуждения дела о банкротстве в отношении АО «Фирма «Актис» (07.10.2015), суд первой инстанции пришел к верному выводу, что к соответствующим действиям (бездействию) ответчика подлежат применению нормы пунктов 2, 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ. При этом при рассмотрении настоящего обособленного спора подлежат применению нормы процессуального права, установленные главой III.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Как указывает конкурсный управляющий, в рамках дела о банкротстве оспорены сделки должника с ФИО7.

Определением суда от 06.12.2018 признаны недействительными сделки по перечислению должником в пользу ФИО7 денежных средств в сумме 22 087 795,68 руб., применены последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с ФИО7 в пользу должника денежных средств в сумме 22 087 795,68 руб.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2019 № 15АП-21597/2018 определение суда от 06.12.2018 отменено, принят новый судебный акт которым:

- отказано в удовлетворении заявления к ООО "ЕТС Тур" о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств в размере 65 410 руб.

- отказано в удовлетворении заявления к ПАО "АльфаБанк" о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств в размере 138 900 руб.

- отказано в удовлетворении заявления к ПАО Банк "Зенит" о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств в размере 517 880 руб.

- признаны недействительными сделки по перечислению акционерным обществом фирма "Актис" в пользу ФИО7 денежных средств в сумме 19 187 605,68 руб.

В порядке применения последствий с ФИО7 в пользу должника взысканы денежные средства в размере 19 253 015,68 руб.

Все сделки, признанные недействительными совершены в период с 28.10.2014 по 27.03.2015, общая сумма сделок 19 187 605,68 руб.

Как полагает конкурсный управляющий, денежные средства, полученные по недействительным сделкам на сумму 19 187 605,68 руб., выведены ФИО7 со счетов должника и направлены на приобретение объектов недвижимости и регистрации их на имя ФИО5, в связи с чем последний является контролирующим должника лицом, так как он извлек выгоду из недобросовестного поведения своего отца ФИО7

Конкурсный управляющий указывает, что банкротство должника произошло вследствие действий/бездействий ФИО5, так как существенный вред имущественным правам кредиторов причинен в результате совершения сделок в его пользу.

Вместе с тем, с учетом применимых норм права суд первой инстанции пришел к выводу о том, что конкурсным управляющим не доказано, что ответчик - ФИО5 является контролирующим должника лицом.

Суд первой инстанции привел понятие контролирующего лица по Закону о банкротстве, действовавшему в 2014-2015 годы, которое дано в статье 2 закона следующим образом: «контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника)».

В пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Установление вовлеченности лица, в отношении которого заявлено о привлечении к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, является обязательством, которое входит в круг доказывания по обособленному спору.

Установление вовлеченности лица, в отношении которого заявлено о привлечении к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, является обязательством, которое входит в круг доказывания по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности.

Доказательств осуществления ответчиком какого-либо контроля над деятельностью должника, вовлеченности его в процесс управления должником конкурсным управляющим не представлено, то есть наличие статуса контролирующего лица у ответчика не доказано.

В пункте 1 статьи 10 Закона о банкротстве указано, что «В случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения. »

Само по себе наличие родственных отношений не свидетельствует о совершении каких-либо противоправных действий и не является основанием привлечения к субсидиарной ответственности (пункт 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Одного факта родственных отношений недостаточно для признания статуса контролирующего лица должника.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ФИО5 не являлся контролирующим должника лицом, доказательств обратного заявителем не представлено.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Доказательств того, что несостоятельность должника наступила в результате действий ответчика ФИО5 заявителем не представлено.

Статьей 10 в пункте 4 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: «причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона».

Указанная презумпция статьи 10 Закона о банкротстве распространяется только на контролирующих должника лиц, которыми совершены/одобрены сделки с должником, причинившие вред кредиторам или если контролирующим лицом получена выгода от таких сделок.

Ответчик контролирующим лицом должника не является и указанная презумпция к нему не применима.

Помимо этого необходимо отметить, что ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего:

- наличие вреда,

- противоправность поведения причинителя вреда,

- причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом,

- вину причинителя вреда.

Все указанные условия в действиях ФИО5 отсутствуют.

При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

По смыслу содержавшейся в абзаце 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве презумпции существенность такой сделки является обязательным условием ее применения, поскольку нарушенные несущественной в масштабах деятельности должника сделкой права должника и его кредиторов восстанавливаются посредством признания такой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, для восстановления соответствующих прав не требуется применение экстраординарного по своему содержанию института субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам последнего.

Исходя из правовых разъяснений, данных в п. 16, п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Принимая во внимание, что конкурсным управляющим поданы в суд заявления о субсидиарной ответственности нескольких лиц (в отношении ряда лиц заявление уже рассмотрено определением от 04.04.2022), имеющих отношение к должнику, при разрешении настоящего спора учитывается правовая позиция, изложенная в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 N 305-ЭС19-14439(3-8) по делу N А40-208852/2015, о том, при разрешении требований о привлечении к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности, приведшей к банкротству организации, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству организации.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что управляющим не подтверждено, что именно указания, действия или бездействие ответчика ФИО5 привели к объективному банкротству должника.

Как следует из определения Арбитражного суда Ростовской области от 04.04.2022 о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал, что причиной банкротства должника является заключение между ОАО Фирма «Актис» и ПАО «Сбербанк России» договоров поручительства по обязательствам ООО «Эскорт».

Таким образом, действия ФИО5 не являются причиной банкротства должника, так как указанные сделки поручительства совершены без какого-либо его участия.

При этом суд первой инстанции принял во внимание размер обязательств должника, включенных в реестр (5,38 млрд. руб.) и размер вмененных ФИО7 незаконно полученных средств (19,18 млн. руб.), что составляет 0,38% от требований кредиторов, включенных в реестр.

Активы должника за 2014 год составляли 9,8 млрд. руб., за 2015 год активы составили 9,5 млрд. руб.

Вмененные ФИО5 незаконно полученные средства в размере 19,18 млн. руб. составляют 0,20% от активов должника за 2014 год и 0,21% от активов должника за 2015 год.

Данные сделки не могут быть признаны сделками, изменившими экономическую и (или) юридическую судьбу должника.

Учитывая изложенное, вмененные конкурсным управляющим сделки в любом случае не являются существенными применительно к масштабам деятельности должника, не могли являться причиной банкротства должника.

В пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" указано, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим не доказано, что покупка ФИО5 имущества осуществлена за счет денежных средств должника, либо его отца ФИО7, как контролирующего должника лица, исходя их следующего.

Приобретение ФИО5 объектов недвижимости, указанных в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, не связано с деятельность отца ответчика -ФИО7 и не осуществлено за его счет.

Как установлено постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2019 №15АП-21597/2018 ФИО7 совершены сделки по перечислению в свою пользу денежных средств на сумму 19 187 605,68 руб. в период с 28.10.2014 по 27.03.2015.

Как видно из выписок из ЕГРН ответчиком по договорам от 19.11.2018 приобретены в собственность три объекта недвижимости за 30 млн. руб., таким образом, имущество приобретено значительно позже (спустя более 3 лет) получения отцом - ФИО7 денежных средств и полученных от сделок, признанных судом недействительными явно недостаточно для приобретение объектов недвижимого имущества.

Кроме того, ответчиком раскрыты источники денежных средств для покупки спорной недвижимости, так указано, что оплата недвижимости ФИО5 осуществлялась за счет заемных средств.

В ноябре 2018 года ФИО5 на условиях займа получил от ФИО8 наличные денежные средства в размере 550 000 долларов США. Этими денежными средствами им оплачено приобретение трех объектов недвижимости 19.11.2018.

В подтверждение получения заемных средств ответчиком предоставлена копия письма ФИО9 от 05.07.2023, письма ФИО8 от 17.07.2023, расходного кассового ордера от 30.10.2018.

Указанные документы подтверждают наличие финансовой возможности у ФИО8 предоставить денежные средства в размере 550 000 долларов США на условиях займа и факт предоставления им займа.

При таких обстоятельствах оснований полагать, что покупка недвижимого имущества ответчиком осуществлена за счет денежных средств должника не имеется, в связи с чем не могут быть квалифицированы как повлекшие убытки кредиторам.

Таким образом, конкурсным управляющим не доказаны основания для привлечения к субсидиарной ответственности, а также взыскания убытков.

Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

По смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137, а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника в редакции Закона о банкротстве, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Срок исковой давности для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является материальной нормой права и определяется в соответствии с федеральным законодательством, действующим на момент возникновения обстоятельств, которыми вызвано начало течения срока исковой давности.

Действие норм материального права во времени подчиняется правилам пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, которая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом.

Согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Данная норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: годичного субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ); трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Учитывая, что конкурсное производство в отношении должника введено 11.10.2017, а рассматриваемое заявление поступило в арбитражный суд 30.07.2022 (определение о принятии заявления от 05.08.2022), то трехлетний срок исковой давности истек к моменту подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в суд. Годичный срок давности также истек по следующим основаниям.

Конкурсный управляющий в возражениях на заявление о пропуске срока исковой давности указал, что поскольку размер ответственности не возможно было установить, то срок давности в настоящем случае следует исчислять не ранее даты завершения реализации имущества. Конкурсный управляющий указал, что узнал о совершенных ответчиком сделках по покупке недвижимого имущества от конкурсного кредитора АО «Гланит» 30.05.2022.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Подача 18.10.2018 конкурсным управляющим заявления в суд о недействительности сделок должника к ФИО7 (заявление рассмотрено и вынесено определение от 06.12.2018) и подача 23.04.2020 заявления в суд о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 (заявление рассмотрено и вынесено определение от 04.04.2022) свидетельствует о том, что управляющий знал о неправомерном получении ФИО7 денежных средств и имел возможность установить на что они были израсходованы (запросы в адрес ФИО7 и членов его семьи не направлялись, как и запросы в государственные органы).

Конкурсный управляющий мог получить эти данные либо запросив их у ФИО5 или у ФИО7, либо в Росреестре по РО, либо заявив соответствующее ходатайство в суд. Ничего из указанных действий конкурсным управляющим не осуществлено.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Конкурсным управляющим утверждается лицо, отвечающее критерию независимости (то есть не связанное с должником и его аффилированными лицами), которому предоставляется разумный срок, в том числе для выявления факта совершения недействительных сделок, выявления оснований для привлечения к ответственности контролирующих должника лиц.

Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о наличии контролирующих должника лиц, способах контроля и их влияния на несостоятельность должника.

Таким образом, бездействие по не предъявлению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности начинается с момента, когда истек разумный срок на получение информации о наличии у должника контролирующих лиц, о наличии сделок должника с пороками и личности ответчика по иску, а также на подготовку документов, необходимых для предъявления соответствующих требований в суд.

Само по себе введение конкурсного производства не приводит к началу течения давности, с этим моментом законодатель связывает наличие у управляющего на получение документов должника и возникновение прав на получение информации.

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для подачи заявления в суд, необходимо учитывать, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность и добросовестность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо узнало о нарушении своего права, но с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права.

Исполняя свои обязанности, управляющий должен своевременно направить соответствующие запросы в регистрирующие органы.

Конкурсный управляющий имеет право запрашивать необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о контрагентах и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов, органов управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органов местного самоуправления, включая сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну (статьей 20.3 Закона о банкротстве).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в данном случае заявление о привлечении к субсидиарной ответственности должника подано за пределами срока исковой давности. Управляющим пропущен как годичный субъективный срок, исчисляемый с момента когда подавшее это заявление лицо должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, так и трехлетний объективный срок, исчисляемый с момента признания должника банкротом.

В данном случае конкурсным управляющим не доказано, что совершение указанной сделки привело к банкротству общества, незаконные действия, равно как и причинно-следственная связь между действиями ФИО5 и наступившими неблагоприятными последствиями отсутствует, что исключает возможность взыскания убытков.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии требуемой совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 08.05.2024 по делу № А53-25780/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

Председательствующий М.Ю. Долгова


Судьи Я.А. Демина


Г.А. Сурмалян