Постановление от 21 сентября 2022 г. по делу № А46-1249/2021

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А46-1249/2021
21 сентября 2022 года
город Омск




Резолютивная часть постановления объявлена 15 сентября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 сентября 2022 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зориной О.В.

судей Горбуновой Е.А., Зюкова В.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-9034/2022) ФИО10, (регистрационный номер 08АП-9035/2022) общества с ограниченной ответственностью «Мукомоловъ» на определение Арбитражного суда Омской области от 04.07.2022 по делу № А46-1249/2021 (судья Хвостунцев А.М.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО2, ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Мукомоловъ» (ИНН7725383628, ОГРН <***>) об оспаривании сделки, заключенной между обществом с ограниченной ответственностью «Спецпром» (ИНН <***>; ОГРН <***>), обществом с ограниченной ответственностью «АгроСпецПром» (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО4, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО10 (ИНН <***>, СНИЛС <***>),


при участии в судебном заседании представителей:

от общества с ограниченной ответственностью «Мукомоловъ» - ФИО5, доверенность от 14.01.2022, срок действия три года;

от ФИО4 – ФИО6, доверенность от 01.06.2021, срок действия пять лет;

ФИО4 – лично, предъявлен паспорт;

от ФИО7 – ФИО8, доверенность от 03.08.2020, срок действия десять лет;

от общества с ограниченной ответственностью «Спецпром» - ФИО9, доверенность от 27.03.2022, срок действия три года;

установил:

решением Арбитражного суда города Москвы от 27.11.2019 по делу № А40-270927/2019 (резолютивная часть от 22.11.2019) ФИО10 (далее – ФИО10, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – ФИО2).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.10.2020 дело № А40-270927/2019 о банкротстве ФИО10 передано по подсудности на рассмотрение в Арбитражный суд Омской области.

Определением Арбитражного суда Омской области от 05.02.2021 дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО10 принято к рассмотрению Арбитражным судом Омской области, делу присвоен № А46-1249/2021.

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением об оспаривании сделок, заключенных между обществом с ограниченной ответственностью «Спецпром» (далее – ООО «Спецпром»), обществом с ограниченной ответственностью «АгроСпецПром» (далее – ООО «АгроСпецПром»), ФИО4 (далее – ФИО4) в отношении недвижимого имущества: помещений, расположенных по адресу: <...>, пом. 1П (кадастровый номер 55:36:000000:64700) и пом. 2П (кадастровый номер 55:36:000000:74908).

Определением Арбитражного суда Омской области от 05.07.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО3 (далее - ФИО3), управление Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по Омской области.

Определением Арбитражного суда Омской области от 11.08.2021 ФИО3 привлечена к участию в обособленном споре в качестве созаявителя.

Впоследствии ФИО2 уточнил заявление, просил признать недействительной цепочку сделок, включающую сделки по:

- реорганизации ООО «Спецпром» в форме выделения ООО «АгроСпецПром», оформленной разделительным балансом от 01.04.2011, утвержденным протоколом общего собрания участников ООО «Спецпром» № 3/1 от 01.04.2011;

- отчуждению ООО «АгроСпецПром» в пользу ФИО4 по договору купли-продажи недвижимого имущества № К-28-02 от 02.02.2012 нежилого помещения (кадастровый номер 55:36:000000:64700), расположенного по адресу: г. Омск, пр-кт Карла Маркса, д. 18, пом. 1П;

- отчуждению ООО «АгроСпецПром» в пользу ФИО4 по договору купли-продажи недвижимого имущества № К-28-02/1 от 02.02.2012 нежилого помещения (кадастровый номер 55:36:000000:74908), расположенного по адресу: г. Омск, пр-кт Карла Маркса, д. 18, пом. 2П;

- отчуждению ООО «АгроСпецПром» в пользу ФИО4 по договору купли-продажи земельного участка № К-28-ЗУ от 02.02.2012 земельного участка (кадастровый номер 55:36:090201:2012), расположенного по адресу: <...>.

Определением Арбитражного суда Омской области от 13.09.2021 ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО10

Определением Арбитражного суда Омской области от 08.10.2021 финансовым управляющим ФИО10 утвержден ФИО11 (далее – ФИО11, финансовый управляющий).

Определением Арбитражного суда Омской области от 17.01.2022 к участию в обособленном споре в качестве созаявителя привлечено общество с ограниченной ответственностью «Мукомоловъ» (далее – ООО «Мукомоловъ»).

Определением Арбитражного суда Омской области от 03.03.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 12 по Омской области.

Определением Арбитражного суда Омской области от 04.07.2022 в удовлетворении заявления финансового управляющего, ФИО3, ООО «Мукомоловъ» отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО10, ООО «Мукомоловъ» обратились с апелляционными жалобами, в которых просили обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований финансового управляющего, ФИО3, ООО «Мукомоловъ».

ФИО10 в обоснование своей апелляционной жалобы указал следующее:

- суд первой инстанции необоснованно указал, что на дату обращения финансового управляющего в арбитражный суд с настоящим заявлением истек установленный пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предельный срок исковой давности, составляющий десять лет со дня начала исполнения сделки;

- спорные объекты недвижимости отчуждены ООО «АгроСпецПром» в пользу ФИО4 по заниженной стоимости, расчет по соответствующим сделкам осуществлен в нарушение условий договоров купли-продажи не путем перечисления ФИО4 ООО «АгроСпецПром» денежных средств, а путем предоставления им последнему сберегательных сертификатов, что свидетельствует о том, что оплата объектов недвижимости ФИО4 не состоялась;

- оспариваемая цепочка сделок совершена со злоупотреблением правом, экономическое обоснование совершения данных сделок отсутствует, в результате их совершения ООО «Спецпром» лишилось дорогостоящего актива, не получив взамен соразмерного встречного исполнения, кроме того, сделки совершены с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов должника;

- судом первой инстанции необоснованно отказано в назначении судебной экспертизы с целью определения экономической целесообразности совершения спорных сделок, судебной экспертизы подлинности подписей участников ООО «АгроСпецПром», выполненных в протоколах общего собрания участников о реорганизации, об одобрении крупной сделки;

- имеются основания для признания спорных сделок недействительными в связи с нарушением порядка одобрения крупных сделок (статья 173.1 ГК РФ), поскольку подписи в протоколах общего собрания участников ООО «Спецпром» об одобрении сделок выполнены не ФИО10, а иным лицом с подражанием его подписи, как то следует из заключения специалиста № 69-Э/21 от 16.12.2021;

- спорные сделки преследуют единую хозяйственной цель, отчужденные по сделкам активы имеют общее хозяйственное назначение, в результате совершения сделок выведенные активы консолидированы у одного лица (ФИО4), а потому спорные сделки должны квалифицироваться как притворные – прикрывающие собой единую сделку по выводу активов ООО «Спецпром» в пользу ФИО4 в отсутствие на то разумной экономической цели для ООО «Спецпром».

В обоснование своей апелляционной жалобы ООО «Мукомоловъ» указало следующее:

- стороны совершили несколько взаимосвязанных последовательных сделок, имеющих общую цель - прикрыть единую сделку по выводу имущества ООО «Спецпром» в пользу ФИО4 – конечного выгодоприобретателя и де-факто компаньона должника по бизнесу, в связи с чем спорные сделки совершены со злоупотреблением правом;

- необходимость в реорганизации ООО «Спецпром», выделения из него ООО «АгроСпецПром» и наделения последнего только спорным имуществом отсутствовала, у ФИО4 не имелось финансовой возможности оплатить спорное недвижимое имущество, спорные объекты недвижимости отчуждены ООО «АгроСпецПром» в пользу ФИО4 по заниженной стоимости, к бухгалтерскому учету спорная недвижимость была принята с учетом износа и без последующей переоценки, в то время как участники общества осуществляли ремонт и производили неотделимые улучшения имущества, повышающие его инвестиционную привлекательность и размер арендной платы за пользование таким имуществом;

- суд первой инстанции при разрешении настоящего спора необоснованно исходил из того, что балансовая стоимость спорного имущества в момент заключения договоров с ФИО4 и передачей ему данного имущества соответствовала его рыночной стоимости;

- вывод активов ООО «Спецпром» изначально имел целью сокрытие его имущества от имеющихся в момент заключения сделок у ООО «Спецпром» кредиторов (по кредитным обязательствам), в частности от акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее – АО «Россельхозбанк», Банк), однако следствием совершения спорных сделок стало нарушение интересов кредиторов ФИО10, которое выразилось в уменьшении рыночной стоимости его доли в ООО «Спецпром»;

- то обстоятельство, что обязательства перед АО «Россельхозбанк» в конечном итоге был исполнены ООО «Спецпром», факт совершения спорных сделок со злоупотреблением правом не нивелирует;

- судом первой инстанции необоснованно отказано в назначении судебной экспертизы с целью определения экономической целесообразности совершения спорных сделок, в удовлетворении ходатайства ООО «Мукомоловъ» об истребовании доказательств;

- суд первой инстанции необоснованно указал, что на дату обращения финансового управляющего в арбитражный суд с настоящим заявлением истек установленный пунктом 1 статьи 181 ГК РФ предельный срок исковой давности, составляющий десять лет со дня начала исполнения сделки.

Оспаривая доводы апелляционных жалоб, ООО «Спецпром», ФИО7 (далее – ФИО7) представили отзывы, в которых просили обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представителем ООО «Мукомоловъ» было заявлено ходатайство об истребовании у АО «Россельхозбанк» документов и сведений, касающихся имевшихся у ООО «Спецпром» обязательств перед Банком, оснований их возникновения, периодов и порядка их исполнения.

Представители ФИО4, ФИО7, ООО «Спецпром» возражали против удовлетворения указанного ходатайства ООО «Мукомоловъ».

Рассмотрев ходатайство ООО «Мукомоловъ» об истребовании доказательств, суд апелляционной инстанции отказал в его удовлетворении по основаниям, изложенным в мотивировочной части настоящего постановления.

Представитель ООО «Мукомоловъ» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе ООО «Мукомоловъ», указал, что считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представители ФИО7, ООО «Спецпром», ФИО4 указали, что считают доводы, изложенные в апелляционных жалобах, несостоятельными, просили оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Финансовый управляющий, ФИО10, ФИО3, управление Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по Омской области, межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 12 по Омской области, иные лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционных жалоб, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционные жалобы рассмотрены в отсутствие неявившихся лиц.

Рассмотрев материалы дела, апелляционные жалобы, отзывы на них, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены определения Арбитражного суда Омской области от 04.07.2022 по настоящему делу.

Как следует из материалов дела, ФИО10 в период с 08.08.2002 по 29.03.2012 входил в состав участников ООО «Спецпром» с 50% доли в уставном капитале.

В указанный период (с 11.10.2009 по 26.01.2021) в собственности ООО «Спецпром» находилось следующее имущество: помещение (кадастровый номер 55:36:000000:64700), расположенное по адресу: г. Омск, пр-кт Карла Маркса, д. 18, пом. 1П (); помещение (кадастровый номер 55:36:000000:74908), расположенное по адресу: г. Омск, пр-кт Карла Маркса, д. 18, пом. 2П; земельный участок № К-28-ЗУ от 02.02.2012 ((кадастровый номер 55:36:090201:2012), расположенный по адресу: <...>).

01.04.2011 состоялась реорганизация ООО «Спецпром» в форме выделения из него ООО «АгроСпецПром», оформленная разделительным балансом от 01.04.2011, утвержденным протоколом общего собрания участников ООО «Спецпром» № 3/1 от 01.04.2011, в ходе которой ООО «АгроСпецПром» было наделено указанным выше недвижимым имуществом.

Переход права собственности на данное имущество от ООО «Спецпром» к ООО «АгроСпецПром» зарегистрирован 26.01.2012 (том 1, листы дела 20-21, 68).

В последующем данное имущество было отчуждено ООО «АгроСпецПром» ФИО4 по следующим сделкам:

- договор купли-продажи недвижимого имущества № К-28-02 от 02.02.2012 (нежилого помещения (кадастровый номер 55:36:000000:64700), расположенного по адресу: <...> П);

- договор купли-продажи недвижимого имущества № К-28-02/1 от 02.02.2012 (нежилого помещения (кадастровый номер 55:36:000000:74908), расположенного по адресу: г. Омск, пр-кт Карла Маркса, д. 18, пом. 2П);

- договор купли-продажи земельного участка № К-28-ЗУ от 02.02.2012 ((кадастровый номер 55:36:090201:2012), расположенного по адресу: <...>).

Переход права собственности на данное имущество от ООО «АгроСпецПром» к ФИО4 зарегистрирован 29.02.2012 (том 1, листы дела 20-21, 68).

Указывая, что указанные выше сделки составляют цепочку, совершенную аффилированными лицами со злоупотреблением правом, лишь для вида, по явно заниженной цене, с целью вывода принадлежащего должнику имущества на ФИО4, на заведомо невыгодных, неравноценных для должника условиях, в отсутствие экономической целесообразности для ООО «Спецпром», и что данная сделка направлена на причинение вреда имущественным правам должника и его кредиторов, является притворной, финансовый управляющий обратился в арбитражный с настоящим заявлением о признании их недействительными на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Данное заявление было поддержано созаявителями ФИО3 и ООО «Мукомоловъ».

Отказывая в удовлетворении требований финансового управляющего, ФИО3, ООО «Мукомоловъ», суд первой инстанции исходил из следующего:

- заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом к производству 24.10.2019, оспариваемые сделки совершены 02.02.2012, реорганизация ООО «Спецпром» в форме выделения из него ООО «АгроСпецПром» оформлена разделительным балансом от 01.04.2011, в потому спорные сделки не подпадают под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, они не могут быть признаны недействительными по соответствующим основаниям;

- ФИО10 являлся участником как ООО «Спецпром», так и выделенного из него ООО «АгроСпецПром», а также руководителем первого, реализуя свои права и обязанности участника ООО «Спецпром» и ООО «АгроСпецПром», ФИО10 проголосовал как за реорганизацию первого, так и за отчуждение спорного имущества в пользу ФИО4 последним; как руководитель ООО «Спецпром», ФИО10 от имени общества совершал юридически значимые действия, необходимые для осуществления реорганизации ООО «Спецпром» и передачи спорного имущества ООО «АгроСпецПром», именно через ФИО10 ООО «Спецпром» реализовывало свои интересы, приобретало права и обязанности в процессе реорганизации;

- на отсутствие нарушения прав ФИО10 при переходе права собственности на спорное имущество от ООО «Спецпром» к ООО «АгроСпецПром» указывает то, что в процессе реорганизации ООО «Спецпром» и выделении из него ООО «АгроСпецПром» был сохранен объем прав ФИО10 на имущество ООО «Спецпром» (25% уставного капитала), а также что ФИО10 приобрел аналогичный объем прав на имущество ООО «АгроСпецПром», в том числе на спорное недвижимое имущество; в дальнейшем же, вопреки утверждениям заявителей, ФИО10 в числе других участников ООО «АгроСпецПром», с числом голосов 25%, принимал участие в судьбе недвижимого имущества, перешедшего к обществу в результате реорганизации, дав свое согласие на отчуждение имущества ФИО4, а потому оснований считать, что реорганизация являлось одной из сделок в цепочке других, связанных между собой целью причинения вреда должнику, не имеется;

- доводы заявителей о том, что стоимость спорного имущества, переданного ООО «Спецпром» в процессе реорганизации ООО «АгроСпецПром», должна быть учтена при расчете действительной стоимости доли ФИО10 в связи с его выходом из общества, несостоятельны;

- заявители оспаривают сделку по распоряжению ООО «Спецпром» своим имуществом, в то же время в деле о банкротстве должника подлежат оспариванию сделки, совершенные за счет имущества самого должника;

- утверждение заявителей о том, что выбытие спорного недвижимого имущества от ООО «Спецпром» к ООО «АгроСпецПром» и дальнейшее приобретение этого имущества ФИО4 основано на цепочке сделок, имеющих цель причинить вред должнику и его кредиторам, является необоснованным, так как на момент совершения оспариваемых сделок у ФИО10 (как и у ООО «Спецпром», ООО «АгроСпецПром») отсутствовали неисполненные обязательства перед кредиторами, чьи требования установлены в настоящем деле о банкротстве, на данный момент должник не имел признаков неплатежеспособности, доказательства, подтверждающие, что стороны спорных сделок на даты их совершения предвидели банкротство ФИО10 и намеривались путем совершения данных сделок причинить вред интересам будущих кредиторов ФИО10, отсутствуют;

- спорное имущество было передано ООО «Спецпром» на баланс ООО «АгроСпецПром» по цене его приобретения, по этой же цене данное имущество было приобретено ФИО4, а потому оснований считать, что цена спорного имущества, согласованная в спорных договорах купли-продажи являлась заниженной, не имеется;

- доводы заявителей о безвозмездности спорных сделок по приобретению ФИО4 недвижимости несостоятельны, поскольку материалами дела подтверждается, что ФИО4 была произведена оплата недвижимости частично по безналичному расчету, в остальной части - посредством передачи им ООО «АгроСпецПром» сберегательных сертификатов;

- совершение сделки между аффилированными лицами само по себе не свидетельствует, что стороны сделки злоупотребляют правом и имеют при этом противоправные цели;

- на дату обращения финансового управляющего в арбитражный суд с настоящим заявлением истек установленный пунктом 1 статьи 181 ГК РФ предельный срок исковой давности, составляющий десять лет со дня начала исполнения сделки.

О пропуске срока давности было заявлено ответчиком.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не соглашается с выводом суда первой инстанции об истечении на дату обращения финансового управляющего в арбитражный суд с настоящим заявлением (07.06.2021 – штамп входящей корреспонденции суда первой инстанции) установленного пунктом 1 статьи 181 ГК РФ предельного срока исковой давности, составляющего десять лет со дня начала исполнения сделки.

Так, пункт 1 статьи 181 ГК РФ предусматривает, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В то же время нормативные положения о том, что данный срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки, были введены в действие Федеральным законом от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Федеральный закон от 07.05.2013 № 100-ФЗ).

Федеральным законом от 28 декабря 2016 года № 499-ФЗ «О внесении изменения в статью 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» часть 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ дополнена положением, согласно которому десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 ГК РФ (в редакции данного Федерального закона), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года.

На данное обстоятельство содержится указание в определении Конституционного Суда РФ от 20.04.2017 № 803-О, Постановлении Конституционного Суда РФ от 15.02.2016 N 3-П "По делу о проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" в связи с жалобой гражданина ФИО12").

В связи с изложенным применительно к настоящему спору установленный пунктом 1 статьи 181 ГК РФ объективный десятилетний срок исковой давности обращения в суд с заявлением о применении последствий недействительности спорных сделок, совершенных 01.04.2011, 02.02.2012, как ничтожных, вопреки позиции суда первой инстанции, подлежат исчислению не со дня начала исполнения данных сделок, а с 01.09.2013.

Следовательно, указанный срок исковой давности истекает 01.09.2023.

С учетом того, что финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением 07.06.2021, установленный пунктом 1 статьи 181 ГК РФ объективный десятилетний срок исковой давности им пропущен не был.

В то же время неверный вывод суда первой инстанции о пропуске финансовым управляющим указанного срока исковой давности не привел к принятию судом первой инстанции неправильного судебного акта по итогам разрешения настоящего спора, поскольку, всесторонне и полно исследовав материалы дела и установив имеющие значение для его разрешения обстоятельства, суд первой инстанции правильно заключил, что основания для признания оспариваемой финансовым управляющим, ФИО3, ООО «Мукомоловъ» цепочки сделок с участием ООО «Спецпром», ООО «АгроСпецПром» и ФИО4 недействительной отсутствуют.

Так, финансовый управляющий, ФИО3, ООО «Мукомоловъ» в обоснование своих требований указывали, ФИО10 в апелляционной жалобе заявляет, что оспариваемая цепочка сделок совершена между аффилированными лицами со злоупотреблением правом, в отсутствие экономического обоснования совершения данных сделок для ООО «Спецпром», лишь для вида, по явно заниженной цене, с целью вывода принадлежащего должнику имущества на ФИО4, на заведомо невыгодных, неравноценных для должника условиях, направлена на причинение вреда имущественным правам должника и его кредиторов, является притворной, в связи с чем данные сделки недействительны на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29 июня 2015 года № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Как верно указал суд первой инстанции, из материалов дела следует, что оспариваемые сделки совершены 02.02.2012, реорганизация ООО «Спецпром» в форме выделения из него ООО «АгроСпецПром» оформлена разделительным балансом от 01.04.2011, то есть до 01.10.2015.

ФИО10 в период с 28.04.2004 по 21.08.2019 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя.

А потому спорные сделки могут быть оспорены как по основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве, так и по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Как следует из пункта 2 статьи 10 ГК РФ, в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ, суду необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу либо имело место злоупотребление правом в иных формах (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127).

Для квалификации сделки как ничтожной на основании статей 10, 168 ГК РФ необходимо доказать либо сговор обоих участников сделки в целях совершения недобросовестных действий, либо осведомленность одной из сторон о недобросовестной цели сделки, имеющейся у другой стороны (постановление Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 № 1795/11 по делу № А56-6656/2010, постановление Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 № 17089/12 по делу № А24-53/2012, постановление Президиума ВАС РФ от 18.02.2014 № 15822/13 по делу № А45-18654/2012).

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Пленумом Верховного Суда РФ в пункте 87 Постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Как указано в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.08.2022 N 307-ЭС19-18598(27,29) по делу N А56-94386/2018 совершенной признается лишь прикрываемая сделка, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами.

То есть, в данном случае, если допустить наличие конструкции, на которую сослался истец, проверке на законность подлежит сделка по передаче недвижимого имущества от ООО «Спецпром» к ФИО4, которая состоялась в период с 01.04.2011 по 29.02.2012 года и была окончательно завершена 29.02.2012.

Поскольку заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом к производству 24.10.2019, оспариваемая сделка совершена 29.02.2012, как верно заключил суд первой инстанции, она не подпадает под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а потому она не может быть признана недействительной по соответствующим основаниям.

Кроме того, об отсутствии оснований для признания спорных сделок недействительными в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как и в соответствии со статьями 10, 168, 170 ГК РФ, свидетельствует следующее.

Как верно установлено судом первой инстанции, на момент совершения оспариваемых сделок (в период с 01.04.2011 по 02.02.2012) у ФИО10 отсутствовали признаки неплатежеспособности, не имелось неисполненных обязательств перед кредиторами, требования которых установлены в настоящем деле о банкротстве.

Так, определением Арбитражного суда Омской области от 29.11.2021, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда 01.02.2022 и постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 06.05.2022 по настоящему делу, установлено, что признаки неплатежеспособности отсутствовали у ФИО10 даже по состоянию на февраль 2015 года.

Из определения Арбитражного суда города Москвы от 21.02.2020 по делу № А40-270927/2019 следует, что задолженность ФИО10 перед обществом с ограниченной ответственностью «Компания «Рада» в размере 27 000 663 руб., включенная в реестр требований кредиторов ФИО10, возникла на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 19.03.2014.

Требования ООО «Мукомоловъ» в размере 4 851 100 руб. 50 коп., признанные подлежащими удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр, возникли из договора купли-продажи (поставки) от 23.11.2017 (определение Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2020 по делу № А40-270927/2019).

Требования общества с ограниченной ответственностью «Специализированная организация по продаже имущества» в размере 6 981 819 руб. 18 коп., признанные подлежащими удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр, возникли из договоров займа от 19.02.2019, от 14.03.2019 (определение Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2020 по делу № А40-270927/2019).

Включенные в реестр требований кредиторов должника требования ФИО4 об уплате судебных расходов в размере 315 000 руб. основаны на определении Арбитражного суда Омской области от 12.02.2018 по делу № А46-9231/2015 (определение Арбитражного суда Омской области от 23.06.2021 по настоящему делу), в размере 100 000 руб. основаны на определении Арбитражного суда Омской области от 12.04.2019 по делу № А46-18034//2017 (определение Арбитражного суда города Москвы от 19.03.2020 по делу№ А40-270927/2019).

Включенные в реестр требований кредиторов должника требования ФИО7 об уплате судебных расходов в размере 244 000 руб. основаны на определении Арбитражного суда Омской области от 05.09.2019, оставленном без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2019 по делу № А46-15144/2015 (определение Арбитражного суда Омской области от 07.07.2021 по настоящему делу), в размере 109 000 руб. основаны на определении Арбитражного суда Омской области от 17.12.2019 по делу № А46-8236/2015 (определение Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2020 по делу № А40-270927/2019).

С учетом периодов возникновения у ФИО10 обязательств перед указанными кредиторами и в отсутствие в деле достоверных доказательств иного следует заключить, что таковые на даты заключения спорных сделок (в период с 01.04.2011 по 02.02.2012) отсутствовали.

Более того, не имеется оснований считать, что стороны спорных сделок (ООО «Спецпром», ООО «АгроСпецПром», ФИО4), а также сам ФИО10 могли предвидеть, что в последующем ФИО10 будет обязан осуществить в пользу указанных выше кредиторов встречное предоставление на те или иные суммы.

При таких обстоятельствах, как верно заключил суд первой инстанции, оснований для вывода о том, что, заключая спорные сделки, их стороны преследовали цель причинить вред имущественным правам кредиторов ФИО10, и что такие сделки могли причинить соответствующий вред, не имеется.

Согласно доводам заявителей апелляционных жалоб необходимость в реорганизации ООО «Спецпром», выделения из него ООО «АгроСпецПром» и наделения последнего только спорным имуществом отсутствовала.

Спорные объекты недвижимости отчуждены ООО «АгроСпецПром» в пользу ФИО4 по заниженной стоимости, расчет по соответствующим сделкам осуществлен в нарушение условий договоров купли-продажи не путем перечисления ФИО4 ООО «АгроСпецПром» денежных средств, а путем предоставления им последнему сберегательных сертификатов, что свидетельствует о том, что оплата объектов недвижимости ФИО4 не состоялась, при этом из дела не следует, что у ФИО4 вообще имелась финансовая возможность оплатить спорное недвижимое имущество.

Спорные сделки преследуют единую хозяйственной цель, отчужденные по сделкам активы имеют общее хозяйственное назначение, в результате совершения сделок выведенные активы консолидированы у одного лица (ФИО4), а потому спорные сделки должны квалифицироваться как притворные – прикрывающие собой единую сделку по выводу активов ООО «Спецпром» в пользу ФИО4 в отсутствие на то разумной экономической цели для ООО «Спецпром».

В целом оспариваемая цепочка сделок совершена со злоупотреблением правом, экономическое обоснование совершения данных сделок отсутствует, в результате их совершения ООО «Спецпром» лишилось дорогостоящего актива, не получив взамен соразмерного встречного исполнения, кроме того, сделки совершены с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

При этом о наличии у спорных сделок данной цели, по мнению ФИО10 и ООО «Мукомоловъ», свидетельствует то обстоятельство, что вывод активов ООО «Спецпром» на ФИО4 был обусловлен намерением сторон данных сделок сокрыть принадлежащее ООО «Спецпром» имущество от обращения на него взыскания по требованиям его кредитора АО «Россельхозбанк», поручителем перед которым за надлежащее исполнение обязательств ООО «Спецпром» являлся ФИО10

Для подтверждения указанного обстоятельства ООО «Мукомоловъ» в судах первой, апелляционной инстанций заявляло ходатайство об истребовании у АО «Россельхозбанк» документов и сведений, касающихся имевшихся у ООО «Спецпром» обязательств перед Банком, оснований их возникновения, периодов и порядка их исполнения.

Между тем, как указало ООО «Спецпром» в отзыве на апелляционную жалобу, не оспорено и не опровергнуто участвующими в деле лицами, более того, подтверждается ООО «Мукомоловъ» в апелляционной жалобе, обязательства перед АО «Россельхозбанк» были исполнены ООО «Спецпром» в полном объеме надлежащим образом.

Требования АО «Россельхозбанк» из соответствующих отношений между ним и Банком, а также из отношений поручительства между ним и ФИО10, в реестр требований кредиторов ФИО10 в рамках настоящего дела включены не были, статуса конкурсного кредитора ФИО10 Банк не имеет.

То есть указанному кредитору спорной сделкой вред причине не был.

А значит, отсутствует состав для применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом в силу части 2 статьи 53 АПК РФ организации и граждане вправе обратиться в арбитражный суд в защиту прав и законных интересов других лиц только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

А значит, ООО «Мукомоловъ» не вправе ссылаться на нарушение прав АО «Россельхозбанк» в отсутствие нарушения своих собственных прав.

Финансовый же управляющий наделен правом выступать в интересах исключительно тех кредиторов, чьи требования предъявлены к конкурсной массе в деле о несостоятельности.

Он также не вправе ссылаться на нарушение прав АО «Россельхозбанк», который свои требования к имущественной массе должника не предъявляет.

При этом институт оспаривания сделок в делах о банкротстве имеет своим назначением исключительно защиту прав конкурсных кредиторов должника, имущественной сфере которых в результате совершения соответствующих сделок был причинен вред (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 N 310-ЭС20-7837 по делу N А23-6235/2015, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2020 N 305-ЭС20-5613 по делу N А40-118964/2018, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.08.2020 N 306-ЭС20-2155 по делу N А55-30718/2016).

Данный институт не направлен на защиту интересов должника.

С учетом того, что требования конкурсных кредиторов ФИО10, в том числе ООО «Мукомоловъ», возникли существенно позднее дат выбытия из имущественной массы ООО «Спецпром» имущества по спорным сделкам, данные кредиторы при вступлении в отношения с ФИО10 и позднее в любом случае не могли исходить из наличия у подконтрольного ФИО10 ООО «Спецпром» соответствующих активов, увеличивающих стоимость доли ФИО10 в данном обществе, а следовательно, и потенциальную удовлетворяемость их требований к должнику.

В связи с этим спорные сделки, как было указано выше, в любом случае не могли причинить данным кредиторам ФИО10 вред.

По указанной причине, означающей, что совершение ООО «Спецпром», ООО «АгроСпецПром» и ФИО4 спорных сделок не привело и не могло привести к нарушению их прав и законных интересов, соответствующие конкурсные кредиторы не вправе претендовать на реализацию в настоящем деле такого способа защиты права, как оспаривание фраудаторных (вредоносных по отношению к кредиторам) сделок в деле о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции также не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства ООО «Мукомоловъ» об истребовании у АО «Россельхозбанк» доказательств, поскольку обстоятельства, на подтверждение которых направлено заявление им такого ходатайства, на итог рассмотрения настоящего спора, с учетом указанного выше, повлиять не могут.

В равной степени, принимая во внимание изложенное, не могут повлиять на итог рассмотрения настоящего спора обстоятельства наличия (отсутствия) экономической целесообразности совершения спорных сделок, в связи с чем судом первой инстанции было правильно отказано в назначении судебной экспертизы, направленной на выяснение данных обстоятельств.

Необходимо учитывать, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Между тем в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014, определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016).

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является разновидностью сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статья 10, 168 ГК РФ).

При этом положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются специальными по отношению к предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ основаниями для признания сделок недействительными.

Поэтому в условиях конкуренции норм о недействительности сделки лица, оспаривающие сделки с неравноценным встречным предоставлением (с отсутствием такого предоставления) одновременно по основаниям, предусмотренным ГК РФ и Законом о банкротстве, обязаны доказать, что выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о возможности заявления возражений о недействительности оспоримой сделки только на основании вступившего в законную силу судебного акта о признании ее недействительной, что недопустимо (определение Верховного Суда РФ от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1) по делу № А41-20524/2016).

К тому же таким образом осуществляется обход норм о сокращенном сроке давности оспаривания оспоримых сделок.

Между тем заявителями в материалы дела не представлены какие-либо доказательства или аргументы в пользу того, что нарушения, допущенные при совершении оспариваемых сделок, выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного следует заключить, что заявителями не доказано наличие оснований для признания недействительными спорных сделок как ничтожных со ссылкой на статьи 10, 168 ГК РФ.

По мнению ФИО10, имеются основания для признания спорных сделок недействительными в связи с нарушением порядка одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, поскольку подписи в протоколах общего собрания участников ООО «Спецпром» об одобрении сделок выполнены не ФИО10, а иным лицом с подражанием его подписи, как то следует из заключения специалиста № 69-Э/21 от 16.12.2021.

Между тем, как верно установил суд первой инстанции, согласно представленному ФИО10 в дело внесудебному почерковедческому исследованию подписи на всех трех протоколах, о подделке своей подписи в которых заявляет ФИО10, исполнены одним лицом.

В материалах дела имеются не опровергнутые данные, свидетельствующие о том, что первые два протокола о реорганизации (ООО «Спецпром» и ООО «АгроСпецПром») сдавались в налоговый орган ФИО10 (лично либо через своего представителя по нотариальной доверенности). При этом как заявитель в рамках государственной регистрации, ФИО10 подтверждал их подлинность и факт принятия в рамках установленных законом процедур.

Кроме того, как следует из пункта 6 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Согласно пункту 4 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со статьей 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.

ФИО10 вышел из состава участников ООО «АгроСпецПром», продав свою долю другому лицу в июле 2012 года, поэтому в настоящее время он не является ни участником ООО «Спецпром», ни участником ООО «АгроСпецПром».

В связи с этим у ФИО10 в настоящее время отсутствует право оспаривания сделок данных обществ по основаниям их совершения с нарушением порядка одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью.

А потому суд доводы ФИО10 о недействительности спорных сделок в связи с нарушением порядка одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью и о том, что суду первой инстанции надлежало удовлетворить его ходатайство о назначении судебной экспертизы в целях проверки подлинности подписей участников ООО «АгроСпецПром», выполненных в протоколах общего собрания участников о реорганизации, об одобрении крупной сделки, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции.

Какие-либо иные доводы относительно незаконности или необоснованности обжалуемого определения суда апелляционной инстанции в апелляционных жалобах ООО «Мукомоловъ», ФИО10 не содержатся.

ФИО3 поддержала иск как бывшая супруга должника. Период брака с 15.11.2005 по 28.11.2019 (том 1 листы дела 41-43,135-138).

Между тем, как уже было сказано выше, она не обладает правом оспаривать сделки, совершенные с целью причинения вреда кредиторам.

При этом спорное имущество никогда не являлось общей собственностью супругов.

Общей собственностью являлась доля должника в ООО «Спецпром».

Согласно пункту 2 статьи 35 СК РФ при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Доказательств такого несогласия в деле нет. Доказательств осведомленности ФИО4 о таком несогласии в деле также нет.

Доказательства такого рода ФИО3 не представляла.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Омской области.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Расходы по уплате государственной пошлины при подаче апелляционных жалоб в связи с отказом в их удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателей жалоб.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Омской области от 04.07.2022 по делу № А46-1249/2021 (судья Хвостунцев А.М.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО2, ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Мукомоловъ» (ИНН7725383628, ОГРН <***>) об оспаривании сделки, заключенной между обществом с ограниченной ответственностью «Спецпром» (ИНН <***>; ОГРН <***>), обществом с ограниченной ответственностью «АгроСпецПром» (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО4, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО10 (ИНН <***>, СНИЛС <***>), оставить без изменения, апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-9034/2022) ФИО10, (регистрационный номер 08АП-9035/2022) общества с ограниченной ответственностью «Мукомоловъ» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».


Председательствующий


О.В. Зорина


Судьи


Е.А. Горбунова

В.А. Зюков