Постановление от 26 мая 2023 г. по делу № А57-18552/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-12519/2021

Дело № А57-18552/2021
г. Казань
26 мая 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 мая 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Мельниковой Н.Ю.,

судей Гильмановой Э.Г., Савкиной М.А.,

при участии (до перерыва):

от ФИО1 – представитель ФИО2 (доверенность от 31.01.2023),

от ФИО3 – лично ФИО3 (паспорт), представитель ФИО4 (доверенность от 02.10.2022),

от ФИО5 – представитель ФИО4 (доверенность от 03.04.2019),

от ФИО6 – представитель ФИО4 (доверенность от 12.12.2022),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3, ФИО5, ФИО6

на постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023

по делу № А57-18552/2021

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице ФИО1 к ФИО3, ФИО5, ФИО6 о взыскании денежных средств,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО7, ФИО8.,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратился ФИО1 с исковым заявлением к ФИО3 о взыскании убытков в размере 4 797 318,09 руб.

Определением от 14.09.2021 судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8.

ФИО5 и ФИО6 определением от 11.01.2022 привлечены судом к участию в деле в качестве соответчиков.

Также судом произведена замена истца ФИО1 на общество с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» (далее – ООО «Покровский радиотелефон») в лице ФИО1

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции истец в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее– АПК РФ) уточнил исковые требования и просил взыскать в пользу ООО «Покровский радиотелефон» с ФИО3, ФИО5 солидарно убытки в размере 278 592 руб. 39 коп., с ФИО3, ФИО6 солидарно убытки в размере 1 394 333 руб. 50 коп., с ФИО3 убытки в размере 3 548 314 руб.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 02.09.2022 по делу № А57-18552/2021 исковые требования удовлетворены. Также судом распределены судебные расходы по делу.

Взыскано солидарно с ФИО3, ФИО5 в пользу ООО «Покровский радиотелефон» убытки в размере 278 592 руб. 39 коп.

Взыскано солидарно с ФИО3, ФИО6 в пользу ООО «Покровский радиотелефон» убытки в размере 1 394 333 руб. 50 коп.

Взыскано с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» убытки в размере 3 548 314 руб.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО3, ФИО6, ФИО5 обратились в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

Определением от 16.11.2022 Двенадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению настоящего дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023 решение Арбитражного суда Саратовской области от 02.09.2022 отменено.

Исковые требования удовлетворены.

Взыскано солидарно с ФИО3, ФИО5 в пользу ООО «Покровский радиотелефон» убытки в размере 278 592 руб. 39 коп.

Взыскано солидарно с ФИО3, ФИО6 в пользу ООО «Покровский радиотелефон» убытки в размере 1 394 333 руб. 50 коп.

Взыскано с ФИО3 в пользу ООО «Покровский радиотелефон» убытки в размере 3 548 314 руб.

Взыскано солидарно с ФИО3, ФИО5 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрения иска в размере 2507 руб. 11 коп., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 1574,05 руб.

Взыскано солидарно с ФИО3, ФИО6 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрения иска в размере 12 547 руб. 89 коп., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 7877,98 руб.

Взыскано с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрения иска в размере 31 932 руб., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 20 047,97 руб.

Взыскано солидарно с ФИО3, ФИО5 в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрения иска в размере 113,06 руб., государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 159 руб.

Взыскано солидарно с ФИО3, ФИО6 в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрения иска в размере 565,88 руб., государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 801 руб.

Взыскано с ФИО3 в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрения иска в размере 1440,06 руб., государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 2040 руб.

Не согласившись с постановлением арбитражного апелляционного суда ФИО3, ФИО5, ФИО6 обратились в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просят обжалуемый судебный акт отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований по основаниям, изложенным в жалобе.

В частности заявители кассационной жалобы не согласны с выводами арбитражного суда апелляционной инстанции, указывая, что обществу убытки не причинены, финансовое состояние общества было стабильным, что установлено при рассмотрении спора №А57-2694/20, транспортное средство и оборудование находятся в обществе и общество ими распоряжается, получает доход, расходы участников общества были связаны с их командировками, что также не может являться убытками общества, договор аренды ранее за иной период был одобрен всеми участниками общества, решение суда об обязании предоставить документы истцу не исполнено в связи с наличием корпоративного конфликта и сохранения конфиденциальности.

От ФИО1 поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Арбитражным судом Поволжского округа на основании статьи 163 АПК РФ в судебном заседании 16.05.2023 объявлялся перерыв до 11 часов 20 минут 23.05.2023.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, заслушав явившихся до перерыва представителей сторон, проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судом апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, суд округа приходит к следующим выводам.

Арбитражным судом апелляционной инстанции установлено, что участниками ООО «Покровский радиотелефон» являются:

- ФИО5 с номинальной стоимостью доли 5 584 500 руб., что составляет 63.82285713% уставного капитала общества,

- ФИО6 с номинальной стоимостью доли 2 956 500 руб., что составляет 33.78857143% уставного капитала общества,

- ФИО1 с номинальной стоимостью доли 95 000 руб., что составляет 1.08571429% уставного капитала общества,

- ФИО7 с номинальной стоимостью доли 95 000 руб., что составляет 1.08571429% уставного капитала общества,

- ФИО8 с номинальной стоимостью доли 19 000руб., что составляет 0.21714286% уставного капитала общества.

ФИО3 в период с 29.12.2018 по 30.04.2021 являлся директором ООО «ПРТ» (единоличным исполнительным органом), что подтверждается протоколом внеочередного общего собрания участников от 29.12.2018 и протоколом №3 очередного (годового) общего собрания участников от 30.04.2021.

ФИО6 с 22.01.2019 занимает в ООО «ПРТ» должность заместителя директора по коммерческим вопросам (коммерческого директора), что подтверждается приказом от 22.01.2019 № 3к, дополнительным соглашением от 19.04.2019 №2 к трудовому договору от 01.10.2008.

ФИО5 с 24.01.2019 занимает в ООО «ПРТ» должность заместителя директора по маркетингу, что подтверждается трудовым договором от 24.01.2019 №250/19 и дополнительными соглашениями к нему.

В обоснование своих исковых требований истец ссылается на то, что ФИО3, исполняя обязанности единоличного исполнительного органа ООО «ПРТ», действовал недобросовестно и неразумно, чем причинил убытки обществу.

Кроме того, истец утверждает о недобросовестности и неразумности поведения участника общества ФИО5, имевшего возможность фактически определять действия юридического лица, в том числе давать указания единоличному исполнительному органу, а также принимать решения об избрании директора и прекращении его полномочий.

В подтверждение своих доводов истец указывает на то, что в период полномочий ФИО3 между ООО «Покровский радиотелефон» (арендатор) и участником общества ФИО5 (арендодатель), обладающим долей в размере 63.82285713% уставного капитала, был заключен договор аренды нежилого помещения от 01.01.2019 №190101, по условиям которого во временное владение и пользование передано помещение площадью 100 кв.м, расположенное в нежилом помещении общей площадью 505 кв.м по адресу: <...>.

Арендная плата по договору установлена в размере 123 000 руб. за один месяц.

18.03.2019 ООО «ПРТ» произведен платеж участнику общества ФИО5 на основании указанного договора в размере 123 000 руб. за один месяц использования помещения. При этом, как утверждает истец, рыночная ставка арендной платы за пользование частью нежилого помещения площадью 100 кв.м, расположенного по адресу: <...>, составляет 25 000 руб. в месяц (250 руб. за 1 кв.м).

В подтверждение своих доводов истец представил справку эксперта-оценщика ООО «Приоритет-оценка» ФИО10 от 02.08.2021 № 25.

Таким образом, истец считает, что заключение между ИП ФИО5 и ООО «ПРТ» в лице ФИО3 договора аренды нежилого помещения от 01.01.2019 №190101 не отвечало интересам общества, поскольку стоимость аренды многократно завышена и не соответствовала рыночной.

Следовательно, по мнению истца, данная сделка была совершена ФИО5 и ФИО3 с заинтересованностью, без требуемого законом одобрения, на заведомо невыгодных для юридического лица условиях, информация о которой скрыта от участников общества (сведения о сделке не отражены в пункте 9 годового отчета ООО «ПРТ» за 2019 год).

Кроме того, отсутствует обоснование экономической целесообразности заключения данной сделки и цели использования указанного нежилого помещения в хозяйственной деятельности общества, а также не представлено доказательств того, что других более выгодных вариантов аренды аналогичных помещений не имелось.

Истец считает, что руководитель ФИО3 и участник ФИО5 должны были предвидеть в силу объективных причин отсутствие необходимости в аренде указанного помещения по завышенной цене без определенной цели использования.

По расчету истца, размер убытков общества по аренде помещения (<...>) составил 98 000 руб. - разницу между фактически выплаченной суммой арендных платежей по договору и определенной экспертом-оценщиком рыночной стоимости аренды спорного помещения (расчет: 123 000 – 25 000 = 98 000).

Кроме того, истец ссылается на то, что со счетов ООО «ПРТ» были оплачены не относящиеся к хозяйственной деятельности общества туристические услуги и командировочные расходы в личных интересах ФИО5, в результате чего, по мнению истца, обществу были причинены убытки за счет необоснованной оплаты туристической поездки мажоритарного участника ФИО5 в Австрию в феврале 2019 года (счет №25 от 29.01.2019, туристическая путевка №798127 серия ТП, акт об оказании туристических услуг №15 от 28.02.2019) и необоснованных расходов на участие ФИО5 в «симпозиуме».

Согласно расчету истца, размер убытков составляет 181 092,39 руб., в том числе:

- оплата 31.01.2019 ИП ФИО9 по счету №25 от 29.01.2019 за проживание в период с 19.02.2019 по 25.02.2019 в отеле «Activ Sunny Hotel Sonne» (Австрия) по туристической путевке № 798127 серия ТП в размере 79 000 руб.;

- оплата 18.02.2019 аванса на командировочные расходы ФИО5 за февраль 2019 года, связанные с туристической поездкой в указанный отель, в размере 15 700 руб.;

- оплата 26.03.2019 командировочных расходов ФИО5 за февраль 2019 года, также связанных с туристической поездкой в указанный отель, в размере 32 762,39 руб.;

- оплата 22.11.2019 расходов на участие в симпозиуме ФИО5 в размере 53 630 руб.

По мнению истца, какие-либо доказательства несения вышеуказанных расходов на нужды ООО «ПРТ», наличия целей и результатов указанных поездок, а также связь проживания ФИО5 по туристической путевке в Австрии с хозяйственной деятельностью общества отсутствуют.

Таким образом, истец считает, что совместные действия ФИО5 и ФИО3 не отвечали интересам общества, совершены в ущерб обществу, состоят в причинно-следственной связи с причинением убытков, кроме того, имеется согласованность их действий, ввиду чего их ответственность не может быть разделена.

Кроме того, истец утверждает о недобросовестности и неразумности поведения участника общества ФИО6, занимавшего на момент причинения убытков руководящие должности главного бухгалтера и коммерческого директора, а также имевшего возможность фактически определять действия юридического лица, в том числе давать указания единоличному исполнительному органу.

По мнению истца, участник общества, осуществляющий одновременно функции коммерческого директора, ФИО6 и директор ФИО3 совместно причинили следующие убытки обществу.

Так, за период с августа по ноябрь 2019 года ООО «ПРТ» оплачивало проживание неизвестных лиц в номерах отеля «Жемчужина», расположенного по адресу: <...>.

Платежи производились по счетам, выставленным обществом с ограниченной ответственностью Отель «Жемчужина» (ОГРН <***>, ИНН <***>), в том числе за номера класса «люкс».

Истец утверждает, что в указанный период ФИО6 каких-либо трудовых функций «разъездного» характера не осуществлял и необходимости его постоянного пребывания на территории г. Москвы в интересах хозяйственной деятельности ООО «ПРТ» не имелось.

Таким образом, истец считает, что данные расходы были оплачены не на нужды ООО «ПРТ».

Согласно расчету истца, размер убытков общества в связи с недобросовестными и неразумными действиями по необоснованной оплате проживания в номерах отеля «Жемчужина» составляет 131 300 руб., то есть сумму, оплаченную ООО Отель «Жемчужина» платежными поручениями №466 от 09.08.2019, №467 от 09.08.2019, №642 от 03.09.2019, №2068 от 18.10.2019, №2071 от 21.10.2019, №2078 от 22.10.2019, №2088 от 25.10.2019, №2129 от 01.11.2019, №2136 от 06.11.2019, №2660 от 11.11.2019, №2775 от 19.11.2019, №2808 от 21.11.2019, №2831 от 26.11.2019 (Расчет: 5500 + 16 500 + 14 800 + 11 100 + 3700 + 11 000 + 5800 + 14 800 + 14 800+11 100 + 7400 + 7400 + 7400 = 131 300).

Кроме того, истец утверждает, что обществу были причинены убытки за счет необоснованных расходов на личные поездки участника ФИО6, не связанные с хозяйственной деятельностью общества (авансовые отчеты №54 от 12.11.2019, №58 от 20.11.2019).

По мнению истца, какие-либо доказательства, подтверждающие обстоятельства осуществления трудовых обязанностей ФИО6 на территории г. Москвы с учетом «разъездного» характера работы, наличие целей и результатов осуществления спорных командировок, объективные причины перевода ФИО6 на работу вне территории работодателя отсутствуют.

Таким образом, истец считает, что расходы на осуществление ФИО6 авиаперелетов между городами Москва и Саратов не обоснованы, и указанные траты не связаны с хозяйственной деятельностью общества.

Согласно расчету истца, размер убытков составляет 36 263 руб. (Расчет: 14 026 + 22 237 = 36 263).

Также, истец считает, что явно недобросовестным и неразумным является заключение бывшим руководителем ООО «ПРТ» ФИО3 договора лизинга № ЛД-63-2026/20 от 22.06.2020 с ООО «Интерлизинг» (ОГРН <***>, ИНН7802131219), предметом которого является легковой автомобиль премиум-класса Mercedes-Benz E220d 4MATIC рыночной стоимостью более 4 000 000 руб.

При этом, как указывает истец, в собственности ООО «ПРТ» в момент заключения указанного договора лизинга и по настоящее время имеется еще один автомобиль премиум-класса: Land Rover Range Rover Sport (VIN <***>, гос.рег.знак А300ВС164), на использование которого в хозяйственной деятельности общества указывал ответчик в письме исх.№ 57 от 04.03.2020.

По мнению истца, на противоправность поведения ответчика в данном случае указывают также обстоятельства увеличения уставного капитала в январе 2020 года по инициативе самого ФИО3, который обосновывал необходимость привлечения 10 млн.руб. отсутствием денежных средств на осуществление хозяйственной деятельности общества.

В обоснование своих доводов истец представил постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 25.02.2021 № Ф06-19/2021 по делу № А57-2694/2020, в котором, в числе прочего, также указано на противоречивые действия ООО «ПРТ» по приобретению дорогостоящих автомобилей премиум-класса, выдаче беспроцентных займов третьим лицам, заключению иных экономически сделок при инициировании процедуры увеличения уставного капитала для реализации приведенных причин привлечения денежных средств (недостаточность собственных оборотных денежных средств).

Кроме того, судом отдельно дана оценка поведению общества по заключению договора лизинга № ЛД-63-2026/20 от 22.06.2020. Судом установлено, что действия ответчика ООО «ПРТ» по заключению неразумных и нецелесообразных сделок при инициировании процедуры увеличения уставного капитала для реализации приведенных причин привлечения денежных средств (недостаточности собственных оборотных денежных средств) совершены с нарушением требований статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а поведение ответчика не отвечает целям деятельности коммерческой организации, установленным в пункте 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не соответствует поведению, ожидаемому от хозяйствующего субъекта, направленному на сохранение своих активов и извлечение прибыли.

Как указывает истец, из анализа банковских выписок по счетам ООО «ПРТ» следует, что в период полномочий ФИО3 за вторую половину 2020 года ООО «ПРТ» выплатило по указанному договору лизинга 802 348, 70 руб.

Таким образом, истец считает, что данная сделка совершена в ущерб обществу по причине отсутствия производственной необходимости в приобретении и использовании на основании договора лизинга автомобиля премиум-класса Mercedes-Benz E220d 4MATIC, в том числе с учетом нахождения в собственности у общества другого автомобиля премиум-класса Land Rover Range Rover Sport (VIN <***>, гос.рег.знак А300ВС164), а также неблагоприятного финансового состояния ООО «ПРТ».

По мнению истца, коммерческий директор ФИО6 и директор ФИО3 должны были предвидеть в силу объективных причин отсутствие необходимости в изъятии денежных средств из оборота на приобретении очередного автомобиля премиум-класса в период нехватки финансирования на первоочередные нужды хозяйственной деятельности. Кроме того, ФИО3, исполняющий обязанности директора, и ФИО6, курирующий финансово-хозяйственную деятельность предприятия, приняли решение о заключении и исполнении договора лизинга без учета известной им информации о необходимых первоочередных тратах на приобретение оборудования, имеющей значение в данной ситуации, что повлекло неблагоприятные последствия и дополнительные существенные расходы для общества.

Следовательно, истец считает, что заключение и исполнение договора лизинга № ЛД-63-2026/20 от 22.06.2020 в интересах одного участника общества необходимо квалифицировать как явно неразумные и недобросовестные действия, направленные на удовлетворение интересов участника ФИО6 в ущерб интересам самого общества.

Согласно расчету истца, размер убытков по указанной сделке составляет 802 348,70 руб. - сумму, изъятую из оборота и оплаченную ООО «Интерлизинг» платежными поручениями № 1679 от 29.06.2020, № 1751 от 08.07.2020, № 1984 от 10.08.2020, № 2201 от 07.09.2020, № 2427 от 06.10.2020, № 2650 от 06.11.2020, № 2911 от 09.12.2020 (Расчет: 165 716 + 106 105,45 + 106 105,45 + 106 105,45 + 106 105,45 + 106 105,45 + 106 105,45 = 802 348,70).

По мнению истца, совместные действия ФИО3 и ФИО6, занимающих руководящие должности, не отвечали интересам общества, состоят в причинно-следственной связи с причинением убытков, кроме того, имеется согласованность их действий, ввиду чего их ответственность не может быть разделена.

Кроме того, в обоснование своих исковых требований истец ссылается на то, что в период полномочий ФИО3 между ООО «Покровский радиотелефон» (покупатель) и обществом с ограниченной ответственностью «Аперикон» (поставщик) был заключен договор поставки № 96 от 15.05.2019, по условиям которого поставщик обязуется поставить ISO контейнер общего назначения, укомплектованный стойками и системами электроснабжения.

Согласно пункту 2.1. указанного договора поставка товара осуществляется поставщиком на площадку продавца, расположенную по адресу: г. Москва, ул. Псковская, 1с1.

Общая сумма товара определена сторонами в размере 1 560 000 руб. (пункт 5.1 договора).

При этом, как указывает истец, в бухгалтерской отчетности ООО «ПРТ» за 2019 и 2020 годы не отражено поступление основного средства - ISO контейнера общего назначения, укомплектованного стойками и системами электроснабжения.

В отношении сделки с ООО «Аперикон» истец утверждает следующее:

- ISO контейнер общего назначения, укомплектованный стойками и системами электроснабжения, не был приобретен в интересах общества и не поступал в распоряжении ООО «ПРТ», что, по мнению истца, подтверждается адресом доставки, не имеющим отношения к деятельности общества (г. Москва, ул. Псковская, 1с1), а также отсутствием отражения данной сделки в годовой бухгалтерской отчетности общества;

- сделка совершена на заведомо невыгодных для юридического лица условиях (завышенной цене), в подтверждение чего истцом представлена справка эксперта-оценщика ООО «Приоритет-оценка» ФИО10 № 26 от 10.08.2021;

- общество не нуждалось в заключении такого договора и в значительных материальных затратах, а руководитель ФИО3 должен был предвидеть в силу объективных причин отсутствие необходимости приобретения имущества по завышенной цене без определенной цели использования на территории предприятия;

- основным видом деятельности ООО «Аперикон» является деятельность в области права и бухгалтерского учета (ОКВЭД - 69), а договор от имени поставщика подписан руководителем ФИО11, являющимся бывшим работником ООО «ПРТ» в должности заместителя генерального директора по экономике, что ставит под сомнение добросовестность поведения сторон и намерения исполнить сделку.

По мнению истца, недобросовестность и неразумность действий бывшего руководителя ФИО3 выразилась в необоснованном перечислении денежных средств за товар, который не был передан в распоряжение обществу.

Таким образом, истец считает, что ООО «ПРТ» причинены убытки в результате противоправных действий ответчика, который не мог не осознавать, что осуществляя платежи ООО «Аперикон» по договору поставки № 96 от 15.05.2019, он действует вопреки интересам общества.

Согласно расчету истца, размер убытков по указанной сделке составляет 1 560 000 руб. - сумму, оплаченную ООО «Аперикон» платежными поручениями №873 от 20.05.2019, №917 от 27.05.2019, №953 от 30.05.2019, №970 от 03.06.2019, №10 от 07.06.2019, №95 от 18.06.2019, №106 от 19.06.2019, №110 от 20.06.2019 (Расчет: 500 000 + 200 000 + 100 000 + 200 000 + 100 000 + 100 000 + 200 000 +160 000 =1 560 000).

Кроме того, истец ссылается на то, что в период полномочий ФИО3 ООО «Покровский радиотелефон» производило необоснованные платежи индивидуальным предпринимателям ФИО12 (ОГРНИП 318583500061527), ФИО13 (ОГРНИП 319583500012660), ФИО14 (ОГРНИП 319583500010212), зарегистрированным в Пензенской области.

Однако, как указывает истец, данные лица были зарегистрированы в качестве индивидуальных предпринимателей непродолжительное время и фактически не вели хозяйственную деятельность, связанную с поставкой материалов и оборудования, в силу отсутствия необходимых условий для осуществления таких видов деятельности: отсутствие производственных активов, складских и офисных помещений, транспортных средств. Какие-либо материалы и оборудование ФИО12, ФИО13 и ФИО14 не поставлялись в адрес ООО «ПРТ».

ФИО1 утверждает, что перечисление денежных средств на счета индивидуальных предпринимателей ФИО12, ФИО13, ФИО14, с учетом отсутствия реальности хозяйственных операций, свидетельствует о создании бывшим директором ФИО3 искусственной ситуации, направленной на вывод денежных средств со счетов ООО «ПРТ».

При выборе контрагентов по сделкам единоличный исполнительный орган должен действовать разумно и добросовестно, своевременно применять меры контроля и воздействия по понуждению таких контрагентов к исполнению принятых на себя обязательств. Не допускается в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации заключать сделки, которые стороны не намеревались исполнять.

Следовательно, истец считает, что имеет место факт совершения бывшим директором недобросовестных и неразумных действий по необоснованному перечислению денежных средств индивидуальным предпринимателям в отсутствие реальных хозяйственных правоотношений и встречного предоставления, что причинило убытки обществу.

Согласно расчету истца, размер убытков составляет 1 932 314 руб. - сумму, выведенную на счета МП ФИО12 платежным поручением №489 от 22.03.2019, ИП ФИО13 платежным поручением №654 от 15.04.2019, ИП ФИО14 платежными поручениями №935 от 29.05.2019, №361 от 29.07.2019, №421 от 02.08.2019, №431 от 05.08.2019 (Расчет: 397 651 + 351 135 + 296 000 + 352 526 +183 726 + 351 276 = 1 932 314).

Кроме того, истец ссылается на то, что решением Арбитражного суда Саратовской области от 10.12.2020 по делу № А57-16067/2020 исковые требования ФИО1 удовлетворены в полном объеме, на ООО «ПРТ» возложена обязанность передать в течение пяти дней с даты вступления решения суда в законную силу участнику ФИО1 заверенные надлежащим образом копии следующих документов: банковские выписки о движении денежных средств по всем расчетным счетам общества с расшифровкой назначения всех платежей за период с 01.07.2017 по 30.06.2020; договоры (контракты), заключенные обществом за период с 01.07.2017 по 30.06.2020, взаиморасчетные документы по этим договорам (контрактам). Также указанным решением суда взысканы с ООО «ПРТ» в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 6000 руб.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 решение Арбитражного суда Саратовской области от 10.12.2020 по делу № А57-16067/2020 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ответчика - без удовлетворения, судебный акт в вышестоящие судебные инстанции сторонами не обжалован, вступил в законную силу.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 21.05.2021 по делу № А57-16067/2020 взысканы с ООО «ПРТ» в пользу ФИО1. судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб.

Таким образом, истец считает, что ответчик как руководитель общества, действуя добросовестно, должен был своевременно исполнить требования участника общества ФИО1 и в соответствии с нормами закона предоставить истребуемые документы, что сделано не было. Факт ненадлежащего исполнения обязательств руководителем, по мнению истца, подтвержден вступившим в законную силу решением арбитражного суда и на общество возложены дополнительные судебные расходы в размере 56 000 руб., однако при надлежащем исполнении обязанностей ФИО3 данные расходы общество могло не понести, в связи с чем, указанная сумма является убытками, подлежащими взысканию с ответчика.

Истец считает, что понесенные ООО «Покровский радиотелефон» убытки должны быть в полном объеме возмещены ответчиками, в связи с чем обратился в суд с настоящим иском.

Арбитражный суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, выслушав в судебном заседании полномочных представителей сторон, пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований в полном объеме.

Арбитражный суд кассационной инстанции не может согласиться с указанными выводами, считает их преждевременными и сделанными не при полном установлении обстоятельств и оценки доказательств, а также нарушении норм, как процессуального права, так и материального права.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Ответственность наступает при наличии следующих условий: наличие убытков (факт причинения вреда), противоправность действий лица, обязанного к возмещению убытков (вреда), причинно-следственная связь между противоправным поведением указанного лица и возникшими убытками (причинением вреда), вину лица, обязанного к возмещению убытков (возмещению вреда).

Поскольку убытки являются мерой ответственности, в предмет доказывания по требованию об их взыскании входит: противоправность действия (бездействия) ответчика; факт и размер понесенных истцом убытков; причинная связь между возникшими убытками и действиями (бездействием) ответчика, а также в определенных случаях вина ответчика в их причинении.

В случае недоказанности хотя бы одного из указанных элементов иск о взыскании убытков не подлежит удовлетворению.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

В силу статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании (пункт 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно, и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1-3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно (пункт 4 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, для привлечения участников общества к солидарной ответственности по настоящему спору, арбитражному суду апелляционной инстанции надлежало установить обстоятельства, подтверждающие, что ФИО6 и ФИО5 в период спорных правоотношений являлись лицами, имевшими фактическую возможность определять действия общества, давать указания органу управления.

Судом апелляционной инстанции указанные обстоятельства не установлены, доказательства не исследованы, не мотивировано приняты доводы истца по иску.

Факт того, что данные участники имеют большую часть голосов при голосовании на общих собрании при решении вопроса о назначении единоличного исполнительного органа, в силу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), не может являться основанием для привлечения участников общества к солидарной ответственности.

В частности, из разъяснений пункта 3 Постановления № 53 следует, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ)

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Арбитражным судом апелляционной инстанции указанные признаки не установлены, принятие доводов истца в указанной части не мотивированы.

Как следует из пунктов 1, 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в случаях указанных в Постановлении № 62.

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Согласно пункту 4 Постановления № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора. Истец, предъявляя требование о привлечении бывшего руководителя к ответственности в виде взыскания убытков, должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

При рассмотрении споров о возмещении причиненных юридическому лицу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) органа с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав, и исполнения возложенных на него обязанностей.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства. При определении неразумного поведения директора, судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 Постановления № 62).

В пункте 6 Постановления № 62 указано, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков.

Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал в пределах разумного предпринимательского риска.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», абзацу второму пункта 1 Постановления № 62 негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 Постановления № 62).

Судом апелляционной инстанции установлено, что между участниками ООО «ПРТ» сложился корпоративный конфликт, подтвержденный рядом арбитражных дел: № А57-31565/2019, А57-2694/2020, А57-4156/2020, А57-16067/2020, А57-16783/2021, А57-18568/2021, А57-11428/2022.

Арбитражный суд кассационной инстанции соглашается с таким выводом.

При этом считает необходимым указать, что наличие корпоративного конфликта не может являться достаточным основанием для привлечения единоличного исполнительного органа и иных участников общества к солидарной ответственности по иску участника общества о взыскании убытков.

На основании пункта 2 Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» поскольку ФИО3 скрывал информацию о совершенных им сделках от участников юридического лица и не предоставлял доступ к документам о своей деятельности недобросовестность его действий (бездействия) считается доказанной, а также на нем лежит бремя доказывания обстоятельств опровергающих обоснованные утверждения истца.

Арбитражный суд апелляционной инстанции установил, что в рамках дела № А57-2694/2020 судами установлены противоречивые действия ООО «ПРТ» по приобретению дорогостоящих автомобилей премиум-класса, выдаче беспроцентных займов третьим лицам, заключению иных экономически сделок при инициировании процедуры увеличения уставного капитала для реализации приведенных причин привлечения денежных средств (недостаточность собственных оборотных денежных средств).

Судами сделан вывод, что действия ответчика ООО «ПРТ» по заключению неразумных и нецелесообразных сделок при инициировании процедуры увеличения уставного капитала для реализации приведенных причин привлечения денежных средств (недостаточности собственных оборотных денежных средств) совершены с нарушением требований статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а поведение ответчика не отвечает целям деятельности коммерческой организации, установленным в пункте 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не соответствует поведению, ожидаемому от хозяйствующего субъекта, направленному на сохранение своих активов и извлечение прибыли.

Кроме того, по решению суда по делу № А57-16067/2020 на ООО «ПРТ» возложена обязанность передать ФИО1 заверенные надлежащим образом копии документов, относящиеся к деятельности общества.

Таким образом, принимая во внимание вступившие в законную силу судебные акты по делам № А57-2694/2020, А57-16067/2020, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что действия ответчиков не отвечали интересам общества, совершены в ущерб обществу, состоят в причинно-следственной связи с причинением убытков, кроме того, имеется согласованность их действий, ввиду чего их ответственность не может быть разделена.

Арбитражный суд кассационной инстанции не может согласиться с таким выводом арбитражного суда апелляционной инстанции, исходя из того, что в рамках указанных им арбитражных дел устанавливались иные обстоятельства и исследовались доказательства и доводы участников спора относительно заявленных исковых требований.

По делу № А57-2694/2020 истец оспаривал решение общего собрания участников общества в части увеличения уставного вклада и суды устанавливали экономическую целесообразность принятия такого решения и отсутствия собственных оборотных средств для приобретения оборудования.

При этом суды не установили оснований для увеличения уставного капитала и не установили нестабильного финансового положения общества, указав, проанализировав финансовую деятельность общества за тот же спорный период, что и по настоящему спору. Также суды пришли к выводу о не предоставлении обществом доказательств невозможности приобретения оборудования за счет собственных оборотных средств, указав на совершение иных хозяйственных сделок.

По делу № А57-16067/2020 истец реализовал свое право на корпоративное управление обществом путем истребования документов о деятельности общества.

При рассмотрении указанных выше арбитражных дел суды не устанавливали наличие убытков обществу от действий, как единоличного исполнительного органа, так и от действий других участников общества.

Следовательно, при рассмотрении настоящего арбитражного спора у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для освобождения истца от доказывания причинения обществу убытков.

Спор подлежал рассмотрению в соответствии с общими требованиями к данной категории дел по установлению пределов доказывания и распределения бремени доказывания.

В частности при рассмотрении заявленных исковых требований, суд апелляционной инстанции должен был исходить из следующего.

01.01.2019 между ООО «ПРТ» и ИП ФИО5 заключен договор аренды нежилого помещения № 190101, расположенного по адресу: <...>, по условиям которого во временное владение и пользование передано помещение площадью 100 кв.м, расположенное в нежилом помещении общей площадью 505 кв.м.

Арендная плата по договору установлена в размере 123 000 руб. за один месяц.

Арбитражным судом апелляционной инстанции установлено, что в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции судом была назначена экспертиза, производство которой поручено обществу с ограниченной ответственностью «Приоритет-Оценка», эксперту ФИО10.

Перед экспертом был поставлен следующий вопрос:

1. Определить рыночную ставку арендной платы на 01.01.2019 за пользование частью нежилого помещения, площадью 100 кв.м, расположенного по адресу: <...>?

Согласно заключению эксперта №07/22-52 от 22.07.2022 рыночная ставка арендной платы за пользование нежилым помещением, общей площадью 100 кв.м, расположенным по адресу: <...>, по состоянию на дату оценки - 01.01.2019 составляет 25 500 руб.

Ознакомившись с результатами судебной экспертизы, оценив экспертное заключение, по правилам статьи 71 АПК РФ в совокупности с иными материалами дела, суд апелляционной инстанции признал его соответствующим требованиям статей 82, 83, 86, 87 АПК РФ, Федеральному закону от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации»; основанным на материалах дела, ясным и полным, составленным в отсутствие противоречий в выводах эксперта. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Принимая по делу в качестве надлежащего доказательства результаты проведенной по делу судебной экспертизы судом первой инстанции, арбитражный суд апелляционной инстанции не учел, что им решение суда первой инстанции отменено, спор рассмотрен по правилам первой инстанции.

Также суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что данная сделка с заинтересованностью совершена без требуемого законом одобрения, на заведомо невыгодных для юридического лица условиях, информация о которой скрыта от участников общества, поскольку сведения о сделке не отражены в пункте 9 годового отчета ООО «ПРТ» за 2019 год, вопрос об одобрении сделки не поднимался на общих собраниях общества, величина арендной платы не утверждалась.

Приходя к такому выводу, суд апелляционной инстанции фактически в порядке статьи 45 Закона об ООО признал данную сделку - сделкой, совершенной с заинтересованностью, которая в силу требований закона является сделкой с заинтересованностью и должна была быть оспорена в рамках самостоятельного спора.

В данном споре истец не заявлял требований об оспаривании данной сделки в порядке статьи 45 Закона об ООО, статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суд апелляционной инстанции при оценке договора аренды вышел за пределы исковых требований и предмета спора.

Также суд апелляционной инстанции не установил убыточность договора аренды, не дал оценки доводам ответчиков, что ранее в обществе заключались аналогичные договоры с одобрения всех участников общества.

Судом апелляционной инстанции не мотивирован вывод об убыточности такой сделки с указанием оценки финансовой деятельности общества за спорный период.

Таким образом, вывод суда апелляционной инстанции, что заявленный истцом размер убытков общества по аренде помещения в сумме 97 500 руб. является обоснованным, не соответствует общим требованиям процессуальных норм об исследовании доказательств, распределении бремени доказывания, а также применению норм корпоративного законодательства об оспаривании сделок.

Относительно выводов суда апелляционной инстанции о наличии убытков по оплате туристических услуг и транспортных расходов.

Согласно материалам дела в период осуществления полномочий руководителем ФИО3 со счетов ООО «ПРТ» были оплачены связанные с участником ФИО5 туристические услуги и транспортные расходы на общую сумму 181 092,39 руб.:

- оплата 31.01.2019 ИП ФИО9 по счету №25 от 29.01.2019 за проживание в период с 19.02.2019 по 25.02.2019 в отеле «Activ Sunny Hotel Sonne» (Австрия) по туристической путевке № 798127 серия ТП в размере 79 000 руб.;

- оплата 18.02.2019 аванса на командировочные расходы ФИО5 за февраль 2019 года, связанные с туристической поездкой в указанный отель, в размере 15 700 руб.;

- оплата 26.03.2019 командировочных расходов ФИО5 за февраль 2019 года, также связанных с туристической поездкой в указанный отель, в размере 32 762,39 руб.;

- оплата 22.11.2019 расходов на участие в симпозиуме ФИО5 в размере 53 630 руб.

Для возможности привлечения ФИО5 к солидарной ответственности, как ранее было указано, суду апелляционной инстанции необходимо было установить и мотивировать возможность его привлечения в порядке пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В нарушение пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений постановления Пленума № 53 судом апелляционной инстанции такие обстоятельства не установлены.

Как и не установлено присвоение указанных денежных средств единоличным исполнительным органом.

В связи с чем, суд кассационной инстанции также не может согласиться с выводами суда апелляционной инстанции о подтверждении причинения убытков обществу ФИО3 и ФИО5 в размере 181 092,39 руб.

Относительно убытков, связанных с расходами на проживание ФИО6 в отеле «Жемчужина» и авиаперелетами по маршруту Саратов-Москва, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что несение указанных расходов подтверждает неразумное поведение директора ФИО3 и участника общества ФИО6, которое выразилось в оплате за счет средств общества расходов, обоснованность которых и факт их несения на нужды общества не подтверждены надлежащими и достаточными документами.

Суд кассационной инстанции также не может согласиться с указанным выводом, исходя из тех же оснований, что и в отношении участника общества – ФИО5 в части применения пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Также судом апелляционной инстанции не принято во внимание, что ФИО6 проживает в г. Москве. Из материалов арбитражного дела не следует, что в обществе установлен запрет на привлечение работников, проживающих в ином регионе, осуществлении ими своих полномочий дистанционно.

В данном случае именно истец должен был доказать о возможности наличия в спорный период менее затратного способа проживания в г. Саратове, что в указанный период ФИО6 не исполнял свои служебные обязанности, связанные с деятельностью общества.

Ссылаясь на положения части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции не учел, что в Трудовом кодексе Российской Федерации не раскрывается содержание понятия «место работы». В теории трудового права под местом работы понимается расположенная в определенной местности (населенном пункте) конкретная организация, ее представительство, филиал, иное обособленное структурное подразделение. Рабочее место- место, где работник должен находится или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя (часть 6 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации) («Обзор практики рассмотрения судами дел, связанных с осуществлением гражданами трудовой деятельности в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.02.2014), «Обзор практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прекращением трудового договора по инициативе работодателя» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2020).

В отношении договора лизинга № ЛД-63-2026/20 от 22.06.2020 суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что заключение и исполнение данной сделки в интересах ФИО6 без определения хозяйственной цели с учетом нужд общества, необходимо квалифицировать как явно неразумные и недобросовестные действия, совершенные со злоупотреблением правом, направленные на удовлетворение нужд одного участника в ущерб интересам самого общества.

Суд апелляционной инстанции установил, что согласно акту о приеме-передаче объекта основных средств №10 от 30.06.2020 автомобиль Mercedes-Benz E 220 d 4MATIC принят на ответственное хранение ФИО6

На основании приказа от 30.06.2020 №ОС-10 материально-ответственным лицом за автомобиль назначен также ФИО6

Также судом апелляционной инстанции установлено, что ответчиками не представлены путевые листы, журнал регистрации путевых листов, сведения о приобретении и оплате ГСМ, сводные ведомости расхода ГСМ, локальный акт об утверждении норм расхода ГСМ или иные аналогичные документы, подтверждающие использование автомобиля Mercedes-Benz E 220 d 4MATIC при осуществлении предпринимательской деятельности общества.

При этом суд апелляционной инстанции не учел, что требования истца в указанной части убытков связаны с тем, что такой автомобиль премиум-класса был приобретен обществом по договору лизинга. Из доводов истца не следует, что убытки связаны с тем, что данный автомобиль использовал ФИО6 в собственных интересах за счет общества.

Также судом апелляционной инстанции не принято во внимание, что спорный автомобиль приобретен обществом, находился на его балансе.

В материалах дела отсутствуют доказательства, что в спорный период автомобиль был незаконно отчужден по заниженной цене.

Таким образом, судом апелляционной инстанции не мотивирован вывод о наличии убытков в связи с приобретением спорного автомобиля, отсутствие его в обществе.

При рассмотрении спора в суде кассационной инстанции представитель истца не отрицал факта наличия спорного автомобиля в обществе и его последующие отчуждение, которое не является предметом настоящего спора.

Также судом апелляционной инстанции не мотивирован вывод о заключение и исполнение договора лизинга № ЛД-63-2026/20 от 22.06.2020 в интересах одного участника общества ФИО6

Ссылка суда апелляционной инстанции на разъяснения пункта 17 Обзора судебной практики (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019) в данном случая является несостоятельной, исходя из предмета спора.

В данном споре истец не заявлял самостоятельный иск о признании договора лизинга недействительной сделкой в силу пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В отношении контрагента ООО «Аперикон» по договору поставки № 96 от 15.05.2019 ISO контейнера общего назначения, укомплектованного стойками и системами электроснабжения, а также выводов суда апелляционной инстанции о недобросовестных и неразумных действий по необоснованному перечислению денежных средств индивидуальным предпринимателям ФИО12, ФИО13 и ФИО14 в отсутствие реальных хозяйственных правоотношений и встречного предоставления, суд кассационной инстанции также считает такие выводы преждевременными и сделанными при неполном установлении обстоятельств по делу.

Для установления убыточности сделок по приобретению материально-технических средств и товаров, а также необходимости их приобретения, суду апелляционной инстанции надлежало исследовать финансово-экономическую деятельность общества, исследовать вопрос использования спорного оборудования и материалов в хозяйственной деятельности общества и получения прибыли от такого использования.

В случае возникновения сомнений в достоверности предоставления сведений о экономической деятельности общества, суд апелляционной инстанции, рассматривая спор по правилам первой инстанции, в силу статьи 9 АПК РФ имел возможность предложить сторонам провести по делу судебную бухгалтерскую экспертизу для подтверждения или опровержения доводов ответчика.

При рассмотрении настоящего спора ответчики указывали о стабильном экономическом положении общества, отсутствия убытков от приобретенного оборудования и использования приобретенных спорных материалов в хозяйственной деятельности, а, следовательно, получении прибыли.

Указанные возражения судом апелляционной инстанции не исследованы и не оценены.

Фактически при рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции исходил из обоснованности доводов истца по делу, освобождения его от бремени доказывания таких доводов и обстоятельств, наличия убытков у общества, что не соответствует указанным выше нормам материального и процессуального права.

В силу статьи 286 АПК РФ суд кассационной инстанции ограничен в своих процессуальных правах по установлению обстоятельств и оценки доказательств, которые не были предметом исследования и оценки в данном случае суда апелляционной инстанции, что является основанием для отмены постановления суда апелляционной и направлению дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении спора суду апелляционной инстанции надлежит устранить указанные выше нарушения, правильно распределить бремя доказывания по спору, с учетом мотивированного установления по делу обстоятельств и оценки доказательств по делу, доводов и возражений участников спора, с учетом правильного применения указанных выше норм материального и процессуального права, разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, принять по делу законный и обоснованный судебный акт.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023 по делу № А57-18552/2021 – отменить, направить дело на новое рассмотрение в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд.

Кассационную жалобу – удовлетворить частично.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья Н.Ю. Мельникова


Судьи Э.Г. Гильманова


М.А. Савкина