Постановление от 26 февраля 2024 г. по делу № А06-914/2021

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А06-914/2021
г. Саратов
26 февраля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена «20» февраля 2024 года

Полный текст постановления изготовлен «26» февраля 2024 года


Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Яремчук Е.В.,

судей Батыршиной Г.М., Колесовой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, Назарова Андрея Вячеславовича

на определение Арбитражного суда Астраханской области от 12 декабря 2023 года по делу № А06-914/2021 (судья Подосинников Ю.В.)

по заявлению конкурсного кредитора – ФИО4 к ФИО5, ФИО6, ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Астраханьтурсервис» (414000, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии в судебном заседании: представителя общества с ограниченной ответственностью «Меркурий» - ФИО7 по доверенности от 21 августа 2023 года, представителя ФИО3 – ФИО8 по доверенности от 09 ноября 2023 года.



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Астраханской области от 15.10.2021 в отношении ООО «Астраханьтурсервис» введена процедура конкурсного производства.

Определением арбитражного суда от 19.04.2023 арбитражный управляющий ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Астраханьтурсервис». Конкурсным управляющим ООО «Астраханьтурсервис» утверждена кандидатура ФИО10

Определением арбитражного от 06.09.2021 по делу №А06-914/2021 в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования ФИО6 к ООО «Астраханьтурсервис» в размере основного долга 10 000 000 руб. на основании задолженности по договору купли-продажи от 19.05.2018 объектов недвижимости в Республике Крым.

Определением суда от 18.01.2022 в порядке правопреемства в установленном определением Арбитражного суда Астраханской области от 06.09.2021 по делу №А06-914/2021 произведена замена конкурсного кредитора ФИО6 в реестре требований кредиторов ООО «Астраханьтурсервис» на ФИО11 с суммой требований в размере основного долга – 10 000 000 руб.

Конкурсный кредитор ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора уступки прав требования от 15.05.2019 задолженности ООО «Астраханьтурсервис» по договору купли-продажи от 19.05.2018 объектов недвижимости в Республике Крым, заключенного между ФИО5 и ФИО6

Определением суда от 20.04.2023 к участию в деле в качестве третьего лица привлечен ФИО11

Определением арбитражного суда от 24.05.2023 в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельный требований относительно предмета спора привлечено - ООО «Агрохолдинг Мичуринские овощи» (реорганизовано в ООО «Меркурий»).

15.06.2023 от ФИО4 в суд поступило заявление о привлечении в качестве соответчика ФИО3 в связи с тем, что стороной оспариваемого договора уступки права требования от 15.05.2019, заключенного между ФИО5 и ФИО6 является ее правопреемник ФИО3

Определением арбитражного суда от 21.06.2023 к участию в деле в качестве соответчика по данному обособленному спору привлечен ФИО3, в связи с тем, что определением суда от 18.01.2022 в порядке правопреемства, произведена замена в реестре требований кредиторов ООО «Астраханьтурсервис» конкурсного кредитора ФИО6 требование которой включено в реестр требований кредиторов ООО «Астраханьтурсервис» определением Арбитражного суда Астраханской области от 06.09.2021 года по делу №А06-914/2021, в размере основного долга – 10 000 000 руб., на ФИО3 Основанием для замены кредитора явился договор уступки права требования от 31.09.2021, заключенный между ФИО6 и ФИО3, поскольку ФИО3 является правопреемником ФИО6, т.е. стороны оспариваемой сделки.

Определением суда от 12.12.2023 признан недействительным (ничтожным) договор об уступке права требования от 15.05.2019 заключенный между ФИО5 и ФИО6 С ФИО5 в пользу ФИО4 взыскана государственная пошлина в сумме 2000 руб. С ФИО6 в пользу ФИО4 взыскана государственная пошлина в сумме 2000 руб. С ФИО3 в пользу ФИО4 взыскана государственная пошлина в сумме 2000 руб.

Не согласившись с определением суда, ФИО2, обратилась в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит исключить из описательно-мотивировочной части определения абзацы на странице 6 и странице 15, в которых изложены суждения суда первой инстанции, носящие предположительный характер и затрагивающие действия ФИО2

ФИО3, также обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Астраханской области от 12.12.2023 по делу №А06-914/2021, принять новый судебный акт, которым отказать конкурсному кредитору ФИО4 в удовлетворении заявления.

В обосновании апелляционной жалобы указано на признание договора цессии мнимым по заявлению лица, не являющегося стороной сделки, на несостоятельность выводов суда первой инстанции о заинтересованности ФИО6 по отношению к ООО «Астраханьтурсервис» и ФИО2

Через канцелярию Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от ООО «Меркурий» поступили письменные отзывы на апелляционные жалобы.

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Просил определение арбитражного суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ООО «Меркурий» возражал против доводов, изложенных в апелляционных жалобах. Просил определение арбитражного суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 АПК РФ посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступ.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.

Законность и обоснованность принятого определения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 266-272 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, конкурсный кредитор ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договор уступки прав требования от 15.05.2019 задолженности ООО «Астраханьтурсервис» по договору купли-продажи от 19.05.2018 объектов недвижимости в Республике Крым, заключенного между ФИО5 и ФИО6

Требования кредитора мотивированы тем, что сделка является мнимой, поскольку расчет должником - ООО «Астраханьтурсервис» с ФИО5 в размере 15 000 000 руб. по договору купли-продажи от 19.05.2018 объектов недвижимости в Республике Крым был произведен полностью и задолженности не было.

Кредитор ФИО4, полагая, что на момент заключения договора об уступке права требования 15.05.2019 отсутствовал долг перед ФИО5, и как следствие не могло быть уступки несуществующего требования, обратился в суд с заявлением о признании вышеуказанной сделки недействительной, на основании статей 61.1, части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Разрешая спор, суд первой инстанции, установив, что стороны договора уступки оформили документы для вида по инициативе контролирующего должника лица ФИО2, без намерения реального исполнения соглашения, с целью контроля над процедурой банкротства ООО «Астраханьтурсервис», пришел к выводу о мнимости договора уступки прав требования от 15.05.2019.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Определением суда от 09.07.2021 требования Федеральной налоговой службы включены в третью очередь реестра требований кредиторов ОАО «Астраханьтурсервис» в размере 500 руб. и в размере 902,79 руб. - штрафы.

Определением суда от 16.03.2023 требования Федеральной налоговой службы к ООО «Астраханьтурсервис» по обязательным платежам в размере штрафа 500 руб. и штрафа 902,79 руб. признаны погашенными, и произведена замена кредитора -Федеральной налоговой службы в деле о банкротстве ООО «Астраханьтурсервис» на ФИО4.

Общий размер требований кредитора ФИО4, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Астраханьтурсервис» составляет 1402,79 руб. Указанное требование составляет 100 % от общего числа голосов конкурсных кредиторов включенных в реестр требований должника, не считая размера требований кредитора ФИО3, в отношении которого сделка оспаривается. При этом, судом не учитывалось требование ФИО12, поскольку после пересмотра дела по вновь открывшимся обстоятельствам, было отказано во включении его требования основанного на мнимом договоре подряда в реестр требований кредиторов ООО «Астраханьтурсервис».

Кроме того, на момент обращения ФИО4 с настоящим заявлением его требования были включены в реестр на сумму 5 000 000 руб.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам апелляционной жалобы у кредитора ФИО4 имелось процессуальное право на оспаривание сделки.

Проверяя доводы конкурсного кредитора ФИО4 о том, что контролирующие должника лица, действуя совместно с заинтересованными лицами, инициировали формальный судебный процесс которым прикрыли несуществующий долг, перед якобы независимым кредитором ФИО6, для увеличение кредиторской задолженности и получении контроля над процедурой банкротства со стороны мажоритарного кредитора, суд первой инстанции исходил из следующего.

Так, согласно доводам кредитора ФИО4 действия директора ООО «Астраханьтурсервис» ФИО2 фактически признавшей иск ФИО6 о взыскании долга 10 000 000 руб. по договору купли-продажи недвижимого имущества от 19.05.2019, заключенного между ООО «Астраханьтурсервис» и ФИО5, переуступленного по договору уступки права требования, является действием должника направленным на безвозмездное увеличение долга, то есть безвозмездной сделкой совершенной с заинтересованным лицом, которая является недействительной на основании части 2 статьи 61.2 Закон о банкротств.

В соответствии с частью 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно части 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, правила настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат. К действиям, совершенным во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти, применяются правила, предусмотренные настоящей главой.

Согласно части 1 статьи 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают: из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности; вследствие иных действий граждан и юридических лиц; вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

В связи с тем, что ООО «Астраханьтурсервис» не оспаривало исковые требований ФИО6 Кировский районный суд города Астрахани удовлетворил исковые требования.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 20.11.2012 № 2013/12, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь, до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдиция служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Действительно, в судебной практике сложился подход, согласно которому преюдициальное значение судебного акта следует воспринимать с учетом тех или иных особенностей ранее рассмотренного дела: предмета и основания заявленных требований, предмета доказывания, доводов участников спора, выводов суда по существу спора в связи с конкретными доказательствами, представленными лицами, участвующими в деле, и исследованными и оцененными судом. При этом одна лишь оценка конкретного доказательства (в той или иной части) не может рассматриваться как основание, необходимое и достаточное для окончательного вывода о преюдиции.

Институт преюдициальности вступивших в законную силу судебных актов подлежит применению с учетом принципа свободы оценки судом доказательств, что вытекает из конституционных принципов независимости и самостоятельности судебной власти.

Возможность переоценки доказательств и необходимость дополнительного исследования и установления обстоятельств, реальности правоотношений кредитора и должника связана в первую очередь с необходимостью соблюдения баланса публичных и частных интересов в деле о банкротстве и защиты прав кредиторов от необоснованного включения в реестр требований кредиторов требований, основанных на искусственно инициированном судебном споре, в котором обе стороны, будучи так или иначе связанными между собой, по сути заинтересованы в одном и том же исходе дела и обращаются в суд лишь для формального соблюдения требований пункта 1 статьи 71 и пункта 1 статьи 100 Закона о банкротстве с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов.

При этом лицом, возражающим по требованиям должны быть доказаны формальность судебного спора, приведены дополнительные доводы, достоверно свидетельствующие о возможности суда прийти к иным выводам с указанием на иной предмет доказывания, объем доказательств и стандарты доказывания, наличие обстоятельств, ранее не исследовавшийся судами и пр.

Судом установлено, при рассмотрении иска ФИО6 в Кировском районном суде города Астрахани представители ООО «Астраханьтурсервис» участия не принимали, против удовлетворения иска не возражали, обстоятельств возникновения долга, как и его погашения, суду не сообщали.

Представлял интересы истца ФИО6 по договоренности с бывшим руководителем должника ФИО2, как сообщала ФИО6 в ходе допроса, юрист ФИО2 - Идрисов Р.Р.

Принимая во внимание установленные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что в условиях доказанности отсутствия долга ООО «Астраханьтурсервис» перед ФИО5 на момент заключения договора уступки права требования, в связи с его погашением, судебный спор был формальным, направленным на защиту от возражений независимых кредиторов.

Таким образом, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции об обоснованности доводов кредитора ФИО4 о том, что договор уступки права требования от 15.05.2019 затрагивает права должника и кредитора, в связи с чем подлежит проверке на предмет его действительности.

Как следует из материалов гражданского дела Кировского районного суда г. Астрахани, ФИО6 не предпринимала никаких действий направленных на взыскание долга более года, до введения процедуры наблюдения в отношении ООО «Астраханьтурсервис».

Суд первой инстанции также указал, что о нетипичности поведения ФИО6 также свидетельствует отсутствие в решении Кировского районного суда г. Астрахани от 11.02.2020 сведений о заявлении истцом требования о взыскании расходов по уплате государственной пошлины (размер которой по иску на сумму 10 000 000 руб. составляет 58 200 руб.) и судебных расходов на оплату услуг представителя, а также несовершение действий по предъявлению исполнительного листа в службу судебных приставов, что подтверждается данными сайта ФССП России.

Согласно представленной Кировским районном судом города Астрахани копии претензии ФИО6 руководителю ООО «Астраханьтурсервис», дата получения ее ФИО2 указана 13.03.2019, т.е. за 2 месяца до заключения договора уступки.

Признавая обоснованными сомнения в реальности долга, на котором основан договор уступки права требования от 15.05.2019, суд первой инстанции руководствовался следующим.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63)).

Согласно положениям статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом, в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы, необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее -постановление № 25)).

В соответствии с пунктом 1 постановления № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК РФ, статья 65 АПК РФ.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В силу положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 73 постановления Пленума от 23.06.2015 N 25, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При этом стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановление № 25). Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Таким образом, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

При этом конкурсный кредитор либо арбитражный управляющий, не являясь стороной спорных правоотношений, объективно ограничены в возможности доказывания недействительности/ничтожности сделки, ввиду чего предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к процессуальному неравенству; в случае наличия возражений кредитора либо арбитражного управляющего со ссылкой на мнимость соответствующих правоотношений и представления ими в суд прямых или косвенных доказательств, подтверждающих существенность сомнений в наличии долга, бремя опровержения этих сомнений возлагается на ответчика, при этом последнему не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Когда лицо, оспаривающее сделку привело prima facie обосновывающие сомнения в добросовестности ответчика, бремя доказывания переносится на ответчика, который обязан раскрыть добросовестный характер мотивов своего поведения и наличия у сделки разумных экономических оснований (Определения СКЭС РФ от 14.08.2020 № 308-ЭС19-9133(15), от 11.09.2020 № 308-ЭС19-9133(4), №301-ЭС17-22652 (Обзор Верховного суда РФ №3 (2018) утвержденный президиумом ВС РФ 14.11.2018)).

В Определении Верховного суда РФ от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009 по делу № А40-235730/2016 и от 11.07.2017 № 305-ЭС17-2110 по делу А40-201077/2015, сформулирована общая правовая позиции применимая и к мнимым и к притворным сделкам: «Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.»

В соответствии с пунктами 87, 88 постановления №25, согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

В силу положений частей 1, 2 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств.

Частью 1 статьи 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений. В соответствии с положениями статей 67, 68, 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В ходе рассмотрения дела кредитор ФИО13 и третье лицо ООО «Меркурий», привели доводы, указывающие на мнимость договора уступки права требования, в том числе со ссылкой на стенограмму разговора представителя ФИО4 ФИО14 с ФИО5, которая была представлена в материал дела, и протокол допроса ответчика ФИО5, которая указывала на то, что ООО «Астраханьтурсервис» с ней рассчиталось полностью в сумме 15 000 000 руб. и в связи с этим она погасила ипотеку в Росреестре.

Кредитор ФИО4 также привел довод о том, что ответчик ФИО6 не передавала ответчику ФИО5 по оспариваемому договору уступки денежные средства в сумме 10 000 000 руб.

С целью проверки данных доводов судом первой инстанции были истребованы следующие доказательства :

-у начальника СЧ СУ УМВД России по Брянской области ФИО15 (241050, Россия, Брянск, проспект Ленина, д. 18) копии протоколов допроса ФИО5 ФИО16, ФИО2, касающиеся расчетов с ФИО5 по договору купли-продажи от 19.05.2018 объектов недвижимости в Республике Крым, а также иные имеющиеся в деле доказательства расчетов по договору купли-продажи от 19.05.2018;

-из Инспекции Федеральной Налоговой службы по городу Набережные Челны Республики Татарстан налоговые декларации ФИО5 по форме 3-НДФЛ за 2018 и 2019 года;

-из Управления Федеральной Налоговой службы России по городу Москве налоговых деклараций ФИО2 и ФИО6 по форме 2-НДФЛ, и 3-НДФЛ за весь период с 01.01.2016 по 15.05.2019, а также иные сведения подтверждающие наличие и реализации в период до 15.05.2019 у указанных лиц имущества достаточного для оплаты 10 000 000 руб;

-из Управления Федеральной Налоговой службы России по городу Москве (125284, <...>) налоговые деклараций ФИО2 и ФИО6 по форме 2-НДФЛ, и 3-НДФЛ за весь период с 01.01.2016 по 15.05.2019, а также иные сведения подтверждающие наличие и реализации в период до 15.05.2019 у указанных лиц имущества достаточного для оплаты 10 000 000 руб.;

Суд также предложил ответчику ФИО6 представить доказательства наличия денежных средств (справки 2 НДФЛ, выписку по счетам) для оплаты по договору уступки права требования от 15.05.2019 в размере 10 000 000 руб.

Однако на неоднократные предложения суда ФИО6 представить доказательства наличия денежных средств (справки 2-НДФЛ, выписку по счетам) для оплаты по договору уступки права требования от 15.05.2019 в размере 10 000 000 руб., ни ФИО6, ни ФИО3, ни иные лица участвующие в деле данные доказательства не представили.

Согласно ответу Инспекции Федеральной Налоговой службы по городу Набережные Челны Республики Татарстан ФИО5 не сдавала налоговых деклараций подтверждающий получение дохода от уступленного права требования в сумме 10 000 000 руб. по договору уступки от 15.05.2019.

Начальником СЧ СУ УМВД по Брянской области ФИО15 на запрос Арбитражного суда Астраханской области представлены протоколы допросов ФИО16, ФИО5, Четвериковой А.О, и ФИО6.

Из протокола допроса ФИО5, допрошенной 12.02.2019 в качестве свидетеля по уголовному делу, предупрежденной об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, следует, что на момент проведения допроса, расчет по договору купли-продажи недвижимого имущества от 19.05.2018 в сумме 15 000 000 руб. произведен полностью, в связи с чем она сняла обременение в январе 2019 года. ФИО5 в ходе допроса сообщила, что вопросами продажи гостиницы занимался ее зять ФИО16.

Суд первой инстанции признал показания ФИО5 достоверными, так как они являются последовательными и данными непосредственно после проведенного расчета, через 12 дней после обращения в Росреестр с заявлением о снятии ипотеки, и согласуются с другими показаниями свидетелей и иными доказательствами по делу.

Данных, указывающих на то, что ФИО5 давала показания, под принуждением или в состоянии, исключающем возможность отдавать отчет своим действиям и руководить ими, лицами, участвующими в деле, не представлено.

Согласно заявлений от 29.01.2019 поданных ФИО5 и представителем ООО «Астраханьтурсервис» ФИО16 (который является зятем ФИО5) в Федеральную службу государственной регистрации кадастра и картографии, ФИО5 заявила о снятии обременения (ипотеки) с проданного по договору купли-продажи недвижимого имущества от 19.05.2018 заключенному между ФИО5 и ООО «Астраханьтурсервис». Данные заявления подтверждают показания ФИО5

Из протокола допроса ФИО16 от 12.02.2019, допрошенного в качестве свидетеля по уголовному делу, предупрежденного об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, следует, что ФИО5 является его тещей, она владела гостиницей по адресу: <...>, продажей которой ООО «Астраханьтурсервис» занимался он. ФИО16 показал, что расчет был произведен полностью. Данные показания согласуются с показаниями ФИО5

Из протокола допроса ФИО17 от 25.04.2019, допрошенного в качестве свидетеля по уголовному делу, после предупреждения об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний следует, что он является участником ООО «Астраханьтурсервис». По вопросу приобретения гостиницы ФИО17 сообщил, что он лично передавал денежные средства в сумме 5 000 000 руб., за приобретенную ООО Астраханьтурсервис» гостиницу, мужчине по имени Замир.

Из протокола допроса ФИО2 от 28.02.2020 допрошенной в качестве свидетеля по уголовному делу, после предупреждения об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний следует, что она взамен на долю в ООО «Астраханьтурсервис» передала в 2018 году из своих личных сбережений ФИО18 денежные средства в сумме 5 000 000 руб. для первоначального взноса за приобретаемую ООО «Астраханьтурсервис» гостиницу стоимостью 15 000 000 руб. Оставшуюся суммы в размере 10 000 000 руб. она заняла у своей знакомой ФИО6, которые передала в присутствии своего мужа ФИО19 ФИО5 и ее зятю ФИО20. Передача 10 000 000 руб. происходила в 2018 году в городе Сочи.

Из протокола допроса ФИО6 от 12.03.2020 допрошенной в качестве свидетеля по уголовному делу, после предупреждения об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний следует, что в мае 2018 года к ней обратилась гражданка ФИО2 которая попросила занять деньги в сумме 10 000 000 руб. Так как у нее не было таких денег она обратилась к стоим знакомым и попросила денежные средства для ФИО2 которые в последующем заняла сроком на один год. Четверикова написала ей расписку о получении денежных средств на сумму 10 000 000 руб. Деньги были переданы ФИО2 в доме ФИО2 по адресу: <...>. По истечении срока возврата займа в один год, ФИО2 долг не вернула в сумме 10 000 000 руб. и сообщила, что вернуть его не может, причину невозможности возвратить долг ФИО2 не назвала. ФИО2 сообщила, что денежные средства в сумме 10 000 000 руб. она передала ФИО5 за проданную недвижимость. ФИО2 предложила ФИО6, что бы ФИО5 написала ФИО6 расписку о том, она получила от нее 10 000 000 руб. ФИО6 с ФИО5 не встречалась, и не разговаривала. После того как ФИО2 передала ФИО6 расписку ФИО5 в получении денег от ФИО6, ФИО6 уничтожила долговую расписку ФИО2 на сумму 10 000 000 руб., которую ФИО2 ей изначально в 2018 году написала. ФИО2 денег ФИО6 так и не вернула, возвратом денег занимается юрист Четвериковой Ю.А. Лично к ФИО5 по вопросу возврата денег ФИО6 не обращалась, так как деньги она давала в долг не ФИО5, а ФИО2 С ФИО2 у ФИО6 доверительные отношения и она обещала вернуть ей деньги до мая 2020 года.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, данными показаниями подтверждается, что ФИО5 не переуступала ФИО6 долг ООО «Астраханьтурсервис», и ФИО6 не передавала ФИО5 денежные средства в сумме 10 000 000 руб.

Рассматривая заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о взаимосвязанности кредитора ФИО6, должника и бывшего руководителя ООО «Астраханьтурсервис» ФИО2

Из решения Кировского районного суда г. Астрахани от 11.02.2020, вынесенного за месяц до допроса ФИО6 (проведенного 12.03.2020), следует, что представителем ФИО6, по вопросу взыскания долга на основании соглашения об уступке права требования в сумме 10 000 000 руб., был Идрисов Р.Р.

Согласно доверенности от 18.01.2021 Идрисов Р.Р. представлял интересы ФИО6 в деле о банкротстве ООО «Астраханьтурсервис» №А06-914/2021.

В соответствии с Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 17.12.2019 по делу А49-1877/2019 представителем ООО «Астраханьтурсервис» по доверенности от 01.07.2019 был Идрисов Р.Р.

Постановлением Арбитражного суда Московской области от 30.10.2019 года по делу А40-106635/2017 установлено, что ФИО2 (бывший генеральный директор должника ООО «Астраханьтурсервис») и ФИО21 были привлечены к субсидиарной ответственности ООО «Фудтрейд» и являются связанными между собой лицами. Представителем ФИО21 был Идрисов Р.Р. (доверенность от 30.08.2019).

Согласно, апелляционному определению Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 20.05.2021 (Апелляционное производство № 33019954/21) гражданское дело № 2-762/20 (Басманный районный суд города Москвы) представителем ФИО21 был Идрисов Р.Р.

Из показаниям ФИО2 следует, что ФИО19 является ее мужем.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что ФИО6 является дружественным по отношению к ООО «Астраханьтурсервис» кредитором, в силу согласованности действий с руководителем и участником должника ФИО2 с которой находится в доверительных отношениях, и действует через одного представителя ФИО22 который согласно показаниям ФИО6 является юристом ФИО2

При этом, судом верно учтено, что ФИО16 представлял интересы ООО «Астраханьтурсервис» по доверенности от 19.01.2019, что также является косвенным доказательством взаимосвязанности ФИО5 через своего зятя ФИО23 с ООО «Астраханьтурсервис».

Суд первой инстанции, оценив предшествующее поведение ответчиков, счел возможным применить международный принцип эстоппель, предполагающий утрату лицом права ссылаться на какие-либо обстоятельства (заявлять возражения) в рамках гражданско-правового спора, если данные возражения существенно противоречат его предшествующему поведению (закреплен в пункте 1 постановления № 25 и активно применяется арбитражными судами различных инстанций, что подтверждается Определением Верховного Суда РФ от 20.09.2018 № 305-ЭС18-13555 по делу № А40- 8631/16-57-9, Постановлениями Арбитражного суда Московского округа от 07.10.2019 № Ф05-16045/2019 по делу № А41-9299/2019, от 30.09.2019 № Ф05-17103/2016 по делу № А40-240735/2015, от 06.05.2019 № Ф05-11331/2017 по делу № А41-11009/2016 и др.).

Согласно части 3.1 статьи 70 АПК РФ, обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Дальнейшее непризнание ответчиками в суде факта полного расчета по договору купли-продажи недвижимости от 19.05.2018, свидетельствует о том, что его существование и юридическая оценка стали для ответчиков неудобными с точки зрения собственных интересов и такие лица стремятся всеми способами устранить потенциальные риски.

Поэтому непоследовательная позиция ответчиков, как верно указал суд первой инстанции, не может служить защитой их неправомерных интересов.

Учитывая, что ни ФИО6, ни ФИО5, ни ФИО3, ни конкурсный управляющий ООО «Астраханьтурсервис» ФИО10 не опровергли разумных сомнений в реальности сделки, не представили объяснений изменения своей позиции относительно ранее данных свидетельских показаний, и не представили доказательств финансовой возможности ФИО6 оплаты 10 000 000 руб. за уступаемое право требования, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что такое поведение является злоупотреблением правом.

Согласно правовой позиции, сформированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Реализация права требования не может быть использована как форма злоупотребления, это прямо запрещено статьи 10 ГК РФ.

Согласно ст. 386 ГК РФ, должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора, если основания для таких возражений возникли к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору.

В соответствии с частью 1 статьи 408 ГК РФ надлежащее исполнение прекращает обязательство.

В соответствии с частью 1 статьи 390 ГК РФ цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником.

Исходя из содержания и смысла вышеназванных норм права, по договору цессии может быть уступлено только реально существующее требование кредитора к должнику. Уступка требования по несуществующему обязательству не порождает прав у нового кредитора.

Данная правовой подход отражен в Постановлении Арбитражного суда Восточно -Сибирского округа от 22.11.2018 № Ф02-5056/2018 по делу № А19-15420/2017; Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 20.05.2019 № Ф06-32513/2018 по делу № А65-18725/2017.

В силу изложенного, ФИО5, ФИО6 и ФИО3, обязаны были представить весь объем доказательств реальности сделки.

Отклоняя доводы ответчиков о том, что оспариваемое соглашение об уступке права требования от 15.05.2019 являлось предметом рассмотрения в Кировском районном суде г. Астрахани, суд первой инстанции правомерно указал, что само по себе наличие судебного акта, которым удовлетворено денежное требование, основанное на сделке, не препятствует кредитору в деле о банкротстве обратиться в арбитражный суд с заявлением об оспаривании этой сделки, поскольку к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования судебным актом о взыскании задолженности могут нарушаться права кредиторов.

Данная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.02.2017 № 305-ЭС17-14948 по делу №А40-148669/2016.

В данном случае, как верно установил суд первой инстанции, судебный акт Кировского районного суда г. Астрахани не имеет преюдициального значения для настоящего обособленного спора и не исключает возможности оспаривания сделки, на основании которой взысканы денежные средства и включены требования в реестр требований кредиторов, на предмет ее ничтожности по статье 170 ГК РФ.

Данный вывод суда подтверждается судебной практикой, изложенной в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 28.05.2021 № Ф06-58840/2020 по делу №А65-22093/2018, Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 04.08.2020 №Ф06-22284/2017 по делу №А55-16283/2016, Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа Ф06-25691/2022 по делу А06 - 914/2021 от 25.04.2023.

С учетом установленных обстоятельств, поскольку долга ООО «Астраханьтурсервис» в сумме 10 000 000 руб. на момент заключения соглашения не было, ФИО6 не передавала ФИО5 в качестве оплаты за уступаемое право требование 10 000 000 руб., суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания мнимым договор уступки прав требования от 15.05.2019, заключенный между ФИО5 и ФИО6

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами суда первой инстанции и признает, что все существенные обстоятельства дела судом первой инстанции установлены, правовые нормы, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно и спор разрешен в соответствии с установленными обстоятельствами и представленными доказательствами при правильном применении норм права.

Доказательств, позволяющих достоверно установить наличие между сторонами договорных обязательств заявители жалоб ни суду первой инстанции, ни апелляционному суду не представили.

Доводы ФИО2 о том, что выводы суда первой инстанции, изложенные в мотивировочной части определения носят предположительный характер, затрагивают действия ФИО2, которые не являлись предметом спора, отклоняются апелляционным судом, поскольку не влияют на правильность выводов суда первой инстанции по существу заявленных требований.

Доводы заявителей, в том числе изложенные в апелляционных жалобах, рассмотрены судебной коллегией и подлежат отклонению, поскольку основаны на ошибочном толковании закона, не подтверждены надлежащими доказательствами и не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, анализ материалов дела свидетельствует о том, что определение суда первой инстанции соответствует нормам материального права, изложенные в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Несогласие апеллянта с произведенной судом первой инстанции оценкой имеющихся в деле доказательств, а также иное толкование заявителями положений законодательства не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права и не является в рассматриваемом случае основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Каких-либо доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда, апелляционная жалоба не содержит.

С учетом изложенного, у суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для отмены или изменения обжалуемого определения, в соответствии с положениями статьи 270 АПК РФ.

В абзаце 4 пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации). Размер государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы на определение суда, принятое по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки, определяется по правилам подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации и составляет 50 процентов размера государственной пошлины, подлежащей уплате при подаче искового заявления неимущественного характера, то есть 3000 руб.

В связи с тем, что государственная пошлина ФИО2 не была оплачена при подаче апелляционной жалобы, она подлежит взысканию в доход федерального бюджета в размере 3 000 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 12 декабря 2023 года по делу № А06-914/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2, в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей за подачу апелляционной жалобы.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.



Председательствующий судья Е.В. Яремчук



Судьи Г.М. Батыршина



Н.А. Колесова