Постановление от 29 июня 2022 г. по делу № А53-41494/2018

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-41494/2018
город Ростов-на-Дону
29 июня 2022 года
15АП-9560/2022

15АП-9927/2022

15АП-9928/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 22 июня 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 29 июня 2022 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Деминой Я.А.,

судей Сурмаляна Г.А., Емельянова Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от конкурсного управляющего ФИО2: представителя по доверенности от 07.07.2021 ФИО3;

от ФИО4: представителя по доверенности от 25.08.2021 ФИО5;

от общества с ограниченной ответственностью «АГРАС»: представителя по доверенности от 11.02.2022 ФИО6;

от ФИО7: представителя по доверенности от 18.07.2021 ФИО8;

от ФИО9: представителя по доверенности от 03.06.2021 ФИО10;

от ФИО11: представителя по доверенности от 25.08.2021 ФИО5;

от Департамента имущественных отношений города Ростова-на-Дону: представителя по доверенности от 18.01.2022 ФИО12;

от Администрации города Ростова-на-Дону: представителя по доверенности от 28.10.2021 ФИО13;

от ФИО14: ФИО14, лично;

от ФИО15: ФИО15, лично,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО14, общества с ограниченной ответственностью «АГРАС», конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 11.05.2022 по делу № А53-41494/2018 по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО9; ФИО11; ФИО4; ФИО16; ФИО7; ФИО17; ФИО18; ФИО15; ФИО19; ФИО20, Администрацию Кировского района г. Ростова-на-Дону, Департамент имущественно-земельных отношений г. Ростова-на-Дону, Администрацию Кировского района г. Ростова-на-Дону к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного предприятия "Благоустройство Кировского района" г. Ростова-на-Дону (ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного предприятия «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону (далее - должник) конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о привлечении ФИО9, ФИО11, ФИО4, ФИО21 к субсидиарной ответственности.

В порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявитель уточнил заявленные требования и просил суд также привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывших бухгалтеров ФИО7; ФИО17, ФИО18, ФИО15, ФИО19, ФИО20, а также привлечь указанных лиц в качестве соответчиков.

Уточнение принято к производству суда в порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением суда от 12.07.2021 в качестве соответчиков привлечены ФИО7; ФИО17, ФИО18, ФИО15, ФИО19, ФИО20.

Также в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного предприятия «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону, 04.06.2021 конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о привлечении Администрацию Кировского района г. Ростова-на-Дону, Департамент имущественно-земельных отношений г. Ростова-на-Дону к субсидиарной ответственности.

Заявление принято к рассмотрению Арбитражного суда Ростовской области (обособленный спор № 79).

Определением суда от 23.08.2021 в качестве соответчика привлечена Администрация г. Ростова-на-Дону.

Определением суда от 12.01.2022 объединены в одно производство заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности Администрацию Кировского района г. Ростова-на-Дону, Департамент имущественно-земельных отношений г. Ростова-на-Дону, Администрацию г. Ростова-на-Дону (обособленный спор No 79) и заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО9, ФИО11, ФИО4, ФИО22, ФИО7; ФИО17, ФИО18, ФИО15, ФИО19, ФИО20 (обособленный спор 71), для совместного рассмотрения.

Определением от 11.05.2022 суд отказал в удовлетворении заявления.

ФИО14, общество с ограниченной ответственностью «АГРАС», конкурсный управляющий муниципальным унитарным предприятием "Благоустройство Кировского района" г. Ростова-на-Дону ФИО2 обжаловали определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

В своей апелляционной жалобе конкурсный кредитор ФИО14 просит отменить определение суда в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности Администрацию города Ростова-на-Дону, принять новый, полагая, что Администрация обязана была ежеквартально контролировать деятельность должника, которая не могла быть убыточной. Конкурсный кредитор отмечает, что МУП «Благоустройство Кировского района г. Ростова-на-Дону», созданное Администрацией города Ростова-на-Дону в лице Администрации Кировского района г. Ростова-на-Дону, исходя из нормативных актов, является муниципальной собственностью, служит источником получения дохода муниципального образования и удовлетворения общих потребностей. Конкурсный кредитор полагает, что Администрация Кировского района г. Ростова-на-Дону, Департамент имущественно-земельных отношений г. Ростова-на-Дону обязаны осуществлять непосредственное участие в управлении должником и принимать меры по восстановлению платежеспособности должника, принимать меры к снижению, ликвидации и погашению кредиторской задолженности.

Конкурсный кредитор общества с ограниченной ответственностью «АГРАС» в своей апелляционной жалобе просит отменить определение суда в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности Администрации г. Ростова-на-Дону, принять новый, привлечь Администрацию г. Ростова-на-Дону по обязательствам должника МУП «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону, приостановить производство по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. Заявитель жалобы полагает, что убытки предприятия-должника возникли вследствие неправильной организации деятельности со стороны его учредителя Администрации, которые в дальнейшем оказались возложенными на его кредиторов, рассчитывающих при вступлении в договорные отношения с должником на добросовестное исполнение обязательств по оплате за выполненные работы.

Конкурсный управляющий муниципальным унитарным предприятием "Благоустройство Кировского района" г. Ростова-на-Дону ФИО2 в своей апелляционной жалобе просит отменить определение суда в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей должника ФИО21, ФИО4, ФИО11, ФИО9 и собственника имущества должника - муниципальное образование г. Ростов-на-Дону в лице Администрации г. Ростова-на-Дону, разрешить вопрос по существу и принять по делу новый судебный акт, которым:

привлечь ФИО21, ФИО4, ФИО11, ФИО9 и муниципальное образование г. Ростов-на-Дону в лице Администрации г. Ростова-на-Дону, к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника - МУП «Благоустройство Кировского района» г.Ростова-на-Дону.

Взыскать с ФИО21, ФИО4, ФИО11, ФИО9 и муниципального образования г. Ростов-на-Дону в лице Администрации г. Ростова-на-Дону в конкурсную массу МУП «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону за неисполнение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением должника денежные средства в следующих размерах:

с ФИО21 - 624 146 рублей;

с ФИО21, Серебрянского Сергея Алексеевича2 338 787 рублей солидарно;

с ФИО21, ФИО4, ФИО11 51 890 638, 23 рублей солидарно;

с ФИО21, ФИО4, ФИО11, ФИО9 19 841 360, 11 рублей солидарно;

с ФИО21, ФИО4, ФИО11, ФИО9 и муниципального образования г. Ростов-на-Дону в лице Администрации г. Ростова-на-Дону 49 500 378, 98 рублей солидарно.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения собственника имущества должника - муниципальное образование г. Ростов-на-Дону в лице Администрации г. Ростова-на-Дону к субсидиарной ответственности по обязательствам МУП «Благоустройство Кировского района» г.Ростова-на-Дону.

Приостановить производство по заявлению о привлечении муниципального образования г. Ростов-на-Дону в лице Администрации г. Ростова-на-Дону к субсидиарной ответственности по обязательствам МУП «Благоустройство Кировского района» г.Ростова-на-Дону до окончания расчетов с кредиторами.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что ФИО21, ФИО4, ФИО11 и ФИО9 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по долгам должника в сумме непогашенных требований, включенных в реестр требований кредиторов, возникших после истечения срока, предусмотренного ст.9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (п.2 ст.10, п.2 ст.61.12 Закона о банкротстве), в связи с неисполнением обязанности, предусмотренной ст.9 Закона о банкротстве по обращению в суд с заявлением должника о собственном банкротстве.

Конкурсный управляющий полагает, что поскольку признаки неплатежеспособности и объективного банкротства возникли у предприятия по итогам 2014 года и до 30 июля 2017 года никто из последовательно сменявшихся руководителей должника не обратился в суд с заявлением должника о собственном банкротстве, то собственник имущества должника в лице Администрации г. Ростова-на-Дону до 11.08.2017 обязан был подать заявление в арбитражный суд о банкротстве должника. Администрация г.Ростова-на-Дону была осведомлена о неплатежеспособности должника с 2014 года, так как руководители предприятия ежеквартально и по итогам года отчитывались перед органами Администрации о результатах выполнения, как плановых показателей, утверждаемых предприятию Администрацией, так и по итогам деятельности в целом за год. Администрация Кировского района г. Ростова-на-Дону, в ведении которой находилось предприятие, в свою очередь, ежегодно докладывала балансовой комиссии города о результатах эффективности финансово-хозяйственной деятельности МУП «БКР».

В судебном заседании суд огласил, что от ФИО4, ФИО9, ФИО19, ФИО11 через канцелярию суда поступили отзывы на апелляционные жалобы для приобщения к материалам дела.

Суд протокольным определением приобщил отзывы на апелляционную жалобу к материалам дела.

Представитель Администрации города Ростова-на-Дону заявил ходатайство о приобщении отзыва на апелляционные жалобы.

Суд протокольным определением приобщил отзыва на апелляционную жалобу.

ФИО23 и представители общества с ограниченной ответственностью «АГРАС», конкурсного управляющего ФИО2 просили обжалуемое определение отменить.

Представители Департамента имущественных отношений города Ростова-на-Дону, Администрации города Ростова-на-Дону возражали против удовлетворения апелляционных жалоб.

Представители ФИО9, ФИО11, ФИО4 поддержали судебный акт в части непривлечения бывших руководителей к субсидиарной ответственности.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть апелляционные жалобы без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Ростовской области от 15.01.2019 возбуждено производство по делу о банкротстве муниципального унитарного предприятия «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.04.2019 в отношении муниципального унитарного предприятия «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону введена процедура, применяемая в деле о банкротстве - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО24.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.10.2019 в отношении муниципального унитарного предприятия «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону введена процедура - внешнее управление, внешним управляющим утвержден ФИО25.

Сведения о введении процедуры внешнее управление опубликованы в газете «Коммерсантъ» №197 от 26.10.2019

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 03.06.2020 (резолютивная часть объявлена 27.05.2020) муниципальное унитарное предприятие «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура - конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложены на ФИО25.

Сведения о признании должника банкротом и введении процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» №108(6829) от 20.06.2020.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 02.09.2020 конкурсным управляющим муниципального унитарного предприятия «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий проведя анализ хозяйственной деятельности должника пришел к выводу о наличии оснований для привлечения бухгалтеров, руководителей, Администрации г. Ростова-на-Дону, Администрации Кировского района г. Ростова-на-Дону, ДИЗО г. Ростова-на-Дону к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия.

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал, что ФИО9, ФИО11, ФИО4, ФИО22 не исполнена установленная пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) обязанность руководителя обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве), а также совершены сделки, которые привели к неплатежеспособности должника.

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал, что Администрацией Кировского района г. Ростова-на-Дону, Департаментом имущественно-земельных отношений г. Ростова-на-Дону, Администрацией г. Ростова-на-Дону не исполнена установленная пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) обязанность обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в срок установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, а также действия (бездействие) ответчиков привели к банкротству муниципального унитарного предприятия «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону (далее - МУП «БКР»).

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления, исходя из следующего.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 27 апреля 2010 г. №137, при рассмотрении требований о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению нормы материального права, действовавшие на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения лица к субсидиарной ответственности. При этом при рассмотрении требований о привлечении к субсидиарной ответственности применяются нормы процессуального права, действующие на момент такого рассмотрения.

Поскольку действия (бездействие) ответчиков, на которые указывает конкурсный управляющий как на основание для привлечения к субсидиарной ответственности, имели место в период с 2014 года по дату возбуждения дела о банкротстве в отношении МУП «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону (07.02.2019), суд первой инстанции пришел к верному выводу, что к соответствующим действиям (бездействию) ответчиков подлежат применению, как нормы пп. 2, 4 ст. 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 28 июня 2013 г. № 134-ФЗ, действовавшей с 30 июня 2013 г., так и нормы ст.ст. 61.11, 61.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 29 июля 2017 г. № 266-ФЗ, действовавшей с 30 июля 2017 г. При этом при рассмотрении настоящего обособленного спора подлежат применению нормы процессуального права, установленные главой III.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве конкурсный управляющий должника уполномочен подавать в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 -61.13 Закона.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пунктом 4 данной статьи установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника.

Пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве определено, что возможность определять действия должника может достигаться, в том числе: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности) замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника).

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 17 Федерального закона от 06.10.2003 №131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» для решения вопросов местного значения органы местного самоуправления вправе создавать муниципальные предприятия.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Согласно статье 21 ФЗ от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" руководитель унитарного предприятия (директор, генеральный директор) является единоличным исполнительным органом унитарного предприятия. Руководитель унитарного предприятия назначается собственником имущества унитарного предприятия. Руководитель унитарного предприятия подотчетен собственнику имущества унитарного предприятия.

Руководитель унитарного предприятия организует выполнение решений собственника имущества унитарного предприятия.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в определенных Законом о банкротстве случаях.

При этом заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной" пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Руководитель должника вправе доказывать отсутствие своей вины.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, должник зарегистрирован в качестве юридического лица 18.05.2009.

Согласно п. 1.4. Устава МУП «БКР» и выписке из ЕГРЮЛ предприятие находится в ведении Администрации Кировского района г. Ростова-на-Дону, которая является его учредителем.

В соответствии с п. 1.5. Устава МУП «БКР» собственником имущества является муниципальное образование город Ростова-на-Дону.

В силу п. 1.7 Устава правомочия собственника имущества предприятия осуществляются Департаментом имущественно-земельных отношений г. Ростова-на-Дону и администрацией Кировского района.

Согласно п. 7.3 Устава МУП «БКР» контроль за деятельностью Предприятия осуществляется Администрацией Кировского района и Департаментом имущественно-земельных отношений г. Ростова-на-Дону.

Основной вид деятельности должника составляла деятельность по чистке и уборке прочая, не включенная в другие группировки.

При рассмотрении настоящего обособленного спора судом первой инстанции установлено, что руководителями должника являлись ФИО26 с 18.05.2009 по 09.12.2011, ФИО27 с 09.12.2011 по 20.09.2012, ФИО21 с 20.09.2012 по 01.06.2015, ФИО4 с 01.06.2015 по 14.07.2016, ФИО11 с 14.07.2016 по 01.06.2018, ФИО9 с 01.06.2018 по 23.11.2018, ФИО28 с 23.11.2018 по 21.06.2019 ФИО29 с 21.06.2019 по 28.10.2019.

Согласно штатной расстановке МУП «БКР» главными бухгалтерами организации в период с 2012 года по 2019 год являлись с 15.07.2012 по 18.10.2012 ФИО7, с 16.07.2013 по 16.12.2013 ФИО17, с 09.01.2014 по 15.06.2015 ФИО18, с 16.06.2015 по 28.09.2015 ФИО15, с 01.10.2015 по 03.04.2018 ФИО19, с 04.04.2018 по 07.03.2019 ФИО20

Конкурсный управляющий полагает, что главные бухгалтеры должника также являлись контролирующими должника лицами, деятельность которых привела к банкротству МУП «БКР» и невозможности удовлетворения требований кредиторов в полном объеме.

В обоснование требований о привлечении к субсидиарной ответственности руководителей должника и собственника имущества, конкурсный управляющий указал следующее.

ФИО9, ФИО11, ФИО4, ФИО21 не исполнена установленная пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) обязанность руководителя обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в срок установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Как полагает конкурсный управляющий неплатежеспособность предприятия возникла в 2014 году, поскольку начиная с 26.01.2016 в отношении должника были вынесены решения о взыскании задолженности в пользу кредиторов.

Решением Арбитражного суда Ростовской области по делу № А53-25580/2015 от 26.01.2016, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2016, с муниципального унитарного предприятия «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону в пользу индивидуального предпринимателя ФИО43 взыскано 3 873 288,32 рублей, из которых: задолженность в размере 3 431 396,83 рублей, неустойка в размере 441 891,49 рублей. Основанием для взыскания указанной задолженности явилось ненадлежащее исполнение должником обязательств по оплате выполненных работ в феврале-декабре 2014 года по договору подряда № 12-13 от 27.12.2013.

Как указывает конкурсный управляющий в период руководства должником ФИО21 возникла следующая кредиторская задолженность: перед ООО «ДеАнис» в размере 4 602 рублей, перед ООО «Зеленый град» в размере 4 477 400,18 рублей, перед МСУП по РС и ЭИС в размере 316 598,02, перед ООО «СпецТрансТорг-Ростов» в размере 150 000 рублей, перед УФК по Ростовской области (Кировский районный отдел судебных приставов) в размере 5 412 803,52 рублей, перед АО «Чистый город» в размере 136 311,20 рублей, перед ИП ФИО43 в размере 12 267 203,01 рублей, перед ООО «Юг Сайлс» в размере 152 866,20 рублей, перед ООО «Южный стиль» в размере 12 162 167,47 рублей. Всего в размере 35 079 951,60 рублей.

В период руководства должником ФИО4 возникла следующая кредиторская задолженность: перед Департаментом имущественно-земельных отношений города Ростова-на-Дону в размере 6 376 969,69 рублей, перед ООО «Донподводстроймонтаж» в размере 87 000,00 рублей, перед ФИО30 в размере 150 750,60 рублей, перед ООО «СпецДеталь» в размере 137 881,44 рублей, перед ООО «Эффективная логистика» в размере 1 032 899,89 рублей, перед ИП ФИО31 в размере 1 032 899,89 рублей. Всего в размере 8 818 401,51 рублей.

В период руководства должником ФИО11 возникла следующая кредиторская задолженность: перед ООО «Аграс» в размере 21 918 123,51 рублей, перед ООО «Азовский лакокрасочный завод «Диво» в размере 57 351,00 рублей, перед ООО «Даймекс-Ростов» в размере 674,96 рублей, перед ООО «КЕЛЕВРА» в размере 4 133 454,56 рублей, перед ИП ФИО32 в размере 34 450,00 рублей, перед ООО «Лакэм» в размере 16 070,00 рублей, перед ИП ФИО33 в размере 28 933,33 рублей, перед ООО "ПОЖСПЕЦСЕРВИС-ЮГ" в размере 99 649,74 рублей, перед ООО «Евролюкс» в размере 28 500,00 рублей, перед ООО «Пирамида» в размере 236 487,60 рублей, перед ООО «ПОЛЮС+» в размере 74 062,00 рублей, перед АО «РОСТОВВОДОКАНАЛ» в размере 225 134,86 рублей, перед ИП ФИО34 в размере 728 067,40 рублей, перед ПАО ТНС Энерго Ростов-на-Дону в размере 605 374,06 рублей, перед АО «Чистый город» в размере 1 799 447,38 рублей, перед ИП ФИО35 в размере 384 145,42 рублей, перед ООО «ЭКСПЕРТ» в размере 203 147,31, перед ФНС в размере 25 547 896,08 рублей. Всего в размере 68 283 136,68 рублей.

В период руководства должником ФИО9 возникла следующая кредиторская задолженность: перед ООО Агрофирма «Лоза» в размере 2 752 608,63 рублей, перед ООО «Аква Маркет» в размере 2 670,00 рублей, перед ООО «Альтаир» в размере 228 804,00 рублей, перед ООО «Альфа» в размере 51 017,18 рублей, перед ООО «АртТехнолоджи» в размере 116 348,03 рублей, перед ООО «Гидрофлекс» в размере 53 246,00 рублей, перед ООО «Градшина» в размере 37 400,00 рублей, перед ООО «ДОРМОСТПРОЕКТ» в размере 4 238 953,23 рублей, перед ООО «Еврозапчасть» в размере 238 085,29 рублей, перед ООО «Кобяково» в размере 29 500,00 рублей, перед Компьютер Инжиниринг в размере 29 449,88 рублей, перед ИП ФИО36 в размере 160 000,00 рублей, перед ИП ФИО37 в размере 67 095,00 рублей, перед ООО «Монолит -Юг ТД» в размере 74 095,00 рублей, перед ООО РИТМ в размере 378 437,95 рублей, перед ООО Строительно-Монтажная компания в размере 367 869,36 рублей, перед ООО Прада в размере 176 185,90 рублей, перед ООО «Профессионал» в размере 99 860,00 рублей, перед ООО РН-КАРТ в размере 68 939,98 рублей, перед ООО Самсон РФ в размере 22 120,06 рублей, перед ООО СМС-Р в размере 10 410,00 рублей, перед ООО СпецАвтоснаб в размере 60 000,00 рублей, перед ИП ФИО38 в размере 1 740 496,11 рублей, перед ИП ФИО39 в размере 967 994,00 рублей, перед ООО ХОРОШАЯ УПАКОВКА в размере 61 663,88 рублей, перед ООО Цифровой Диалог-Т в размере 28 176,57 рублей, перед АО Чистый город в размере 13 535,99 рублей, перед ООО «ЭЛЕКТРОПОЛИМЕРЦЕНТР» в размере 375 569,47 рублей, перед ИП ФИО40 в размере 137 500,00 рублей. Всего в размере 12 588 031,51 рублей.

Согласно п. 5.3 Устава МУП «Благоустройство Кировского района» от 12.05.2009 года утвержденному Главой Администрации Кировского района ФИО41 и согласованному Директором Департамента имущественно-земельных отношений Ростова-на-Дону ФИО42, директор предприятия отчитывается о деятельности предприятия в порядке и сроки, которые определяются собственником имущества предприятия.

В отношении ответчиков Администрации г. Ростова-на-Дону, Администрации Кировского района, ДИЗО г. Ростова-на-Дону конкурсный управляющий указывает о необходимости привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве в размере всего реестра требований кредиторов.

Как указывает конкурсный управляющий на протяжении всего анализируемого периода (с 31.12.2013 г. по 31.12.2018 г.) у должника имелась в значительных объемах (превышающая 300 000 рублей, сроком более 3 месяцев) просроченная кредиторская задолженность, вместе с тем, менеджмент должника игнорировал сложившуюся ситуацию, не подавал соответствующего заявления в арбитражный суд о признании должника несостоятельным (банкротом); в 2014 году у должника имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества для расчетов с кредиторами.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

При этом конкурсный управляющий, в своем заявлении, указывая на то обстоятельство, что согласно отчетности МУП «БКР» из года в год показатели доходности предприятия были отрицательными, проводит сравнение не показателей бухгалтерской отчетности Должника за различные периоды, а сравнение показателей «Программы деятельности» (предполагаемые плановые показатели) с фактически достигнутыми значениями показателей согласно данных бухгалтерской отчетности, что является основной целью план-факторного анализа на предприятии, необходимого для создания соответствующего достаточного бюджетирования и проведения оценки предприятия его учредителями, но не для определения недостаточности имущества для погашения обязательств, и оснований для подачи заявления о несостоятельности (банкротства).

Конкурсный управляющий при определении признаков неплатежеспособности в 2014 году указывает на то обстоятельство, что отмечается постепенное снижение активов организации за счет уменьшения основных средств должника - с 93 434 000 руб. в 2016 году до 49 084 000руб. в 2019 году.

Бухгалтерский баланс сам по себе не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом, поскольку отражает лишь общие сведения об активах и пассивах применительно к определенному отчетному периоду (определение ВС РФ от 14.06.2016 N 309-ЭС16-1553).

Действующее законодательство не предполагает обязанность указанных в Законе о банкротстве лиц обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом (принять такое решение), в момент, как только активы общества стали уменьшаться.

Показатель того, что пассивы преобладали над активами должника, не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое положение должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в суд с заявлением должника о банкротстве

Как установлено судом основным видом деятельности предприятия являлась уборка территории Кировского района г. Ростова-на-Дону, деятельность таких предприятий носит убыточный характер, поскольку связана с объективными факторами, на которые не может повлиять руководитель, собственник, а тем более главный бухгалтер. К числу таких факторов относятся погодные условия, чрезвычайные ситуации, требующие оперативного решения.

В связи с этим сам по себе признак недостаточности имущества у должника и наличие задолженности перед кредиторами за определенный период времени не могут свидетельствовать о наступлении обязанности у руководителя должника подать заявление о признании несостоятельным (банкротом). Формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве. При этом предприятие продолжало исполнять принятые на себя обязательства, что следует из анализа требований кредиторов, включенных в реестр.

Специфика функционирования подобного рода организаций такова, что необходимо выполнение работ в срочном порядке, когда муниципальный контракт еще не заключен, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, что само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества.

Соответственно наличие у должника кредиторской и дебиторской задолженности, и их последующий рост не являются достаточным основанием для признания возникновения у должника признаков объективного банкротства в 2014 году, а у руководителей и собственника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании предприятия банкротом. Наращивание обязательств должника в данном случае носило объективный характер, в связи с чем более ранняя подача заявления о банкротстве не привела бы к защите интересов кредиторов.

Как следует из анализа кредиторской задолженности по итогам 2017 года у должника возникли признаки объективного банкротства, при этом кредиторы, вступившие с должником в правоотношения, знали о наличии задолженности, в том числе перед собой, однако продолжали вступать с хозяйственные отношения с должником. В нарушение статьи 65 АПК РФ конкурсный управляющий не представил доказательства того, какие кредиторы предприятия были введены в заблуждение относительно финансового состояния должника, что влечет субсидиарную ответственность за неподачу заявления о банкротстве. Довод заявителя о том, что размер ответственности для собственника составляет реестр требований кредиторов не соответствует положениям Закона о банкротстве и в редакции статьи 10 Закона о банкротстве и в редакции главы 3.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, положения статьи 10 Закона о банкротстве не предусматривали ответственность собственника за неподачу заявления о банкротстве. Применимое к спорным отношениям законодательство не предусматривало возможности привлечения учредителей, бенефициара, собственника имущества должника к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом, что нашло свое отражение в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 305-ЭС19-4102 и от 13.03.2020 N 309-ЭС19-21918 (2).

Поскольку обязанность участника, бенефициара, собственника имущества по принятию решения об обращении должника в суд не была предусмотрена статьей 9 Закона о банкротстве (в применяемой редакции), в статье 10 Закона о банкротстве также отсутствовала корреспондирующая норма о субсидиарной ответственности учредителя (участника) общества, бенефициара, члена совета директоров, в связи с чем основания для привлечения к субсидиарной ответственности Администрации г. Ростова-на-Дону, Администрации Кировского района, ДИЗО г. Ростова-на-Дону суд не усмотрел.

При этом заявитель просил привлечь к субсидиарной ответственности всех руководителей предприятия начиная с 2012года (ФИО16 с 20.09.2012 по 01.06.2015, ФИО4 с 01.06.2015 по 14.07.2016, ФИО11 с 14.07.2016 по 01.06.2018, ФИО9 с 01.06.2018 по 23.11.2018).

С учетом наступления объективного банкротства по итогам 2017 года, суд первой инстанции верно установил, что основания для подачи заявления о банкротстве предприятия у руководителей ФИО16, ФИО4 отсутствовали.

В отношении руководителей ФИО11 и ФИО9 судом первой инстанции учтено следующее.

15 июня 2018 года балансовой комиссией по оценке эффективности финансово-хозяйственной деятельности МУП «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону за 2017 год вынесено решение, в котором указаны и проанализированы основные показатели финансово-экономической, хозяйственной деятельности МУП «БКР». В резолютивной части приведенного решения даны основные рекомендации руководителю МУП «БКР», в частности, принять меры по снижению кредиторской задолженности, усилить работу по взысканию дебиторской задолженности.

ФИО11 и ФИО9 в период своей деятельности в качестве директоров МУП «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону» приложили максимальные усилия для достижения безубыточности предприятия, имея четкий экономический план и задачи, изложенные в пояснительной записке МУП «Благоустройство Кировского района» города Ростова-на-Дону за 2017 год.

Согласно приведенному документу основной задачей на 2018 год являлась стабилизация финансового положения предприятия, в связи с чем планируется вывод на безубыточный уровень деятельности и постепенная ликвидация долговых обязательств предыдущих периодов, при этом инструментом для выполнения данной задачи являлось сокращение числа подрядных организаций и выполнение основного объема работ за счет собственных сил.

06.07.2018г. (исх. № 420) от директора МУП «БКР» ФИО9 в адрес Главы Администрации Кировского района г. Ростова-на-Дону направлено письмо о складывающейся тяжелой финансово-экономической ситуации на предприятии, при этом ФИО9 указано на невозможность стабилизации финансового состояния МУП «БКР» собственными силами, в связи с чем указано на целесообразность реализации недвижимого имущества, находящегося на праве хозяйственного ведения, расположенного по адресу <...>, поскольку указанные объекты фактически не используются МУП «БКР». При этом, поскольку п. 3.9 Устава МУП «БКР» для распоряжения имуществом Предприятия необходимо согласие собственника имущества предприятия, основной целью направления данного документа Главе Администрации Кировского района являлось получение соответствующего согласия, как собственника приведенного имущества.

07.08.2018г. (исх. № 486) ФИО9 в адрес Главы Администрации Кировского района г. Ростова-на-Дону снова направлено письмо с указанием конкретных финансовых проблем, в частности, объемах образовавшейся кредиторской задолженности.

03.10.2018г. (исх. № 600) в письме в адрес Заместителя директора Департамента имущественно-земельных отношений г. Ростова-на-Дону ФИО9 указано на конкретные мероприятия, проведенные для восстановления финансового состояния МУП «БКР», в частности, по восстановлению единиц техники с целью увеличения производительности предприятия, частично погашена задолженность перед бюджетом по обязательным платежам, уменьшена фактическая численность работников предприятия, что в свою очередь привело к сокращению расходов предприятия на оплату труда, а также проведена работа по списанию 7 единиц техники. Кроме того, в приведенном письме также указано о финансовых проблемах предприятия, в связи с чем указано на необходимость оказания содействия и помощи учредителя предприятия.

18.10.2018г. (исх. № 635) в письме в адрес заместителя главы Администрации Кировского района г. Ростова-на-Дону ФИО9 заявлено о необходимости принятия мер по осуществлению со стороны Администрации Кировского района г. Ростова-на-Дону финансовой помощи в порядке рассмотрения вопроса о возможности предоставления для предприятия субсидии на погашение кредиторской задолженности, поскольку получение субсидии позволило бы стабилизировать финансовое состояние предприятия.

19.10.2018г. (исх. № 640) ФИО9 направлено письмо в адрес Главы Администрации Кировского района г. Ростова-на-Дону с приведением конкретных мероприятий, направленных на стабилизацию финансового состояния Предприятия, в частности, с целью сокращения расходов на ФОТ осуществлено сокращение сотрудников на 55 человек; с целью увеличения производительности предприятия и увеличения мощностей произведен ремонт 10 единиц техники; одобрена реализация неиспользуемого имущества, а также проведены мероприятия по взысканию дебиторской задолженности.

Судом первой инстанции отмечено, что работа с сокращением дебиторской задолженности велась ФИО9 на протяжении всего периода его работы в должности МУП «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону, что подтверждается вышеприведенными письмами, а также письмом от 09.11.2018г. (исх. № 692).

Конкурсным управляющим в заявлении о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности было указано, что признаки неплатежеспособности должника возникли в 2014г.

Вместе с тем, такая категория как «неплатежеспособность» не может свидетельствовать о реальной невозможности хозяйствующего субъекта исполнить обязательства перед кредиторами.

Согласно абз. 34 статьи 2 Закона о банкротстве для целей данного закона под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Одной из важнейших категорий, используемых при рассмотрении споров о привлечении к субсидиарной ответственности, является «объективное банкротство» (критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), применяемое при установлении периода, в рамках которого определяется круг контролирующих лиц, а также момента возникновения обязанности единоличного исполнительного органа должника (субсидиарно - иных контролирующих его лиц) обратиться в суд с заявлением о банкротстве, о чем неоднократно указывалось судами.

В постановлении Пленума ВС от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под объективным банкротством подразумевается момент, когда должник стал неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе касающиеся уплаты обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Согласно данным бухгалтерской отчетности за период с 01.01.2016 по 01.01.2021, приведенным конкурсным управляющим в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, имеющегося в материалах дела и на основании которого конкурсный управляющий обосновывал свои требования, стоимость активов по состоянию на 01.01.2018г. составил 79 834 тыс. руб., при этом размер кредиторской задолженности составил 60 475 тыс. руб., следовательно, стоимость активов на начало 2018г. превышала размер кредиторской задолженности на 19 359 тыс. руб. Таким образом, в момент назначения на должность руководителя МУП «БКР» ФИО9 у предприятия-должника отсутствовали признаки объективного банкротства, которые должны были заставить выявить им как новым руководителем обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанность по подаче заявления о банкротстве.

Согласно данным бухгалтерской отчетности должника объективное банкротство возникло именно 01.01.2019г. (совокупный размер активов по состоянию на 01.01.2019г. составляет 49 084 тыс. руб., в то время как размер кредиторской задолженности составил 104 165 тыс. руб.), то есть за пределами срока осуществления ФИО9 обязанностей в качестве исполнительного органа должника.

Так, конкурсным управляющим ни в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, ни в дополнительных пояснениях, ни в апелляционной жалобе не указана и соответственно не установлена дата объективного банкротства МУП «БКР», таким образом, не указан один из основных показателей, определенный Верховным судом РФ, являющийся ключевым для принятия решения о привлечении руководителя предприятия к субсидиарной ответственности.

Довод конкурсного управляющего относительно проведения финансового анализа предприятия на основании бухгалтерской отчетности за период с 31.12.2013г. по 31.12.2018г., выводы которого, по мнению конкурсного управляющего, никем не оспаривались, суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку в представленном финансовом анализе отсутствует термин объективное банкротство, который, как указано ранее, является ключевым при определении возможности привлечения бывших руководителей предприятия-должника к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве.

Довод конкурсного управляющего о том, что факт неплатежеспособности должника имел место уже в 2014 году, подтвержденный решением Арбитражного суда Ростовской области от 26.01.2016г. по делу №А53-25580/2015, в соответствии с которым с должника в пользу ИП ФИО43 взыскана задолженность в сумме 3 873 288,49 руб. по оплате работ, выполненных ИП ФИО43 в феврале-декабре 2014г. по договору подряда от 27.12.2013г. №12-13, заключенному с должником, суд апелляционной инстанции признает несостоятельным.

По смыслу ст. 9 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее по тексту также — Постановление № 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Неплатежеспособность не является тождественным понятием неоплаты конкретного долга отдельному кредитору. Неоплатность, как критерий очевидной несостоятельности для целей привлечения бывших руководителей к субсидиарной ответственности нельзя отнести к критериям, воспринятым судебной практикой, как основание для привлечения к субсидиарной ответственности.

При этом суд также отмечает, что наличие кредиторской задолженности в определенный момент само по себе не может являться свидетельством невозможности организации исполнить свои обязательства, и, соответственно, не порождает у обязанных лиц обязанности по принятию решения и подаче заявления должника о признании его банкротом.

Равно как и факт подачи исков к должнику сам по себе не свидетельствует о неплатежеспособности последнего либо о недостаточности у него имущества.

Факт наличия кредиторской задолженности не отнесен Законом о банкротстве к обстоятельствам, из которых возникает обязанность руководителя обратиться в Арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности.

По общему правилу недостаточность имущества определяется по бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату, предшествующую совершению сделки и/или иного действия.

Кроме того, в соответствии с требованиями, изложенными в п. 15 Постановления от 21 декабря 2017г. №53 Пленума ВС РФ «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, для привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве, конкурсному управляющему необходимо было установить дату объективного банкротства предприятия, а также конкретный срок, необходимый для выявления им как новым руководителем обстоятельств, приводящих к необходимости подачи такого заявления, а также размер новых обязательств, принятых должником на себя в этот период.

Так, по мнению конкурсного управляющего, ФИО9 должен был обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника - не позднее 01.08.2018г., без обоснования конкретных обстоятельств и определения даты объективного банкротства, со ссылкой на то обстоятельство, что конкурсным управляющим неоднократно представлялись в материалы дела расчеты размера обязательств должника, возникших после неисполнения каждым из последовательно сменявших друг друга руководителей должника обязанности по обращению в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Вместе с тем, указанный довод конкурсного управляющего также не находит своего подтверждения.

Так, после неоднократного указания суда первой инстанции на необходимость представления конкретного расчета в обоснование доводов о привлечении руководителей предприятия-должника к субсидиарной ответственности, конкурсным управляющим в представленных дополнительных пояснениях приведен расчет кредиторской задолженности.

Так, согласно, имеющегося расчета размер образовавшейся задолженности составляет 20 096 008,30 руб., из которых:

16 227 201,43 руб. - задолженность в ИФНС по налогам, взносам, пени и штрафам;

1 586 424,63 руб. - задолженность перед Агрофирма «ЛОЗА»;

38 500 руб. - задолженность перед ООО «Гео-Пак»;

160 000 руб. - задолженность перед ИП ФИО36;

22 436,74 руб. - задолженность перед АО Ростовводоканал;

1 006 754 руб. - задолженность перед ИП ФИО39;

61 663,88 руб. - задолженность перед ООО «Хорошая Упаковка»;

375 569,47 руб. - задолженность перед ООО «Электрополимерцентр»;

617 458,15 руб. - задолженность перед Департаментом имущественно-земельных отношений города Ростова-на-Дону.

При этом, конкурсным управляющим в нарушение требований Закона о банкротстве не приведена расшифровка возникшей задолженности перед перечисленными кредиторами с указанием периода возникновения указанной задолженности и оснований ее возникновения.

Так, определением о включении в реестр требований кредиторов от 09.07.2019г., включены требования ФНС России в лице УФНС России по Ростовской области в размере 10 247 268,56 руб. В мотивировочной части приведенного определения суда указано, что уполномоченный орган обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности по НДС в размере 5 367 866,95 руб. за 3,4 квартал 2018г.; налог на имущество организаций в размере 278 296,08 руб. за 2018г.; страховые взносы на обязательное пенсионное страхование в ПФ РФ в размере 2 930 565,63 руб. за 2016, 2018гг.; страховые взносы на обязательное соц. страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством за период с 01,01.2017г. в размере 389 717,87 руб., в том числе в размере 68 325,37 руб. - пени за 2018г.

Определением о включении в реестр требований кредиторов от 30.09.2020г., включены требования ФНС России в лице УФНС России по Ростовской области в размере 15 703,75 руб. В мотивировочной части приведенного определения суда указано, что уполномоченный орган обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности по уплате обязательных платежей в размере 15 703,75 руб. штрафа по налогу на имущество организаций по имуществу за налоговый период - 12 месяцев 2018г. В обоснование задолженности уполномоченным органом представлено требование об уплате налогов №55131 от 22.07.2020г., а также решение №1174 от 11.03.2020г. о привлечении к налоговой ответственности.

Определением о включении в реестр требований кредиторов от 07.02.2020г.5 включены требования ФНС России в лице УФНС России по Ростовской области в размере 7 307 447,45 руб. В мотивировочной части приведенного определения суда указано, что уполномоченный орган обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности по НДС в размере 2 019 068,50 руб. за 3,4 квартал 2018г.; транспортному налогу в размере 70 355,78 руб. за 2018г.; налогу на имущество организаций в размере 482 703,68 руб. за 2018г.; НДФЛ с доходов, источником которых является налоговый агент в размере 1 395 569,96 руб. за 2018г.; страховые взносы на обязательное пенсионное страхование в ПФ РФ в размере 2 356 881,26 руб. за 12 месяцев 2018г.; страховые взносы на обязательное мед. Страхование в бюджет Федерального фонда ОМС в размере 573 209,54 руб. за 12 месяцев 2018г.; страховые взносы на обязательное соц. страхование на случай временной нетрудоспособности за 12 мес. 2018г. в размере 310 698,94 руб.; страховые взносы на обязательное соц. страхование от несчастных случаев в сумме 90 640,69 руб. за 1 и 4 кварталы 2017г., 1-4 кварталы 2018г.

При этом, уполномоченным органом были представлены выставленные и направленные в адрес Должника требования об уплате задолженности по налогам. При этом, при решении данного вопроса, связанного с определением даты возникновения новых обязательств в период управления ФИО9 предприятием-должником, необходимо ориентироваться непосредственно на дату возникновения обязанности по уплате конкретных налогов.

Согласно п. 6 «Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства», утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016г. (в ред. От 26.12.2018г.), моментом возникновения обязанности по уплате налога является день окончания налогового периода, а не день представления налоговой декларации или день окончания срока уплаты налога.

Статьей 163 Налогового Кодекса Российской Федерации (далее по тексту - НК РФ) налоговый период по НДС устанавливается как квартал.

Так, за период осуществления деятельности ФИО9 в МУП «БКР» в должности Директора (с 27 апреля 2018г. по 09.11.2018г.) обязанность по уплате НДС возникала исключительно за 2 и 3 кварталы 2018г. (30.06.2018г. и 30.09.2018г. соответственно). Однако, конкурсным управляющим не указана конкретная сумма задолженности перед уполномоченным органом, возникшая в период осуществления деятельности ФИО9, включенная в реестр требований кредиторов МУП «БКР».

В частности, согласно ст. 287 НК РФ налоговым периодом по налогу на прибыль признается календарный год. Таким образом, моментом возникновения обязанности по уплате налога на прибыль за налоговый период - 2018 год является 31.12.2018г.

Согласно п. 1 ст. 360 НК РФ налоговым периодом по транспортному налогу признается календарный год. Таким образом, обязанность по уплате транспортного налога за 2018г. - возникает 31.12.2018г.

Согласно п. 1 ст. 379 НК РФ налоговым периодом по налогу на имущество организаций признается календарный год. Таким образом, обязанность по уплате налога на имущество за 2018г. - возникает 31.12.2018г.

Согласно ст. 216 НК РФ налоговым периодом по НДФЛ признается календарный год. Следовательно, обязанность по уплате НДФЛ у МУП «БКР» как налогового агента, за 2018г. возникает 31.12.2018г.

Исходя из изложенного, по всем налоговым обязательствам момент возникновения обязанности по уплате возникает за пределами сроков осуществления деятельности ФИО9 в должности руководителя МУП «БКР».

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации по делу №А40-6179/2018 (№305-ЭС21-7572) необоснованно привлекать к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве в случае, если после даты объективного банкротства никаких новых обязательств не возникло.

Конкурсным управляющим соответствующих доказательств в виде конкретных расчетов с указанием конкретных обстоятельств и сроков возникновения указанных сумм задолженностей не представлено ни в разрезе образовавшейся задолженности по налогам, ни в разрезе образования задолженностей перед иными кредиторами, указанными конкурсным управляющим.

Довод конкурсного управляющего относительно того, что поскольку денежные средства на конец 2018 г. составили только 4 тыс. руб., а всего активы предприятия составляли 49 084 тыс. руб., то данные обстоятельства свидетельствуют о значительном превышении кредиторской задолженности над активами, что соответствует невозможности предприятия вести нормальную хозяйственную деятельность и рассчитываться по своим обязательствам, подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку конкурсным управляющим не приведено обстоятельств, свидетельствующих о том, что должник, имея убытки, прекратил исполнение денежных обязательств перед иными кредиторами ввиду недостаточности имущества (либо о том, что удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов влекло невозможность исполнения должником денежных обязательств перед другими кредиторами), а также не осуществлял ведение хозяйственной деятельности.

Как указано ранее, ФИО9 неоднократно информировал администрацию о тяжелом финансовом положении должника и принятия последней соответствующих управленческих решений относительно дальнейшей хозяйственной деятельности предприятия, что в частности подтверждается письмами от 06.07.2018 № 420, от 07,08.2018 года (исх. №486), от 03.10.2018г. (исх. №600), от 18.10.2018г, (исх.№635), от 19.10.2018г. (исх. №640).

Вышеприведенные обстоятельства позволили суду первой инстанции сделать правильный вывод о том, что ФИО9, как добросовестный руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок и приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план.

Конкурсным управляющим не приведено обстоятельств, свидетельствующих о том, что должник, имея убытки, прекратил исполнение денежных обязательств перед иными кредиторами ввиду недостаточности имущества (либо о том, что удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов влекло невозможность исполнения должником денежных обязательств перед другими кредиторами), а также не осуществлял ведение хозяйственной деятельности.

Конкурсным управляющим в качестве обстоятельств возникновения признаков неплатежеспособности должника указано на сделки, свидетельствующие о нерациональном использовании денежных средств должника, таких, как перечисление денежных средств в адрес ООО «Юридическое агентство Правовед» в размере 1 050 000 руб. за оказание юридических услуг за период с 05.04.2016 по 29.12.2016 г., перечисление денежных средств в адрес ИП ФИО44 в размере 130 000 руб. за оплату услуг по обзвону объявлений, оплата денежных средств ИП ФИО45 за подготовку заявки на участие в электронном аукционе в размере 468 000 руб. и 350 000 руб.

Пунктом 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» установлено, что согласно пп. 1 п.2 ст. 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Сама по себе сумма каждой сделки, а также их совокупность не может свидетельствовать о том, что они способствовали возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства, доказательства убыточности указанных сделок в материалах дела отсутствуют.

Конкурсный управляющий не представил доказательств того, что совершение указанных сделок повлекло или могло повлечь причинение существенного ущерба должнику.

Равно как не представлено доказательств причинно-следственной связи действий по заключению указанных конкурсным управляющим сделок и перечислений денежных средств с ухудшением финансового состояния должника.

Суд приходит к выводу, что совершенные должником спорные сделки не привели к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований, нет никаких оснований полагать, что именно они привели к неплатежеспособности должника.

При таких обстоятельствах основания для привлечения руководителей и собственника имущества должника за неподачу заявления о банкротстве отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО21, ФИО4, ФИО11, ФИО9, учитывает, что конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что действия указанных лиц в качестве руководителей должника привели к причинению убытков должника, которые в дальнейшем привели к банкротству МУП «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону.

В части требований о привлечении к субсидиарной ответственности бухгалтеров должника ФИО7, ФИО17, ФИО18, ФИО15, ФИО19, ФИО20, суд первой инстанции пришел к выводу, что указанные лица не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, поскольку они не отвечают критериям контролирующего должника лица.

В данной части апелляционные жалобы и отзывы доводов не содержат.

Основанием для привлечения к субсидиарной ответственности Администрации Кировского района г. Ростова-на-Дону, Департамента имущественно-земельных отношений г. Ростова-на-Дону к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий должника указал неподачу заявления о банкротстве.

При этом суд первой инстанции верно пришел к выводу, что надлежащим ответчиком является Администрация г. Ростова-на-Дону, поскольку именно Администрация является главным распорядителем бюджетных средств, Администрация Кировского района и Департамент по имущественным и земельным отношениям являются лишь подразделениями Администрации г. Ростова-на-Дону, выполняющими ее отдельные поручения за счет имущества муниципального образования и, в силу изложенного выше, не являются надлежащими ответчиками по настоящему спору.

Суд первой инстанции, рассмотрев требования конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности Администрации Кировского района г. Ростова-на-Дону, Департамента имущественно-земельных отношений г. Ростова-на-Дону по обязательствам должника, пришел к верному выводу об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности муниципальных органов, поскольку обязанность участника, бенефициара, собственника имущества по принятию решения об обращении должника в суд не была предусмотрена статьей 9 Закона о банкротстве (в применяемой редакции), в статье 10 Закона о банкротстве также отсутствовала корреспондирующая норма о субсидиарной ответственности учредителя (участника) общества, бенефициара, члена совета директоров.

Ответственность, установленная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - статья 61.11 Закона о банкротстве), является ответственностью контролирующих должника лиц перед его кредиторами, обязательства перед которыми не были погашены за счет имущества должника.

Указанная субсидиарная ответственность обусловлена тем, что в случае если бы контролирующие должника лица добросовестно действовали и эффективно осуществляли управление предприятием, по общему правилу признаков объективного банкротства у последнего вообще не наступило бы.

В силу разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В абзаце 7 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве указано, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и/или бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника банкротом отсутствует (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (пункт 3 статьи 1, пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов; при рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (пункт 18 постановления N 53).

Согласно материалам дела, основными видами деятельности МУП «БКР», согласно п.2 Устава, являлись:

-зимняя и летняя механизированная уборка дорог и тротуаров,

- ручная уборка дорог и тротуаров, дворов и иных придомовых территорий муниципального фонда, а также прилегающих к производственным, торговым складскими офисным помещениям организаций,

- капитальный и текущий ремонт дорог и тротуаров,

- осуществление строительной деятельности,

- содержание малых форм (остановочные комплексы, сооружения при въезде в город, урны, скамейки),

- вывоз смета, твердых бытовых отходов от эксплуатации жилого и нежилого фонда независимо от организационно-правовой формы его собственников,

- ремонт и техническое обслуживание транспортных средств,

- посадка зеленых насаждений и уходные работы за ними,

- оказание транспортных, бытовых и прочих услуг, не запрещенных законодательством РФ, юридическим и физическим лицам.

МУП «БКР» являлось единственным предприятием, осуществляющим деятельность по надлежащему содержанию территории Кировского района - центрального района г.Ростова-на-Дону. Из чего следует, что МУП «БКР» относится к социально значимым предприятиям города.

Согласно представленным в материалы дела доказательствам администрация, выполняя обязанности учредителя предприятия, предпринимала необходимые меры в рамках закона и своих полномочий, направленные на предупреждение банкротства и восстановление платежеспособности должника.

В материалы дела представлены письма-обращения Администрации Кировского района н. Ростова-на-Дону в адрес главы Администрации г. Ростова-на-Дону, заместителю главы Администрации г. Ростова-на-Дону по экономике с просьбой о рассмотрении вопроса о выделении бюджетных средств в виде единовременной субсидии на погашение кредиторской задолженности перед подрядчиками и прочими кредиторами в целях предупреждения банкротства.

Из писем Администрации следует, что в 2018 году проведен ряд мероприятий, направленный на финансовое оздоровление МУП «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону: оптимизирована численность сотрудников, полностью погашена задолженность по заработной плате, собственными силами осуществлялся текущий ремонт специализированной техники, техника находится в рабочем состоянии, выполнен мониторинг юридических лиц, офисы и/или точки продаж, которых расположены на территории Кировского района, разосланы коммерческие предложения по заключению договоров на уборку прилегающих территорий, заключены договоры, продолжается работа по привлечению заказчиков на уборку прилегающих территорий.

Доказательства, подтверждающие, что администрация давала указания или совершала иные действия, которые бы довели предприятие до несостоятельности (банкротства), в материалы дела не представлены.

В силу части 7 статьи 114 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник имущества предприятия, основанного на праве хозяйственного ведения, не отвечает по обязательствам предприятия, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 статьи 56 данного Кодекса.

В соответствии с частью 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Аналогичная норма содержится в части 4 статьи 10 Закона о банкротстве, а также в части 2 статьи 7 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях".

В соответствии со статьей 11 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" имущество унитарного предприятия формируется за счет имущества, закрепленного за унитарным предприятием на праве хозяйственного ведения или на праве оперативного управления собственником этого имущества.

Таким образом, не установив оснований полагать, что администрация действовала заведомо недобросовестно, не установив обстоятельств, свидетельствующих о том, что именно действия (бездействия) администрации привели к невозможности погашения требований кредиторов и явились необходимой причиной банкротства предприятия либо после наступления объективного банкротства должника его финансовое положение существенно ухудшилось действиями (бездействием) администрации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о неподтвержденности материалами дела наличия причинно-следственной связи между поведением администрации и банкротством должника.

Должник, являясь муниципальным унитарным предприятием, не мог прекратить оказывать населению соответствующие услуги, а также прекратить эксплуатировать объекты коммунальной инфраструктуры.

Из материалов дела следует, что администрация оказывала помощь предприятию в предельно возможном объеме исходя из финансового положения бюджета района, предпринимала всевозможные меры, направленные на улучшение имущественного положения должника, собственник рассчитывал на стабилизацию положения должника и продолжение его деятельности.

Как указано ранее, основным видом деятельности предприятия являлось уборка территории Кировского района г. Ростова-на-Дону. Деятельность таких предприятий носит убыточный характер, поскольку связана с объективными факторами, на которые не может повлиять руководитель, собственник, а тем более главный бухгалтер. К числу таких факторов относятся погодные условия, чрезвычайные ситуации, требующие оперативного решения.

В связи с этим сам по себе признак недостаточности имущества у должника и наличие задолженности перед кредиторами за определенный период времени не могут свидетельствовать о наступлении обязанности у руководителя должника подать заявление о признании несостоятельным (банкротом). Формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве. При этом предприятие продолжало исполнять принятые на себя обязательства, что следует из анализа требований кредиторов, включенных в реестр.

Специфика функционирования подобного рода организаций такова, что необходимо выполнение работ в срочном порядке, когда муниципальный контракт еще не заключен, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, что само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества.

Соответственно наличие у должника кредиторской и дебиторской задолженности, и их последующий рост не являются достаточным основанием для признания возникновения у должника признаков объективного банкротства в 2014 году, а у руководителей и собственника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании предприятия банкротом. Наращивание обязательств должника в данном случае носило объективный характер, в связи с чем более ранняя подача заявления о банкротстве не привела бы к защите интересов кредиторов.

Как следует из анализа кредиторской задолженности по итогам 2017 года у должника возникли признаки объективного банкротства, при этом кредиторы, вступившие с должником в правоотношения, знали о наличии задолженности, в том числе перед собой, однако продолжали вступать с хозяйственные отношения с должником.

В нарушение статьи 65 АПК РФ ни конкурсный управляющий, ни кредиторы не представили доказательства того, какие кредиторы предприятия были введены в заблуждение относительно финансового состояния должника, что влечет субсидиарную ответственность за неподачу заявления о банкротстве.

Довод заявителя о том, что размер ответственности для собственника составляет реестр требований кредиторов не соответствует положениям Закона о банкротстве и в редакции статьи 10 Закона о банкротстве и в редакции главы 3.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, положения статьи 10 Закона о банкротстве не предусматривали ответственность собственника за неподачу заявления о банкротстве. Применимое к спорным отношениям законодательство не предусматривало возможности привлечения учредителей, бенефициара, собственника имущества должника к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом, что нашло свое отражение в определениях Верховного Суда России.

Из положений Закона о банкротстве, а также судебной практики, следует, что для привлечения к ответственности за неподачу заявления о банкротстве необходимо доказать совокупность следующих обстоятельств:

- возникновение признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника или иных обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, с подтверждением точной даты наступления таких обстоятельств;

- неподача руководителем должника или ликвидационной комиссией в установленный Законом срок заявления о банкротстве, невыполнение собственником имущества должника - унитарного предприятия или лицами, уполномоченными принимать решение о созыве общего собрания, действий, связанных с принятием решения о подаче заявления о банкротстве;

- возникновение после истечения срока, когда должно было быть подано заявление о банкротстве, "новых" обязательств должника, по которым соответствующие лица привлекаются к субсидиарной ответственности, с подтверждением точной даты возникновения таких обязательств;

- наличие вины лица, привлекаемого к ответственности, в совершении неправомерных действий (бездействии), повлекших несвоевременную подачу заявления в арбитражный суд;

- причинение кредитору убытков по "новым" обязательствам в виде невозможности удовлетворения требований кредитора и размер таких неудовлетворенных требований;

- причинно-следственная связь между нарушением обязанности подать заявление о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредитора;

- размер обязательств должника, возникших в период после истечения надлежащего срока подачи заявления о банкротстве и до возбуждения дела о банкротстве.

В рассматриваемом случае обязательному доказыванию подлежит дата возникновения у ответчиков обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом.

В целях утверждения бухгалтерской отчетности и отчетов муниципальных предприятий, определения мер по эффективности деятельности и контролю за их выполнением постановлением Мэра г. Ростова-на-Дону от 31.01.2008 № 86 "О балансовой комиссии по утверждению годовых отчетов муниципальных унитарных предприятий" утверждено Положение "О балансовой комиссии по утверждению годовых отчетов муниципальных унитарных предприятий" и состав данной комиссии.

Балансовая комиссия создается в целях повышения эффективности функционирования муниципальных предприятий, обеспечения принятия экономически обоснованных решений в области стратегии управления муниципальными предприятиями города, реализации прав собственника по контролю за использованием по назначению, сохранностью имущества муниципальных предприятий.

В соответствии с пунктом 3 постановления №86 от 31.01.2008 установлен период проведения балансовых комиссий по результатам финансово-хозяйственной деятельности муниципальных унитарных предприятий с 15 мая по 30 июня года, следующего за отчетным.

Таким образом, учитывая, что обязанность по подаче заявления у лиц, контролирующих должника возникла только в июле 2017 года, а проведение балансовых комиссий проходит один раз в год с 15 мая по 30 июня, период привлечения к субсидиарной ответственности должен быть ограничен определенным сроком.

Сам по себе факт ухудшения финансового состояния должника не отнесен к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

В материалах дела отсутствуют надлежащие и достаточные доказательства, свидетельствующие о недобросовестном и неразумном поведении ответчиков, и совершении ими действий, повлекших ухудшение финансового положения должника. Следовательно, оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по данному основанию не имеется.

В силу разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В абзаце 7 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве указано, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и/или бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника банкротом отсутствует (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (пункт 3 статьи 1, пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов; при рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (пункт 18 постановления N 53).

Согласно представленным в материалы дела доказательствам администрация, выполняя обязанности учредителя предприятия, предпринимала необходимые меры в рамках закона и своих полномочий, направленные на предупреждение банкротства и восстановление платежеспособности должника.

Доказательства, подтверждающие, что администрация давала указания или совершала иные действия, которые бы довели предприятие до несостоятельности (банкротства), в материалы дела не представлены.

Из материалов дела следует, что администрация оказывала помощь предприятию в предельно возможном объеме исходя из финансового положения бюджета, собственник рассчитывал на стабилизацию положения должника и продолжение его деятельности.

Также конкурсный управляющий указывает, что Администрация г.Ростова-на-Дону не наделила предприятие достаточным имуществом для выполнения плановых показателей и ведения безубыточной деятельности. Согласно приложению к постановлению Мэра г.Ростова-на-Дону от 14.04.2009г. № 268 «О создании муниципального унитарного предприятия «Благоустройство Кировского района г.Ростова-на-Дону» ДИЗО г.Ростова-на-Дону обязано было передать вновь созданному предприятию в хозяйственное ведение основные средства на общую сумму 15 601 768,49 руб., в том числе: специализированную технику, балансовой стоимостью 8 764 166,00 руб., причем вся техника должна была быть передана с нулевым износом, т.е. новая, и производственные здания остаточной стоимостью 6 399 825,28 руб. (п.3.1 постановления), о чем имеется запись в п.3.3 первоначальной редакции устава предприятия.

Однако, впоследствии постановлением Администрации г.Ростова-на-Дону от 26.06.2009г. №471 были внесены изменения в п.3.1 постановления Мэра г.Ростова-на-Дону от 14.04.2009г. №268 в части структуры и стоимости имущества, передаваемого в хозяйственное ведение МУП «БКР». В силу данного постановления в хозяйственное ведение предприятия передавалась только специализированная техника с 50% износом, общей балансовой стоимостью 5 555 266,87 руб., которая требовала дополнительных расходов по содержанию за счет предприятия (необходимый ремонт и т.д.).

Вместе с тем, указанное постановление было издано 26.06.2009, то есть задолго до образования признаков банкротства, в нарушение статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим не доказано каким образом изменение структуры и стоимости имущества в 2009 году повлияло на неплатежеспособность должника, привело к наличию признаков объективного банкротства.

По мнению конкурсного управляющего, на начальном этапе учредителю Администрации Кировского района г. Ростова-на-Дону было заведомо известно, что предприятие не имеет возможности вести нормальную хозяйственную деятельность в сфере уборки территории Кировского района г. Ростова-на-Дону ввиду явного несоответствия объему планируемых мероприятий полученного МУП «БКР» имущества. Избранная учредителем модель поведения уже в момент наделения МУП имуществом приводила к очевидному дисбалансу прав должника и его кредиторов.

Так, Муниципальное унитарное предприятие «Благоустройство Кировского района» г. Ростова-на-Дону (ИНН <***>, ОГРН <***>) было создано на базе имущества ликвидированного Муниципального унитарного предприятия "Районный комбинат благоустройства" Кировского района города Ростова-на-Дону (ОГРН <***>) (ранее - Муниципальное учреждение "Кировский районный комбинат благоустройства" (ОГРН <***> от 22.04.2005).

Деятельность правопредшественника (МУП РКБ КР) по очистке и уборке территории Кировского района г. Ростова-на-Дону была убыточной, в последующем организация была ликвидирована, а на его месте создано новое, также заведомо убыточное предприятие с аналогичным видом деятельности - МУП БКР.

Вместе с тем, с даты создания до конца 2017 года предприятие осуществляло хозяйственную деятельность, в отношении него не вводились процедуры, применяемые в деле о банкротстве, как установлено выше, признаки объективного банкротства отсутствовали, в связи с чем доводы конкурсного управляющего носят предположительный характер и документально не подтверждены.

Как указывалось судом выше, возникновение в указанный период задолженности перед конкретными кредиторами не свидетельствует о том, что должник "автоматически" стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неэффективное управление и непринятие необходимых мер по предупреждению банкротства и наступление состояния объективного банкротства.

Кроме того, недостаточная эффективность принятых Администраций г.Ростова-на-Дону мер сама по себе основанием для привлечения собственника предприятия к субсидиарной ответственности не является. Доводов о совершении учредителем конкретных действий, приведших к банкротству предприятия, например, изъятие имущества, инициирование (совершение) сделок, направленных на вывод ликвидных активов должника и т.п., лицами, участвующими в деле, не заявлено, документальных доказательств не представлено.

Предприятие МУП «БКР» является социально значимым предприятием на территории города Ростова-на-Дону, осуществляющим уборку территории Кировского района г. Ростова-на-Дону. Деятельность предприятия носит непрерывный характер в силу необходимости обеспечения нормального функционирования муниципального образования, в том числе в зимний период.

Как установлено судом в ходе судебного разбирательства в декабре 2013 январе 2014 года произошел погодный коллапс: выпадение снега более 65см. Для устранения последствий снежного коллапса предприятие было вынуждено пользоваться транспортными услугами других организаций, предприятие в результате чего выполнило работ по уборке снега свыше муниципального контракта на сумму 3 000 тыс.руб. и аренда техники привлеченных организаций более 7 000 тыс.руб. Поскольку техника работала в круглосуточном режиме, то требовался ремонт, на что ушло более 500 тыс.руб. Выплата заработной платы за сверхурочную работу составила более 1 000 тыс.руб. Кроме того в связи с утратой предприятием права применения упрощенной системы налогообложения и переходом на общую систему налогообложения, возросло налоговое бремя в виде налога на имущество, налога на добавленную стоимость, налога на прибыль предприятия.

Вместе с тем, несмотря на указанные обстоятельства, предприятие продолжило хозяйственную деятельность, погашало задолженности прошлых лет, налоговые обязательства.

Согласно решению балансовой комиссии по оценке эффективности МУП «БКР» за 2016 год в 2016 году предприятию из средств бюджета города Ростова-на-Дону было выделено 1,4 млн. рублей.

Согласно протоколу совещания ПР-СГ/67 по вопросу финансово-хозяйственной деятельности МУП «БКР» главе администрации Кировского района было поручено разработать и внести предложения по выходу на безубыточный уровень работы МУП.

13.02.2019 в письме №59-23-226 глава администрации Кировского района указывает, что в 2018 году проведен ряд мероприятий, направленный на финансовое оздоровление Муниципального унитарного предприятия «Благоустройство Кировского района» города Ростова-на-Дону (далее - МУП «БКР»):

- оптимизирована численность сотрудников с 184 до 94 человек;

- полностью погашена задолженность по заработной плате;

- собственными силами осуществлялся текущий ремонт специализированной техники, 18 единиц техники находятся в рабочем состоянии;

- совместно с администрацией Кировского района выполнен мониторинг юридических лиц, офисы и/или точки продаж которых расположены на территории Кировского района, разосланы коммерческие предложения по заключению договоров на уборку прилегающих территорий. В настоящее время МУП «БКР» заключено 64 договора на сумму 279 306,62 рублей в месяц. Продолжается работа по привлечению заказчиков на уборку прилегающих территорий.

Несмотря на проведенные мероприятия и осуществление плана работ, погасить кредиторскую задолженность МУП «БКР» своими силами в полном объеме не представляется возможным и просит согласовать выделение денежных средств в сумме 61 151 164,64 рублей в качестве субсидии на погашение кредиторской задолженности.

Данное обращение было направлено в муниципальное казначейство города Ростова-на-Дону для рассмотрения.

Рассмотрев обращение, муниципальное казначейство указало, что по состоянию на 13.03.2019 предприятие МУП «Благоустройство Кировского района» города Ростова-на-Дону действительно обладает формальными признаками банкротства, предусмотренными ст.3 Федерального закона №127-ФЗ, на указанную дату в отношении должника уже было возбуждено дело о банкротстве.

Довод конкурсного управляющего о том, что собственник имущества наделил предприятие объектами недвижимости, однако предприятию не были выделены на правовом основании земельные участки, что явилось основанием для взыскания неосновательного обогащения, а после оформления договора аренды и арендной платы, не принимается судом исходя из следующего.

Как указывает конкурсный управляющий неликвидное имущество было включено в имущественную массу МУП следующими распоряжениями:

1.Распоряжением Департамента имущественно-земельных отношений г. Ростова-на-Дону от 29.12.2009г. № 5758 в хозяйственное ведение МУП «БКР» переданы нежилые помещения по адресу: <...> (Университетский 17/168) лит. А

2.Распоряжением Департамента имущественно-земельных отношений г. Ростова-на-Дону от 18.04.2014г. № 890 в хозяйственное ведение МУП «БКР» переданы объекты недвижимости по адресу: <...>.

3.Распоряжением Департамента имущественно-земельных отношений г. Ростова-на-Дону от 17.05.2013г. № 933 в хозяйственное ведение МУП «БКР» переданы объекты недвижимости по адресу: <...>.

Согласно реестру расходов по содержанию имущества, не используемого для хозяйственной деятельности должника, представленной в материалы дела конкурсным управляющим, минимальные затраты за три года в отношении имущества, которое не используется в хозяйственной деятельности, а было передано с целью возложения прямых затрат на МУП составляет - 5 105 160 рублей. При этом согласно докладным запискам директоров, данные объекты никогда в хозяйственной деятельности не использовались, но ежемесячно прямые расходы были возложены на МУП, при условии производственной необходимости в указанных объектах.

Кроме этого, в пользу МУП «БКР» в хозяйственное ведение переданы исключительно здания и сооружения без земельных участков, однако на протяжении всего периода с 2009г. (даты передачи имущества в хозяйственное ведение) вплоть до предъявления первого искового заявления (2016г.) не осуществлялись действия по урегулированию правовой неопределенности в использовании земельных участков, на которых расположены объекты, закрепленные за должником на праве хозяйственного ведения.

В 2017 году были заключены договоры аренды: Договор аренды земельного участка от 28.12.17г. №37408 в отношении земельного участка по адресу: <...>, с установлением арендной платы в размере 288 918,13 руб., Договор аренды земельного участка от 28.12.17г. №37409 в отношении земельного участка по адресу: <...> с установлением арендной платы в размере 572 468,21 руб.

Пользование земельными участками является платным, в случае неиспользования какого-либо имущества предприятие не лишено было возможности провести процедуру реализации имущества, однако такие мероприятия были инициированы ФИО9 в 2018 году, то есть после наступления признаков объективного банкротства. Доказательства того, что приведенные обстоятельства по наделению предприятия имуществом в 2009, 2013, 2014 годах являются причиной банкротства, в нарушение статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим не представлены.

Из пояснительных записок руководителей из года в год следовало, что причинами убытка являются, в том числе несвоевременное заключение муниципальных контрактов, вместе с тем, на протяжении длительного времени предприятие при наличии несвоевременно заключенных контрактов справлялось с принятыми на себя обязательствами.

Исходя из вышеизложенного суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что причины банкротства предприятия в большей степени носили объективный характер, это и сверхнормативное выпадение осадков в январе 2014 года, что послужило основой накопления кредиторской задолженности, утрата предприятием права на применение упрощенной системы налогообложения, что в совокупности с необходимостью уборки территорий, выходящих за рамки муниципальных контрактов, на постоянной основе и не принятия мер по реализации не используемого в хозяйственной деятельности имущества, привело к несостоятельности предприятия.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции согласен с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Администрации г. Ростова-на-Дону, ФИО16, ФИО4, ФИО9, ФИО11.

Ссылка конкурсного управляющего на судебную практику отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку различие результатов рассмотрения дел, по каждому из которых устанавливается конкретный круг обстоятельств на основании определенного материалами каждого из дел объема доказательств, представленных сторонами, само по себе не свидетельствует о различном толковании и нарушении единообразного применения судами норм материального и процессуального права. Какого-либо преюдициального значения для настоящего дела указанные заявителем жалобы судебные акты не имеют, приняты судом по конкретному делу, фактические обстоятельства которых отличны от фактических обстоятельств настоящего дела.

В суде первой инстанции ответчиками заявлено о применении срока исковой давности по заявленному конкурсному управляющему требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, в удовлетворении которого судом правомерно отказано, поскольку в настоящий момент реализация имущества должника не завершена, что следует из сообщений, опубликованных в открытом источнике ЕФРСБ.

В целом, доводы заявителей жалоб направлены на переоценку выводов суда первой инстанции. При этом они не опровергают выводы суда, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Доводы, приведенные в апелляционных жалобах, повторяют доводы, приведенные в суде первой инстанции, и свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом первой инстанции доказательств, но не опровергают их.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 АПК РФ, не имеется.

При указанных обстоятельствах основания для отмены или изменения обжалуемого судебного акта отсутствуют.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 11.05.2022 по делу № А53-41494/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Я.А. Демина


Судьи Г.А. Сурмалян


Д.В. Емельянов