Постановление от 16 июля 2019 г. по делу № А41-27577/2017

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-27577/17
16 июля 2019 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 09 июля 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 июля 2019 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мизяк В.П.,

судей Катькиной Н.Н., Муриной В.А.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Русстройконсалтинг» ФИО2 – ФИО3, представитель по доверенности от 07 сентября 2018 года;

от ФИО4 – ФИО5, представитель по нотариально заверенной доверенности № 77 АГ 0170520 от 22 января 2019 года, зарегистрированной в реестре за № 77/93-н/77-2019-1-149;

от ООО «СтройГрупп» - ФИО6, представитель по доверенности от 21 декабря 2018 года;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Русстройконсалтинг» ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 27 марта 2019г. по делу № А41-27577/17, принятое судьей Морхатом П.М.,



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 07 декабря 2017 года по делу № А41-27577/17 в отношении Общества с ограниченной ответственностью «РусСтройКонсалтинг» (далее – должник, ООО «РусСтройКонсалтинг») открыто конкурсное производство.

Конкурсным управляющим утверждена ФИО2 (далее – конкурсный управляющий ФИО2).

Конкурсный управляющий обратился с заявлением в арбитражный суд, в котором просил:

- Признать сделку - договор купли-продажи от 22.12.2016, заключенный между ООО «Русстройконсалтинг» и ФИО4 по продаже автомобиля марки ЛЕНДРОВЕР РЕЙНДЖРОВЕР СПОРТ, VIN <***>, 2014 г.в., недействительной;

- Применить последствия недействительности сделки в виде изъятия указанного автомобиля у ответчика

Определением Арбитражного суда Московской области от 27 марта 2019 года в удовлетворении заявления конкурсного управляющего было отказано.

Не согласившись с вышеуказанным судебным актом, конкурсный управляющий обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, по доводам которой следует, что конкурсным управляющим были представлены достаточные доказательства неравноценного встречного предоставления за приобретенный автомобиль. Таким образом, по мнению ФИО2, был причинен имущественный вред интересам кредиторов, что является основанием для признания сделки недействительной.

ФИО4 представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором поддержала выводы суда первой инстанции, указав, что в счет приобретенного автомобиля по спорной сделке было предоставлено равноценное встречное исполнение, достаточных доказательств обратного в материалы дела не представлены.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить обжалуемое определение.

Представитель ФИО4 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Представитель ООО «СтройГрупп» поддержал доводы апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266 - 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исходя из п. 1 ст. 223 АПК РФ, дела о несостоятельности рассматриваются судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности.

Как следует из материалов дела, ООО «РусСтройКонсалтинг» предложило ФИО4 заключить договор купли-продажи транспортного средства по цене 300 000 рублей. На указанное предложение ФИО4 согласилась, вследствие чего был заключен договор купли-продажи транспортного средства от 22 декабря 2006 года между должником – ООО «РусСтройКонсалтинг» (продавец) и ФИО4 (покупатель).

В рамках вышеуказанного договора продавец продал покупателю автомобиль марки ЛЕНДРОВЕР РЕЙНДЖРОВЕР СПОРТ, VIN <***>, 2014 года выпуска, за 300 000 руб.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, исходил из того, что в обоснование недействительности сделки не были представлены доказательства неравноценности встречного предоставления. Суд первой инстанции отклонил отчет об оценке отчужденного имущества, посчитав данное доказательство недостаточным для удовлетворения требований, заявленных в рамках ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Однако апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции на основании следующего.

Пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" закреплено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 9 названного Постановления при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" закреплено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Заявление ООО "СтройГрупп" о признании ООО "РусСтройКонсалтинг" несостоятельным (банкротом) принято к производству определением суда от 03 мая 2017 года. Спорная сделка была совершена 22 декабря 2016 года, то есть в пределах годичного срока до обращения кредитора с заявлением о признании должника банкротом, соответственно, в рассматриваемом споре судом должна быть установлено неравноценность встречного исполнения для признания сделки недействительной.

В пункте 8 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В пункте 9 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Следовательно из толкования статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки должника подозрительной необходимо доказать два факта: совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки.

В обоснование неравноценности встречного исполнения обязательств конкурсный управляющий представил отчет об оценке №88-18-10-31 от 29 октября 2018 года, в соответствии с которым следует, что аналогичное транспортное средство той же марки, модели и года выпуска имеет рыночную стоимость равную 4 120 389 руб.

Суд первой инстанции, отказывая в принятии результатов оценки конкурсного управляющего, сослался на то обстоятельство, что отчет об оценке №88-18-10-31 от 29 октября 2018 года раннее являлся предметом рассмотрения в рамках настоящего дела по обособленному спору о признании сделки недействительной по отчуждению иного автомобиля.

Так, судом первой инстанции было установлено, что в отношении рыночной стоимости иного автомобиля МЕРСЕДЕС-АМГ, AMG G63 VIN <***>, 2015 года выпуска отчет об оценке конкурсного управляющего определил стоимость в 2,5 раза выше, нежели той, которая была установлена судебной экспертизой. Так суд первой инстанции пришел к выводу, что отчет об оценке №88-18-10-31 от 29 октября 2018 года имеет пороки и в отношении автомобиля марки ЛЕНДРОВЕР РЕЙНДЖРОВЕР СПОРТ.

Однако апелляционный суд не может согласиться с проведенной аналогией при оценке доказательств судом первой инстанции, поскольку в данном случае предметом исследования стал иной автомобиль с иными показателями, несовпадение с фактическими обстоятельствами в части, которая не является доказательной основой по настоящему обособленному спору, не может быть принято как аксиома недостоверности целого. Таким образом, отклонение судом первой инстанции доказательств конкурсного управляющего на основании иного обособленного спора недопустимо.

Также апелляционный суд не находит оснований для признания сведений, указанный в отчете об оценке №88-18-10-31 от 29 октября 2018 года, недостоверными только потому, что оценщик избрал метод сравнительного анализа без непосредственного осмотра автомобиля.

ФИО4 в опровержение доводов конкурсного управляющего был представлен отчет об оценке, проведенной оценщиком ФИО7, с осмотром транспортного средства. По данным результатам стоимость спорного имущества составила 322 252 руб.

Для устранения данного противоречия в представленных отчетах суд первой инстанции предложил сторонам рассмотреть вопрос о назначении судебной экспертизы по оценке имущества.

Определением от 11 февраля 2019 года суд первой инстанции отложил судебное заседание, в котором запросил информацию о стоимости и сроках проведения судебной экспертизы об оценке рыночной стоимости автомобиля ЛЕНДРОВЕР РЕЙНДЖРОВЕР СПОРТ, VIN <***> по состоянию на 22 декабря 2016 года.

Однако 06 февраля 2019 года ФИО4 реализовала спорный автомобиль в пользу третьих лиц, что усложнило возможность проведения судебной экспертизы. Сведения не были получены, и суд первой инстанции разрешил спор, основывая свои выводы на представленных в материалы дела документах.

При повторном изучении отчета об оценке ФИО4 установлено, что оценщик провел дефектовку исследуемого автомобиля на основании заказа-наряда ФИО8 Как следует из доводов заинтересованного лица, после наезда на препятствие автомобиль нуждался в ремонте и смене значительных комплектующих деталей таких, как двигатель, коробка передач и прочее. Данные обстоятельства, по мнению ФИО4, свидетельствуют о значительном снижении стоимости спорного автомобиля.

Вместе с тем, из рассматриваемого отчета ФИО7 следует, что оценщиком не были обнаружены ограничения по использованию объекта оценки по назначению. Произошедший наезд и последующие неисправности в соответствии с выводами оценщика не являются факторами, которые влияют на возможность прямого использования автомобиля. Более того, негативные обстоятельства установлены на представленных заказчиком документах, на внешнем облике автомобиля не отражены, что заставляет критически оценивать достоверность полученных сведений.

Также ФИО4 не представлены доказательства того, что указанные ею неисправности существовали на момент покупки спорного автомобиля.

Так, в п. 2 договора купли-продажи указано, что состояние транспортного средства хорошее. Стороны договора не зафиксировали неисправности и изъяны приобретаемого автомобиля, которые бы значительно влияли на стоимость имущества.

Доводы ФИО4 о приобретении автомобиля со значительными дефектами, которые снизили его рыночную стоимость до 300 000 руб., не находят подтверждения в материалах дела.

Заинтересованное лицо не представило доказательств, которые бы свидетельствовали о произошедших с автомобилем ДТП (справки ГИБДД, документы о проведении ремонта и так далее), относящихся к моменту заключения спорного договора купли-продажи.

Суд апелляционной инстанции также отметил процессуальное поведение ФИО4 по отчуждению спорного автомобиля. Данное действие расценивается как воспрепятствование суду и конкурсному управляющему для установления реальной стоимости автомобиля, поскольку усложнило возможность для исследования имущества. Практическая и хозяйственная целесообразность продажи автомобиля в ходе рассмотрения заявления не установлена.

Более того, поскольку на момент заключения спорной сделки ни должник, ни ФИО4 не зафиксировали неисправности технического состояния автомобиля, проведение в настоящем времени оценочной экспертизы для установления стоимости автомобиля нецелесообразно. Ни конкурсный управляющий, ни ФИО4 не представили документов, из которых следовало, что по состоянию на 22 декабря 2016 года автомобиль нуждался в ремонте. Из спорного договора следует, что состояние транспортного средства было хорошее, то есть стороны установили, что факторы, значительно влияющие на стоимость, не обнаружены. Иные сведения в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, апелляционный суд приходит к выводу о том, что конкурсный управляющий доказал неравноценное встречное предоставление ФИО4 в счет приобретенного автомобиля, в соответствии с чем определение Арбитражного суда Московской области от 27 марта 2019 года подлежит отмене, заявление конкурсного управляющего – удовлетворению.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 27 марта 2019г. по делу № А41-27577/17 - отменить.

Признать сделку – договор купли-продажи от 22 декабря 2016 года, заключенный между ООО «Русстройконсалтинг» и ФИО4 по продаже автомобиля марки Лендровер Рейнджровер Спорт VIN <***> в сумме 300 000 руб. – недействительной.

Применить последствия недействительной сделки, взыскать с ФИО4 в конкурсную массу ООО «Русстройконсалтинг» 4 120 389 руб.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.


Председательствующий


В.П. Мизяк

Судьи


Н.Н. Катькина

В.А. Мурина