Постановление от 15 февраля 2026 г. 10 ААС (Десятый арбитражный апелляционный суд)

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


117997, <...>, https://10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-129/2026

Дело № А41-29690/23
16 февраля 2026 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 09 февраля 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 февраля 2026 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мизяк В.П.,

судей Михайловой Н.А., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 15.12.2025 по делу № А41-29690/23,

при участии в судебном заседании:

от ФИО3 в порядке передоверия от 22.03.2023 – ФИО4 по доверенности от 31.03.2025,

от ФИО2 – ФИО5 по доверенности от 17.05.2023,

Иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 17.04.2023 принято к производству заявление о признании АО «Восход» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Московской области от 07.06.2023 в отношении АО «Восход» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6.

Решением Арбитражного суда Московской области от 07.12.2023 АО «Восход» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7 (далее – ФИО7, конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий ФИО7 24.05.2024 посредством использования информационной системы «Мой арбитр» обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просил:


1. Солидарно привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Восход» за непринятие решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о несостоятельности (банкротстве) (ст. 61.12 Закона о банкротстве) ФИО2 (далее – ФИО2) и ФИО3 (далее – ФИО3);

2. Солидарно привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Восход за невозможность полного погашения требований кредиторов в следствие совершения действий и бездействия контролирующего должника лица (ст. 61.11 Закона о банкротстве) ФИО2, АО «Промивиатехнологии», ФИО3, ФИО8 (далее – ФИО8);

3. По результатам привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, по обязательствам АО «Восход» - приостановить производство по заявлению, в части определения размера ответственности контролирующих должника лиц (т. 1, л. д. 2 – 12).

Определением Арбитражного суда Московской области от 15.12.2025 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично:

- за непринятие решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о несостоятельности (банкротстве) (ст. 61.12 Закона о банкротстве) к субсидиарной ответственности по обязательства АО «Восход» привлечен ФИО2,

- за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие совершения действий и бездействия контролирующего должника лица (ст. 61.11 Закона о банкротстве) солидарно привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Восход» ФИО2 и АО «Промавиатехнологии»,

- в удовлетворении остальной части заявленных требований отказано (т. 5, л. д. 12 – 22).

Производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 и АО «Промавиатехнологии» к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Восход» в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами АО «Восход».

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, просил обжалуемый судебный акт отменить в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в указанной части отказать.

Законность и обоснованность принятого судебного акта в обжалуемой части проверяется судом апелляционной инстанции в порядке части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с


которой, в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Возражений относительно проверки решения в обжалуемой части от участвующих в деле лиц не поступило.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил судебный акт отменить в обжалуемой части.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части.

Согласно статье 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Конкурсный управляющий ФИО7 в своем заявлении указывает, что основанием привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности является неисполнение им обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве).

Из материалов дела следует, что ФИО2 являлся генеральным директором должника в период с 21.02.2017 по 12.05.2022.

В пунктах 9 и 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума ВС РФ N 53) разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.


Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В пункте 2 статьи 3 Закона о банкротстве установлены признаки банкротства юридического лица: юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, напротив, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента необходимости подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Судом первой инстанции установлено, что представленные бухгалтерские балансы должника за период с 2017 по 2021 годы свидетельствуют о наличии признаков неплатежеспособности начиная с 2017 года. Так, если чистая прибыль организации по итогам 2017 года составила 2 769 000 руб., то уже в следующем году компания понесла убытки в размере 3 410 000 руб. Аналогичные показатели зафиксированы и в 2019 году, составив - 2 784 000 руб.

Исходя из указанного соотношения активов должника и имеющейся задолженности перед кредиторами, ФИО2 обязан был инициировать


процедуру банкротства путем подачи соответствующего заявления в арбитражный суд, однако данная обязанность исполнена не была.

Согласно пункту 1 статьи 15 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", отчетность за 2017 год должна была быть подготовлена обществом не позднее 31.03.2018. К моменту составления отчетности руководитель предприятия имел основания полагать, что обязательств перед кредиторами невозможно исполнить своевременно ввиду недостаточности активов для погашения долгов.

По состоянию на 30.04.2018 ФИО2 обязан был предпринять меры по выводу компании из кризиса или подать заявление о признании ее банкротом. Однако заявление в Арбитражный суд Московской области не подавалось, в то время как организация продолжала нести убытки.

С августа 2020 года по февраль 2022 года сотрудники АО «Восход» находились в административных отпусках без содержания, штат состоял лишь из трех сотрудников, уволенных позже. Должник фактически прекратил свою деятельность, параллельно продолжала накапливаться задолженность перед кредиторами ФИО3, АО «ЛИИ им. Громова», ПАО «ТАНТК им. Г.М. Бериева» и налоговой инспекцией, требования которых остались неудовлетворенными и вошли в реестр требований кредиторов АО «Восход».

Судом первой инстанции справедливо принято во внимание, что вступившими в законную силу определением Арбитражного суда Московской области от 11.10.2024 установлен факт недобросовестности ФИО2 при совершении действий, направленных на вывод денежных средств и имущества должника в кризисный период, что противоречит доводам ответчика о реализуемых им мерах по восстановлению платежеспособности должника.

При изложенных обстоятельствах Арбитражный суд Московской области пришел к обоснованному выводу о том, что действия ФИО2 нельзя признать разумными, поскольку им не представлены убедительные доказательства наличия разработанного плана выхода организации-должника из кризиса.

Таким образом, конкурсным управляющим ФИО7 доказана совокупность обстоятельств, необходимая для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности согласно статье 61.12 Закона о банкротстве.

Также конкурсный управляющий ФИО7 в своем заявлении указал, что основанием привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника является невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие совершения действий и бездействия контролирующего должника лица (статья 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под


действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой- однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности является наличие причинно-следственной связи между использованием лицом своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Таким образом, для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, заявитель должен доказать факт совершения ими правонарушения (действия, бездействие) и причинную связь между действиями ответчика (контролирующего должника лицами) и наступлениями последствий (банкротством должника). Указанные обстоятельства являются юридически значимыми по делу и подлежат установлению судом в рамках судебного разбирательства.


Также согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8, при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Как установлено материалами дела, определением Арбитражного суда Московской области от 11.10.2024 признаны недействительными сделками акт приема-передачи имущества АО «Восход» в пользу АО «Промавиатехнологии» от 22.03.2022, а также сделки по перечислению денежных средств с расчетного счета АО «Восход» в сумме 2 830 642,53 руб. в пользу АО «Промавиатехнологии», применены последствия недействительности указанных сделок.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 05.12.2024 определение Арбитражного суда Московской области от 11.10.2024 оставлено без изменения.

В рамках указанного обособленного спора судами установлено, что ФИО2 одновременно являлся руководителем АО «Восход» в период с 21.02.2017 по 12.05.2022, а также руководителем и акционером с долей в уставном капитале в размере 50% аффилированной с должником компании АО «Промавиатехнологии», являющейся мажоритарным акционером должника с долей в уставном капитале в размере 51%.

АО «Промавиатехнологии», основываясь на акте приема-передачи от 22.03.2022 и указывая на наличие задолженности АО «Восход» перед ним в сумме 7 267 664,16 руб., образовавшейся в период с 28.10.2016 по 04.07.2019, получило от должника имущество в количестве 78 единиц в счет погашения обязательств последнего перед третьими лицами.

Ответчик обосновал передачу имущества совершением 95 платежей с расчетного счета АО «Промавиатехнологии» по обязательствам АО «Восход», однако действительность указанных обязательств перед третьими лицами документально не подтверждена, экономические основания таких операций не раскрыты.

Судами двух инстанций установлено, что на момент осуществления платежей у АО «Восход» имелись неисполненные обязательства перед кредиторами: ПАО «ТАНТК им. Г.М. Бериева» (по договору поставки от 27.03.2018), ФИО3 (по трудовому договору от 01.01.2017) и АО «ЛИИ


им. Громова» (по договору аренды от 28.04.2016). Эти требования признаны установленными и включены в реестр кредиторов должника.

Таким образом, указанные обстоятельства подтверждают, что в период переводов денежных средств АО «Промавиатехнологии» у АО «Восход» имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, вследствие чего общество уже обладало признаками неплатежеспособности.

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

ФИО2, занимая должности генерального директора АО «Промавиатехнологии» и АО «Восход», не мог не понимать цели нанесения ущерба имущественным интересам кредиторов.

Добросовестность и осмотрительность руководителя предполагают принятие всех необходимых и адекватных мер для достижения уставных целей юридического лица, включая надлежащее исполнение публично-правовых обязанностей, предусмотренных действующим законодательством, чего не было сделано ФИО2

В период исполнения обязанностей генерального директора ФИО2 у должника стабильно сокращались основные средства начиная с 2017 года, в то время как кредиторская задолженность продолжала нарастать. Как мотивированно указывает Арбитражный суд Московской области, даже продолжение работ по контрактам в условиях сложившейся финансово-экономической ситуации на предприятии не свидетельствовало о возможности восстановления платежеспособности предприятия и выходе из кризисной ситуации.

Таким образом, конкурсным управляющим доказана вся совокупность обстоятельств, необходимая для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие об отсутствии вины бывшего руководителя должника в невозможности полного погашения требований кредиторов. Суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные в материалы дела документы и обоснованно не установил в действиях ФИО2 каких-либо антикризисных мер.

Апеллянтом не представлены конкретные доказательства наличия антикризисной программы (например, поиск новых контрактов и инвесторов; бизнес-план, предусматривающий модернизацию производства и получение прибыли; снижение издержек (сокращение штата) и ремонт производственного оборудования; обращение за мерами государственной поддержки, попытка найти


новые направления развития бизнеса). Также не указаны сроки исполнения антикризисной программы, а также периодичность проведения проверки исполнения плана.

Как уже указывалось ранее, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Московской области от 11.10.2024 установлен факт недобросовестности ФИО2 при совершении действий, направленных на вывод денежных средств и имущества должника в кризисный период, что противоречит заявленным ФИО2 доводам о реализуемых мерах поддержки.

На основании изложенного, исходя из фактических обстоятельств дела, с учетом оценки представленных доказательств, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о том, что судом первой инстанции правильно применены нормы материального и процессуального права, вынесено законное и обоснованное определение, поэтому у арбитражного апелляционного суда отсутствуют основания для отмены или изменения определения.

Нарушений либо неправильного применения судом первой инстанции норм процессуального права, которые привели или могли привести к вынесению неправильного определения, апелляционная инстанция не усматривает.

Основания для отмены определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 15.12.2025 по делу № А41-29690/23 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий cудья В.П. Мизяк

Судьи Н.А. Михайлова

Н.В. Шальнева