Постановление от 28 июня 2022 г. по делу № А72-7365/2021

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

№11АП-6897/2022

Дело № А72-7365/2021
г. Самара
28 июня 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 23 июня 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 28 июня 2022 года


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Романенко С.Ш.,

судей Ануфриевой А.Э., Дегтярева Д.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

в отсутствии лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании 23 июня 2022 года в зале № 7 апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Ульяновской области от 24.03.2022 по делу № А72-7365/2021 (судья Крамаренко Т.М.),

по иску Министерства строительства и архитектуры Ульяновской области, г.Ульяновск

к ФИО2, Ульяновская обл., Ульяновский район, с.Васильевка

о признании отсутствующим право собственности,

У С Т А Н О В И Л:

Министерство строительства и архитектуры Ульяновской области обратилось в Заволжский районный суд города Ульяновска с исковым заявлением о признании отсутствующим право собственности ФИО2 на сооружение – открытую технологическую площадку с кадастровым номерам 73:24:021104:1149, расположенное по адресу: <...> (запись о регистрации права от 25.05.2012 № 73-73-01/228/2012-211) и заявлением о принятии мер по обеспечению иска.

Определением от 15.03.2021 исковое заявление принято к производству Заволжским районным судом города Ульяновска. Делу присвоен номер 2-994/2021.

Заявление об обеспечении иска удовлетворено судом частично. Управлению Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ульяновской области запрещено совершить регистрационные действия в отношении сооружения - открытой технологической площадки, расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер 73:24:021104:1149.

Определением от 02.04.2021 Заволжским районным судом города Ульяновска к участию в деле №2-994/2021 в качестве третьих лиц привлечены Общество с ограниченной ответственностью «АСК», Общество с ограниченной ответственностью «АС-Климат».

Определением от 14.04.2021 Заволжским районным судом города Ульяновска к участию в деле №2-994/2021 в качестве третьего лицо привлечен ФИО3.

Определением от 05.05.2021 Заволжского районного суда города Ульяновска дело №2-994/2021 передано на рассмотрение по подсудности в Арбитражный суд Ульяновской области.

Определением от 07.06.2021 дело принято к производству Арбитражного суда Ульяновской области.

Определениями от 06.09.2021 суд оставил без удовлетворения ходатайство ответчика об объединении дел №А72-7365/2021, №А72-10449/2021 в одно производство.

Определением от 23.12.2021 судом удовлетворено ходатайство истца об уточнении исковых требований, согласно которому Министерство строительства и архитектуры Ульяновской области просит признать отсутствующим право собственности ФИО2 на сооружение - открытую технологическую площадку с кадастровым номерам 73:24:021104:1149, расположенное по адресу: <...> (запись о регистрации права от 25.05.2012 № 73-73-01/228/2012-211); указать в резолютивной части судебного акта, что решение по делу № А72-7365/2021 является основанием для исключения из Единого государственного реестра недвижимости сведений об объекте с кадастровым номером 73:24:021104:1149.

Судом в качестве свидетелей заслушаны ФИО4, ФИО5

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 24.03.2022 по делу № А72-7365/2021 исковые требования Министерства строительства и архитектуры Ульяновской области удовлетворены.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой считает принятое решение незаконным и необоснованным, просит решение отменить в иске отказать.

При этом в жалобе заявитель указал, что решение принято по неполно выясненным обстоятельствам, имеющим значение для правильного рассмотрения дела, неполно исследованы доказательства, и, как следствие, выводы, сделанные судом, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Сведения о месте и времени судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: WWW.11ааs.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

В судебное заседание представители лиц, участвующих в деле не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом в соответствии с частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

22.06.2022 в суд апелляционной инстанции поступило ходатайство об отложении судебного заседания в связи с невозможностью явки в судебное заседании представителей ответчика, по причине нахождения в другом судебном заседании и по причине нахождения на больничном.

Разрешая заявленное ходатайство суд апелляционной инстанции отказывает в его удовлетворении в силу следующего.

Согласно ч. 2 ст. 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству обеих сторон в случае их обращения за содействием к суду или посреднику, в том числе к медиатору, в целях урегулирования спора.

В соответствии с ч. 4 ст. 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

В силу ч. 5 ст. 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Таким образом, отложение судебного разбирательства является правом, но не обязанностью суда, если суд признает, что дело не может быть рассмотрено в данном судебном заседании.

Кроме того, следует отметить, что указанное ходатайство какими-либо документами не подтверждено, необходимостью представления дополнительных доказательств не мотивировано.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев представленные материалы и оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд установил.

Как следует из материалов дела, в соответствии с п. 2 ст. 3.3 Федерального закона от 25.10.2001 N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации" предоставление земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, осуществляется органом местного самоуправления городского округа в отношении земельных участков, расположенных на территории городского округа.

В силу п. 4 ст. 2 Федерального закона от 25.10.2001 N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации" полномочия органов местного самоуправления и органов государственной власти субъекта Российской Федерации в области земельных отношений, установленные настоящим Федеральным законом, могут быть перераспределены между ними в порядке, предусмотренном частью 1.2 статьи 17 Федерального закона от 6 октября 2003 года N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации".

Согласно п. 1.2 ст. 17 Федерального закона от 06.10.2003 N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" законами субъекта Российской Федерации может осуществляться перераспределение полномочий между органами местного самоуправления и органами государственной власти субъекта Российской Федерации.

В целях реализации права по перераспределению полномочий между органами местного самоуправления и органами государственной власти субъекта Российской Федерации 03.07.2015 принят Закон Ульяновской области "О перераспределении полномочий по распоряжению земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, между органами местного самоуправления муниципальных образований Ульяновской области и органами государственной власти Ульяновской области" N 85-ЗО.

Согласно ст. 2 указанного закона, уполномоченный Правительством Ульяновской области исполнительный орган государственной власти (далее – уполномоченный орган) в течение неограниченного срока осуществляет полномочия органов местного самоуправления соответствующих муниципальных образований Ульяновской области (далее - органы местного самоуправления) по распоряжению земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена.

С 01.01.2016 и до 01.01.2019 таким уполномоченным органом являлось Агентство государственного имущества и земельных отношений Ульяновской области в соответствии с Положением об Агентстве, действующей в редакции постановления Правительства Ульяновской области от 19.01.2017 N 1/20-П.

Согласно редакции ст. 2 Закона Ульяновской области N 85-ЗО, действующей с 01.01.2019, уполномоченный Правительством Ульяновской области исполнительный орган государственной власти Ульяновской области (далее - уполномоченный орган) в течение неограниченного срока осуществляет полномочия органов местного самоуправления муниципального образования "город Ульяновск" (далее – органы местного самоуправления) по распоряжению земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена.

С 01.01.2019 вступило в силу постановление Правительства Ульяновской области от 16.11.2018 N 25/557-П, которым было утверждено Положение о Министерстве строительства и архитектуры Ульяновской области.

Согласно подпунктам 1, 20 пункта 2.2 раздела 2 Положения о Министерстве строительства и архитектуры Ульяновской области, утвержденного постановлением Правительства Ульяновской области от 16.11.2018 N 25/557-П, Министерство строительства и архитектуры Ульяновской области управляет и распоряжается земельными ресурсами, находящимися в государственной собственности Ульяновской области; в соответствии с Законом Ульяновской области от 03.07.2015 N 85-ЗО распоряжается земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, между органами местного самоуправления муниципальных образований Ульяновской области и органами государственной власти Ульяновской области" распоряжается земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена.

Соответствующие изменения внесены и в Положение об Агентстве государственного имущества и земельных отношений Ульяновской области: Агентство лишено полномочий в сфере земельных правоотношений. Данные изменения вступили в силу также с 01.01.2019.

Таким образом, Министерству строительства и архитектуры Ульяновской области переданы полномочия по распоряжению земельными участками, собственность на которые не разграничена, расположенными в границах МО «город Ульяновск».

Как усматривается из искового заявления, в Министерство строительства и архитектуры Ульяновской области поступило заявление ФИО2 о предварительном согласовании предоставления в собственность земельного участка, расположенного по адресу: <...> восточнее земельного участка с кадастровым номером 73:24:021104:1083, разрешенное использование – склады.

Согласно предоставленной схеме расположения земельного участка на кадастровом плане территории в пределах земельного участка расположено сооружение – открытая технологическая площадка (сооружение) с кадастровым номером 73:24:021104:1149, площадью 1 205,2 кв.м. принадлежащее на праве собственности ФИО2

Обратившись в суд с исковым заявлением, истец просит признать отсутствующим право собственности ФИО2 на сооружение – открытую технологическую площадку с кадастровым номером 73:24:021104:1149, расположенное по адресу: <...>.

В обоснование исковых требований истец указал, что спорное сооружение – площадка представляют собой лишь замощение земельного участка, по своим характеристикам не обладает самостоятельными свойствами, не имеет самостоятельного хозяйственного назначения, не является отдельным объектом гражданского оборота, выполняя лишь обслуживающую функцию по отношению к земельному участку и не относится к объектам недвижимого имущества. Поскольку спорный объект, права на которые в ЕГРН зарегистрированы как на недвижимость, не обладает соответствующими признаками недвижимой вещи, сам факт государственной регистрации права собственности ответчика на такое имущество нарушает права собственника земельного участка, поскольку значительно ограничивает возможность реализации последним имеющихся у него правомочий. Нарушенное право может быть восстановлено путем исключения из реестра записи о праве собственности ответчика на спорный объект.

Целью заявленного Министерством строительства и архитектуры Ульяновской области требования о признании права отсутствующим является изменение данных, содержащихся в системе учета прав на недвижимое имущество, приведение их в соответствие с фактическими обстоятельствами, поскольку сохранение записи о праве на несуществующие объекты недвижимости нарушает права и законные интересы истца, как законного владельца земельного участка, на котором находятся спорные объекты.

Устанавливая фактические обстоятельства дела на основании полного и всестороннего исследования представленных доказательств, суд первой инстанции со ссылкой на нормы статей 11, 131, 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 4, 65, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обосновано удовлетворил заявленные исковые требования по следующим основаниям.

В силу статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества. Государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права.

Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Согласно абзацу 4 пункта 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующим.

Таким образом, иск о признании права собственности отсутствующим является специальным способом защиты, применяемым в случаях, когда право невозможно защитить путем иных способов защиты.

По смыслу названных положений именно невозможность отнесения конкретного объекта к категории недвижимого имущества следует рассматривать в качестве одного из обстоятельств, при которых иск о признании права отсутствующим подлежит удовлетворению.

Целью заявленного по делу требования является оспаривание права собственности ответчика, зарегистрированного на спорный объект как на недвижимое имущество, тогда как он, по мнению истца, к таковому отнесен быть не может.

Из содержания пункта 1 статьи 130 ГК РФ и пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что при разрешении вопроса о признании вещи недвижимостью, независимо от осуществления государственной регистрации права собственности на нее, следует устанавливать наличие у нее признаков, способных относить ее в силу природных свойств или на основании закона к недвижимым объектам.

В соответствии с разъяснениями, данными Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 04.09.2012 N 3809/12, сам по себе факт регистрации объекта как недвижимого имущества, в отрыве от его физических характеристик, в едином государственном реестре прав не является препятствием для предъявления иска о признании зарегистрированного права отсутствующим.

Следует отметить, что постановка на кадастровый учет и наличие технического паспорта на объект также не служит доказательством создания такого объекта в качестве недвижимости, а содержит только описание фактического состояния.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 11052/09, суд при рассмотрении спора должен дать квалификацию объекту, основываясь на установленных фактических обстоятельствах, определить, имеется ли самостоятельный объект недвижимого имущества, отвечающий признакам, указанным в пункте 1 статьи 130 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее – Пленум № 25) вещь является недвижимой либо в силу своих природных свойств (абзац первый пункта 1 статьи 130 ГК РФ), либо в силу прямого указания закона, что такой объект подчинен режиму недвижимых вещей (абзац второй пункта 1 статьи 130 ГК РФ).

Для отнесения объекта к недвижимым вещам должны быть представлены доказательства того, что спорный объект создавался именно как объект недвижимости в установленном законом порядке с получением необходимой разрешительной документации и с соблюдением градостроительных норм и правил.

Согласно п. 38 Пленума N 25, замощение земельного участка, не отвечающее признакам сооружения, является его частью и не может быть признано самостоятельной недвижимой вещью (пункт 1 статьи 133 ГК РФ).

Ответчик исковые требования не признал, указав, что спорный объект изначально создавался как объект недвижимого имущества, представляет собой сооружение с подземной и наземной частью для использования в процессе производства: площадка, смотровая яма, технологический проход, несущие наземные бетонные столбы для монтажа надземной части. В настоящее время используется в рамках технологического процесса ремонта и изготовления вентиляционного и холодильного оборудования, является самостоятельным объектом хозяйственного оборота.

Суд первой инстанции обоснованно с учетом изложенного установил следующее.

В соответствии с Выпиской из Единого государственного реестра недвижимости а ФИО2 зарегистрировано право собственности на объект с кадастровым номером 74:24:021104:1149, инвентарный номер 025618, условный номер 73-73-01/228/2012-211, местоположение: <...>, назначение: нежилое, наименование: открытая технологическая площадка (запись о регистрации 73-73—01/228/2012-211 от 25.05.2012) (т. 1 л.д. 25-26).

Согласно Свидетельству о государственной регистрации права от 25.05.2012 основанием для регистрации за ФИО2 права собственности на объект права: открытая технологическая площадка, назначение: нежилое, площадь застройки 1 205,2 кв.м., инв. № 025618, лит. XII, адрес (местоположение) объекта : <...>, является соглашение о разделе недвижимого имущества от 23.05.2012.

Ранее за ФИО2 было зарегистрировано право общей долевой собственности (доля в праве 5007/10000) на объект права: сооружение – открытые технологические площадки, назначение: нежилое, общая площадь 2 310,1 кв.м., инв. № 025618, лит. XII, XIII, адрес объекта: <...>. Документы основания для регистрации права – соглашение об отступном от 27.04.2011 (свидетельство о государственной регистрации права от 24.05.2011 серия 73-АА № 194024).

Судом первой инстанции верно установлено, что спорная технологическая площадка являлась составной частью имущественного комплекса – Базы строительной индустрии, находящейся по адресу: <...>.

Судом по ходатайству сторон было истребовано инвентарное дело на объект «База строительной индустрии», расположенный по адресу: <...>.

Из инвентарного дела верно установлено, что собственником базы строительной индустрии изначально являлось АО «УАПК «Авиастар».

В последующем объекты недвижимого имущества, входящие в состав базы строительной индустрии, были распроданы различным лицам.

Так, по договору купли-продажи № 005/138 от 10.02.2003 ОАО «УАПК «Авиастар» продал Обществу «ПСБ» имущество, согласно приложению, расположенное по адресу: <...> (т. 2 л.д. 101-105).

Соглашением о замене стороны в обязательстве № 005/149 от 17.03.2003 была произведена замена покупателя по договору купли-продажи № 005/138 от 10.02.2003 с ООО «ПСБ» на ООО «Меиком» (т. 2 л.д. 106-107).

Дополнительным соглашением № 005/166 от 30.05.2003 стороны изложили п. 1.1 договора купли-продажи № 005/138 от 10.02.2003 в новой редакции, предусмотрев, что объектом купли-продажи являются, в том числе, открытые технологические площадки инв. № 100116 (т. 2 л.д. 108-110).

В последующем между ООО «Меиком» и ФИО2 был заключен договор займа на сумму 500 000 руб. 00 коп. (т. 2 л.д. 112-113).

В соответствии с соглашением об отступном от 27.04.2011 открытые технологические площадки (лит. XII, XIII) были приобретены ФИО2 в общую долевую собственность (доля в праве 5007/10000). Сособственником спорного имущества являлся ФИО3

23.01.2012 между ФИО3 и ФИО2 подписано соглашение о разделе общего имущества, в результате которого ФИО2 стал единоличным собственником открытой технологической площадки лит. XII площадью 1 205 кв. м.

Согласно техническому паспорту, составленному по состоянии на 24.04.2002, представленному в материалы инвентарного дела, открытые технологические площадки лит. XII, XIII были впервые поставлены на технический учет 17.01.2012.

Эти же сведения усматриваются из кадастрового паспорта на объект – открытая технологическая площадка лит. XII, площадью 1 205,2 кв.м. (л.д. 68 т. 3).

Согласно данным технического паспорта, составленному по состоянии на 24.04.2002, объект лит. XII (спорный объект), указан в разделе 5 Технического паспорта «Оценка служебных строений, дворовых сооружений и замощений» как открытая технологическая площадка площадью 1 156,77 кв.м., состоящая из: песок- 40 см, дорожные плиты (115,68 куб.м.).

Согласно акту обследования от 18.07.2006, также представленному в материалы инвентарного дела, лит. XII представляет собой технологическую площадку: песок 40 см., дорожная железобетонная плита площадью 1 156,77 кв.м.

Согласно Плану недвижимого имущества (с описанием) на объект: Автопроезды, разворотные площадки и открытые технологические площадки, местоположение: <...>, изготовленному по состоянию на 28.08.2006, указано следующее описание конструктивных элементов спорного объекта лит. XII: песок – 40 см; дорожные плиты, площадь объекта – 1156,77 кв.м. (т.2 л.д. 75-76).

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что из представленной технической документации следует, что изначально спорная технологическая площадка представляла собой лишь замощение земельного участка (песок- 40 см, дорожные плиты (1 156,77 кв.м.).

Следовательно суд также обоснованно указал, что покрытие (замощение) из бетона, асфальта, щебня и других твердых материалов обеспечивает чистую, ровную и твердую поверхность, но не обладает самостоятельными полезными свойствами, а лишь улучшает полезные свойства земельного участка, на котором оно находится.

Покрытие (площадка), улучшающее свойства земельного участка, обычно используется совместно со зданиями, строениями или сооружениями, дополняет их полезные свойства при осуществлении предпринимательской и иной экономической деятельности собственника зданий и сооружений. При этом твердое покрытие (площадка) имеет вспомогательное, а не основное значение по отношению к остальному недвижимому имуществу, входящему в такой имущественный комплекс.

По мнению истца, спорный объект: сооружение – открытая технологическая площадка признакам недвижимого имущества изначально не отвечала, самостоятельного функционального назначения не имело, напротив, имело обслуживающую функцию по отношению к зданиям и сооружениям производственной базы.

Таким образом, суд первой инстанции верно указал, что поскольку указанная площадка по сути представляет собой благоустройство территории, то есть является улучшением полезных свойств земельного участка, соответственно, она не может относиться к объектам недвижимого имущества.

При этом, суд первой инстанции обоснованно указал, что доказательств того, что спорная площадка возводилась именно как самостоятельный объект недвижимости, а не с целью улучшения использования земельного участка, материалы дела не содержат.

Кроме того, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, согласно кадастровому паспорту от 23.01.2012 на объект: открытая технологическая площадка лит. XII, указанная площадка является сооружением (л.д.68 т. 3).

Согласно материалам дела, ответчиком был заключен договор на проведение кадастровых работ в отношении сооружения с кадастровым номером 73:24:021104:1149.

Во исполнение вышеуказанного договора кадастровым инженером ФИО6 проведено натурное обследование и установлено, что сооружение с кадастровым №73:24:021104:1149 (открытая технологическая площадка) состоит из: 1. Подземный резервуар, объемом 16,0 м3, выполненный из кирпича и бетона, высотой 0,90 м.

2. Фундамент бетонный, площадью застройки 24,6 м2;

3. Бетонного покрытия, площадью застройки 1199,5м2 (технический план, т. 2 л.д. 60).

Таким образом, суд первой инстанции верно отметил, что указанное сооружение включает в себя, помимо бетонного покрытия, также фундамент бетонный (площадь застройки 24, 6 кв.м.) и подземный резервуар, объемом 16,0 м3, выполненный из кирпича и бетона, высотой 0,90 м.

Суд первой инстанции обоснованно отметил, что согласно «ГОСТ Р 53324-2009. Национальный стандарт Российской Федерации. Ограждения резервуаров. Требования пожарной безопасности» (утв. Приказом Ростехрегулирования от 18.02.2009 N 100-ст), подземный резервуар (заглубленный в грунт или обсыпанный грунтом резервуар) представляет собой резервуар, в котором наивысший уровень жидкости ниже не менее чем на 0,2 м низшей планировочной отметки прилегающей площадки (в пределах 3 м от стенки резервуара).

Как следует из представленного истцом акту обследования от 13.04.2021, в ходе обследования было установлено, что открытая технологическая площадка представляет собой бетонное покрытие, каких-либо опор не установлено, в смотровой яме ориентировочно глубиной около 2 метров находится мусор. К акту приложены фотоматериалы (т. 1 л.д. 173-174).

Ответчик не оспаривал, что подземный резервуар (или смотровая яма) не предназначен для хранения жидкости, фактически используется сезонно в рамках технологического процесса ремонта и изготовления вентиляционного и холодильного оборудования.

Критерии, по которым кадастровый инженер пришел к выводу, что подземная часть спорной технологической площадки является резервуаром, в техническом плане не приведены.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля кадастровый инженер ФИО6 пояснила суду, что по ее мнению спорный объект – открытая технологическая площадка является объектом вспомогательного значения и отвечает признакам недвижимого имущества - имеет прочную связь с землей.

Суд первой инстанции с учетом указанного отметил следующее.

Определения вспомогательным сооружениям, а также критериев, по которым они признаются вспомогательными, в законодательстве нет. В тоже время Ростехнадзор приводит два разноплановых критерия, которым они должны отвечать: - это сооружения пониженного уровня ответственности по ранее действовавшему ГОСТ 27751-88. К ним относятся небольшие склады, летние павильоны, парники, теплицы и иные подобные сооружения; - наличие на земельном участке основного здания или сооружения, по отношению к которому это сооружение выполняет вспомогательную или обслуживающую функцию. Например, это могут быть мобильные сборно-разборные и контейнерные здания и склады, гаражи, блокпосты для охраны объектов и другие подобные сооружения.

По мнению Росреестра, к числу объектов капстроительства вспомогательного использования (п. 1 Письма от 13.04.2020 N 3215-АБ/20): относятся здания, строения, сооружения, не имеющие самостоятельного хозяйственного назначения и предназначенные для обслуживания главного объекта капстроительства. Размещение таких объектов должно быть предусмотрено проектной документацией. Исключение составляет случай, когда решение о создании объекта принято в процессе эксплуатации ранее созданных главных объектов капстроительства; не относятся объекты капстроительства, имеющие одинаковую функцию с главными объектами.

Статьей 2 Федерального закона от 30.12.2009 N 384-ФЗ "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений" (далее - Закон N 384-ФЗ) установлено, что под сооружением понимается результат строительства, представляющий собой объемную, плоскостную или линейную строительную систему, имеющую наземную, надземную и (или) подземную части, состоящую из несущих, а в отдельных случаях и ограждающих строительных конструкций и предназначенную для выполнения производственных процессов различного вида, хранения продукции, временного пребывания людей, перемещения людей и грузов.

Согласно части 10 статьи 4 Закона N 384-ФЗ к зданиям и сооружениям пониженного уровня ответственности относятся: здания и сооружения вспомогательного использования, связанные с осуществлением строительства или реконструкции здания или сооружения.

Минстроем России согласована следующая позиция (письмо от 16.03.2020 N 9394- ДВ/08): учитывая, что под объектами вспомогательного использования следует понимать объекты, предназначенные для обслуживания и эксплуатации основного объекта и не имеющие возможности самостоятельного использования для иной деятельности, представляется, что возведение таких объектов возможно при наличии на земельном участке основного объекта, для обслуживания которого планируется возведение объекта вспомогательного использования.

Таким образом, к числу объектов капитального строительства вспомогательного использования могут относиться здания, строения, сооружения, не имеющие самостоятельного хозяйственного назначения и предназначенные для обслуживания другого (главного) объекта капитального строительства.

Градостроительным кодексом Российской Федерации определено понятие некапитальных строений, сооружений как строений, сооружений, не имеющих прочной связи с землей и конструктивные характеристики которых позволяют осуществить их перемещение и (или) демонтаж и последующую сборку без несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик строений, сооружений (в том числе киоски, навесы и другие подобные строения, сооружения) (пункт 10.2 статьи 1 ГрК РФ).

Суд первой инстанции с учетом выше изложенного верно указал, что принимая во внимание положения статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации некапитальные строения и сооружения, являясь объектами строительства, объектами недвижимости не являются. Таким образом, строения, сооружения вспомогательного использования в зависимости от их соответствия положениям статьи 130 ГК РФ могут являться или не являться объектами недвижимости.

Из письменных пояснений представителя ФИО2 следует, что открытая технологическая площадка представляет собой строительную систему, состоящую из наземной (бетонного покрытия) и подземной (нижележащих оснований из песка, ПГС, уплотненного грунта, смотровой ямы) частей.

Кроме того, на данной площадке расположено здание, которое использовалось для целей ООО «АС-Климат» до пандемии. Ранее данное здание (одноэтажное здание – комплект оборудования АЗС на 500 а/м общей площадью 64,43 кв.м. (литер Л) стояло на кадастровом учете с кадастровым номером 73:24:021104:0000:0256180009, но было снято с кадастрового учета в связи с тем, что документы были утеряны при передаче от ЗАО «Акционерная строительная фирма «Авиастрой» (лист 193 инвентарного дела). С 2011 года, то есть с момента оформления права собственности на площадку, здание находится во владении и пользовании ООО «АС –Климат» (т 1 л.д. 176-177).

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно согласился с позицией кадастрового инженера и позицией представителя ФИО2 о том, что спорная площадка является объектом вспомогательного значения, предназначенным для обслуживания основного здания.

Согласно сложившейся судебной практике (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункт 2.4 Обзора судебной практики по вопросам, возникающим при рассмотрении дел, связанных с садоводческими, огородническими и дачными некоммерческими объединениями, за 2010 - 2013 годы, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 2 июля 2014 года, Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13 апреля 2016 года, пункт 25 Обзора судебной практики по делам, связанным с оспариванием отказа в осуществлении кадастрового учета, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 ноября 2016 года) вопрос об отнесении конкретного имущества к недвижимому должен разрешаться на стадии его создания (в соответствии с положениями ГрК РФ, применяемыми в отношении объектов капитального строительства), а также с учетом наличия самостоятельного назначения этого имущества (по отношению к земельному участку, на котором такое имущество расположено) и способности выступать в гражданском обороте в качестве отдельных объектов гражданских прав.

Суд первой инстанции верно указал, что возвращаясь к вышесказанному, из представленной в материалы дела технической документации следует, что в рассматриваемом случае спорная открытая технологическая площадка изначально в качестве объекта недвижимости не возводилась, представляла собой лишь благоустройство территории бывшей базы строительной индустрии, предназначенного для целей удобства и безопасности использования производственного комплекса, то есть является улучшением полезных свойств земельного участка.

Вместе с тем следует отметить, что согласно мнению Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (постановление от 24.09.2013 N 1160/13 по делу N А76-1598/2012), по смыслу положений гражданского законодательства право собственности может быть зарегистрировано в едином государственном реестре лишь в отношении тех вещей, которые, обладая признаками недвижимости, способны выступать в гражданском обороте в качестве отдельных объектов гражданских прав.

При этом в связи с отсутствием у вещи качеств самостоятельного объекта недвижимости право собственности на него не подлежит регистрации независимо от его физических характеристик и наличия отдельных элементов, обеспечивающих прочную связь этого сооружения с соответствующим земельным участком. Данная позиция поддерживается Верховным Судом Российской Федерации (определение от 23.01.2015 N 305-ЭС14-7970 по делу N А40-94643/13).

Для признания имущества недвижимым необходимо представить доказательства возведения его в установленном законом и иными нормативными актами порядке на земельном участке, предоставленном для строительства объекта недвижимости, с получением разрешительной документации с соблюдением градостроительных норм и правил (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 N А27-18141/2014 по делу N 304-ЭС15-11476). Суд первой инстанции верно отметил, что таких доказательств суду представлено не было.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что спорное сооружение не является отдельным самостоятельным объектом капитального строительства с признаками недвижимого имущества.

Соответственно, исковые требования Министерства строительства и архитектуры Ульяновской области о признании отсутствующим зарегистрированного права собственности ответчика на спорный объект: открытую технологическую площадку с кадастровым номером 73:24:021104:1149 правомерно удовлетворены судом первой инстанции.

Согласно п. 52 Постановления Пленума № 10/22 оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

В силу того, что судебный акт о признании зарегистрированного права отсутствующим является основанием для внесения в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним сведений о прекращении такого права, предъявление самостоятельного иска об исключении записи не требуется. Исключение записи производится органом государственной регистрации на основании заявления заинтересованной стороны.

Таким образом, суд первой инстанции верно указал, что настоящее решение суда является основанием для исключения из Единого государственного реестра недвижимости сведений об объекте с кадастровым номером 73:24:021104:1149.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 - 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Приведенные в апелляционной жалобе доводы, выводы суда не опровергают, а по существу сводятся к несогласию заявителя жалобы с оценкой судом обстоятельств дела. Между тем, иная оценка заявителем апелляционной жалобы установленных судом обстоятельств, не свидетельствуют о нарушении судом норм права и не может служить основанием для отмены судебного акта.

У суда апелляционной инстанции нет оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, признавшего наличие оснований для удовлетворения иска.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в связи с чем основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не доказывают нарушения судом первой инстанции норм материального или процессуального права либо несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, всем доводом в решении была дана надлежащая правовая оценка.

Иных доводов в обоснование апелляционной жалобы заявитель не представил, в связи с чем Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены решения Арбитражного суда Ульяновской области от 24.03.2022 по делу № А72-7365/2021, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отнести на заявителя жалобы.


Руководствуясь статьями 266-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Ульяновской области от 24.03.2022 по делу № А72-7365/2021 - оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.


Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа.


Председательствующий С.Ш. Романенко


Судьи А.Э. Ануфриева


Д.А. Дегтярев