Постановление от 17 июля 2018 г. по делу № А13-15006/2015

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-15006/2015
г. Вологда
17 июля 2018 года


Резолютивная часть постановления объявлена 11 июля 2018 года.

В полном объёме постановление изготовлено 17 июля 2018 года.


Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Виноградова О.Н., судей Журавлева А.В. и Зориной Ю.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от финансового управляющего ФИО2 ФИО3 представителя ФИО4 по доверенности от 09.04.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Альтернатива» на определение Арбитражного суда Вологодской области от 13 апреля 2018 года по делу № А13-15006/2015 (судья Болдырева Е.Н.),



у с т а н о в и л:

ФИО2 (далее – должник) обратился в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом), определением от 16.11.2015 заявление должника принято к производству.

Определением суда от 10.03.2016 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

В соответствии со статьей 213.7 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сведения о введении процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликованы 19.03.2016 в издании «Коммерсантъ» № 46.

В дальнейшем, решением суда от 07.03.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), в его отношении введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО3

Общество с ограниченной ответственностью «Альтернатива» (место нахождения: <...>; ОГРН <***>, ИНН <***>; далее – Общество) обратилось в суд с заявлением (с учетом уточнения требований, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)), о признании неправомерными действий (бездействия) финансового управляющего ФИО2 ФИО3 по нерасторжению договоров аренды залогового имущества, о возложении на финансового управляющего должника обязанности по расторжению договоров аренды, заключенных ФИО2 с обществом с ограниченной ответственностью «Пластсервис» и обществом с ограниченной ответственностью «Образовательный центр «Максимум», о возложении на финансового управляющего должника обязанности по распределению в пользу Общества 80 % от доходов, полученных в результате сдачи в аренду залогового имущества, об отстранении ФИО3 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

Определениями суда от 29.05.2017 и от 26.07.2017 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Пластсервис» (далее – ООО «Пластсервис»), общество с ограниченной ответственностью «Образовательный центр «Максимум» (далее – ООО «Образовательный центр «Максимум»), общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь».

Определением от 01.02.2018 также назначено судебное заседание по вопросу о наложении судебного штрафа на ФИО3

Определением суда от 13.04.2018 в удовлетворении заявления Общества о признании неправомерными действий (бездействия) финансового управляющего ФИО2 ФИО3 по нерасторжению договоров аренды залогового имущества, о возложении на финансового управляющего должника обязанности по расторжению договоров аренды и распределении в пользу Общества 80 % от доходов, полученных в результате сдачи в аренду залогового имущества, об отстранении ФИО3 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника отказано. В наложении судебного штрафа также отказано.

Общество с судебным актом не согласилось, просило обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт, удовлетворив заявленные требования. В обоснование апелляционной жалобы апеллянт изложил аргументы, аналогичные по смыслу и содержанию доводам, приведенным суду первой инстанции, также указал на неверную, по его мнению, оценку данных доводов судом предыдущей инстанции.

В судебном заседании представитель финансового управляющего должника возражал относительно удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, приведенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» (далее – Постановление № 57).

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления № 57, судебный акт (копия судебного акта) считается полученным лицом, которому он в силу положений процессуального законодательства высылается посредством его размещения на официальном сайте суда в режиме ограниченного доступа, на следующий день после дня его размещения на указанном сайте.

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен в статьях 20.3, 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий конкурсного управляющего незаконными и отстранения его от возложенных на него обязанностей

Вместе с тем статьей 60 Закона о банкротстве определена возможность защиты прав и законных интересов кредиторов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав.

Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми неправомерными, недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) арбитражного управляющего действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: лицо, обратившееся с жалобой, обязано доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы этого лица, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям добросовестности и разумности с учетом конкретных обстоятельств.

К неисполнению или ненадлежащему исполнению конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей относится невыполнение функций, предусмотренных пунктами 2 и 3 статьи 129 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении жалобы Общества, суд исходил из недоказанности того обстоятельства, что финансовый управляющий ненадлежащим образом исполнял возложенные на него обязанности и это повлекло или могло повлечь убытки для должника либо его кредиторов.

В соответствии с абзацем 2 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Пунктом 2 статьи 346 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога, залогодатель вправе отчуждать предмет залога, передавать его в аренду или безвозмездное пользование другому лицу либо иным образом распоряжаться им только с согласия залогодержателя.

В силу пункта 4 статьи 18.1 Закона о банкротстве должник вправе отчуждать имущество, являющееся предметом залога, передавать его в аренду или безвозмездное пользование другому лицу либо иным образом распоряжаться им или обременять предмет залога правами и притязаниями третьих лиц только с согласия кредитора, требования которого обеспечены залогом такого имущества, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором залога и не вытекает из существа залога.

В соответствии с абзацем 5 пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве совершение сделок, связанных с передачей имущества должника третьим лицам в пользование, допускается исключительно в порядке, установленном главой VII Закона о банкротстве.

Судом установлено, что в реестр требований кредиторов ФИО2 включены требования Общества, обеспеченные залогом следующего имущества должника: нежилые помещения, этаж 2, номера на поэтажном плане 1-30, общей площадью 966,7 кв. м, по адресу: <...>, условный номер 35-35-01/032/2010-542; канализационная сеть, протяженностью 249 м, назначение: нежилое, инв.№ 1543/2, по адресу: <...>, условный номер 35-35-01/012/2011-500; тепловая сеть, протяженностью 38 м, назначение: нежилое, инв.№ 908/5, по адресу: <...>, условный номер 35- 35-01/012/2011-499; водопроводная сеть, протяженностью 59 м, назначение – нежилое, инв.№ 1550/1, по адресу: <...>, условный номер 35-35-01/012/2011-498; ? доля в праве общей долевой собственности на земельный участок, общей площадью 2266 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для строительства административного здания, по адресу: <...>, кадастровый номер 35:24:0303006:1920; подстанция электрической сети КТП-ТК-250; квартиры № 12, № 14 и № 27, кадастровые номера 35:24:0502003:1360, 35:24:0502003:1356 и 35:24:0502003:1357, по адресу: <...>.

Из материалов дела следует, что передача имущества должника в аренду (нежилые помещения второго этажа, общей площадью 966,7 кв.м, по адресу: <...>) состоялась до введения в отношении ФИО2 процедуры реализации имущества гражданина, соответствующий договор заключен 01.09.2012.

В дальнейшем права арендатора по договору передавались, с учетом соглашения от 01.02.2017 с 01.03.2017 арендатором по договору аренды является общество с ограниченной ответственностью «Образовательный центр «Максимум» с обязательствами по оплате арендной платы в размере 10 000 руб. в месяц, в которую не входят расходы на оплату коммунальных услуг и расходы на содержание имущества, оплачиваемые арендатором самостоятельно.

В ходе процедуры реализации имущества гражданина на счет должника поступила арендная плата от общества с ограниченной ответственностью «Образовательный центр «Максимум» в сумме 110 000 руб., расходы на оплату коммунальных услуг и содержание имущества должник не нес.

С учетом изложенного судом первой инстанции обоснованно отклонен довод заявителя о том, поскольку имущество, переданное должником в аренду, является предметом залога по договору залога с Обществом, то сохранение арендных отношений с арендатором с даты признания должника банкротом свидетельствует о незаконности действий (бездействий) финансового управляющего.

Пунктом 23 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о залоге» разъяснено, что в случае, когда для распоряжения заложенным движимым имуществом требовалось согласие залогодержателя (пункт 2 статьи 346 ГК РФ), сделка залогодателя по распоряжению предметом залога, совершенная без согласия залогодержателя после заключения договора о залоге, не может быть оспорена последним, поскольку в подпункте 3 пункта 2 статьи 351 Кодекса установлено иное последствие нарушения положений закона о распоряжении залогодателем предметом залога, а именно – предъявление требования о досрочном исполнении обязательства, обеспеченного залогом, и об обращении взыскания на предмет залога.

В свою очередь, заявителем не представлены доказательства того, что Общество предлагало покрытие текущих расходов по содержанию имущества, а также совершение выплат обязательных платежей за свой счет, в связи с чем, отсутствие заключенных договоров аренды повлечет дополнительные расходы должника, а также утрату стоимости имущества в отсутствие надлежащей эксплуатации и ремонта такового.

Предусмотренное Закона о банкротстве право финансового управляющего распоряжаться имуществом должника может быть оценено только с точки зрения соответствия действий финансового управляющего целям его деятельности на стадии реализации имущества.

Права и обязанности финансового управляющего обусловлены целями процедуры реализации имущества, которое применяется к должнику с целью соразмерного удовлетворения требований кредиторов (статья 2 Закона о банкротстве). Стадия реализации имущества является завершающей, на данной стадии деятельность финансового управляющего направлена на продажу имущества должника и осуществление расчетов с кредиторами.

В рассматриваемом случае, продолжение исполнения договоров аренды, заключенных должником до признания его банкротом в период реализации имущества, не противоречит цели данной процедуры и не влечет нарушения прав конкурсных кредиторов, а напротив позволяет пополнить конкурсную массу должника, увеличивая вероятность соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Залоговый кредитор является привилегированным кредитором. Преференции заключаются в том, что залоговый кредитор вправе определять порядок реализации предмета залога и получить гарантированную сумму от его реализации, независимо от продолжительности процедуры банкротства и размера возникающих текущих обязательств должника, обременяющих не заложенную конкурсную массу. Более того, если суммы от реализации предмета залога окажется недостаточно, непогашенные требования залогового кредитора подлежат удовлетворению за счет не заложенной конкурсной массы, что уменьшает процент удовлетворения требований кредиторов третьей очереди.

Вместе с тем, модель конкурсных отношений построена таким образом, что предмет залога обеспечивает не только права залогового кредитора, а также косвенным образом обеспечивает права и требования кредиторов первой и второй очередей, текущие расходы, оплату вознаграждения арбитражного управляющего.

Поскольку Закон о банкротстве преследует своей целью соблюдение баланса прав и законных интересов кредиторов должника, то, учитывая такое привилегированное положение залогового кредитора по отношению к прочим кредиторам должника, кредитор, чьи требования обеспечены залогом, должен осуществлять реализацию своих прав и корреспондирующих им обязанностей добросовестно и разумно. Следовательно, отказ залогового кредитора на передачу в аренду залогового имущества должника не должен негативно сказываться на правах иных кредиторов, должника и финансового управляющего.

Как правомерно и обоснованно отмечено судом первой инстанции, расторжение договора аренды требует несения дополнительных расходов, в том числе на содержание и обеспечение сохранности спорного имущества.

При этом подателем жалобы в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не доказано наличие средств для несения соответствующих расходов и наличие волеизъявления лиц, участвующих в деле, на их финансирование. Заявитель жалобы не доказал, что расторжение договора аренды, даст положительный эффект для целей процедуры банкротства, привлечет потенциальных покупателей и будет соответствовать балансу интересов лиц, участвующих в деле.

Обращаясь в арбитражный суд с жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего должника, Общество также сослалось на неправильное, по его мнению, распределение финансовым управляющим денежных средств, получаемых должником от сдачи в аренду недвижимого имущества, залогом которого в соответствии с заключенными сторонами договорами ипотеки обеспечено требование Общества к должнику. В обоснование права на получение денежных средств, поступающих на счет должника в качестве арендной платы по договорам аренды, Общество сослалось на положения пункта 2 статьи 334 ГК РФ в редакции Федерального закона от 21.12.2013 №367-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» (далее – Закон № 367-ФЗ).

В соответствии с названными положениями залогодержатель преимущественно перед другими кредиторами залогодателя вправе получить удовлетворение обеспеченного залогом требования также за счет причитающихся залогодателю или залогодержателю доходов от использования заложенного имущества третьими лицами.

В силу пункта 3 статьи 3 Закона № 367-ФЗ положения Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции названного Закона применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления его в силу, то есть после 01.07.2014.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» в редакции, применяемой к спорным правоотношениям сторон, договор об ипотеке считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации.

Договор залога от 29.11.2011 № 8353-1/З, заключенный должником и закрытым акционерным обществом «Банк «Вологжанин», (обязательства залогодержателя по которому перешли к Обществу) зарегистрирован 08.12.2011, что подтверждается отметкой на данном договоре.

Поскольку как указывалось ранее, Закон № 367-ФЗ вступил в силу 01.07.2014, а договор ипотеки от 29.11.2011 зарегистрирован до указанной даты, суд первой инстанции правомерно и обоснованно указал в обжалуемом судебном акте, что положения параграфа 3 главы 23 ГК РФ применяются к правоотношениям Общества и ФИО2 по данному договору в редакции, действовавшей до внесения изменений.

Предыдущая редакция статьи 334 ГК РФ не предусматривала преимущественного права залогодержателя на удовлетворение обеспеченного залогом требования за счет доходов от использования заложенного имущества третьими лицами.

Таким образом, доводы Общества о наличии оснований для перечисления в его пользу 80 % от арендной платы за залоговое имущество являются необоснованными.

Поскольку оснований для признания незаконными действий (бездействия) финансового управляющего судом не выявлено, оснований для его отстранения также не имеется.

Все доводы апелляционной жалобы, аналогичные по смыслу и содержанию аргументам, приведенным Обществом суду первой инстанции, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка.

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, не допущено, оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 13 апреля 2018 года по делу № А13-15006/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Альтернатива» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Арбитражный суд Северо-Западного округа.


Председательствующий

О.Н. Виноградов


Судьи

А.В. Журавлев


Ю.В. Зорина