Решение от 18 августа 2021 г. по делу № А24-2242/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А24-2242/2021
г. Петропавловск-Камчатский
18 августа 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 11 августа 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 18 августа 2021 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску Комитета по управлению муниципальным имуществом городского округа «поселок Палана» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Монолит» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 43 733 797 руб.,

при участии:

от истца: ФИО2 – представитель по доверенности от 10.08.2021 (сроком до 31.12.2021), диплом ВСА 0945315, выдан 29.06.09 (рег.номер 812),

от ответчика: ФИО3 – представитель по доверенности от 01.01.2021 (сроком до 31.12.2021), удостоверение адвоката № 263,

установил:

Комитет по управлению муниципальным имуществом городского округа «поселок Палана» (далее – истец, Комитет, адрес: 688000, <...>) обратился в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Монолит» (далее – ответчик, Общество, адрес: 683031, <...>) о взыскании 43 733 797 руб. неосновательного обогащения,

Требования истцом заявлены со ссылкой на статьи 309, 453, 740, 754, 7551102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы получением ответчиком в счет оплаты работ по контракту от 17.09.2018 № 0138300005918000014-0128203-01 денежных средств в размере, превышающем стоимость фактически выполненных работ.

В предварительном судебном заседании представители сторон полностью поддержали свои правовые позиции, изложенные в иске и отзыве на него.

На вопрос суда относительно наличия дополнительных доказательств, которые стороны желают приобщить к материалам дела, представители сторон ответили отрицательно, в связи с чем суд признал дело подготовленным к рассмотрению по существу и на основании части 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) завершил предварительное судебное заседание и открыл судебное заседание первой инстанции.

В судебном заседании стороны снова поддержали ранее озвученные правовые позиции, представив дополнительные доказательства для приобщения к материалам дела.

Представитель истца в судебном заседании заявил ходатайство о назначении по делу строительно-технической экспертизы с целью определения объемов, стоимости и качества работ, выполненных ответчиком в рамках муниципального контракта и предъявленных к оплате по актам, большая часть из которых оплачена Комитетом в бесспорном порядке, а в отношении остальных приняты судебные решения о взыскании с Комитета долга по оплате выполненных работ. В обоснование ходатайства представитель Комитета ссылался на проведенное 05.11.2020 строительно-техническое заключение ООО «ВостокПроектСтрой», согласно которому общая стоимость выполненных Обществом работ в ценах аукциона не превышает 85 774,669 тыс.руб., в то время как суммы выплаченных подрядчику денежных средств составила 110 406 356,89 руб., а решениями суда дополнительно взыскано 19 102 109 руб.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения заявленного истцом ходатайства, ссылаясь на недобросовестность заказчика и злоупотребление правами, что также было установлено рядом вступивших в силу судебных актов относительно исполнения спорного контракта.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд пришел к следующему выводу.

В соответствии со статьей 82 АПК РФ назначение и проведение экспертизы является правом, а не обязанностью суда, рассматривающего дело по существу с учетом достаточности совокупности представленных в материалы дела доказательств.

Судебная экспертиза проводится арбитражным судом в случаях, порядке и по основаниям, предусмотренным процессуальным законом.

При этом в соответствии с частью 1 статьи 82, частью 2 статьи 64, частью 3 статьи 86 АПК РФ арбитражный суд назначает экспертизу для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний. Заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

Заявляя ходатайство о назначении строительно-технической экспертизы с целью установления фактического объема и качества работ, ответчик мотивирует его ссылкой на строительно-техническое заключение от 05.11.2020, выполненное по заказу Комитета после прекращения действия контракта, которым, как полагает истец, установлено, что фактически ответчиком выполнено работ на меньшую сумму, чем указано в принятых и оплаченных истцом актах КС-2 и справках КС-3, а также в документах, положенных в основание принятых судебных актов по ряду дел о взыскании с Комитета долга за выполненные Обществом работы.

Вместе с тем, как указывает сам истец и установлено вступившими в законную силу судебными актами по делам № А24-2912/2020, А24-2442/2020, А24-374/2021, оплаченные в бесспорном порядке работы за период по март 2020 включительно, а также за июнь и июль 2020 года, приняты им без замечаний и возражений по объему и качеству, а при рассмотрении перечисленных дел о взыскании долга за апрель, май, август 2020 года, а также долга за дополнительно выполненные в феврале 2020 года работы (не предусмотренные контрактом) с ходатайством о проведении экспертизы объема и стоимости выполненных в спорный период работ не обращался. При этом истец не оспаривал ни в рамках настоящего дела, ни при рассмотрении перечисленных дел, что получив отчетные документы по спорным периодам, он не предпринял мер по проверке их объема и качества с привлечением соответствующих органов и не направил ответчику мотивированного отказа от их принятия. Что касается строительно-технического заключения от 05.11.2020, то данный документ вступившим в законную силу решением суда от 22.04.2021 по делу № А24-374/2021, выводы которого в силу статьи 69 АПК РФ имеют преюдициальное значение, признан недопустимым доказательством, поскольку порядок его получения не соответствует требованиям статьи 41 Закона № 44-ФЗ и в нарушение статьи 86 АПК РФ он не соответствует требованиям экспертного заключения.

Таким образом, обращаясь в рамках рассматриваемого спора, основанного на принятых и признанных ранее заказчиком документах, а также на вступивших в силу судебных актах, с заявлением о проведении экспертизы уже принятых и оплаченных работ и работ, выполнение которых установлено решениями суда, истец, не выполнивший возложенную на него условиями контракта обязанность по организации приемки предъявленных к оплате работ и проверке их объема и качества, фактически пытается компенсировать собственные риски, вызванные несоблюдением условий обязательства, путем реализации предоставленного процессуального права на обращение с ходатайством о назначении судебной экспертизы, что при изложенных обстоятельствах, во взаимосвязи с обстоятельствами, установленными вступившими в силу судебными актами по делам № А24-2912/2020, А24-2442/2020, А24-374/2021, свидетельствует о злоупотреблении имеющимися правами. Более того, цель, которую преследует истец, заявляя ходатайство о назначении экспертизы, фактически направлена на пересмотр ранее признанных им обстоятельств относительно объемов и качества выполненных работ и на преодоление выводов, содержащихся во вступивших в силу судебных актах по перечисленным делам, где факт надлежащего выполнения ответчиком работ в предъявленном к взысканию объеме признан установленным.

С учетом изложенного, суд признал ходатайство истца необоснованным, и ввиду вышеперечисленных обстоятельств отказал в назначении по делу строительно-технической экспертизы, о чем вынесено протокольное определение от 11.08.2021.

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении исковых требований, ссылаясь на установленные в результате обследования обстоятельства выполнения ответчиком работ на сумму, значительно меньшую в сравнении с полученными и взысканными судом денежными средствами. Утверждает, что ответчик был приглашен для участия при обследовании выполненных работ, итогом которого стало заключение от 05.11.2020. Обращает внимание на непредставление подрядчиком полного перечня требуемых по контракту документов.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований, указывая на данную вышеуказанному заключению оценку вступившим в силу решением суда, на необоснованное утверждение истца о том, что ответчик приглашался к участию в экспертизе, на злоупотребление Комитетом своими правами, установленное вступившими в силу судебными актами.

Заслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, 17.09.2018 между ответчиком (подрядчик) и истец (заказчик) заключен муниципальный контракт № 0138300005918000014-0128203-01 (далее – контракт от 17.09.2018), по условиям которого заказчик поручает, а подрядчик принимает на себя обязательства выполнить работы по реконструкции здания, расположенного по адресу: Камчатский край, Тигильский район, пгт. Палана, ул. Поротова, д. 24 согласно проектно-сметной документации (приложение № 1), а заказчик обязуется принять и оплатить результат работы в соответствии с условиями контракта (пункт 1.1).

Цена контракта определена в пункте 2.1 в размере 131 333 792,25 руб., является твердой, определяется на весь срок исполнения контракта и не может быть изменена в ходе его исполнения, за исключением предусмотренных контрактом случаев (пункт 2.5).

В соответствии с установленным в разделе 3 контракта порядком расчетов оплата работ заказчиком производится в течение 30 дней при наличии следующих документов, поступивших от подрядчика: акт приемки выполненных работ (форма № КС-2), подписанный сторонами контракта без претензий заказчика; справка о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3), подписанная сторонами контракта без претензий заказчика; счет на оплату и счет-фактура; акты освидетельствования скрытых работ; документы, подтверждающие надлежащее качество и безопасность материалов, которые были применены в ходе выполнения работ по настоящему контракту; исполнительные схемы и иные исполнительные документы, в отношении проведенных работ, когда такие документы требуются в соответствии с действующим законодательством; положительное заключение органа технического надзора и положительное заключение авторского надзора в отношении проведенных работ, когда такое заключение требуется в соответствии с действующим законодательством; положительное заключение органа государственного строительного надзора о соответствии выполненных работ требованиям технических регламентов (норм и правил), иных нормативных правовых актов и проектной документации, когда такое заключение требуется в соответствии с действующим законодательством (пункт 3.2).

В соответствии с пунктом 5.1 контракта начало выполнения работ по реконструкции объекта – не позднее 5 дней со дня заключения контракта, окончание работ – 30.08.2019 (включительно).

Согласно пункту 6.2 контракта приемка выполненных работ производится заказчиком в соответствии со сроками выполнения работ, установленными календарным графиком строительно-монтажных работ (приложение № 4), календарным планом выполнения работ (приложение № 5)

По окончании выполнения работ подрядчик обязан сообщить заказчику о готовности к сдаче результата выполненных работ и представить заказчику в срок, не позднее 2 рабочих дней с момента окончания срока выполнения работ, два экземпляра отчетной и исполнительной документации, включающей: акт о приемке выполненных работ (форма КС-2), подписанный подрядчиком; справку о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3), подписанную подрядчиком; акты освидетельствования скрытых работ; документы, подтверждающие качество и безопасность материалов, которые были применены в ходе выполнения работ по контракту; исполнительные схемы и иные исполнительные документы, в отношении проведенных работ, когда такие документы требуются в соответствии с действующим законодательством. После получения от подрядчика указанных выше документов заказчик привлекает надзорные органы для дачи заключения о соответствии выполненных работ требованиям технических регламентов (норм и правил), иных нормативных правовых актов и проектной документации, когда такие заключения требуются в соответствии с действующим законодательством. В случае обнаружения заказчиком, надзорным органом недостатков в выполненной работе заказчик в пятидневный срок со дня когда ему стало об этом известно направляет подрядчику мотивированный отказ от приемки выполненных работ и подписания акта о приемке выполненных работ (форма КС-2), справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3), с указанием перечня выявленных недостатков в выполненных работах (пункт 6.2.1).

Порядок сдачи полностью готового объекта определен в пунктах 6.8-6.12 контракта и предусматривает предварительное уведомлением об этом заказчика на 14 дней до окончания всех работ, оформление сдачи объекта актами по форме № КС-11, № КС-14 при условии положительного заключения органа государственного строительного надзора.

В соответствии с пунктом 11.1 контракт вступает в силу с момента его заключения и действует до полного исполнения сторонами обязательств (включая гарантийные обязательства). Пунктом 13.11 контракта заказчику предоставлено право одностороннего отказа от исполнения контракта в случаях, перечисленных в пунктах 13.2.1-13.2.3.

Дополнительным соглашением от 17.12.2019 стороны продлили сроки производства работ до 15.08.2020 (включительно), а также внесли изменения в приложение № 4 к контракту «Календарный график строительно-монтажных работ» и приложение № 5 к контракту «Календарный план выполнения работ».

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Камчатского края от 28.09.2020 по делу № А24-2912/2020 установлено, что истец, выполняя принятые на себя обязательства, ежемесячно предъявлял ответчику к приемке результат проделанной за предшествующий месяц работы, путем передачи акта КС-2 и справки КС-3, которые подписывались Комитетом без замечаний и возражений и оплачивались, вплоть до актов и справок за февраль 2020 года, после чего Комитет прекратил приемку выполняемых подрядчиком работ, а споры по их оплате разрешались в судебном порядке.

За период исполнения контракта заказчиком приняты без замечаний и возражений и оплачены работы на сумму 110 406 356,89 руб., что не оспаривается сторонами.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Камчатского края от 28.09.2020 по делу № А24-2912/2020 с Комитета в пользу Общества взыскан долг за работы, выполненные в апреле и мае 2020 года. При этом в период судебного разбирательства заказчик добровольно оплатил работы, выполненные подрядчиком в марте 2020 года, вследствие чего Обществом заявлен частичный отказ от иска. Кроме того, при рассмотрении дела установлено, что заказчик также оплатил работы за июнь и июль 2020 года без претензий по объему представленных документов, объему и качеству выполненных работ.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Камчатского края от 22.04.2020 по делу № А24-374/2021 с Комитета в пользу Общества взыскана стоимость работ за август 2020 года.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Камчатского края от 20.10.2020 по делу № А24-2442/2020 с Комитета в пользу Общества взыскана стоимость дополнительных работ, выполненных в феврале 2020 года, которые не были учтены первоначальными расчетами, но были необходимы для обеспечения прочности и годности результата работ.

Письмом от 22.07.2020 № 69 истец со ссылкой на ранее имевшую место переписку сторон обратил внимание на несоответствие проектной документации фактическому виду и объему работ, на выявленную необходимость в выполнении дополнительных работ, не предусмотренных проектно-сметной документацией, на неоднократные письма подрядчика о необходимости внесения изменения в проект, что послужило основанием для продления срока выполнения работ до 15.08.2020. Поскольку на дату составления письма в установленном порядке необходимые изменения в проектно-сметную документацию не внесены, дальнейшее выполнение подрядчиком работ с соблюдением необходимых строительных норм и правил представляется невозможным. Подрядчик потребовал в пятидневный срок внести обозначенные в письме изменения в проектную документацию, предоставить рабочую документацию с учетом изменения проекта, заключить дополнительные соглашения с подрядчиком на увеличенные объемы работ, произвести оплату имеющегося долга за выполненные работы за апрель, май и июнь 2020 года. В случае неисполнения указанных требований подрядчик предупредил о приостановлении работ.

Письмом от 29.07.2020 № 73 Общество продублировало вышеизложенные обстоятельства, препятствующие своевременному выполнению работ, дополнительно указав на истечение срока действия разрешения на строительства 30.07.2020 (приложение № 1 от 25.11.2019 к разрешению на строительство). Заказчику предоставлен срок по 09.08.2020 для выполнения требований подрядчика.

05.08.2020 Общество обратилось в суд с иском о взыскании с Комитета штрафа за неисполнение обязательств, предусмотренных контрактом от 17.09.2018 (дело № А24-3810/2020), включая следующие нарушения: неоплата работ на апрель, май, июль 2020 года; неполучение разъяснений относительно недостатков проектной документации и необходимости заключения дополнительных соглашений в связи с выявленным дополнительным объемом работ (письма от 28.01.2019 № 16, от 09.01.2019 № 01, 02, 03, 04, 05, от 28.02.2019 № 23, от 21.02.2019, № 21, от 19.03.2019 № 31, от 20.03.2019, № 32, от 05.06.2019 № 56, от 12.07.2019 № 78, от 22.07.2019 № 81, от 24.07.2019 № 82, от 01.08.2019 № 88, от 07.08.2019 № 93, от 04.09.2019 № 111, 114, от 10.09.2019, от 13.09.2019 № 119, от 26.09.2019 № 124, от 07.10.2019 № 130, 131, от 06.02.2020 № 05, от 07.02.2020 № 07, 09, 10, от 12.02.2020 № 12, от 26.03.2020 № 23, от 13.05.2020 № 30, от 01.06.2020 № 34, 35, от 17.06.2020 № 46, от 22.06.2020 № 47). В последующем постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2021 № 05АП-6802/2020 по делу № А24-3810/2020 с Комитета в пользу Общества взыскан штраф в размере 3 400 000 руб.

10.08.2020 истец направил ответчику письмо № 80, которым уведомил заказчика об одностороннем отказе от контракта в связи с тем, что, несмотря на неоднократные письма Общества, Комитетом не были устранены обстоятельства, которые препятствовали своевременному выполнению подрядчиком работ по контракту от 17.09.2018.

Законность и обоснованность одностороннего отказа Общества от исполнения контракта от 17.09.2018 была предметом судебного разбирательства по делу № А24-2912/2020, при рассмотрении которого суд пришел к выводу, что отказ от исполнения контракта обусловлен невозможностью выполнения работ в соответствии с условиями контракта в связи с уклонением заказчика от корректировки выявленных недостатков проектной документации на протяжении всего периода действия контракта.

После прекращения действия контракта ввиду одностороннего от него отказа подрядчика по заказу Комитета проведена строительно-техническая экспертиза. Согласно заключению ООО «ВостокПроектСтрой» от 05.11.2020 общая стоимость основных выполненных работ в ценах аукциона не превышает 85 774 669 руб.

Полагая, что разница между оплаченной по контракту от 17.09.2018 стоимостью работ (110 406 356,89 руб.) в совокупности со стоимостью работ, взысканной решениями суда по делам № А24-3810/2020 (3 437 579 руб.), А24-2912/2020 (8 304 213 руб.) и А24-2442/2020 (7 360 317 руб.) и стоимостью фактически выполненных работ согласно заключению эксперта (85 774 669 руб.) является для ответчика неосновательным обогащением, Комитет претензией от 24.02.2021 потребовал от Общества возвратить полученную переплату в размере 43 733 797 руб. (110 406 356,89 + 19 102 109 – 85 774 669), ссылаясь на приведенные выше обстоятельства.

Поскольку полученная претензия оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения, истец обратился в суд с рассматриваемым требованием.

Поскольку истцом заявлены требования о возврате денежных сумм, излишне выплаченных ответчику (взысканных в его пользу), без эквивалентного встречного представления, то правоотношения сторон подлежат квалификации в соответствии с положениями главы 60 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 названного Кодекса.

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством (пункт 3 статьи 1103 ГК РФ).

Из названной нормы права следует, что неосновательным обогащением следует считать не то, что исполнено в силу обязательства, а лишь то, что получено стороной в связи с этим обязательством и явно выходит за рамки его содержания (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017).

В пункте 4 Информационного письма № 49 также указано на возможность применения правил об обязательствах вследствие неосновательного обогащения к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате ошибочно исполненного.

Из смысла приведенных норм вытекает, что право на взыскание неосновательного обогащения имеет только то лицо, за счет которого ответчик приобрел имущество без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований (аналогичный вывод содержится в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.03.2013 № 12435/12, определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 № 20-КГ15-5).

Решающее значение для квалификации обязательства по статье 1102 ГК РФ имеет не характер поведения приобретателя (правомерное или противоправное), а отсутствие установленных законом или сделкой оснований для приобретения или сбережения имущества.

Исходя из существа заявленных требований, в предмет доказывания по делу входят факты получения ответчиком неосновательного обогащения за счет истца; отсутствие правовых оснований получения ответчиком спорной суммы денежных средств; размер неосновательного обогащения.

При этом как указано в пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика – обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Проанализировав представленный в материалы дела контракт от 17.09.2018 и документы, связанные с его исполнением, суд пришел к выводу, что между истцом и ответчиком сложились правоотношения, регулируемые положениями главы 37 ГК РФ, общими нормами ГК РФ об обязательствах и договоре, а также Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ).

Согласно пункту 2 статьи 763 ГК РФ по государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

По смыслу гражданско-правового регулирования отношений сторон в сфере подряда и согласно сложившейся правоприменительной практике основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику (статьи 702, 711, 740, 746 ГК РФ, пункт 8 Информационного письма № 51).

В соответствии установленным в разделе 3 контракта от 17.09.2018 порядком расчетов оплата работ заказчиком производится в течение 30 дней при наличии поступивших от подрядчика документов, перечисленных в пункте 3.2 контракта.

Как установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Камчатского края от 28.09.2020 по делу № А24-2912/2020, на протяжении периода с момента заключения контракта (17.09.2018) и вплоть до февраля 2020 года заказчик ежемесячно принимал и оплачивал выполняемые подрядчиком работы, подписывая без замечаний и возражений акты КС-2 и справки КС-3, фиксирующие объемы и стоимость работ по итогам истекшего месяца. Причем такой порядок приемки и оплаты осуществлялся Комитетом до февраля 2020 года, а затем в ходе судебного разбирательства им оплачены работы за март 2020 года, июнь и июль 2020 года, что подтверждено представленными в дело платежными поручениями.

Сумма произведенных оплат, перечисленных Комитетом в бесспорном порядке на основе принятых без возражений по объему и качеству документов, составила 110 406 356,89 руб.

Отклоняя возражения ответчика об отсутствии оснований для поэтапной оплаты работ, суд первой инстанции в решении по делу № А24-2912/2020 указал, что данные доводы ответчика противоречат его собственному поведению, которое выражалось в ежемесячной приемке промежуточных этапов работ и их оплате. Обосновывая неоплату работ за апрель и май 2020 года отсутствием в договоре условия о поэтапной оплате, Комитет приводит позицию, противоречащую его собственному сложившемуся в течение длительного периода времени поведению, дававшему контрагенту основания полагаться на добросовестность действий сторон и установление ежемесячного финансирования работ.

Аналогичные выводы содержатся также в судебных актах по делам № А24-374/2020 и А24-2442/2020, принятым по спорным отношениям, вытекающим из того же контракта, но за другие периоды. Указанные выводы, положенные в основу решений по делам № А24-2912/2020, А24-2442/2020, А24-374/2021 в силу статьи 69 АПК РФ имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела, а обстоятельства, установленные в рамках перечисленных дел, повторного доказыванию не подлежат.

Таким образом, перечисление ответчику денежных средств в сумме 110 406 356,89 руб. является оплатой выполненных работ в рамках контракта от 17.09.2018, которая произведена истцом уже после факта приемки выполненных работ, что исключает возможность квалификации спорных правоотношений о возврате части уплаченных средств как неосновательное обогащение (аналогичный вывод содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2015 № 305-ЭС15-3990).

Равным образом, не могут быть признаны неосновательным обогащением денежные суммы, взысканные решениями суда № А24-2912/2020, А24-2442/2020, А24-374/2021 в качестве стоимости фактически выполненных и доказанных ответчиком работ, в отношении которых истцом в нарушение условий контракта не был соблюден порядок приемки (не осуществлена проверка, не направлен мотивированный отказ от приемки).

При этом в расчете неосновательного обогащения при определении суммы переплаты за фактически произведенные ответчиком работы истец безосновательно учитывает денежные суммы, взысканные решением суда по делу № А24-3810/2020, поскольку данным решением взыскан не долг за выполненные работы, а предусмотренные контрактом штрафные санкции за нарушение договорных обязательств. Также в расчете необоснованно учтены суммы взысканных судебных расходов по делам № А24-2912/2020, А24-2442/2020 как взысканная судом стоимость выполненных работ. Вопреки утверждению и расчету истца, стоимость работ за апрель и май 2020 года, взысканная решением по делу № А24-2912/2020, составила 8 210 013 руб., а стоимость дополнительных работ, выполненных в феврале 2020 года, взысканная решением по делу № А24-2442/2020, – 7 300 813 руб. Таким образом, общая стоимость работ, взысканная решениями суда, с учетом работ за август 2020 года (дело № А24-374/2021), составила не 19 102 109 руб., а 18 534 472,75 руб.

В рассматриваемом случае правоотношения сторон урегулированы нормами обязательственного права, поэтому требования истца о применении норм законодательства о неосновательном обогащении неправомерны (соответствующая правовая позиция сформулирована в постановлении Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 29.06.2004 № 3771/04).

Предъявив требование о взыскании неосновательного обогащения в связи с несоответствием принятых в бесспорном порядке работ и работ, доказанность выполнения которых установлена судебными актами, условиям контракта по объему и стоимости, истец фактически реализует право, вытекающее из статей 720, 723 ГК РФ, ссылаясь на допустимость заявления возражений по объему и стоимости выполненных работ, в том числе в случае подписания акта приемки работ без возражений.

Согласно пункту 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

При этом, исходя из разъяснений, приведенных в пунктах 12, 13 Информационного письма № 51, сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком не лишает заказчика, подписавшего акт, представить возражения по объему и стоимости работ.

Однако приведенное разъяснение не является универсальным основанием для критической оценки актов приемки выполненных работ без исключения, поскольку его применение сопряжено с установлением иных имеющих значение для дела обстоятельств. В частности, заказчик должен представить убедительные доказательства тому, что действуя добросовестно, разумно и осмотрительно, он объективно не имел возможности при приемке работ и подписании акта установить фактические объемы или ненадлежащее качество работ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 753 ГК РФ заказчик, получивший сообщение подрядчика о готовности к сдаче результата выполненных по договору подряда работ либо, если это предусмотрено договором, выполненного этапа работ, обязан немедленно приступить к его приемке.

Пунктами 1, 2, 3, 4 статьи 720 ГК РФ установлена обязанность заказчика в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику. Заказчик, обнаруживший недостатки в работе при ее приемке, вправе ссылаться на них в случаях, если в акте либо в ином документе, удостоверяющем приемку, были оговорены эти недостатки либо возможность последующего предъявления требования об их устранении.

В силу пункта 3 статьи 720 ГК РФ заказчик, принявший работу без проверки, лишается права ссылаться на недостатки работы, которые могли быть установлены при обычном способе ее приемки (явные недостатки).

Пунктом 6.2.1 контракта на заказчика возложена обязанность организовать приемку выполненных работ с привлечением надзорных органов для дачи заключения, а также предоставлен пятидневный срок для направления подрядчику мотивированного отказа от приемки выполненных работ и подписания акта КС-2 и справки КС-3 с момента обнаружения недостатков выполненных работ.

Таким образом, условиями контракта согласована процедура приемки выполненных подрядчиком работ, которая допускает принятие этих работ только после обязательной проверки выполненных работ с привлечением контролирующих органов на предмет соответствия этих работ требованиям технических регламентов (норм и правил), иных нормативных правовых актов и проектной документации, а также предусматривает обязательное информирование подрядчика о выявленных недостатках с целью реализации последним права на добровольное их устранение в согласованный с заказчиком срок.

Из изложенного следует, что действуя разумно, добросовестно и осмотрительно истец должен был, принимая выполненные ответчиком работы, реализовать предоставленные ему контрактом и законом права, равно как и осуществить возложенные обязанности, и провести проверку качества и объема выполненных работ с целью установления оснований для их полной оплаты.

Выполненные ответчиком работы за период до марта 2020 года, а также за июнь и июль 2020 года приняты заказчиком без замечаний по объему и качеству (данные обстоятельства также установлены вступившими в силу решениями по перечисленным делам). Недостатков при приемке работ не обнаружено, доказательств тому, что представителями надзорного органа или представителем заказчика в спорный период на объекте выявлялись и фиксировались отклонения от условий контракта при их выполнении, доказательств отсутствия у заказчика возможности при приемке работ изучить объем выполненных ответчиком работ, их качество и выявить отступления от технического задания, согласованного сторонами, суду в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено ни в рамках рассматриваемого дела, ни в иных вышеперечисленных делах.

Не осуществив должным образом приемку выполненных работ, заказчик, принявший их без замечаний и возражений, лишается в силу пункта 3 статьи 720 ГК РФ права ссылаться на недостатки работы, которые могли быть установлены при обычном способе ее приемки (явные недостатки). При этом судом не установлено, а истцом в порядке статьи 65 АПК РФ не доказано, что в основу расчета неосновательного обогащения при определении стоимости фактически выполненных работ были положены недостатки, которые носят скрытый характер и не могли быть выявлены визуально при обычном способе приемки работ.

Аналогичная оценка бездействию истца, получившего уведомление о выполнении работ в апреле, мае и августе 2020 года, а также дополнительных работ в феврале 2020 года, но не организовавшего приемку выполненных работ с обязательной проверкой на их соответствие условиям контракта и не направившего подрядчику мотивированный отказ в их приемке, дана вступившими в законную силу судебными актами по делам № А24-2912/2020, А24-2442/2020, А24-374/2021.

При этом судами дана оценка доводу Комитета о представлении подрядчиком неполного комплекта документов, ввиду чего заказчик не смог организовать их приемку и проверку, и указано, что требуя от истца весь перечень документов, перечисленный в пункте 3.2 контракта, Комитет ни в переписке сторон, ни в устных пояснениях не дал соответствующего правового обоснования необходимости таких документов. Все оплаченные заказчиком во внесудебном порядке работы (с сентября 2018 года по март 2020 года, а также за июнь и июль 2020 года) принимались только на основании актов КС-2 и справок КС-3 – данные обстоятельства установлены решением по делу № А24-2912/2020 и сторонами не оспаривались. В пункте 3.2 договора дополнительно указано на необходимость направления заказчику актов освидетельствования скрытых работ, однако ответчиком не указано и в порядке статьи 65 АПК РФ не доказано, что в объемы спорных работ включены, в том числе, какие-либо скрытые работы.

В соответствии с частью 2 статьи 748 ГК РФ заказчик, обнаруживший при осуществлении контроля и надзора за выполнением работ отступления от условий договора строительного подряда, которые могут ухудшить качество работ, или иные их недостатки, обязан немедленно заявить об этом подрядчику. Заказчик, не сделавший такого заявления, теряет право в дальнейшем ссылаться на обнаруженные им недостатки.

Аналогичное право заказчика закреплено в пункте 4.2.8 контракта, а согласно пунктам 4.2.3-4.2.5 заказчик имел право и возможность в период всего срока выполнения работ осуществлять контроль за подрядчиком, в том числе путем назначения на объекте своего представителя.

Вместе с тем Комитетом не представлено документально подтвержденных сведений о том, что представителями надзорного органа или представителем заказчика в спорный период на объекте выявлялись и фиксировались скрытые работы или иное отклонение от условий контракта при их выполнении.

Более того, пунктом 4.4.14 контракта заказчику предоставлено право потребовать от подрядчика за свой счет вскрыть любую часть скрытых работ в целях определения их качества и объема, чего в рассматриваемом случае не было сделано, а доказательств обратного также не представлено, в связи с чем оснований для безусловного вывода о том, что скрытые работы в спорный период имели место, не имеется.

Что касается исполнительных схем и положительных заключений, то согласно пункту 3.2 контракта такие документы должны представляться подрядчиком лишь в случае, когда они требуются в соответствии с действующим законодательством. Однако Комитет не обосновал ссылкой на соответствующие нормы права, что в данном конкретном случае спорные работы должны были подтверждаться, в том числе, такими документами.

Непредставление Комитетом документов, подтверждающих качество и безопасность материалов, которые были применены в ходе выполнения работ, также не является уважительной причиной для отказа в приемке работ, поскольку такие документы могли быть затребованы у подрядчика в ходе организации приемки при возникновении сомнений в надлежащем качестве выполненной работы, однако, как установлено ранее, приемка выполненных спорных работ заказчиком надлежащим образом и в установленный срок не организована.

Относительно ссылки истца на экспертное заключение от 05.11.2020 следует также отметить, что имеющими преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела судебными актами первой и апелляционной инстанций по делу № А24-374/2020 дана оценка данному документу и установлено, что заключение является недопустимым доказательством, поскольку порядок его получения не соответствует требованиям статьи 41 Закона № 44-ФЗ и в нарушение статьи 86 АПК РФ оно не соответствует требованиям экспертного заключения.

При этом суд признает заслуживающими внимание доводы ответчика о том, что подрядчик не был надлежащим образом уведомлен о проведении осмотра, положенного в основу экспертного заключения.

В обоснование такого уведомления истец ссылается на письмо от 25.09.2020, в котором указывается, что начиная с 25.09.2020, на объекте будет производиться строительно-техническая экспертиза. При этом точное время и место осмотра в письме не указано.

Актом от 28.09.2020 представитель Общества ФИО4 передал представителю Комитета в лице его председателя ФИО5 строительную площадку, на которой производились работы по контракту от 17.09.2018.

Из пояснений ответчика, не оспоренных истцом, следует, что указанный представитель Общества находился на строительной площадке до дня ее возврата заказчику, то есть до 28.09.2020, однако в период с 25.09.2020 по 28.09.2020 какого-либо осмотра выполненных работ привлеченной экспертной организацией на объекте не производилось.

Пояснения ответчика подтверждаются, в том числе, и строительно-техническим заключением от 05.11.2020, где в пункте 1.3 «Период проведения работ» указано, что осмотр исследуемого объекта производился с 30 сентября по 6 октября 2020 года. При этом суд критически относится к указанию на странице 5 заключения иного периода осмотра (с 25.09.2020 по 06.10.2020), поскольку данная информация противоречит информации, отраженной в пункте 1.3 заключения, которая, в свою очередь, согласуется с пояснениями ответчика.

Таким образом, доводы истца о надлежащем уведомлении ответчика о дате, месте и времени проведения осмотра для организации экспертизы опровергаются материалами дела.

Условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ), таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду (пункт 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» также разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Статьями 309 и 310 ГК РФ установлено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. При этом односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В силу частей 1, 3 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, и раскрыть доказательства перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

В нарушение требований статьи 65 АПК РФ истец не представил суду доказательств как соблюдения условий контракта при приемке выполненных работ в части организации их надлежащей проверки, так и обращения к ответчику с требованием о безвозмездном устранении выявленных после приемки работ недостатков. В нарушение согласованного контрактом порядка, истец, основываясь на экспертном заключении, не отвечающем требованиям относимости и допустимости, составленным на основе осмотра, произведенного без участия подрядчика, в отсутствие его надлежащего уведомления, выставил ответчику не основанное на условиях контракта требование возвратить часть оплаченной в добровольном порядке и взысканной судом стоимости работ в отсутствие признанных контрактом надлежащих доказательств несоответствия результатов выполненных работ предъявляемым требованиям.

При этом требования истца о возврате части стоимости работ, взысканной судебными решениями, направлены на преодоление вступивших в законную силу судебных актов, которыми дана оценка поведению заказчика при исполнении контракта и представленные обществом доказательства приняты как надлежащие и подтверждающие объемы и стоимость выполненных работ.

С учетом изложенного заявленное истцом требование о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в сумме 43 733 797 руб., составляющей разницу между установленной экспертным заключением от 05.11.2020 и фактически выплаченной (взысканной) стоимостью работ, не подлежит удовлетворению.

Поскольку от уплаты государственной пошлины истец освобожден в силу статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации, вопрос о распределении судебных расходов судом не рассматривался.

Руководствуясь статьями 110, 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья О.А. Душенкина