Постановление от 10 января 2019 г. по делу № А07-5442/2015

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-17704/2018
г. Челябинск
10 января 2019 года
Дело № А07-5442/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 26 декабря 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 января 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Сотниковой О.В.,

судей: Ершовой С.Д., Матвеевой С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Башкирского Республиканского союза потребительских обществ на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.10.2018 по делу № А07-5442/2015 (судья Султанов В.И.).

В судебном заседании принял участие представитель индивидуального предпринимателя ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 16.10.2017 № 5).

Потребительское общество «Стерлитамакская межрайонная торговая база Башпотребсоюза» обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании Стерлитамакского районного потребительского общества (далее – Стерлитамакское РайПО, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.01.2017 (резолютивная часть объявлена 19.01.2017) в отношении Стерлитамакского РайПО введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4, член Ассоциации Краснодарская МСО АУ «Единство».

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в издании «Коммерсантъ» от 11.02.2017 № 26.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.07.2017 (резолютивная часть объявлена 05.07.2017) в отношении Стерлитамакского РайПО открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на арбитражного управляющего ФИО4, являющегося членом Ассоциации «Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Единство» (далее – конкурсный управляющий ФИО4).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.09.2017 (резолютивная часть объявлена 21.09.2017) конкурсным управляющим Стерлитамакского районного потребительского общества (ИНН <***>, ОГРН <***>) утвержден арбитражный управляющий ФИО4

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2, кредитор, предприниматель) обратилась в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о включении в реестр требований кредиторов Стерлитамакского РайПО требования в сумме 1 340 487 руб., составляющего стоимость неотделимых улучшений имущества должника.

Определением суда первой инстанции от 28.08.2017 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «ПромСтройПодрядчик» (далее – общество «ПромСтройПодрядчик», третье лицо).

Определением суда первой инстанции от 01.11.2017 к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено Министерство культуры Республики Башкортостан в лице Управления по государственной охране объектов культурного наследия Республики Башкортостан (далее – Минкультуры РБ, заинтересованное лицо).

Определением Арбитражного суд Республики Башкортостан от 18.12.2017 (резолютивная часть объявлена 11.12.2017) требования ИП ФИО2 удовлетворены, в третью очередь реестра требований кредиторов Стерлитамакского РайПО включено требование в сумме 1 340 487 руб. неосновательного обогащения.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2018 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 24.05.2018 определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.12.2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2018 отменены. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Башкортостан.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.10.2018 требование ИП ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов Стерлитамакского РайПО задолженности в сумме 1 340 487 рублей удовлетворено. Требования кредитора в указанной сумме включены в реестр требований кредиторов должника.

Не согласившись с указанным определением, Башкирский республиканский союз потребительских обществ (далее – Башпотребсоюз, податель жалобы, апеллянт) обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суд Республики Башкортостан от 29.10.2018 отменить и разрешить вопрос по существу, отказать в удовлетворении требований ИП ФИО2 в полном объем.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что судом сделан вывод, что сделка купли-продажи от 28.01.2014 является не ничтожной, а оспоримой. Однако суд не принял во внимание, что при таких обстоятельствах, сделка является недействительной с момента признания ее таковой судом (апелляционное определение от 28.01.2017), ввиду чего требование ФИО2 о возмещении расходов по улучшению объекта недвижимого имущества возникло не в момент производства работ по улучшению, а с момента передачи объекта 29.08.2017 (дата возврата нежилого здания и подписания акта приема-передачи) и относятся к текущим обязательствам должника. Также податель жалобы отмечает, что недобросовестность ИП ФИО2 подтверждается фактом отсутствия полного расчета за приобретенный по договору купли-продажи от 28.01.2014 объект недвижимости. Ссылка суда на заключение должником договора уступки прав от 01.04.2014 и перемена лиц в обязательстве, не влечет его прекращения. Податель жалобы обращает внимание суда на исключение ИП ФИО2 из числа доказательств по делу акта зачета от 31.07.2014 с ООО «Альтернатива». Также Башпотребсоюз отмечал, что допрошенный судом директор ООО «Ребус» ФИО5 пояснил, что цифра рыночной стоимости улучшений является предположительной и не подтверждена отчетом об оценке.

От ИП ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором кредитор указывает, что спорные работы произведены весной 2014 года, то есть до момента возбуждения производства по делу о банкротстве должника. Недвижимое имущество возвращено в конкурсную массу должника в улучшенном состоянии, произведенные улучшения носят неотделимый характер. Заявленные требования носят мораторный характер, на что прямо указано в постановлении суда кассационной инстанции. Ссылки апеллянта на недобросовестность кредитора необоснованны. Со стороны ИП ФИО2 расчет за объект произведен на сумму 4 000 000 руб., что никем не оспаривается, требования ИП ФИО2 в указном размере включены в реестр требований кредиторов должника определением от 27.09.2017. Должник, уступив ООО «Альтернатива» право требования остатка оплаты за проданное задание – 8 000 000 руб., на основании договора уступки от 01.04.2014 утратил право на их получение. Впоследствии, 31.07.2014 между ООО «Альтернатива» и ИП ФИО2 был подписан акт зачета на сумму 8 000 000 руб. Исключение данного акта зачета из числа доказательств по делу произведено кредитором исключительно для пресечения противодействия Башпотребсоюза, возражающего против требований ИП ФИО2 При том, что данный акт для настоящего дела правового значения не имеет, требования в сумме 8 000 000 руб. к должнику не предъявлялись. Относительно доводов Башпотребсоюза о пояснениях директора ООО «Ребус» ФИО5 кредитор отмечала, что стоимость здания изменилась с течением времени и является иной в 2018 году, нежели в 2014 году. При этом данный довод апелляционной жалобы никак не связан с предъявленными требованиями о возмещении стоимости неотделимых улучшений. С учетом изложенного, ИП ФИО2 просит обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ИП ФИО2 поддержал доводы отзыва на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представители не явились.

С учетом мнения представителя кредитора, дело рассмотрено арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании представитель кредитора возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 28.01.2014 между Стерлитамакским РайПО (продавец) и ИП ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи объекта недвижимости (далее – договор купли-продажи от 28.01.2014; л.д.7), согласно пункту 1 которого продавец продал, а покупатель купил нежилое строение: здание двухэтажное, кирпичное, площадью 249 кв.м., литер Б, расположенного по адресу: <...>.

На основании пункта 5 названного договора продавец продал покупателю объект недвижимости за 12 000 000 руб., оплату которого покупатель произвел в полном объеме.

Передача объекта недвижимости осуществлена продавцом покупателю по акту о приеме-передаче здания (сооружения) от 31.05.2014 № 3 (л.д.117-118).

Согласно данным технического паспорта объекта недвижимости (л.д.28-41) годом его постройки является 1917 год.

Апелляционным определением Верховного суда Республики Башкортостан от 28.06.2017 по делу № 33-13353/2017 договор купли-продажи от 28.01.2014 признан недействительным по основаниям статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку совершен в отсутствие надлежащего корпоративного одобрения (соответствующий протокол собрания уполномоченных пайщиков сфальсифицирован, соответствующее собрание не проводилось), применены последствия недействительности сделки в виде прекращения права собственности предпринимателя ФИО2 на нежилое здание общей площадью 249 кв.м., расположенного по адресу: <...>; прекращения записи в ЕГРП от 19.02.2014 за № 02-04-17/2014-621 и взыскания с Стерлитамакского РайПО в пользу ФИО2 суммы 2 000 000 руб. (л.д.13-27).

Спорный объект недвижимости возвращен ИП ФИО2 Стерлитамакскому РайПО по акту приема-передачи нежилого здания от 29.08.2017 (л.д.75).

В период нахождения объекта недвижимости (нежилого здания) во владении ИП ФИО2 ею произведены неотделимые улучшения.

В приобретенном нежилом здании был произведен капитальный ремонт, на первом этаже оборудована топочная с установкой нового котла отопления, оборудован туалет с установкой сантехники. Система отопления из простых труб, опоясывающих внутри здание, замена полностью с установкой биметаллических радиаторов. Произведена замена труб водоснабжения, оборудована канализация. Здание подключено к центральной системе канализации, оборудованы три выгребные ямы. На втором этаже здания полностью заменены все сгнившие перегородки, установлены навесные потолки Армстронг, построен новый туалет, заменены все деревянные окна на пластиковые, произведена замена электропроводки, произведен капитальный ремонт кровли на крыше здания.

Так, 10.02.2014 между ИП ФИО2 (заказчик) и обществом «ПромСтройПодрядчик» (подрядчик) заключен договор подряда № 34 (далее – договор подряда № 34; л.д.57-60), согласно пункту 1.1. которого заказчик поручает, а подрядчик принимает на себя выполнение строительно-монтажных работ по устройству отопления, водопровода, канализации, по производству отделочных работ на объекте – нежилое здание по адресу: <...>.

Стоимость работ по договору подряда № 34 определяется соглашением сторон и составляет в общей сумме 1 500 000 руб. 11 коп. (пункт 2.1).

Обществом «ПромСтройПодрядчик» для ИП ФИО2 выполнены подрядные работы, что подтверждается актами о приемке выполненных работ от 30.04.2014 № 99, от 31.05.2014 № 114, а также справками о стоимости выполненных работ и затрат от 30.04.2014 № 99, от 31.05.2014 № 114 (л.д.43-49, 51-56).

Оплата за осуществленные третьим лицом подрядные работы произведена предпринимателем посредством подписания акта взаимозачета от 31.05.2014 № 29 (л.д.97), согласно которому сторонами произведен взаимозачет на сумму 1 340 487 руб. 11 коп.

Ссылаясь на произведение неотделимых улучшений в нежилом здании на сумму 1 340 487 руб., ИП ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о включении требования в указанной сумме в реестр требований кредиторов должника.

При новом рассмотрении, удовлетворяя заявленные требования и включая в реестр требований кредиторов должника требование в размере 1 340 487 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов должника, суд первой инстанции исходил из обоснованности и документальной подтвержденности заявленных требований, отсутствии доказательств подтверждающих недобросовестность кредитора.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены, изменения определения суда первой инстанции.

На основании части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с абзацем 1 пункта 6 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Ведение реестра требований кредиторов осуществляется в целях фиксации требований кредиторов к должнику, размер и очередность удовлетворения которых установлены арбитражным судом в рамках дела о банкротстве; признания кредитора лицом, участвующим в деле о банкротстве; определения суммы кредиторской задолженности, подлежащей удовлетворению должником (третьим лицом), в рамках реабилитационных процедур банкротства для восстановления платежеспособности должника и прекращения дела о банкротстве; осуществления расчетов с кредиторами в рамках конкурсного производства и мирового соглашения; определения количества голосов для участия в собрании кредиторов и принятии решений.

Ведение реестра требований кредиторов является одним из механизмов защиты прав и законных интересов кредиторов в деле о банкротстве.

Согласно пункту 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным статьями 71, 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

На основании пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В силу положений пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве требования кредиторов удовлетворяются в следующей очередности: в первую очередь производятся расчеты по требованиям граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, путем капитализации соответствующих повременных платежей, а также расчеты по иным установленным настоящим Федеральным законом требованиям; во вторую очередь производятся расчеты по выплате выходных пособий и (или) оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и по выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности; в третью очередь производятся расчеты с другими кредиторами, в том числе кредиторами по нетто-обязательствам.

Требования кредиторов третьей очереди по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, взысканию неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, в том числе за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по уплате обязательных платежей, учитываются отдельно в реестре требований кредиторов и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов (пункт 3 статьи 137 Закона о банкротстве).

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В соответствии с разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 26 постановления от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При проверке обоснованности требования кредитора арбитражный суд оценивает доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, регулирующими неисполненные должником обязательства, по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Согласно пункту 2 статьи 1105 ГК РФ лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

Таким образом, законом установлено основание для признания полученных средств неосновательным обогащением - их получение или сбережение без законных оснований за счет другого лица.

При возврате неосновательно полученного или сбереженного имущества (статья 1104) или возмещении его стоимости (статья 1105) приобретатель вправе требовать от потерпевшего возмещения понесенных необходимых затрат на содержание и сохранение имущества с того времени, с которого он обязан возвратить доходы (статья 1106) с зачетом полученных им выгод. Право на возмещение затрат утрачивается в случае, когда приобретатель умышленно удерживал имущество, подлежащее возврату (статья 1108 ГК РФ).

С учетом выбора истцом способа защиты своих прав исходя из норм о неосновательном обогащении, он должен доказать отсутствие оснований для получения либо сбережения ответчиком денежных средств за счет истца, сам факт такого сбережения или получения, и то, что такое получение или сбережение денежных средств произошло за счет истца.

В силу изложенного, иск о взыскании неосновательного обогащения подлежит удовлетворению, если будут доказаны факт получения или сбережения ответчиком имущества, отсутствие для этого правового основания, а также то, что неосновательное обогащение ответчика произошло за счет истца.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьи 1102 ГК РФ и общим правилом о распределении бремени доказывания в арбитражном судопроизводстве, установленным статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, на истце по иску о взыскании суммы неосновательного обогащения лежит обязанность по доказыванию факта приобретения ответчиком имущества за счет истца, а на ответчике в свою очередь, в случае оспаривания иска, лежит обязанность доказать наличие правовых оснований для приобретения или сбережения имущества за счет истца.

В рассматриваемом случае наличие у Стерлитамакского РайПО неосновательного обогащения мотивировано ИП ФИО2 произведением в приобретенном нежилом здании ремонтных работ по оборудованию топочной с установкой нового котла отопления, туалета с установкой сантехники, замены системы отопления с установкой биметаллических радиаторов, системы водоснабжения, работ по оборудованию канализации, выгребных ям, постройке нового туалета, подключению здания к центральной канализации, замене перегородок, установлению навесных потолков, замене деревянных окон на пластиковые, замене электропроводки, произведению капитального ремонта кровли на крыше здания.

По мнению ИП ФИО2, в результате признания апелляционным определением Верховного суда Республики Башкортостан от 28.06.2017 по делу № 33-13353/2017 договора купли-продажи от 28.01.2014 недействительным и применении последствий недействительности следки в виде возврата нежилого здания по акту приема-передачи нежилого здания от 29.08.2017, на стороне Стерлитамакского РайПО возникло неосновательное обогащение в размере стоимости произведенных предпринимателем неотделимых улучшений.

При новом рассмотрении судом проверены доводы апеллянта о недобросовестности ФИО2, отклонены возражения кредиторов о ничтожности договора купли-продажи спорного здания от 28.01.2014 и доводы о том, что ИП ФИО2 с 2014г. знала о неправомерности своего владения и поэтому не является добросовестным приобретателем.

В обоснование непринятия возражений кредиторов, суд первой инстанции отметил, что в апелляционном определении от 28.01.2017 Верховным судом Республики Башкортостан в обоснование принятого решения приведены ссылки на положения статьи 181.4 ГК РФ и отсутствие согласия Башпотребсоюза (предусмотренного в уставе Стерлитамакского райПО) на совершение сделки. Вместе с тем фактически признание решения общего собрания пайщиков Стерлитамакского РайПО недействительным по основаниям статьи 181.4 ГК РФ является оспоримой сделкой. Так согласно разъяснениям, данным в пункте 90 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, сделка может быть признана недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 173.1 ГК РФ, только тогда, когда получение согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа, либо органа местного самоуправления на ее совершение необходимо в силу указания закона (пункт 2 статьи 173 ГК РФ).

При этом судом правомерно принято во внимание, что в рамках сходного по основаниям заявленных требований спора с ФИО6, в определении Верховного суда Российской Федерации от 13.04.2018 №49-КГ18-4 указано, что Верховный суд Республики Башкортостан неправильно применил положения статьи 168 ГК РФ о ничтожности договора купли-продажи недвижимости, поскольку применению подлежали положения статьи 173.1 ГК РФ указывающие на оспоримость сделки.

Также суд первой инстанции обоснованно отметил, что содержание вступившего в законную силу определения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.09.2017 о включении требований ИП ФИО2 в реестр требований кредиторов должника в сумме 4 000 000 руб. подтверждает факт проведения ею расчетов по договору купли-продажи от 28.01.2014 на указанную сумму. При этом судом установлено и лицами, участвующими в деле не оспаривается, что на оставшуюся сумму задолженности в размере 8 000 000 рублей Стерлитамакское райпо заключило с ООО «Альтернатива» соглашение от 01.04.2014, в соответствии с которым уступило в пользу ООО «Альтернатива» право получения оставшейся суммы задолженности с ИП ФИО2 Данное соглашение заключенное должником в своей воле, кем-либо не оспорено и недействительным не признано, соответственно Стерлитамакское райпо утратило право получения 8 000 000 рублей с ИП ФИО2, ввиду этого обстоятельства, судом отклонены доводы Башпотребсоюза о неполной оплате здания со стороны ФИО2

Судом также отклонены Доводы Башпотребсоюза о недобросовестности ФИО2 со ссылкой на отсутствие документов о последующих расчетах между ООО «Альтернатива» и ИП ФИО2 по соглашению от 01.04.2014 об уступке права требования. Поскольку применительно к содержанию статьи 302 ГК РФ, в данном случае оснований для её применения не имелось, т.к. имущество из владения ФИО7 не выбывало в собственность третьих лиц и не истребовалось собственником - Стерлитамакским райпо в порядке указанной нормы.

Также проверяя доводы Башпотребсоюза о недобросовестности ФИО2, суд правомерно отметил, что сам по себе факт проведения ремонтных работ ИП ФИО2 в апреле – мае 2014г. опровергает доводы Башпотребсоюза о недобросовестных действиях с ее стороны, выраженных в неполной оплате и использования здания в целях извлечения прибыли. Несение затрат на улучшение состояния здания со стороны ФИО2 лишено какого - либо смысла в случае предвидения ею признания в будущем договора купли-продажи от 28.01.2014 недействительным.

С учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 22.06.2017 № 16-П согласно которым добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте статьи 302 ГК РФ является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права.

Вместе с тем из материалов дела не следует, что ФИО2 является заинтересованным лицом по отношению к должнику, пайщиком Стерлитамакского райпо она также не являлась, и соответственно не могла принимать участие в общих собраниях пайщиков. В виду этого обстоятельства она не могла знать о допущенных нарушениях в части наличия кворума общего собрания пайщиков Стерлитамакского райпо, одобривших продажу ей спорного здания, право собственности Стерлитамакского райпо на здание по адресу ул. Мира, 3 в г. Стерлитамаке было зарегистрировано в Росреестре, наличие судебных споров относительно прав третьих лиц на здание в момент совершения сделки в 2014г. не представлено, как и доказательств наличия арестов судебных органов или судебных приставов на спорное здание в 2014г.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации правила, предусмотренные главой 60 Кодекса, подлежат применению к требованию о возврате исполненного по недействительной сделке.

В силу положений пункта 1 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

Нормы ГК РФ не содержат определения понятия неотделимых улучшений для приобретенного по договору купли-продажи объекта недвижимости. Для целей рассмотрения настоящего спора необходимым является разрешение вопроса по отнесению произведенных предпринимателем работ к неотделимым улучшениям применительно к положениям статьи 623 ГК РФ.

Основной критерий отнесения улучшений имущества к отделимым состоит в том, что такие улучшения можно отделить без повреждения имущества, (а не самих улучшений). По общему правилу при отделении улучшений стоимость основного имущества остается прежней, его функциональное назначение не меняется. Исходя из сложившейся практики, к неотделимым улучшениям относят результат перепланировки, капитального ремонта, восстановительных работ, реконструкции, реставрации, изменение поверхности стен, пола и потолка помещения и др.

Оценив сущность произведенных ИП ФИО2 работ в спорном нежилом здании, суд первой инстанции обоснованно причислил их к неотделимым улучшениям. Обратного апеллянтом не доказано.

В связи с тем, что нежилое здание возвращено предпринимателем Стерлитамакскому РайПО в конкурсную массу в состоянии, улучшенном по сравнению с тем, в котором оно было приобретено по договору купли-продажи от 28.01.2014, и при этом произведенные улучшения имущества носят неотделимый характер, на стороне должника возникло неосновательное обогащение в размере стоимости произведенных неотделимых улучшений, то есть в сумме расходов ИП ФИО2, понесенных в рамках договора подряда № 34.

Величина понесенных предпринимателем расходов на подрядные работы, фактически произведенных обществом «ПромСтройПодрядчик», подтверждена представленными в материалы дела актами о приемке выполненных работ от 30.04.2014 № 99, от 31.05.2014 № 114, справками о стоимости выполненных работ и затрат от 30.04.2014 № 99, от 31.05.2014 № 114 и актом взаимозачета от 31.05.2014 № 29 на сумму 1 340 487 руб. 11 коп.

При этом Башпотребсоюзом не доказано иной стоимости неотделимых улучшений ввиду произведения подрядных работ обществом «ПромСтройПодрядчик», в то время как сам факт их выполнения подтверждается содержанием акта от 29.08.2017. Возражая относительно фактической стоимости спорных работ, податель жалобы не заявил ходатайства о проведении строительно-технической экспертизы. В свою очередь из представленного письменного ответа независимого оценщика ООО «Ребус», приложенного к отзыву конкурсного управляющего следует, что произведенные работы ИП ФИО2 являются неотделимыми улучшениями, рыночная стоимость неотделимых улучшений на середину 2018 года составляет порядка 1 531 000 рублей. Доводы апелляционной жалобы об отсутствии отчета об оценке сами по себе не опровергают выводов о необходимости возмещения затрат ИП ФИО2 на произведенные неотделимые улучшения.

Перечень спорных работ позволяет причислить их к действительно объективно необходимым работам. ИП ФИО2 для целей комфортного ведения предпринимательской деятельности могла произвести работы собственными силами и в порядке статьи 1108 ГК РФ требовать от должника возврата стоимости неотделимых улучшений, равном стоимости израсходованного материала. Однако, исходя из существа подрядных работ, они не могут быть произведены предпринимателем без привлечения соответствующих организаций и использования специального оборудования.

Согласно статье 1108 Гражданского кодекса Российской Федерации при возврате неосновательно полученного или сбереженного имущества (статья 1104) или возмещении его стоимости (статья 1105) приобретатель вправе требовать от потерпевшего возмещения понесенных необходимых затрат на содержание и сохранение имущества с того времени, с которого он обязан возвратить доходы с зачетом полученных им выгод. Право на возмещение затрат утрачивается в случае, когда приобретатель умышленно удерживал имущество, подлежащее возврату.

При новом рассмотрении заявления ИП ФИО2 представлены документы, раскрывающие размер полученных доходов от использования здания – копии договоров аренды №04/14 от 01.12.2014, №01/16 от 01.12.2017, платежных поручений №1 от 10.02.2015, №24 от 11.03.2015, №39 от 02.04.2015, №54 от 20.04.2015, №96 от 17.06.2015, копии решений Арбитражного суда Республики Башкортостан от 02.10.2015 по делу №А07-17618/2015, от 13.11.2015 по делу №А07-18735/2015.

Суд первой инстанции также принял во внимание, что в производстве Арбитражного суда Республики Башкортостан находится дело по иску Стерлитамакского райпо к ИП ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения за время владения зданием в размере 10 278 720 рублей (№А07-31073/2017). Факт использования здания после его приобретения ИП ФИО2 не отрицает.

Вместе с тем, с учетом нахождения должника в процедуре банкротства и в силу положений статьи 63 Закона о банкротстве зачет взаимных требований сторон в настоящем споре невозможен, поскольку требования заявителя носят реестровый характер. Вывод суда о мораторном характере требований ИП ФИО2 поддержан в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 24.05.2018.

Вопреки утверждению апеллянта о необходимости отнесения стоимости спорных работ к текущим платежам, следует учесть, что на основании пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве под текущими платежами понимаются денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом. Вместе с тем, заявление о признании должника банкротом принято к производству арбитражного суда 25.03.2015, а спорные работы выполнены подрядчиком и приняты заказчиком 30.04.2014 и 31.05.2014, то есть правовых оснований для их отнесения к числу текущих не имеется.

Пунктом 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.12.2001 № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований» разъяснено, что зачет встречного однородного требования не допускается с даты возбуждения в отношении одной из его сторон дела о банкротстве.

В соответствии с абзацем 6 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении в отношении должника наблюдения не допускается прекращение его денежных обязательств путем зачета встречного однородного требования, если при этом нарушается установленная пунктом 4 статьи 134 настоящего Федерального закона очередность удовлетворения требований кредиторов.

Таким образом, зачет встречных требований сторон не мог быть произведен в силу законодательно установленного запрета.

Как верно указано судом, согласно сложившейся судебной практике, положения ст.1108 ГК РФ носят общий характер и не регулируют вопросы возмещения неотделимых улучшений при возврате недвижимого имущества собственнику. В связи с чем, суд правомерно применил по аналогии нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды.

Исходя из положений пункта 3 статьи 623 ГК РФ в случае, когда арендатор произвел за счет собственных средств и с согласия арендодателя улучшения арендованного имущества, неотделимые без вреда для имущества, арендатор имеет право после прекращения договора на возмещение стоимости этих улучшений, если иное не предусмотрено договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 616 ГК РФ арендодатель обязан производить за свой счет капитальный ремонт переданного в аренду имущества, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором аренды.

Признанный недействительным договор купли-продажи от 28.01.2014 не содержит положений о невозмещении заявителю ИН ФИО2 стоимости неотделимых улучшений при возможном расторжении договора. Согласно акту приема-передачи от 29.08.2017 года спорное помещение передано заявителем должнику с указанием его технических характеристик, подтверждающих, что помещение возвращено должнику в улучшенном его состоянии, в связи с чем, является обоснованным вывод суда о том, что у должника возникло неосновательное обогащение, приобретенное за счет улучшений имущества должника кредитором.

При этом, как уже было отмечено выше, подателем жалобы не доказано иной стоимости, либо превышения стоимости фактически выполненных работ над размером стоимости среднерыночных аналогичных работ в регионе.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства и приведенные аргументы, руководствуясь положениями статей 1102, 1108 ГК РФ и пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что требования ИП ФИО2 об установлении неосновательного обогащения в сумме 1 340 487 рублей являются обоснованными и подлежат включению в состав требований кредиторов третьей очереди.

Оснований для несогласия с выводами суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

Таким образом, юридически значимые обстоятельства по настоящему делу правильно установлены судом первой инстанции в результате надлежащей оценки всех представленных в дело доказательств в их взаимной связи и совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о чем указано в мотивировочной части настоящего постановления. Доказательств, опровергающих установленные обстоятельства, Башпотребсоюзом в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции не подлежит отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению.

В силу подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на обжалуемое в рамках настоящего дела определение арбитражного суда государственной пошлиной не облагаются.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.10.2018 по делу № А07-5442/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу Башкирского Республиканского союза потребительских обществ – без удовлетворения.

Возвратить Башкирскому Республиканскому союзу потребительских обществ из федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению № 107 от 08.11.2018.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья О.В. Сотникова

Судьи: С.Д. Ершова

С.В. Матвеева