Постановление от 3 мая 2024 г. по делу № А45-43115/2019

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



город Томск Дело № А45-43115/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 23 апреля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 мая 2024 г.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Сбитнева А.Ю.,

судей: Дубовика В.С.,

Михайловой А.П.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Нетесовым И.М. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (07АП-2182/24(1)) на определение от 22.02.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-43115/2019 (судья Пащенко Е.В.) о несостоятельности (банкротстве) должника - общества с ограниченной ответственностью «Компания Холидей Производство» (630059, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>),

принятое по заявлению ФИО1, ФИО2, конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО4, ФИО5, общества с ограниченной ответственностью «Компания Холидей» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 - не явился;

от ФИО4 - ФИО6 по доверенности от 07.07.2023;

от ФИО5 - ФИО7 по доверенности от 19.05.2021;

от иных лиц - не явились;



У С Т А Н О В И Л:

решением от 14.07.2020 Арбитражного суда Новосибирской области должник – Общество с ограниченной ответственностью «Компания Холидей Производство», признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

23.06.2023 кредиторы ФИО1 и ФИО2 обратились в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением, уточненным в последующем в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении ФИО4, ФИО5, ООО «Компания Холидей» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением суда от 16.12.2023 конкурсный управляющий ФИО3 был привлечен к участию в деле в качестве созаявителя.

Определением суда от 22.02.2024 в удовлетворении заявления ФИО1, ФИО2, конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Компания Холидей Производство», отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение от 22.02.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-43115/2019.

В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что в силу прямого указания в подпунктах 1,2 пункта 4 статьи 61.10. Закона о банкротстве ответчики квалифицируются контролирующими должника лицами. Исходя из анализа финансового состояния должника и анализа данных, содержащихся в его бухгалтерских балансах, следует, что уже с 2017 года должник соответствовал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. Отмечает, что начисления и выплаты ФИО4 заработной платы значительно превышают его должностной оклад и были произведены в условиях прекращения основной хозяйственной деятельности. Ответчиком не представлено ни доказательств реальности осуществления им трудовой функции. Судом не дана оценка доводам кредиторов о существенной убыточности данной сделки. Учитывая основные характеристики должника (его неплатежеспособность, убыточность, недостаточность имущества и др.), а также реестровые обязательства (возникшие с 08 августа 2017 года), впоследствии включенные в реестр кредиторов (кредитор - АО «Россельхозбанк», ООО «Компания Холидей), ФИО4, в соответствии со статьей 9 Закона о банкротстве, являясь руководителем должника, обязан был обратиться с заявлением о банкротстве в срок до 08.09.2017. Ответчик - ООО «Компания Холидей», ФИО5 обязаны были принять решение (об обращении с заявлением о банкротстве) не позднее 28.10.2017. Указывает также, что договор поручительства, заключенный между АО «Россельхозбанк» и должником, которым были обеспечены обязательства ООО «Компания Холидей» перед АО «Россельхозбанк» по договору об открытии кредитной линии, был заключен сторонами при наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества с целью причинения вреда кредиторам должника. Размер активов должника был существенно меньше объема кредитных средств, обеспеченных этим договором поручительства.

Конкурсный управляющий ООО «Компания Холидей Производство» в представленном отзыве на апелляционную жалобу просит удовлетворить апелляционную жалобу ФИО1, признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ООО «Компания Холидей», приостановить производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

ФИО4 в представленных возражениях на апелляционную жалобу просит оставить определение от 22.02.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-43115/2019 без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

ФИО5 в представленном отзыве на апелляционную жалобу просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

Конкурсный управляющий ООО «Компания Холидей» в представленном отзыве на апелляционную жалобу также просит оставить определение от 22.02.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-43115/2019 без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представители ФИО4 и ФИО5 в судебном заседании поддержали доводы, изложенные в отзывах на апелляционную жалобу, настаивали на законности и обоснованности обжалуемого определения суда первой инстанции.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов и возражений на нее, заслушав участников процессе, проверив в соответствии со статьей 268 АПК РФ законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции считает его не подлежащим отмене в силу следующего.

Отказывая в удовлетворении заявления суд первой инстанции исходил из отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – ФИО4, ООО «Компания Холидей», ФИО5 по заявленным обстоятельствам.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, не нашел оснований для отмены обжалуемого определения.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Статьей 61.11 Закона о несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии одного из следующих обстоятельств:

- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

Не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

Пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусматривает, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьёй 9 настоящего Закона, влечёт за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Закона.

Случаи, которые обязывают должника подать заявление должника в арбитражный суд, установлены в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве, предусматривает обязанность руководителя должника обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в том числе, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайшие сроки, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Таким образом, исходя из взаимосвязи положений пункта 1 статьи 61.12 и статьи 9 Закона о банкротстве обязанным отвечать в порядке субсидиарной ответственности по основанию пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве в случае неисполнения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве, является, в частности, руководитель должника.

Привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий:

- возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Субсидиарная ответственность руководителя должника по правилам пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрена лишь по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, установленного пунктом 2 статьи 9 названного закона.

Соответственно, для применения субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения сроков, предусмотренных пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

По смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий:

это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.;

оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности;

данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения;

оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

Соответствующее приведенным условиям контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после истечения совокупности предельных сроков, отведенных на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления. При этом названная совокупность сроков начинает течь через 10 дней со дня, когда привлекаемое лицо узнало или должно было узнать о неисполнении руководителем, ликвидационной комиссией должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве (абзац первый пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Указанное в настоящем пункте лицо несет субсидиарную ответственность солидарно с руководителем должника (членами ликвидационной комиссии) по обязательствам, возникшим после истечения упомянутой совокупности предельных сроков (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве) (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53)).

Как следует из материалов дела, 24.12.2019 определением суда было принято к производству заявление должника о признании его несостоятельным (банкротом). Определением от 04.02.2020 (резолютивная часть от 28.01.2020) в отношении должника была введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8

Решением суда от 14.07.2020 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

В период конкурсного производства конкурсным управляющим выявлено имущество должника: основные средства, балансовой стоимостью 55806,43343 тыс. руб., дебиторская задолженность в размере 43730652,23 руб., которая была возвращена в ходе конкурсного производства в размере 6 879 727,96 руб. Имущество должника было реализовано на общую сумму 10 793 408,76 руб.

Всего в реестр требований кредиторов должника включены требования на общую сумму 3 490 993 915,61 руб. В процедуре конкурсного производства требования не погашены.

Как установлено судом при рассмотрении настоящего дела:

- ФИО4 являлся генеральным директором должника с 06.03.2007 до введения процедуры банкротства;

- ООО «Компания Холидей» являлось единственным участником должника;

- ФИО5 являлся бывшим руководителем ООО «Компания Холидей».

Обращаясь с заявлением ФИО1 и ФИО2 указали, что исходя из анализа финансового состояния должника и анализа данных, содержащихся в его бухгалтерских балансах, следует, что уже с 2017 года должник соответствовал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, в связи с чем, ФИО4 как руководитель должника должен был обратиться с заявлением о банкротстве должника в срок до 01.01.2018, а ООО «Компания Холидей» и ФИО5 были обязаны принять такое решение в срок до 20.02.2018.

Кроме того, 08.08.2017 между АО «Россельхозбанк» и должником был заключен договор поручительства № 172500/0220-8/2, которым были обеспечены обязательства ООО «Компания Холидей» перед АО «Россельхозбанк» по договору об открытии кредитной линии № 172500/0220 от 08.08.2017.

Данный договор поручительства был заключен сторонами при наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества с целью причинения вреда кредиторам должника. Размер активов должника был существенно меньше объема кредитных средств, обеспеченных этим договором поручительства. Так, требования АО «Россельхозбанк», основанные на указанном договоре поручительства, в размере 3 407 914 852 руб. 28 коп. были включены в реестр требований кредиторов должника определением от 14.05.2021. Размер данных требований многократно превышает размер требований иных кредиторов и делает невозможным их удовлетворение в результате реализации имущества должника.

Также указали, что ФИО4 необоснованно увеличил размер причитающейся ему заработной платы, чем причинил существенный ущерб имущественным интересам кредиторов в размере 3 050 тыс. руб.

На основании изложенного, заявители просили привлечь ФИО4, ООО «Компания Холидей» и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника перед ФИО1 и ФИО2 в размере 7 507 340 руб. солидарно.

Конкурсный управляющий в обоснование своего заявления ссылается на то, что за период с 2016 по 2019 год величина активов должника существенно уменьшилась – с 744 592 тыс. руб. (на начало 2016 года) до 88 730 тыс. руб. (на конец 2019 года). При этом, контролирующим должника лицами 08.08.2017 принимается решение о заключении договора поручительства № 172500/020-8/2 от 08.08.2017 в отношении обязательств ООО «Компания Холидей» по договору об открытии кредитной линии № 172500/0220 от 08.08.2017 с АО «Россельхозбанк».

Всего в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на сумму 3 490 993 915,61 руб., в том числе требования АО «Россельхозбанк» на сумму 3 407 914 852,28 руб.

Всего в ходе конкурсного производства было реализовано имущество должника на сумму 10 793 408,76 руб.

Указывая на то, что заключение договора поручительства привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов, конкурсный управляющий просил признать доказанным наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц – ФИО4, ООО «Компания Холидей» и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановить производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности.

По эпизоду с заключением договора поручительства судом установлено следующее.

Договор поручительства № 172500/0220-8/2 от 08.08.2017, заключенный должником с АО «Россельхозбанк», обеспечивал исполнение обязательств ООО «Компания Холидей» по договору об открытии кредитной линии № 172500/0220 от 08.08.2017 с АО «Россельхозбанк» и был заключен одновременно с этим договором.

На момент заключения указанного договора у должника отсутствовали неисполненные обязательства, которые позднее были бы включены в реестр требований кредиторов, при этом имелись активы, наличие которых не оспаривается заявителями.

Таким образом, одним из участников группы компаний был заключен кредитный договор, исполнение которого было обеспечено в том числе поручительством должника.

Как следует из пункта 18 Постановления № 53, контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункта. 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Должник и заемщик являлись аффилированными лицами.

Процедура выдачи кредита в банке предусматривает обязательную проверку бухгалтерских и финансовых документов как заемщика, так и поручителя. Поскольку кредитные средства заемщику были выданы, финансовое состояние и должника, и заемщика банк удовлетворяло.

В силу правовой природы договора поручительства, заключение такого договора не предусматривает встречного предоставления, сам факт заключения такого договора не нарушает права должника.

На момент выдачи кредитов у заемщика существовал реальный источник возврата заемных средств за счет осуществления торговой деятельности.

Квалифицирующим признаком сделки, при наличии которой к контролирующему лицу может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения.

Заключенный должником с АО «Россельхозбанк» договор поручительства, исходя из объема принятых поручителем обязательств, действительно отвечал критерию значимости.

Вместе с тем, при разрешении вопроса о реальной цели совершения тех или иных сделок должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота. В настоящее время на рынке кредитования сложилась устойчивая банковская практика, в соответствии с которой организации, входящие в одну группу, привлекаются банками в качестве поручителей по обязательствам друг друга.

Сама по себе выдача такого рода поручительств в пользу кредитной организации, настаивающей на дополнительном обеспечении, не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении руководителя поручителя по отношению к его кредиторам даже в ситуации, когда поручитель с целью реализации общегрупповых интересов, а не для причинения вреда кредиторам, принимает на себя солидарные обязательства перед банком в объеме, превышающем его финансовые возможности, полагая при этом, что в перспективе результат деятельности группы позволит погасить обязательства ее членов перед кредиторами.

Для констатации сомнительности поручительства, его направленности на причинение вреда остальным кредиторам поручителя, должны быть приведены веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения от сложившейся практики, в частности, о том, что поручитель действовал злонамеренно: цель привлечения независимого кредитного финансирования группой, объединяющей заемщика и лиц, выдавших обеспечение, в действительности ими не преследовалась, им было очевидно, что в дальнейшем обязательства заведомо не будут исполнены.

Указанная правовая позиция содержится в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2021 № 310- ЭС20-18954 по делу № А36-7977/2016.

Доказательств, подтверждающих значительное отклонение поведения от сложившейся практики, в частности, о том, что поручитель действовал злонамеренно: цель привлечения независимого кредитного финансирования группой, объединяющей заемщика и лиц, выдавших обеспечение, в действительности ими не преследовалась, им было очевидно, что в дальнейшем обязательства заведомо не будут исполнены, в материалы дела не представлено.

Кроме того, у ООО «Компания Холидей» имелись кредитные обязательства перед иными банками (АО «Альфа-Банк», АО «Газпромбанк», ПАО «Сбербанк»), которые обслуживались, как минимум, до марта 2018 года, до предъявления АО «Альфа-Банк» требований о досрочном возврате кредитов.

Кредит перед АО «Россельхозбанк» обслуживался до июня 2018 года, что сторонами не оспаривалось.

Сам по себе факт заключения договора поручительства между должником и АО «Россельхозбанк» не свидетельствует о причинении существенного вреда имущественным правам кредиторов и не может являться основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

По эпизоду с неподачей заявления о банкротстве судом установлено следующее.

Как было указано ранее, само по себе заключение договора поручительства, даже в отношении обязательств, превышающих размер активов поручителя, само по себе не влечет возникновения признаков неплатежеспособности у лица, предоставившего такое поручительство.

Согласно пункта 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Учитывая, что кредитный договор с АО «Россельхозбанк» обслуживался до июня 2018 года, признаки объективного банкротства должника не могли возникнуть ранее 01.07.2019.

Заявители по данному основанию привлечения к субсидиарной ответственности – ФИО1 и ФИО2, являются правопреемниками кредитора ООО «Омские гастрономы», требование которого было включено в реестр требований кредиторов определением от 28.06.2020.

Основанием для включения данного требования послужило вступившее в законную силу определение Арбитражного суда Новосибирской области от 10.12.2019 по делу № А45-29678/2018, которым была признана недействительной сделка по перечислению ООО «Омские гастрономы» денежных средств в адрес ООО «Компания Холидей Производство» в размере 7 507 340 руб. платежным поручением № 149 от 23.04.2018.

Таким образом, поскольку указанное перечисление имело место до возникновения признаков объективного банкротства должника и до возникновения у контролирующих должника лиц обязанности обратиться с заявлением о банкротстве должника, такие обязательства не могут учитываться при определении размера субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве.

По эпизоду с начислением ФИО4 заработной платы в повышенном размере судом установлено следующее.

Конкурсным управляющим в материалы дела представлены доказательства, опосредующие трудовые отношения между должником и ФИО4, в том числе трудовой договор и дополнительные соглашения к нему.

Согласно дополнительному соглашению № 9 от 01.07.2016, начиная с 01.07.2016 должностной оклад генерального директора составлял 275 862,07 руб. в месяц.

Доказательств того, что заработная плата выплачивалась ФИО4 в большем объеме, чем указано в данном Дополнительном соглашении, в материалы дела не представлено.

Довод заявителя о том, что повышенная заработная плата выплачивалась в условиях прекращения деятельности должника не нашел своего подтверждения. Применительно к масштабам деятельности должника полученная заработная плата не являлась значимой и не может являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Учитывая изложенные обстоятельства, основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – ФИО4, ООО «Компания Холидей», ФИО5, по заявленным обстоятельствам отсутствуют, в связи с чем в удовлетворении заявления было правомерно отказано.

Установленные судом обстоятельства и сделанные на их основе выводы заявителем апелляционной жалобы по существу не опровергнуты. Приведенные в апелляционной жалобе доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции и по существу направлены на переоценку доказательств и установленных судом первой инстанции обстоятельств дела в связи с чем не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции



П О С Т А Н О В И Л:

определение от 22.02.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-43115/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.


Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».



Председательствующий А.Ю. Сбитнев


Судьи В.С. Дубовик


А.П. Михайлова