Постановление от 21 марта 2023 г. по делу № А40-262862/2020

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-1560/2023


г. Москва Дело № А40-262862/20

21.03.2023


Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 21 марта 2023 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Р.Г. Нагаева,

судей А.Н. Григорьева, А.А. Дурановского,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу АО КБ "ИНТЕРПРОМБАНК" в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» на определение Арбитражного суда г. Москвы от 16.12.2022 г. по делу № А40-262862/20 о признании требования АО КБ «ИНТЕРПРОМБАНК» в лице ГК «АСВ» к АО «Новый Поток» в размере 9 037 043 руб. 91 коп. обоснованными и подлежащими удовлетворению в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, об отказе в удовлетворении остальной части заявленных требований,

при участии в судебном заседании:

от ГК АСВ: ФИО2 по дов. от 06.04.2022

от АО «Новый Поток»: ФИО3 по дов. от 23.12.2022

от ФНС: ФИО4 по дов. от 05.12.2022



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.07.2022 АО «Новый поток» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника. Конкурсным управляющим утвержден ФИО5 (является членом Ассоциации «КМ СРО АУ «Единство», ИНН <***>), сообщение о чем опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 16.07.2022 №127 (7328).


Определением Арбитражного суда г. Москвы от 16.12.2022 г. по делу № А40-262862/20 признано требования АО КБ «ИНТЕРПРОМБАНК» в лице ГК «АСВ» к АО «Новый Поток» в размере 9 037 043 руб. 91 коп. обоснованными и подлежащими удовлетворению в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, отказано в удовлетворении остальной части заявленных требований. Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции, АО КБ "ИНТЕРПРОМБАНК" в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило отменить обжалуемый судебный акт. В суд апелляционной инстанции поступили отзывы на апелляционную жалобу.


В судебном заседании представитель ГК АСВ поддерживал доводы апелляционной жалобы по мотивам, изложенным в ней, просил отменить судебный акт. Представители АО «Новый Поток», ФНС возражали на доводы апелляционной жалобы, указывали на ее необоснованность. Просили определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились.


Рассмотрев дело в отсутствие иных участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного определения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.


Как следует из материалов дела, 26.08.2022 в Арбитражный суд г. Москвы поступило заявление АО КБ «ИНТЕРПРОМБАНК» в лице ГК «АСВ» о включении требований в реестр требований кредиторов на сумму 22 393 179 руб. 69 коп. (с учетом уточнения принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ). Частично удовлетворяя указанное заявление, судом первой инстанции установлено следующее.


Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).


Между АО КБ «ИНТЕРПРОМБАНК» и ЗАО «Ойл Ассетс Менеджмент» 01.01.2012 заключен договор аренды нежилых помещений, все права и обязанности арендатора по которому с 15.05.2017 в полном объеме были переданы АО «Новый поток». В соответствии с положениями договора аренды под размещение офиса на неопределенный срок переданы АО «Новый Поток» нежилые помещения, общей площадью 372,1 кв. м., расположенные в здании, принадлежащем банку на праве собственности, по адресу: 119019, <...>.


Согласно п. 3.1 договора аренды, в период до 01.01.2019 года арендная плата за пользование Помещениями определена сторонами в размере 12 168,00 рублей за один квадратный метр в год. В соответствии с п. 3.1. договора аренды в редакции дополнительного соглашения №3 от 24.12.2018, с 01.01.2019 года арендная плата установлена в размере 12 374,23 рубля за один квадратный метр в год.


Решением Арбитражного суда города Москвы от 31.03.2022 по делу № А40- 174502/21-64-1109 с АО «Новый поток» в пользу АО КБ «ИНТЕРПРОМБАНК» взыскана задолженность в размере: 5 698 010,10 руб. – основной долг, 3 339 033,90 руб. – неустойка, 124 431,00 руб. – расходы по оплате государственной пошлины. Данное решение суда вступило в законную силу.


Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 1 пункта 26 Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны.


При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.


Таким образом, в деле о банкротстве включение в реестр требований кредиторов должника возможно лишь в случае установления наличия обязательства у должника перед кредитором, подтвержденное достаточными, относимыми и допустимыми доказательствами, обязанность представления которых, в силу ст. 65 АПК РФ, возлагается на заявителя. Обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности.


Согласно пункту 1 статьи 142 Закона о банкротстве в ходе конкурсного производства кредиторы вправе предъявить требование о включении в реестр требований кредиторов до истечения срока закрытия реестра, то есть в пределах двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

Принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 21 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» срок для целей предъявления требования в реестр требований кредиторов исчисляется с даты опубликования сведений о введении соответствующей процедуры в официальном печатном издании в соответствии с пунктом 1 статьи 28 Закона о банкротстве.


Распоряжением Правительства РФ от 21.07.2008 №1049-р в качестве официального издания, осуществляющего опубликование сведений, предусмотренных Законом о банкротстве определена газета «Коммерсантъ». Сообщение о признании должника банкротом и введении процедуры конкурсное производство опубликовано в газете «Коммерсантъ» 16.07.2022, в то время как заявитель обратился с требованием о включении в реестр требований кредиторов 26.08.2022.


Отдельные вопросы начала исчисления срока на предъявление требований о включении в реестр требований кредиторов, представляющих собой денежное реституционное требование в зависимости от оснований признании сделки недействительной разъяснены в пунктах 26 - 29.5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – «Постановление Пленума ВАС №63»).


Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Преюдициально установленные обстоятельства не подлежат доказыванию вновь, не могут быть повторно исследованы и пересмотрены судом.


В соответствии со статьей 69 АПК РФ преюдиция распространяется на установление судом тех или иных обстоятельств, содержащихся в судебном акте, вступившем в законную силу, если последние имеют правовое значение и сами по себе могут рассматриваться как факт, входивший в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу.


Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 21.12.2011 N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.


Тем самым, преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.


При этом часть 2 статьи 69 АПК РФ связывает преюдициальное значение не с наличием вступивших в законную силу судебных актов, разрешающих дело по существу, а с обстоятельствами (фактами), установленными данными актами, имеющими значение для другого дела, в котором участвуют те же лица.


Судом первой инстанции установлено, что требование заявителя в части суммы 9 037 043 руб. 91 коп. основано на вступившем в законную силу судебном акте.


В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор), обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица.


Как следует из правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018 №308-ЭС18-9470 для уравнивания кредиторов в правах суд в силу статьи 9 АПК РФ должен оказывать содействие в реализации прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов или иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. Суд должен проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.


В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.


Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.


О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.


В обоснование наличия аффилированности между сторонами конкурсный управляющий, уполномоченный орган ссылаются на определение Арбитражного суда города Москвы от 18.03.2020 по делу №А40-160002/19, определение Арбитражного суда Тюменской области от 03.06.2020 по делу №А40-11778/19, решение Арбитражного суда города Москвы от 03.02.2020 по делу №А40-220599/19, которыми установлен факт участия заявителя и должника в одной группе лиц, контролируемой ФИО6


При этом фактическое исполнение договора в период имущественного кризиса непосредственно следует из поведения сторон по исполнению договора аренды без оплаты, длительного не истребования задолженности, а также требований налогового органа об уплате налогов и сборов, выписок о движении денежных средств по счетам должника, из которых следует, что деятельность должника ведется за счет денежных средств, получаемых от аффилированных к должнику лиц.


Как следует из правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.02.2020 №305-ЭС18-18943 в обычном обороте аффилированные юридические лица, действующие добросовестно, как правило, стремятся оптимизировать внутригрупповые долги. Наличие между ними доверительных отношений, их подчиненность единому центру позволяют таким организациям находится в процессе оптимизации сколько угодно долго. Связанные организации, контролируемые одним центром, в обычном обороте не имеют разумных причин взыскивать долги друг с друга.


Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее -компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.08.2020 г. №306-ЭС20-1077(2) по делу №А65-1704/2019).


Поскольку фактическое исполнение спорной сделки между аффилированными лицами приходилось на период имущественного кризиса, требования заявителя не могут конкурировать с требованиями добросовестных кредиторов, справедливо рассчитывающих на соразмерное удовлетворение требований кредиторов.


Подобный правовой подход соответствует выработанной судебной практике, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2022 № 308-ЭС18-3917(2) по делу № А20-3223/2017, исходя из которого положения о субординации требований кредиторов, содержащиеся в Обзоре применимы и в случаях, когда последующая утрата контроля произошла по иным причинам - в связи с возбуждением дела о несостоятельности (банкротстве) контролирующего должника (аффилированного с ним) лица и передачей управления над имущественной массой последнего независимому конкурсному управляющему. Сам по себе тот факт, что контролирующее (аффилированное) лицо, предоставившее компенсационное финансирование, находится в процедуре конкурсного производства и операции по выдаче такого финансирования оспорены в деле о несостоятельности плательщика, не является основанием для отказа в субординации реституционного требования о возврате компенсационного финансирования.


Как следует из пункта 3.1. Обзора при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования, полученного от аффилированного лица, не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.


При этом, требование о взыскании неустойки в сумме 16 695 169 руб. 59 коп. ранее было заявлено и рассмотрено судом в рамках дела № А40-174502/21. Суд, применив положения статьи 333 ГК РФ, снизил указанную неустойку до 3 339 033,90 руб., оснований для установления требования кредитора в большем размере в настоящем деле у суда не имеется.


Поскольку предъявленная ко включению в реестр требований кредиторов задолженность в размере 9 037 043 руб. 91 коп. является компенсационным финансированием, предоставленным аффилированным к должнику лицом в состоянии имущественного кризиса, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, что заявленные требования подлежат удовлетворению в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, в оставшейся части требование удовлетворению не подлежит.


Довод апеллянта об отсутствии аффилированности отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку данные доводы уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка и оснований для переоценки доказательств у апелляционного суда не имеется.


Кроме того, суд в решении по делу № А40-174502/21, на которое ссылается заявитель, взыскал в пользу кредитора денежные средства в размере 9 037 043,91 руб., а не 22 393 179,69 руб. как указано заявителем. Таким образом, заявленная банком сумма не подтверждена.


Тот факт, что в отношении банка возбуждена процедура банкротства, не является основанием для понижения стандарта доказывания, а также освобождения от доказывания. Таким образом, требование кредитора подлежит субординации, что подтверждается позицией Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 27.01.2022 №308-ЭС18-3917(3,4) по делу №А20-3223/2017, от 03.06.2022 №303-ЭС22-1644 по делу №А51-4609/2020.


Ни банкротство кредитора, предоставившего финансирование, ни реституционный характер его требования не дают оснований устанавливать очередность требования с отнесением в состав третьей очереди реестра требований кредиторов.


Доводы апелляционной жалобы не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку обусловлены несогласием заявителя с выводами суда первой инстанции, при отсутствии в материалах апелляционной жалобы доказательств, которые могли бы поставить под сомнение правильность вывода суд первой инстанции.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.


С учетом изложенного и руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации,



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 16.12.2022 г. по делу № А40-262862/20 оставить без изменения, а апелляционную жалобу АО КБ "ИНТЕРПРОМБАНК" в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» – без удовлетворения.


Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.




Председательствующий судья: Р.Г. Нагаев

Судьи: А.Н. Григорьев

А.А. Дурановский