Постановление от 3 июля 2024 г. по делу № А27-25696/2020

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город Томск                                                                         Дело № А27-25696/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июня 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 июля 2024 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  


ФИО1

судей


ФИО2

Фаст Е.В.



при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Сперанской Н.В. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3 (№07АП-9817/23(2)), ФИО4 (№07АП-9817/23(3)) на определение от 23.04.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-25696/2020 (судья Гречановская О.В.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 п. Новостройка Прокопьевского района Кемеровской области – Кузбасса по  заявлению финансового управляющего об оспаривании сделки, совершенной с ФИО3, ФИО4

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО4: ФИО6, доверенность от 14.11.2023,

от ФИО3: ФИО3. паспорт,

от иных лиц: не явились (извещены)

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 06.08.2021 (резолютивная часть объявлена 05.08.2021) должник - ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированный по адресу: Кемеровская обл., Прокопьеский р-он, <...>; место рождения: гор. Прокопьевск Кемеровской обл., ИНН <***>, СНИЛС № 037- 451-631-50 (далее – ФИО5, должник) признан банкротом, введена процедура банкротства - реализация имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

 Определением от 07.04.2023 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника.

Определением от 14.07.2023 финансовым управляющим должника утвержден ФИО7.

В Арбитражный суд Кемеровской области 12.09.2023 поступило заявление финансового управляющего о признании недействительной сделки. Финансовый управляющий просит признать договор №93-20 на оказание юридических услуг от 03.10.2020, заключенной между ИП ФИО3 и ФИО5, а также совершенные платежи в рамках указанного договора от ФИО8 в пользу ФИО3 и ФИО4 недействительными и применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 и ФИО4 (солидарно) в конкурсную массу ФИО5 денежной суммы в размере 147 300 рублей.

К участию в данном обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО8.

Определением от 23.04.2024 Арбитражный суд Кемеровской области заявление  финансового управляющего об оспаривании сделки, совершенной с ФИО3, ФИО4 в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО5, удовлетворил частично. Признал недействительными сделками сделки по перечислению денежных средств ФИО8 в пользу ФИО3, совершённые 12.10.2020 в сумме 10 000 рублей, 12.11.2020 в сумме 12 000 рублей, 11.12.2020 в сумме 10 300 рублей, 12.01.2021 в сумме 10 000 рублей, 12.02.2021 в сумме 10 000 рублей в размере, составляющем ? долю перечисленного, - 26 150 рублей. Взыскал с ФИО3 в конкурсную массу должника ФИО5 26 150 рублей. Признал недействительными сделками сделки по перечислению денежных средств ФИО8 в пользу ФИО4, совершённые 18.03.2021 в сумме 10 000 рублей, 13.04.2021 в сумме 10 000 рублей, 12.05.2021 в сумме 10 000 рублей, 27.06.2021 в сумме 10 000 рублей, 20.07.2021 в сумме 10 000 рублей, 24.10.2021 в сумме 10 000 рублей, 08.10.2021 в сумме 5 000 рублей, 03.12.2021 в сумме 10 000 рублей, 02.02.2022 в сумме 10 000 рублей, 08.04.2022 в сумме 10 000 рублей в размере, составляющем ? долю перечисленного, - 47 500 рублей. Взыскал с ФИО4 в конкурсную массу должника ФИО5 47 500 рублей. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказал. Взыскать с ФИО3, ФИО4 в конкурсную массу должника судебные расходы по плате государственной пошлины в размере 4 500 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3, ФИО4  обратились с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

ФИО3 указал, что договор не исполнялся, поэтому был расторгнут, еще до утверждения его в качестве финансового управляющего. Отсутствует предмет спора. Заявителем пропущен срок исковой давности.

ФИО4 указала, что платежи совершены в счет оплаты разовых оказанных услуг, по которым договор не заключался. Заявителем пропущен срок исковой давности.   ФИО9 не имела полномочий представлять интересы должника.

Финансовый управляющий ФИО7, в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представил отзыв на апелляционные жалобы, в котором просит определение суда оставить без изменений, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании ФИО3 и представитель ФИО4 поддержали доводы апелляционных жалоб, просили определение суда отменить, апелляционные жалобы – удовлетворить.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционные жалобы в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзыва, проверив в соответствии со статьёй 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения Арбитражного суда Кемеровской области, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования частично, исходил из наличия оснований для признания сделки недействительной..

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьёй 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63)).

На основании пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из условий: - направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; - привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до ее совершения; - привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; - привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Такая сделка может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

 Согласно пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение шести месяцев до принятия судом заявления о признании должника банкротом может быть признана недействительной, только если: а) имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве (сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки); б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Контрагент, совершивший в преддверии банкротства сделку с предпочтением, который при этом располагал либо должен был располагать информацией о неудовлетворительном финансовом состоянии должника, имеет возможность проверить, получает ли он удовлетворение предпочтительно перед требованиями других кредиторов.

Поэтому такое лицо должно предвидеть и возможное наступление негативных последствий в виде возврата полученного.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства: сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия данного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота); неравноценное встречное исполнение обязательств.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 9 Постановления №63 указал, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 названного постановления, пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ №63 для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решения вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от неё по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст.2 Закона о банкротстве.

 Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

 На основании абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно положениям пункта 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве, оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством.

В соответствии с положениями части 1 статьи 131 Закона о банкротстве, все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

При этом, согласно положениям пункта 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Пункт 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относится в числе прочего доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие).

Договор заключен 03.10.2020, оспариваемые платежи совершались в период с 12.10.2020 по 08.04.2022, то есть в течении года до и после возбуждения дела о банкротстве ФИО5

В обоснование заявления финансовый управляющий ссылается на то, что сделка направлена на оказание предпочтения при оплате по сделке, относительно требований иных кредитов.

Из материалов дела судом установлено, что 03.10.2020 между ФИО5 и ИП ФИО3 заключён договор №93-20 на оказание юридических услуг (л.д.72-76).

В соответствии с условиями договора исполнитель обязался оказать заказчику комплекс юридических услуг в деле о банкротстве, который включает в себя подготовку необходимого пакета документов, составление и подача заявления в суд; осуществление судебного представительства вплоть до завершения процедуры банкротства; содействие заказчику при подготовке плана реструктуризации долгов; взаимодействие с финансовым управляющим и представителей конкурсных кредиторов по представлению интересов заказчика и пр. (пункт 1.2, 2.1 Договора).

Согласно пунктам 2.2.3, 2.2.4 договора заказчик обязался оплатить сопутствующие расходы, связанные с оказанием услуг исполнителем; оплатить услуги исполнителя в порядке и на условиях, предусмотренных настоящим договором.

Стоимость услуг Исполнителя, указанная в Приложении к настоящему договору является фиксированной и не зависит от продолжительности дела о банкротстве заказчика, количества процедур и судебных заседаний в нём.

Согласно Приложению №1 к Договору №93-20 от 03.10.2020, за оказание услуг по договору заказчик выплачивает исполнителю вознаграждение в размере 190 000 рублей и включает в себя представительство в суде, координацию действий с финансовым управляющим и конкурсными кредиторами по порядку и размерам удовлетворения требований кредиторов.

В общую сумму договора включена оплата вознаграждения финансовому управляющему в размере 25 000 рублей и 10 000 рублей за публикацию в газете «Коммерсант». Приложение к договору также содержит график оплаты по договору (ежемесячно равными платежами по 10 000 рублей, начиная с 12.10.2020 по 12.04.2022).

Согласно положениям пункта 3.1 Договора, факт оказания услуг, поименованных в пункте 1.2 Договора, подтверждается совершением фактических действий, указанных в пункте 2.1 соглашения, и иного подтверждения (актов, отчета и пр.) не требует, если иное дополнительно не согласовано сторонами.

Таким образом, сторонами заключён договор с отложенным сроком исполнения обязательств со стороны исполнителя, ежемесячной оплатой услуг исполнителя равными платежами и без составления какого-либо документа, подтверждающего исполнение услуг исполнителем.

Как следует из материалов дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5, заявление о собственном банкротстве подано ФИО5 самостоятельно от своего имени и через отделение связи, что подтверждается собственноручной подписью должника в заявлении, почтовым конвертом.

При этом в заявлении в качестве представителя должника указан ФИО10.

Между тем, в материалах дела о банкротстве ФИО5 какая-либо доверенность на право представлять его интересы, как выданная на имя ФИО10, так и на имя ФИО3 отсутствует.

При этом государственная пошлина за подачу заявления оплачена ФИО5, денежные средства на оплату финансового управляющего в депозит Арбитражного суда Кемеровской области внесены ФИО10

В материалы дела представлены ответы регистрирующих органов, включая Управление Ростехнадзора Кузбасса, ГУ МВД России по Кемеровской области, даны на имя представителя ФИО5 ФИО10

При этом, в материалах дела имеются два собственноручно подписанных ФИО5 запроса в АО «ОТП Банк» и АО «Тинькофф Банк» о предоставлении кредитных договоров, справок о задолженности и выписок по счетам. В указанных запросах в качестве адреса, куда необходимо направить ответ, указан адрес 650040, <...> (адрес регистрации ФИО3).

Между тем, указанные запросы составлены 01.12.2020, направлены адресатам 03.12.2020, то есть – в день передачи заявления о признании должника банкротом в отделение связи.

В соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Указанные выше обстоятельства не подтверждает совершение каких-либо действий по предоставлению юридических услуг самим ФИО3

Какие-либо доказательства, подтверждающие представление интересов ФИО5 ФИО3 на стадии подготовки заявления о несостоятельности (банкротстве) должника, также отсутствуют.

При этом, в апелляционной жалобе сам ФИО3 указывает, что никакие услуги по договору не оказывал.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно отклонил доводы финансового управляющего о наличии оснований для оспаривания сделки по статье 61.3 Закона о банкротстве, поскольку, какие-либо услуги по оспариваемому договору ФИО3 не оказывались и, следовательно, основания для их оплаты со стороны заказчика не возникли.

 Кроме того, суд указал, что с учетом принципа свободы договора, того, что ФИО3 освобождён от обязанностей финансового управляющего должника, процедура банкротства в отношении ФИО5 не завершена, а условия договора предполагают возможность оказания юридических услуг ФИО5 до завершения процедуры банкротства,  не считает возможным ограничивать должника в его праве на получение юридической помощи посредством признания недействительным договора на её оказание.

Действия должника по привлечению ответчика являлись стандартными с точки зрения любого лица, оказавшегося в сходной ситуации необходимости защиты своих прав и законных интересов, то есть имели разумное обоснование.

Фактически целью заключения договора являлось получение квалифицированной юридической помощи, которая фактически оказана не была, но возможность оказания которой в настоящее время не исчерпана.

Само по себе заключение такого договора не могло быть направлено на достижение противоправного результата в виде причинения вреда кредиторам должника.

Между тем, как установлено при рассмотрении настоящего дела, ФИО5 состоит в зарегистрированном браке с ФИО8, что подтверждается имеющимся в материалах дела о банкротстве ФИО5 свидетельством о заключении брака серии I-ЛО №329353.

ФИО8 в пользу ФИО3 были совершены следующие платежи на общую сумму 52 300 рублей: - 12.10.2020 в сумме 10 000 рублей, - 12.11.2020 в сумме 12 000 рублей, - 11.12.2020 в сумме 10 300 рублей, - 12.01.2021 в сумме 10 000 рублей, - 12.02.2021 в сумме 10 000 рублей.

Кроме того, ФИО11 в пользу ФИО4 совершены следующие платежи на общую сумму 95 000 рублей: - 18.03.2021 в сумме 10 000 рублей, - 13.04.2021 в сумме 10 000 рублей, - 12.05.2021 в сумме 10 000 рублей, - 27.06.2021 в сумме 10 000 рублей, - 20.07.2021 в сумме 10 000 рублей, - 24.10.2021 в сумме 10 000 рублей, - 08.10.2021 в сумме 5 000 рублей, - 03.12.2021 в сумме 10 000 рублей, - 02.02.2022 в сумме 10 000 рублей, - 08.04.2022 в сумме 10 000 рублей.

Совершение денежных переводов, совершённых с карты на карту подтверждается представленными суду чеками по операциям Сбербанк Онлайн (л.д.8-10).

В представленных в материалы дела скриншотах платёжных страниц системы онлайн-банка в сообщении к платежам ФИО8 было указано «за ФИО5»

В письменных пояснениях к заявленным требованиям ФИО8 указала, что каких-либо договорных отношений с ФИО4 она не имела и не была с ней знакома. Договорные отношения имелись между супругом ФИО8 – ФИО12 и ФИО3 Между ними был заключён договор №93-20 на оказание юридических услуг от 03.10.2020, по которому ФИО8 осуществляла переводы денежных средств в пользу ФИО3 и ФИО4 со своего Банковского счёта, с указанием назначения платежа «за ФИО5». Переводы осуществлялись со счёта ФИО8 в связи с тем, что счета ФИО5 были арестованы и он находился в процедуре банкротства.

Финансовым управляющим заявлено о признании недействительными сделками платежей, совершённых на общую сумму 147 300 рублей, что составляет более 10 процентов от общего размера кредиторской задолженности (422 963,51 рублей), включенной в реестр требований кредиторов.

В ходе рассмотрения дела ни ФИО3, ни ФИО4 (с которой ФИО3 состоит в зарегистрированном браке с 07.05.2016, что подтверждается паспортом ФИО3 и сторонами в ходе рассмотрения обособленного спора не оспаривалось), обстоятельства, и основания получения денежных средств от ФИО8 не раскрыли.

Как указано выше, судом установлено, и подтверждается ФИО3 в апелляционной жалобе, ФИО3 каких-либо услуг должнику не оказывалось.

Ссылка ФИО4 на оказание разовых услуг ФИО8, за предоставление которых ФИО8 и производила указанные перечисления, судом апелляционной инстанции отклоняется.

Доказательства наличия между ответчиками и ФИО11 каких-либо договорных отношений, предполагающих получение от ФИО8 денежных средств, вопреки доводам апелляционных жалоб, в материалы дела не представлено.

Факт получения денежных средств от ФИО11 ФИО3 и ФИО4 не отрицается.

При этом судом принято во внимание, что  перечисление денежных средств производилось по банковским реквизитом получателя платежа ФИО4, которые без согласия получателя платежа не могли быть известны отправителю.

Доводы ФИО3  о том, что положения договора об оказании юридических услуг не предполагало получение оплаты от иного лица (не самого ФИО5), в связи с чем, по его мнению, следует считать, что договор №93-20 должником не исполнялся, судом первой инстанции обоснованно отклонены.

Согласно условиям договора, оплата производится путём перечисления денежных средств на расчётный счет исполнителя по реквизитам, указанным в разделе 9 договора, либо путём внесения наличных денег в кассу исполнителя с выдачей последним подтверждающей квитанции.

При этом раздел 9 договора №93-20 не содержит указания на какие-либо реквизиты исполнителя, по которым необходимо производить оплату, а условия раздела 4 договора не содержат запрета на исполнение обязанности по оплате иным лицом.

Согласно положениям части 1 статьи 313 Гражданского кодекса РоссийскойФедерации, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

При этом, как установлено частями 1 и 2 статьи 35 Семейного кодекса РФ, владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Согласно пояснениям ФИО8, оплата по договору №93-20 производилась ею по просьбе ФИО5

Доказательств иного в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции пришел  к обоснованному выводу, что платежи, совершённые ФИО8 в пользу ФИО4 были совершены в порядке исполнения договора №93-20 от 03.10.2020 надлежащему лицу.

В период оспариваемых платежей должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, что не могло не быть известно ФИО3, принявшему на себя обязательства оказать должнику юридические услуги по подготовке и подаче документов о банкротстве.

Кроме того, часть перечислений осуществлялась ФИО8 в период, когда в отношении ФИО5 уже было возбуждено дело о банкротстве и когда ФИО3 уже был утверждён финансовым управляющим имуществом должника (после 20.02.2021 платежи стали совершаться в пользу супруги финансового управляющего имуществом должника – ФИО4).

Несмотря на данное обстоятельство ФИО3, фактически не оказывая предусмотренные договором услуги, заведомо зная о наличии у ФИО5 существенной задолженности перед кредиторами при отсутствии возможности погасить долг, счёл возможным безосновательно принимать оплату по договору №93-20, действуя лично и через супругу ФИО4

Суд принимает во внимание также то обстоятельство, что взаимоотношения ФИО5 и ФИО3 первоначально возникали из договора оказания юридических услуг, что предполагает со стороны должника определённую степень доверия представителю, который намерен оказать помощь лицу, не обладающему специальными познаниями в области права.

 В таких правоотношениях заказчик услуг заведомо выступает более слабой стороной, поскольку не имеет возможности самостоятельно проверять действия своего контрагента на предмет их соответствия закону.

Суд также считает, что ответчик ФИО4 также знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, поскольку, состоя в браке с ФИО3, ФИО4, в соответствии с положениями статьи 19 Закона о банкротстве, является заинтересованным лицом.

Презумпции заинтересованности и осведомлённости о причинении вреда интересам кредиторов должника ответчиками не опровергнуты.

С учётом ранее изложенных выводов суда об отсутствии какого-либо встречного предоставления по договору №93-20 со стороны ФИО3, платежи, совершаемые в порядке исполнения договора №93-20, имеют признаки недействительных сделок, предусмотренные частью 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем заявленные требования финансового управляющего о признании их недействительными сделками подлежат удовлетворению.

Кроме того, совершение указанных сделок по перечислению денежных средств в пользу ответчиков причинило вред интересам кредиторов должника, поскольку платежи производились за счёт общего имущества супругов, без какого-либо встречного предоставления и были направлены на вывод находящихся в распоряжении должника и его супруги денежных средств, которые было возможно направить на погашение требований кредиторов должника.

При таких обстоятельствах суд считает, что оспариваемые платежи также имеют признаки недействительных сделок, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что является основанием для удовлетворения заявленных требований.

Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Особенности применения последствий недействительности сделок, признанных таковыми в деле о банкротстве, определены статьей 61.6 Закона о банкротстве.

Применение последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника 26 150 рублей и с  ФИО4-  47 500 рублей, соответствуют вышеприведенным нормам права и фактическим обстоятельствам настоящего дела.

При этом, при определении размера подлежащих удовлетворению требований о взыскании с ответчиков в конкурсную массу должника денежных средств судом учтены положения статей 33, 39 Семейного кодекса РФ, а также отсутствие самостоятельных требований со стороны ФИО8

Доводы подателей жалоб о пропуске заявителем срока исковой давности, судом апелляционной инстанции признаются несостоятельными, поскольку основаны на неверном толковании норм права.

Как верно указал, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей  181, 195, 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункта 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», оспариваемый договор №93-20 заключён 03.10.2020,а учитывая, что ФИО3 является стороной оспариваемой сделки, и одновременно лицом, которое после заключения оспариваемого договора было утверждено в качестве финансового управляющего имуществом должника, срок исковой давности следует исчислять с момента, когда о сделке стало известно следующему утверждённому финансовому управляющему.

Согласно представленному суду акту приёма-передачи документов («Мой Арбитр» 20.03.2024 06:38) оспариваемый договор №93-20 от 03.10.2020 был передан должником ФИО5 финансовому управляющему ФИО7 15.07.2023.

Материалы дела о банкротстве ФИО5 сведений о договоре №93-20 от 03.10.2020 не содержат.

Кроме того, как следует из заявления об оспаривании сделки, оплата услуг ФИО3 по оспариваемому договору осуществлялась не самим должником, а его супругой ФИО8

Таким образом, анализ счетов должника новым финансовым управляющим ФИО7 не мог указать на совершение сделки, исполненной иным лицом.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности в данном случае следует исчислять с 15.07.2023.

Заявление об оспаривании сделки подано финансовым управляющим 11.09.2023, то есть – через два месяца после того, как финансовому управляющему стало известно о сделке.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, о призвании платежей недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности.

Доводы заявителей апелляционных жалоб не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

 При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьёй 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 23.04.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-25696/2020  оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО3, ФИО4  - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий  


ФИО1

Судьи


ФИО2

Е.В. Фаст