Постановление от 21 июля 2021 г. по делу № А40-199366/2014

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-35780/2021

г. Москва № А40-199366/14

21.07.2021г.

Резолютивная часть постановления объявлена 14.07.2021г.

Постановление изготовлено в полном объеме 21.07.2021г.

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.Ц.Бальжинимаевой,

судей Ю.Л Головачёвой, А.А.Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 05.05.2021г. в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «ИКАР», вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «ИКАР»,

при участии в судебном заседании: согласно протоколу,

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2015г. АО «ИКАР» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.06.2017г. ФИО3 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «ИКАР».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2017г. конкурсным управляющим АО «ИКАР» утвержден ФИО4.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего АО «ИКАР» о привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.10.2016г. к участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечен ФИО7.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.12.2016г. к участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечен ФИО8.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.05.2021г. признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «ИКАР» ФИО7, ФИО2; приостановлено рассмотрение заявлений в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО2 до окончания формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами АО «ИКАР»; в остальной части заявленных требований судом первой инстанции отказано.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением Линц С.А. обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в части, касающейся привлечения его к субсидиарной ответственности.

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает на то, что судом первой инстанции не отмечен тот факт, что он неоднократно в отзывах, дополнениях и письменных пояснениях предъявленных к нему требований не признавал, просил суд отказать в удовлетворении заявленных к нему требований, а неявка в судебные заседания объяснялась отсутствием возможности в связи с проживанием в Ленинградской области. Кроме того, заявитель апелляционной жалобы обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что он был назначен генеральным директором должника решением № 1/13 изданным 14.11.2013г., а не решением № 1/13 от 27.11.2013г. Также ФИО2 ссылается на ошибочность вывода суда первой инстанции о необходимости представления доказательств наличия у должника потребности в заключении договора № УК /18-11-2013 от 18.11.2013г. между должником и УК «Юнайтед Норд». Помимо прочего заявитель апелляционной жалобы указывает на то, что он предоставил доказательства своей разумной и добросовестной деятельности.

В судебном заседании Линц С.А. апелляционную жалобу поддержал по доводам, изложенным в ней, просил определение суда первой инстанции от 05.05.2021г. в обжалуемой части отменить, принять по настоящему обособленному спору новый судебный акт.

Представитель Костикова И.В. на доводы апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в приобщенном к материалам дела отзыве, просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку лицами, участвующими в деле не заявлены возражения о пересмотре судебного акта в части, касающейся привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения Арбитражного суда города Москвы в обжалуемой части.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и изменения определения арбитражного суда в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела, заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО2, ФИО7, ФИО8 к субсидиарной ответственности мотивировано совершением указанными лицами действий, способствовавших доведению до банкротства должника, нарушением обязанности по передачи конкурсному управляющему документации, а также на нарушение обязанности по подаче заявления о банкротстве должника ФИО6

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника в части, касающейся привлечения ФИО7 и ФИО2 к субсидиарной ответственности, исходил из представления им достаточных доказательств наличия обязательных условий, при которых возможно привлечение названных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. При этом суд первой инстанции не нашел оснований для привлечения к ответственности ФИО5, ФИО6, ФИО8

Вывод Арбитражного суда города Москвы в отношении ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 сторонами не оспариваются, законность судебного акта в указанной части судом апелляционной инстанции проверке не подлежит.

Что касается выводов суда первой инстанции в отношении возможности привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закон № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Такой подход согласуется со сложившейся судебной практикой, в частности, отражен в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 30.05.2019 по делу № А40-151891/2014.

Таким образом, в настоящем споре подлежат применению положений о субсидиарной ответственности в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», однако с учетом положений норм Закона о банкротстве, действующих в рассматриваемый период в отношении ответчиков (статьи 9, 10 в редакции Законов № 73-ФЗ, № 134-ФЗ).

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В ранее действовавшей норме статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) содержалось аналогичное основание привлечения к субсидиарной ответственности: «пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона».

Статья 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ также содержала положения о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц за вред, причиненный имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу.

Таким образом, порядок реализации ответчиками принадлежащих им субъективных прав в статусе контролирующих должника лиц подчинялся тем же правилам и ограничениям, которые действовали в соответствующие периоды совершения им вредоносных сделок.

В этой связи рассмотрение основанного на абзаце втором пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве требования конкурсного управляющего является правомерным и не противоречит частноправовому принципу недопустимости придания обратной силы закону, поскольку не ухудшает положение ответчиков по сравнению с ранее действовавшим регулированием.

При таких обстоятельствах в настоящем споре подлежат применению разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенных выше редакциях.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В силу норм пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Конкурсный управляющий, либо кредиторы не обязаны доказывать их вину как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (пункту 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и специальных положений законодательства о банкротстве.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 16 Постановления № 53, следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Как следует из материалов обособленного спора 18.11.2013г. между должником и ЗАО «Управляющая компания «Юнайтед Норд» был заключен договор №УК/18-11-2013 на оказание услуг, исполнителем по которому было ЗАО «Управляющая компания «Юнайтед Норд».

Размер задолженности по указанному договору составил 60 070 000 руб., подтвержденной актами приема-передачи работ, подписанными в период с 18.11.2013г. по 10.04.2014г. ФИО2

По условиям договора ЗАО «Управляющая компания «Юнайтед Норд» обязалось оказывать консультации экономического характера. Предполагалось, что такие услуги должны привести к нормализации экономической деятельности должника после совершенных мошеннических действий ФИО7, подтверждённых приговором Ленинского районного суда города Санкт-Петербург от 07.10.2015г., которым ФИО7 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 201 УК РФ.

Однако в материалах дела отсутствуют доказательства того, что оказанные за пять месяцев консультации привели к какому-либо положительному экономическому эффекту для должника.

Кроме того, как правильно указал суд первой инстанции, заключение сделки с оплатой в более 60 млн.руб. за услуги, которые лишь в теории могут помочь в развитии бизнеса, при наличии кредиторской задолженности у должника в размере 68 млн.руб., не отвечают признакам разумности и добросовестности ФИО2 как руководителя должника.

Как указывалось ранее, в силу положений пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации именно на Линце С.А. лежит обязанность по доказыванию отсутствия вины.

Однако каких-либо допустимых доказательств, свидетельствующих о разумности и добросовестности поведения ФИО2 при заключении с ЗАО «Управляющая компания «Юнайтед Норд» договора, предполагающего оплату в размере сопоставимом с имеющейся на тот момент кредиторской задолженностью, суду не представлено.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о представлении конкурсным управляющим должника надлежащих доказательств наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Довод апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции не отмечен тот факт, что он неоднократно в отзывах, дополнениях и письменных пояснениях предъявленных к нему требований не признавал, просил суд отказать в удовлетворении заявленных к нему требований, а неявка в судебные заседания объяснялась отсутствием возможности в связи с проживанием в Ленинградской области отклоняется, как не свидетельствующий о наличии процессуальных оснований для отмены определения в обжалуемой части.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Довод апелляционной жалобы о том, что ФИО2 был назначен генеральным директором должника решением № 1/13 изданным 14.11.2013г., а не решением № 1/13 от 27.11.2013г. также отклоняется, как не опровергающий факт заключения сделки, причинивший существенный вред имущественным правам кредиторов и способствующей усугублению финансового положения должника.

Довод апелляционной жалобы об ошибочность вывода суда первой инстанции о необходимости представления доказательств наличия у должника потребности в заключении договора № УК /18-11-2013 от 18.11.2013г. между должником и УК «Юнайтед Норд» отклоняется по следующим основаниям. Как уже указывалось ранее, именно ФИО2 должен доказать отсутствие вины в причинении вреда, совершенного в результате заключения названного договора, а, следовательно, ответчик должен подтвердить целесообразность заключения договора на оказание услуг. Однако вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ФИО2 таких доказательств не представил. При этом тот факт, что последующие руководители АО «ИКАР» и\или арбитражные управляющим в рамках настоящего дела о банкротстве должника не оспаривали законность договора № УК /18-11-2013 от 18.11.2013г. не освобождают ФИО2 от доказывания обстоятельства, на которые он ссылается в обосновании своих возражений по спору.

Довод апелляционной жлобы о том, что ФИО2 предоставил доказательства своей разумной и добросовестной деятельности отклоняются, как необоснованные. При этом в апелляционной жалобе ФИО2 приводит перечень мероприятий, который был им совершен для улучшения финансовых показателей должника, однако при этом он не обосновывает как данные мероприятия связан с заключенным с ЗАО «Управляющая компания «Юнайтед Норд» договором, по которому образовалась задолженность в размере свыше 60 млн.руб.

Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, однако они не содержат фактов, которые влияли бы на обоснованность и законность судебного акта. Заявителем апелляционной жалобы не представлены в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о принятии судом первой инстанции определения в обжалуемой части с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, с учетом правильного применения норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 266 – 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 05.05.2021г по делу №А40-199366/14 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Ж.Ц.Бальжинимаева

Судьи: А.А.Комаров

Ю.Л.Головачева