Постановление от 8 декабря 2022 г. по делу № А60-69907/2019

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № 17АП-15861/2020(4)-АК

Дело № А60-69907/2019
08 декабря 2022 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 07 декабря 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 08 декабря 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей Темерешевой С.В., Чухманцева М.А., при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

при участии:

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

заявителя жалобы, финансового управляющего ФИО2, паспорт (лично), от иных лиц, участвующих в деле – не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 октября 2022 года,

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительными перечислений денежных средств должником в пользу ФИО3,

вынесенное в рамках дела № А60-69907/2019

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4 (ИНН <***>),

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 04.07.2020 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Центральное Агентство Арбитражных Управляющих».

15.08.2022 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО2 об оспаривании платежей должника в пользу ФИО3 (далее также ответчик) в размере 196 500 руб., совершенных в период с 22.08.2018 по 07.02.2020.

От ФИО3 поступил отзыв, в котором указывает, что платежи в размере 196 500 руб. перечислены должником в качестве алиментов на несовершеннолетнюю дочь.

Определением Арбитражного Свердловской области от 04.10.2022 (резолютивная часть от 27.09.2022) в удовлетворении заявления финансового управляющего в остальной части отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований финансового управляющего о признании сделки недействительной.

В обоснование жалобы указывает на непредставление ответчиком доказательств того, что платежи должника на счет ответчика являлись именно алиментными. Судом не установлено, вследствие чего платежи должника на счет ответчика совершались в период с момента образования кредиторской задолженности должника перед включенными в реестр кредиторами до введения в отношении должника процедуры банкротства. Апеллянт полагает, что в действиях должника усматривается умысел в сокрытии своих ликвидных активов через аффилированных с ним лиц (ФИО3 являлась бывшей супругой должника, по договоренности должник мог вывести часть денежных средств со своих счетов). Полагает, что на недобросовестность действий должник и ответчика указывает тот факт, что оспариваемые перечисления происходили, начиная с момента возникновения обязательств должника перед кредиторами, несмотря на возникновение алиментных обязательств за несколько лет до этого. Указывает на отсутствие аналогичных перечислений должника ответчику в период с декабря 2018 г. по май 2019 г., что, с позиции апеллянта, опровергает вывод о перечислении периодических алиментных платежей, подтверждает недобросовестность действий должника и ответчика.

До начала судебного заседания от лиц, участвующих в деле, письменные отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

Участвующий в судебном заседании финансовый управляющий доводы жалобы поддерживал в полном объеме, настаивал на отмене определения.

Иные лица, участвующие в деле, извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в заседание суда



апелляционной инстанции не явились, в силу ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным апелляционным судом в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.12.2019 принято к производству заявление ФИО5 о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом), возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Решением от 04.07.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2

В ходе соответствующей процедуры финансовым управляющим установлено перечисление должником в период с 22.08.2018 по 07.02.2020 денежных средств в размере 196 500,00 руб. в пользу бывшей супруги ФИО3: 22.08.2018 – 15 000 руб., 23.09.2018 – 15 000 руб., 27.09.2018 – 5 000 руб., 25.10.2018 – 15 000 руб., 08.11.2018 – 5 000 руб., 25.11.2018 – 5 000 руб., 02.12.2018 – 500 руб., 17.12.2018 – 15 000 руб., 23.05.2019 – 10 000 руб., 07.06.2019 – 5 000 руб., 08.06.2019 – 19 000 руб., 12.06.2019 – 8 000 руб., 19.06.2019 – 5 000 руб., 22.07.2019 – 10 000 руб.,02.08.2019 – 20 000 руб., 31.08.2019 – 2 000 руб.,02.09.2019 – 6 000 руб., 18.09.2019 – 5 000 руб., 29.09.2019 – 500 руб., 08.10.2019 – 1 000 руб., 13.10.2019 – 3 000 руб., 17.10.2019 – 500 руб., 24.10.2019 – 5 000 руб., 17.11.2019 – 500 руб., 08.01.2020 – 1 000 руб., 11.01.2020 – 5 000 руб., 19.01.2020 – 1 500 руб., 23.01.2020 – 3 000 руб., 07.02.2020 – 10 000 руб.

Полагая, что указанные перечисления являются недействительными на основании п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве, финансовый управляющий обратился в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, придя к выводу о недоказанности совокупности условий для признания перечислений недействительным по указанным финансовым управляющим основаниям, отказал в удовлетворении заявленных требований.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст.71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает основания для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии с п. 1 ст. 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2



главы XI указанного Закона.

Согласно ст.61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, в соответствии со ст.61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (ст.61.8 Закона о банкротстве).

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или



иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 Постановления от 23.12.2010 № 63 разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 6 названного Постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз.2-5 п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве.

Помимо периода «подозрительности» оспариваемых по специальным основаниям сделок, как указано выше, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт



осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Согласно п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Материалами дела установлено, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято арбитражным судом к производству определением от 18.12.2019.

Оспариваемые перечисления совершены в период с 22.08.2018 по 07.02.2020, то есть в пределах трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и после принятия заявления к производству, в связи с чем могут быть оспорена на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Из материалов дела о банкротстве следует, что в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов, срок исполнения обязательств перед которыми наступил до совершения спорных платежей, но которые остались без исполнения.

В частности, вступившим в законную силу заочным решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга по делу № 2–1630/2018 от 26.03.2018 с должника в пользу ФИО5 взысканы денежные средства по договору займа в размере 3 000 000 руб., неустойка за период с 31.12.2017 по 07.02.2018 в размере 117 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 23 785 руб.

В последующем ФИО5 обратился в арбитражный суд Свердловской области о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом) и включении указанной задолженности в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Данные требования признаны судом обоснованными, в отношении должника возбуждено дело о банкротстве, введена соответствующая процедура, требования включены судом в третью очередь (определение от 25.02.2020).

Таким образом, на момент совершения спорных платежей у должника имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами.

Однако само по себе наличие неисполненных обязательств достаточным для признания перечислений недействительными не является.



Необходимыми условиями для признания сделки недействительной, согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, является причинение в результате сделки вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность стороны сделки о совершении сделки с целью причинения такого вреда.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В обоснование причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемых сделок, финансовый управляющий ссылался на совершение оспариваемых платежей в период неплатежеспособности должника, в пользу заинтересованных с должником лиц, со злоупотреблением правом, о чем заинтересованные лица были осведомлены, при этом какое-либо встречное обеспечение отсутствуют.

Доводы, заявленные в апелляционной жалобе, по своей сути, повторяют позицию финансового управляющего, изложенную в заявлении по оспариванию сделки, представленном суду первой инстанции, которые получили надлежащую правовую оценку и были обоснованно отклонены.

С учетом представленных в материалы дела документов и письменных пояснений, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что оспариваемые платежи произведены должником в пользу бывшей супруги ФИО3, являющейся бывшей супругой должника, брак с которой расторгнут решением мирового судьи Свердловской области от 15.12.2014, что подтверждается свидетельством о расторжении брака от 11.12.2017.

У должника и ФИО3 имеется общий несовершеннолетний ребенок – ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Ответчиком ФИО3 в материалы дела были представлены письменные пояснения, согласно которым денежные средства, перечисленные должником ФИО4, являются платежами, передаваемыми на содержание совместного несовершеннолетнего ребенка. Кроме того указала, что ФИО2 в ее адрес была направлена претензия о выплате оспариваемой суммы, в ответ на которую были даны аналогичные объяснения и приложены все необходимые документы.

Тот факт, что ФИО3 являлась супругой должника и, соответственно, является по отношению к нему заинтересованным лицом, не может однозначно свидетельствовать о недобросовестности указанных лиц, равно как и об осведомленности ФИО3 о наличии цели причинения вреда.



Обращаясь с заявлением, финансовый управляющий в своем заявлении в обоснование своего довода о направленности действий сторон платежных операций на причинение вреда кредиторам должника, по сути, указал, что такие сделки имели своей целью сокрытие имущества должника от обращения на него взыскания кредиторами.

Вместе с тем, судом верно указано, что при сокрытии имущества от обращения на него взыскания оно остается в имущественной массе и в сфере контроля самого должника, искусственно приобретая черты исполнительского иммунитета. В данном же случае интересам кредиторов должника по возврату долга противопоставляются интересы несовершеннолетнего ребенка как кредитора по семейному законодательству.

Разрешая вопрос о допустимости оспаривания совершенных должником перечислений в пользу бывшей жены необходимо соотнести две правовые ценности: права ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития, с одной стороны, и право кредитора по гражданско-правовому обязательству получить от должника надлежащее исполнение, с другой стороны, установить между названными ценностями баланс.

При этом под соответствующим балансом не может пониматься равенство интересов детей как кредиторов по алиментам и обычных гражданско-правовых кредиторов: интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам, что также подтверждается нормами Закона о банкротстве о первоочередном удовлетворении алиментных требований к гражданину-банкроту в отличие от иных требований.

Следовательно, недействительность операций между супругами с целью несения расходов на содержание детей применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение этими сделками положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения.

В соответствии с положениями Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) алименты уплачиваются по решению суда или по соглашению сторон.

При этом на содержание несовершеннолетних детей в силу положений ч. 2 ст. 103 СК РФ размер алиментов, устанавливаемых по соглашению, не может быть ниже размера алиментов, который мог быть установлен в судебном порядке, т.е. на одного ребенка – не ниже 25 процентов заработка или иного дохода родителя, обязанного выплачивать алименты, на двух детей – одной трети, на трех и более детей – половины заработка и (или) иного дохода родителей.

Для квалификации такой сделки в качестве недействительной необходимо установить, что размер расходов на содержание детей носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина.



При этом необходимо исходить из абсолютной величины денежных средств, выделенных ребенку.

В случае если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании, то сделка может быть признана недействительной в части такого превышения.

Если же признак явного превышения размера расходов не доказан, то такая сделка не может быть квалифицирована в качестве причиняющего вред остальным кредиторам должника.

В соответствии с п. 1 ст. 54 СК РФ ребенком признается лицо, не достигшее возраста 18 лет (совершеннолетия).

Родители обязаны содержать и воспитывать своих несовершеннолетних детей, обеспечивать их образование; родители имеют преимущественное право на обучение и воспитание своих детей перед всеми другими лицами (ст. 44, 63, 80 СК РФ).

Иждивение несовершеннолетних детей родителей презюмируется и не требует доказательств. Презумпция нахождения ребенка до достижения возраста 18 лет на иждивении родителей следует из норм семейного права. Следовательно, до достижения ребенком совершеннолетия всю ответственность за его содержание, воспитание и развитие несут родители.

Положениями п. 1 ст. 60, ст. 61 СК РФ закреплено право ребенка на получение содержания от родителей, указано, что родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей и обязаны содержать своих несовершеннолетних детей (ст. 80 СК РФ).

Согласно п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

В соответствии с разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в Постановлении от 12.07.2007 № 10-П, данная статья выступает процессуальной гарантией реализации социально-экономических прав этих лиц, предоставляя, таким образом, должнику-гражданину имущественный (исполнительский) иммунитет, с тем, чтобы исходя из общего предназначения данного правового института гарантировать должнику и лицам, находящимся на его иждивении, условия, необходимые для их нормального существования и деятельности.

Дополнительно, в целях обоснованности размера алиментов и исключения риска причинения вреда несовершеннолетним детям необходимо также учитывать установленный в регионе проживания детей размер прожиточного минимума на душу населения.



В силу п. 1 ст. 2 Федерального закона от 24.10.1997 № 134-ФЗ «О прожиточном минимуме в Российской Федерации» прожиточный минимум в целом по Российской Федерации предназначается для: оценки уровня жизни населения Российской Федерации при разработке и реализации социальной политики и федеральных социальных программ; обоснования устанавливаемых на федеральном уровне минимального размера оплаты труда, а также для определения устанавливаемых на федеральном уровне размеров стипендий, пособий и других социальных выплат; формирования федерального бюджета. В аналогичных целях устанавливается прожиточный минимум в субъектах Российской Федерации (п. 2 ст. 2 данного Закона).

Таким образом, прожиточный минимум необходим при установлении гражданам государственных гарантий получения минимальных денежных доходов и представляет собой стоимостную оценку потребительской корзины, а также обязательных платежей и сборов.

В свою очередь, под потребительской корзиной понимается минимальный набор продуктов питания, непродовольственных товаров и услуг, необходимых для сохранения здоровья человека и обеспечения его жизнедеятельности. Прожиточный минимум - это стоимостная оценка потребительской корзины, а также обязательные платежи и санкции; потребительская корзина - это необходимые для сохранения здоровья человека и обеспечения его жизнедеятельности минимальный набор продуктов питания, а также непродовольственные товары и услуги.

При рассмотрении спора судом первой инстанции установлено, что величина прожиточного минимума в Свердловской области для одного ребенка составлял: в 2018 г. – 10 450 руб. (постановление Правительства Свердловской области № 70-ПП от 05.02.2019); 1 квартал 2019 г. – 11 254 руб. (постановление № 279-ПП от 14.05.2019); 2 квартал 2019 г. – 11 514 руб. (постановление № 524 от 15.08.2019); 3 квартал 2019 г. – 11 385 руб. (постановление № 769-ПП от 07.11.2019); 4 квартал 2019 – 10 688 руб. (постановление № 69-ПП от 13.02.2020); 1 квартал 2020 г. – 11 030 руб. (постановление № 299-ПП от 14.05.2020); 2 квартал 2020 г. – 11 696 руб. (постановление № 492 от 23.07.2020); 3 квартал 2020 г. – 11 897 руб. (постановление № 772-ПП от 29.10.2020); 4 квартал 2020 – 11 438 руб. (постановление № 25-ПП от 04.02.2021).

Для признания оспариваемой сделки недействительной необходимо установить, что согласованный (бывшими) супругами размер перечислений на содержание общего ребенка носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина. При этом необходимо исходить не из относительного (процентного) показателя согласованного сторонами размера платежей, а из абсолютной величины денежных средств, выделенных жене и ребенку (для чего необходимо установить уровень доходов плательщика), и если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности беременной жены и ребенка в материальном содержании, то



совершенные платежи могут быть признаны недействительными в части такого превышения, а если признак явного превышения размера таких платежей уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей беременной жены и ребенка, не доказан, то такое соглашение не может квалифицироваться в качестве причиняющего вред остальным кредиторам должника (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П, определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 27.10.2017 № 310-ЭС17-9405(1,2) по делу № А092730/2016).

Из материалов дела не усматривается, что размер произведенных должником оспариваемых безналичных платежей явно (очевидно и значительно) превышает разумные достаточные потребности ребенка в материально содержании. В среднем сумма перечислений в месяц составила 10 342,10 руб., исходя из расчета 196 500 руб., что отвечает требованиям соразмерности с учетом соответствующего прожиточного минимума, устанавливаемого на территории Свердловской области.

Кроме того судом установлено, что оспариваемые платежи были осуществлены должником не единовременно, а в течение длительного периода времени с августа 2018 г. по февраль 2020 г. Суд справедливо отметил, что нерегулярный характер платежей подтверждает их направление именно на возникающие нужды семьи, содержание несовершеннолетнего ребёнка.

В рассматриваемом случае верно установлено отсутствие доказательств явного превышения размера перечисления уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей несовершеннолетнего ребенка должника и ответчика. Каждый из платежей не является очевидно и неразумно значительным в части суммы, что позволило бы сделать вывод о намерении должника таким способом уменьшить потенциальную конкурсную массу в преддверии банкротства.

Количество перечисленных денежных средств сопоставимо затратам, необходимым для поддержания достойного уровня жизни несовершеннолетнего ребенка, удовлетворения его потребностей.

Следовательно, оспариваемыми сделками не был причинен вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку оспариваемым перечислениями должник выполнял свои функции как родителя несовершеннолетнего ребенка (выплачивал алименты).

Управляющий, не оспаривая обязанность должника по содержанию ребенка, ставит под сомнение именно алиментный характер спорных платежей, ссылаясь на отсутствие аналогичных платежей в предшествующий возникновению обязательств должника перед кредиторами период. Между тем, из материалов дела не усматривается отсутствие таких платежей либо передачи денежных средств. Само по себе осуществление платежей в период, когда у должника уже имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, не



изменяет их характер, не исключает приоритетную очередность удовлетворения алиментного обязательства.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права и сводятся лишь к несогласию с оценкой правильно установленных по делу обстоятельств, что не может являться основанием к отмене обжалуемого судебного акта.

При отмеченных обстоятельствах, оснований для отмены определения суда в части, с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, не имеется.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в связи с подачей апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 октября 2022 года по делу № А60-69907/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий Т.Ю. Плахова

Судьи С.В. Темерешева

М.А. Чухманцев