Постановление от 27 июня 2022 г. по делу № А33-27836/2021

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-27836/2021
г. Красноярск
27 июня 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 июня 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 июня 2022 года.


Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Макарцева А.В.,

судей: Инхиреевой М.Н., Яковенко И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от истца – публичного акционерного общества Банк «ВТБ»: ФИО2, представителя по доверенности от 10.06.2020 № 350000/849-Д;

от ответчика – индивидуального предпринимателя ФИО3: ФИО4, представителя по доверенности от 09.07.2020, удостоверение адвоката 09.07.2020,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества Банк «ВТБ» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от 11 марта 2022 года по делу № А33-27836/2021,



установил:

публичное акционерное общество Банк «ВТБ» (далее - заявитель, апеллянт, истец, общество Банк «ВТБ») обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Сибирский Инвестор» (далее – общество «Сибирский Инвестор») и индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ответчик, ИП ФИО5) об оспаривании сделки и применении последствий недействительности путем возврата ФИО5 оглы обществу «Сибирский Инвестор» 26 500 000 рублей.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 11.03.2022 в удовлетворении требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество Банк «ВТБ» обратилось с апелляционной жалобой, доводы которой сводятся к следующему:

- спорный договор займа является притворной сделкой, прикрывающей соглашение о задатке;

- определение Арбитражного суда Красноярского края от 17.12.2020 не является преюдициальным для настоящего спора;

- в ходе рассмотрения в деле о банкротстве заявления конкурсного управляющего судом не рассматривался вопрос о мнимости сделки по тем или иным основаниям.

Определение о принятии апелляционной жалобы к производству от 23.05.2022 опубликовано на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда в разделе «Картотека арбитражных дел» 24.05.2022 12:51:59 МСК, где лица, участвующие в деле, могли с ним ознакомиться. Определение о принятии апелляционной жалобы к производству выполнено в виде электронного документа, подписанного электронно-цифровой подписью, и считается направленным сторонам посредством его размещения в информационной-телекоммуникационной сети «Интернет».

ИП ФИО5 и конкурсный управляющий общества «Сибирский Инвестор» представили отзывы на апелляционную жалобу, в которых доводы жалобы отклонили, настаивая на законности обжалуемого судебного акта.

К судебному заседанию с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) представитель общества Банк «ВТБ», заявивший ходатайство о проведении судебного заседания с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) не подключился.

Возможность участия в деле с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) представителю истца - ФИО6 обеспечена судом на протяжении всего судебного заседания.

Общество «Сибирский Инвестор», извещенное надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, не явилось, что не препятствует рассмотрению жалобы в его отсутствие (статья 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт.

Представитель ответчика отклонил доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемое решение оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При проверке законности и обоснованности решения судом апелляционной инстанции установлено следующее.

Как следует из материалов дела, между обществом «Сибирский инвестор» (заемщиком) и ИП ФИО5 (займодавцем) заключен договор процентного займа от 21.06.2018, по условиям которого займодавец передает в собственность заемщика денежные средства в размере 21 800 000 рублей, а заемщик обязуется возвратить займодавцу сумму займа и уплатить проценты на нее по истечении срока исполнения обязательств – 20.08.2018. В случае незаключения с займодавцем в срок до 20.08.2018 договора купли-продажи 100% доли в уставном капитале общества «Сибирский инвестор» стороны достигли договоренности о продлении срока возврата займа и уплаты процентов по договору до 01.11.2018 (пункты 1.1, 1.2 договора).

Согласно пункту 3.1 договора за пользование займом заемщик выплачивает займодавцу проценты на сумму займа в размере 0,01% годовых.

В силу пункта 4.1 договора заем, предоставленный по договору, обеспечивается: залогом движимого имущества (оборудования) по договору залога движимого имущества; поручительством ФИО7; поручительством ФИО8.

Дополнительным соглашением от 16.08.2018 № 1 стороны изменили пункт 1.1 договора в редакции, в соответствии с которой займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 32 181 931 рубля 50 копеек (с учетом дополнительного соглашения от 16.08.2018).

Фактически сумма предоставленного займа составила 32 181 931 рубль 50 копеек. Денежные средства перечислены по платежным поручениям № 1427 от 22.06.2018 на сумму 13 076 342 рубля 47 копеек, № 1743 от 27.07.2018 на сумму 8 723 657 рублей 53 копейки, № 1975 от 21.08.2018 на сумму 10 381 931 рубль 50 копеек. Денежные средства перечислены в пользу общества «Покров» на основании письма общества «Сибирский инвестор». Займ предоставлялся для погашения просроченной и текущей задолженности общества «Сибирский инвестор» перед обществом Банком «ВТБ» по кредитному соглашению № КС-ЦУ-703000/2017/00038 от 18.07.2017.

Общество «Сибирский инвестор» погасило займ в полном объеме путем перечисления 05.09.2018 денежных средств в размере 26 500 000 рублей, 28.11.2018 в размере 485 рублей 50 копеек.

В подтверждение того, что заключению договора займа предшествовали преддоговорные переговоры между бенефициарами и юристом ООО «Сибирский инвестор» (ФИО7, ФИО8, ФИО9), директором ООО «ПокровСкай» (ФИО10), представителей ПАО Банк «ВТБ», ФИО5., представлены протоколы встречи от 04.06.2018, от 09.06.2018, от 16.08.2018.

Из материалов дела следует, что 21.06.2018 между ФИО7, ФИО8, ФИО5 заключено соглашение, из которого следует, что стороны соглашения договорились в срок до 20.08.2018 заключить договоры купли-продажи доли в уставном капитале общества «Сибирский инвестор» при выполнении следующих условий:

- получение решения кредитного комитета общества Банк «ВТБ» об условиях расторжения договоров поручительства, обеспечивающих исполнение обязательств по кредитному соглашению № КС-ЦУ-703000/2017/00038 от 18.07.2017, за исключением договоров поручительства между обществом Банк «ВТБ» с обществом «Покров» и обществом «Лента»;

- подписание дополнительного соглашения к договору о порядке использования общего имущества здания и комплексном обслуживании от 17.01.2017, заключенному между обществом «Сибирский инвестор» и обществом «Лента», отражающего разрешение со стороны общества «Лента» реконструкции гостевой автостоянки (подземного паркинга) с перепрофилированием в помещения для ведения коммерческой деятельности. Соглашением о намерениях от 21.06.2018 предусмотрены и иные условия совершения сделки, в отношении которой стороны вели переговоры.

Согласно пункту 4 указанного соглашения цена сделок купли-продажи долей общества «Сибирский инвестор», общества «Покров» и общества «Покровскай» определена в размере 800 000 000 рублей. Указанная сумма складывается из задолженности общества «Сибирский инвестор» перед обществом Банк «ВТБ» по кредитному соглашению № КС-ЦУ-703000/2017/00038 от 18.07.2017 и задолженности общества «Сибирский инвестор» перед ФИО5 по договору займа от 21.06.2018. Оставшаяся сумма подлежала передаче ФИО7 и ФИО8 Между указанными лицами достигнуты договоренности о цене приобретения объекта, составе имущества, переходе прав аренды на недвижимое имущество, погашении кредиторской задолженности перед банком, схемы реализации ТРЦ Покровский новому владельцу – ФИО5.

Протоколом встречи от 16.08.2018 предусмотрено, что схема реализации сделки подлежит изменению путем реализации объектов недвижимости – помещений, составляющих ТРЦ «Pokrovsky», принадлежащих на праве собственности обществу «Сибирский инвестор», находящихся в залоге у общества Банк «ВТБ» по договору ипотеки № ДИ-ЦУ-703000/2017/00038 от 26.09.2017 в обеспечение исполнения обязательств по кредитному соглашению № КС-ЦУ-703000/2017/00038 от 18.07.2017.

Согласно пункту 5 стороны достигли соглашения, что ФИО5 предоставляет займ обществу «Сибирский Инвестор» на погашение платежа по кредиту перед обществом Банк «ВТБ», подлежащему оплате по графику 21.08.2018 (основной долг + текущие проценты). В соответствии с пунктами 3 и 4 указанного протокола денежные средства в качестве оплаты приобретаемых ФИО5 долей в уставном капитале общества «Сибирский Инвестор» предназначались для перечисления в бюджет для оплаты НДС, а в оставшейся части – для погашения основного долга по кредитному договору общества «Сибирский Инвестор» перед обществом Банк «ВТБ».

22.10.2018 в отношении общества «Сибирский инвестор» Арбитражным судом Красноярского края возбуждено дело о банкротстве (А33-28712/2018).

Определением от 11.01.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения. Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 07.03.2019 указанное определение отменено и введена процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника. Конкурсным управляющим должником утвержден ФИО11

Конкурсный управляющий в рамках дела о банкротстве общества «Сибирский инвестор» обратился в суд с заявлением об оспаривании вышеуказанных двух платежей по возврату суммы займа (26 500 000 рублей) и оплате процентов (485,50 руб.) в качестве преференциальных сделок (на основании статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)») с требованием применить последствия недействительности сделки в виде возврата, полученного сторонами по сделке.

Конкурсный управляющий указывал, что в результате совершения данных платежей по договору займа произошло преимущественное удовлетворение требований ФИО5 перед требованиями иных кредиторов.

Определением суда от 17.12.2020 в удовлетворении требований отказано, определение вступило в законную силу.

Ссылаясь на то, что договор займа от 21.06.2018 является притворной сделкой, заявитель обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, исходя из того, что предметом сделки являлась продажа доли в уставном капитале общества «Сибирский Инвестор», а также принимая во внимание представленные доказательства, в том числе протоколы переговорных встреч, пришел к выводу о том, что у сторон отсутствовали мотивы для заключения договора займа как способа сокрытия представления задатка, в связи с чем в удовлетворении требований отказал.

По мнению апеллянта, спорный договор займа является притворной сделкой, прикрывающей соглашение о задатке, а определение Арбитражного суда Красноярского края от 17.12.2020 не является преюдициальным для настоящего спора. Заявитель отмечает, что в ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего в деле о банкротстве судом не рассматривался вопрос о притворности сделки.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия пришла к следующим выводам.

Понятие договора займа содержится в пункте 1 статьи 807 ГК РФ. По договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, заем считается возвращенным в момент передачи его займодавцу, в том числе в момент поступления соответствующей суммы денежных средств в банк, в котором открыт банковский счет займодавца.

В соответствии с частью 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

В рассматриваемом деле юридически значимым является установление следующих обстоятельств:

- заключения договора займа между истцом и ответчиком,

- действительного предоставления денежных средств заемщику,

- возврата (невозврата) средств займодавцу при наступлении соответствующего срока.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Таким образом, для признания сделки недействительной в соответствии со статьей 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида, либо совершали ее с целью прикрыть другую сделку. При этом обязательным условием признания сделки притворной является порочность воли каждой из ее сторон.

Обращаясь с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 170 ГК РФ, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц, а также направленность воли сторон на совершение именно прикрываемой сделки.

В пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 2019, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2019, отмечается, что признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий, как реституция, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки. Констатация ничтожности притворной сделки сама по себе не исключает действительность прикрываемой сделки.

Особенность оспаривания сделок по пункту 2 статьи 170 ГК РФ в том, что оно направлено не только на констатацию отсутствия юридической силы оспариваемых сделок, но и на установление юридической состоятельности прикрываемой сделки с той целью, чтобы снять формально созданные условия, не позволяющие пролить свет на истинные намерения сторон.

Как установлено судом апелляционной инстанции и следует из содержания апелляционной жалобу, в рамках дела о банкротстве общества «Сибирский инвестор» конкурсным управляющим оспаривались в качестве преференциальных сделок платежи по возврату ссудного долга и процентов в счет исполнения обязательств по договору займа, который является предметом оспаривания в настоящем деле. В удовлетворении заявления отказано (Определение Арбитражного суда Красноярского края от 17.12.2020 по делу № А33-28712/2018).

Апеллянт полагает, что определение Арбитражного суда Красноярского края от 17.12.2020 по делу № А33-28712/2018 не является преюдициальным для настоящего спора, поскольку в указанном деле судом не рассматривался вопрос применительно к статье 170 ГК РФ.

По мнению суда апелляционной инстанции, данные доводы подлежит отклонению, поскольку основаны на неверном толковании норм действующего законодательства о преюдициальном значении судебных актов.

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно позиции Конституционного суда Российской Федерации, отраженной в Постановлении от 21.12.2011 № 30-П, действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (статья 69 АПК Российской Федерации). В данном основании для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены ее прерогативами.

Также Конституционный суд Российской Федерации указал, что признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для его разрешения. В качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

При вынесении определения от 17.12.2020 по делу № А33-28712/2018 суд первой инстанции пришел к выводу о том, что договор займа заключен в целях приобретения бизнеса, что представляло собой взаимосвязанную цепочку сделок, в результате которых, в конечном итоге, общество Банк «ВТБ» получило удовлетворение по кредитным договорам. Погашение кредитного платежа в пользу общества Банк «ВТБ» не является обстоятельством, свидетельствующим о существенном отклонении поведения лиц от обычного гражданского оборота. Фактически, заключение договора займа обеспечивало участие ФИО5 в переговорах по приобретению бизнеса, с учетом протокола встречи от 16.08.2018 передача заемных денежных средств представляла собой некую форму «предоплаты» за приобретаемое имущество, причем, целевым назначением денежных средств являлось погашение обязательств перед банком-залогодержателем имущества.

Заявитель (общество Банк «ВТБ»), ответчик (общество «Сибирский инвестор», в лице конкурсного управляющего), ответчик (ИП ФИО5) по настоящему делу № А33-27836/2021 являлись участниками в деле № А33-28712/2018 и принимали участие в судебном заседании при вынесении определения от 17.12.2020 по делу № А33-28712/2018.

Предметом спора по делу № А33-28712/2018 (определение от 17.12.2020) являлись платежи, осуществленные в рамках договора займа от 21.06.2018, заключенного между обществом «Сибирский инвестор» (заемщиком) и ФИО5 (займодавцем).

Поскольку по настоящему делу и по делу № А33-28712/2018 (определение от 17.12.2020) участвуют одни и те же лица (общество Банк «ВТБ», общество «Сибирский инвестор», ИП ФИО5) учитывая, что платежи, оспариваемые в деле № А33-28712/2018, осуществлялись в рамках договора займа от 21.06.2018, а суд помимо прочего оценивал реальность данного договора, довод подателя жалобы об отсутствии преюдициального значения подлежит отклонению на том основании, что для указанных лиц обстоятельства, установленные названным судебным актом, следует принимать во внимание в настоящем деле.

Таким образом, суд первой инстанции, правильно применив положения статьи 69 АПК РФ, пришел к верному выводу о преюдициальном значении указанного судебного акта, а доводы апеллянта подлежат отклонению, поскольку основаны на неверном толковании данной нормы.

В определении от 17.12.2020 по делу № А33-28712/2018 были установлены обстоятельства заключения и исполнения спорного договора. При этом относительно указанных обстоятельств разногласий у сторон по настоящему делу не имеются. Спор между сторонами сводится к различной правовой оценке заключения договора займа от 21.06.2018.

При рассмотрении в рамках дела о банкротстве общества «Сибирский инвестор» заявления конкурсного управляющего об оспаривании платежей суд давал правовую квалификацию возникших между обществом «Сибирский инвестор» и ФИО5 правоотношений. Суд пришел к выводу, что между указанными лицами возникли заемные отношения.

Кроме этого, суд отметил, что фактически заключение договора займа обеспечивало участие ФИО5 в переговорах по приобретению бизнеса, с учетом протокола встречи от 16.08.2018 передача заемных денежных средств представляла собой некую форму «предоплаты» за приобретаемое имущество. Именно указанный вывод стал поводом для обращения истца в суд с заявленным иском.

Проанализировав определение от 17.12.2020 по делу № А33-28712/2018, апелляционная инстанция установила, что суд первой инстанции, учитывал предмет доказывания, характерного для конкурсного оспаривания сделок по статье 61.3 Закона о банкротстве, оценивал поведение ФИО5 на предмет добросовестности и наличия отношений аффилированности с должником. Суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО5 является независимым по отношению к должнику лицом, участвовавшим в переговорах по приобретению бизнеса общества «Сибирский инвестор». Наличие в его действиях недобросовестности или цели причинения вреда имущественным правам кредиторов не подтвердилось. Сложившиеся между обществом «Сибирский инвестор» и ФИО5 отношения признаны не отклоняющиеся от обычного гражданского оборота. Вывод о том, что передача заемных денежных средств представляла собой форму предоплаты, был направлен на объяснение мотивов заключения договора займа и преследуемых сторонами сделки правомерных целях в контексте противопоставления интересов конкурсных кредиторов (конкурсной массы) интересам отдельных контрагентов должника, получивших от должника какое-либо имущество в результате совершения сделки. Суд не усмотрел нарушения баланса интересов между сообществом кредиторов должника и ФИО5.

Исходя из вышесказанного, апелляционная коллегия поддерживает суд первой инстанции в том, что сами по себе выводы, касающиеся оценки передачи заемных денежных средств в качестве предоплаты, не указывают на притворность договора займа.

Как разъяснено в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

При таких обстоятельствах истцом не доказано намерения ФИО5 совершить ничтожную сделку, предусмотренную статьей 170 ГК РФ.

Из искового заявления и выраженной истцом позиции по делу усматривается, что цель обращения в суд с заявленным иском тесным образом связана с нахождением общества «Сибирский инвестор» в состоянии банкротства. Заявленный иск по существу используется как альтернативный способ нивелирования оспариваемого договора займа и последствий его исполнения после того, как в деле о банкротстве должника в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделок по специальным основаниям было отказано.

Апелляционным судом установлено, что заявитель по существу является главным кредитором в деле о банкротстве общества «Сибирский инвестор», размер его требований составил более 79% от общего размера требований, включенных в третью очередь реестра.

Ссылка апеллянта на прикрытие задатка и как он полагает заниженную процентную ставку в размере 0,01 годовых, несостоятельна, поскольку из протоколов встреч и соглашения о намерениях следует, что истец достоверно знал о факте заключения оспариваемого договора, а также об обсуждаемых в тот период договоренностях между ФИО5 и бенефициарами общества «Сибирский инвестор» относительно приобретения у данного общества бизнеса.

Апеллянтом также документально не опровергается, что истец участвовал в переговорном процессе и был непосредственно вовлечен в план по реализации бизнеса должника ФИО5. Более того, исходя из разработанного плана по реализации бизнеса, заключение оспариваемого договора займа с последующим реальным предоставлением заемных денежных средств входило в интересы самого истца – денежные средства предназначались для погашения обязательств должника перед истцом.

Принимая участие в судебном заседании при принятии определения от 17.12.2020 по делу № А33-28712/2018, истец доводов о притворности договора займа или платежей, совершаемых в его рамках, не заявлял, а также не высказывал претензий по факту заключения обществом «Сибирский инвестор» оспариваемого договора по признакам притворности.

Таковые появились лишь на основе выводов суда, сделанных в определении от 17.12.2020 по делу № А33-28712/2018.

Коллегия судей обращает внимание, что утверждения апеллянта о притворности сделки является неподтвержденными, а довод о том, что заемные денежные средства использовались в качестве предоплаты при приобретении бизнеса, не означает, что стороны спорного договора пытались сокрыть намерения на совершение сделки по предоставлению задатка.

Суд первой инстанции верно отметил, что принадлежность доли в уставном капитале общества его участнику определяет нахождение такого участника в корпоративных правоотношениях с юридическим лицом – обществом с ограниченной ответственностью. Принадлежность доли в уставном капитале связывает участника общества с юридическим лицом корпоративными правами и обязанностями. Имущественная сфера юридического лица и его участников разграничиваются законодателем, в этом смысле доля участника общества не является имуществом самого общества как самостоятельного субъекта гражданских правоотношений. Участник общества вправе распоряжаться принадлежащей ему долей в уставном капитале путем ее отчуждения по договору купли-продажи. В таком случае продавцом по договору выступает участник общества, владеющий соответствующей долей в уставном капитале общества, а не само общество. В связи с чем совершение сделки по отчуждению участником общества своей доли в полном объеме или частично влияет на имущественную сферу участника общества, поскольку именно он как сторона сделки имеет право на получение встречного предоставления в виде оплаты предмета сделки. Для юридического лица совершение такой сделки влечет изменение состава участников общества или перераспределение соотношения долей участников в уставном капитале общества. Соответственно, при отчуждении участником общества принадлежащей ему доли в уставном капитале само общество не приобретает и не утрачивает какое-либо имущество.

На основании изложенного, суд первой инстанции обоснованно указал, что принимая во внимание предмет сделки по продаже доли в уставном капитале общества «Сибирский инвестор» у сторон оспариваемого договора не могло быть мотивов для заключения договора займа как способа сокрытия предоставления задатка. Сторонами сделки и получателями оплаты должны были стать участники общества «Сибирский инвестор», а не само общество. План продажи бизнеса был разработан с учетом нахождения общества «Сибирский инвестор» в процедуре банкротства и связанных с этим ограничений, установленных Законом о банкротстве, в частности, регламентацией продажи имущества должника через публичную конкурентную процедуру и установленной очередности удовлетворения требования кредиторов должника. По существу план предусматривал смену владельцев компании с обеспечением сохранения имущества должника, погашением требований истца как главного кредитора в деле о банкротстве должника и вывода должника из кризисной ситуации. Новый владелец – ФИО5 планировал восстановить бизнес. Поскольку указанные задачи должны были достигаться за счет средств ФИО5, вполне разумным было бы при заключении договора купли-продажи долей в уставном капитале общества – должника понесенные расходы зачесть в цену сделки.

Кроме того, апелляционная инстанция отмечает, что удовлетворение требований заявителя безосновательно повлечет неблагоприятные имущественные последствия для ФИО5 при том, что в его поведении не усматриваются признаки недобросовестности – в процессе исполнения спорной сделки истец получил удовлетворение своих требований, а теперь он хочет добиться того же самого за счет аннулирования сделки, которую ранее воспринимал как юридически состоятельную.

Таким образом, действительный смысл сделки не скрывался и, более того, был известен истцу, поскольку последний принимал участие в переговорах.

Апелляционный суд отмечает, что исковые требования изначально были заявлены не в соответствии со статьей 170 ГК РФ как по притворной сделке.

Так, истец просил применить последствия недействительности сделки в виде возврата ИП ФИО5о в конкурсную массу ООО «Сибирский инвестор» 26 500 000 руб.

Вместе с тем, как уже указывалось выше, к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

Соответственно, истцом подлежала формулированию позиция относительно того, какая сделка прикрывалась под видом займа.

Как видно из позиции истца, прикрывалось соглашение об обеспечении исполнения обязательства – соглашение о задатке.

В силу пунктов 1, 3 статьи 380 ГК РФ задатком признается денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения.

В случае сомнения в отношении того, является ли сумма, уплаченная в счет причитающихся со стороны по договору платежей, задатком, эта сумма считается уплаченной в качестве аванса, если не доказано иное.

Задаток – это форма обеспечения исполнения другого денежного обязательства, в которой должны участвовать те же лица.

Определения понятия «аванс» в Гражданском кодексе отсутствует, по сути он является предварительным способом расчетов.

Соответственно, юридические последствия в виде квалификации в соответствии со статьей 170 ГК РФ как притворной сделки и применении последствий в виде возврата продавцу денежных средств либо двойной суммы задатка возможны лишь в том случае, если денежные средства поступили в распоряжение продавца доли участия общества «Сибирский инвестор». Однако такое совпадение в настоящем деле отсутствует, поскольку ООО «Сибирский инвестор», получившее от ИП ФИО5о денежные средства по договору займа, не продавало и не могло выступать продавцом своей доли участия, соответственно, не могло получать оплату за продажу доли участия ФИО5 Ни такого, ни другого варианта последствий применения положений пункта 2 статьи 170 ГК РФ истец не предложил, в то время как обязан был в силу данной нормы.

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года (пункт 1 статьи 181 ГК РФ). Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Согласно материалам дела, исполнение договора началось 22.06.2018 при перечислении первой части займа и продолжилось перечислением оставшейся суммы займа платежами от 27.07.2018 и от 21.08.2018.

Общество «Сибирский инвестор» возвратило займ 05.09.2018, следовательно, 05.09.2018 заявитель точно знал, что платеж был совершен, а договоренности состоялись.

Из имеющихся в деле протоколов встречи следует, что условия предоставления займа контролировались истцом по настоящему делу, подписавшему протоколы встречи (т.2, л.д.18, 19, 22). Соответственно, истцу по настоящему делу было известно обо всех операциях, производимых ответчиками.

Общество Банк «ВТБ» обратилось в суд с настоящими требованиями 24.10.2021, то есть спустя более чем три года, что свидетельствует о пропуске срока исковой давности. Следовательно, указание судом первой инстанции на пропуск обществом Банк «ВТБ» срока исковой давности является верным.

Исходя из представленных материалов дела и установленных обстоятельств, учитывая преюдициальное значение определения от 17.12.2020 по делу №А33-28712/2018, апелляционная коллегия не усматривает оснований для признания выводов суда первой инстанции по настоящему делу ошибочными.

Доводы апелляционной жалобы по существу дублируют доводы, заявленные в суде первой инстанции, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции.

Обжалуемый судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены не имеется. Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение настоящей апелляционной жалобы в сумме 3000 рублей относятся на заявителя (статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 11 марта 2022 года по делу № А33-27836/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.


Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.


Председательствующий


А.В. Макарцев


Судьи:


М.Н. Инхиреева



И.В. Яковенко