Постановление от 15 мая 2024 г. по делу № А33-21908/2020

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А33-21908/2020к259
г. Красноярск
16 мая 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена «06» мая 2024 года. Полный текст постановления изготовлен «16» мая 2024 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Радзиховской В.В., судей: Инхиреевой М.Н., Яковенко И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Таракановой О.М., при участии:

от конкурсного управляющего ООО Фирма «Синтез Н» ФИО1 - ФИО2, представителя по доверенности от 06.12.2023,

от ФИО3 - ФИО4, представителя по доверенности от 15.02.2023,

с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн- заседания) в качестве слушателя – ФИО5 в связи с истечением срока действия доверенности, выданной ФИО6,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Фирма «Синтез Н» ФИО1 на определение Арбитражного суда Красноярского края от «29» января 2024 года по делу № А33-21908/2020к259,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Юдализ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью Фирма «Синтез Н» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – должник, ООО Фирма «Синтез Н») несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 29.09.2020 (резолютивная часть объявлена в судебном заседании 22.09.2020) в отношении ООО Фирма «Синтез Н» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7.

Решением суда от 07.12.2021 (резолютивная часть объявлена в судебном заседании 30.11.2021) должник – ООО Фирма «Синтез Н» признан банкротом, в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком до 12.05.2022. Конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (далее – ФИО1).

26.12.2022 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в котором заявитель просит признать доказанным наличие оснований для привлечения участников ООО Фирма «Синтез Н» и руководителя ФИО3 (далее ФИО3), ФИО6 (далее - ФИО6) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО Фирма «Синтез Н» на основании пункта 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) за неподачу заявления о признании общества банкротом в установленный Законом срок и на

основании пунктов 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за невозможность полного погашения реестра требований кредиторов.

Определением суда от 16.06.2023 в связи с поступление сведений о введении в отношении ответчиков ФИО3 (А33-32192/2020) и ФИО6 (А33-23434/2022) процедур банкротства, к участию в деле привлечены финансовые управляющие указанных лиц – ФИО8, ФИО9, соответственно.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 29.01.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку доказательств наличия статуса контролирующего должника лица у ФИО6 по смыслу статей 9, 61.12 Закона о банкротстве, с учетом доли участия указанного лица в уставном капитале общества (5%), не представлено, оснований для привлечения её к субсидиарной ответственности не установлено.

В отношении требований, предъявленных к ФИО3, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим нарушения ФИО3 обязанности, установленной статьей 126 Закона о банкротстве, по передаче арбитражному управляющему документации должника. Из финансового анализа, на который ссылается конкурсный управляющий, следует устойчивое сохранение должником приемлемых показателей финансовой деятельности, с учетом масштаба деятельности и числа контрагентов. В силу объективных внешних обстоятельств (таких как, например, поведение дебиторов должника, ситуация пандемии COVID-19) к дате подачи заявления ООО «Юдализ» ООО Форма «Синтез Н» действительно находилось в состоянии финансового кризиса, который, однако, не носил выраженного длительного характера, планировался к устранению с даты возобновления действия невыработанных контрактов, что, в условиях введения в отношении должника процедуры наблюдения и соответствующего наступления срока исполнения обязательств перед всеми кредиторами, масштаба деятельности должника и отсутствия возможности взыскания задолженности в полном объеме с дебиторов, не было осуществлено. При указанных обстоятельствах директор должника предпринимал действия, направленные на продолжение дальнейшей хозяйственной деятельности должника, в том числе, проводил поиск новых контрагентов, расширял сферу деятельности должника. В данном случае выбор директором именно такой модели поведения укладывается в понятие обычного делового риска, не свидетельствует о намеренном сокрытии признаков неплатежеспособности должника.

Не согласившись с данным судебным актом, конкурсный управляющий ООО Фирма «Синтез Н» ФИО1 обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Красноярского края от 29.01.2024 по делу № А33-2190/2020к259 и принять новый судебный акт.

По мнению конкурсного управляющего, то обстоятельство, что конкурсному управляющему не была передана база данных бухгалтерского учета по причине её отсутствия у должника, её повреждения и невозможности восстановления, свидетельствует о ненадлежащем исполнении обязанностей по обеспечению сохранности данных бухгалтерского учета, что существенно затрудняет деятельность арбитражного управляющего, что уже образует состав вменяемого руководителю правонарушения (пункты 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Ответчиком в материалы дела не представлены доказательства и пояснения относительно того, какие меры были приняты руководителем для восстановления электронной базы данных, он только провел анализ стоимости работ по её восстановлению, но никаких активных мер по восстановлению базы данных не предпринимал, что не может свидетельствовать о добросовестности действий руководителя и являться основанием для освобождения его от ответственности.

По данным финансового состояния ООО Фирма «Синтез Н», с 21.12.2017 у должника зафиксированы неудовлетворительные показатели коэффициентов финансово-хозяйственной деятельности должника: в конце 2017 года должник имеет признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, деятельность должника, несмотря

на значительные суммы выручки и денежных оборотов по счетам, в 2017 и 2018 годах экономической целесообразности не имела и начиная с 2018 года должник объективно не имел возможности погасить имеющиеся у него обязательства, что являлось очевидным с момента формирования бухгалтерской отчетности (31.12.2017). С 01.02.2018 у руководителя и учредителя должника возникла обязанность, предусмотренная пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом. Судом первой инстанции необоснованно отклонены доводы конкурсного управляющего о наличии признаков объективного банкротства основанные на данных бухгалтерского учета, налогового отчетности и анализе финансового состояния должника.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 03.04.2024 апелляционная жалоба конкурсного управляющего ООО Фирма «Синтез Н» ФИО1 принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на 06.05.2024.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ООО Фирма «Синтез Н» ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ФИО3 отклонил доводы апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в направленном ранее отзыве на апелляционную жалобу. Полагает обжалуемое определение законным и обоснованным. По смыслу Закона о банкротстве и разъяснений, данных в Верховным Судом РФ, бывший руководитель должника отвечает только за передачу бухгалтерской документации должника и её достоверность. Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» не предусмотрено в обязательном порядке ведение бухгалтерского учета в электронном виде, достаточно обеспечить надлежащее хранение первичных учётных документов, регистров бухгалтерской отчётности и бухгалтерской отчетности, что и было сделано. ФИО3 были предприняты все разумные и зависящие от него меры, нацеленные на устранение негативных последствий утраты электронной базы бухгалтерских данных. Конкурсный управляющий не обращался в течении всего периода с даты введения конкурсного производства к бывшему руководителю ФИО3 по вопросу о полноте передачи последним тех или иных блоков документации, либо с предложением о даче каких-либо пояснений по составу переданной документации, отдельным хозяйственным фактам.

Данные финансового анализа должника интерпретированы конкурсным управляющим без учета отсутствия в отчетных периодах 2017, 2018 годов таких показателей, как совокупные активы, оборотные активы, ликвидные активы, валовая выручка, абсолютна ликвидность, которые в 2018, 2019 годах напротив возросли по сравнению с 2017 годом. Существенное ухудшение показателей предприятия «Синтез Н» имело место по итогам 2020 года на фоне масштабного пандемийного кризиса, невозможности вести привычную производственную деятельность в рамках уже заключенных контрактов, падения общей и среднемесячной выручки при сохранении обязанности выплачивать большой фонд месячной заработной платы. По итогам трех и шести месяцев 2020 года, исходя из промежуточной бухгалтерской отчетности должника, показатели компании демонстрировали приемлемые параметры, когда активы превышали пассивы. По состоянию на 20.03.2020 ПАО «Сбербанк России» приняло на себя обязательства гаранта исполнения должником своих обязательств, что мало вероятно при неплатёжеспособности принципала. Отсутствуют достаточные доказательства, возникновения объективного банкротства должника до 01.07.2020.

Представитель ФИО6 - ФИО5 допущен к участию в судебном заседании в качестве слушателя, в связи с истечением срока действия доверенности, выданной на его имя (доверенность от 20.02.2021, выданная сроком на 3 года), иная доверенность суду апелляционной инстанции предоставлена не была.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не прибыли, отзывы на апелляционную жалобу и ходатайства суду апелляционной инстанции не поступали.

Учитывая, что иные лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти»), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом РФ, с особенностями, установленными данным Федеральным законом.

Как следует из материалов дела, ООО Фирма «Синтез Н» зарегистрировано 25.01.1994 Администрацией Центрального района г. Красноярска. 18.11.2002 МИФНС № 23 по Красноярскому краю, обществу присвоен основной государственный регистрационный номер <***>. В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ основным видом деятельности ООО Фирма «Синтез Н» по коду ОКВЭД 43.29 является производство прочих строительно-монтажных работ.

Учредителями и участниками должника являются 2 физических лица:

- ФИО3, доля 532955 (95%), ИНН <***>, дата внесения записи: 27.12.2006, также являлся руководителем должника в период с 31.05.2017 по 09.12.2021;

- ФИО6, доля 28050 (5%), ИНН <***>, дата внесения записи 27.12.2006

В рамках настоящего дела конкурсный управляющий просит привлечь указанных лиц к субсидиарной ответственности:

- на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления о признании общества банкротом в установленный Законом срок;

- на основании пунктов 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за невозможность полного погашения реестра требований кредиторов. В обоснование заявления в данной части конкурсный управляющий указывает, что ему не передана электронная база данных бухгалтерского учета по причине ее отсутствия у должника, ее повреждения и невозможности восстановления, что свидетельствует о ненадлежащем исполнении обязанностей по обеспечению сохранности данных бухгалтерского учета, что существенно затрудняет деятельность арбитражного управляющего.

Оценив представленные в материалы дела документы в их совокупности, по правилам, предусмотренным статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о недоказанности установленных законом оснований для привлечения ФИО3 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО Фирма «Синтез Н».

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые

явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав). Правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, помимо прочего, правила о деликте, в том числе закрепленные в статье 1064 Гражданского кодекса РФ. Соответствующий подход сформулирован в пунктах 2, 6, 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Закон о банкротстве предусматривает два юридических состава для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника-банкрота: невозможность полного погашения требований кредиторов и неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника. В связи с этим причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов этих правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

При этом, согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу подпунктов 1, 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 1);

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника (пункт 2).

Из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, что ФИО6 не являлась руководителем ООО Фирма «Синтез Н», доля её участия в уставном капитале общества составляла 28050 (5%). Указанные обстоятельства, в виду установленной презумпции о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), свидетельствуют об отсутствии у ФИО6 достаточной степени контроля над хозяйственной деятельностью ООО Фирма «Синтез Н», которая бы позволяла её определять экономическую судьбу должника, Доказательства обратного суду апелляционной инстанции не представлены.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности факта наличия у ФИО6 статуса контролирующего должника лица, и соответственно, оснований для привлечения её к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО Фирма «Синтез Н» на основании статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве. Данный вывод суда первой инстанции фактически в апелляционной жалобе не оспорен, доводы по нему не приведены.

ФИО3 в силу исполнения обязанностей руководителя ООО Фирма «Синтез Н» и принадлежности ему 95% уставного капитала общества, относится к контролирующим должника лицам.

Однако, в силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о несостоятельности (банкротстве) неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением

должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 2 указанной статьи, размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

При этом, согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Соответственно, поскольку привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, инициирование судебного разбирательства предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств обоснованности требований конкурсного управляющего.

При этом, как следует из пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Учитывая правовую позицию, сформулированную в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 20 февраля 2016 года № 301-ЭС16-820, от 31 марта 2016 года № 309-ЭС15-16713, в пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, содержание статьи 61.12 Закона о банкротстве, направлено на предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых

были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденном президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, указано, что в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности за неподачу в суд заявления о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

По смыслу приведенных разъяснений, неподача заявления после возникновения обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если: эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника; и эти обстоятельства как внешние признаки объективного банкротства воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по

уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; при этом под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. Недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вины руководителей необходимо учитывать специфику правового статуса самих должников-организаций, особенности их функционирования в гражданском обороте.

Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчика, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов общества.

Как верно указал суд первой инстанции, из финансового анализа, на который ссылается конкурсный управляющий, следует устойчивое сохранение должником приемлемых показателей финансовой деятельности, с учетом масштаба деятельности и числа контрагентов. Падение данных показателей ниже приемлемых значений сопровождалось пандемией COVID-19, что, с учетом основного вида деятельности по производству прочих строительно-монтажных работ, повлекло объективные сложности в организации всей деятельности (например, в обособленном споре А33-21908-25/2020 имеются сведения о приостановке работ на территории ГЭС по трем договорам с 23.03.2020 до особого уведомления (документ поступил в систему «Мой арбитр» 01.12.2020).

За период с 01.08.2019 года по 31.12.2019 года подписано десять контрактов на сумму 830 млн. рублей, по состоянию на 31.12.2019 кол-во основных действующих контрактов – 52; общая сумма действующих контрактов – 3,9 млрд. рублей; из них «не освоено» – 2,5 млрд. рублей. Данные сведения конкурсным управляющим надлежащими доказательствами не опровергнуты. Материалы дела А33-21908/2020 содержат доказательства наличия у должника невыработанных контрактов и после введения процедуры наблюдения (например, АО «Богучанская ГЭС», ПАО «РусГидро»).

Согласно представленным в дело бухгалтерским балансам ООО Фирма «Синтез Н» за 2017, 2018, 2019 годы размер пассивов должника не превышал размер активов, основные средства должника наращивались, притом увеличились с 4 521 тыс. рублей в 2017 году до 33 864 тыс. рублей в 2019 году.

Более того, по состоянию на 20.03.2020 ПАО «Сбербанк России» по договору от 16.03.2020 № 8646.01-20/087 приняло на себя обязательства гаранта исполнения должником своих обязательство перед ПАО «ФГК «Русгидро».

При выдаче банковских гарантий общий порядок проверки банком контрагентов в целях определения расчетного резерва в связи с действием кредитного риска определяется Положением Банка России от 27.06.2017 № 590-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, ссудной и приравненной к ней задолженности» и Положением Банка России от 23.10.2017 № 611-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери». Указанные положения содержат примерный перечень информации для проведения анализа финансового положения контрагента, а также в части определения минимального перечня обстоятельств, свидетельствующих о возможности отсутствия у заемщиков – юридических лиц реальной деятельности или осуществления ее в незначительных объемах.

Кредитная организация в любом случае оценивает финансовое положение контрагента с целью выявления вероятности неисполнения либо ненадлежащего исполнения им договорных обязательств. При этом источники получения возможной информации о факторах риска, включая средства массовой информации и другие источники, определяются кредитной организацией самостоятельно. Обязательными же документами при оценке финансового состояния являются данные отчетности (годовая бухгалтерская отчетность, бухгалтерский баланс, отчет о финансовых результатах на

последнюю отчетную дату, данные по формам отчетности в налоговые органы, публикуемая отчетность).

С учетом вышеизложенных положений, предоставление банком гарантии за неплатежеспособного принципала носит маловероятный характер.

Как следует из представленных ответчиком документов, директором должника продолжались попытки заключать договоры с контрагентами (в том числе, в процедуре наблюдения), ожидалось возобновление исполнения по невыработанным контрактам, в соответствии с финансовой моделью деятельность должника была распланирована до 2022 года.

Следовательно суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в силу объективных внешних обстоятельств (таких как, например, поведение дебиторов должника, ситуация пандемии COVID-19) к дате подачи заявления ООО «Юдализ» ООО Форма «Синтез Н» действительно находилось в состоянии финансового кризиса, который, однако, не носил выраженного длительного характера, планировался к устранению с даты возобновления действия невыработанных контрактов, что, в условиях введения в отношении должника процедуры наблюдения и соответствующего наступления срока исполнения обязательств перед всеми кредиторами, масштаба деятельности должника и отсутствия возможности взыскания задолженности в полном объеме с дебиторов, не было осуществлено.

Признаков объективного банкротства по состоянию на 2017 года судом апелляционной инстанции из представленных в дело доказательств не установлено. О экспертизе для установления даты объективного банкротства ООО Фирма «Синтез Н» стороны не заявляли, в связи чем суд исходит из оценки представленных в дело доказательств, их которых такие признаки на спорный период не следуют. Наличие неисполненных обязательств перед одним или несколькими кредиторами само по себе не означает наличия объективного банкротства должника.

Директор должника предпринимал действия, направленные на продолжение дальнейшей хозяйственной деятельности должника, в том числе, проводил поиск новых контрагентов, расширял сферу деятельности должника. В данном случае выбор директором именно такой модели поведения укладывается в понятие обычного делового риска, не свидетельствует о намеренном сокрытии признаков неплатежеспособности должника.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно отказал в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

По смыслу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, предполагает наличие вины руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы,

например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Согласно положениям подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а также разъяснениям, приведенным в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, такая причинно-следственная связь предполагается в случае непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации руководителем должника, а также другими лицами, у которых документация фактически находится. Управляющий должен представить суду объяснения, как отсутствие документов повлияло на проведение процедур банкротства, а привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника. Упомянутая презумпция наличия причинно-следственной связи не может быть применена, если необходимая документация (информация) передана арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Вместе с тем, сторонами не оспаривается в суде апелляционной инстанции то обстоятельство, что на основании акта приема-передачи от 06.12.2021 и описям к нему № 1-9 конкурсному управляющему передана на бумажном носителе вся наличествующая с 2017 года бухгалтерская (отчетность общества, регистры бухгалтерского учета, книги покупок и продаж, кассовые книги и авансовые отчеты, документы о начислении и выплате заработной платы, ОСВ по кредиторской и дебиторской задолженности, основным средствам и запасам предприятия) и финансово-хозяйственная документация компании (договоры с поставщиками и покупателями/заказчиками, первичные учетные документы, банковские выписки и платежные документы, кадровые и производственные приказы и др.), что конкурсным управляющим не опровергнуто. Из пояснений ответчика, также не опровергнутых конкурсным управляющим, следует, что объем переданной документации – значителен, документы занимают несколько полностью занятых коробками с ними кабинетов офиса, где располагался ранее должник (офис компании на ул. Взлетная, д. 38).

Из материалов настоящего дела не следует, что после передачи документов на бумажном носителе, конкурсный управляющий ООО Фирма «Синтез Н» ФИО1 обращался к ФИО3 с требованием о передаче недостающей документации и данное требование не исполнено ответчиком. Судебное решение, установившее факт неисполнения ответчиком обязанности по передаче документов, не представлено.

В рамках настоящего дела конкурсный управляющий также не ссылался на факт отсутствия конкретных первичных документов, что препятствовало ему в проведении процедуры конкурсного производства в отношении должника.

Доводы конкурсного управляющего ООО Фирма «Синтез Н» ФИО1 о том, что ему не была передана база в электронном виде, что свидетельствует о недобросовестности ФИО3 и является основанием для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Как указано выше, субсидиарная ответственность на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве возлагается на контролирующее должника лицо в связи с неисполнением установленной законом обязанность по передаче документации о деятельности должника конкурсному управляющему.

В силу абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В абзаце втором пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Конституционным Судом Российской Федерации неоднократно отмечалось, что общеправовой принцип правовой определенности предполагает стабильность правового регулирования и исполнимость вынесенных судебных решений (постановление от 30.07.2001 № 13-П, постановление от 05.02.2007 № 2-П); судебные акты должны быть исполнимы реально и безусловно.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 22 и 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при предъявлении кредитором иска об исполнении должником обязательства в натуре суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, определяет, является ли такое исполнение объективно возможным; по смыслу пункта 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор не вправе требовать по суду от должника исполнения обязательства в натуре, если осуществление такого исполнения объективно невозможно.

Из содержания статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса РФ статьи 308.3 ГК РФ следует необходимость суда исследовать вопрос фактического нахождения всех истребуемых документов у лица, к которому предъявлено требование об их передаче. Судебный акт, обязывающий передать документы, отсутствующие у лица, не может обладать признаками исполнимости.

Вынесение неисполнимого судебного акта недопустимо, поскольку иначе он не будет соответствовать части 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса РФ и может создать угрозу необоснованного привлечения лица к ответственности за его неисполнение (в частности, в случае взыскания в пользу кредитора неустойки в соответствии со статьей 308.3 Гражданского кодекса РФ).

Таким образом, основанием для отказа в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего об истребовании является либо передача истребуемой документации, либо наличие доказательств, свидетельствующих об объективной невозможности передать документы, обязанность доказывания которых в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ возлагается на лицо, ссылающееся на данные обстоятельства.

Для удовлетворения заявленного конкурсным управляющим требования суду необходимо установить конкретный перечень истребуемых документов, а также исследовать вопрос фактического их нахождения у лица, к которому предъявлены соответствующие требования, так как судебный акт, обязывающий передать документы, отсутствующие у лица, не будет обладать признаками исполнимости (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Конкурсный управляющий, заявивший об истребовании документов, должен разумным образом обосновать свое утверждение об объективном существовании таких документов, а также наличие у бывшего руководителя должника нормативно установленной обязанности по их хранению (пункт 16 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18.01.2011 № 144 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ», статья 50 Федерального закона от

08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»).

Подобное обоснование переводит на лицо, ответственное за хранение документов и обязанное их передать во исполнение абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, бремя доказывания фактов передачи документов, их утраты и невозможности восстановления, в том числе совершения действий по истребованию документации у предыдущего руководителя либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Аналогичный правовой относительно распределении бремени доказывания изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2017 № 305-ЭС17-13674.

В ходе рассмотрения настоящего дела ответчик не отрицал, что первичные документы должника также хранились на электронной базе «1С:Предприятие», которая в июне 2021 года (уже после введения процедуры наблюдения в отношении должника) была утрачена по независящим от ответчиков причинам: в результате «скачка напряжения» произошел сбой в работе сервера, восстановить диски не удалось, в подтверждение представлены докладная записка от 23.06.2021, акты приемки работ от 03.07.2021 № 25, от 31.07.2021 № 37, выполненных ООО «Эксперт Сервис».

Доказательства того, что данная электронная база в действительности не была утрачена должником, в материалы дела не представлены. Факт поломки сервера не оспаривается.

При этом, согласно части 1 статьи 6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с настоящим Федеральным законом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

В силу части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Руководитель экономического субъекта обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено настоящей частью. Руководитель кредитной организации обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера. Руководитель экономического субъекта, который в соответствии с настоящим Федеральным законом вправе применять упрощенные способы ведения бухгалтерского учета, включая упрощенную бухгалтерскую (финансовую) отчетность, а также руководитель субъекта среднего предпринимательства, за исключением экономических субъектов, указанных в части 5 статьи 6 настоящего Федерального закона, может принять ведение бухгалтерского учета на себя (часть 3 статьи 7 Закона № 402-ФЗ).

При этом каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок (часть 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ).

Исходя из частей 1, 5 статьи 10 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ данные, содержащиеся в первичных учетных документах, подлежат регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета, формы которых утверждает руководитель экономического субъекта. При этом каждый регистр бухгалтерского учета должен содержать все обязательные реквизиты, установленные частью 4 статьи 10 Закон о бухгалтерском учете.

В силу части 6 статьи 10 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ регистр бухгалтерского учета составляется на бумажном носителе и (или) в виде электронного документа, подписанного электронной подписью. Об использовании того или иного способа ведения регистров бухгалтерского учета должно быть указано в приказе об учетной политике субъекта хозяйственной деятельности.

Следовательно, использование программного продукта для ведения бухгалтерского учета и хранения документации не является обязательным.

Как следует из пояснений ответчика, после установления невозможности восстановить поврежденную электронную базу, ФИО3 была предпринята попытка по имеющимся у предприятия документам восстановить/воссоздать все сведения в электронном виде, для чего он обратился в авторитетную компанию (ООО «БухгалТерра»), которая профессионально оказывает такие услуги. С учетом объема первичных учетных документов, которые подлежали обработке для целей занесения сведений в электронную базу, стоимость такой услуги исполнителя была заявлена в размере 23 710 000 рублей, общество же уже находилось в процедуре банкротства. В такой ситуации отказ от дополнительных затрат является разумным и не может быть поставлен в вину ответчику.

Доказательства того, что конкурсный управляющий сам, имея первичную документацию, не имеет возможности её систематизировать и создать соответствующую электронную базу, в материалы дела не представлены.

Соответственно, учитывая, что ведение бухгалтерского учета с помощью программного обеспечения не является для ответчика обязательным, а первичные документы и бухгалтерская отчётность передана конкурсному управляющему и доводы о неполноте бухгалтерских документов конкурсным управляющим не заявлялись ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанций, основания признать ФИО3 не исполнившим установленную абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность и, соответственно, подлежащим привлечению к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве в силу установленных статьей презумпций.

При изложенных обстоятельствах определение суда первой инстанции является законным и обоснованным и не подлежит отмене в виду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы судом не рассматривался, поскольку в силу подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на обжалуемое определение не облагается государственной пошлиной.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «29» января 2024 года по делу № А33-21908/2020к259 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий В.В. Радзиховская Судьи: М.Н. Инхиреева

И.В. Яковенко