Постановление от 28 декабря 2023 г. по делу № А40-285058/2022

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-65537/2023

Дело № А40-285058/22
г.Москва
28 декабря 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 декабря 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 28 декабря 2023 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи: Петровой О.О.,

судей: Сазоновой Е.А., Яниной Е.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ИП ФИО2 на решение Арбитражного суда г.Москвы от 02 августа 2023 года по делу № А40-285058/22 по иску

ИП ФИО2

к Министерству сельского хозяйства, торговли, пищевой и перерабатывающей

промышленности Оренбургской области,

ООО «РУССКОЕ СТРАХОВОЕ ОБЩЕСТВО «ЕВРОИНС»

третье лицо: СОЮЗ «ЕДИНОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ СТРАХОВЩИКОВ АГРОПРОМЫШЛЕННОГО КОМПЛЕКСА - НАЦИОНАЛЬНЫЙ СОЮЗ АГРОСТРАХОВЩИКОВ»

о признании п.4.5.6. правил страхования недействительным, солидарном взыскании с

ответчиков денежных средств в размере 16 928 596 руб. 00 коп.,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО3 по доверенности от 01.11.2023;

от ответчика: от ООО «РУССКОЕ СТРАХОВОЕ ОБЩЕСТВО «ЕВРОИНС» – ФИО4 по доверенности от 05.12.2022;

от Министерства сельского хозяйства, торговли, пищевой и перерабатывающей промышленности Оренбургской области – не явился, извещен;

от третьего лица: ФИО5 по доверенности от 01.01.2023, ФИО6 по доверенности от 01.01.2023

У С Т А Н О В И Л:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (ИП ФИО2, истец, Предприниматель) обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к Министерству сельского хозяйства, торговли, пищевой и перерабатывающей промышленности Оренбургской области (ответчик-1, Министерство), ООО «РУССКОЕ СТРАХОВОЕ ОБЩЕСТВО «ЕВРОИНС» (ответчик-2, Общество) о признании п.4.5.6. правил страхования недействительным и солидарном взыскании 16 928 596 руб. 00 коп. убытков.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле привлечен СОЮЗ «ЕДИНОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ СТРАХОВЩИКОВ АГРОПРОМЫШЛЕННОГО КОМПЛЕКСА - НАЦИОНАЛЬНЫЙ СОЮЗ АГРОСТРАХОВЩИКОВ».

Решением Арбитражного суда г.Москвы от 02 августа 2023 года по делу № А40-285058/22 в удовлетворении иска отказано полностью.

Истец обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на вышеуказанное решение, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и принять новый судебный акт об удовлетворении иска в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы истец указывает на неполное выяснение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела и представленным доказательствам; на недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными; а также на нарушение судом норм материального и процессуального права.

В судебном заседании представитель истца на удовлетворении апелляционной жалобы настаивал, просил решение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

Представители ответчика-2, третьего лица против удовлетворения апелляционной жалобы возражали, просили оставить обжалуемое решение без изменения.

Ответчик-1, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы (в том числе, с учетом правил п.п. 4 - 15 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.02.2011 № 12), явку представителя в судебное заседание не обеспечил, ввиду чего жалоба рассмотрена в порядке ч.5 ст.156, ст.266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в его отсутствие.

В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции ИП ФИО2 заявлено ходатайство о назначении по делу экспертизы, в котором просил поставить перед экспертом следующие вопросы:

- определить начало вегетации посевов страхования на всей застрахованной площади;

- в зависимости от начала вегетации, с учетом п.4.5.6 правил страхования, определить дату, с которой события, предусмотренные договором страхования, стали оказывать негативное воздействие на посевы до начала периода страхования 23.06.2021;

- определить момент гибели (полной, частичной) урожая;

- определить момент уменьшения (недобора) урожая;

- определить причины гибели, уменьшения (недобора) урожая;

- определить объем гибели (полной, частичной) в результате событий до 23.06.2021, в результате событий после 23.06.2021;

- определить объем потерь (недобора) урожая, в результате событий до 23.06.2021, в результате событий после 23.06.2021.

В соответствии с ч.2 ст.268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него.

Согласно п.29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2020 года №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» к числу уважительных причин является необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайства лица, участвующего в деле о назначении судебной экспертизы.

Судом апелляционной инстанции установлено, что вопросы, которые сформулированы истцом в ходатайствах о назначении судебной экспертизы, поданных в суды первой и апелляционной инстанций, различны. Более того, вопросы, указанные в поданных в суды первой и апелляционной инстанции ходатайствах, направлены на установление различных обстоятельств.

Согласно части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью. Необходимость разъяснения вопросов, возникающих при рассмотрении дела и требующих специальных познаний, определяется судом, разрешающим данный вопрос.

Определяя необходимость назначения той или иной экспертизы, суд исходит из предмета заявленных исковых требований и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках этих требований.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем Постановлении от 09 марта 2011 года № 13765/10 разъяснил, что судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

Если необходимость или возможность проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы.

Отказывая в удовлетворении ходатайства истца о назначении судебной экспертизы, апелляционный суд также принимает во внимание фактические обстоятельства настоящего спора и исходит из того, что назначение экспертизы по указанным истцом вопросам не может повлиять на установление существенных обстоятельств, имеющих значение для настоящего дела.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении ходатайства истца о назначении судебной экспертизы.

Законность и обоснованность принятого решения суда первой инстанции проверены на основании статей 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив правильность применения норм материального и процессуального права, соответствие выводов Арбитражного суда города Москвы фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследовав материалы дела, Девятый арбитражный апелляционный суд считает решение Арбитражного суда города Москвы подлежащим оставлению без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения в силу следующего.

Как усматривается из материалов дела, 31.05.2021 между истцом и ООО «Русское страховое общество «Евроинс» заключен договор №ОРБ01/21/СХ-У№2203955.

В соответствии с вышеуказанным договором ответчик-2 обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре страхования события (страхового случая) выплатить потерпевшим лицам (выгодоприобретателям) страховое возмещение в пределах определенной договором страхования страховой суммы.

В соответствии с п.2.4 договора страхование осуществляется на случай утраты (гибели) урожая сельскохозяйственной культуры в результате воздействия следующих событий: атмосферная засуха, почвенная засуха, суховей.

В силу п.2.4.2 договора событие считается состоявшимся, если оно полностью соответствует критериям для данного события, указанным в приложении № 3 к договору страхования, и произошло в период страхования.

Как указал истец, 23.06.2021 им в полном объеме оплачен первый страховой взнос (платежное поручение № 69 от 23.06.2021 – 429 081 руб. 35 коп.). Следовательно, период страхования начался с 23.06.2021. Возмещению подлежит недобор урожая, возникший в связи со страховыми событиями, которые имели место с 23.06.2021.

Исковые требования Предпринимателя мотивированы тем, что в период вегетации данных культур произошли опасные природные явления – засуха атмосферная, засуха почвенная. В результате воздействия данных явлений произошел недобор урожая застрахованных культур. При этом, согласно расчету истца, размер вреда, причиненного урожаю сельскохозяйственных культур в результате засухи, составил 16 928 596 руб. 00коп.

При этом истец ссылается на представленные в материалы дела справки Оренбургского ЦГМС, из которых следует, что в период действия договора страхования на территории Кваркенского района Оренбургской области наблюдались такие явления, как суховей и засуха атмосферная.

Отказ ответчика в выплате страхового возмещения, послужил основанием для обращения истца в суд с подлежавшими рассмотрению в рамках настоящего дела требованиями о взыскании страхового возмещения в обозначенной выше сумме.

Также истцом заявлено требование о признании недействительным п.4.5.6 Правил страхования. В обоснование данного требования Предприниматель ссылается на то, что данный пункт Правил страхования делает договор неисполнимым и противоречит публичному порядку.

Согласно условиям п.4.5.6 Правил страхования не относятся к страховым случаям, и выплата страхового возмещения не производится в случае гибели урожая в результате событий: наступивших до начала периода страхования; начавшихся до начала периода страхования, а с момента начала события до начала периода страхования прошло более 25 % от установленной в договоре страховании продолжительности (для применения указанного положения необходима фиксация до начала периода страхования 8 и более дней атмосферной засухи, от 1 дня суховея).

При этом событие считается наступившим, если были достигнуты необходимые критерии независимо от того, продолжалось ли событие после достижения критериев и начала периода страхования.

Как указал истец, оспариваемый пункт Правил страхования противоречит Федеральному закону от 25.07.2011 № 260-ФЗ «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования и о внесении изменений в Федеральный закон «О развитии сельского хозяйства» (далее – Закон № 260-ФЗ).

Отказывая в удовлетворении исковых требований в части признания недействительным пункта 4.5.6 Правил страхования, суд первой инстанции обоснованно исходил из необоснованности позиции истца, согласно которой оспариваемый пункт Правил страхования посягает на публичные интересы и противоречит публичному порядку.

Противоречие закону в силу п.1 ст.168 ГК РФ является признаком оспоримой сделки. Для квалификации сделки как ничтожной заявитель должен доказать посягательство на публичные интересы (п.2 ст.168 ГК РФ).

В силу п.75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применительно к ст.ст. 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды.

Противоречие публичным интересам, по мнению истца, выражается в том, что не были достигнуты цели государственной политики в результате заключения договора страхования.

В то же время, как правильно указал суд первой инстанции в обжалуемом решении, из положений Закона №260-ФЗ, государственная поддержка в сфере сельскохозяйственного страхования при осуществлении страховой защиты заключается в субсидировании части страховой премии по договорам сельскохозяйственного страхования. Материалами настоящего дела подтверждается, что истцу была предоставлена государственная поддержка в виде оплаты второго страхового взноса по договору страхования.

Согласно п.75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

Более того, как правильно учитывал суд первой инстанции, ответчик-2 утвердил Правила страхования в редакции, принятой Национальным союзом агростраховщиков, и утвержденной Банком России, Министерством сельского хозяйства РФ, Министерством финансов РФ.

Правила страхования приняты Национальным союзом агростраховщиков в рамках его компетенции, установленной Законом № 260-ФЗ.

Также, вопреки доводам апеллянта, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что условия п.2.8., п.5.2.1 договора страхования, п.4.3, п.4.5.6 Правил страхования, предусматривающие начало страхования с момента оплаты страховой премии, не противоречат положениям Закона №260-ФЗ. Более того, аналогичный порядок предусмотрен ст.957 ГК РФ.

При этом, учитывая, что истцом не доказано противоречие п.4.5.6 Правил страхования публичным интересам, требования истца о признании недействительным пункта 4.5.6 Правил страхования следует квалифицировать как требование о признании недействительной оспоримой, а не ничтожной сделки, в силу положений п.1 ст.168 ГК РФ.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела ответчиком-2 заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о признании указанного пункта Правил страхования недействительным.

Согласно п.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. При этом срок исковой давности начинает течь с момента, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основаниями для признания сделки недействительной.

Как верно установил суд первой инстанции, об оспариваемом условии Правил страхования истец узнал на момент заключения Договора страхования – 31.05.2021. Соответственно, на момент подписания договора страхования истцу должны были стать известны обстоятельства, которые он заявляет в качестве основания его недействительности.

Таким образом, срок исковой давности истек 31.05.2022.

В суд с исковыми требованиями ИП ФИО2 обратился 08.08.2022, то есть за пределами срока исковой давности.

В силу п.2 ст.199 ГК РФ истечение срока исковой давности является дополнительным и самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований истца о признании п.4.5.6. правил страхования недействительным.

Следовательно, в удовлетворении исковых требований в соответствующей части было отказано правомерно.

Также апелляционный суд поддерживает вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований о солидарном взыскании с ответчиков 16 928 596 руб. 00 коп. убытков.

В силу ст.929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В порядке п.1 ст.930 ГК РФ имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества.

Пунктом 4 статьи 931 ГК РФ предусмотрено, что в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Подпунктом 2 пункта 1 статьи 942 ГК РФ установлено, что при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая).

Статьи 961, 963 и 964 ГК РФ указывают обстоятельства, которые при наступившем страховом случае позволяют страховщику отказать в страховой выплате либо освобождают его от страховой выплаты. По общему правилу эти обстоятельства носят чрезвычайный характер или зависят от действий страхователя, способствовавших наступлению страхового случая.

В соответствии со ст.9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 №4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Таким образом, обязанность страховщика выплатить страховое возмещение возникает при наступлении предусмотренного в договоре и согласованного сторонами события. Составляющими страхового случая как такового являются только факт возникновения опасности, от которой производится страхование, факт причинения вреда и причинно-следственная связь между ними.

В данном случае суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что истцом не представлено доказательств исполнения обязанности по уведомлению ответчика-2 о дате определения уборки урожая и дате определения урожайности на корню, что является основанием для отказа в выплате страхового возмещения в силу пунктов 4.5.5, 8.5.7 Правил страхования.

Как верно установил суд первой инстанции, размер убытка по настоящему делу нельзя достоверно определить на основании п.9.3 Правил страхования.

Источником информации о размере убранного урожая для расчета убытка по условиям п.9.3 правил страхования может быть только форма 2-фермер (29-СХ).

Однако представленная в материалы дела форма 2-фермер не может быть признана относимым и допустимым доказательством, подтверждающим размер убытков истца, поскольку данный документ противоречит первичным документам истца (книгам учета зерна, реестрам приема зерна за 2021 год).

Так, согласно реестрам приема зерна за 2021 год истец собрал урожай массой 2 732 ц.

По данным статистики за 2021 год урожай истца в первоначально оприходованном весе составил 2 154 ц.

Таким образом, как верно указал суд в обжалуемом решении, несоответствие сведений о сборе урожая застрахованной культуры в статистических данных сведениям из реестров приема зерна свидетельствует о невозможности использовать форму 2-фермер ввиду недостоверности.

Учитывая, что истцом не представлены допустимые доказательства утраты урожая, отсутствует обязательный элемент юридического состава страхового случая по смыслу п.4.3 Правил страхования. Таким образом, в отсутствие допустимых доказательств утраты урожая невозможно прийти к выводу о возникновении у ответчика обязанности возместить утрату урожая.

Более того, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что истец не уведомлял ответчика-2 о дате уборки урожая, дате определения урожайности на корню, что является основанием для отказа в выплате страхового возмещения на основании п.4.5.5, п.8.5.7 Правил страхования.

Согласно п.8.5.7 Правил страхования страхователь обязан не позднее, чем за 10 дней до начала уборочных работ письменно известить об уборке урожая с целью определения урожайности на корню. При этом все письменные сообщения направляются способом, позволяющим зафиксировать факт и дату отправки сообщения, в том числе по почте с уведомлением о вручении, факсимильной связи, телеграммой и т.п. (п.7.3.4 Правил страхования).

В силу п.9.3.1 правил страхования для расчета убытка также необходимо определение урожайности – нетто (урожайности на корню). Урожайность на корню определяется перед началом своевременной уборки урожая сельскохозяйственной культуры на территории страхования с участием страховщика методом отбора проб или методом прямого комбайнирования. Актов обследования культур (в том числе определения урожайности на корню), составленных с участием представителей страховщика, в материалах дела нет.

При отсутствии акта обследования сельскохозяйственных культур (в том числе определения урожайности на корню) или при его составлении страхователем с третьими лицами без участия представителей страховщика, если на то не было получено письменное согласие страховщика, сведения о сборе урожая сельскохозяйственных культур по форме статистической отчетности № 29-СХ (№ 2-фермер) не служат основанием для расчета убытка в соответствии с разделом 9 Правил страхования (п.9.8 Правил страхования).

В результате нарушения страхователем обязанности, предусмотренной п.8.5.7 Правил страхования, для расчета размера убытка не может быть учтена информация, содержащаяся в представленной истцом форме 29-сх (Сведения о сборе урожая сельскохозяйственных культур) за 2021 год.

Как верно установил суд первой инстанции, информация о событиях, на которые ссылается истец в обоснование доводов о наступлении страхового случая, в адрес ответчика-2 направлена лишь в 2022 года, то есть после уборки урожая на территории страхования.

При этом ссылки истца на представленные им в материалы дела в обоснование уведомления ответчика-2 об уборке урожая доказательства судом первой инстанции также отклонены правомерно.

Представленное истцом письмо от 07.07.2021 о чрезвычайном положении, введенном губернатором Оренбургской области, не содержит информации о дате уборки урожая (определении урожайности). Более того, ответчику данное письмо не направлялось. Реквизит, который истец выдает за отметку о получении письма, также не подтверждает дату получения письма. Из данной отметки не представляется возможным установить, кем оно было получено – отсутствует должность и ФИО принявшего лица.

Письмо от 29.07.2021 также не подтверждает уведомление об уборке урожая. Реквизит, который истец выдает за отметку о получении письма, также не подтверждает дату получения письма. Из данной отметки не представляется возможным установить, кем оно было получено – отсутствует должность и ФИО принявшего лица.

Акт контрольного обмолота № 1 от 07-10.08.2021 не подписан представителем страховщика. В составе комиссии указан представитель страховщика, однако акт составлен в отсутствие данного лица.

Кроме того, акт контрольного обмолота является недостоверным доказательством по смыслу ч.3 ст.71 АПК РФ, поскольку противоречит акту обследования № 21 от 19.07.2021. В Акте обследования № 21 от 19.07.2021 указано, что посевы яровой пшеницы погибли на площади 540 га (поля № 1 и № 2). Однако в акте контрольного обмолота указано, что определение урожайности производилось, в том числе, на полях, где урожай полностью погиб. Также в акте контрольного обмолота указано, что обследование производилось на площади 1 720 га. При этом территория страхования составляет 1770 га.

С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно применил п.4.5.5 Правил страхования, в соответствии с которым не подлежит возмещению недобор урожая в случае неисполнения страхователем обязанности по уведомлению об уборке урожая.

При этом в отсутствие в материалах дела подписанных со стороны ответчика актов обследования посевов (в том числе определения урожайности на корню), в отсутствие надлежащих уведомлений о начале уборки, дате определения урожайности истцом также не исполнена обязанность, предусмотренная п.8.5.5 правил страхования.

Также, отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что гибель урожая истца произошла в связи с наступлением событий, не являющихся страховыми случаями.

Как справедливо установил суд первой инстанции, засуха атмосферная с 09.05.2021 по 23.06.2021 не является страховым событием по условиям п.4.4, п.4.5.6 Правил страхования, поскольку полностью состоялась и достигла необходимых критериев до начала периода страхования.

При этом, отклоняя доводы истца, касающиеся даты начала действия периода страхования, суд первой инстанции обоснованно отклонил ссылку истца на представленный им протокол осмотра доказательств от 22.06.2023. Данный протокол составлен в целях обоснования невозможности оплатить первый страховой взнос в полном объеме до 23.06.2023.

Однако, как верно указал суд первой инстанции, причина оплаты либо неоплаты страховой премии в ту или иную дату не имеет правового значения для настоящего спора. Правовое значение имеют лишь сам факт оплаты и дата оплаты первого страхового взноса в полном объеме. Именно страхователь несет риск по исполнению обязанности об оплате премии.

Ссылка истца на материалы переписки, осмотр которой произведен нотариусом, также отклонена судом первой инстанции обоснованно, как не имеющая правового значения для дела.

Так, сторонами договора страхования не было согласовано направление юридически значимых уведомлений по каким-либо адресам электронной почты. По общему правилу юридически значимое сообщение, адресованное юридическому лицу, направляется по адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц, либо по адресу, указанному самим юридическим лицом (п.3 ст.54, п.2 ст.165.1 ГК РФ, п.63 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25).

Таким образом, является правильным вывод суда первой инстанции о том, что ответственность страховщика (начало страхования, начало периода страхования) следует считать с 23.06.2021.

Также суд первой инстанции обоснованно констатировал, что не является страховым событием согласно п.4.4 Правил страхования засуха атмосферная с 24.07.2021 по 31.08.2021, поскольку до даты созревания (05.08.2021) прошло менее 30 дней. Данное явление не достигло параметров страхового события по критерию продолжительности.

Вопреки утверждению истца, суховеи не соответствуют критериям страхового события, установленным Договором страхования.

Как следует из экспертного заключения ООО «АНЭ «ОцЭкс» № 04-907-23 от 03.04.2023 суховеи с 10.06.2021 по 17.06.2021, с 20.06.2021 по 24.06.2021, с 01.07.2021 по 04.07.2021 с учетом сроков сева яровой пшеницы наблюдались не в период цветения, налива, созревания. Влияние данные явления не оказали на застрахованную культуру в силу несоответствия критерию – «наблюдение в критическую фазу развития – цветение, налив, созревание».

Доводы истца об отсутствии влияния атмосферной засухи, полностью наблюдавшейся до начала периода страхования, опровергаются материалами дела, а именно актом обследования № 21 от 19.07.2021, заключением ООО «АНЭ «ОцЭкс» № 04-907-23 от 03.04.2023.

В то же время судом первой инстанции обоснованно отклонена ссылка истца на Заключение ФИО7 от 22.04.2023, поскольку указанное Заключение не опровергает влияние атмосферной засухи. Суд первой инстанции обоснованно учитывал, что эксперт руководствовался актом обследования всхожести № 1 от 01-03 июня 2021, составленным без участия ответчика и не подписанным представителем ответчика. Состояние посевов в указанном акте фиксировалось за период с 01 по 03 июня 2021 года, а атмосферная засуха наблюдалась до 23.06.2021.

Кроме того, Заключение ФИО8 о продолжительности и влиянии атмосферной засухи с 22.06.2021 по 23.06.2021 прямо противоречит условиям договора страхования и положению о порядке действий учреждений и организаций при угрозе возникновения и возникновении опасных природных явлений, утвержденному Росгидромет 25.08.2008 (52.88.699-2008).

Ссылка истца на заключение Кафтана Ю.В. судом первой инстанции также правомерно отклонена, с учетом противоречия данного заключения договору страхования и руководящим документам Росгидромета.

Соответственно, истцом произведен расчет страхового возмещения без учета количественных потерь, подлежащих вычету по условиям п.9.3.1 Правил страхования: с площади, на которой урожай погиб в результате событий, не предусмотренных договором страхования (Рп3); в результате событий, не предусмотренных договором страхования или произошедших вне периода страхования (Рп4).

Принимая во внимание изложенное, оснований для взыскания с ответчиков страхового возмещения не имелось, в связи с чем суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении исковых требований о взыскании с ответчиков солидарно 16 928 596 руб. 00 коп. убытков.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения Арбитражного суда города Москвы в обжалуемой части.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

На основании вышеизложенного, и руководствуясь ст.ст. 266-268, п. 1 ст. 269, ст. 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Ходатайство ИП ФИО2 о назначении экспертизы отклонить.

Решение Арбитражного суда г.Москвы от 02 августа 2023 года по делу № А40-285058/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судьяО.О. Петрова

СудьиЕ.А. Сазонова

Е.Н. Янина