Постановление от 13 февраля 2024 г. по делу № А07-22164/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000, http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


№ Ф09-10227/22

Екатеринбург

13 февраля 2024 г.


Дело № А07-22164/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 февраля 2024 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Морозова Д.Н.,

судей Шершон Н.В., Кудиновой Ю.В.,

при ведении протокола помощником судьи Шыырапом Б.А. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 и ФИО2 на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023 по делу № А07-22164/2019 Арбитражного суда Республики Башкортостан.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители

в зале судебного заседания Арбитражного суда Уральского округа:

ФИО3 – по доверенности, выданной ФИО4 14.09.2021;

путем использования системы веб-конференции:

ФИО5 – по доверенностям, выданным ФИО1 20.09.2022, ФИО2 – 10.09.2019.


Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 08.08.2019 принято к производству суда заявление ФИО2 и ФИО1 о признании ФИО6 (далее – должник) банкротом.

Определением суда от 06.02.2020 заявление кредиторов признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Решением суда от 17.12.2020 (резолютивная часть от 03.12.2020) ФИО6 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7

Финансовый управляющий ФИО7 обратился в суд с заявлением о признании договора купли-продажи квартиры от 24.11.2020, заключенного между ФИО4 (далее – ответчик), с одной стороны, и ФИО8 и ФИО9, с другой стороны, недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде признания за должником права собственности на квартиру.

Определением суда от 28.05.2021 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего, новым финансовым управляющим утвержден ФИО10.

Определением суда от 26.05.2022 ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего. Новым финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО11 (определение суда от 17.06.2022).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.05.2023 заявление удовлетворено; договор купли-продажи от 24.11.2020 признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде признания за должником права собственности на квартиру площадью 33,1 кв.м., с кадастровым номером 78:40:0847101:5059, расположенную по адресу: <...>, лит. А, кв.* (далее – спорная квартира).

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023 определение суда от 26.05.2023 отменено; в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 и ФИО2 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просят постановление суда от 04.10.2023 отменить, оставить в силе определение суда от 26.05.2023.

В кассационной жалобе кредиторы ссылаются на необоснованность выводов суда о приобретении спорной квартиры за счет собственных доходов ответчика, поскольку они основаны на предположении, без документального подтверждения. Напротив, кредиторами доказано, что ответчик получал заработную плату в размере 25 000 руб. и алименты на содержание несовершеннолетней дочери в размере 15 000 руб. ежемесячно, тогда как лишь за 2020 год ФИО4 выплачены дивиденды обществом с ограниченной ответственностью «Ребус» (далее – общества «Ребус») на сумму 7 379 600 руб.

Кассаторы выражают несогласие с выводом суда об избрании ненадлежащего способа защиты права. Заявители отмечают, что суд не учел возможность взыскания безосновательно полученных ответчиком от общества «Ребус» дивидендов путем оспаривания совершенных за счет должника сделок.

Кроме того, ФИО2 и ФИО1 указывают на ошибочность вывода суда о том, что оспариваемая квартира может являться для ответчика и ее совместной с должником дочери единственным пригодным для постоянного проживания жилым помещением. В обоснование довода кредиторы отмечают, что вывод носит предположительный характер, сделан без исследования соответствующих обстоятельств, кроме того, противоречит правовой позиции, согласно которой исполнительский иммунитет не может распространяться на квартиру, в которой должник не проживал (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2021 № 307-ЭС21-8025). Вдобавок, кредиторы обращают внимание на то, что ФИО4 22.03.2017 расторгла брак с должником, в связи с чем бывший супруг в силу части 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не относится к членам семьи должника.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ответчика против заявленных доводов кассационной жалобы возражает, просит оставить оспариваемый судебный акт без изменения, считает постановление суда апелляционной инстанции законным и обоснованным.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 21.12.2023 судебное разбирательство по кассационной жалобе откладывалось на 06.02.2024 для целей предоставления сторонам возможности урегулировать спор миром.

Законность обжалуемого судебного акта проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 06.09.2003 между ФИО6 и ФИО4 заключен брак.

У супругов имеется совместный ребенок ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 27.12.2013 № 33-14444/2013 с ФИО6 в пользу ФИО1 взыскана задолженность в размере 995 066 руб., образовавшаяся ввиду неисполнения договора займа от 28.09.2009.

09.09.2011 между ФИО6 и ФИО4 заключен брачный договор, согласно которому супруги изменили законный режим имущества, установив, что имущество, нажитое супругами в период брака, принадлежит тому супругу, на которого оно оформлено либо зарегистрировано.

В последующем решением Кировского районного суда г.Уфы Республики Башкортостан от 11.02.2016 с ФИО6 в пользу ФИО2 взыскано 4 027 200 руб., переданных после 05.09.2014.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.02.2020 по настоящему делу в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО6 включены требования ФИО2 в размере 3 912 853,84 руб., ФИО1 в размере 967 101,32 руб.

По состоянию на 01.02.2016 ФИО6 принадлежали доли в размере 100% в уставных капиталах обществ с ограниченной ответственностью «Ребус», «Гражданпроект-Мастерская 5», «Лизинговая корпорация «Энергоресурсосбережение».

Решением единственного участника общества «Гражданпроект-Мастерская 5» ФИО6 принял в состав участников названного общества свою супругу ФИО4, уменьшив тем самым принадлежащую ему долю в уставном капитале со 100% до 50%.

Далее, 04.07.2016 должник осуществил несколько сделок по отчуждению своих активов, а именно: 50% оставшейся доли в уставном капитале общества «Гражданпроект-Мастерская 5» продал ФИО12 и ФИО13 (по 25% каждому); 100% доли в уставном капитале общества «Лизинговая корпорация «Энергоресурсосбережение» реализовал ФИО14 По утверждению финансового управляющего и кредиторов, указанные лица не являются независимыми приобретателями, фактически супруги сохранили контроль над данными активами.

В этот же день, 04.07.2016, единственным участником общества «Ребус» ФИО6 принято решение об увеличении уставного капитала за счет внесения его супругой – ФИО4 дополнительного вклада в размере 30 000 руб., вследствие чего доля ФИО6 в уставном капитале общества уменьшилась до 25%; доля ФИО4 в уставном капитале общества «Ребус» составила 75%.

Решением мирового судьи судебного участка № 6 по Кировскому району г. Уфы от 19.07.2017 по делу № 2-577/2017 брак между ФИО6 и ФИО4 расторгнут (т. 1, л.д. 101); свидетельство о расторжении брака выдано 13.09.2017 (т. 1, л.д. 64).

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2022 по настоящему делу, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 07.02.2023, решение единственного участника общества «Ребус» - ФИО6 от 04.07.2016 об увеличении уставного капитала общества за счет внесения ФИО4 дополнительного вклада в размере 30 000 руб. признано недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО4 на 75% доли в уставном капитале общества, восстановления права собственности ФИО6 на 75% доли в уставном капитале общества «Ребус», восстановления размера уставного капитала общества «Ребус» до 10 000 руб. и возложения на общество «Ребус» обязанности по возврату ФИО4 денежных средств в сумме 30 000 руб., уплаченных в качестве вклада в уставный капитал. Также признан недействительным договор купли-продажи доли в уставном капитале общества «Ребус» от 11.12.2018, заключенный между ФИО6 и ФИО4, применены последствия недействительности сделки путем прекращения права собственности ФИО4 на 25% доли в уставном капитале общества «Ребус» и восстановления права собственности ФИО6 на 25% доли в уставном капитале общества «Ребус».

При этом суд апелляционной инстанции исходил из того, что решение единственного участника общества «Ребус» ФИО6 от 04.07.2016 об увеличении уставного капитала за счет внесения ФИО4 дополнительного вклада в размере 30 000 руб. наряду с иными сделками, опосредующими незаконные действия должника по выводу активов, обладает признаками недействительности, предусмотренными статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а договор купли-продажи от 11.12.2018, по которому ФИО4 приобрела у ФИО6 оставшиеся 25% доли в уставном капитале общества «Ребус» за 169 500 руб., заключен на нерыночных условиях и является недействительным по пункту 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В 2020 году обществом «Ребус» произведены выплаты дивидендов ФИО4 в общей сумме 7 379 600 руб. Так, 24.04.2020 выплачено ФИО4 3 700 000 руб., 29.05.2020 – 1 150 000 руб., 18.09.2020 – 575 000 руб., 12.11.2020 – 804 600 руб., 25.12.2020 – 1 150 000 руб. (справка общества «Ребус» от 26.11.2021 № 11/1; т. 1, л.д. 67).

Возможность выплаты дивидендов в соответствующих размерах подтверждена налоговым органом, обладающим сведениями о бухгалтерской отчетности общества, в соответствии с которыми сумма прибыли общества «Ребус» за вычетом расходов и налогов составила за 2018 г. 729 000 руб., за 2019 г. – 1 434 000 руб., за 2020 г. – 9 221 000 руб. (т. 1, л.д. 92).

Как указывалось ранее, 24.11.2020 между ФИО4 (покупатель), с одной стороны, и ФИО8 и ФИО9 (продавцы), с другой стороны, заключен договор купли-продажи спорной квартиры (т. 1, л.д. 170).

Договор купли-продажи от 24.11.2020 зарегистрирован Росреестром 08.12.2020, номер регистрации: 78:40:0847101:5059-12/060/2020-3.

Стоимость квартиры по условиям договора определена в размере 3 550 000 руб., денежные средства в данной сумме переданы ФИО4 продавцам по расписке от 19.12.2020 (т. 1, л.д. 172).

Ссылаясь на то, что спорная квартира приобреталась за счет незаконно выплаченных дивидендов от деятельности общества «Ребус», то есть, за счет должника, который фактически осуществил финансирование ее приобретения, в связи с чем покупка ответчиком квартиры является притворной сделкой, прикрывающей покупку имущества в собственность ФИО6, 05.02.2021 финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании договора купли-продажи от 24.11.2020 недействительным.

Возражая против заявленных требований, ответчик указал на ненадлежащий способ защиты права, поскольку рассматриваемый спор относится к иной категории споров – корпоративных, в связи с чем субъектный состав спора определен неверно, требования изложены некорректно, спор не подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции учел выводы, изложенные в постановлении апелляционного суда от 01.11.2022 по обособленному спору об оспаривании сделок и корпоративных решений общества «Ребус» в рамках настоящего дела, исходил из заинтересованности ФИО4 по отношению к должнику, ничтожности сделок по выплате дивидендов обществом «Ребус» и того, что оспариваемый договор купли-продажи заключен и исполнен после введения в отношении ФИО6 процедуры реструктуризации долгов гражданина.

Отклоняя довод ответчика о ненадлежащем способе защиты права, суд отметил, что финансовым управляющим доказана взаимосвязь между совершенными должником и его бывшей супругой действиями, направленными на вывод имущества из конкурсной массы, а именно – долей в уставных капиталах нескольких обществ с ограниченной ответственностью, затем денежных средств указанных обществ под видом выплаты дивидендов, а в последующем путем покупки ФИО4 на указанные средства на свое имя движимого и недвижимого имущества, и причиненным вредом имущественным правам кредиторов, что не противоречит положениями главы III.1 Закона о банкротстве. Более того, спор относительно принадлежности доли в уставном капитале общества «Ребус» разрешен, тогда как вопрос о причинении убытков (ущерба) обществу «Ребус» не рассматривался, поскольку предметом настоящего спора является не нарушение прав названного общества, необоснованность получения и использования дивидендов ответчиком (что являлось бы корпоративным спором), а последующие недобросовестные действия должника и ответчика, то есть иные определенные законодательством о банкротстве юридические факты, которые могут быть оспорены в деле о банкротстве по правилам о конкурсном оспаривании сделок.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, а также доводы и возражения участвующих в обособленном споре лиц, суд пришел к выводу, что фактически между ФИО6 и ФИО4 имела место сделка, совершенная после введения в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина и направленная на дальнейшую легализацию денежных средств общества «Ребус», причитающихся должнику (дивидендов), путем использования механизма приобретения недвижимого имущества за счет должника заинтересованным по отношению к нему лицом (бывшей супругой) на свое имя, с целью исключения возможности обращения на них взыскания со стороны кредиторов должника.

Повторно рассмотрев спор, суд апелляционной инстанции с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего, в частности, квалификацией сделки как совершенной другим лицом за счет должника, не согласился. Отказывая в удовлетворении требований, суд апелляционный суд исходил из следующего.

Посредством заключения оспариваемого договора купли-продажи ФИО4 спустя более чем пять лет после расторжения брака с ФИО6 приобрела в свою собственность жилое помещение у сторонних лиц, владеющих им на законных основаниях. Должник при этом стороной данной сделки не являлся. Суд также принял во внимание отсутствие доказательств фактического сохранения брачных отношений между должником и ФИО4 после расторжения брака в 2017 г. (фиктивности его расторжения), а также факт регистрации ответчика по месту жительства с марта 2021 г. непосредственно по адресу нахождения спорной квартиры.

Определяя источник приобретения ответчиком имущества, суд отметил, что помимо полученных ФИО4 как участником общества «Ребус» дивидендов у нее имелись иные источники дохода – заработная плата, алименты на содержание несовершеннолетней дочери – в связи с чем судом сделан вывод, что соответствующие денежные средства также могли быть направлены на приобретение спорной квартиры.

Кроме того, суд пришел к выводу, что признание недействительными сделок, в результате которых ФИО4 приобрела статус участника общества «Ребус», может свидетельствовать только о получении ею в определенный период неосновательного обогащения за счет должника, которому такие выплаты в отсутствие соответствующих сделок причитались бы (пункт 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации), учитывая, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, сумма выплаченных ФИО4 дивидендов является рядовой дебиторской задолженностью, подлежащей взысканию с бывшей супруги в пользу должника в общем порядке по правилам главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом дополнительно отмечено, что при применении последствий недействительности сделок в виде признания права собственности на жилое помещение за должником суд первой инстанции не исследовал вопрос о наличии (отсутствии) у ответчика и ее совместной с должником дочери иных жилых помещений, не проверив распространение исполнительского иммунитета на спорную квартиру.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для признания договора купли-продажи спорной квартиры от 24.11.2020 недействительной сделкой.

Между тем судом апелляционной инстанции не учтено следующее.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена (пункты 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с нормами статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Из материалов обособленного спора следует, что лица, участвующие в нем, в том числе ФИО4 (т. 1, л.д. 63), не оспаривали факт приобретения спорной квартиры главным образом на средства, полученные от общества «Ребус» в качестве дивидендов. Таким образом, ключевой вывод суда апелляционной инстанции о возможном приобретении ФИО4 спорной квартиры за счет иных доходов не основан на материалах дела, в которых также имеются документы, содержащие сведения о размере полученной ответчиком заработной платы от трудовой деятельности в обществе «Ребус» в качестве работника в должности «оценщик» и полученных от названного общества средств в качестве дивидендов за 2019-2020 г. (т. 1, л.д. 118-119). Судом апелляционной инстанции выводов на основе имеющейся доказательственной базы по спору, опровергающих соответствующие доводы финансового управляющего, с которыми согласился суд первой инстанции, не сделано.

Кроме того, вывод суда о том, что надлежащим способом защиты права сообщества конкурсных кредиторов является иск к ФИО4 о возврате незаконно выплаченных ей обществом «Ребус» дивидендов по правилам главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, неверен. Являясь профессиональным антикризисным менеджером в деле о банкротстве, финансовый управляющий, выступая представителем указанного сообщества, не ограничен в выборе того или иного способа защиты нарушенных прав должника и его конкурсных кредиторов. Применительно к каждой конкретной ситуации он вправе действовать самостоятельно для целей наиболее эффективного способа возврата имущества должника в конкурсную массу.

В частности, в данном деле судом первой инстанции установлена прямая и непосредственная связь между первой группой сделок (по выводу должником на ФИО4 принадлежащего ему актива в виде 100% доли в уставном капитале общества «Ребус»), признанных недействительными постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2022 по настоящему делу, и второй группой сделок, оспариваемых в рамках отдельного обособленного спора.

В рассматриваемом случае, поскольку сделка, положенная в основу признания за ФИО4 статуса участника общества «Ребус» признана судом недействительной (ничтожной) на основании положений, в том числе статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, статус участника общества «Ребус» ФИО4 аннулирован посредством применения последствий недействительности сделки в виде восстановления за ФИО6 права на 100% доли в уставном капитале общества «Ребус», соответственно, право на получение дивидендов у ответчика отсутствовало (никогда не возникало). Получение ФИО4 незаконно выплаченных дивидендов является последующей ничтожной сделкой, совершенной с противоправной целью и единым с должником умыслом – вывода активов из конкурсной массы для воспрепятствования кредиторам получить причитающиеся им денежные средства путем обращения взыскания на принадлежащую должнику долю в уставном капитале общества «Ребус», ценность которой существенным образом обусловлена размером нераспределенной прибыли, подлежащей выплате ФИО6 как единственному участнику общества.

Наконец, последним звеном указанной (второй) цепочки сделок являлась признанная судом первой инстанции ничтожной на основании положений статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенная в обход закона (статьи 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающей полную имущественную ответственность гражданина) сделка (устное соглашение) между ФИО6 и заинтересованным по отношению к нему лицом (бывшей супругой ФИО4), оформляющая приобретение квартиры в г. Санкт-Петербурге за счет должника, но на имя ФИО4 с той же противоправной целью – исключения ФИО6 ответственности по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, в данном случае выведенными из общества «Ребус» денежными средствами, суррогатом которых и выступает спорная квартира.

В отношении применения последствий недействительности сделок суд округа отмечает следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве последствием признания сделки недействительной является возврат в конкурсную массу должника всего, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной.

По общему правилу ничтожность сделки означает изначальное, независимо от признания ее таковой судом отсутствие правового основания для произошедших вследствие совершения и (или) исполнения этой сделки изменений в имущественной сфере ее сторон. К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена.

Несмотря на то, что в просительной части рассматриваемого заявления финансового управляющего указано требование к суду о признании недействительным договора купли-продажи от 24.11.2020, во вводной части заявления в качестве ответчика указана только ФИО4, кроме того, из содержания заявления финансового управляющего однозначно следует, что переданные на разрешение суда требования обращены исключительно против должника ФИО6 и ФИО4 и не затрагивают права продавцов спорной квартиры. В связи с этим ошибочное указание Арбитражным судом Республики Башкортостан в резолютивной части определения от 26.05.2023 на признание недействительным договора от 24.11.2020 не привело к принятию неверного решения по существу спора, так как последствия недействительности ничтожной сделки в виде признания за должником права собственности на спорную квартиру применены им правильно, соответствуют положениям статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

При доказанном факте совершения должником в процедуре собственного банкротства действий, направленных на создание объекта, защищенного исполнительским иммунитетом, суд первой инстанции правомерно квалифицировал поведение должника и ФИО4 как злоупотребление правом, что позволяло применить к последней предусмотренные законом последствия такого злоупотребления – отказать в применении к спорной квартире исполнительского иммунитета (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом в материалах обособленного спора имелась информация о том, что в собственности общей дочери должника и ФИО4 на основании договора купли-продажи от 24.06.2010 находилась квартира, расположенная по адресу: <...>, кв.* (т. 1, л.д. 18). Поэтому вывод суда апелляционной инстанции о необоснованности применения последствий недействительности сделок в виде признания за должником права собственности на спорную квартиру без проверки того, распространяется ли на нее исполнительский иммунитет, то есть исследования вопроса о наличии у ответчика и ее дочери иного жилья, также основан на неверном применении норм материального права.

Примененный судом апелляционной инстанции подход предоставил бы должнику и ответчику, совершившим совместные недобросовестные действия по выплате дивидендов в период с 24.04.2020 по 12.11.2020 – после введения в отношении ФИО6 процедуры реструктуризации долгов гражданина, а также оформлению спорной квартиры на номинального собственника 08.12.2020 и расчету с продавцами 19.12.2020 – уже в процедуре реализации имущества гражданина ФИО6, возможность создать искусственный исполнительский иммунитет в отношении спорной квартиры, что не отвечает целям процедуры банкротства и правосудия в целом.

С учетом изложенного у апелляционного суда отсутствовали правовые основания для отмены определения суда первой инстанции, соответствующего нормам материального и процессуального права.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

Поскольку судом первой инстанции сделан верный итоговый вывод о применении последствий недействительности ничтожной сделки, правильно применены нормы материального права, суд округа приходит к выводу о том, что постановление суда апелляционной инстанции подлежит отмене с оставлением в силе определения суда первой инстанции.

В связи с удовлетворением кассационной жалобы кредиторов с ФИО4 в пользу ФИО2 взыскивается 3000 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы по правилам части 5 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023 по делу № А07-22164/2019 отменить, определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.05.2023 по тому же делу оставить в силе.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 3000 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Д.Н. Морозов



Судьи Н.В. Шершон



Ю.В. Кудинова