Постановление от 15 апреля 2024 г. по делу № А41-62364/2022

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-5130/2024

Дело № А41-62364/22
15 апреля 2024 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 08 апреля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 15 апреля 2024 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Досовой М.В.,

судей Муриной В.А., Семикина Д.С.

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Давлатовым Д.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Московской области от 09.02.2024 по делу № А41-62364/22

о несостоятельности (банкротстве) Пешковой Веры Михайловны

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО3 по доверенности №8800412 от 16.11.2023;

от ПАО «Совкомбанк» - ФИО4 по доверенности №184 С/ФЦ от 29.05.2023 (веб-конференция);

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились, извещены надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 12.10.2022 по делу № А41-62364/22 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден» ФИО5.

26.10.2023 финансовый управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными заключенных между должником и ФИО1 договора займа от 11.11.2021 с залоговым обеспечением, соглашения об отступном от 11.03.2022, акта приема-передачи транспортного средства от 11.03.2022 и применении последствий их недействительности в виде возврата в конкурсную массу должника автомобиля RENAULT LOGAN (VIN: <***>), 2016 года выпуска.

Определением Арбитражного суда Московской области от 09.02.2024 указанное заявление удовлетворено.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1. обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ПАО «Совкомбанк» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между ФИО1 (заимодавец) и ФИО2 (заемщик) заключен договор займа с залоговым обеспечением от 11.11.2021, по условиям которого заимодавец предоставляет заемщику денежные средства в размере 600 000 руб. и обязуется возвратить их в срок до 11.03.2022.

Согласно пунктам 1.3 и 1.4 договора заем является беспроцентным, сумма займа предоставляется единоразово наличными денежными средствами.

В обеспечение полного и надлежащего исполнения обязательств ФИО2 по возврату заемных денежных средств в залог ФИО1 передается автомобиль RENAULT LOGAN (VIN: <***>), стоимость которого определена сторонами в размере 600 000 руб.

11.03.2022 между ФИО1 и ФИО2 заключено соглашение об отступном, по которому должник предоставила ФИО1 в качестве отступного указанный автомобиль, подписан акта приема-передачи транспортного средства.

Ссылаясь на то, что должник в преддверие подачи заявления о собственном банкротстве заключил с ФИО1 ряд сделок, передав все свое имущество в качестве отступного ФИО1, а также полагая, что целью совершения оспариваемых сделок являлся вывод имущества и предотвращение его реализации в процедуре банкротства, финансовый управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, финансовый управляющий ссылался на наличие у должника по состоянию на 11.11.2021 неисполненных обязательств по кредитным договорам перед АО «Тинькофф Банк», ПАО «Совкомбанк», ПАО Сбербанк, ПАО «МОСКОВСКИЙ КРЕДИТНЫЙ БАНК», требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника.

Удовлетворяя заявление финансового управляющего должника, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве. Отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.I, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, установленным Законом о банкротстве.

Из смысла положений пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что при заключении мнимой сделки стороны совершают ее для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем, сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

В этой связи, заинтересованной стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают для данного вида сделки. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа является реальным договором, заключенным с момента передачи денег или других вещей. Если будет установлено, что деньги или другие вещи, в действительности не были получены от заимодавца, договор займа считается незаключенным (п. 3 ст. 812 ГК РФ).

Таким образом, договор займа является реальным и сам по себе не влечет наступление правовых последствий, а его основным и необходимым условием является передача заимодавцем заемщику суммы займа.

В соответствии с пунктом 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации в подтверждение заключения договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Признавая договор займа мнимой сделкой, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности ФИО1 финансовой состоятельности и наличия возможности предоставить заем в сумме 2 360 000 руб. (сумма займов, предоставленных ФИО1 ФИО2 по трем договорам займа).

В соответствии с п. 1.4 договора займа с залоговым обеспечением от 11.11.2021 сумма займа предоставляется единоразово наличными денежными средствами.

Между тем материалы дела не содержат доказательств фактической передачи ФИО1 суммы займа ФИО2, в частности, не представлена расписка должника о получении денежных средств, либо иные документы, подтверждающие указанные сведения.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставите должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федераций 20.12.2016).

Верховный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи - если должник физическое лицо) (определения Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16- 20992(3), № 305-ЭС16-10852, № 305-ЭС16-10308, № 305-ЭС16-2411, № 309-ЭС17-344, № 305-ЭС17-14948, № 308-ЭС18-2197).

Институт оспаривания сделок должника представляет собой правовую гарантию, предоставляющую кредиторам действенный механизм наполнения конкурсной массы должника за счет неправомерно отчужденного имущества последнего. При наличии у должника или сторон этих сделок взаимного интереса по сокрытию обстоятельств и действительных целей сделок кредиторы, оспаривающие сделки, объективно ограничены в возможностях по доказыванию обстоятельств сделок, в которых они не участвовали.

В указанных обстоятельствах бремя доказывания фактического исполнения договора займа сторонами должно быть возложено на ответчика.

Судом первой инстанции установлено, что должником последовательно заключены однотипные сделки (беспроцентные договоры займа с залоговым обеспечением, заключенные на короткие сроки) на общую сумму 2 360 000 руб. с ФИО1

В обеспечение исполнения обязательств по возврату займов должником на основании указанных договоров в залог было передано все имеющееся у нее имущество – автомобили RENAULT LOGAN (VIN: <***>) и KIA SORENTO XM (VIN: <***>), а также земельный участок с кадастровым номером 50:29:0060235:352 и жилой дом с кадастровым номером 50:29:0060206:35.

В качестве доказательства наличия финансовой возможности предоставить должнику заемные денежные средства ФИО1 (продавец) указал на получение им от ФИО6 и ФИО7 (покупатели) 2 500 000 руб. в качестве задатка за реализуемый им объект недвижимости на основании предварительного договора купли-продажи объекта недвижимости с соглашением о задатке от 01.09.2021, в подтверждение чего суду представлены копии заключенного им с ФИО6 и ФИО7 предварительного договора купли-продажи объекта недвижимости с соглашением о задатке от 01.09.2021, расписки ФИО1 о получении от ФИО6 и ФИО7 2 500 000 руб., а также заключенного между ними договора купли-продажи объекта недвижимости с использованием кредитных средств от 27.07.2022.

ФИО6 суду представлены пояснения, из содержания которых следует, что у него и у его супруги, ФИО7, 01.09.2021 действительно имелось 2 500 000 руб., которые они передали ФИО1 на основании предварительного договора купли-продажи объекта недвижимости с соглашением о задатке.

Между тем арбитражный суд учитывает противоречия в представленных ФИО1 и ФИО6 пояснениях и документах.

Из условий предварительного договора купли-продажи объекта недвижимости с соглашением о задатке от 01.09.2021 следует, что 2 500 000 руб. переданы ФИО1 в качестве задатка за объект недвижимости (квартиру с кадастровым номером 50:29:0000000:25652), в отношении которого стороны договорились о заключении в будущем договора купли-продажи за 5 100 000 руб.

В п. 2.2 предварительного договора стороны предусмотрели, что оплаченный задаток в сумме 2 500 000 руб. засчитывается в счет оплаты стоимости квартиры при заключении основного договора.

27.07.2022 между ФИО1 и ФИО6, ФИО7 заключен основной договор купли-продажи объекта недвижимости с использованием кредитных средств, условиями которого предусмотрено, что квартира с кадастровым номером 50:29:0000000:25652 приобретается ФИО6 и ФИО7 у ФИО1 за счет собственных и кредитных денежных средств.

Пунктом 2.1.2 договора купли-продажи предусмотрено, что оплата цены договора (5 100 000 руб.) производится за счет собственных средств покупателей в размере 1 050 000 руб., из которых 70 000 руб. уплачена ранее в качестве аванса, и за счет кредитных денежных средств, предоставленных ПАО Банк ВТБ в сумме 4 050 000 руб.

Таким образом, из буквального толкования указанных договоров следует, что по предварительному договору покупатели произвели оплату задатка в размере 2 500 000 руб., тогда как по условиям основного договора аванс внесен в размере 70 000 руб.

То есть, фактически ФИО6 и ФИО7 приобрели квартиру не за 5 100 000 руб., а минимум за 6 550 000 руб., что не соответствует условиям договора купли-продажи квартиры.

При этом доказательств возврата ФИО1 полученного задатка не представлено, пояснений по существу сторонами суду не дано.

Такие действия сторон, по мнению суда, носят неординарный характер.

С учетом указанных обстоятельств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии у оспариваемой сделки признаков мнимости и наличии оснований для признания ее недействительной на основании пункта 1 статьи 170 гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Констатация недействительности ничтожной сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна в исключительных случаях, когда установленные судом обстоятельства ее совершения говорят о заведомой противоправной цели совершения сделки обеими сторонами, об их намерении реализовать какой-либо противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц (применительно к делу о банкротстве прав иных кредиторов должника). Исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота.

Принимая во внимание, что должником в преддверие обращения в арбитражный суд с заявлением о признании себя банкротом совершены сделки по заключению договоров займа, которые привели к тому, что все имущество ФИО2 перешло к ФИО1 в качестве отступного, а также недоказанность наличия у должника признаков неплатежеспособности, что свидетельствует о наличии возможности исполнения обязательств по договорам займа, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что действия сторон оспариваемых сделок являлись недобросовестными и были направлены на вывод имущества должника с целью не допустить его реализацию в рамках дела о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что представителем ФИО2 при подаче заявления о признании себя банкротом (доверенность от 21.04.2022), так и ФИО1 в настоящем обособленном споре (доверенность от 16.11.2023) является ООО «АМЦ Банкротство и точка» (прежнее наименование – ООО «Гражданский центр правовой поддержки» ИНН <***>), а также ряд физических лиц – ФИО8, ФИО9, ФИО10 и ФИО11.

Само по себе «перекрестное представительство» не является доказательством аффилированности сторон или недействительности сделки, однако в совокупности с установленными судом обстоятельствами указанный факт заслуживает внимания.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При установлении аффилированности сторон судом в рамках дела о банкротстве применяется повышенный стандарт доказывания.

Установленные судом первой инстанции обстоятельства, по мнению суда апелляционной инстанции, свидетельствуют о наличии между должником и фактической аффилированности.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции обращает внимание ее заявителя на то, что оспариваемые сделки недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 закона о банкротстве судом не признавались, в связи с чем ссылка ФИО1 на отсутствие у должника признаков неплатежеспособности на дату заключения оспариваемых сделок не имеет правового значения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве обусловлено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Учитывая, что в настоящее время автомобиль находится в собственности ответчика, подлежат применению последствия недействительности сделки в виде возврата транспортного средства в конкурсную массу должника.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Доводы заявителя жалобы проверены апелляционным судом и не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 09.02.2024 по делу № А41-62364/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в течение месяца со дня его принятия.



Председательствующий cудья

Судьи


М.В. Досова

В.А. Мурина

Д.С. Семикин