Постановление от 9 июня 2024 г. по делу № А27-11061/2023

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                          Дело №А27-11061/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 27 мая 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 10 июня 2024 года


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего                 Апциаури Л.Н.,

судей                                                 Афанасьевой Е.В.,                 

ФИО1,         

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Парфеновой Д.Э., с использованием  средств аудиозаписи, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Спецхимметалл» (№07АП-3180/2024) на решение от 12 марта 2024 года Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-11061/2023 (судья Дубешко Е.В.) по исковому заявлению акционерного общества «Спецхимметалл» (Новосибирская область, ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Оазис» (Кемеровская область, ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании неосновательного обогащения,

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Техтрейд» (Наовосибирская область, ОГРН <***>, ИНН <***>), общества с ограниченной ответственностью «Хорошие Услуги» (Навосибирская область, ОГРН <***>, ИНН <***>), общества с ограниченной ответственностью «Квинтилиана» (Новосибирская область, ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии в судебном заседании: 

от истца: ФИО2, паспорт, диплом, доверенность от 04.04.2024  (посредством веб-конференции);

от ответчика: ФИО3, паспорт, диплом, доверенность от 09.01.2024  (посредством веб-конференции);

от третьих лиц: не явились (извещены).

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Спецхимметалл» (далее – истец, АО «Спецхимметалл») обратилось в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Оазис» (далее – ответчик, ООО «Оазис») о взыскании 1 309 733 руб. неосновательного обогащения, возникшего вследствие использования ответчиком в период с 20.06.2018 по 25.01.2021 нежилого помещения, расположенного в здании по адресу: <...>.

Истец с учетом поступившего экспертного заключения 05.02.2024 заявил ходатайство об уменьшении размера иска с учетом статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), просил взыскать 349 198,59 руб. неосновательного обогащения, исходя из следующего расчета: за период пользования с 20.06.2018 по 31.12.2018 - 83 894,65 руб., за период пользования с 01.01.2019 по 07.10.2020 - 265 303,94 руб., итого 349 198,59 руб.

Решением от 12.03.2024 Арбитражного суда Кемеровской области в удовлетворении иска отказано. С акционерного общества «Спецхимметалл» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Оазис» (ОГРН <***>, ИНН <***>) взыскано 30000 руб. в возмещение судебных расходов по оплате экспертизы по делу. Акционерному обществу «Спецхимметалл» (ОГРН <***>, ИНН <***>) из федерального бюджета возвращено 16113 руб. государственной пошлины, излишне перечисленной согласно платежному поручению № 17 от 22.06.2023.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение арбитражного суда Кемеровской области от 12.03.2024 по делу № А27-11061/2023 отменить, принять новый судебный акт – об удовлетворении исковых требований АО «Спецхимметалл».

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает о том, что с 20.06.2018 ответчик занимал помещения незаконно в связи со следующими основаниями: - договор аренды от 01.03.2016 нельзя признать действующим с 20.06.2018 поскольку: - договор ДУ от 20.06.2018 признан в судебном порядке ничтожной сделкой (решение Арбитражного суда Новосибирской области от 20.06.2018 по делу № А45-40142/2019); договор аренды от 01.03.2016 не может признаваться действующим на основании предыдущего ДУ от 24.04.2015; статья 617 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) не применима в данных правоотношениях, поскольку на стороне арендодателя всегда выступал не собственник, а доверительный управляющий, только с 20.06.2018 он стал не правомочным на исполнение и заключение договоров; так как договор доверительного управления признан судом недействительным, а сделка в соответствии с законом недействительна с момента ее заключения, у ООО «Инвестпром» именно с 20.06.2018 не возникло полномочий по доверительному управлению зданием, с 20.06.2018 договор аренды, заключенный с ООО «Оазис» является недействительным, поскольку арендодателем в нём выступает лицо, не обладающее соответствующими полномочиями (правами) на исполнение, изменение первоначального договора аренды; разница в договорной цене и рыночной, определенной оценщиком, составляет: 350 руб./589,7 руб. = 68,4%; 352 руб./582,46 руб. = 66,4%; 352 руб./501,62 руб. = 43,3%, то есть на протяжении всего спорного периода арендная ставка существенно отличалась от рыночной (более 40-50%), что является отдельным основанием для установления судом того факта, что приобретшее имущество лицо не является его добросовестным приобретателем (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.09.2008 № 6132/08); неосновательное обогащение ответчика выразилось в незаконном пользовании помещением длительное время по цене, существенно отличающейся от рыночной, при этом законный собственник помещения никогда не получал от ответчика платы за пользование помещениями; указывает о недобросовестности ООО «Оазис», ответчик, исполняя договор аренды и заключая дополнительные отношения ни разу не поинтересовался правоспособностью арендодателя, тем более в момент, когда появился новый субъект – ООО «ХорУс», ответчиком не представлено каких-либо доказательств проявления осмотрительности в части исполнения договора; ответчиком заявлено об истечении срока давности, однако по основаниям, когда истцу стало известно о нарушении своих прав.

Ответчик в возражениях на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 АПК РФ считает решение суда законным и обоснованным.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители сторон каждый поддержали свои доводы и возражения.

Третьи лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей в суд апелляционной инстанции не направили, что согласно статье 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, поступивших возражений, заслушав представителей сторон, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции считает его не подлежащим отмене или изменению по следующим основаниям.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 01.03.2016 между ООО «Оазис» (арендатор) и ООО «Инвестпром» (арендодатель, доверительный управляющий) в лице директора ФИО4 заключен договор № 1, по условиям которого ответчику за плату в возмездное владение и пользование передан Объект аренды: нежилое помещение № 11, расположенное на 1 этаже здания по адресу <...> (также – помещение).

Согласно пункту 4.2 договора (в редакции дополнительного соглашения № 1 от 01.03.2026) постоянная часть арендной платы составляет сумму из расчета 350 руб. за 1 кв.м., включая НДС, в месяц. Площадь арендуемого помещения 55 кв.м. Общий размер постоянной части арендной платы составляет 19250 руб., включая НДС, в месяц.

В пункте 1.2 договора предусмотрено, что право на передачу помещения в аренду принадлежит арендодателю в соответствии с договором доверительного управления недвижимым имуществом от 24.04.2015, заключенным между ООО «ТехТрейд» и доверительным управляющим.

Пунктом 1.8 договора установлен срок аренды - 11 месяцев с даты подписания акта приема-передачи помещения.

По акту приема-передачи нежилого помещения от 01.03.2016 помещение передано арендатору в пользование (т.3 л.д. 7).

Дополнительным соглашением от 01.07.2016 к договору стороны установили размер арендной платы за помещение – 350 руб. за 1 кв.м., площадь арендуемого помещения – 22 кв.м., общий размер арендной платы – 7700 руб. в мес.

Сторонами также 01.07.2016 подписан акт приема-передачи помещения площадью 22 кв.м. в пользование арендатору.

Дополнительным соглашением от 01.01.2019 к договору стороны установили размер арендной платы за помещение – 357 руб. за 1 кв.м., площадь арендуемого помещения – 22 кв.м., общий размер арендной платы – 7854 руб. в мес.

15.04.2016 здание приобретено ЗАО «Антарес» у ООО «ТехТрейд» (31.01.2017 регистрация права собственности ЗАО «Антарес»).

19.06.2018 в отношении ЗАО «Антарес» по делу №А40-25752/2018 введено наблюдение.

20.06.2018 между ЗАО «Антарес» и ООО «Инвестпром» заключен договор доверительного управления, согласно которому ООО «Инвестпром» приняло на себя обязанности доверительного управляющего в отношении рассматриваемого здания.

14.02.2020 вынесено определение по делу №А40-25752/2018 о процессуальной замене кредитора ООО «Инвестпром» на АО «Спецхимметалл».

24.02.2020 ООО «Оазис» получено от ООО «Инвестпром» уведомление исх. б/н от 24.02.2020 о необходимости при исполнении обязательств по договору аренды № 1 от 01.03.2016 перечислять все платежи по арендной плате ООО «ХорУс».

01.03.2020 между ООО «ХорУс» в лице директора ФИО4 и ООО «Оазис» заключено дополнительное соглашение о замене стороны по договору аренды № 1 от 01.03.2016, в соответствии с которым арендодателем по договору стало ООО «ХорУс».

26.03.2020 между ЗАО «Антарес» и АО «Спецхимметалл» подписан акт приёма-передачи спорного здания (АО «Спецхимметалл» как залоговый кредитор оставило предмет залога – здание за собой).

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 20.06.2020 по делу №А45-40142/2019 по иску ЗАО «Антарес» к ООО «Инвестпром» договор  доверительного управления от 20.06.2018 признан недействительной (ничтожной) сделкой.

10.07.2020 ООО «Инвестпром» ликвидировано.

10.08.2020 АО «Спецхимметалл» зарегистрировало свое право собственности на здание.

20.08.2020 между АО «Спецхиметалл» (агент) и ООО «Квинтилиана» (принципал) заключен агентский договор, по условиям которого истец принял на себя обязательство от имени и за счет принципала выступать представителем последнего на торгах по продаже имущества должника (банкротства) ЗАО «Антарес», с целью приобретения в собственность принципала дебиторской задолженности.

30.12.2020 между ЗАО «Антарес» и ООО «Квинтилиана» заключен договор цессии, по которому ООО «Квинтилиана» уступлено, в том числе право требования взыскания неосновательного обогащения за пользование помещениями ЗАО «Антарес» к ООО «Инвестпром» и его контрагентам.

18.03.2022 между ООО «Квинтилиана» и АО «Спецхимметалл» заключен договор цессии, по которому истцу уступлено право требования о взыскании неосновательного обогащения (убытков) за фактическое пользование помещениями ЗАО «Антарес» к ООО «Инвестпром» и его контрагентам, в том числе, к ответчику.

18.05.2022 истцом направлена ответчику претензия с требованием об оплате стоимости фактического пользования помещениями.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, АО «Спецхиметалл» указало, что в результате признания недействительной сделки – договора доверительного управления от 20.06.2018 у ООО «Инвестпром» не возникло полномочий (прав) по доверительному управлению зданием по адресу: <...>, принадлежащим ЗАО «Антарес». Не имея законных полномочий доверительного управляющего, ООО «Инвестпром» не имело права совершать и исполнять сделки с третьими лицами в интересах ЗАО «Антарес», в том числе заключенный ООО «Оазис» договор аренды (дополнительное соглашение о смене арендодателя в период после подписания недействительного договора доверительного управления от 20.06.2018) является с 20.06.2018 недействительным, поскольку арендодателем в нём выступает лицо, не обладающее соответствующими полномочиями (правами) на изменение, исполнение первоначального договора аренды. Договор аренды № 1 от 01.03.2016, изменённый путём заключения дополнительного соглашения, подписанного на основании недействительного договора доверительного управления от 20.06.2018, является ничтожным с 20.06.2018 в соответствии с правилами п. 2 ст. 168 ГК РФ, следовательно, в период с момента заключения ничтожного договора доверительного управления от 20.06.2018 (то есть с 20.06.2018) до момента, когда ответчик вернул арендуемое помещение истцу (07.10.2020), ответчик фактически незаконно пользовался помещением, ввиду чего получил неосновательное обогащение.

Отказывая в иске, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку договор аренды №1 от 01.03.2016 является действительным, а факт внесения предусмотренной договором арендной платы в период с 20.06.2018 по 07.10.2020 ответчиком доказан в полном размере, отсутствует какое-либо неосновательное обогащение на стороне ООО «Оазис» за счет имущества АО «Спецхимметалл».

Седьмой арбитражный апелляционный суд соглашается с данными выводами суда по следующим основаниям.

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (статья 166 ГК РФ).

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, не считается действовавшим добросовестно после признания этой сделки недействительной (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).

На основании части 1 статьи 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе. Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

При рассмотрении споров по искам собственника, имущество которого было сдано в аренду неуправомоченным лицом, о взыскании стоимости пользования этим имуществом за период его нахождения в незаконном владении судам необходимо учитывать, что они подлежат разрешению в соответствии с положениями статьи 303 ГК РФ, которые являются специальными для регулирования отношений, связанных с извлечением доходов от незаконного владения имуществом, и в силу статьи 1103 ГК РФ имеют приоритет перед общими правилами о возврате неосновательного обогащения (статья 1102, пункт 2 статьи 1105 ГК РФ).

Указанная норма о расчетах при возврате имущества из чужого незаконного владения подлежит применению как в случае истребования имущества в судебном порядке, так и в случае добровольного возврата имущества во внесудебном порядке невладеющему собственнику лицом, в незаконном владении которого фактически находилась вещь (пункт 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды».

Собственник вещи, которая была сдана в аренду неуправомоченным лицом, при возврате ее из незаконного владения вправе на основании статьи 303 ГК РФ предъявить иск к лицу, которое заключило договор аренды, не обладая правом собственности на эту вещь и не будучи управомоченным законом или собственником сдавать ее в аренду, и получало платежи за пользование ею от арендатора, о взыскании всех доходов, которые это лицо извлекло или должно было извлечь, при условии, что оно при заключении договора аренды действовало недобросовестно, то есть знало или должно было знать об отсутствии правомочий на сдачу вещи в аренду.

От добросовестного арендодателя собственник вправе потребовать возврата или возмещения всех доходов, которые тот извлек или должен был извлечь со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности сдачи имущества в аренду.

Такое же требование может быть предъявлено собственником к арендатору, который, заключая договор аренды, знал об отсутствии у другой стороны правомочий на сдачу вещи в аренду. В случае если и неуправомоченный арендодатель, и арендатор являлись недобросовестными, они отвечают по указанному требованию перед собственником солидарно (пункт 1 статьи 322 ГК РФ).

Условием удовлетворения подобного иска к арендатору является установленная судам совокупность обстоятельств, включающую в себя сведения о наличии у арендатора на момент заключения договора аренды информации об отсутствии у арендодателя правомочия на сдачу помещений в аренду с целью подтверждения или опровержения добросовестности арендатора; определения момента, когда арендатор узнал или должен был узнать о неправомочности арендодателя и получена ли арендатором имущественная выгода от заключения договора аренды с неуправомоченным арендодателем (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2021 по делу № 304-ЭС20-19858).

Согласно статье 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Кодекса. Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

С учетом изложенного, неосновательное обогащение может иметь место при наличии двух условий одновременно: приобретения или сбережения одним лицом (приобретателем) имущества за счет другого лица (потерпевшего), что подразумевает увеличение (при приобретении) или сохранение в прежнем размере (сбережение) имущества на одной стороне, явившееся следствием соответствующего его уменьшения или неполучения на другой стороне; данное приобретение (сбережение) имущества (денег) произошло у одного лица за счет другого при отсутствии оснований, предусмотренных законом, иными правовыми актами либо на основании сделки.

Из материалов дела следует, что спорный договор аренды № 1 от 01.03.2016 заключался на основании договора доверительного управления от 24.04.2015, заключенного между ООО «ТехТрейд» и доверительным управляющим, который недействительным не признавался. Указанный договор действовал между сторонами, само по себе признание недействительным последующего договора доверительного управления от 20.06.2018 не влияет на факт наличия между арендатором и арендодателем отношений по заключенному еще в 2016 году договору аренды.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции правомерно посчитал, что поскольку договор доверительного управления от 20.06.2018 признан судом недействительным, то сделка в соответствии с законом недействительна с момента ее заключения, у ООО «Инвестпром» именно с 20.06.2018 не возникло полномочий по доверительному управлению зданием, следовательно, заключенные к договору аренды № 1 от 01.03.2016 дополнительные соглашения от 01.01.2019, от 01.03.2020 являются недействительными сделками в силу недействительности договора доверительного управления от 20.06.2018.

Вместе с тем, отсутствуют необходимые основания для вывода о том, что недействительность дополнительных соглашений от 01.01.2019, 01.03.2020 влечет недействительность самого договора аренды № 1 от 01.03.2016.

Принимая во внимание, что договор 01.03.2016 № 1, по которому ответчик занимал спорные помещения, является действительным и вследствие признания недействительными соглашений, заключенных неуполномоченным лицом, то договор является продленным на неопределенный срок.

В силу пункта 1 статьи 617 ГК РФ переход права собственности (хозяйственного ведения, оперативного управления, пожизненного наследуемого владения) на сданное в аренду имущество к другому лицу не является основанием для изменения или расторжения договора аренды. Переход права собственности (хозяйственного ведения, оперативного управления, пожизненного наследуемого владения) на сданное в аренду имущество к другому лицу влечет лишь замену стороны арендодателя в договоре аренды, но не прекращает его. Переход права собственности на сданное в аренду имущество к другому лицу сам по себе не является основанием для внесения в судебном порядке изменений в условия договора аренды, заключенного прежним собственником с арендатором (за исключением изменения в договоре сведений об арендодателе) (пункте 24 Информационного письма от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой»).

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в абзаце третьем пункта 60 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», после передачи владения недвижимым имуществом покупателю, но до государственной регистрации права собственности покупатель является законным владельцем этого имущества и имеет право на защиту своего владения на основании статьи 305 ГК РФ. В то же время покупатель не вправе распоряжаться полученным им во владение имуществом, поскольку право собственности на это имущество до момента государственной регистрации сохраняется за продавцом.

При подписании между должником и кредитором соглашения недвижимое имущество находилось в фактическом владении и пользовании арендатора (пункт 1 статьи 606 ГК РФ). Лицо, к которому перешло право собственности на арендуемое имущество, вне зависимости от волеизъявления арендатора в силу закона приобретает права и обязанности арендодателя, прежний собственник этого имущества выбывает из правоотношений по его аренде, независимо от того, внесены изменения в договор аренды или нет, а соответствующий договор продолжает регулировать отношения между новым арендодателем и арендатором. Следовательно, к новому арендодателю переходят не отдельные права выбывшего лица, а правовая позиция по договору в целом, то есть вся совокупность его прав и обязанностей, имеющаяся в наличии на момент перехода права собственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 305-ЭС20-14025).

Из материалов дела следует, что государственная регистрация перехода права собственности к ЗАО «Спецхимметалл» на спорное недвижимое имущество произведена 10.08.2020, следовательно, с указанной даты истец непосредственно вступил в правоотношения с ответчиком по поводу использования принадлежащего ему имущества и вправе требовать внесения платы за его использование, которая в данном случае определяется условиями договора аренды.

Доводы истца о том, что статья 617 ГК РФ не применима в данных правоотношениях, поскольку на стороне арендодателя всегда выступал не собственник, а доверительный управляющий, только с 20.06.2018 он стал не правомочным на исполнение и заключение договоров, подлежат отклонению апелляционным судом, поскольку положения статьи 617 ГК РФ защищают арендатора, заключившего договор аренды, не признанный в установленном порядке недействительным либо ничтожным, от любых возможных изменений на стороне арендодателя, вне зависимости от того, произошла ли смена собственника, уполномоченного лица (в рассматриваемом случае - доверительного управляющего) либо признан недействительным последующий договор доверительного управления.

В соответствии с пунктом 4.2 договора постоянная часть арендной платы составляет сумму 350 руб. за 1 кв.м., включая НДС, в месяц.

Как установлено судом, с 01.07.2016 площадь помещения, находящегося в пользовании ответчика, составляла не 55 кв.м., а 22 кв.м.

Определением от 12.12.2023 по ходатайству ответчика судом назначена судебная экспертиза по следующему вопросу: определить рыночный размер стоимости права пользования нежилым помещением офисного назначения, выступающего предметом аренды по договору аренды № 1 от 01.03.2016 за период с 20.06.2018 по 07.10.2020 с учетом технического состояния помещения. Проведение экспертизы поручено эксперту ООО «Брент-Эксперт» ФИО5.

15.01.2024 в материалы дела поступило заключение эксперта №4-Э/2024 от 12.01.2024.

Истцом с учетом результатов экспертизы заявлено требование о взыскании платы за пользование помещением с 20.06.2018 по 07.10.2020 в размере 349 198 руб. 59 коп.

Вместе с тем, суд первой инстанции посчитал, что определение в рамках судебной экспертизы стоимости пользования помещением – свыше 500 руб. за кв.м. само по себе не опровергает право сторон договориться об ином размере арендной платы.

По мнению истца, неосновательное обогащение ответчика выразилось в незаконном пользовании помещением длительное время по цене, существенно отличающейся от рыночной.

Отклоняя данные доводы, суд апелляционной инстанции исходит из того, что согласно заключению средние арендные ставки: по состоянию на 20.06.2018 – 466,28 рубля за кв. м. (диапазон от 300 до 667,67 рублей за кв.м.); по состоянию на 20.05.2019 – 450,43 руб. за кв.м. (диапазон от 333,3 до 650 рублей за кв.м.), по состоянию на 20.04.2020 г. – 480,2 руб. за кв. м. находятся в диапазоне от 391,75 до 500 руб. за кв.м.

Таким образом, установленная договором аренды ставка за аренду помещения офисного назначения – 350 руб./м2, в полной мере соответствует указанному в заключении эксперта №4-Э/2024 диапазону.

Ответчиком в материалы дела представлены платежные поручения, из которых следует, что арендная плата вносилась им в установленном договором размере с учетом ее пропорционального уменьшения в связи с возвратом отдельных помещений.

Также отклоняются доводы истца о недобросовестности ООО «Оазис», ответчик, исполняя договор аренды и заключая дополнительные отношения ни разу не поинтересовался правоспособностью арендодателя, тем более в момент, когда появился новый субъект – ООО «ХорУс», ответчиком не представлено каких-либо доказательств проявления осмотрительности в части исполнения договора.

Так, на момент заключения договора аренды договор доверительного управления от  24.04.2015 являлся действующим, заключен с уполномоченным арендодателем и никем не был оспорен.

Как пояснил ответчик, он арендовал помещение площадью 55 кв.м. с 2012 года, и ранее никто не заявлял каких-либо требований о незаконном использовании им данного помещения.

ООО «Оазис» в материалы дела представило договор аренды № 1 от 01.05.2012 (цена – 270 руб/кв.м., акт приема-передачи нежилого помещения от 01.05.2022 и акт возврата помещения арендодателю (ООО «Новые услуги») от 29.02.2016 (приложение к отзыву на исковое заявление, подано через систему «Мой арбитр», дата подачи: 22.08.2023 15:31 МСК).

Суд первой инстанции правомерно  соглашается с доводом ответчика о том, что он не знал и не мог знать о том, что ООО «Инвестпром» является неправомочным арендодателем, так как ООО «Оазис» не являлось участником ни дела о банкротстве ЗАО «Антарес», ни дела об оспаривании договора доверительного управления имуществом от 20.06.2018, судом не установлено никаких признаков аффилированности ООО «Оазис» с ООО «Инвестпром», с ООО «ХорУс».

В материалы дела истцом не представлено каких-либо доказательств, что на момент заключения договоров аренды (в 2012 г. и в 2016 г.) ответчик знал или должен был знать о том, что у арендодателей отсутствовало право на сдачу в аренду помещений.

С учетом установленного судом признака добросовестности поведения ответчика, внесение им предусмотренной договором аренды всей суммы арендной платы на счет ООО «Инвестпром», затем на счет ООО «ХорУс» суд первой инстанции признал надлежащим исполнением обязательств ответчиком своих обязательств арендатора по договору.

В ходе рассмотрения настоящего спора ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Защита права по иску лица, право которого нарушено, осуществляется в пределах срока исковой давности (статья 195 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

По общему правилу, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

В силу положений части 1 статьи 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. При этом указано, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (части 3 статьи 199 ГК РФ).

Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», пункт 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2023), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023).

Из материалов дела следует, что об обстоятельствах, послуживших основанием для предъявления настоящего иска, истец узнал из решения Арбитражного суда Новосибирской области от 20.06.2020 по делу №А45-40142/2019.

Истцом заявлены требования за период с июня 2018 года по октябрь 2020 года, при этом по условиям договора аренды (п. 4.6.1) арендная плата уплачивается ежемесячно до 5 числа расчетного месяца, с учетом соблюдения истцом 30-дневного срока досудебного урегулирования спора, истцом в качестве арендной платы могут быть предъявлены требования за период с 20.05.2020.

Таким образом, последний день предъявления требования о взыскании долга за май 2020 года – 06.06.2023.

Принимая во внимание, что АО «Спецхимметалл» обратилось с иском 20.06.2023, при квалификации заявленной суммы как сбереженной стоимости пользования имуществом (то есть арендной платы), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что истец пропустил срок давности по взысканию стоимости пользования имуществом, подлежащей исчислению помесячно, за спорный период с июня 2018 года по май 2020 года.

Принимая во внимание требования вышеназванных норм материального и процессуального права, а также учитывая конкретные обстоятельства по настоящему делу, суд апелляционной инстанции считает, что истец не доказал обоснованность доводов апелляционной жалобы, приведенные апеллянтом доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность принятого им решения. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных арбитражным судом первой инстанции, у апелляционного суда отсутствуют.

При изложенных обстоятельствах, принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции, установленных статьей 270 АПК РФ, а равно принятия доводов апелляционной жалобы, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Руководствуясь статьями 268, частью 1 статьи 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд,  



ПОСТАНОВИЛ:

решение от 12 марта 2024 года Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-11061/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу Акционерного общества «Спецхимметалл»   - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно - Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд принявший решение.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий                                                                 Л.Н. Апциаури


Судьи                                                                                                           Е.В. Афанасьева                        


                                                                                                         ФИО1