Постановление от 26 декабря 2022 г. по делу № А14-5525/2021

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А14-5525/2021
г. Воронеж
26 декабря 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 23 декабря 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 26 декабря 2022 года


Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:


председательствующего судьи Семенюта Е.А.,

судей Серегиной Л.А.,

ФИО1,


при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2,


при участии:

от ФИО3: ФИО4, представитель по доверенности № 36 АВ 3443524 от 25.05.2021, выданной сроком на пять лет, паспорт гражданина РФ;

от общества с ограниченной ответственностью «Аметист - Юг»: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения в материалах дела имеются;

от ФИО5: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения в материалах дела имеются;

от ФИО6: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения в материалах дела имеются;

от ФИО7: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения в материалах дела имеются,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Аметист - Юг» на решение Арбитражного суда Воронежской области от 24.08.2022 по делу № А14-5525/2021, по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Аметист - Юг» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к ФИО3, ФИО5, ФИО6 о взыскании в солидарном порядке 1242606 руб. 82 коп. основного долга, неустойка за период с 06.03.2018 по 02.04.2019 в размере 626 174 руб., неустойка с 03.04.2019 по 12.04.2021 в размере 920 771, 65 руб., с последующим начислением неустойки на сумму основного долга до момента полного исполнения обязательств, 30 930 руб. долга по уплате госпошлины, а также 37 102 руб. расходов по уплате государственной пошлины,

третье лицо: ФИО7,


УСТАНОВИЛ:


Общество с ограниченной ответственностью «Аметист-Юг» (далее – истец, ООО «Аметист- Юг») обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО3 ФИО8 (далее – ответчик, ФИО3), ФИО5 (далее – ответчик, ФИО5), ФИО6 (далее – ответчик, ФИО6) о взыскании солидарно с ФИО6, ФИО5, ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности в пользу ООО «Аметист-Юг» 2 820 482, 47 руб., в том числе основной долг в сумме 1 242 606, 82 руб., неустойка за период с 06.03.2018 по 02.04.2019 в размере 626 174 руб., неустойка с 03.04.2019 по 12.04.2021 в размере 920 771, 65 руб., с последующим начислением неустойки на сумму основного долга до момента полного исполнения обязательств, а также 37 102 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Дело рассматривалось с участием третьего лица - ФИО7.

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 24.08.2022 по делу № А14-5525/2021в удовлетворении исковых требований отказано.

Считая принятое решение незаконным и необоснованным, ООО «Аметист- Юг» обратилось в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить данное решение и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее заявитель ссылается на то, что в материалах делах имеются доказательства привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании пп. 2 п. 12 ст. 61.11 ФЗ от 26.10.2022 № 127.

Считает, что в рассматриваемом случае имеются основания для привлечения ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности на основании пп. 3, ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В представленном суду отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 соглашается с выводами суда первой инстанции, настаивает на несостоятельности доводов, изложенных в апелляционной жалобе.


В судебном заседании представитель ФИО3 просила обжалуемое решение оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

ФИО5, ФИО6 отзывы в суд апелляционной инстанции не представили.

ООО «Аметист- Юг», ФИО5, ФИО6 явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

ООО «Аметист- Юг» заявлено ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы посредством использования системы веб-конференции.

Судом апелляционной инстанции обеспечено проведение судебного заседания с использованием веб-конференции (онлайн-заседание), однако, несмотря на предоставленную судом возможность участия в заседании в режиме онлайн, к веб-конференции представитель ООО «Аметист- Юг» не смог подключиться (у заявителя пропадал аудио - видео сигнал), что не является препятствием для рассмотрения дела в настоящем судебном заседании в обычном режиме.

Учитывая наличие у суда доказательств надлежащего извещения данных участников судебного процесса о времени и месте судебного разбирательства, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в порядке статей 123,156 и 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании был объявлен перерыв с 16.12.2022 по 23.12.2022.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав мнение представителя ФИО3, оценив в совокупности все представленные по делу доказательства, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 05.08.2017 между ООО «Аметист-Юг» (поставщик) и ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» (покупатель) был заключен договор поставки №ЮЛ-04/17/87.

В связи с ненадлежащим исполнениям своих обязательств ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» как покупателя по вышеуказанному договору, ООО «Аметист-Юг» обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением о взыскании сформировавшейся на стороне ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» задолженности.

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 03.04.2019 по делу №А63-1341/2019 исковое заявление было удовлетворено, с ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» в пользу ООО «Аметист-Юг» взысканы: основной долг в сумме 1 242 606 руб. 82 коп., неустойка в сумме 626 174 руб. 47 коп., неустойка, рассчитанная за период с 03.04.2019 по дату фактического исполнения обязательства из расчета 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки, расходы по уплате государственной пошлины в сумме 30 930 руб. и в федеральный бюджет государственная пошлина в сумме 758 руб.


Арбитражным судом Ставропольского края был выдан исполнительный лист серии ФС 014682123.

На основании определения судебного пристава-исполнителя было возбуждено исполнительное производство №88414/19/36037-ИП.

24.01.2020 исполнительное производство было окончено с невозможностью установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях.

По заявлению истца - ООО «Аметист-Юг» в отношении ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» 23.04.2020 было возбуждено дело о банкротстве №А14-4507/2020, которое определением суда от 29.09.2020 прекращено на основании пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

04.02.2021 ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» исключено из ЕГРЮЛ по решению налогового органа в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности, при этом генеральный директор общества, ФИО6 была дисквалифицирована налоговым органом 21.09.2021.

Полагая, что действия ответчиков, являющихся учредителями ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» являются недобросовестными, обязательства ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» перед истцом не исполнены, ООО «Аметист-Юг» обратилось в суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Принимая решение, суд первой инстанции в удовлетворении исковых требований отказал.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены судебного акта.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

На основании статьи 225.1. АПК РФ арбитражные суды рассматривают дела по спорам, связанным с созданием юридического лица, управлением им или участием в юридическом лице, являющемся коммерческой организацией, в том числе по спорам, связанным с принадлежностью долей в уставном (складочном) капитале хозяйственных обществ, установлением их обременений и реализацией вытекающих из них прав (кроме споров, указанных в иных пунктах настоящей части).


В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно; такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно положениям пунктов 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В соответствии с п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.199 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью") исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в п. п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

По смыслу положений п. 3.1 ст. 3 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" для привлечения к субсидиарной ответственности лиц, указанных в п. п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, необходимо доказать совокупность следующих условий: исключение общества - основного должника из единого государственного реестра юридических лиц как недействующего юридического лица; наличие неисполненного обязательства общества перед истцом; неразумность или недобросовестность действий лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица; наличие причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательства и недобросовестными или неразумными действиями указанных лиц.

Кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя или учредителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен доказать, что неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) такого руководителя или учредителя непосредственно привели к тому, что общество стало неспособно исполнить обязательство перед контрагентом.

Суд первой инстанции учел, что в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации (далее - КС РФ) от 21.05.21 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой граждански ФИО9" (далее - постановление КС РФ N 20-П) отражена правовая позиция, согласно которой предусмотренная оспариваемой нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. Долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (ст. 1064 ГК РФ), (п. 22 Обзора судебной практики ВС РФ N 1 (2020), утвержден Президиумом ВС РФ от 10.06.20; определение ВС РФ от 03.07.20 N 305-ЭС19-17007(2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя. Данный вывод соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2021 N 1-КГ21-4-К3, 2-2965/2019.

Исходя из правовой позиции, приведенной в Постановлении КС РФ N 20-П, по смыслу п. 3.1. ст. 3 Закона N 14-ФЗ, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями п. 3 ст. 53, ст. ст. 53.1, 401, 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения обязательства, наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками, размер требуемых убытков. Недоказанность одного из указанных фактов, свидетельствует об отсутствии оснований для применения гражданско-правовой ответственности (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума ВС РФ N 25).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285 по делу N А65-27181/2018, само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой.

Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Из абзаца 2 пункта 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П следует, что само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из реестра - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в названной норме.

По смыслу правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П, взыскание задолженности с общества в судебном порядке не означает автоматическое переложение долга на контролирующих это общество лиц; предъявляя требование о привлечении руководителя и участника общества к субсидиарной ответственности, истец, не имеющий доступа к внутренним документам общества, тем не менее, должен привести достаточно серьезные доводы подкрепленные согласующимися между собой прямыми либо косвенными доказательствами подтверждающими факт совершения ответчиком неправомерных действий/бездействия по погашению конкретной дебиторской задолженности (в том числе путем обращения за содействием к суду в получении доказательств), после чего бремя опровержения данных доводов переходит на ответчика.

Суд первой инстанции правомерно отметил, что, обращаясь в суд с рассматриваемым исковым заявлением, ООО «Аметист - Юг» должно было представить совокупность доказательств, свидетельствующих о том, что противоправное поведение ответчиков явилось возникших на его стороне убытков, т.е., что именно из-за действий (бездействия) ответчиков задолженность ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» перед ООО «Аметист - Юг» погашена не была.

Как усматривается из представленных документов, в отношении ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» до того, как оно было исключено из ЕГРЮЛ, возбуждалось дело о несостоятельности (банкротстве) №А14-4507/2020, которое было прекращено на основании пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведением процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Применение подобного основания прекращения возбужденного дела о банкротстве свидетельствует о том, что временному управляющему не удалось сформировать конкурсную массу, т.е. установить наличие у ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» какого-либо имущества, денежные средства от реализации которого могли бы пойти на удовлетворение требований его кредиторов, в т.ч. и ООО «Аметист - Юг».

Применение основания пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве также свидетельствует о том, что временный управляющий не установил наличия каких-либо сделок должника, оспаривание которых с высокой долей вероятности привело бы к поступлению в конкурсную массу денежных средств.

Решение о ликвидации ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР», повлекшее в конечном итоге его исключение из ЕГРЮЛ (04.02.2021), было принято 19.10.2020, т.е. уже после прекращения производства по делу №А14-4507/2020 (29.09.2020), что свидетельствует о том, что на дату ликвидации общества его неплатежеспособность уже была установлена в судебном порядке.

Отклоняя довод о неправомерном выводе активов ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» его участником ФИО3, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что перечислению денежных средств контрагентам предшествовало поступление денежных средств на счет ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» от ИП ФИО3

Кроме того, в материалы дела был представлен договор аренды №1 от 01.09.2017, заключенный между ООО «АРТМЕБЕЛЬ» (арендодатель) и ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» (арендатор), согласно условиям которого арендодатель передает арендатору во временное владение и пользование нежилые помещения, расположенные по адресу: <...> (юридический адрес ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР») с кадастровыми номерами: №36:34:0404038:1810, №№36:34:0404038:1807 и №36:34:0404038:1808.

Указанные помещения были переданы арендатору арендодателю по акту приема-передачи от 01.09.2017, право собственности арендодателя на них также подтверждается представленными в материалы дела свидетельствами о государственной регистрации права.

На основании вышеизложенного, основываясь на имеющихся в материалах дела доказательствах в их достаточности для разрешения настоящих требований, оцененных судом в порядке ст. 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции считает законным и обоснованным вывод суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований.

Ссылка заявителя жалобы о том, что в материалах делах имеются доказательства для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании пп. 2 п. 12 ст. 61.11 ФЗ от 26.10.2022 № 127 правомерно отклонена судом области по следующим основаниям.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 (пункт 2 раздела I "Практика применения положений законодательства о банкротстве" Судебной коллегии по экономическим спорам), применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Установление момента возникновения обязанности по обращению руководителя в суд с заявлением о банкротстве возглавляемой организации напрямую связано с определением размера субсидиарной ответственности руководителя, которая по общему правилу ограничивается объемом обязательств перед кредиторами, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между введением в заблуждение потенциальных контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков объективного банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона о банкротстве, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2019 N 305-ЭС19-9992).

В рассматриваемом случае истец указывал на то, что ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» стало отвечать признакам несостоятельности (банкротства) 31.12.2017, однако договор поставки №ЮЛ-04/17/87, по которому сформировалась непогашенная задолженность, был заключен между ООО «Аметист-Юг» и ООО «АРТМЕБЕЛЬ ПРЕМЬЕР» ранее – 05.08.2017.

Сам по себе факт задолженности перед конкретным кредитором не может быть признан в качестве безусловного основания для обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку наличие у должника в определенный период непогашенной задолженности перед отдельным кредитором в любом случае не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о банкротстве, само по себе возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступление такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает необходимость инициирования процедуры несостоятельности.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Правовой позицией Верховного Суда РФ определены критерии оценки обстоятельств, соответствующих указанному основанию (Определение Верховного Суда РФ от 21.05.2021 N 302-ЭС20-23984 по делу N А19-4454/2017, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2021), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021). В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 N 14-П, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом. Даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства.

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Признаки объективного банкротства на указанные истцом даты не доказаны и судом не установлены, в связи с чем суд руководствуясь положениями пунктами 1, 2 статьи 9, пункта 1 статьи 61.12, разъяснениями, изложенными в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53), пришел к правильному выводу, что по данному основанию ответчики привлечению к субсидиарной ответственности не подлежат.

В настоящем деле истец не привел доводов и доказательств неправомерных действий ответчика, помимо указания на наличие перед ним у исключенного из ЕГРЮЛ общества долга, подтвержденного вступившим в силу решением суда.

Доказательств в подтверждение того, что возможность погашения задолженности перед истцом имелась и была утрачена вследствие недобросовестных действий ответчика, а также того, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) руководитель общества уклонялся от погашения задолженности перед истцом, скрывал имущество должника, в материалы дела не представлено (статьи 65 и 9 АПК РФ).

Аргументированных доводов, основанных на представленных доказательствах, позволяющих согласиться с позицией заявителя жалобы, апелляционная коллегия не усматривает.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе аналогичны доводам, приводимым в суде первой инстанции, фактически сводятся к их повторению и не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права.

Судом первой инстанции установлены все обстоятельства, имеющие значение для дела, всесторонне и полно исследованы представленные доказательства, правильно применены нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения.

Нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в соответствии со статьей 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, допущено не было.

В связи с изложенным, судебный акт отмене не подлежит, а апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.


Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Воронежской области от 24.08.2022 по делу № А14-5525/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.


Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья Е.А. Семенюта


судьи Л.А. Серегина


ФИО1