Постановление от 15 июня 2021 г. по делу № А32-1097/2019

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-1097/2019
город Ростов-на-Дону
15 июня 2021 года
15АП-7775/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 июня 2021 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Стрекачёва А.Н.,

судей Деминой Я.А., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Рио»: представитель ФИО2 по доверенности от 24.01.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Рио» на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.03.2021 по делу № А32-1097/2019 о признании требования общества с ограниченной ответственностью «Рио» обоснованным и понижении очередности удовлетворения требования в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Птицефабрика «Приморская»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Птицефабрика «Приморская» в Арбитражный суд Краснодарского края обратилось общество с ограниченной ответственностью «Рио» с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 58 135 990 руб. 77 коп.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.03.2021 по делу № А32-1097/2019 признано обоснованным требование общества с ограниченной ответственностью «РИО» к обществу с ограниченной ответственностью «Птицефабрика «Приморская» в сумме 58 135 990 руб. 77 коп. задолженности и удовлетворено данное требование после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.03.2021 по делу № А32-1097/2019, общество с ограниченной ответственностью «Рио» обратилось в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции необоснованно понизил очередность требований общества, поскольку денежные средства предоставлялись должнику в безналичной форме до возникновения у должника имущественного кризиса.

В отзыве на апелляционную жалобу временный управляющий должника ФИО3 просит определение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.03.2021 по делу № А32-1097/2019 отменить и принять по делу новый судебный акт.

В судебном заседании представитель общества с ограниченной ответственностью «Рио» поддержал правовую позицию по спору.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Краснодарского края от 26.03.2021 по делу № А32-1097/2019 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО4 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Птицефабрика «Приморская» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.04.2019 (резолютивная часть объявлена 01.04.2019) заявление кредитора признано обоснованным, в отношении общества с ограниченной ответственностью «Птицефабрика «Приморская» введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, - наблюдение. Временным управляющим утверждена ФИО3.

В Арбитражный суд Краснодарского края обратилось общество с ограниченной ответственностью «Рио» с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 58 135 990 руб. 77 коп.

В обоснование заявления указано следующее.

Между обществом с ограниченной ответственностью «ВОСТОК» и обществом с ограниченной ответственностью «Птицефабрика «Приморская» были заключены договоры займа от 30.11.2015, от 13.03.2017 и от 26.09.2014 в силу которых общество с ограниченной ответственностью «Восток» предоставило должнику процентный заем в общей сумме 49 500 тыс. руб.

На основании договора перевода долга от 01.08.2012 должник принял на себя задолженность общества с ограниченной ответственностью «Сириус-Нефтегазстрой» перед обществом с ограниченной ответственностью «Восток» в размере 2 914 949 руб. 01 коп.

С учетом произведенных погашений общая сумма задолженности должника перед обществом с ограниченной ответственностью «Восток» в части основного долга составляла 52 010 тыс. руб.

Между обществом с ограниченной ответственностью «Восток» и обществом с ограниченной ответственностью «РИО» от 10.07.2018 заключен договор уступки прав требования к должнику по указанным договорам займа от 30.11.2015, от 13.03.2017 и от 26.09.2014 и договору перевода долга от 01.08.2012, в части суммы основного долга в размере 152 010 тыс. руб. и процентов в сумме 4 326 302 руб. 28 коп.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 18.03.2019 по делу№ А32-7166/2019 с общества с ограниченной ответственностью «Птицефабрика Приморская» в пользу общества с ограниченной ответственностью «РИО» взыскано 52 010 тыс. руб. основного долга, 4 326 302 руб. 28 коп. процентов за пользование займом и 1 799 688 рублей 49 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами.

Размер денежных обязательств должника перед кредитором составляет58 135 990 руб. 77 коп.

Поскольку задолженность перед кредитором не была погашена, а в отношении должника введена процедура наблюдения, кредитор обратился в арбитражный суд с заявлением об установлении требований в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом по правилам статей 71 или 100 Закона о банкротстве в зависимости от процедуры, введенной в отношении должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения.

Требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам такого рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов (пункт 5 статьи 71 Закона о банкротстве).

Вместе с тем, установление судом, рассматривающим дело о банкротстве, фактов злоупотребления правом, недобросовестного поведения сторон при совершении сделки, положенной в основу требования о включении в реестр требований кредиторов должника, является основанием для отказа во включении такого требования в реестр. Указанные обстоятельства входят в предмет доказывания при рассмотрении обособленного спора о включении требования кредитора в реестр требований кредиторов должника.

В соответствии со статьей 40 Закона о банкротстве кроме документов, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, акты, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора. К заявлению кредитора должны быть приложены вступившие в законную силу решения суда, арбитражного суда, третейского суда, рассматривавших требование конкурсного кредитора к должнику.

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов, в силу требований Закона о банкротстве, судом проверяются обоснованность заявленных требований, определяется их размер и характер.

Следовательно, в деле о банкротстве суд обязан вне зависимости от доводов лиц, участвующих в деле, оценить действительность заявленного требования о включении в реестр и соответствие закону процессуальных и материально -правовых интересов заявителя.

По существу заявленного требования суд первой инстанции установил следующее.

В обоснование факта наличия у должника неисполненных обязательств ООО «Рио» представило вступивший в законную силу судебный акт - решение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.03.2019 по делу № А32-7166/2019.

Таким образом, наличие задолженности должника перед ООО «Рио» подтверждено вступившим в законную силу судебным актом.

В силу части 2 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и частью 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Исполнимость судебных актов, принимаемых судами общей юрисдикции и арбитражными судами, обеспечивается их обязательностью на всей территории Российской Федерации для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан, что прямо предусмотрено соответствующими положениями Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (статья 13) и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (статья 16). В свою очередь, непременным условием обеспечения обязательности судебных актов является отсутствие между ними коллизий и иных неустранимых противоречий.

По смыслу пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве наличие вступившего в законную силу решения суда исключает возможность рассмотрения разногласий по требованиям о включении в реестр требований кредиторов в части их состава и размера. Иной подход недопустим, поскольку он допускает существование двух противоречащих друг другу судебных актов, что не соответствует положениям статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Данное положение направлено на реализацию принципа обязательности судебного акта, вследствие чего законодатель установил, что требование кредитора, основанное на судебном акте, может быть подвергнуто изменению другим судом только при условии отмены (изменении) судебного акта в порядке пересмотра либо при условии исполнения судебного акта должником. Правовой механизм реализации прав кредиторов, конкурирующих с тем, чьи требования включены в реестр требований кредиторов на основании вступившего в законную силу судебного акта, разъяснен в пункте 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Судебный акт, на котором основано требование кредитора, обжаловано не было и вступило в законную силу.

В материалы дела доказательства погашения задолженности перед кредитором не представлено.

Таким образом, обстоятельства, установленные вышеуказанным судебным актом, в рассматриваемом случае имеют для суда преюдициальное значение, поэтому суд не вправе производить переоценку обстоятельств установленных решением суда.

Признавая требование кредитора обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции исходил из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом, что генеральным директором ООО «Птицефабрика «Приморская» согласно выписке из ЕГРЮЛ является ФИО5 и состоит в браке ФИО6

Учредителями ООО «Птицефабрика «Приморская» являются ФИО7 50 % (брат Ведутенко (Закревской) Е.В.) и Пак Д.С. 50 % доли в уставном капитале.

Учредителем ООО «ВОСТОК» является ФИО8 100 %, а также супругой ФИО5

Директором ООО «Сириус-Нефтегазстрой» (ИНН <***>) является ФИО6, а учредителями являются ФИО9 50 % и Пак Д.С. 50 % доли в уставном капитале.

В судебном заседании временный управляющий, кредитор и представитель заявителя подтвердили, что учредители и директора обществ между собой имеют родственные связи.

Факт наличия аффилированности между должником и кредитором судом апелляционной инстанции признается подтвержденным.

Как следует из материалов дела, участники группы имеют признаки взаимозависимости и аффилированности (через участие в них общих учредителей, общих органов управления).

Участники группы имеют общих кредиторов - ФИО6, Пак Д.С., ФИО9, ООО «ВОСТОК», ООО «Сириус-Нефтегазстрой».

При этом суд указал, что аффилированность не может являться основанием для отказа в удовлетворении заявления кредитора о включении задолженности в реестр требований кредиторов, поскольку наличие корпоративных или иных связей объясняет мотивы совершения компенсационного финансирования общества.

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (далее - Обзор судебной практики), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование). Лицо, избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3.4 Обзора судебной практики, не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов. Контролирующее должника лицо, обладающее по сравнению с независимым кредитором значительно большим объемом информации о деятельности должника, структуре его активов и пассивов, состоянии расчетов с дебиторами и кредиторами, в связи с чем бремя доказывания некомпенсационного характера финансирования лежит на контролирующем лице.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства.

Данная позиция, сформулирована в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2), в рамках дела№ А32-19056/2014.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

Предъявляя требование к должнику, как к заемщику по обязательству, заявитель действует с нарушением запрета, предусмотренного статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, что является основанием для отказа ему в правовой защите.

Суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте указал, что действия бывшего учредителя должника и заявителя, выразившиеся в заключении договоров займа, нарушают принцип добросовестного осуществления гражданских прав, направлены исключительно на причинение вреда кредиторам и установление контроля за процедурой банкротства должника.

Из материалов дела следует, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Птицефабрика «Приморская» ООО «ВОСТОК» заявлены требования на сумму 71 978 997 руб., ИП ФИО9 в размере 31 864 103 руб., ООО «Сириус-Нефтегазстрой» заявлены требования на сумму 276 506 руб., ФИО6 в сумме 276 809 руб., Пак Д.С. в сумме 1 950 тыс. руб., которые являются учредителями и имеют между собой родственные связи.

Так же, ООО «Рио» заявлены требования сумме 58 135 990 руб. 77 коп., которые были переданы по договору уступки от учредителя должника ООО «ВОСТОК».

Таким образом, исходя из заявленных требований, предъявленных к должнику, усматривается аффилированность и корпоративная составляющая учредителями должника и его родственниками с совместной заявленной суммой требований о включении в реестр требований кредиторов более 100 млн. руб.

Указанные договоры заключены с целью создания кредиторской задолженности у должника. В результате их заключения размер кредиторской задолженности ООО «Птицефабрика «Приморская» значительно увеличился (без предоставления соответствующего встречного исполнения), что свидетельствует об отсутствии экономической целесообразности.

Действия заинтересованных лиц направлены в преддверии банкротства должника на получение денежных средств из конкурсной массы, а также преследовали цель оказать существенное влияние на решения, принимаемые собранием кредиторов должника, и соответственно на ход дела о несостоятельности ООО «Птицефабрика «Приморская».

Согласно пункту 3 статьи 1 Кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

С учетом экономического положения должника из изложенного следует, что, заключая договоры займа аффилированный кредитор осознавал, что займы являются нереальными к возврату, то есть сделки не могут быть расценены, как совершенные в обычных условиях оборота.

Таким образом, финансирование по договорам займа предоставлено кредитором явно в условиях имущественного кризиса.

Не востребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 Гражданского кодекса Российской Федерации), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника.

Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия также учитывает, что факт выдачи займов свидетельствует о том, что должник находился в состоянии имущественного кризиса.

Для обычных юридических лиц систематическое предоставление займов, по своей правовой природе не может являться обычной хозяйственной деятельностью, что делает подобные отношения недоступным для большинства участников гражданского оборота.

Если бы общество не выдало заем должнику, последний не смог бы вести хозяйственную деятельность и был бы уже давно вынужден подать заявление о признании себя несостоятельным (банкротом).

При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора судебной практики).

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно признал требование ООО «Рио» подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 АПК РФ, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают правильность сделанных судом первой инстанции и подтвержденных материалами дела выводов.

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 АПК РФ, не имеется.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.03.2021 по делу № А32-1097/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном статьёй 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу.

Председательствующий А.Н. Стрекачёв

СудьиЯ.А. Демина

Г.А. Сурмалян