Постановление от 24 сентября 2025 г. по делу № А32-52667/2018

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-52667/2018
город Ростов-на-Дону
25 сентября 2025 года
15АП-10229/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 15 сентября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 сентября 2025 года. Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Николаева Д.В., судей Димитриева М.А., Сулименко Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 09.10.2024;

от ФИО4: представитель ФИО3 по доверенности от 13.09.2024,

от ФИО5: представитель ФИО3 по доверенности от 23.08.2024,

от конкурсного управляющего публичного акционерного общества Коммерческий банк «Первомайский» - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»: представитель ФИО6 по доверенности от 25.12.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего публичного акционерного общества Коммерческий банк «Первомайский» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.06.2025 по делу № А32-52667/2018 об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов по заявлениям ФИО5, ФИО2, ФИО4 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества Коммерческий банк «Первомайский» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества Коммерческий банк «Первомайский» (далее - должник) ФИО5, ФИО2, ФИО4 обратились в суд с заявлениями о разрешении разногласий относительно установления размера требований кредиторов и признании их подлежащими удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами должника первой очереди, предъявившими свои требования в установленный срок: Котляр (ФИО7) Мария

Владимировна в размере 1 335 481,16 руб.; ФИО2 в размере 1 354 136,97 руб.; ФИО4 в размере 1 689 953,97 руб.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.06.2025 разрешены разногласия, в удовлетворении требований отказано.

Конкурсный управляющий должника Государственная корпорация "Агентство по страхованию вкладов" обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт, принять новый.

Суд огласил, что от конкурсного управляющего публичного акционерного общества Коммерческий банк «Первомайский» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» во исполнение определения суда через канцелярию суда поступили дополнительные документы, а именно: доказательства оплаты государственной пошлины.

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить доказательства оплаты государственной пошлины.

Суд огласил, что от ФИО5, ФИО2, ФИО4 через канцелярию суда поступил отзыв на апелляционную жалобу.

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить отзыв на апелляционную жалобу к материалам дела.

В судебном заседании представитель ФИО5, ФИО2, ФИО4 заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов, а именно: копия договора с дополнительными соглашениям.

Представитель конкурсного управляющего публичного акционерного общества Коммерческий банк «Первомайский» - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» возражал против удовлетворения ходатайства.

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить дополнительные документы к материалам дела, как доказательства непосредственно связанные с предметом исследования по настоящему спору.

Представитель конкурсного управляющего публичного акционерного общества Коммерческий банк «Первомайский» - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда изменить.

Представитель ФИО5, ФИО2, ФИО4 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, Банк России на основании статьи 189.61 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о

признании несостоятельной (банкротом) кредитной организации Банк «Первомайский» (ПАО).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 24.12.2018 заявление принято к рассмотрению.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.01.2019 (резолютивная часть от 28.01.2019) должник признан банкротом, конкурсным управляющим утверждена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – управляющий).

Сообщение о введении процедуры опубликовано на официальном источнике (газета «КоммерсантЪ») от 09.02.2019 № 24, в ЕФРСБ - 09.02.2019.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Банка «Первомайский» (ПАО) обратились в суд с заявлениями об установлении размера требований кредиторов и признании их подлежащими удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами должника первой очереди, предъявившими свои требования в установленный срок: - ФИО5 в размере 1 335 481,16 руб.; ФИО2 в размере 1 354 136,97 руб.; ФИО4 в размере 1 689 953,97 руб.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.03.2025 заявления кредиторов возвращены. Судебный акт мотивирован не устранением кредиторами, обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без движения, а именно не представлением сведений, подтверждающих имущественное положение заявителей, свидетельствующих о невозможности оплаты государственной пошлины; не представлением документов, подтверждающих уплату государственной пошлины за поданные заявления.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2025 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 17.03.2025 отменено, заявления направлены на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.06.2025 заявления приняты к рассмотрению.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявлений, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 60 Закона о банкротстве в рамках дела о банкротстве рассматриваются заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами.

Согласно пункту 1 статьи 189.85 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявлять свои требования к кредитной организации в любой момент в ходе конкурсного производства, а также в порядке, установленном статьей 189.32 названного Федерального закона, в период деятельности в кредитной организации временной администрации по управлению кредитной организацией. Указанные требования предъявляются конкурсному управляющему наряду с приложением вступивших в силу решений суда, арбитражного суда, определений о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решений третейского суда или иных судебных актов, а также подлинных документов либо их надлежащим образом заверенных копий, подтверждающих обоснованность этих требований.

В пункте 5 статьи 189.85 Закона о банкротстве указано, что возражения по результатам рассмотрения конкурсным управляющим требования кредитора могут быть заявлены в арбитражный суд кредитором не позднее чем в течение пятнадцати календарных дней со дня получения кредитором уведомления конкурсного управляющего о результатах рассмотрения этого требования. К указанным возражениям должны быть приложены уведомление о вручении конкурсному управляющему копии таких возражений или иные документы, подтверждающие направление конкурсному управляющему копии возражений и приложенных к возражениям документов.

Согласно пункту 7 статьи 189.85 Закона о банкротстве требования кредиторов, по которым заявлены возражения, рассматриваются арбитражным судом в порядке, установленном статьей 60 названного Федерального закона. По результатам такого рассмотрения выносится определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении таких требований в реестр требований кредиторов указываются размер и очередность удовлетворения этих требований. Определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано.

Требование кредитора, установленное соответствующим определением арбитражного суда, включается конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов не позднее дня, следующего за днем получения копии указанного определения конкурсным управляющим, о чем кредитор уведомляется конкурсным управляющим в течение трех дней со дня внесения соответствующей записи в реестр требований кредиторов.

Согласно пункту 10 статьи 189.85 Закона о банкротстве требование кредитора, предъявленное кредитной организации в период деятельности в ней временной администрации по управлению кредитной организацией и внесенное в реестр требований кредиторов в порядке, установленном статьей 189.32 названного Федерального закона, считается установленным в размере, составе и очередности удовлетворения, которые определены временной администрацией по управлению кредитной организацией, если в течение шестидесяти рабочих дней со дня опубликования сообщения о признании кредитной организации банкротом и об открытии конкурсного производства конкурсный управляющий с учетом положений подпункта 1 пункта 3 настоящей статьи не направит кредитору уведомление о полном или частичном исключении указанного требования из реестра требований кредиторов.

Возражения по содержанию уведомления, указанного в пункте 10 настоящей статьи, могут быть заявлены кредиторами, а также рассмотрены арбитражным судом в порядке, установленном настоящей статьей. Требования кредиторов, по которым не заявлены указанные возражения в срок, предусмотренный пунктом 5 настоящей статьи, считаются установленными в размере, составе и очередности удовлетворения, которые определены конкурсным управляющим.

Согласно пункту 11 статьи 189.96 Закона о банкротстве требования кредиторов, предъявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет имущества кредитной организации, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, предъявленных в установленный срок и включенных в реестр требований кредиторов.

Расчеты с кредиторами по указанным требованиям производятся конкурсным управляющим в порядке, установленном настоящей статьей.

Согласно пункту 12 статьи 189.96 Закона о банкротстве требования кредиторов первой очереди, предъявленные после закрытия реестра требований кредиторов, но до завершения расчетов со всеми кредиторами, после завершения расчетов с кредиторами первой очереди, предъявившими свои требования в установленный срок, подлежат

удовлетворению до удовлетворения требований кредиторов последующей очереди. До полного удовлетворения указанных требований кредиторов первой очереди удовлетворение требований кредиторов последующей очереди приостанавливается.

В случае если указанные требования были предъявлены до завершения расчетов с кредиторами первой очереди, они подлежат удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами первой очереди, предъявившими свои требования в установленный срок, при наличии денежных средств на их удовлетворение.

Из материалов дела следует, что разногласия между конкурсным управляющим и заявителями заключаются в том, что требования заявителей не включены в реестр требований кредиторов должника.

Управляющий возражал против удовлетворения требований заявителей.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 27.10.2015 № 28-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО8, ФИО9, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО13" указано следующее.

Исходя из того, что пункт 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации допускает подтверждение соблюдения письменной формы договора банковского вклада выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, установленным банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, т.е. перечень документов, которые могут удостоверять факт заключения договора банковского вклада, не является исчерпывающим, внесение денежных средств на счет банка гражданином-вкладчиком, действующим при заключении договора банковского вклада разумно и добросовестно, может доказываться любыми выданными ему банком документами.

Что касается неблагоприятных последствий несоблюдения требований к форме договора банковского вклада и процедуры его заключения, то их несение возлагается на банк, поскольку как составление проекта такого договора, так и оформление принятия денежных средств от гражданина во вклад осуществляются именно банком, который, будучи коммерческой организацией, самостоятельно, на свой риск занимается предпринимательской деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли (абзац третий пункта 1 статьи 2 и статья 50 Гражданского кодекса Российской Федерации), обладает специальной правоспособностью и является - в отличие от гражданина-вкладчика, не знакомого с банковскими правилами и обычаями делового оборота, профессионалом в банковской сфере, требующей специальных познаний.

В частности, если из обстоятельств дела следует, что договор банковского вклада, одной из сторон которого является гражданин, был заключен от имени банка неуполномоченным лицом, необходимо учитывать, что для гражданина, проявляющего при заключении договора необходимые разумность и добросовестность, соответствующее полномочие представителя может явствовать из обстановки, в которой он действует (абзац второй пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации). Например, когда договор оформляется в кабинете руководителя подразделения банка, то у гражданина имеются основания полагать, что лицо, заключающее этот договор от имени банка, наделено соответствующими полномочиями. Подобная ситуация имеет место и в случае, когда договор банковского вклада заключается уполномоченным работником банка, но вопреки интересам своего работодателя, т.е. без зачисления на счет по вкладу поступившей от гражданина-вкладчика денежной суммы, притом что для самого гражданина из сложившейся обстановки определенно явствует, что этот работник действует от имени и в интересах банка.

Соответственно, суды, которые при рассмотрении споров между гражданами и кредитными организациями по поводу банковских вкладов самостоятельно осуществляют гражданско-правовую квалификацию отношений сторон, в том числе определяют, могут

ли эти правоотношения считаться установленными, какова их природа, юридические факты, их порождающие, должны учитывать различный уровень профессионализма сторон в данной сфере правоотношений, отсутствие у присоединившейся стороны - гражданина реальной возможности настаивать на изменении формы договора и на проверке полномочий лица, действующего от имени банка, и т.д.

Определяя пределы осуществления гражданских прав, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5). Разъясняя это законоположение, Верховный Суд Российской Федерации указал, что при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

С учетом неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации позиции, согласно которой суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным, это означает, что суд не вправе квалифицировать, руководствуясь пунктом 2 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с его статьей 166, как ничтожный или незаключенный договор банковского вклада с гражданином на том лишь основании, что он заключен неуполномоченным работником банка и в банке отсутствуют сведения о вкладе (об открытии вкладчику счета для принятия вклада и начисления на него процентов, а также о зачислении на данный счет денежных средств), в тех случаях, когда - принимая во внимание особенности договора банковского вклада с гражданином как публичного договора и договора присоединения - разумность и добросовестность действий вкладчика (в том числе применительно к оценке предлагаемых условий банковского вклада) при заключении договора и передаче денег неуполномоченному работнику банка не опровергнуты. В таких случаях бремя негативных последствий должен нести банк, в частности создавший условия для неправомерного поведения своего работника или предоставивший неуправомоченному лицу, несмотря на повышенные требования к экономической безопасности банковской деятельности, доступ в служебные помещения банка, не осуществивший должный контроль за действиями своих работников или наделивший полномочиями лицо, которое воспользовалось положением работника банка в личных целях, без надлежащей проверки.

Действия банков, работники которых принимали у вкладчиков дополнительные денежные суммы для внесения во вклад (со ссылкой на подписанный договор) и выдавали денежные суммы в качестве процентов по вкладу, в силу статьи 402 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника, должны расцениваться с учетом предписаний пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливающего, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действовало недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Приведенное правило, по сути, лишь нормативно подтверждает необходимость добросовестного поведения участников регулируемых гражданским правом отношений (в том числе возникших до его

формальной имплементации в текст Гражданского кодекса Российской Федерации), которое должно отвечать критерию определенности, однозначности и точности.

При этом на гражданина-вкладчика, не обладающего профессиональными знаниями в сфере банковской деятельности и не имеющего реальной возможности изменить содержание предлагаемого от имени банка набора документов, необходимых для заключения данного договора, возлагается лишь обязанность проявить обычную в таких условиях осмотрительность при совершении соответствующих действий (заключить договор в здании банка, передать денежные суммы работникам банка, получить в подтверждение совершения операции, опосредующей их передачу, удостоверяющий этот факт документ). Поэтому с точки зрения конституционных гарантий равенства, справедливости и обеспечения эффективной судебной защиты необходимо исходить из того, что гражданин-вкладчик, учитывая обстановку, в которой действовали работники банка, имел все основания считать, что полученные им в банке документы, в которых указывается на факт внесения им денежных сумм, подтверждают заключение договора банковского вклада и одновременно удостоверяют факт внесения им вклада. Иное означало бы существенное нарушение прав граждан-вкладчиков как добросовестных и разумных участников гражданского оборота.

Таким образом, пункт 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в части, позволяющей подтверждать соблюдение письменной формы договора "иным выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, предусмотренным для таких документов законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота", не противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку в этой части его положения, закрепляющие требования к форме договора банковского вклада, по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не препятствуют суду на основании анализа фактических обстоятельств конкретного дела признать требования к форме договора банковского вклада соблюденными, а договор - заключенным, если будет установлено, что прием от гражданина денежных средств для внесения во вклад подтверждается документами, которые были выданы ему банком (лицом, которое, исходя из обстановки заключения договора, воспринималось гражданином как действующее от имени банка) и в тексте которых отражен факт внесения соответствующих денежных средств, и что поведение гражданина являлось разумным и добросовестным.

Правовая оценка обстоятельств судом общей юрисдикции не может рассматриваться в качестве обстоятельства, имеющего преюдициальное значение для арбитражного суда, рассматривающего дело (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 309-ЭС16-1553, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2019 по делу № А32-29118/2017).

Конкурсный управляющий не учитывает, что в отличие от случая с КБ "Мастер- Банк" (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 305-ЭС14-5119) заявитель являлся обычным гражданином, особенностей обслуживания VIP-клиентов не знал (недобросовестности и неразумности в действиях гражданина не усматривается), размер вклада значителен только для гражданина, но является обычным и не значительным при сравнении с вкладами VIP-клиентов (например, случай с КБ "Мастер-Банк").

Конкурсный управляющий также не учитывает, что гражданско-правовые отношения (заявитель - банк) не прекращаются.

Неправомерные действия Банка по отказу в компенсации вкладчикам денежных средств привели к существенному нарушению их прав, длящемуся более шести лет (ссылки на пункт 5 статьи 189.85 Закона о банкротстве подлежат отклонению).

Данное нарушение также имело место и со стороны конкурсного управляющего банком, так как отказ во включении требования заявителя в реестр со ссылкой его

неосторожности и неосмотрительность при заключении договора о банковском вкладе, не может быть признан правомерным. Учитывая, что вопрос о законности требований вкладчика к банку был предметом продолжительных судебных разбирательств в суде общей юрисдикции, конкурсный управляющий банком не мог не знать об обязанности компенсировать вкладчикам денежные средства.

Судом первой инстанции также учтено, что заявитель не является профессиональным участником в спорных правоотношениях, в свою очередь, банком допущены существенные нарушения прав и интересов потребителя.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что срок для подачи возражений на отказ Агентства по страхованию вкладов во включении требований в реестр подлежит восстановлению.

Аналогичная позиция изложена в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2020 по делу № А32-52667/2018.

В указанной части лица, участвующие в деле, не обжаловали судебный акт, апелляционная жалоба доводов по существу не содержит.

В соответствии с пунктом 5 статьи 859 Гражданского кодекса Российской Федерации, остаток денежных средств на счете выдается клиенту либо по его указанию перечисляется на другой счет не позднее семи дней после получения соответствующего письменного заявления клиента, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 статьи 858 названного Кодекса.

Приказом Банка России от 23.11.2018 № ОД-3035 года у Банка "Первомайский" (ПАО) отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

Подателем жалобы приведен довод о том, что расчет по требованию ФИО5 произведен заявителем неверно и судом первой инстанции не проверен.

Так, в отношении требований, заявленных ФИО5, конкурсный управляющий указал, что сумма вклада (600 000 руб.), которая зафиксирована сторонами в последнем дополнительном соглашении от 30.01.2013 г. к договору о банковском вкладе № 098-00002089/17 от 21.04.2009 г., не должна учитываться в расчете задолженности, поскольку 29.01.2013 года по расходному кассовому ордеру вкладчику выдано 42 000 руб. Учитывая, что в предыдущем дополнительном соглашении от 31.07.2012 года стороны также зафиксировали сумму вклада в размере 600 000 руб., остаток по вкладу должен составлять (600 000 – 42 000) = 558 000 руб. (в отзыве ошибочно указано 458 000 руб.).

При обращении с рассматриваемым требованием, ФИО5 указывает следующее.

Из заявления следует, что между ФИО5 и должником в лице дополнительного офиса «Геленджикский» заключен договор банковского вклада № 098-00002089\17 от 21.04.2009 на сумму 482 192,60 руб. с уплатой процентов на сумму вклада в размере под 17 % годовых на срок с 21.04.2009 по 21.07.2009.

Согласно пункту 3.1 договора банковского вклада, заключенного между заявителем и банком, проценты на сумму вклада начисляются со дня, следующего за днем его поступления в банк, по день исполнения обязательств по договору.

Согласно пункту 3.4. договора о банковском вкладе, в случае если вкладчик не требует возврата суммы вклада и процентов по нему по истечении срока договора, договор считается продленным на условиях вклада до востребования с уплатой процентов по ставке до востребования.

Таким образом, условия вклада до востребования с уплатой процентов по ставке до востребования применяются лишь тогда, когда вкладчик не требует возврата суммы вклада и процентов по нему по истечении срока договора.

К указанному договору неоднократно заключались дополнительные соглашения для изменения суммы вклада, процентной ставки и срока действия договора.

В материалы дела представлены приходные и расходный кассовые ордера.

Из содержания представленных дополнительных соглашений и расходных кассовых ордеров следует, что указанному вкладчику в последние годы действия договора раз в полугодие выплачивались проценты по вкладу:

- за период с 28.07.2011 по 28.01.2012 в размере 77 000 руб. по расходному кассовому ордеру от 30.01.2012 г. № 00648 (расчет процентов: 1 100 000 х 14% годовых: 2 = 77 000);

- за период с 28.01.2012 по 28.07.2012 также в размере 77 000 руб. по расходному кассовому ордеру от 31.07.2012 г. № 02954 (расчет процентов: 1 100 000 х 14% годовых: 2 = 77 000). Выплата процентов произведена одновременно со снятием части основной суммы вклада в размере 500 000 руб. в результате чего остаток по вкладу составил 600 000 руб.;

- за период с 28.07.2012 по 28.01.2013 в размере 42 000 руб. по расходному кассовому ордеру от 29.01.2013 г. № 367 (расчет процентов: 600 000 х 14% годовых : 2 = 42 000).

Общая сумма задолженности банка перед вкладчиком составляет 1 335 481,16 руб., что не превышает 1 400 000 руб. (размер страхового возмещения).

Из материалов дела следует, что обязательства по договору банком не исполнены по настоящее время.

Однако заявителем не представлено надлежащих доказательств обращения в банк с заявлением о возврате денежных средств в период действия договора.

Представленный в материалы дела расходный кассовый ордер от 29.01.2013 на сумму 42 000 руб. не свидетельствует о выплате заявителю процентов по вкладу и на размер вклада не влияет.

Суд первой инстанции произведен расчет суммы процентов, использован депозитный калькулятор http://fincalculator.ru, и пришел к верному выводу о том, что общая сумма задолженности банка перед вкладчиком составляет 1 335 481,16 руб., что не превышает 1 400 000 руб. (размер страхового возмещения).

Банк, заявляя довод о том, что судом первой инстанции не проверен расчет предъявленных требований, не представляет собственный контррасчет. Довод в указанной части фактически является документально не подтвержденными.

При этом пунктом 1 части 1 статьи 8 Федерального закона от 23.12.2003 № 177-ФЗ "О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации" (далее - Закон № 177-ФЗ) предусмотрено, что страховым случаем является отзыв у банка лицензии на осуществление банковских операций. В соответствии со статьей 10 Закона № 177-ФЗ право требования вкладчика на возмещение по вкладам возникает со дня наступления страхового случая.

Согласно пункту 2 статьи 11 Закона № 177-ФЗ возмещение по вкладу в банке, в отношении которого наступил страховой случай, выплачивается вкладчику в размере 100 процентов суммы вкладов в банке, но не более 1 400 000 руб., если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно отказал заявителям в удовлетворении заявленных требований.

Арбитражный суд первой инстанции полно и всесторонне выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального права применены правильно.

Довод агентства (как конкурсного управляющего должника и как самостоятельного юридического лица) о том, что суд первой инстанции неправомерно не привлек его к участию в данном обособленном споре в качестве отдельного участника процесса, основаны на неверной квалификации разрешенных судом требований (разногласий). Судебный акт не содержит ни выводов о правах (обязанностях) агентства (как самостоятельного юридического лица), ни ссылок на то, какая задолженность подлежит обязательному возмещению вкладчику со стороны агентства: заявленная вкладчиком

сумма не проверялась судом на критерий обоснованности. То есть в случае обращения вкладчика в суд общей юрисдикции с требованием о взыскании страхового возмещения в пределах 1400 тыс. рублей ему придется обосновывать свои требования в общем порядке с представлением соответствующих доказательств.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.10.2023 № Ф08-9891/2023 по делу № А32-52667/2018.

Кроме того, Государственная корпорация "Агентство по страхованию вкладов" является конкурсным управляющим должника, поэтому является участником дела № А32-52667/2018 о банкротстве должника.

В целом доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети "Интернет". По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановление на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручено им под расписку.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.06.2025 по делу № А32-52667/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Д.В. Николаев

Судьи М.А. Димитриев

Н.В. Сулименко