Постановление от 17 апреля 2019 г. по делу № А66-287/2015

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-287/2015
г. Вологда
17 апреля 2019 года


Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2019 года.

В полном объёме постановление изготовлено 17 апреля 2019 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Виноградова О.Н. и Писаревой О.Г.,

при ведении протокола секретарём судебного заседания Ерофеевой Т.В.,

при участии от публичного акционерного общества «Сбербанк России» представителя ФИО2 по доверенности от 26.01.2018 № СРБ/54-Д, от открытого акционерного общества «Мелькомбинат» в лице внешнего управляющего ФИО3 представителя ФИО4 по доверенности от 25.12.2018 № 390, представителя собрания кредиторов открытого акционерного общества «Мелькомбинат» ФИО5 на основании протокола собрания кредиторов от 31.05.2018, от общества с ограниченной ответственностью «НРК Актив» представителя ФИО6 по доверенности от 20.03.20169 № 26-12/2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы публичного акционерного общества «Сбербанк России», общества с ограниченной ответственностью «НРК Актив», внешнего управляющего открытого акционерного общества «Мелькомбинат» ФИО3 на определение Арбитражного суда Тверской области от 08 февраля 2019 года по делу № А66-287/2015,

у с т а н о в и л:

публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – Банк), общество с ограниченной ответственностью «НРК АКТИВ» (далее – Общество), внешний управляющий открытого акционерного общества «Мелькомбинат» (адрес: 170100, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – Должник) ФИО3 обратились в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на определение Арбитражного суда Тверской области от 08.02.2019 о признании недействительным договора залога от 23.03.2015 № 00350014/46111103-З, заключенного Должником и Банком, об отказе в удовлетворении остальной части заявлений закрытого акционерного общества «Объединенная продовольственная компания» и внешнего управляющего Должника.

Банк в обоснование жалобы, ссылаясь на неправильное применение судом первой инстанции норм процессуального права, несоответствие выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте, обстоятельствам дела, просит определение суда отменить в части признания договора залога от 23.03.2015 № 00350014/46111103-З недействительным и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. Доводы жалобы сводятся к тому, что суд первой инстанции пришел к неверному выводу о доказанности получения Банком предпочтения в результате заключения спорного договора залога, а также о наличии в действиях Банка признаков злоупотребления правом. Кроме того указывает, что суд, взыскав с Банка сумму государственной пошлины без наличия правовых оснований для возложения судебных расходов на третье лицо, нарушил нормы процессуального права, в частности применив статью 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Общество также не согласилось с определением суда от 08.02.2019 в части удовлетворения заявленных требований. В апелляционной жалобе ссылается на наличие равноценного встречного предоставления, что исключает возможность оспаривания сделки по основаниям, предусмотренным статьей 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Кроме того, по мнению апеллянта, судом не установлены обстоятельства, позволяющие применить к оспариваемому договору нормы статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Внешний управляющий Должника ФИО3 в апелляционной жалобе просил отменить определение суда от 08.02.2019 в части отказа в удовлетворении заявленных требований. По мнению апеллянта, суд не полностью выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела и не применил положения статьи 61.3 Закона о банкротстве, статей 10, 168 ГК РФ в части признания договоров ипотеки от 23.03.2015 № 00630013/46111105-3, № 00630013/46111105-4, № 04-0260-11/0-5033102, № 04-0260-11/0-5043102, № 00350014/46111105-3, № 01750013/46111105-3, № 01380013/46111105-2 недействительными.

Представитель Банка в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе и апелляционной жалобе Общества, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы внешнего управляющего Должника по основаниям, приведенным в отзыве на нее.

Представитель Общества в заседании суда поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе и апелляционной жалобе Банка, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы внешнего управляющего по основаниям, приведенным в отзыве на нее и в возражениях на отзыв внешнего управляющего на апелляционную жалобу Общества.

Внешний управляющий Должника в отзыве и его представитель в судебном заседании возражали против удовлетворения апелляционных жалоб Банка и Общества, поддержали доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе.

Представитель собрания кредиторов Должника просил определение суда оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобы не подлежащими удовлетворению.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,

между Должником и Банком заключены следующие договоры:

- кредитный договор от 09.04.2014 № 00350014/46111100 (остаток долга 303 млн руб.), обязательства по возврату кредита обеспечивались, в том числе, заключенным между Должником и Банком договором залога от 28.04.2014 № 00350014/46111105-1;

- кредитный договор от 27.11.2013 № 01750013/46111100 (остаток долга 166 млн руб.), обязательства по возврату кредита обеспечивались, в том числе, заключенным между Должником и Банком договором залога от 27.11.2013 № 01750013/46111105-1;

- кредитный договор от 04.10.2013 № 01380013/46111100 (остаток долга 92 млн руб.), обязательства по возврату кредита обеспечивались, в том числе, заключенным между Должником и Банком договором залога от 04.10.2013 № 01380013/46111105-1;

- кредитный договор от 25.06.2013 № 00630013/46111100 (остаток долга 112 млн руб.), обязательства по возврату кредита не были обеспечены залогом имущества должника;

- кредитный договор от 04.10.2011 № 04-0260/11-0-1003102 (остаток долга 30 млн. руб.), обязательства по возврату кредита не были обеспечены залогом имущества Должника.

Между Должником и Банком 23.03.2015 заключены договор залога № 00350014/46111103-З, договоры ипотеки № 00630013/46111105-3, № 00630013/46111105-4, № 04-0260-11/0-5033102, № 04-0260-11/0-5043102, № 00350014/46111105-3, № 01750013/46111105-3, № 01380013/46111105-2.

Указанные договоры ипотеки обеспечили все имеющиеся кредитные обязательства Должника в совокупности, договор залога обеспечил исполнение каждого из 5 вышеуказанных кредитных обязательств.

При этом по договору залога от 23.03.2015 № 00350014/46111103-З в залог Банку передано имущество Должника (оборудование) залоговой стоимостью 202 млн. руб., при этом залоговое имущество на сумму 55 млн. руб. по состоянию на 23.03.2015 находилось в залоге у Банка по договорам от 09.04.2014 № 00350014/46111103-1, от 31.08.2011 № 01-0216/11-0-3011202, от 05.12.2008 № 356/08-2, от 27.11.2013 № 01750013/46111103-1, от 25.06.2013 № 00620013/46111103-2, которые были расторгнуты 23.03.2015 - в день заключения оспариваемого договора залога от 23.03.2015 № 00350014/46111103-З.

Определением Арбитражного суда Тверской области от 03.02.2015 возбуждено дело о банкротстве Должника.

Определением суда от 24.08.2016 в отношении Должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО7

Определением суда от 10.04.2018 в отношении Должника введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утверждён ФИО3, который на основании пункта 2 статьи 61.2, пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, статей 10, 168 ГК РФ обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Закрытое акционерное общество «Объединенная продовольственная компания», будучи конкурсным кредитором Должника, ссылаясь на статью 61.3 Закона о банкротстве, обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договора залога № 00350014/46111103-З, договоров ипотеки № 00630013/46111105-3, № 00630013/46111105-4, № 04-0260-11/0-5033102, № 04-0260-11/0-5043102, № 00350014/46111105-3, № 01750013/46111105-3, № 01380013/46111105-2.

Суд первой инстанции объединил данные заявления в одно производство для совместного рассмотрения.

Рассмотрев заявленные требования, Арбитражный суд Тверской области признал их частично обоснованными, признав недействительным договор залога от 23.03.2015 № 00350014/46111103-З и отказав в удовлетворении остальной части заявленных требований.

Проверив материалы дела, апелляционная инстанция не находит оснований не согласиться с принятым судебным актом.

Как разъяснено в абзаце шестом пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), по правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Из материалов дела следует, что оспариваемые сделки совершены после принятия арбитражным судом заявления о признании Должника банкротом (03.02.2015).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очерёдности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очерёдности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 этой же статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

По смыслу данных норм для признания сделки недействительной на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий: сделка должна быть совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и (или) в течение одного месяца, предшествовавшего подаче заявления о признании должника банкротом; сделка повлекла или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (сделка с предпочтением); наличие хотя бы одного из условий, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 11 Постановления № 63, если сделка с предпочтением совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 Постановления № 63, в качестве сделок, предусмотренных абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, могут рассматриваться, в частности, сделки по установлению залога по ранее возникшим требованиям.

Статьей 134 Закона о банкротстве установлена очерёдность удовлетворения требований кредиторов.

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов Должника включены требования кредиторов на сумму, превышающую 3 млрд. руб.

Между должником и ПАО «Сбербанк России» по состоянию на 23.03.2015 имелись следующие кредитные договоры:

- от 09.04.2014 № 00350014/46111100 (остаток долга 303 млн. руб.), обязательства по возврату кредита обеспечивались, в том числе, заключенным между должником и ПАО «Сбербанк России» договором залога от 28.04.2014 № 00350014/46111105-1 (имущество в г. Вязьма залоговой стоимостью 134 млн. руб.);

- от 27.11.2013 № 01750013/46111100 (остаток долга 166 млн. руб.), обязательства по возврату кредита обеспечивались, в том числе, заключенным между должником и ПАО «Сбербанк России» договором залога от 27.11.2013 № 01750013/46111105-1 (имущество в г. Ржев залоговой стоимостью 133 млн. руб.);

- от 04.10.2013 № 01380013/46111100 (остаток долга 92 млн. руб.), обязательства по возврату кредита обеспечивались, в том числе, заключенным между должником и ПАО «Сбербанк России» договором залога от 04.10.2013 № 01380013/46111105-1 (имущество в г. Ржев залоговой стоимостью 133 млн. руб.);

- от 25.06.2013 № 00630013/46111100 (остаток долга 112 млн. руб.), обязательства по возврату кредита не были обеспечены залогом имущества должника;

- от 04.10.2011 № 04-0260/11-0-1003102 (остаток долга 30 млн. руб.), обязательства по возврату кредита не были обеспечены залогом имущества должника.

Между должником и ПАО «Сбербанк России» 23.03.2015 были заключены договор залога от 23.03.2015 № 00350014/46111103-З, договор ипотеки от 23.03.2015 № 00630013/46111105-3, договор ипотеки от 23.03.2015 № 00630013/46111105-4, договор ипотеки от 23.03.2015 № 04- 0260-11/0-5033102, договор ипотеки от 23.03.2015 № 04-0260-11/0-5043102, договор ипотеки от 23.03.2015 № 00350014/46111105-3, договор ипотеки от 23.03.2015 № 01750013/46111105-3, договор ипотеки от 23.03.2015 № 01380013/46111105-2.

При этом в залог передавалось те же самые имущественные комплексы должника, расположенные в г.Ржев и г.Вязьма. 7 договоров ипотеки обеспечили все имеющиеся кредитные обязательства должника в совокупности, 1 договор залога обеспечил исполнение каждого из 5 вышеуказанных кредитных обязательств.

По договору залога от 23.03.2015 № 00350014/46111103-З в залог банку было передано имущество должника (оборудование) залоговой стоимостью 202 млн. руб., при этом залоговое имущество на сумму 55 млн. руб. по состоянию на 23.03.2015 находилось в залоге у ПАО «Сбербанк России» по договорам № 00350014/46111103-1 от 09.04.2014, № 01-0216/11- 0-3011202 от 31.08.2011, № 356/08-2 от 05.12.2008, № 01750013/46111103-1 от 27.11.2013, № 00620013/46111103-2 от 25.06.2013, которые были расторгнуты 23.03.2015 - в день заключения оспариваемого договора залога от 23.03.2015 № 00350014/46111103-З.

При оценке 7 договоров ипотеки на их соответствие пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве судом учтено, что они являлись договорами последующего залога, залогодателем по предшествующим залогам (договор от 28.04.2014 № 00350014/46111105-1, от 27.11.2013 № 01750013/46111105-1, от 04.10.2013 № 01380013/46111105-1) также являлось ПАО «Сбербанк России». Общий размер непогашенных кредитных обязательств должника перед ПАО «Сбербанк России» по состоянию на 23.03.2015 по указанным договора составлял 703 млн. руб., тогда как в залог как до совершения оспариваемых сделок, так и после их совершения было передано имущество залоговой стоимостью 267 млн. руб. (имущественные комплексы в г. Ржев и г. Вязьма).

При этом общая залоговая стоимость имущества должника осталась неизменной, изменилось лишь ее перераспределение по кредитным договорам.

Тот факт, что имущественный комплекс в г. Ржев залоговой стоимостью 133 млн. руб. стал обеспечивать удовлетворение 3 кредитных договоров (ранее обеспечивал удовлетворение 2 кредитных договоров с остатком долга 258 млн. руб.), а имущественный комплекс в г. Вязьма залоговой стоимостью 134 млн. руб. стал обеспечивать удовлетворение 4 кредитных договоров (ранее обеспечивал удовлетворение 1 кредитного договора с остатком долга 303 млн. руб.) не свидетельствует об увеличении размера обеспечения, поскольку залоговая стоимость имущественного комплекса в г. Ржев (133 млн. руб.) как не позволяла ранее удовлетворить остаток долга в 258 млн. руб., а залоговая стоимость имущественного комплекса в г. Вязьма (134 млн. руб.) не позволяла ранее удовлетворить остаток долга в 303 млн. руб., так и не увеличилась возможность погашения требований ПАО «Сбербанк России» заключением оспариваемых 7 договоров ипотеки.

На основании изложенного, суд не усмотрел признаков предпочтительного удовлетворения требований ПАО «Сбербанк России» заключением оспариваемых 7 договоров ипотеки и недействительности данных сделок вследствие, в том числе, недоказанности злоупотребления сторонами данных сделок своими гражданскими правами.

Апелляционная инстанция считает, что указанные выводы соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным в материалы дела доказательствам.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении № 63 (абзац четвертый пункта 4) и в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Оснований для применения статьи 10 ГК РФ к вышеуказанным сделкам апелляционной инстанцией не установлено, поскольку для установления в действиях граждан и организаций злоупотребления правом необходимо установить, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения.

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Доказательств, подтверждающих обратное, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ внешним управляющим не представлено.

Вместе с тем суд посчитал, что договор залога от 23.03.2015 № 00350014/46111103-З недействителен по нормам статьи 61.3 Закона о банкротстве и статьям 10 и 168 ГК РФ.

Данный договор заключен в счет обеспечения кредитных обязательств, возникших задолго до данного договора залога, при наличии у должника просроченных обязательств перед другими кредиторами, в том числе, второй очереди удовлетворения (основной долг по уплате НДФЛ в сумме 7 335 558 руб.), что подтверждается реестром требований кредиторов должника.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 138 Закона о банкротстве 80 процентов средств, вырученных от реализации предмета залога, гарантированно направляется на погашение требований кредитора по кредитному договору, обеспеченному залогом имущества должника (в пределах непогашенных сумм кредита и процентов за пользование кредитом). Оставшиеся 20 процентов резервируются на специальном банковском счете должника для погашения: требований кредиторов первой и второй очереди (независимо от момента возникновения указанных требований) на случай недостаточности иного имущества должника для проведения расчетов по этим требованиям (15 процентов средств), а также названных в Законе видов текущих платежей (5 процентов средств).

Таким образом, установление залога привело к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по денежным обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки.

Кроме того, поскольку договор залога от 23.03.2015 № 00350014/46111103-З заключен после возбуждения дела о банкротстве и размер стоимости предоставленного в залог имущества (202 млн. руб.) превышает 1 % балансовой стоимости имущества должника (3 256 млн. руб.), суд правомерно не признал данную сделку совершенной в рамках обычной хозяйственной деятельности.

При таких обстоятельствах обжалуемый судебный акт о признании договора залога недействительным по вышеприведённым основаниям является верным.

Довод Банка о необоснованном взыскании с Банка государственной пошлины апелляционной коллегией не принимается, поскольку в силу подпункта 4 пункта 15 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35) при рассмотрении в деле о банкротстве обособленного спора по заявлению об оспаривании сделки непосредственными его участниками являются другая сторона сделки или иное лицо, в отношении которого совершена сделка.

Распределение судебных расходов в деле о банкротстве между лицами, участвующими в деле, осуществляется с учетом целей конкурсного производства и наличия в деле о банкротстве обособленных споров, стороны которых могут быть различны. В связи с этим судебные расходы, понесенные за счет конкурсной массы, подлежат возмещению лицами, не в пользу которых был принят судебный акт по соответствующему обособленному спору. Судебные расходы лиц, в пользу которых был принят судебный акт по соответствующему обособленному спору, подлежат возмещению лицами, не в пользу которых был принят данный судебный акт (пункт 18 постановления № 35).

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Поскольку Банк являлся стороной оспариваемых сделок, судебные расходы правомерно взысканы судом с Банка.

Суд апелляционной инстанции считает, что фактические обстоятельства данного обособленного спора исследованы судом в полном объёме, с учётом сформулированного предмета иска сделан правомерный вывод о его частичном удовлетворении.

При таких обстоятельствах, поскольку нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию незаконного судебного акта, судом первой инстанции не допущено, определение суда соответствует имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, то оснований для отмены обжалуемого судебного акта нет.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на подателей жалоб в силу статьи 110 АПК РФ, так как в удовлетворении жалоб отказано.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Тверской области от 08 февраля 2019 года по делу № А66-287/2015 оставить без изменения, апелляционные жалобы публичного акционерного общества «Сбербанк России», общества с ограниченной ответственностью «НРК АКТИВ», внешнего управляющего открытого акционерного общества «Мелькомбинат» ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

О.Н. Виноградов

О.Г. Писарева