Решение от 15 июля 2021 г. по делу № А45-33743/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

город Новосибирск Дело № А45-33743/2020

Резолютивная часть решения объявлена 08 июля 2021 года

Решение в полном объеме изготовлено 15 июля 2021 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Серёдкиной Е.Л., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Красько А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Омега Трейд» (ОГРН <***>), г. Новосибирск,

к ответчику: обществу с ограниченной ответственностью «Ровер» (ОГРН <***>), г. Горно-Алтайск,

при участии в деле третьих лиц: 1) общества с ограниченной ответственностью «СибУглеТранс» (ОГРН <***>), <...>) временного управляющего ООО «Ровер» - ФИО1,

о взыскании стоимости не вывезенного угля в размере 500031042 рубля,

при участии в судебном заседании представителей

истца: ФИО2, директор на основании выписки из ЕГРЮЛ от 04.12.2020, паспорт, ФИО3, заместитель директора по экономике, на основании выписки из ЕГРЮЛ от 07.06.2021,

ответчика: ФИО4 доверенность №71 от 21.12.2021, диплом, паспорт;

третьих лиц: 1) не явился, извещен, 2) не явился, извещен;

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Омега Трейд» (далее - истец) обратилось с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Ровер» (далее - ответчик) об обязании ответчика выполнить в полном объеме условия договора на проведение комплекса добычных работ №03/06-2, а именно: предоставить представителям Заказчика беспрепятственный доступ на участки и обеспечить въезд грузовых самосвалов Заказчика для вывоза Заказчиком угля.

Ответчик, отзывом исковые требования отклонил и указал, что предметом договора является обязанность ответчика (Недропользователя) по предоставлению доступа на лицензионный участок недр и обеспечению свободного въезда и вывоза техники и обязанность истца по добыче угля, поскольку ответчик в одностороннем порядке отказался от исполнения договора обязательство по обеспечению доступа на объект прекратилось; также ответчик указал, что угля на объекте не имеется, в связи с чем, просил в иске отказать.

С учетом заявленных ответчиком возражений об отсутствии на площадке угля, истец изменил предмет исковых требований, а также впоследствии уточнил размер исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просит взыскать убытки в виде стоимости не вывезенного угля в размере 500031042 рубля.

Согласно части 1 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Поскольку заявление истца не противоречит положениям статьи 49 АПК РФ оно принято судом.

В порядке статьи 51 АПК РФ суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «СибУглеТранс», временного управляющего ООО «Ровер» ФИО1.

ООО «СибУглеТранс» представило отзыв, в котором поддержало доводы иска и указало, что на момент прекращения ответчиком допуска на разрез третьем лицом был добыт уголь и складирован на площадке, выделенной истцу ответчиком на разрезе.

Временный управляющий ознакомился с материалами дела, письменный отзыв не представил, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

При рассмотрении спора суд исходит из того, что в соответствии со статьей 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Проанализировав исковые требования, исследовав и оценив все представленные доказательства в совокупности, заслушав представителей сторон и третьего лица в судебных заседаниях (часть 2 статьи 64, статьи 71, 81 АПК РФ), суд установил следующее.

Исковые требования обоснованы статьями 15, 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы тем, что 03.06.2019 между истцом (Заказчик), ответчиком (Недропользователь) и третьим лицом (Подрядчик) заключен договор на проведение комплекса добычных работ № 03/06-2, в соответствии с которым Заказчик поручает, а Подрядчик обязуется своими или привлеченными силами выполнить комплекс работ по добыче угля, а Заказчик обязуется результаты Работы и уплатить за них Подрядчику, предусмотренную договором цену.

Согласно пункту 1.2 договора работы выполняются на участках открытых горных работ «Недропользователя» - ООО «РОВЕР»:

- Участок «Разрез Глушинский Глушинского каменноугольного месторождения в Кемеровской области» (Лицензия № КЕМ 15421 ТЭ).

- Участок «Щегловский Глушинского каменноугольного месторождения в Кемеровской области» (Лицензия № КЕМ 00587 ТЭ).

В соответствии с пунктом 1.1.1 договора каждая добытая тонна угля Подрядчиком для Заказчика будет являться собственностью Заказчика. Вывоз угля Заказчиком с территории Недропользователя производится после предварительного уведомления Недропользователя об объемах и сроках вывоза.

Подрядчик выполнил работы по добыче угля и передал результат работ Заказчику, что подтверждается подписанными актами выполненных работ. Количество добытого Подрядчиком для Заказчика угля, находящегося на промежуточном угольном складе Недропользователя подтверждается актами маркшейдерского замера.

В силу пунктов 3.2.5., 3.2.6. договора Недропользователь обязан предоставить беспрепятственный доступ на свои участки, согласно пункту 3.2.1. как сотрудников и представителей Заказчика, так и сотрудников и уполномоченных представителей Подрядчика, обеспечить свободный въезд и вывоз спецтехники, оборудования, грузовых самосвалов, вспомогательной техники, как Заказчика, так и сотрудников и уполномоченных представителей Подрядчика.

09.09.2020 истец в адрес ответчика направил уведомление о въезде техники на территорию разреза с указанием перечня транспортных средств для вывоза угля с промплощадки разреза (пункт 1.1.1. договора).

10.09.2020 службой охраны ответчика на территорию разреза не пропущен автомобиль истца для вывоза угля с промплощадки без объяснения причин, что подтверждается уведомление о вывозе техники от 09.09.2020, отказ ответчика в допуске от 10.09.2020, письмом о неправомерности действий от 11.09.2020.

11.09.2020 исх.№ 11/9-2 истец направил в адрес ответчика претензию, с просьбой пояснить причины недопуска на территорию разреза, а также сообщил, что будет вынужден обратиться к нему с требованиями о возмещении ущерба, причинённого простоем грузового автомобиля, претензия была вручена лично коммерческому директору Л.М. Дарвину.

18.11.2020 истец повторно в письме исх. № 18/09-1 сообщил ответчику о наличии ограничений по въезду на территорию разреза.

Ответчик оставил претензии без ответа и удовлетворения, что послужило основанием истцу обратиться в суд с настоящим иском.

Исходя из условий договора, он является смешанным в части правоотношений между истцом и ответчиком регулируется положениями главы 34 ГК РФ (Аренда), в части правоотношений между истцом и третьи лицом главой 37 ГК РФ (подряд).

В соответствии с пунктом 1 статьи 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Согласно пункту 1 статьи 607 ГК РФ в аренду могут быть переданы земельные участки и другие обособленные природные объекты, предприятия и другие имущественные комплексы, здания, сооружения, оборудование, транспортные средства и другие вещи, которые не теряют своих натуральных свойств в процессе их использования (непотребляемые вещи).

В договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным (пункт 3 статьи 607 ГК РФ).

Согласно пункту 1.2 договора работы выполняются на участках открытых горных работ «Недропользователя» - ООО «РОВЕР»:

- Участок «Разрез Глушинский Глушинского каменноугольного месторождения в Кемеровской области» (Лицензия № КЕМ 15421 ТЭ).

- Участок «Щегловский Глушинского каменноугольного месторождения в Кемеровской области» (Лицензия № КЕМ 00587 ТЭ).

В соответствии с пунктом 1.1.1 договора каждая добытая тонна угля Подрядчиком для Заказчика будет являться собственностью Заказчика. Вывоз угля Заказчиком с территории Недропользователя производится после предварительного уведомления Недропользователя об объемах и сроках вывоза.

Возражая по иску ответчику указал, что в связи с просрочкой в выполнении работ по договору покупки угля в недрах № 04/06-1 от 04.06.2019 уведомлением от 17.12.2020 исх. № 238 он отказался от исполнения договоров № 04/06-1 от 04.06.2019 и № 03/06-2 от 03.06.2019 в одностороннем порядке на основании статей 405, 450.1., 715 ГК РФ.

Истец возражал по указанному доводу и указал, что выполнение работы на участке Щегловский были приостановлены письмом от 15.01.2020 исх. №15/01-1, полученным директором ФИО5 нарочно, в связи с не представлением ответчиком Плана развития горных пород, установленного пунктами 3.2.1, 3.2.2 договора № 04/06-1 от 04.06.2019.

Повторно ответчик был уведомлен о приостановлении в связи с отсутствием Плана развития горных пород письмом от 24.01.2020 исх. №24/01-2, полученным ответчиком.

Судом установлено, что План развития горных пород на участке Щегловский был передан истцу 28.08.2020, следовательно, истец фактически не мог выполнять работы в отсутствие технической документации, обязанность предоставлять которую, в силу пункта 4.1. договора № 04/06-1 от 04.06.2019, возложена на ответчика.

Также истец указал, что на участке Глушинский работы выполнялись вплоть до сентября 2020 года, при этом на участке Щегловский в 2019 году истцом выполнен ряд работ, в том числе, подготовительных вскрышных работ, следовательно, истцу оставалось только перевести подготовленный уголь из забоя на промплощадку.

Судом установлено, что по договору №03/06-2, являющемуся предметом рассмотрения настоящего спора, ответчику не предоставлено право отказа от исполнения договора в одностороннем порядке в связи с нарушением срока выполнения работ.

В силу статьи 617 ГК РФ договор аренды может быть расторгнут судом в случае нарушения арендатором его существенных условий.

В нарушение статьи 65 АПК РФ ответчиком не предоставлено доказательств обращения в суд за расторжением договора №03/06-2 в установленном законом порядке.

Согласно пункту 1 статьи 450.1. ГК РФ предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Оценив односторонний отказ ответчика от исполнения договора №03/06-2, суд признает его необоснованным, поскольку такое право ответчику ни договором, ни законом не предоставлено.

Вместе с тем согласно пункту 6.4. договора, внесенному сторонами протоколом согласования разногласий, при расторжении договора по инициативе одной из сторон, каждая сторона должна быть уведомлена не позднее 45 дней до даты такого расторжения.

Таким образом, договор №03/06-2 считается расторгнутым по истечении 45 дней с даты получения истцом уведомления от 17.12.2020 исх. № 238 (получено 22.12.2020), т.е. с 06.02.2021 (после обращения истца в суд с настоящим иском).

Таким образом, ответчик в нарушение пункта 1.1.1 договора ограничил доступ истца на площадку, выделенную для хранения угля.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, под убытками в юридическом аспекте понимаются не любые имущественные потери лица, независимо от причин их возникновения, имеющие экономическую основу, а лишь те невыгодные имущественные последствия, которые наступают для потерпевшего вследствие противоправного нарушения обязательства либо причинения вреда его личности или имуществу и подлежащие возмещению.

По требованию о взыскании убытков доказыванию подлежат: факт их причинения, наличие причинной связи между понесенными убытками и противоправным (виновным) поведением лица, причинившего вред, в результате неисполнения либо ненадлежащего исполнения обязанности, документально подтвержденный размер убытков.

Убытки должны находиться в причинной связи с допущенным нарушением прав лица, требующего их возмещения.

Наступление гражданско-правовой ответственности возможно при доказанности всей совокупности указанных условий ответственности. Недоказанность хотя бы одного из элементов правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В соответствии с частью 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Согласно заявленным исковым требованиям основанием для возмещения убытков является нарушение ответчиком обязательств по договору от 03.06.2019 № 06/06-2 (статьи 393 - 397 ГК РФ).

В обоснование заявленного требования истцом представлены акт приема-передачи площадки под временное размещение угля от 14.08.2019 с указанием координат угловых точек площади, акты маркшейдерских замеров, подтверждающих объем добытого третьим лицом для истца угля и размещенного на площадке временного хранения.

Так объем угля, размещенного на площадке временного хранения, установленного актом маркшейдерского замера остатков угля на промежуточном складе от 24.08.2020, согласованным директором ответчика, составляет 64888 тонн, с учетом добытого истцом угля 183000 тонн и вывезенного 118112 тонн, что подтверждается актами выполненных работ, подписанных между истцом и третьим лицом, а также сводной справкой о выполненных горных породах за 2020 год, утвержденной ответчиком 03.12.2020.

Доводы ответчика о том, что акт маркшейдерского замера не является надлежащим доказательств объема добытого угля, судом отклоняет, поскольку пунктом 2.3. договора установлено, что количество выполненных работ определяется в тоннах добытого угля на основании акта маркшейдерского замера.

Таким образом, стороны определили, что акт маркшейдерского замера является документом, подтверждаем объем добытого угля.

Согласно протоколам испытаний ООО «ЦУХЛ г. Прокопьевск» №№340-342 от 15.05.2021, уголь в количестве 51071,8 тонн соответствует марке угля СС, уголь в количестве 13680,1 тонн соответствует марке угля КЖ.

Размер убытков определен истцом исходя из информационной справки №59/20 Союза «Кузбасская торгово-промышленная палата», стоимость марки угля КЖ составляет 9600 рублей за тонну с учетом остатков 13680,1 тонн, стоимость составляет 157594752 рубля; стоимость марки СС составляет 6475 рублей за тонну с учетом остатков 51071,8 тонн, стоимость составляет 396827886 рублей.

По договору №04/04-1 истцом ответчику выплачивается стоимость угля в размере 700 рублей за тонну без НДС, таким образом, вычету подлежит стоимость угля подлежащего уплате ответчику в размере 54931596 рублей, итого размер убытков истца составляет 500031042 рубля.

Возражая по размеру убытков ответчику указал, что истец взял самые дорогие марки угля и исходя из них рассчитал размер убытков, при этом не доказал, что на разрезе добывались именно заявленные истцом марки угля.

Доводы ответчика в указанной части судом отклоняются, поскольку марки угля подтверждены протоколам испытаний ООО «ЦУХЛ г. Прокопьевск» №№340-342 от 15.05.2021, при этом ответчиком в нарушение статьи 65 АПК РФ не предоставлено доказательств, что на разрезе добывались угли иных марок, более низкого качества.

Также возражая по иску, ответчик указал, что истцом не доказано, что уголь находился на временной площадке и был вывезен ответчиком.

Опровергая указанные возражения ответчика, истцом в материалы дела представлена переписка, из которой следует, что о вывозе добытого третьим лицом для истца угля ответчик был уведомлен 09.09.2020 письмом исх. № 09-09, в ответ на которое ответчик письмом от 10.09.2020 исх. №117 указал на невозможность допуска в связи с отсутствием электроэнергии.

Письмом от 11.09.2020 исх. №11/9-1, № 11/9-2 истец уведомил ответчика о том, что причины, им заявленные в качестве отказа в допуске, отсутствуют и указал, что убытки в связи с простоем техники 10.09.2020 будет предъявлены дополнительно.

30.09.2020 истец письмом №30-10 повторно уведомил ответчика, а также его учредителей о подготовке вывоза угля с промплощадки в ноябре 2020 года, не получив ответа повторно уведомил письмом от 05.11.2020 исх. № 05-11.

Письмом от 09.11.2020 исх. №09-11 истец уведомил ответчика о том, что с промсклада, отведенного для хранения угля добытого истцом осуществляется вывоз угля не силами истца.

В связи с чем, приказом от 17.11.2020 №51-П ответчиком была создана комиссии по решению вывоза угля с временных складов с привлечением представителей истца, поскольку Постановлением от 16.10.2020 №5-461/2020 Кемеровского районного суда была приостановлено деятельность на горном отводе по складированию на временных угольных складах, в том числе, на участке «Глушинский», в связи с чем, ответчик должен был организовать вывоз угля по согласованию с истцом.

Письмом от 20.11.2020 исх. №20-11 истец просил согласовать вывоз угля с 23.11.2020, в связи с чем, направил уведомление от 20.11.2020 исх. №20-11 о въезде техники на территорию разреза для вывоза угля.

Письмом от 24.11.2020 исх. №220/1 директор разреза ФИО5 уведомил истца о том, что без ежедневного уведомления истца и без ежедневной маркшейдерской съемки, в отсутствие охраны, специалистов ОТК, согласованного маршрута и места временного хранения угля, начиная с 08.11.2020 по устному распоряжению коммерческого директора Дарвина Л.М. уголь истца вывозиться на ж/д тупик ответчика, перерабатывается с последующей погрузкой в вагоны.

Таким образом, из представленной переписки следует, что ответчик фактически препятствовал заезду техники истца на разрез для вывоза добытого силами третьего лица для истца угля и впоследствии вывез спорный уголь собственными силами.

Доказательств обратного ответчиком в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Нежелание стороны представить доказательства, подтверждающие ее возражения и опровергающие доводы ее процессуального оппонента, представившего доказательства, должно быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно указывает процессуальный оппонент (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 N 12505/11, от 08.10.2013 N 12857/12, от 13.05.2014 N 1446/14, определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 N 309- ЭС14-923, от 09.10.2015 N 305-КГ15-5805).

Негативные последствия, наступление которых законодатель связывает с неосуществлением лицом, участвующим в деле своих процессуальных прав и обязанностей (статья 41, статья 65 АПК РФ), для ответчика следуют в виде рассмотрения судом спора по существу на основании имеющихся в материалах дела доказательств. Ответчик таким правом не воспользовался, не проявил какой-либо инициативы по сбору и представлению суду доказательств для надлежащего обоснования занимаемой по делу правовой позиции (статьи 9, 41, 65, 66 АПК РФ).

Оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ совокупность имеющихся в деле доказательств, суд пришел к выводу о том, что истец доказал причинение ему убытков, наличие прямой причинно-следственной связи между действиями ответчика в виде не допуска на временный склад размещения угля для его вывоза и возникшими в результате у истца убытками, а также размер причиненных убытков. Ответчиком не представлено доказательств отсутствия его вины в причинении убытков.

С учетом установленных по делу обстоятельств, требования истца о взыскании с ответчика убытков в размере 500031042 рубля стоимости не вывезенного угля является законным и обоснованным, подлежит удовлетворению на основании статей 15, 309, 310, 721, 723 ГК РФ.

Распределение судебных расходов производится по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Ровер» (ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Омега Трейд» (ОГРН <***>) 500031042 рубля стоимости не вывезенного угля, 6000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Омега Трейд» (ОГРН <***>) в доход федерального бюджета Российской Федерации 194000 рублей государственной пошлины.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд, в течение месяца после его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Е.Л. Серёдкина