Постановление от 9 октября 2020 г. по делу № А53-28076/2018

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-28076/2018
город Ростов-на-Дону
09 октября 2020 года
15АП-14036/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 07 октября 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 09 октября 2020 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Емельянова Д.В., Николаева Д.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель по доверенности от 18.03.2020 ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Дыма Валентины Ивановны на определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.08.2020 по делу № А53-28076/2018 по заявлению Дыма Валентины Ивановны о включении в реестр требований кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротства) должника - Степановой Людмилы Сергеевны

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротства) ФИО4 в Арбитражный суд Ростовской области обратилась ФИО2 с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 662 825, 00 руб.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 19.08.2020 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обжаловала определение суда первой инстанции от 19.08.2020 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просила его отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции необоснованно рассмотрел заявленные требования в отсутствие ФИО2, не отложил судебное заседание по рассмотрению требования после заявления ФИО5 о применении срока исковой давности, лишил заявителя возможности подготовить мотивированные возражения в указанной части. По существу, ФИО2 указала, что суд первой инстанции необоснованно применил срок исковой давности, поскольку течение срока исковой давности началось с 09.08.2016 (после признания ФИО2 потерпевшей в рамках уголовного дела). Должник ФИО4 признала требования ФИО2 путем подписания 30.03.2017 договора.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО6 и ФИО7 просили определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

В судебном заседании представитель ФИО2 просил определение суда первой инстанции отменить, поддержал доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя подателя жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 03.10.2019 в отношении ФИО4 введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Сведения о введении процедуры реализации имущества опубликованы в газете "КоммерсантЪ" №187 от 12.10.2019.

В рамках дела о несостоятельности (банкротства) ФИО4 в Арбитражный суд Ростовской области обратилась ФИО2 с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности.

В рамках рассмотрения дела судом первой инстанции представитель кредитора ФИО5 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, заявил о пропуске срока исковой давности для предъявления требований.

При принятии обжалуемого судебного акта суд первой инстанции руководствовался следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве, в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований статьи 100 Закона о банкротстве судом проверяются обоснованность заявленных требований, определяется их размер и характер.

В пунктах 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве установлено, что возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд внешним управляющим, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов. При этом требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов. Указанные требования могут быть рассмотрены арбитражным судом без привлечения лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Следовательно, в деле о банкротстве суд обязан вне зависимости от доводов лиц, участвующих в деле, оценить действительность заявленного требования о включении в реестр и соответствие закону процессуальных и материально-правовых интересов заявителя.

Согласно пункту 1 статьи 40 Закона о банкротстве, к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам, доказательства оснований возникновения задолженности, позволяющие установить документальную обоснованность этих требований.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 и от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.).

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Суду при проверке их обоснованности необходимо исследовать и оценить первичные документы, подтверждающие факт наличия долга на заявленную сумму.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в обоснование заявленного требования заявитель указывает, что 01.07.2015 между заявителем и ФИО4 заключен предварительный договор купли-продажи, по условиям которого ФИО4, являющаяся собственником земельного участка, приняла на себя обязательство построить дом согласно Архитектурного проекта и продать принадлежащую ей на праве собственности долю на вышеуказанный объект в виде помещения с условным номером 24, согласно приложения, общей площадью 18,4 кв.м., находящегося на 2 этаже домовладения, расположенного по адресу: <...>.

Согласно пункту 1.2 договора, передача доли земли и домовладения будет осуществляться путем заключения договора купли-продажи между продавцом и покупателем вышеуказанного объекта в срок не позднее 30.12.2015.

Согласно пункту 2.1, цена договора доли земли и домовладения составляет 533 600,00 руб.

Денежные средства в счет оплаты по предварительному договору купли-продажи были переданы должнику.

Согласно условиям предварительного договора купли-продажи должник обязался выполнить свои обязательства в срок до 30.12.2015. Однако, в связи с задержкой регистрации и вводом дома в эксплуатацию, должник пообещала исполнить свои обязательства к концу 2016 года.

Должник надлежащим образом не исполнил взятые на себя обязательства по заключению договора купли-продажи, денежные средства не вернула.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявленные требования не подлежат удовлетворению в связи с пропуском срока исковой давности.

Положениями статей 195, 196 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются Гражданским кодексом Российской Федерации и иными законами.

По обязательствам, срок исполнения которых не определен либо определен моментом востребования, течение исковой давности начинается с момента, когда у кредитора возникает право предъявить требование об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется льготный срок для исполнения такого требования, исчисление исковой давности начинается по окончании указанного срока.

Исходя из пункта 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №15/18 от 12 - 15.11.2001 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Истечение срока исковой давности является основанием для отказа в исковых требованиях. То есть, заявитель фактически утрачивает право на возмещение денежных средств.

В силу пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

Применяя срок исковой давности, суд первой инстанции руководствовался тем, что за защитой нарушенного права путем включения в реестр требований кредиторов ФИО2 обратилась в арбитражный суд 26.03.2020 (согласно почтовому штемпелю), течение срока исковой давности началось 30.12.2015, а закончилось – 30.12.2018, следовательно, кредитор обратился за пределами срока исковой давности.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что ввиду того, что ФИО2 о нарушении своего права узнала в момент просрочки обязательства, срок исковой давности по заявленному требованию кредитором пропущен, в связи с чем, в удовлетворении требований отказано.

Признавая доводы апелляционной жалобы обоснованными, судебная коллегия руководствуется следующим.

Согласно разъяснениям, данным, в абзаце первом пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

Применительно к рассматриваемому случаю, из имеющегося в материалах дела предварительного договора купли-продажи недвижимости от 30.03.2017 следует, что ФИО4 (продавец), с одной стороны и, в частности, ФИО2 (покупатель), с другой стороны, обязались заключить в будущем договор купли-продажи недвижимого имущества, основные условия которого определены в названном предварительном договоре (пункт 1.1.).

В соответствии с пунктом 2.1. предварительного договора, по основному договору продавец обязуется передать в собственность покупателей по 1/24 собственной доли в праве на недвижимое имущество: земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов – домовладение. Площадь: 393 кв.м. Адрес: Россия, Ростовская область, г. Ростов-на-Дону, Первомайский район, ул. Алма-Атинская, 24. Кадастровый номер: 61:44:0020102:86.

В соответствии с пунктом 2.2. предварительного договора, по соглашению сторон на момент подписания договора, покупатели оплатили продавцу цену своей доли в праве на недвижимое имущество, указанное в пункте 2.1. договора, в том числе в размере 533 600 рублей (ФИО2).

Названный договор подписан со стороны продавца и покупателей, в том числе ФИО2

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что заключением предварительного договора от 30.03.2017 ФИО4 фактически признала имеющийся у нее долг, в частности, перед ФИО2 в размере 533 600 руб., возникший на основании предварительного договора купли-продажи от 01.07.2015.

Таким образом, 30.03.2017 течение срока исковой давности было прервано.

Как установлено судом, следует из материалов дела, не оспаривается сторонами, в арбитражный суд с настоящим заявлением об установлении требований в реестре требований кредиторов ФИО2 обратилась 26.03.2020 (согласно штампу Почта России на конверте, л.д. 14), следовательно, срок исковой давности, заявителем пропущен не был, вывод супа первой инстанции в указанной части является ошибочным.

Поскольку требования заявителя подтверждены надлежащими доказательствами, срок исковой давности не пропущен, заявление ФИО2 подлежит удовлетворению.

При этом суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что требования ФИО2 подлежат удовлетворению с учетом уточнения заявленных требований, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Удовлетворяя требования в указанной части, судебная коллегия исходит из того, что в соответствии с имеющейся на представленном в материалы дела предварительном договоре от 01.07.2015 записи, помимо суммы договора в размере 533 600 руб. покупателем также были уплачены денежные средства в размере 39 000 руб. "на документы", что подтверждается подписью ФИО9 (л.д. 9, обратная сторона).

Кроме того, судебная коллегия исходит из того, что в соответствии с постановлением о признании потерпевшей от 08.08.2016 по материалам уголовного дела № 2016727014, было установлено, что ФИО2 был причинен ущерб в крупном размере на общую сумму 572 600 руб. (533600 руб.+39 000 руб.).

В связи с чем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что требования заявителя подлежат удовлетворению, с учетом уточнения заявленных требований, в размере 572 600 руб. задолженности.

Суд апелляционной инстанции суд признает необоснованным доводы ФИО5, заявленные в рамках рассмотрения дела в суде первой инстанции, о том, что в рассматриваемом случае не имеет правового значения, что ФИО2 признана потерпевшей в рамках уголовного дела №2016727014, поскольку в рамках названного уголовного дела обвиняемым признан ФИО9, а не ФИО4, и денежные средства были переданы именно ФИО9, а не должнику.

Из приговора Первомайского районного суда г. Ростова-на-Дону от 22.12.2017 по делу № 1-240/2017, на который ссылался заявитель, следует, что денежные средства фактически принимались ФИО9, который должен осуществлять строительство, однако земельный участок, за счет которого и возможно удовлетворение требований кредиторов, находится в собственности ФИО4

Как следует из материалов дела, договоры купли-продажи помещений были заключены со ФИО4, деньги принимались от покупателей ФИО9 в рамках этих договоров.

Аналогично, в соответствии с условиями представленного в материалы обособленного спора предварительного договора от 01.07.2015 (л.д.9), договор купли-продажи заключался именно между ФИО4, в лице ФИО9 (продавец), ООО "СК-Анкер", также в лице ФИО9 (поверенный) и ФИО2 (покупатель). Аналогично, договор от 30.03.2017 был заключен между ФИО4 и, в частности, ФИО2

В связи с чем, материалами дела фактически подтверждается, что покупатели осознавали, что денежные средства принимались ФИО9 от имени и в интересах ФИО4, которая и являлась застройщиком.

В рамках обособленных споров по заявлениям ФИО10, ФИО11 при аналогичных обстоятельствах, требования заявителей, основанные на заключенных предварительных договорах купли-продажи были признаны обоснованными (определения Арбитражного суда Ростовской области от 14.11.2018, 18.04.2019).

Проверив расчет заявленных требований в части процентов, суд апелляционной инстанции признает его произведенным арифметически и методологически верным.

Как следует из апелляционной жалобы и подтверждается материалами дела, условиями договора не предусмотрен размер и порядок взыскания неустойки с должника.

В данном случае подлежит применению пункт 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В абзаце третьем пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.12.2013 N 88 "О начислении и уплате процентов по требованиям кредиторов при банкротстве" разъяснено, что при заявлении кредитором своего требования не в наблюдении, а в ходе любой последующей процедуры банкротства при определении размера его требования в соответствии с пунктом 1 статьи 4 Закона о банкротстве размер процентов определяется по состоянию на дату введения наблюдения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" датой введения наблюдения является дата оглашения резолютивной части соответствующего определения, в данном случае 07.11.2018.

Учитывая то, что определением Арбитражного суда Ростовской области от 14.11.2018 (резолютивная часть объявлена 07.11.2018) по делу N А53-28076/2018 требования ФИО12 признаны обоснованными. В отношении ФИО4 введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан, реструктуризация долгов гражданина, руководствуясь названными выше нормами по аналогии, апелляционный суд приходит к выводу, что требование заявителя о включении процентов за пользование чужими денежными средствами в реестр требований кредиторов, начисленных на сумму долга, начиная со 31.12.2015, надлежит ограничить датой 07.11.2018.

С учетом изложенного, требования о включении в реестр требовании кредиторов процентов за пользование чужими денежными средствами, подлежат удовлетворению за период с 31.12.2015 по 07.11.2018 из расчета действующей в указанный период ключевой ставки Банка России в размере 129 225, 26 руб.

Таким образом, выводы суда первой инстанции о пропуске заявителем срока исковой давности являются ошибочными и основаны на неправильном применении норм материального права, что в силу положений пункта 3 части 2 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемого определения и принятия нового судебного акта, которым заявленные требования надлежит удовлетворить.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.08.2020 по делу № А53-28076/2018 отменить.

Удовлетворить заявление ФИО2.

Включить требование ФИО2 в размере 701 715, 62 рублей, в том числе 572 600 рублей основного долга; 129225, 26 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами в третью очередь реестра требований кредиторов должника - ФИО4.

В соответствии с пунктом 3 статьи 137 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" требование об установлении процентов в сумме 129225, 26 рублей учитывается отдельно в реестре требований кредиторов, как подлежащее удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через Арбитражный суд Ростовской области.

Председательствующий Г.А. Сурмалян

СудьиД.В. Емельянов

Д.В. Николаев