Постановление от 24 июля 2023 г. по делу № А40-267818/2018

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-36759/2023


Дело № А40-267818/18
г. Москва
24 июля 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 24 июля 2023 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.В. Лапшиной,

судей Вигдорчика Д.Г., Шведко О.И.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «XXI век Дизайн» ФИО2

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.05.2023 по делу № А40-267818/18

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «XXI век Дизайн» ФИО2 о признании недействительным договор купли-продажи от 20.07.2018г., заключенного между должником и ФИО3 недействительным и применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «XXI век Дизайн»

при участии в судебном заседании:

лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 20.01.2020г. ООО «XXI век Дизайн» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4, являющийся членом СРО СОЮЗ «АУ «ПРАВОСОЗНАНИЕ».

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 14.06.2022г. ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «XXI век Дизайн». Конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член САУ СРО «Дело».

В Арбитражный суд г. Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ООО «XXI век Дизайн» ФИО2 о признании недействительным договор купли-продажи от 20.07.2018г., заключенный между должником и ФИО3 недействительным и применении последствий недействительности в виде взыскания с ФИО3 денежных средств в размере рыночной стоимости транспортного средства в сумме 1 500 000 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.05.2023 года отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделки.

Не согласившись с вынесенным определением, управляющий обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что имеются основания для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В обоснование заявленных требований управляющий указывал, что между должником (продавец) в лице генерального директора ФИО5 и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства № 1 от 20.07.2018г.

В п. 3.1.1. договора предусмотрено, что цена транспортного средства составляет 200 000 руб., в том числе НДС 18%. Согласно п.3.2.3. договора покупатель оплачивает цену транспортного средства путем внесения наличных денежных средств в кассу Продавца. Средства также могут быть зачислены на расчетный счет.

Управляющий указывал, что какие-либо документы, связанные с финансово-хозяйственной деятельностью должника конкурсному управляющему переданы не были. Как следует из анализа движения денежных средств по расчетным счетам должника денежные средства в счет оплаты транспортного средства на расчетный счет должника не поступали. Таким образом, в виду отсутствия доказательств оплаты транспортного средства конкурсный управляющий должника полагает, что транспортное средство выбыло из собственности должника безвозмездно, т.е. без какого-либо встречного исполнения.

При этом в последующем указанное средство продано третьему лицу - ФИО6.

По мнению конкурсного управляющего договор купли-продажи транспортного средства № 1 от 20.07.2018г. является недействительной сделкой, направленной на вывод активов должника из конкурсной массы с целью причинения вреда кредиторам должника.

На основании вышеизложенного, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением, в котором просил признать недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного средства на основании п. 1, 2 ст. 61.2 и на основании ст. ст. 10,168 ГК РФ

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности наличия оснований для признания спорной сделки недействительной.

Суд первой инстанции указал, что конкурсным управляющим не доказан факт неравноценного встречного исполнения, отклонив доводы управляющего, о том, что действительная стоимость автомобиля составляла 1 469 470 руб., со ссылкой на отчет ОЦ-2011 от 14.03.2023г., установив также, что транспортное средство было передано должником ФИО3 в счет погашения задолженности по ранее предоставленному займу.

Судом также не установлено, что стороны действовали с целью причинения имущественного вреда кредиторам и что в результате указанной сделки кредиторам причинен имущественный вред, поскольку, как посчитал суд, транспортное средство отчуждено в счет уплаты задолженности по договору займа, при этом судом не установлено наличие неравноценности в размере займа и стоимости транспортного средства, что в свою очередь исключает имущественный вред правам кредиторам.

Суд также не усмотрел оснований для удовлетворения заявления на основании ст. 10, 168 ГК РФ.

Апелляционная коллегия, изучив материалы дела, полагает выводы суда первой инстанции ошибочными.

Как следует из материалов дела, оспариваемая сделка совершена 20.07.2018г., а заявление о признании ООО «XXI век Дизай» принято судом 14.11.2018г., то есть, сделка совершена в периоды подозрительности, установленные п.1 и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно абз. 4 п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 при определении соотношения п. п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего: если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных п. 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (п. 9). В случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как п. 1, так и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства:

- сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота);

- неравноценное встречное исполнение обязательств.

Суд первой инстанции необоснованно не принял во внимание представленный конкурсным управляющий Отчет об определении рыночной стоимости движимого имущества №ОЦ-2011 от 14.03.2023г., в соответствии с которым рыночная стоимость транспортного средства была определения в размере 1 469 470 руб.

В данном случае вывод суда первой инстанции о том, что отчет сделан без осмотра автомобиля и в дальнейшем автомобиль продан ФИО3 за 479 000 руб. ФИО7, который не является заинтересованным лицом, не соответствует фактическим обстоятельствам спора.

Из материалов дела следует, что ответчиком не приведено обоснования цены, по которой он приобретал транспортное средство у должника на 31.05.2018г., а именно, что 200 000 руб., соответствовала рыночной стоимости транспортного средства с учетом каких-либо особенностей транспортного средства.

Согласно п. 2.1 оспариваемого договора, общее состояние транспортного средства является удовлетворительным.

В период владения транспортным средством продавцом транспортное средство получило механические повреждения и эксплуатационные дефекты – сколы окраски кузова (п. 2.3.1 Договора).

Транспортное средство ремонтным воздействиям в связи с механическими повреждениями в результате ДТП, а также иных событий не подвергалось (п. 2.3.2 Договора).

Транспортное средство передано покупателю в отсутствие не устраненных повреждений и эксплуатационных дефектов (п. 2.3.3 Договора).

Каких-либо доказательств, подтверждающих техническое состояние автомобился, которые могли быть влиять на снижение цены, не представлено.

При этом, ФИО3 в дальнейшем продал транспортно средство не ФИО7, а ФИО6

Стоимость транспортного средства, по которой его продал ФИО3 ФИО6, не была установлена судом, и из материалов дела такие сведения не следуют.

ФИО7 приобретал транспортное средство у ФИО6 за 470 000 руб. на основании договора купли-продажи транспортного средства от 24.06.2021г.

Таким образом, ФИО7 приобрел автомобиль спустя 3 года, после его отчуждения должником ответчику.

За указанный период рыночная стоимость автомобиля могла существенно снизиться.

То обстоятельство, что конечный приобретатель ФИО7 приобрел спорное транспортное средство за 470 000 руб. не может подтверждать факт того, что должник продал автомобиль ФИО3 по рыночной цене в размере 200 000 руб.

Кроме того, в соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред 3 имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Статья 2 Закона о банкротстве определяет недостаточность имущества как превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Из материалов дела следует, что на момент совершения спорного договора должник отвечал признакам неплатежеспособности, что подтверждается неисполненными требованиями перед кредиторами, в частности, перед ООО «ПКФ «ТЕХНОЛОГИЯ», включенные впоследствии в реестр требований кредиторов должника.

По смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" обстоятельство последующего включения имеющегося на дату совершения сделки неисполненного требования кредитора в реестр подтверждает факт неплатежеспособности должника в период ее заключения.

При этом, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4).

Выводы суда первой инстанции о недоказанности наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, не основаны на фактических обстоятельствах дела.

Апелляционный суд не может согласиться с выводом суда, что транспортное средство было передано должником ФИО3 в счет погашения задолженности по ранее предоставленному займу.

В оспариваемом договоре купли-продажи транспортного средства №1 от 20.07.2018г. отсутствует договоренность сторон по поводу того, что данное транспортное средство передается в счет погашения задолженности по договору займа №1 от 31.05.2018г.

Какое-либо письменное соглашение о зачете, либо уведомление о проведении зачета в одностороннем порядке отсутствуют.

Из материалов дела следует, что договор займа №1 от 31.05.2018г. и оспариваемый договор купли-продажи №1 от 20.07.2018г. являются самостоятельными обязательствами должника.

Зачет взаимных требований между сторонами не производился.

В связи с указанным обстоятельством ФИО3 вправе был обратиться в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования, возникшего из договора займа №1 по 31.05.2018г.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно п.1 ст. 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Из материалов дела следует и указывается конкурсным управляющим, что покупателем по договору купли-продажи транспортного средства №1 от 20.07.2018г. является ФИО3, который является сыном ФИО8.

ФИО8 являлся Участником (учредителем) ООО «XXI век Дизайн» (50 % доли в уставном капитале) в период с 02.03.2010 по 12.07.2018 гг.

Несмотря на то обстоятельство, что на момент заключения оспариваемого договора ФИО8 уже не являлся участником должника, ФИО3 можно считать заинтересованным по отношению к должнику лицом.

Указанная заинтересовать следует из фактических обстоятельств, сложившихся на момент совершения оспариваемой сделки.

Так, Договор заключен спустя несколько дней после продажи доли ФИО8; со стороны должника Договор заключал генеральный директор ФИО5, который находился в руководящей должности с 09.11.2015г. по 09.08.2018г.

После совершения сделки автомобиль не ставился на государственный учет и не был снят с государственного учета, т.е. до настоящего времени данное транспортное средство числится за должником.

Таким образом, ФИО3 является заинтересованным лицом по отношению к должнику, в связи с чем, он знал о причинении вреда имущественным правам кредиторов должника.

Заявитель также указал, что на момент заключения договора займа №1 от 31.05.2018г. у должника уже имелись признаки несостоятельности (банкротства).

Так, определением Арбитражного суда г. Москвы от 21.06.2017г. по делу № А17-1905/2017 было утверждено мировое соглашение между должником и ООО «ПКФ Технология».

Обязательства из мирового соглашения должником исполнены не были, требование ООО «ПКФ Технология» в размере 10 125 042 рублей 60 копеек включено в реестр требований кредиторов должника.

По состоянию на 18.07.2017г. у должника перед ООО «СПЕКТОР» имелась задолженность в общей сумме 1 354 167 руб. 80 коп., что подтверждается вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от 12.11.2019 по делу №А40-51524/19.

Указанное требование включено в реестр требований кредиторов должника и не погашено до настоящего времени.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 16.08.2017г. по делу №А40-53731/17 с должника была взыскана задолженность в пользу ООО «Павловская слобода» в размере 1 279 400, 72 руб.

Указанное требование включено в реестр требований кредиторов должника и не погашено до настоящего времени.

Таким образом, в данной ситуации апелляционный суд полагает, что нельзя сальдировать обязательства из договора займа №1 от 31.05.2018г. и договора купли-продажи транспортного средства №1 от 20.07.2018г.

При этом уступка прав требования ФИО8 из договора займа №1 от 31.05.2018г. ФИО3 не имеет значения, поскольку указанные лица не имеют статуса независимого кредитора по отношению к должнику.

На основании вышеизложенного апелляционный суд приходит к выводу, что ответчик не доказал, что должник получил равноценное встречное исполнение за проданное ФИО3 транспортное средство, сделка совершена между взаимозависимыми лицами с целью причинения вреда кредиторам должника.

Таким образом, имеются снования для признания спорной сделки недействительной на основании п. 1, 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Выводы суда первой инстанции и доводы ответчика об обратном противоречат фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В соответствии с пунктом 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе отменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

В силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены обжалуемого в апелляционном порядке решения является неполное выяснение обстоятельств, имеющих знание для дела, не соответствие выводов суда обстоятельствам дела.

С учетом изложенного, обжалуемое определение следует отменить, заявление конкурсного управляющего об оспаривании сделки удовлетворить.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 270, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.05.2023 по делу №А40-267818/18 отменить.

Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 20.07.2018г., заключенного между должником и ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника денежные средства в размере 1.469.470 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья:В.В. Лапшина

Судьи:Д.Г. Вигдорчик

О.И. Шведко