Постановление от 20 апреля 2025 г. по делу № А83-866/2024

ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Суворова, <...>, тел. + <***>

www.21aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А83-866/2024
21 апреля 2025 года
город Севастополь



Резолютивная часть постановления объявлена 08 апреля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 апреля 2025 года.


Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего

судей

Приваловой А.В.,

Архипенко А.М.,

Градовой О.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Голышкиной Ю.С.,

при участии в заседании представителей:

от государственного унитарного предприятия Республики Крым «Черноморнефтегаз»  - ФИО1, по доверенности №16-05/384Д от 09.12.2024, представлен диплом;

от общества с ограниченной ответственностью «Стройнефтесервис» - не явился;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Стройнефтесервис» на решение Арбитражного суда Республики Крым от 15 октября 2024 года по делу № А83-866/2024, рассмотренному по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Стройнефтесервис» к государственному унитарному предприятию Республики Крым «Черноморнефтегаз» о взыскании,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Стройнефтесервис» (далее – ООО «Стройнефтесервис», истец, поставщик) обратилось в Арбитражный суд Республики Крым с исковым заявлением к Государственному унитарному предприятию Республики Крым «Черноморнефтегаз» (далее – ГУП РК «Черноморнефтегаз», ответчик, заказчик) о взыскании задолженности в виде незаконно удержанной в качестве неустойки суммы денежных средств в размере 3 041 160,91 руб., договорной неустойки в виде пеней в размере 815 639,36 руб.

Решением Арбитражного суда Республики Крым от 15.10.2024 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ООО «Стройнефтесервис» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование апелляционной жалобы истец приводит доводы о том, что ответчик незаконно удержал неустойку за просрочку поставки товара, суд не дал надлежащую оценку приводимым доводам о наличии оснований для освобождения от ответственности за нарушение срока поставки товара в связи с непредвиденными обстоятельствами, повлиявшими на возможность своевременного исполнения взятых обязательств, а именно: эпидемиологической обстановкой, обусловленной пандемией COVID-19, а также введением санкционных мер правительством США на запрет отправки грузов в Россию. Кром того, указывает, что суд не применил постановление Правительства Российской Федерации  от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям,  подаваемым кредиторами» и не исключил мораторный период из расчета неустойки, а также не снизил размер неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявленному ходатайству истца.

ГУП РК «Черноморнефтегаз» в отзыве на апелляционную жалобу возразило против приведенных в жалобе доводов, полагая их несостоятельными и не соответствующими установленным обстоятельствам дела.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Двадцать первого арбитражного апелляционного суда в сети «Интернет» по адресу www.21aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ГУП РК «Черноморнефтегаз» возражала против удовлетворения апелляционной жалобы по мотивам, указанным в отзыве, просила судебное решение оставить без изменения.

ООО «Стройнефтесервис», надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своего представителя в суд апелляционной инстанции не обеспечило, что в силу положений статьи 156, части 2 статьи 200, статьи 266 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в  отсутствие его представителя.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена апелляционной инстанцией по правилам статей 266, 268 АПК РФ.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, содержащихся в апелляционной жалобе и отзыве на нее, выслушав пояснения представителей, оценив представленные в дело доказательства, суд  апелляционной инстанции усматривает основания для частичной отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между ООО «Стройнефтесервис» (поставщик) и ГУП РК «Черноморнефтегаз» (заказчик) 29.07.2021 заключен договор № 597/2021 на поставку товара, по условиям которого поставщик обязался передать (поставить) в собственность заказчика в определённый срок товар в номенклатуре, ассортименте и количестве, определённых в спецификации, являющейся его неотъемлемой частью, включая техническую документацию, а заказчик обязался принять этот товар и оплатить его на условиях, определённых настоящим договором.

Согласно пункту 2.1 договора товар поставляется поставщиком по мере возникновения потребности у заказчика, на основании письменной заявки, на склад заказчика по адресу, указанному в пункте 4.2 Приложения №1 к договору (в спецификации).

Приложением № 1 к договору сторонами согласована спецификация №1 на поставку товара (запасные части для верхнего привода производства США) на общую сумму 34 579 370,00, в которой стороны оговорили, что поставка согласованного количества и ассортимента товара осуществляется партиями в соответствии с письменно оформленной заявкой заказчика в срок не позднее 90 календарных дней с момента получения поставщиком письменно оформленной заявки на поставку товара от заказчика по позициям №№ 1, 5, 22, 23, 24, 25, 26, 34, и в срок не позднее 60 календарных дней – по остальным позициям

Датой поставки товара стороны считают дату, указанную  в подписанной заказчиком товарной накладной ТОРГ-12/универсальном передаточном документе.

Согласно пункту 8.2 договора в случае нарушения поставщиком сроков поставки товара заказчик вправе взыскать с поставщика неустойку в виде пени в размер 0,06% от стоимости не поставленного в срок товара за каждый календарный день просрочки, а поставщик  вправе потребовать от заказчика уплату пени, начисленной за каждый день просрочки исполнения заказчиком  обязательства по оплате за поставленный товар.

Пунктом 8.6 договора стороны предусмотрели, что взыскание сумм штрафных санкций может быть по решению заказчика обращено на предоставленное поставщиком обеспечение исполнения обязательств или осуществлено путем вычета указанных сумм из суммы денежных средств, подлежащих уплате по настоящему договору.

Заказчик в соответствии с условиями договора направил поставщику заявку от 02.08.2021 исх. № 14/01-300 на поставку товара (запасных частей для верхнего привода), в которой запросил весь объем товара, предусмотренный спецификацией. Заявка получена поставщиком 09.08.2021, что истцом признается.

Соответственно, граничный срок поставки товара, согласованный в пункте 5 спецификации, по  позициям №№ 1, 5, 22, 23, 24, 25, 26, 34  наступил 08.11.2021, по остальным позициям - 08.10.2021.

Письмом от 20.10.2021 № 14/01-452, ГУП РК «Черноморнефтегаз» указало поставщику на просрочку поставки товара, а также запросило информацию о планируемой дате поставки товара заказчику

В ответ поставщик письмом от 22.10.2021 № 247 проинформировал заказчика о планируемых датах отгрузки товара из США в период с 25.10.2021 по 24.11.2021 по причине его простоя на территории страны изготовителя в связи с ковидными мероприятиями.

В рамках договора поставщик осуществил поставку товара:

- по товарной накладной № 5 от 11.02.2022  на общую сумму 18 976 335,00 руб. с нарушением установленных сроков: по позициям №№ 1, 5, 22, 23, 24, 25, 26, 34  на сумму 10 456 500,00 руб. – на 95 дней (неустойка 596 020,50 руб.), по остальным позициям на сумму 8 519 835,00 руб. – 126 дней (неустойка 644 099,40 руб.);

- по товарной накладной № 7 от 25.05.2022 на общую сумму 1 932 200,00 руб. с нарушением установленного срока поставки по позиции № 5 на 198 дней (неустойка 229 545,36 руб.);

- по товарной накладной № 8 от 13.07.2022 на общую сумму 149 835,00 руб. с нарушением установленного срока на 284 дня (неустойка 25 531,60 руб.);

- по товарной накладной № 11 от 07.09.2022 на общую сумму 4 806 830,00 руб. с просрочкой по позиции № 1 на сумму 3 891 072,00 руб. на 304 дня (неустойка 709 730,56 руб.) и 335 дней по остальным позициям (неустойка 184 065,75 руб.);

- по товарной накладной  № 12 от 01.12.2022 на общую сумму 2 617 326,00 руб. с просрочкой по позициям № 22, 23 на сумму 313 425,00 руб. на 388 дней (неустойка 72 967,28 руб.), по остальным позициям на суму  2 303 901,00 руб.– на 419 дней (неустойка 579 200,46 руб.).

Уведомлениями от 18.02.2022 № 14/01-81, от 26.05.2022 № 14/01-227, от 20.07.2022 № 14/01-333, от 09.09.2022 № 14/01-383 и от 02.12.2022 № 14/01-459  заказчик сообщил поставщику о начислении неустойки согласно пункту 8.3 договора за просрочку поставки товара в общем размере 3 041 160,91 руб., а также уведомил о том, что в соответствии с условиями договора оплата за товар будет произведена за вычетом сумм начисленных неустоек.

Полагая, что заказчиком неправомерно начислена и удержана из суммы оплаты договорная неустойка в виде пени в размере 3 041 160,91 руб. за просрочку поставки товара, истец 16.10.2023 обратился к ответчику с претензией о погашении задолженности.

Поскольку изложенные в претензии требования в добровольном порядке удовлетворены не были, поставщик обратился в суд с иском по настоящему делу.

При рассмотрении дела суд первой инстанции правильно квалифицировал возникшие между сторонами правоотношения как договорные, обусловленные исполнением взаимных обязательств покупателя и поставщика в рамках поставки товара, в связи с чем правомерно руководствовался положениями параграфа 3 главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 8 ГК РФ договоры являются основанием для возникновения у лиц, их заключивших, гражданских прав и обязанностей.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями (статья 309 ГК РФ).

В силу статьи 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Судом установлен факт поставки истцом товара с нарушением сроков, установленных в договоре. Данный факт признается сторонами, периоды просрочки не оспариваются истцом. Истец полагает, что имели место обстоятельства, освобождающие его от ответственности в силу пункта 10.1 договора, а также считает, что неустойка насчитана ответчиком за период действия моратория.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Ответчик воспользовался предусмотренным пунктами 8.2 и 8.6 договора правом на начисление и удержание неустойки за несвоевременную поставку товара из сумм, подлежащих уплате за товар.

Из пункта 79 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 7) следует, что в случае зачета суммы неустойки в счет суммы основного долга и/или процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определениях от 22.04.2004 №154-О и от 21.12.2000 №263-О, при применении статьи 333 ГК РФ суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности (неустойкой) и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, и суд вправе дать оценку указанному критерию исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

При рассмотрении дела судом первой инстанции и в суде апелляционный инстанции поставщик (истец) каких-либо возражений относительно правильности арифметического расчета неустойки не заявлял. В обоснование своих доводов истец указывал на наличие непредвиденных обстоятельств, связанных с пандемией COVID-19, а также ухудшение международной обстановки и введение санкционных мер по запрету отправки грузов в РФ.

Указанные доводы были оценены судом первой инстанции и обоснованно отклонены исходя из следующего.

Согласно пункту 3 статьи 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Критерии, при которых то или иное обстоятельство может быть признано обстоятельством непреодолимой силы, установлены статьей 401 ГК РФ, разъяснения по применению которой даны в пункте 8 Постановления Пленума ВС РФ № 7, согласно которым для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, т.е. одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер.

Из приведенных разъяснений следует, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.) (вопрос 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020).

В настоящем случае, как обоснованно указано судом, истцом не представлены достаточные доказательства, свидетельствующие о возникновении просрочки поставки товара вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы.

Судом учтено, что договор поставки был заключен сторонами в июле 2021 года, т.е. в период пандемии и введения соответствующих ограничительных мер, что исключает вывод о наличии чрезвычайных обстоятельств, возникновение которых обусловило допущенную просрочку исполнения обязательства. Истец, при надлежащей заботливости и осмотрительности должен был учесть указанные обстоятельства при заключении договора, в т.ч. применительно к срокам поставки товара.

Кроме того, как верно указано судом, истцом не была исполнена установленная договором обязанность сообщить о невозможности исполнения обязательств вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы (пункт 10.1 договора) и представить надлежащее доказательство наступления таких обстоятельств – справку (иной документ), выданные Торгово-Промышленной палатой или иными компетентными органами, несообщение о которых в течение 15 календарных дней  с момента наступления обстоятельств непреодолимой силы лишает сторону права ссылаться  на них в будущем (пункт 10.2 договора).

В этой связи ссылка апеллянта на письмо Рассел Оилфилд Эквипмент Компани от 28.10.2021, заверенное нотариусом штата Техас США, как на доказательство наличия обстоятельств непреодолимой силы, освобождающей от начисления неустойки, не может быть принята во внимание и обоснованно отклонена судом.

Также судом обоснованно отклонен довод истца о возникновении просрочки поставки вследствие введения санкций со стороны правительства США в 2022 году, с учетом срока исполнения обязательств по договору – октябрь, ноябрь 2021 года.

Разрешая ходатайство истца о снижении размера неустойки, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для его удовлетворения.

Пунктом 69 Постановления Пленума ВС РФ № 7 разъяснено, что подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке.

В соответствии с пунктом 73 названного постановления бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на лицо, заявляющее о снижении неустойки. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.  В настоящем случае таких доказательств истцом не представлено.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

В настоящем случае установленная договором неустойка составляет 0,06% от стоимости товара, поставка которого просрочена, что существенно ниже обычно применяемого в гражданском обороте размера 0,1% за каждый день просрочки (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2022 № 305-ЭС19- 16942(34).

Таким образом, отказывая истцу в снижении размера удержанной неустойки, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что уменьшение суммы неустойки до 0,03% годовых при отсутствии достаточных доказательств явной несоразмерности начисленной суммы неустойки последствиям нарушения обязательств, в настоящем случае не соответствует положениям статьи 333 ГК РФ и указанным выше разъяснениям.

Вместе с тем, суд первой инстанции необоснованно отклонил довод истца об исключении из расчета удержанной  неустойки периода действия моратория на взыскание финансовых санкций, сославшись на то обстоятельство, что действие моратория распространяется только на денежное обязательство.

Суд при принятии обжалуемого судебного акта не учел в этой части нормы права, подлежащие применению, и сложившуюся по данному вопросу судебную практику.

Введенный Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» мораторий на удовлетворение требований кредиторов как инструмент государственного регулирования экономики антикризисной направленности имеет цель минимизировать последствия санкционного режима в 2022 году, обеспечить стабильность экономики государства путем оказания поддержки хозяйствующим субъектам. Мораторием предусмотрен запрет на начисление неустоек, иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей в период с 01.04.2022 по 01.10.2022.

Разъяснения, касающиеся цели и направленности моратория, вводимого в определенных случаях, даны в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 44).

В силу пункта 7 постановления Пленума ВС РФ № 44 в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса), неустойка (статья 330 Гражданского кодекса), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

При этом возникновение долга по причинам, не связанным с теми, в связи с которыми введен мораторий, не имеет значения. Освобождение от ответственности направлено на уменьшение финансового бремени на должника в тот период его просрочки, когда она усугубляется объективными, непредвиденными и экстраординарными обстоятельствами. Данный вывод изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 305-ЭС20-23028.

По общему правилу требования к лицу, находящемуся в процедурах банкротства, устанавливаются в реестре и учитываются в денежной форме. Те имущественные требования, которые имеют неденежное выражение (например, о создании и передаче имущества, об обязании совершить предоставление в натуральной форме), подлежат для целей банкротства трансформации в денежные, чем обеспечивается равное правовое положение всех кредиторов, независимо от вида обязательства (пункте 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Поэтому положения абзаца десятого пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве о неначислении неустойки фактически носят генеральный характер и применяются ко всем реестровым имущественным требованиям кредитора (применительно к мораторию - к имущественным требованиям, возникшим до его введения).

При обратном подходе кредитор получал бы предпочтительное удовлетворение своих требований из конкурсной массы перед иными кредиторами, что противоречит принципу очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов (пункты 2 и 3 статьи 142 Закона о банкротстве).

Вывод суда первой инстанции о распространении моратория исключительно на денежные требования к тому же противоречит целям его применения как антикризисного инструмента, направленного на минимизацию последствий санкционного режима и обеспечение стабильности экономики государства, с учетом того, что неденежное имущественное обязательство, как правило, скрывает за собой финансовые вложения. Данный вывод может повлечь оказание меры поддержки только тем должникам, которые осуществляют исполнение в денежной форме, что в нарушение конституционно значимых принципов правового регулирования приведет к фундаментальному неравенству между участниками гражданского оборота (статья 19 Конституции Российской Федерации, статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Такая правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2023 № 305-ЭС23-1845 по делу № А40-78279/2022.

Для целей моратория законодатель разделяет платежи на возникшие до или после даты введения моратория (даты фикции возможного возбуждения дела о банкротстве). Запрет на начисление финансовых санкций распространяется только на требования, возникшие до введения моратория.

В данном случае обязательство по поставке возникло до введения моратория, а период его исполнения, приходящийся на период моратория, является лишь сроком исполнения ранее возникшей обязанности, который не может влиять на неприменение этого института публичного порядка.

Таким образом, из расчета удержанной неустойки подлежит исключению период действия моратория на взыскание финансовых санкций.

В связи с этим и с учетом правовых позиций, изложенных в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.08.2024  № 305-ЭС24-7916, от 30.09.2024 № 307-ЭС24-1458 и от 10.02.2025  № 307-ЭС24-19068, судом первой инстанции необоснованно было отказано во взыскании неправомерно  начисленной в период действия моратория с 01.04.2022 по 01.10.2022 неустойки в размере 826 944,26 руб.

Суд апелляционной инстанции отклоняет заявленный в судебном заседании довод ГУП РК «Черноморнефтегаз» о том, что на обсуждение суда должен быть поставлен вопрос о том, пострадало ли в действительности общество от обстоятельств, повлекших введение моратория. В постановлении Пленума ВС РФ № 44 указано, что в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом Правительства Российской Федерации о введении в действие моратория, распространяются правила о моратории, независимо от того, обладает оно признаками неплатежеспособности и (или) недостаточностью имущества либо нет. Перечень должников, к которым мораторий не применяется, содержится в пункте 2 Постановления № 497. Истец к указанным лицам не относится.

Учитывая, что ответчик неправомерно удержал денежные средства в качестве неустойки в размере 826944,26 руб. из суммы денежных средств, подлежащих  уплате за поставленный товар, у ответчика перед истом образовалась задолженность в размере 826944,26 руб. по неоплате за  поставленный товар, в связи с чем в этой части требования подлежали удовлетворению судом.

Поскольку ответчик допустил просрочку оплаты за поставленный товар, истец правомерно в соответствии с условиями договора начислил ответчику неустойку за период  с 02.10.2022 (день окончания моратория) по 20.12.2023 (день, заявленный в иске) в размере 0,06% от суммы неисполненного обязательства, которая составляет по расчету апелляционного суда 206 577,64 руб., а именно:


Месяц

Начислено

Долг

Период просрочки

Формула

Пени

с
по

дней

02.10.2022

9 889,11

9 889,11

02.10.2022

20.12.2023

445

9 889,11 ? 445 ? 0.06%

2 640,39 р.

Итого:

2 640,39 руб.

02.10.2022

63 762,60

63 762,60

02.10.2022

20.12.2023

445

63 762,60 ? 445 ? 0.06%

17 024,61 р.

Итого:

17 024,61 руб.

02.10.2022

375 877,55

375 877,55

02.10.2022

20.12.2023

445

375 877,55 ? 445 ? 0.06%

100 359,31 р.

Итого:

100 359,31 руб.

02.10.2022

88 462,22

88 462,22

02.10.2022

20.12.2023

445

88 462,22 ? 445 ? 0.06%

23 619,41 р.

Итого:

23 619,41 руб.

23.12.2022

34 602,11

34 602,11

23.12.2022

20.12.2023

363

34 602,11 ? 363 ? 0.06%

7 536,34 р.

Итого:

7 536,34 руб.

23.12.2022

254 350,67

254 350,67

23.12.2022

20.12.2023

363

254 350,67 ? 363 ? 0.06%

55 397,58 р.

Итого:

55 397,58 руб.

Сумма основного долга: 826 944,26 руб.

Сумма пеней по всем задолженностям: 206 577,64 руб.


В остальной части требования истца к ответчику о взыскании суммы задолженности и взыскания неустойки обоснованно оставлены судом без удовлетворения.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции полагает, что у суда первой инстанции не имелось оснований для отказа истцу в удовлетворении требований о взыскании с ответчика задолженности в общей сумме 1 033 521,90 руб., поэтому решение суда в этой части подлежит отмене с принятием по делу в указанной части нового решения о взыскании с ГУП РК «Черноморнефтегаз» в пользу истца задолженности в сумме 826944,26 руб. и неустойки в размере 206577,64 руб. (всего 1 033 521,90 руб.). В остальной части решение суда отмене не подлежит, судом обоснованно отказано в удовлетворении остальной части исковых требований.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ с государственного унитарного предприятия Республики Крым «Черноморнефтегаз» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Стройнефетсервис» подлежит взысканию 19370,00 руб. в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины за подачу в арбитражный суд иска и апелляционной жалобы  пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктами 1, 3 статьи 270, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцать первый арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение Арбитражного суда Республики Крым от 15 октября 2024 года по делу № А83-866/2024 отменить в части отказа в удовлетворении искового требования о взыскании с Государственного унитарного предприятия Республики Крым «Черноморнефтегаз» 1 033 521,90 руб.

Принять в этой части новый судебный акт.

Взыскать с Государственного унитарного предприятия Республики Крым «Черноморнефтегаз» (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Стройнефтесервис» (ИНН <***>) задолженность в сумме 826944,26 руб., неустойку за период с 02.10.2022 по 20.12.2023 в сумме 206577,64 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 19370,00 руб. за подачу  в арбитражный суд иска и апелляционной жалобы.

В остальной части решение Арбитражного суда Республики Крым от 15 октября 2024 года по делу № А83-866/2024 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия в порядке, установленном статьей 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий                                                                          А.В. Привалова

Судьи                                                                                                                                  А.М. Архипенко                                                                                                                            О.Г. Градова