Постановление от 2 мая 2024 г. по делу № А73-10728/2020

Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000,

официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 06АП-315/2024
02 мая 2024 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2024 года. Полный текст постановления изготовлен 02 мая 2024 года.


Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Ротаря С.Б.,

судей Пичининой И.Е., Самар Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Розыевым С.С.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1: ФИО2, представителя по доверенности от 17.05.2021, ФИО3, представителя по доверенности от 03.02.2021,

от ФИО4: ФИО5, представителя по доверенности от 13.02.2024,

от ПАО «Совкомбанк»: ФИО6, представителя по доверенности от 01.08.2021,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО7, ФИО8, ФИО4

на определение от 26.12.2023

по делу № А73-10728/2020 (вх. 38924)

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению финансового управляющего ФИО10

о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,



УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – ФИО1, должник) финансовый управляющий ФИО10 обратилась в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании недействительной сделкой договора дарения от 30.04.2019, заключенного должником и ФИО8, применении последствий недействительности сделки в виде возвращения в конкурсную массу должника следующего имущества:

- земельного участка с кадастровым номером 23:40:0412020:173 площадью 287+/-6кв.м (дата государственной регистрации прекращения права: 07.05.2019);

- здания с кадастровым номером 23:40:041020:170, адрес: <...>, общей площадью 699,5кв.м (дата государственной регистрации прекращения права: 07.05.2019);

- земельного участка с кадастровым номером 23:40:0412020:174 площадью 400+/-7кв.м (дата государственной регистрации прекращения права: 07.05.2019).

Определением суда от 25.05.2022 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования на предмет спора, привлечены: ФИО11(мать ФИО8), финансовый управляющий ФИО11 - ФИО12

Определением суда от 14.06.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования на предмет спора, привлечены: ФИО4 ФИО9, ФИО7.

До рассмотрения обособленного спора по существу, финансовым управляющим должником в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ заявлено об уточнении требований, согласно которому он просил признать недействительными сделки, в том числе: договор купли-продажи между ФИО8 и ФИО7 от 15.01.2022, договор купли-продажи между ФИО8 и ФИО4 от 15.12.2021, применить последствия недействительности сделок ввиде возврата спорного имущества в конкурсную массу должника.

Определением суда от 18.07.2022 ФИО7 и ФИО4 привлечены к участию в обособленном споре в качестве ответчиков, из состава третьих лиц по спору исключены.

Определением суда от 01.02.2023 (резолютивная часть от 25.01.2023), оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2023, заявленные финансовым управляющим требования удовлетворены частично. Признан недействительным договор дарения от 30.04.2019, в качестве последствий недействительности сделки с ФИО8 в пользу ФИО1 взыскано 40855500 рублей. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Определением суда от 25.07.2023 ФИО10 отстранена от исполнения обязанностей финансового управляющего должником, финансовым управляющим утверждена ФИО13 (определение от 02.08.2023).

Постановлением арбитражного суда Дальневосточного округа от 24.07.2023 судебные акты от 01.02.2023, от 28.04.2023 в части отказа в удовлетворении заявления о признании недействительными договоров купли-продажи от 15.12.2021, от 15.01.2022, заключенных ФИО8 соответственно с ФИО4, ФИО7, а также в части применения последствий недействительности договора дарения от 30.04.2019 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Хабаровского края.

При повторном рассмотрении определением суда от 26.12.2023 признаны недействительными: договор купли–продажи от 15.01.2022, заключенный между ФИО8 и ФИО7, договор купли–продажи от 15.12.2021 заключенный между ФИО8 и ФИО4

Также суд обязал: ФИО7 возвратить ФИО1 (в конкурсную массу) земельный участок с кадастровым номером 23:40:0412020:173 площадью 287+/-6кв.м; здание с кадастровым номером 23:40:041020:170, адрес: <...>, общей площадью 699,5кв.м; ФИО4 возвратить ФИО1 (в конкурсную массу) земельный участок с кадастровым номером 23:40:0412020:174 площадью 400+/-7кв.м.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО7, ФИО8 и ФИО4 оспорили определение суда от 26.12.2023 в апелляционном порядке.

В апелляционных жалобах их податели выражают несогласие с определением суда первой инстанции, указывая, что суд пришел к ошибочным выводам о притворности сделок и признал договоры купли-продажи прикрываемыми и ничтожными сделками на основании п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ и п. 2 ст. 61.2 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Напротив, считают договоры купли-продажи от 15.12.2021, 15.1.2022 законными сделками, совершенными в соответствии с установленными законодательством РФ требованиями, при отсутствии признаков порока воли сторон при их заключении и исполнении.

В судебном заседании представители должника выразили согласие с доводами жалоб ФИО7, ФИО4

Представитель ФИО4 в судебном заседании на удовлетворении апелляционных жалоб настаивал.

Представитель ПАО «Совкомбанк» в судебном заседании в отношении доводов апелляционных жалоб представил возражения, оспоренный в апелляционном порядке судебный акт от 26.12.2023 просил оставить в силе.

Финансовый управляющий ФИО13 в своем отзыве указала на необходимость отклонения апелляционных жалоб.

Из материалов дела следует, что при проведении мероприятий в процедуре банкротства финансовым управляющим должником из ответа от 17.03.2021 Филиала ФГБУ «ФКП Росреестра» по Москве и предоставленной выписки из Единого государственного реестра недвижимости об имущественных правах в отношении ФИО1 установлено отчуждение должником следующих объектов недвижимого имущества:

- земельный участок, кадастровый номер 23:40:0412020:173, по адресу: Краснодарский край, муниципальное образование город-курорт Геленджик, <...>, площадь 287 +/- 6 кв. м., дата государственной регистрации прекращения права 07.05.2019;

- здание, кадастровый номер 23:40:041020:170, по адресу: Краснодарский край, муниципальное образование город-курорт Геленджик, <...>, площадь 699,5 кв. м., дата государственной регистрации прекращения права 07.05.2019;

- земельный участок, кадастровый номер 23:40:0412020:174, по адресу: Краснодарский край, муниципальное образование город-курорт Геленджик, <...>, площадь 400 +/- 7 кв. м., дата государственной регистрации прекращения права 07.05.2019.

Также установлено, что переход права собственности на недвижимое имущество на ФИО8 произведен на основании заключенного между ФИО1 и ФИО8, действующей с согласия своей матери ФИО11, договора дарения от 30.04.2019.

Далее, 15.12.2021 между ФИО8 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка (кадастровый номер объекта: 23:40:0412020:174), цена объекта составила 2800000 рублей.

Между ФИО8 (продавец) и ФИО7 (покупатель) 15.01.2022 заключен договор купли-продажи земельного участка и жилого дома (кадастровые номера 23:40:0412020:173, 23:40:041020:170), цена объектов составила 38 055 500 рублей.

Совокупная стоимость объектов составила 40855500 рублей.

Финансовый управляющий должником, ссылаясь на то, что сделки совершены между должником и ФИО8, как и последующее отчуждение имущества в пользу ФИО7 и ФИО4, с целью причинения вреда кредиторам, между заинтересованными лицами, являясь цепочкой сделок по выводу недвижимости из имущественной сферы должника, прикрывая единую сделку, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании их недействительными в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса РФ объявлялся перерыв с 10.04.2024 до 18.04.2024.

Изучив материалы дела, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 Постановления № 63, пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Для квалификации сделки как ничтожной заявителю необходимо доказать, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки, выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом.

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, в отсутствие оплаты по совершенным сделкам, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание, что в обоснование доводов о совершении сделки со злоупотреблением правом кредитор указывает на те же обстоятельства и доказательства, что и при оспаривании данной сделки на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости проверки доводов заявителя применительно к статье 61.2 Закона о банкротстве, поскольку диспозиция данной нормы права охватывает те дефекты сделки, которые указаны и в статье 10 Гражданского кодекса РФ.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В рассматриваемом случае заявление о признании должника банкротом принято к производству суда 19.08.2020, переход прав собственности на спорное недвижимое имущество произведен в пользу ФИО8 по всем объектам 07.05.2019, то есть в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу вышеуказанной нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обязательств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно указанным разъяснениям, содержащимся в Постановлении № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с положениями абзацев второго - пятого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с учетом разъяснений, данных в пункте 7 Постановления № 63, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Презумпция осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника на момент совершения сделки распространяется лишь на аффилированных должнику лиц. Однако при оспаривании такой сделки в отношении ответчика, чья заинтересованность (юридическая либо фактическая) к должнику не доказана, суду необходимо установить достаточные обстоятельства, позволяющие констатировать такую осведомленность у ответчика (причем именно на момент совершения спорной сделки, а не после ее исполнения).

ФИО4, ФИО7 в соответствии с положениями статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к ФИО1, ФИО8 не являются.

Из представленных в материалы дела доказательств невозможно сделать безусловный вывод об осведомленности ФИО4, ФИО7 о наличии у ФИО1 неисполненных денежных обязательств перед иными кредиторами, либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Между тем судом первой инстанции указанное обстоятельство не учтено.

Довод Банка о наличии у должника задолженности перед иными кредиторами, не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку наличие задолженности перед иными кредиторами не свидетельствует о том, что должник является неплатежеспособным, а также об осведомленности контрагента о наличии данного кредитора.

Размещение в открытом доступе информации о наличии задолженности должника перед иными кредиторами не свидетельствует о безусловной осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц. Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей. Стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда РФ № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016 по делу N А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Факт того, что волеизъявление сторон при совершении сделок не было направлено на достижение правовых последствий их заключения, не подтвержден.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

В соответствии с пунктом 1 статьи 423 Гражданского кодекса РФ договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным.

Оспариваемые сделки совершены между физическими лицами, не ведущими соответствующей хозяйственной деятельности, подразумевающей открытие специальных счетов, позволяющих подтвердить факт поступления (непоступления) денежных средств во исполнение условий договора купли-продажи.

Поэтому в данном случае реальность передачи денежных средств, закрепленная сторонами сделки путем совершения расписки об их получении, может быть установлена по правилам статей 160, 161, 408 Гражданского кодекса РФ, согласно которым при расчетах между физическими лицами исполнение обязательств подтверждается распиской в получении исполнения полностью или в соответствующей части.

В обоснование оплаты договоров купли-продажи от 15.01.2022 и 15.12.2021 в материалы дела представлены выписки по счетам, платежные поручения, расписки, которые недействительными не признаны; ходатайства о фальсификации данных документов не заявлено.

Расчеты по договорам ФИО14, ФИО4 производились путем безналичного перечисления денежных средств на сумму 40 855 500 рублей, в том числе ФИО4 за период с 12.07.2021 по 12.11.2021 в общей сумме 2800000 рублей, 450000 рублей передано наличными денежными средствами по расписке, ФИО14 38055500 рублей безналичным перечислением со счета на счет с 08.12.2021 по 15.02.2022.

В доказательства наличия финансовой возможности ФИО4 оплаты ФИО8 денежных средств в сумме 3300000 указано на продажу недвижимого имущества по договору 29.06.2021 в сумме 2550000 рублей, собственные накопления.

ФИО7 даны пояснения о получении займов от физических лиц в счет расчетов за приобретаемое недвижимое имущество с ФИО15 по договору от 15.12.2021 на сумму 9 млн. руб., с ФИО16 от 05.11.2021, от дочери ФИО7 ввиду продажи ей недвижимого имущества в г. Москве по договору от 17.12.2020, в подтверждение доводов представлены соответствующие договоры, расписки как о получении денежных средств, так и об их возврате.

Кроме того, указано о расчетах с займодавцами наличным способом, из денежных средств взятых в заем у дочери ФИО17 в наличной форме.

Оценив действия сторон по совершению спорных сделок, суд апелляционной инстанции учитывает, что оспариваемые финансовым управляющим договоры купли-продажи исполнены, объекты сделки - недвижимое имущество переданы покупателям, последними произведена оплата приобретенного имущества, переход права на объект недвижимости зарегистрирован за ответчиками в установленном законом порядке.

Принимая во внимание совокупность обстоятельств данного конкретного дела, в том числе совершение оспариваемых сделок между физическими лицами, не осуществляющими хозяйственную деятельность; размещение сообщения о продаже земельных участков носило публичный характер; наличие непризнанной недействительной расписки о получении денежных средств; отсутствие заинтересованности сторон сделок; осуществление государственной регистрации сделок; суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности оплаты по оспариваемым договорам купли-продажи.

При этом экономическая целесообразность подписания ФИО14, ФИО4 оспариваемых договоров заключается в том, что их предметы в дальнейшем подлежали использованию в личных целях.

В рассматриваемом случае ФИО14 и ФИО4 являются добросовестным приобретателем.

В пункте 36 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества. Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем. Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Доказательств того, что ФИО14 и ФИО4 действовали недобросовестно, в материалы дела не представлено.

Таким образом, в действиях ФИО14 и ФИО4 усматриваются признаки добросовестности при осуществлении спорных сделок, что является существенным условием для рассмотрения вопроса о действительности договора, что следует из разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, данным в постановлении от 21.04.2003 № 6-П.

Сам факт непередачи денежных средств от продажи спорных объектов ФИО8 должнику, непогашение должником обязательств от полученных денежных средств перед иными кредиторами не может быть поставлено в вину покупателям. Данные обстоятельства имеют иные правовые последствия, а не признание сделки недействительной с добросовестным покупателем.

В данном случае, приведенные фактические обстоятельства свидетельствуют о самостоятельности спорных сделок, а также о соответствии волеизъявления всех участников спорных сделок их действительной воле. При этом не усматривается такой признак притворной сделки, как согласованность действий ее участников и подконтрольность указаниям должника.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок от 15.12.2021, от 15.01.2022 недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ.

На основании пункта 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции в части или полностью и принять по делу новый судебный акт.

В этой связи суд апелляционной инстанции считает необходимым на основании пункта 1 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ отменить обжалуемое определение суда, принять по обособленному спору новый судебный акт об отклонении заявления финансового управляющего имуществом должника о признании недействительными договоров купли-продажи, заключенных между ФИО8 и ФИО7 от 15.01.2022, между ФИО8 и ФИО4 от 15.12.2021, применении последствий недействительности данных сделок в виде возврата предмета указанных соглашений в конкурсную массу должника.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд


ПОСТАНОВИЛ:


Определение от 26.12.2023 по делу № А73-10728/2020 Арбитражного суда Хабаровского края отменить.

В удовлетворении заявления о признании недействительными договоров купли-продажи, заключенных между ФИО8 и ФИО7 от 15.01.2022, между ФИО8 и ФИО4 от 15.12.2021, применении последствий недействительности данных сделок в виде возврата предмета указанных соглашений в конкурсную массу должника, отказать.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 6000 рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО4 3000 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО18 3000 рублей государственной пошлины.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий

С.Б. Ротарь


Судьи


И.Е. Пичинина



Л.В. Самар