Постановление от 8 октября 2024 г. по делу № А41-87681/2022

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-15406/2024

Дело № А41-87681/22
08 октября 2024 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 25 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 08 октября 2024 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мизяк В.П.,

судей Епифанцевой С.Ю., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2 - ФИО3 по доверенности от 19.03.2024;

от конкурсного управляющего ООО «УСМР» ФИО4 - ФИО5 по доверенности от 01.03.2024; (веб-конференция).

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 11 июля 2024 года по делу № А41- 87681/22 по делу о признании ООО «УСМР» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 28.06.2023 ООО «УСМР» (ИНН <***>, ОГРН <***>) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Конкурсным управляющим подано заявление об оспаривании сделки должника, а именно договора купли-продажи транспортного средства № 21 от 21.09.2021 г., заключенного между ООО «УСМР» и ФИО2 (далее – ФИО2).

Определением Арбитражного суда Московской области от 11.07.2024 в назначении судебной оценочной экспертизы отказано. Договор купли-продажи транспортного средства № 21 от 21.09.2021, заключенный между ООО «УСМР» и ФИО2 признан недействительным. Суд обязал ФИО2 вернуть в конкурсную массу должника ООО «УСМР» автомобиль марки «Митсубиси Лансер», VIN <***>, тип ТС: легковой седан, год выпуска: 2010, № двигателя: 0010182, № кузова: <***>, цвет кузова: черный, мощность двигателя: 109 л.с. (80 кВт), паспорт ТС: серия 78УН №120422.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Дополнения к апелляционной жалобе ФИО2 отклоняются судом апелляционной инстанции.

При этом, доводы заявителя, апелляционной жалобы, изложенные в дополнениях к апелляционной жалобе, не могут быть приняты арбитражным судом апелляционной инстанции в силу ч. 2 ст. 268 АПК РФ, п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», поскольку нарушен порядок подачи указанного процессуального документа как части апелляционной жалобы.

В рассматриваемом случае заявитель апелляционной жалобы направил дополнения к апелляционной жалобе суду и лицам, участвующим в деле, не заблаговременно, с нарушением срока установленного для подачи апелляционной жалобы, ходатайства о восстановлении срока и наличия уважительных и документально подтвержденных причин пропуска указанного срока не заявил.

В силу ч. 5 ст. 159 АПК РФ арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления своим процессуальным правом и явно направлены на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, за исключением случая, если заявитель не имел возможности подать такое заявление или такое ходатайство ранее по объективным причинам.

Представление дополнений апелляционной жалобы в отсутствие доказательств заблаговременного направления или вручения ее заинтересованному лицу, апелляционный суд расценивает как злоупотребление заявителем процессуальными правами, в связи с чем, отказывает ФИО2 в принятии дополнений к апелляционной жалобе.

В судебном заседании апелляционного суда представитель ФИО2 поддерживает доводы апелляционной жалобы, просит обжалуемый судебный акт отменить.

Представитель конкурсного управляющего ООО «УСМР» ФИО4 возражает против удовлетворения апелляционной жалобы, просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ответом МУ МВД России «Балашихинское» ГУ МВД России по Московской области от 16.03.2023 г. № 3/237704522945 конкурсному управляющему представлены сведения о наличии зарегистрированных за ООО «УСМР» транспортных средств, а также о сделках, совершавшихся должником с ними.

В период с 21.09.2010 по 24.09.2021 за должником было зарегистрировано следующее транспортное средство: Митсубиси Лансер, VIN <***>, тип ТС: легковой седан, год выпуска: 2010, модель, № двигателя: 0010182, № кузова: <***>, цвет кузова: черный, мощность двигателя: 109 л.с. (80 кВт), паспорт ТС: серия 78УН №120422 (далее – Автомобиль, Спорное транспортное средство).

Автомобиль был снят с учета на основании заключенного 21.09.2021 между ООО «УСМР» (продавец) и ФИО2 (покупатель) договора купли-продажи транспортного средства № 21, в соответствии с которым продавец продает, а покупатель покупает Спорное транспортное средство по цене 50 000 руб. Согласно выписке по счету должника № 40702810640290100559, открытому в ПАО «Сбербанк», оплата за приобретённое имущество произведена со стороны ФИО2 в полном объеме 27.09.2021, что в том числе подтверждается чеком-ордером № 75 от 27.09.2021.

Полагая, что оспариваемая сделка совершена по заниженной цене, что причиняет вред имущественным правам кредиторов, конкурсный кредитор обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

С учетом даты возбуждения в отношении ООО «УСМР» производства по делу о несостоятельности (банкротстве) (21.09.2021) оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, установленный ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 г. № 63, п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Также, в пункте 9 Постановления № 63 указано, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Соответственно, для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления;

- сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Следовательно, целью продажи является передача собственного имущества за соразмерное встречное представление.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из разъяснений, данных в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 указанного постановления указано, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, а именно: под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Судом первой инстанции верно установлено, что на основании заключенного 21.09.2021 между ООО «УСМР» (продавец) и ФИО2 (покупатель) договора № 21 купли-продажи транспортного средства Митсубиси Лансер, VIN <***> продавец (должник) продает, а покупатель (ответчик) покупает спорное транспортное средство по цене 50 000 руб.

ФИО2 на момент заключения договора являлся аффилированным (заинтересованным) лицом к ООО «УСМР» в силу прямого указания закона, поскольку являлся руководителем должника (ст. 19 Закона о банкротстве).

Суд апелляционной инстанции также считает необходимым отметить, что цена, по которой должник осуществил продажу транспортного средства, является нерыночной.

Так, согласно представленному отчету № 24-261 от 22.05.2024 об оценке рыночной стоимости движимого имущества, стоимость спорного транспортного средства по состоянию на 21.09.2021 составила 280 000 руб., тогда как в оспариваемом договоре установлена цена в 50 000 руб.

Исходя из условий договора и представленных в материалы дела документов, суд не усматривает оснований для установления столь низкой цены договора.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, доказательств того, что автомобиль находился в плохом техническом состоянии вследствие эксплуатации или участия в ДТП, в материалы дела не представлено.

Таким образом, цена сделки кратно отличалась от рыночной цены автомобиля.

Представленные доказательства о ремонте автомобиля датированы 2023, 2024, тогда как спорный договор заключен в 2021.

Таким образом, указанные документы не подтверждают наличие повреждений автомобиля на момент продажи.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции обоснованно указал на причинение оспариваемой сделкой вреда имущественным интересам кредиторов.

Согласно позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В данном случае покупатель, приобретая имущество по явно заниженной цене, не мог не осознавать нерыночность условий заключаемого договора.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью», разница между ценой реализации имущества и его рыночной стоимостью более 20% является существенной.

Экономическая целесообразность продажи автомобиля по цене 50 000 руб. (например, неудовлетворительное техническое состояние) сторонами суду не раскрыта.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя апелляционной жалобы об отсутствии доказательств неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки, подлежат отклонению апелляционным судом.

Так, судом первой инстанции сделаны правильные выводы, что на момент заключения спорной сделки ООО «УСМР» имело задолженность перед кредиторами, требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов.

Должник имел задолженность перед ООО «Европарк» в размере более 11 млн. руб. (подтверждено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 05.08.2022 г. по делу № А40-52557/2022, задолженность возникла в марте 2021 г.), ООО «СНИП» в размере более 1,5 млн. руб. (подтверждено решением Арбитражного суда города Москвы от 29.09.2022 г. по делу № А40-223716/2021, задолженность возникла в марте 2021 г.), ИФНС России по г. Балашихе Московской области.

В отношении доводов об отсутствии признаков неплатежеспособности суд апелляционной инстанции также отмечает, что из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как разъяснил Верховный Суд РФ в своей позиции, изложенной в определении от 12.03.2019 по делу № А40-177466/2013, факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение актива и аффилированность покупателя - в своей совокупности являлись обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки, в связи с чем суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии у оспариваемой сделки состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Обращаясь в суд с заявленными требованиями конкурсный управляющий ссылался, в том числе, и на нормы ст. 10 и 168 ГК РФ.

Действительно, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по ст. 10 и 168 ГК РФ (по общим основаниям, предусмотренным ГК РФ) (п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Между тем в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 г. № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 г. № 304-ЭС15-20061 по делу N А46-12910/2013, от 28.04.2016 г. № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014, определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 г. № 305-ЭС18-22069 по делу № А40- 17431/2016).

В рассматриваемом случае, направленность сделок на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств при неравноценности встреченного исполнения в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии и в рамках его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделок знала об указанных целях должника к моменту совершения сделок, является разновидностью сделок, совершенных со злоупотреблением правом (ст. 10, 168 и 170 ГК РФ).

При этом положения п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве являются специальными по отношению к предусмотренным ст. 10, 168 и 170 ГК РФ основаниями для признания сделок недействительными.

При конкуренции общей и специальной нормы применению подлежит специальная норма.

Поэтому в условиях конкуренции норм о недействительности сделки лица, оспаривающие сделки при неравноценности встреченного исполнения другой стороной сделки с причинением вреда кредиторам по основаниям, предусмотренным ГК РФ, обязаны доказать, что выявленные нарушения выходят за пределы диспозиций п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом.

Между тем конкурсным управляющим в материалы дела не представлены какие-либо доказательства или аргументы в пользу того, что нарушения, допущенные при совершении оспариваемых сделок, выходят за пределы диспозиций п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве обусловлено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Учитывая, что в настоящее время автомобиль находится в собственности ответчика, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу транспортное средство.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Доводы заявителя жалобы проверены апелляционным судом и не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 11 июля 2024 года по делу № А41-87681/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.


Председательствующий


В.П. Мизяк

Судьи


С.Ю. Епифанцева

А.В. Терешин