Постановление от 13 февраля 2024 г. по делу № А75-12826/2017

1143/2024-619(2)

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-12826/2017
13 февраля 2024 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена 08 февраля 2024 года Постановление изготовлено в полном объёме 13 февраля 2024 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Аристовой Е. В., судей Сафронова М. М., Целых М. П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством системы веб-конференции апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-10468/2023) ФИО2 на определение от 01.09.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-12826/2017 (судья Сурова А. В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления общества с ограниченной ответственностью «Промышленные информационные технологии» (ИНН <***>, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...>, каб. 30, далее – ООО «ПИТ») о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в сумме 1 352 268 руб. 53 коп., в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СТЭП-A» (ИНН <***>, ОГРН <***>, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...>, далее – ООО «СТЭП-A», должник),

при участии в судебном заседании представителя ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 11.09.2023 № 86 АА 3238100,

установил:

определением от 18.08.2017 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры принято заявление индивидуального предпринимателя ФИО4 (ОГРНИП 311860725200050) о признании общества с ограниченной ответственностью «STEP-A» (название изменено на ООО «СТЭП-А») банкротом, определением суда от 21.09.2017 в отношении ООО «STEP-A» введено наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО5, а решением от 16.04.2018 (резолютивная часть от 13.04.2018) ООО «СТЭП-А» признано банкротом, открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО5

Определением суда 17.05.2018 конкурсным управляющим утверждён ФИО6.

На основании определения от 02.07.2020 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры конкурсное производство в отношении ООО «СTЭП-A» завершено.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника ООО «ПИТ» обратилось 03.06.2020 в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в сумме 1 352 268 руб. 53 коп.

Определением от 10.12.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-12826/2017 производство по заявлению ООО «ПИТ» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Постановлением от 06.02.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда определение от 10.12.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-12826/2017 отменено, вопрос по заявлению ООО «ПИТ» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ООО «СTЭП-A» направлен на рассмотрение в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Определением от 01.09.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-12826/2017 заявление ООО «ПИТ» удовлетворено, с ФИО2 в пользу ООО «ПИТ» взыскано 1 352 268 руб. 53 коп.

В апелляционной жалобе (с учётом мотивированной жалобы, вх. 31.10.2023) ФИО2 ставится вопрос об отмене определения суда. Мотивируя свою позицию, апеллянт указывает на следующие доводы:

- ФИО2 не принимала участие при рассмотрении дела в суде первой инстанции. Являясь физическим лицом, она не была обязана отслеживать Картотеку арбитражных дел, полагаясь на то, что судебный спор окончен. К жалобе прилагаются копии страниц паспорта, подтверждающие изменение места регистрации, в связи с чем уведомления о датах судебных заседаний ФИО2 не получала, не смогла реализовать право на судебную защиту;

- судебный акт не содержит указания на причинно-следственную связь, необходимую для его принятия. Суд лишь сослался на отменённый приговор суда в отношении ответчика;

- ни судом, ни заявителем не обосновано, какая сумма выбыла из владения должника в результате действий ответчика; повлекли ли именно эти действия банкротство должника, а также то, как признание сделок недействительными повлияло на платёжеспособность и возможность удовлетворения требований кредиторов;

- суд не исследовал финансовое положение, влияние на активы должника и их изменение.

Отзыв на апелляционную жалобу не представлен.

Определением от 15.12.2023 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 11.01.2024; в порядке статьи 81 АПК РФ заявителю предложено обозначить фактические обстоятельства, повлекшие банкротство должника; применительно к данным обстоятельствам привести нормативно-правовое обоснование привлечения к субсидиарной ответственности ответчика, определить дату объективного банкротства. На разрешение участвующих в споре лиц вынесен вопрос о наличии оснований для привлечения к ответственности в виде взыскания убытков (определить состав (вина, причинно-следственная связь, последствия), обозначить лиц, потерпевших от недолжного поведения ответчика, возможный размер убытков).

На основании определения от 11.01.2024 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 25.01.2024. Участвующим в споре лицам предложено представить мотивированную позицию относительно наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, с учётом доводов заявителя, обозначившего круг фактических обстоятельств (сделки по отчуждению имущества), в отсутствие иных пояснений, в том числе по предложению суда апелляционной инстанции (напр., применительно к пункту 12 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

24.01.2024 от ФИО2 по системе подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» поступили письменные пояснения с приложением дополнительных документов: копия решения от 18.10.2016 по делу № А75-13971/2015, копия определения по заявлению конкурсного управляющего, копия договора о переводе долга от 30.05.2017, копия протокола разногласий от 09.08.2017 к договору.

В судебном заседании 25.01.2024 в порядке статьи 163 АПК РФ объявлен перерыв до 08.02.2024. После перерыва судебное заседание продолжено.

До начала судебного заседания от ФИО2 по системе подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» поступили:

- 31.01.2024: ходатайство о приобщении к материалам дела копий актов сверок взаимных расчётов за 2019, 2023 гг.;

- 07.02.2024: письменные пояснения.

От представителя ФИО2 поступило ходатайство о проведении онлайн-заседания, которое удовлетворено апелляционным судом. Судебное заседание 25.01 – 08.02.2024 проведено посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел».

Информация о движении дела размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в Картотеке арбитражных дел, отчёты о публикации приобщены к материалам дела.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в жалобе (с учётом вх. от 31.10.2023), письменных пояснениях, просил приобщить дополнительные документы к материалам дела.

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора, о времени и месте проведения судебного заседания, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями статей 123, 156, 266 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь абзацем вторым части 2 статьи 268 АПК РФ, а также пунктом 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», полагает, что дополнительные доказательства должны быть приобщены к материалам дела, поскольку имеют существенное значение для правильного, полного и всестороннего разрешения настоящего спора, вынесения законного и обоснованного судебного акта.

Рассмотрев апелляционную жалобу с дополнениями, письменные пояснения, материалы дела, заслушав представителя, явившегося в судебное заседание, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением от 15.06.2018 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в реестр требований кредиторов ООО «STEP-A» включено требование ООО «ПИТ» в размере 1 340 964 руб. 56 коп. в третью очередь реестра требований кредиторов.

ООО «STEP-A» (в настоящее время – ООО «СТЭП-А») зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц в качестве юридического лица 30.12.2008 за основным государственным регистрационным номером <***>. Основным видом деятельности с 30.06.2011 являлось управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе (код по ОКВЭД 68.32.1 У). Учредителем (участником) общества с 31.12.2013 являлась ФИО2

Решением общего собрания участников ООО «STEP-A» (протокол от 23.05.2014 № 2) ФИО2 утверждена генеральным директором общества сроком на пять лет; указанное лицо в силу пункта 8.8 Устава без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; выдаёт доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия; издаёт приказы о назначении на должность работников общества об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и наложении дисциплинарного взыскания, осуществляет иные полномочия, не отнесённые к компетенции общего собрания участников; к обязанностям отнесено осуществление руководства финансовой и хозяйственной (профессиональной) деятельностью общества, обеспечение выполнения обществом возложенных на него задач.

ООО «ПИТ» в заявлении о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности указало, что 11.10.2018 в ОМВД России по г. Лангепасу возбуждено уголовное дело в отношении ФИО2 по части 4 статьи 160, пункту «б» части 4 статьи 174.1, статье 196 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ).

Как указывает заявитель, по материалам уголовного дела, ФИО2 совершила преступления, предусмотренные:

- частью 4 статьи 160 УК РФ – растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершённое лицом с использованием служебного положения, в особо крупном размере;

- пунктом «б» части 4 статьи 174.1 УК РФ – совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, приобретёнными лицом в результате совершения им преступления, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом, совершённые лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере;

- статьёй 196 УК РФ – преднамеренное банкротство, то есть совершение руководителем юридического лица действий, заведомо влекущих неспособность юридического лица в полном объёме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если эти действия причинили крупный ущерб.

Определением от 02.12.2020 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры производство по заявлению ООО «ПИТ» приостановлено до вступления в законную силу приговора по уголовному делу № 1-64/2020 в отношении ФИО2, рассматриваемому Лангепасским городским судом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Определением суда от 15.02.2022 производство по вышеуказанному заявлению возобновлено.

Приговором от 07.02.2022 Лангепасского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по уголовному делу № 1-64/2020 ФИО2 признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 160 УК РФ, статьёй 196 УК РФ (в редакции от 19.12.2005 № 161-ФЗ), и ей назначено наказание; на основании статьи 69 части 3 УК РФ путём частичного сложения назначенных наказаний определено к отбытию 4 года лишения свободы со штрафом в 900 000 руб. с отбыванием лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

ООО «ПИТ» в ходатайстве о приобщении документов к материалам дела (вх. от 16.11.2022) указало на следующее. В приговоре от 07.02.2022 Лангепасского городского суда ХМАО-Югры определены основания признания ФИО2 виновной в преднамеренном банкротстве (статья 196 УК РФ), то есть совершение руководителем юридического лица действий, заведомо влекущих неспособность юридического лица в полном объёме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если эти действия причинили крупный ущерб.

По утверждению ООО «ПИТ», ФИО2 в период с 06.10.2016 по 15.01.2018, используя свои полномочия руководителя ООО «СТЭП-А», будучи заинтересованным лицом по отношению к указанному обществу, достоверно зная о неисполненных денежных обязательствах общества, в частности, перед ООО «ПИТ» и другими ресурсоснабжающими организациями, предвидя скорое банкротство ООО «СТЭП-А», преследуя собственные интересы, интересы аффилированных лиц по отношению к ней ООО «Инвестпроект» и близкого родственника ФИО7, умышлено, вопреки положениям статьи 61.2, пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве, в обход очерёдности удовлетворения требований кредиторов, преднамеренно увеличила неплатёжеспособность ООО «STEP-A», совершив следующие действия:

- 07.10.2016 ФИО2 заключила с ООО «СТЭП-A» договор купли-продажи автомобиля МАЗ 5450А5-330-031, 2012 г. в., стоимостью с учётом дополнительного соглашения в размере 850 000 руб., а также полуприцепа МА39758303025-000, 2012 г. в., стоимостью с учётом дополнительного соглашения в размере 348 000 руб., произвела оплату указанных транспортных средств посредством взаимозачёта долговых обязательств между собой и подконтрольным ей ООО «СТЭП-А», заключив 13.11.2016 соответствующие соглашение. Постановлением от 06.10.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-12826/2017

указанные договоры купли-продажи признаны недействительными, совершёнными в целях причинения ущерба самостоятельным кредиторам;

- 06.10.2016 ФИО2 заключила с ООО «СТЭП-А» договор купли- продажи, в котором, предусмотрев стоимость автомобиля «VOLKSWAGEN TOUREG», 2015 г. в., VIN <***>, государственный регистрационный знак Т789АМУ186, в размере 2 054 385 руб., произвела его оплату посредством взаимозачёта долговых обязательств между собой и подконтрольным ей ООО «СТЭП-А», заключив 16.11.2016 соответствующее соглашение;

- ФИО2 заключила между подконтрольными ей ООО «СТЭП-А» и ООО «Инвестпроект», а также с родственником ФИО7 договоры долевого участия от 06.05.2017 № ЛЗ-1/13-34, ЛЗ-1/16-35, от 07.05.2017 № ЛЗ-1/19-36, от 11.05.2017 № ЛЗ-2/8-39, ЛЗ-2/9-38 предметом которых являлись квартиры 9, 8, 13,16, 19, расположенные по адресу <...> общей стоимостью 14 281 561 руб. ФИО8 в обход очереди требований кредиторов, делая невозможным удовлетворение их законных требований, оформила к каждому договору долевого участия соглашение о взаимозачёте, в которые включила якобы исполненные ООО «Инвестпроект» денежные обязательства перед ООО «STEP-A» на общую сумму 13 566 400 руб., возникшие из заключённых между этими обществами соглашениями о переводе долга от 06.03.2017 № 1 (по договору № 4 «Аварийное, техническое обслуживание и текущий ремонт лифтов МКД»), от 06.03.2017 (по договору от 30.11.2016 № 082.2017-ТО/СМ), от 08.03.2017 (по договору от 01.01.2017 № 63/1701), от 20.03.2017, от 10.05.2017 (по договору поставки от 11.01.2016 № КПЗ28/16) от 30.05.2017, от 20.07.2017 № 1, два соглашения о переводе долга от 08.09.2017 № 1, соглашение от 08.09.2017 № 1, а также договоры поручения от 22.03.2017 № 2, от 28.03.2017 № 413п, от 29.03.2017 № 486п, от 31.03.2017 № 5А, от 31.03.2017 № 5Б, от 13.04.2017 № 7Б, от 19.04.2017 № 8, от 05.05.2017 № 6П, от 17.05.2017, от 07.06.2017 № 13, от 07.07.2017 № 15/1-п;

- ФИО2 зная, что в отношении ООО «СТЭП-А» определением суда от 21.09.2017 введена процедура наблюдения, без фактической оплаты указанных договоров долевого участия, передала 15.01.2018 подконтрольным и аффилированным ей лицам – ООО «Инвестпроект» и сыну ФИО7 принадлежащие ООО «СТЭП-А» указанные квартиры в доме № 29 по ул. Звездный проезд, общей стоимостью 14 281 561 руб. По утверждению ООО «ПИТ», ФИО2 своими преступными действиями увеличила неплатёжеспособность ООО «СТЭП-А» на 17 533 946 руб., причинив тем самым крупный ущерб на указанную сумму. При ведении хозяйственной деятельности ООО «СТЭП-А» ФИО2 принимала решения только в своих личных интересах и в интересах аффилированного лица ООО «Инвестпроект», в котором она являлась учредителем и генеральным директором, а также в интересах своего сына ФИО7 (в настоящее время является учредителем ООО «Инвестпроект»).

Причинно-следственная связь, как указывает заявитель, состоит в том, что ФИО2, используя своё доминирующее положение в ООО «СТЭП-А», продавала имущество ООО «СТЭП-А» лично себе по заниженным ценам, кроме того, без фактической оплаты по договорам долевого участия, передала подконтрольным и аффилированным ей лицам – ООО «Инвестпроект» и сыну ФИО7 имущество общей стоимостью 14 281 561 руб. Указанное привело к тому, что общество стало неспособным исполнить обязательства перед кредиторами и, как следствие, причинило существенный имущественный вред ресурсоснабжающим организациям, в том числе ООО «ПИТ».

ООО «ПИТ», указывая, что в соответствии с пунктом 8 статьи 189.12 Закона о банкротстве (в соответствующих редакциях) единоличный исполнительный орган организации, не исполнивший обязанностей по предупреждению банкротства организации, при недостаточности имущества организации для удовлетворения требований кредиторов несёт субсидиарную ответственность, просило привлечь руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 1 325 268 руб. 53 коп.

Суд первой инстанции, руководствуясь пунктом 4 статьи 10 (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в пунктах 16, 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), правовой позицией ВС РФ, изложенной в определениях от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, от 23.06.2021 № 305-ЭС21-3961(1-3), от 18.08.2023 № 305-ЭС18-17629(5-7), а также в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П, по результатам оценки представленных в материалы дела доказательств пришёл к выводу, что в данном случае наличие негативных изменений в соотношении активов и пассивов должника указывает на наличие признака причинения вреда кредиторам, в силу чего наличествуют условия для возложения на контролирующего лица субсидиарной ответственности по долгам общества. Размер субсидиарной ответственности ФИО2 определён с учётом пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, исходя из размера непогашенного обязательства перед ООО «ПИТ».

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции усматривает основания для отмены обжалуемого определения.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение ВС РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Совокупность юридически значимых действий, с которым ООО «ПИТ» связывает наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, совершены в период с 06.10.2016 по 15.01.2018.

В обозначенный период времени отношения по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности регулировались, в том числе применёнными в настоящем случае судом положениями статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Между тем, поскольку заявитель обозначает в качестве оснований привлечения к субсидиарной ответственности обстоятельства совершения руководителем совокупности сделок, окончание исполнения которых приходится на период действия главы III.2 Закона о банкротстве, с учётом результатов рассмотрения судом заявления конкурсного управляющего ООО «СTEП-A» ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам должника в размере 45 937 268 руб. 48 коп. (определение от 03.10.2019 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, оставленное без изменения постановлением от 30.01.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда), обусловленной совершением руководителем сделок по отчуждению транспортных средств, коллегия суда исходит из необходимости применения к спорным правоотношениям Закона о банкротстве в действующей редакции.

В рассматриваемом случае ФИО2 с 31.12.2013 являлась учредителем (участником) ООО «СТЭП-А», а также руководителем данного юридического лица (протокол от 23.05.2014 № 2), соответственно, она обладает статусом контролирующего лица применительно к статье 61.10 Закона о банкротстве и разъяснениям, изложенным в пункте 3 постановления № 53.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству – обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав).

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника является формой ответственности контролирующего должника лица за доведение до банкротства, вред в таком случае причиняется кредиторам в результате деликта контролирующего лица – неправомерного вмешательства в деятельность должника, вследствие которого должник теряет способность исполнять свои обязательства.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности должно в любом случае сопровождаться установлением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия (бездействие) ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т. д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определения Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, от 18.08.2023 № 305-ЭС18-17629(5-7)).

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления № 53).

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощён законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Согласно одной из таких презумпций предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в ситуации, когда имущественным правам кредиторов причинён существенный вред в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, абзац первый пункта 23 постановления № 53).

По своей правовой природе требование о привлечении к субсидиарной ответственности направлено на компенсацию последствий негативных действий контролирующих лиц по доведению должника до банкротства. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.05.2021 № 20-П, субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. Генеральным правовым основанием данного иска выступают положения статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причинённый кредиторам. Соответствующий подход нашёл своё подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 постановления № 53.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении ВС РФ от 23.06.2021 № 305-ЭС21-3961(1-3), когда отношения сторон являются сложно структурированными и опосредуются чередой запутанных и связанных между собой сделок, правильная квалификация совокупности юридически значимых действий сторон должна осуществляться посредством сопоставления фактических обстоятельств, имевших место до инициирования оспариваемых действий, и обстоятельств, возникших после совершения сторонами всех операций.

При принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции принято во внимание, что апелляционным определением от 23.06.2022 Судебной коллегии по уголовным делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры приговор

от 07.02.2022 Лангепасского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по уголовному делу № 1-64/2020 оставлен без изменения.

Вместе с тем кассационным определением от 27.12.2022 Седьмого кассационного суда общей юрисдикции апелляционное определение от 23.06.2022 Судебной коллегии по уголовным делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Апелляционным определением от 16.02.2023 Судебной коллегии по уголовным делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры приговор от 07.02.2022 Лангепасского городского суда отменён, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением от 18.04.2023 Лангепасского городского суда дело возвращено прокурору для устранения препятствий для рассмотрения дела судом.

Таким образом, как заключил суд первой инстанции, на момент рассмотрения настоящего заявления ООО «ПИТ» довод о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности за преднамеренное банкротство не может быть учтён.

В качестве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «ПИТ» указывало на то, что ФИО2 заключила между подконтрольными ей «СТЭП-A» и ООО «Инвестпроект», а также с родственником ФИО7 договоры долевого участия от 06.05.2017 № ЛЗ-1/13-34, ЛЗ-1/16-35, от 07.05.2017 № ЛЗ-1/19-36, от 11.05.2017 № ЛЗ-2/8-39, ЛЗ-2/9-38, предметом которых являлись квартиры 9, 8, 13, 16, 19, расположенные по адресу <...> общей стоимостью 14 281 561 руб.

ФИО2 с нарушением очереди требований кредиторов, делая невозможным удовлетворение их законных требований, оформила к каждому договору долевого участия соглашение о взаимозачёте, в которые включила якобы исполненные ООО «Инвестпроект» денежные обязательства перед «СТЭП-A» на общую сумму 13 566 400 руб., возникшие из заключённых между этими обществами соглашениями о переводе долга от 06.03.2017 № 1 (по договору № 4 «Аварийное, техническое обслуживание и текущий ремонт лифтов МКД»), от 06.03.2017 (по договору от 30.11.2016 № 082.2017-ТО/СМ), от 08.03.2017 (по договору от 01.01.2017 № 63/17-01), от 20.03.2017, от 10.05.2017 (по договору поставки от 11.01.2016 № КПЗ28/16) от 30.05.2017, от 20.07.2017 № 1, два соглашения о переводе долга от 08.09.2017 № 1, соглашение от 08.09.2017 № 1, а также договоры поручения от 22.03.2017 № 2, от 28.03.2017 № 413п, от 29.03.2017 № 486п, от 31.03.2017 № 5А, от 31.03.2017 № 5Б, от 13.04.2017 № 7Б, от 19.04.2017 № 8, от 05.05.2017 № 6П, от 17.05.2017, от 07.06.2017 № 13, от 07.07.2017 № 15/1-п.

Также заявитель указывает на заключение ответчиком в октябре 2016 года договоров об отчуждении транспортных средств, впоследствии признанных недействительными сделками.

Применительно к фактическим обстоятельствам настоящего дела суд первой инстанции заключил, что негативные изменения в соотношении активов и пассивов должника указывают на признаки причинения вреда кредиторам, в силу чего наличествуют условия для возложения на контролирующее лицо субсидиарной ответственности по долгам общества.

Судебная коллегия не соглашается с выводами суда первой инстанции.

На уровне высшей судебной инстанции (определения Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8)) сформулирован правовой подход о том, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчика банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т. д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведёт) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок);

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 постановления № 53).

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объёме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платёжеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 постановления № 53).

Один лишь факт убыточности заключённой под влиянием контролирующего лица сделки (совокупности сделок) не может служить безусловным подтверждением наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. В пункте 23 постановления № 53 указано, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если сделка (сделки) одновременно отвечает двум квалифицирующим признакам: она является значимой для должника (применительно к масштабам его деятельности) и существенно убыточной.

Применительно к рассматриваемой ситуации коллегия суда учитывает, что само по себе подписание руководителем должника поименованных договоров, в том числе признанных впоследствии невыгодными для должника, не является достаточным основанием для вывода о недобросовестности или неразумности руководителя и, как следствие, для привлечения его к ответственности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2 и 3 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление № 62), недобросовестность предполагается, в частности, при наличии конфликта интересов, при заключении сделки на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом, то есть в ситуации, когда об указанных обстоятельствах руководитель, участник знал или должен был знать на момент совершения, одобрения сделки исходя из обычной деловой практики и масштаба деятельности подконтрольного юридического лица. О неразумности могут свидетельствовать разрешение вопроса без учёта известной информации, несовершение принятых в деловой практике действий, направленных на получение необходимой и достаточной информации, игнорирование требующихся внутренних процедур.

В пункте 20 постановления № 53 разъяснено, что при недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьёй 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков. При этом вопреки выводам судов удовлетворение требования о взыскании убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью других способов защиты гражданских прав, например, путём применения последствий недействительности сделки. Лишь в случае, когда юридическое лицо уже фактически

получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в удовлетворении требования о возмещении убытков должно быть отказано (пункт 8 постановления № 62).

Как указано выше, определением суда от 02.07.2020 конкурсное производство в отношении ООО «СTЭП-A» завершено.

Из отчёта конкурсного управляющего по состоянию на 30.06.2020 следует, что погашены все текущие требования кредиторов, завершены расчёты с залоговым кредитором третьей очереди реестра требований кредиторов, погашены требования кредиторов второй очереди, частично погашены требования кредиторов третьей очереди. В связи с недостаточностью имущества требования реестровых кредиторов погашены в размере 6,36 % от общей суммы требований кредиторов, требования которых включены в реестр. Без удовлетворения оставлены требования кредиторов, чьи требования признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включённых в реестр требований кредиторов, оставшихся не удовлетворёнными по причине недостаточности денежных средств – требования кредиторов:

- Межрайонной ИФНС № 5 по ХМАО-Югры в размере 16911221,72 руб., в том числе основной долг – 1 238 647,92 руб., 273847 руб. – пени, 178 626, 80 руб. – штраф, (учтены определением суда от 15.01.2020);

- Югорского фонда капитального строительства многоквартирных домов в размере 729 184 руб. 84 коп., как обоснованное и подлежащее удовлетворению за счёт оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов, имущества ООО «СТЭП-А»;

- ФИО9 в размере 9 534 759,07 руб. В соответствии с пунктом 1 статьи 148 Закона о банкротстве требование учредителя (участника) должника может быть удовлетворено только за счёт имущества, оставшегося после удовлетворения требований всех других кредиторов (определение суда от 12.01.2018).

В разделе отчёта от 01.06.2020 «Сведения о сформированной конкурсной массе, в том числе о ходе и об итогах инвентаризации имущества должника, о ходе и результатах оценки имущества должника» указано, что включаются в конкурсную массу внеоборотные активы – основные средства балансовой стоимостью 10 315,079 тыс. руб., дебиторская задолженность – 7 202,818 тыс. руб.

Проанализировав структуру активов баланса, управляющим сделан вывод: структура активов состоит из текущих и постоянных активов.

Денежные средства, краткосрочные финансовые вложения составляют небольшой процент в течение всего периода и не оказывают сильного влияния на итоговые показатели.

Дебиторская задолженность в начале периода составляет около 22 % в структуре актива баланса, на конец анализируемого периода её уровень растёт в два раза.

Запасы. На 31.12.2014 – 3,94 % в общем итоге актива баланса, на 31.12.2015 – 61,88 %, на 31.12.2016 – 2,14 %. Снижение показателя в период с 31.12.2015 по 31.12.2016: данный факт подлежит пояснению руководителем должника.

Постоянные активы состоят из основных средств. Основные средства имеются по состоянию на 31.12.2014 – 67,79 %, на 31.12.2015 снижение до 12,86 %, на 31.12.2016 – рост до 54,79 %. Прочие активы. Отложенные налоговые активы отсутствуют.

Анализ пассивов показал, что наличие уставного капитала минимально, 10 тыс. руб., резервный капитал 7 тыс. руб., добавочного капитала предприятие не имеет. Кредиторская задолженность в начале и середине периода находится на одном уровне: от 15 % до 22 %, на конец анализируемого периода она увеличивается почти в два раза до 53,12 % в структуре пассива баланса.

Краткосрочные кредиты и займы. Их уровень на протяжении всего анализируемого периода меняется в сторону снижения от 13 % до 4 % и роста до 12 %.

Наблюдается отсутствие стабильного капитала, наличие небольшого размера собственных средств у должника всё же свидетельствует о значительной зависимости деятельности предприятия от заёмных средств.

Управляющий отмечает, что на протяжении всего анализируемого периода деятельность предприятия приносила небольшую прибыль: 31.12.2014 – 132 тыс. руб. прибыль, 31.12.2015 – 317 тыс. руб. прибыль, кроме периода по состоянию на 31.12.2016 – 32 тыс. руб. убыток.

Из четырёх соотношений, характеризующих наличие ликвидных активов у организации, выполняется один.

На основе проведённого анализа значений и динамики коэффициентов, характеризующих платёжеспособность должника, сделан вывод о неудовлетворительном состоянии коэффициентов, характеризующих платёжеспособность предприятия. Коэффициент абсолютной ликвидности на протяжении всего периода ниже нормы; коэффициент текущей ликвидности на протяжении всего периода ниже нормы. Показатель обеспеченности обязательств должника его активами на протяжении всего периода ниже нормы.

Степень платёжеспособности по текущим обязательствам показывает, что предприятие было в состоянии погасить свою текущую задолженность перед кредиторами за счёт выручки за анализируемый период по состоянию на 31.12.2014 и 31.12.2015, на 31.12. 2016 – резкое снижение показателя.

Анализ коэффициентов финансовой устойчивости показал, что коэффициент манёвренности собственных средств, коэффициент финансирования, коэффициент финансовой устойчивости, коэффициент автономии (финансовой независимости) на протяжении всего анализируемого периода ниже нормы.

Коэффициент оборачиваемости активов показывает, что по состоянию на 31.12.2014 0,966 денежных единиц продукции принесла единица актива, на 31.12.2015 1,090 денежных единиц продукции принесла единица актива, на 31.12.2016 1,892 денежных единиц продукции принесла единица актива.

ФИО2 в письменных пояснениях указала, договор купли-продажи от 07.10.2016, заключённый между ФИО2 и ООО «СТЭП-А» по продаже полуприцепа марки МАЗ 975830-3025-000, 2012 г. в., ПТС № 77 УВ896679 от 23.10.2012, и договор купли-продажи от 07.10.2016, заключённый между ФИО2 и ООО «СТЭП-А» по продаже грузового тягача седельного, 2012 г. в., ПТС 77 У А № 845058 от 30.08.2012 МАЗ 5450А5-330-031, тип двигателя дизельный, цвет белый, являлись предметом судебного исследования. Вступившим в законную силу определением от 03.10.2019 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры управляющему отказано в привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по данным основаниям.

По мнению ответчика, довод о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности за преднамеренное банкротство не может быть учтён, поскольку определением Лангепасского городского суда от 18.04.2023 дело возвращено прокурору для устранения препятствий для рассмотрения дела судом.

Относительно договора купли-продажи от 06.10.2016, заключённого между ФИО2 и ООО «СТЭП-A» о продаже автомобиля VOLKSWAGEN TOUREG, 2015 г. в., VIN <***>, государственный регистрационный знак Т789АМУ186, и договоров долевого участия от 06.05.2017 № ЛЗ-1/13-34, ЛЗ-1/16- 35, от 07.05.2017 № ЛЗ-1/19-36, от 11.05.2017 № ЛЗ-2/8-39, ЛЗ-2/9-38, заключённых между ФИО2, ООО «СТЭП-А», ООО «Инвестпроект» и ФИО7, ответчик обращает внимание на следующее.

Убыточность данных сделок для должника или его кредиторов не установлена, данные сделки не оспаривались и не признавались недействительными, при оценке данных договоров надлежит исходить из предположения о разумности и добросовестности заключивших их сторон (статья 10 ГК РФ), а также из предположения об их совершении в процессе обычной хозяйственной деятельности должника.

ООО «Инвестпроект», получая квартиры по вышеуказанным договорам долевого участия в строительстве, одновременно приняло на себя обязательства по погашению задолженности должника перед ресурсоснабжающими организациями г. Лангепаса, включая и заявителя по данному обособленному спору.

Именно ООО «Инвестпроект» произвело частичное погашение долга перед заявителем во исполнение заключённого ранее трёхстороннего соглашения о замене должника (переводе долга) от 30.05.2017, и именно ООО «Инвестпроект» продолжает погашение задолженности перед заявителем, о чём свидетельствует соответствующий акт сверки взаимных расчётов, подписанный заявителем.

Пояснила, что заключение договоров о переводе долга обусловлено наличием арестов на расчётных счетах должника, наложенных судебными приставами-исполнителями в рамках исполнения решения от 18.10.2016 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-13971/2015 о взыскании с должника в пользу ФИО9 денежных средств в сумме 9 596 501 руб. 17 коп.

В рамках данного перевода долга на ООО «Инвестпроект» возложены обязанности управляющей компании в отношении жилых домов, ранее обслуживаемых должником (15 домов по списку). Должник не мог продолжать осуществлять функции управляющей компании, поскольку все его счета арестованы судебными приставами-исполнителями по заявлению бывшего участника должника, вышедшего из состава его участников и добившегося в судебном порядке выплаты действительной доли его участия в уставном капитале должника. В целях обеспечения платёжеспособности новой управляющей компании (ООО «Инвестпроект») ФИО2 принято решение о переводе на неё имевшихся у должника прав долевого участника строительства. Встречные обязательства должника и ООО «Инвестпроект» закрыты путём взаимозачётов.

В целях обеспечения платёжеспособности ООО «Инвестпроект» при погашении долгов, переданных ему должником, ответчиком переданы новому должнику соответствующие квартиры.

Ресурсоснабжающие организации г. Лангепаса, в том числе и заявитель по настоящему спору, были осведомлены о таком варианте погашения задолженности перед ними и не возражали против его реализации.

Следовательно, заключение должником договоров долевого участия в строительстве и договоров о переводе долга на получателя соответствующих квартир имело цель скорейшего и оптимального погашения долга перед кредиторами, а не вывода имущества с баланса предприятия и причинения вреда его интересам и интересам кредиторов. При таких обстоятельствах, по мнению ответчика, данные договоры не могут являться основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. Заявитель не доказал, что невозможность погашения требований кредиторов наступила исключительно вследствие действий ответчика, и что вменяемые ответчику действия существенно ухудшили финансовое положение должника. В результате совершения вышеуказанных сделок должник не только реструктурировал свою задолженность перед основными кредиторами, но и частично погасил её, что, безусловно, свидетельствует о добросовестном характере данных действий.

В соответствии с условиями договора о переводе долга от 30.05.2017 новый должник (ООО «Инвестпроект») полностью принимает на себя обязательства первоначального должника (ООО «СТЭП-А»), возникшие с 23.07.2016 по 28.02.2017 по договору от 23.07.2016 № 279вив на оказание услуг по отпуску холодной воды и приёму сточных вод, заключённому между должником и кредитором (ООО «ПИТ»).

В силу пункта 1.2 договора обязательства должника, переходящие к новому должнику, включают в себя:

- сумму основного долга в размере 2 610 657 руб. 31 коп.;

- сумму законной неустойки в размере 97 529 руб. 54 коп., определённой решением от 02.05.2017 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-3693/2017;

- судебные расходы по уплате государственной пошлине в размере 28 744 руб.;

- сумму законной неустойки до фактической оплаты основного долга, неустойка рассчитывается в соответствии с пунктом 6.4 статьи 13 Федерального закона от 07.12.2011 № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении»;

- суммы, определённые решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-6058/2017, вынесенные по отношению основного долга, сформировавшегося за период с 01.01.2017 по 28.02.2017 в рамках

договора от 23.07.2016 № 279вив на оказание услуг по отпуску холодной воды и приёму сточных вод, заключённому между первоначальным должником и кредитором.

Новый должник обязуется погасить кредитору задолженность, указанную в пункте 1.2 настоящего договора, до 31.07.2017 (пункт 1.4).

В настоящее время задолженность должника перед заявителем составляет 581 242 руб. 11 коп.

Также ФИО2 пояснила, что предоставить суду полный комплект договоров долевого участия в строительстве, соглашений к ним и договоров о переводе долга на ООО «Инвестпроект» не представляется возможным, поскольку вся документация изъята у неё во время проведения следственных мероприятий и не возвращена.

Исходя из совокупной оценки фактических обстоятельств настоящего спора, доводов участвующих в споре лиц, коллегия суда не усматривает оснований считать обозначенные заявителем действия руководителя повлекшими банкротство должника; при этом совершённые ответчиком сделки не создали условий для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, поскольку в результате их совершения должник существенно уменьшил размер своей кредиторской задолженности, т. е. совершил достаточно обоснованный обмен активов предприятия на пропорциональное уменьшение его пассивов.

Указанное, с учётом не оспоренных доводов ответчика относительно распоряжения имущественными правами, обусловленного необходимостью погашения обязательств перед контрагентами в целях осуществления должником основного вида деятельности – предоставление коммунальных услуг населению, в отсутствие доказательств и доводов, позволяющих констатировать убыточность названных сделок, по мнению судебной коллегии, в своей совокупности позволяет констатировать отсутствие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, к ответственности в виде взыскания убытков.

В соответствии с пунктом 2 статьи 269 АПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт.

С учётом изложенного выше, обжалуемое определение подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявления ООО «ПИТ» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269, статьёй 271 АПК РФ, Восьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение от 01.09.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-12826/2017 отменить, принять новый судебный акт.

В удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «Промышленные информационные технологии» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путём подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно- Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте

арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путём использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Председательствующий Е. В. Аристова

Судьи М. М. Сафронов

М. П. Целых